Клоповник


Мы, новоприбывшие солдаты из разных областей и краёв СССР, переодетые в новые солдатские формы, напоминали неоперившихся цыплят. После беглого осмотра новобранцев и стрижки наголо «по уставному образцу» все стали на одно лицо и с трудом узнавали тех недавних знакомых, с которыми были неделю «на отстое» во Владивостокском пересыльном пункте.

Осталась позади двухнедельная дорога на поезде из Средней Азии, из которой было больше всего новобранцев, с пьянками и драками, последними голодными километрами пути. В начале, когда у всех новобранцев были деньги, которые они тратили на водку и еду, опустошая все привокзальные ларьки и кошёлки придорожных торговцев, «жить» ещё можно было…

Через неделю с небольшим, когда поезд со своей черепашьей скоростью проезжал озеро Байкал, то ныряя в тоннели, то отстаиваясь на запасных путях пропуская встречные поезда, деньги и домашние «пирожки» иссякли, а сколько ещё предстояло ехать и куда, не знал ни кто.

Эту «великую военную тайну» ревностно берегли сопровождающие офицеры и сержанты.
Шура, был одним из новобранцев. Служить пошёл, так сказать «по призыву сердца», хотя был студентом, окончившим два курса института. Время в поезде тянулось медленно.

Рельсы, шпалы, леса и горы, калейдоскопом проносились перед глазами. Призывники играли в карты. Шура не любил эту игру, ему бы в шахматы поиграть! Проходя по вагонам поезда, Шура зашёл в вагон, в который русские ребята почему-то не заходили. Вскоре Шура отметил для себя, что в этом вагоне были исключительно киргизы.
Салимбек ехал с максимально возможным комфортом. Его окружали «верные нукеры» - земляки и он был чуть старше основной массы призывников и, по всей видимости, был из богатой семьи.
Шура поздоровался со всеми и, завидев на столе шахматы, предложил сыграть.

Салимбек, внимательно посмотрел на непрошеного гостя и стал неспешно расставлять шахматные фигуры.
– А ты хорошо играешь? - спросил он Шуру.
– Да, хорошо, - просто и доброжелательно ответил Шура.
После трёх проигранных партий, Салимбек, стал нервничать и отказался от четвертой партии. Но, он оценил и зауважал своего противника.
Шура же не выказал никакого превосходства, был дружелюбен и весел. Это укрепило взаимную симпатию.

Эта симпатия помогла избежать в драке нежелательных побоев, которую затеяли киргизские ребята в «русском» вагоне той же ночью. Шуре не досталось ни одного синяка, чему все новобранцы были удивлены, так же как и сам Шура.

По прибытию во Владивосток, призывников переодели в «военный наряд» - на распределительном пункте. Здесь решали, кого и куда отправлять дальше. Направления отправки были: Сахалин, или Камчатка.
Шуру распределили на Сахалин.

Из Владивостока, морем, на ржавом корабле, дошли до Сахалина, а «камчадалы» проследовали далее.
Сопки, поросшие лесами, в юго-восточной части острова трава, выше человеческого роста, низкие облака, воздух с высокой влажностью - таким предстал перед нами этот удивительный край - остров Сахалин!

«Сахалинцев», поместили в «раздаточный» пункт - пустовавший школьный спортзал. «Покупатели» - военнослужащие, прибывшие за пополнением своих частей, отобрали приглянувшихся им солдат, посадили в машины и развезли по воинским частям.

Здесь, на Сахалине, солдатам предстояло, как говорится в фильме ДМБ, «крайне увлекательно и содержательно» провести следующих два года.

Шуру направили в учебно-танковый батальон. Через три месяца, новобранцы приняли присягу, освоились со службой. Через полгода, основная часть солдат - танкистов, получив воинские звания младших сержантов, разъехались по частям.

Лучших курсантов, закончивших обучение с отличием, оставили в учебке в качестве младшего командного состава. В их числе оказался и Шура.
Шура в воинском звании сержанта был назначен на должность командира отделения, а, через полгода присвоили звание старшего сержанта и назначили на должность заместителя командира взвода.
Офицеры доверяли ему и давали увольнительные в город, выполнять их несложные поручения. Кому-то забрать из ремонта электроприборы, кому-то сапоги. Любой выход за пределы части был для солдат в радость!

Шуре очень нравилась природа Сахалина. Ему хотелось подышать чистым воздухом, посмотреть на далёкое Охотское море, полазить по сопкам.

На вершинах этих сопок, где почти всегда стоял туман, среди сахалинского стланика росла загадочная ягода.
В быту её называли «клоповник» из-за якобы запаха раздавленного клопа, но правильное её название было «краснуха». Шура не видел и не давил клопов. Когда он впервые попробовал эту ягоду, то отметил для себя, что вкус, напоминает смесь брусники, ананаса и коньяка.
Видимо, каждый судит по-своему!
Один уважаемый человек, пока был не богат и не занимал высокой должности, не пил коньяк из «принципа». И говорил: «Коньяк клопами пахнет»!

С годами, когда карьера его сложилась удачно, он изменил своё мнение - только коньяк стал достоин его начальственного бокала. Все остальные напитки он стал презирать. Видимо большие деньги «выветрили» из коньяка запах клопов.

Служба у курсантов-танкистов протекала нормально. Были стрельбы, учёба, кроссы и наряды по батальону, где пришлось перечистить немало картошки. Пролетели полтора года и, Шура всё чаще стал поглядывать на сопку, на вершине которой была скала, именовавшаяся «Дембельский камень».
Старослужащие - дембеля, которые по обычаю, ходили в сопки, чтобы написать свои имена на «Дембельском камне» принесли набранную в сопках красную ягоду и угостили сослуживцев. Так впервые, Шура отведал ягоду «клоповник».

В трёх километрах, за «танковой директрисой» или просто стрельбищем для танков, где протекала горная речка, были невысокие сопки.
Командир роты, майор по званию, поручил старшему сержанту «спец. задание» по добыче для его «стратегических нужд» этой самой ягоды.

Шура, был необычайно рад этому поручению, взял ведро и пошёл в сопки, где рос «клоповник».
Он смотрел на сахалинские просторы, на травы выше человеческого роста, на сосны, дальнее Охотское море и душу его наполняла свобода, которою он испытывал раннее в туристических походах на «гражданке».

 
На высоте менее километра над уровнем моря, были заросли стланика, скалы и небольшие болотца.
Это было удивительно – встретить болотца в горах! Болотца были расположены прямо на скальных породах и были просто конденсатом от тумана и сбором воды от частых дождей.
По краям лужиц, среди болотной травы и мха, рос «клоповник»! Ягода была по размеру около сантиметра в диаметре и напоминала клюкву.



Набрав почти полное ведро ягоды, наевшись ею вволю, Шура, возвращаясь в часть, подходил к танковой директрисе. Недалеко от наблюдательной вышки стояла легковая машина, горел костёр, и пахло шашлыком.

Полковник Брыль, один из штабистов, со своим адъютантом проводил выходной день, так сказать «без семьи». Уже были распиты пара бутылок спиртного и под шашлык они что-то наливали из привезённого бидончика.
Шуру пригласили к раскладному столику. После доклада о цели посещения «стратегических сопок» старшему сержанту Шуре, дали команду «вольно».
А когда Шура ополовинил ведро с клоповником, в пользу полковника, неуставная дружба сразу же наладилась.
Впервые тогда Шура попробовал вино из клоповника, которое было в бидоне. Напиток был, просто восхитительным, слабо-хмельным, но столь ароматным и насыщенным, с ярко выраженным коньячным привкусом, что память о нём осталась на всю жизнь!

«Так вот за что тебя любят, ягодка с коньячным запахом»!

Вспоминается один случай из военной службы.

Приехал как-то в учебку на смотр песни и строевой подготовки генерал, командующий округом.
Курсанты наблюдали как «шестерили» их строгие командиры перед генералом и прибывшими из штаба округа полковниками.
Любимой песней генерала была залихватская, гусарская песня. Там были такие слова:
«Как гром грохочут пушки, а в них не кофе-молоко
Шампань стреляет как из пушки (здесь обязательно барабан громко бил «Бух»),
Ну, что ж посмотрим кто кого»!
Не буду приводить слова этой галиматьи, но в конце, мы орали всем батальоном, а это 600 человек, припев:
«Так пусть повезёт гренадёрам, ХО-ХО!!!
Живым с поля брани уйти!»
Кому, чего не хватает, а генералу видимо не хватало славы!
Напоминал он своим поведением, не наигравшегося в детстве оловянными солдатиками, мальчугана.

Но у этого усатого, с генеральскими погонами пожилого командира, в подчинении были тысячи людей.
Он хотел командовать, посылать в бой солдат, танки, а нам, «гренадёрам», если повезёт, желал «уйти живыми с поля брани». И на том спасибо!

К смотру готовились тщательно: подстригли ножницами траву, побелили кирпичи, уложенные вокруг плаца, где сбивая сапоги, денно и нощно, маршировали курсанты.

Беседку, стоявшую возле трибуны на краю плаца, накануне вечером, перекрасили, то есть, «обновили». За ночь краска естественно не высохла и генерал, лично руководивший смотром и дирижирующий военным оркестром, спустившись с трибуны, прислонился к злосчастной беседке «пятой точкой».

Маршировавшие курсанты, видевшие всё это, злорадно улыбались. Но, когда краску с генеральского зада стал смывать растворителем наш, инженер-майор Коган Мойша Яковлевич, строй, по 16 человек в шеренге, расстроился - все гоготали на ходу.
Для удобства, генерал наклонился вперёд, а наш интендант, стал оттирать краску присев позади генерала. Дело пошло на лад! Вот, что значит практика!

Генерал остался доволен и смотром и инженер-майором Коганом! Не забылась эта «нештатная» услуга майора и впоследствии.
Пришла, умному интенданту в голову светлая мысль, как улучшить материальное положение командного состава и себя, родного не забыть.

Направил инженер-майор, взвод старослужащих солдат, добывать из идущей на нерест горбуши, икру. Ловили рыбу руками, или били острогой, нещадно, бездумно, варварски. Икру слегка пересыпали солью и набивали бочки, которые с «неучтённым сырьём» попадали на рыбзавод.


Икру закатывали в стандартные заводские банки и направляли затем в торговлю, на материк, не забывая, впрочем, делиться воровской выручкой с кем надо...

Но, видимо кому-то недодали. Этот «кто-то», «капнул», куда следует и закрутилось дело.
Расследовал уголовное дело молодой лейтенант из военной прокуратуры, в петлицах у которого был щит и меч. «Берегитесь, жулики!», так и говорил его строгий вид.

Грозил, нашему инженеру - майору, реальный тюремный срок. Майор загрустил, повесил голову, и даже курсанты, не отдавшие ему при встрече честь, не наказывались, как раньше, этим строгим «любителем икры».

Через некоторое время, приехали штабные полковники и, дело, как - то, растворилось! Видимо, так же, как растворилась краска с отмываемого генеральского зада. Развито́й социализм был в своей высшей точке!

Однажды, солдатам на обед дали по ложке красной икры, которую, по версии молодого следователя, добыли правильно!
Командиры заботились о своих подчинённых! Сделано это было по согласованию и с разрешения рыбнадзора, командования и ещё кого-то, именно для разнообразия солдатского рациона!

Мойше Яковлевичу объявили выговор за «несвоевременный доклад» о проводимых икорных заготовках, а лейтенанту из военной прокуратуры, дали внеочередное воинское звание.
«Так служить! Генералом станешь»! - напутствовал новоиспечённого старшего лейтенанта - следователя военной прокуратуры, полковник Брыль.

Самобытна и красива природа Сахалина.
И чайки кричат, и трава пахнет, всё по своему – по-сахалински!
Ягода «краснуха» – клопами пахнет.
Рыба - корюшка – огурцами.
«Партийная номенклатура» была – просто, «с душком».

Богат край на нефть, уголь, краба, рыбу, а вот с руководством были проблемы…
Эти проблемы касались как партийно-административного аппарата, так и военных.

Очертания острова Сахалина напоминают рыбку.
Как рыбка – лоцман сопровождает кита, так и остов плывёт в море вместе с Россией!


Присосались «клопы» всех мастей к этой рыбке.
Хорошо им было, тепло! Раскормили пузья на икре, на взятках да на «откатах».
Столица – далеко, и не приезжал в то время ни один столичный чиновник в эти восточные дали!
Расплодился, пригрелся «клоповник» на богатствах края!
Да простит меня благородная ягода «Краснуха», что использую её народное название в отрицательном смысле.
Спустя полвека, удалось навести на острове «порядок в танковых войсках»
и в гражданском и в военном руководстве.
Но в моей памяти, остался только «Клоповник»!
Остался чудесной, сказочной ягодой с воспоминаниями о службе, молодости, о рыбке-лоцмане России – Сахалине!






Рейтинг работы: 7
Количество рецензий: 2
Количество сообщений: 5
Количество просмотров: 82
© 07.02.2018 Инженер Сидоров
Свидетельство о публикации: izba-2018-2192612

Метки: Сахалин, остров, клоповник,
Рубрика произведения: Проза -> Быль


Аннеева Наталья       27.02.2018   13:59:24
Отзыв:   положительный
Интересно написано и фото замечательные. Спасибо!
Инженер Сидоров       17.03.2018   00:38:57

Заглянул в отзывы, отвечаю с опозданием. Благодарю Вас Наталья за положительный отзыв! Это зарисовки о Сахалине от первого лица... Фото из интернета, но "по теме" подобраны... С уважением.
Инженер Сидоров       27.02.2018   15:59:33

Спасибо Наталья за положительный отзыв! Фото я разместил "по теме" но они сделаны не мной. В 70-х годах у нас не было такой техники... С уважением!
Елена Соломбальская       26.02.2018   15:25:06
Отзыв:   положительный
Это повествование-раздумье автора получилось очень познавательным для читателя. Но вот лишние запятые... Частое упоминание имени ЛГ... Рассказу нужна корректура.
Инженер Сидоров       26.02.2018   20:54:02

Конечно! Я с вами полностью согласен! ... Спасибо за отзыв. С уважением.










1