"Ох, уж эти интеллигенты..."


"ОХ, УЖ ЭТИ ИНТЕЛЛИГЕНТЫ..."

"Ох, уж эти интеллигенты! Ох, уж эти журналисты! Ох, уж эти писатели!" -- вспоминая известные слова, сетовал отец Евлампий после памятного случая, произошедшего с ним однажды.

Как-то приехал к нему погостить родственник Геннадий. Недоучившимся интеллигентом и ходячей энциклопедией называл, про себя, отец Евлампий этого добрейшего и умнейшего человека, который, действительно, недоучившись когда-то в университете и после проработавши почти всю жизнь на заводе, сумел-таки осуществить свою давнюю мечту - быть писателем - и устроился корреспондентом в областную газету.

С каким же воодушевлением вцепился тогда в него отец Евлампий, обрадовавшись обществу задушевного собеседника, некогда коротавшего с ним за жаркими беседами светлые дни былой юности! Долгая разлука молодого священника с замечательным другом скрашивалась редкими электронными письмами, на которые всегда приходили добрые, умудренные жизненным опытом ответы.

И, пользуясь случаем, горячо возжелал отец Евлампий осуществить и свою заветную мечту - воцерковить неприкаянного интеллигента.

За духовным чтением заполночь, провели они несколько вечеров, взахлеб поглощая, обсуждая и анализируя книгу за книгой. И, с тихой радостью, отец Евлампий стал замечать, что родственник начал задумываться.

"Ага! Наступает момент истины! -- удовлетворенно заключил наш незадачливый миссионер, трепетно предчувствуя скорое и победное окончание своей миссии.

Ослабив клешни наставлений, зоркий пастырь решается пустить нарождавшуюся овечку самой попастись на вольных лугах духовного созерцательства, раскрыв перед неофитом просторы мудрости, заключенной в собственной библиотеке, накопленной молодым батюшкой за несколько лет церковной жизни.

И, проведя в исследовательских трудах еще несколько дней, родственник Геннадий превратился в духовного родственника отца Евлампия. На этой высокой ноте и распрощались.

На прощание, Геннадий попросил отца Евлампия подарить новонареченному духовному брату заинтересовавшую его книгу святителя Феофана Затворника "Мысли на каждый день года...". А батюшка с радостью поспешил исполнить эту - ну, конечно же - спасительную, для жаждущего истины друга, просьбу.

По прошествии времени, попался как-то на глаза отцу Евлампию один из номеров газеты, в редакции которой нес свое высокое служение его духовный родственник. В газете оказалась статья брата Геннадия, верней, его очерк. И назывался сей опус: "Мысли на каждый день в неволе". Под очерком - подпись: Генафан Притворник...

Ах, писатели!

Незадолго до этой памятной истории недоучившийся интеллигент разменял несколько суток своей жизни в милицейском "обезъяннике". А шокировавший отца Евлампия очерк и повествовал, стало быть, о "возмутительном беспределе", некогда взбудоражившем творческое воображение узника.

Ах, интеллигенты! Разговоришься с ними, разоткровенничаешься! А они слушают внимательно, кивают понимающе, улыбаются! А сами, оказывается, и на ус мотают, и на зубок пробуют.

"Ох, уж эти писатели! Ох, уж эти интеллигенты! Ох, уж эти журналисты!" -- сетовал отец Евлампий, припоминая известные слова, но, все же, с тоской вспоминал и о тех славных временах, о тех заполночь вечерах, о тех добрых, теплых разговорах на кухне с тем давним, дальним, но таким, до боли, близким, старым задушевным другом и собеседником, духовным братом и просто родственником, недоучившимся интеллигентом и самой интересной ходячей энциклопедией, дорогим сердцу человеком, неприкаянным, запутавшимся в возмутительном беспределе узником и поэтом - Генафаном-Геннадием.






Рейтинг работы: 2
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 67
© 13.01.2018 Эдуард Поздышев
Свидетельство о публикации: izba-2018-2166298

Рубрика произведения: Проза -> Рассказ



Добавить отзыв:


Представьтесь: (*)  
Введите число: (*)  












1