Выкуп


Глава 9
ВЫКУП

Драма вернулся домой в рабочем настроении. Благодаря студенту-осведомителю, он не рыскал по общежитию, а сразу знал, куда обратиться, в коммерческую фирму «Опекун», созданную при каком-то попечительском совете. Офис этой фирмы располагался тут же, в общежитии. Впрочем, какой там офис? Две смежные комнаты, кабинет директора и девушка за компьютером. Поздоровавшись, Драма прикинулся этаким хитрым валенком.
     - Девушка, не поможете советом? Не знаю, куда обратиться. 
     - Конечно. А что у вас?
     Драма изобразил на лице легкое замешательство.
     - Щекотливое положение. Понимаете, бабушка у меня. Пожилая уже, старушка, – он замялся.
     - И что с вашей бабушкой?
     - Она старенькая, плохо видит, плохо слышит, а живет одна. В трехкомнатной квартире. Я все время в разъездах, ухаживать не могу. Стирать, готовить. Иногда под себя ходит, а мы все-таки разнополые. Ее мыть надо. Вы понимаете?
     - Конечно, – девушка кивнула, приготовив листок бумаги. – Для этого мы и существуем.
     - Записывать не надо. Вы мне просто пока объясните, как можно оформить, сколько стоит, а я подумаю, с бабушкой посоветуюсь. Она вредная, ее подготовить надо.
     - У нас несколько форм обслуживания. Она одна живет?
     - Одна.
     - На жилплощади кто-нибудь еще прописан?
     - В том-то и дело, – Драма закручинился. – Никто больше не прописан. Случись что с бабашкой, не дай бог, конечно, пропадет квартира.
     - Она приватизирована? – в глазах девушки, под наклеенными ресницами блеснул взгляд хищницы. Скальпель в руки или кастет, все бы бросила тут, и побежала мочить бабушку.
     - Да, приватизирована. Только завещание бабушка писать отказывается. Говорит, вы меня бросили, отпишу тому, кто заботиться будет. А если, говорит, ходить за мной не будете, квартиру продам, сама в дом старчества уйду. Деньги на старичков потрачу! Представляете, да? Совсем из ума выжила, на ладан дышит, а туда же. Понимаете положение?
     - Да, такое бывает. Что я могу предложить. Составим договор-завещание. С вашей бабушкой или, если она недееспособна, с вами. Мы полностью берем на себя медицинское обслуживание, продуктовое обеспечение, комплекс бытовых услуг. Плюс ежемесячное пособие, размер которого зависит от дополнительных условий договора, включающих в себя, скажем, ритуальные услуги, установку памятника, ну и так далее.
     - А что за это?
     - Квартира, или часть жилой площади, после смерти завещателя, или по истечению срока договора, переходят во владение нашей фирмы. Сами понимаете, мы на самоокупаемости.
     - Понятно. А без завещания можно обойтись? Квартира как бы самому нужна.
     - Тогда проще, – девушка скривила губы. – Можно заключить договор на медицинское и бытовое обслуживание. Составляем перечень рабочих услуг, продуктов, медикаментов. В соответствии с нашей калькуляцией вы платите ежемесячный аванс, мы выставляем счет, все как положено.
     - А уколы вы делаете? Давление скачет. Медсестра, сиделка опытная.
     - Конечно. Есть собственная служба скорой помощи. Свой парк, машины, квалифицированные врачи. Работаем оперативно, выезжаем в любое время суток. Клиент звонит не 03, как обычно, там бывают задержки и проблемы с лекарствами, а по нашему номеру, где вы на учете.
     - А номер можно узнать?
     Девушка утратила интерес к разговору.
     - Нет, нельзя. Чтобы не было ложных или неоплаченных вызовов, номер сообщаем только после заключения договора. Вам присваивается личный код, и тогда, пожалуйста, звоните хоть каждый час, разумеется, вызов оплачивается по тарифу, – девушка уткнулась в компьютер.
     - Все понял, спасибо за информацию. Я поговорю с бабушкой, мы к вам нагрянем, – пообещал Драма и, уже направляясь к выходу, задержался. – Да, забыл спросить. Вы Бориса Ломова не знаете? У вас работает.
     Девушка вскинула голову, хлопнула ресницами.
     - Нет, не знаю.
     - Вдруг увидите? Привет передайте. От папы. До свидания!
     - Всего доброго, – она отвернулась к монитору.
     Он узнал достаточно. Нетрудно догадаться, какие возможности таятся под такой крышей. Долго ли одинокую старушку уговорить в последний путь отправиться раньше, чем она рассчитывала? Врач, укол, пишите письма. А сколько сегодня одиноких и больных людей, готовых заложить жилплощадь, чтобы хоть не голодать. Пенсии не платят, на сберкнижках ноль, всю жизнь копили. Долго ли немощного человека облапошить, подтасовать документы, привезти своего нотариуса? Выкрасть паспорт, наконец, как это случилось с Жанной, там и пожар организовать, документы и улики, все разом в огонь. Информацию об одиноких стариках получить можно через райсобес, РЭУ или ЖЭУ. Либералы, мать их за ногу. Придется основательно разбираться, думал Драма, усаживаясь в такси. Сыночка жалко.
     Пиликнул дверной звонок, Драма глянул на часы. Половина десятого. Карина, кто еще. Обрадовался, чего греха таить. Открыл дверь и опешил, перед ним стоял Борис в камуфляже, узнал по фото. Надо же, неужто сдаваться пришел! За спиной гитара, в своем репертуаре. Песни петь, каратэ показывать? Или не знает, что Герман погиб? Вопросов, сразу не ответишь, Драма смотрел вопросительно, мол, чего надо, малыш. Папу потерял.
     - Валерий Петрович? Здравствуйте.
     Какая вежливая молодежь пошла, прямо загляденье.
     - Ты кто?
     - Я от Германа, он про вас рассказывал. Меня зовут Борис.
     - И? – Драма не спешил таять. Если бы тот на шею бросился: здравствуй, папа! Здравствуй, сынок. Прослезились дружно, тогда ладно.
     - Извините, что поздно. Вы сильно заняты?
     Видать, парень в разведке. Герман перед смертью раскололся, все выложил.
     - Не сильно, – сказал Драма. Но это, дескать, ничего не значит.
     - Он сказал, что вы человек знающий. С вами можно поговорить?
     - Запросто. Я слушаю.
     - Я от Германа, – парень пошел по второму кругу.
     - Это я понял. И что?
     - Он умер.
     - Не может быть.
     - Да, погиб. А если честно…
     - Смелее, юноша.
     - Как вы меня вычислили?
     Драма отступил, давая дорогу. Не держать же ребенка, даже если он убийца, на пороге. Посмотрим, с чем пришел, что за разговор у него. В милицию сдать всегда успеется, сын все-таки. Может, он вообще ни при чем.
     - Раз пришел, выпьем! Закуска скромная, – запустив гостя, Драма сразу отправился на кухню, словно это был лучший друг, которого без бутылки встречать не положено.
     - Я могу сходить, – предложил Борис, снимая с плеча гитару.
     - Пыль в глаза не требуется. Проходи там, присаживайся, я сейчас.
     Через пять минут они сидели в креслах за столиком, отец и сын, правда, гость об этом не знал, но не выкладывать же новости с порога. Никогда раньше не виделись, а поговорить не мешает. Драма открыл бутылку, наполнил стопки. Борис осматривался без особого интереса.
     - За знакомство? – предложил Драма. – И перейдем на «ты».
     - Неловко.
     - Ты с Германом запросто разговаривал, а я чем хуже. Заодно помянем.
     Они выпили не чокаясь. Драма разглядывал гостя.
     - Выкладывай. Только учти, врать не надо. Зачем пожаловал?
     - Адрес Карина дала.
     - Как мама, папа?
     Драма задавал обычные на вид вопросы, которые должны были сбить с толку.
     - А причем тут, – Борис не очень растерялся. – Я гитару принес, чтобы вы… ты. Люсе передал, мне неудобно. Напились они, Герман с Жанной, я ушел.
     Был он там, сыночек дорогой.
     - Куда ушел?
     - Гитара в госпитале была. Вернулся, а там пожарные машины, огонь. Испугался, в общем.
     Слишком гладко врет. Драма не стал ловить на деталях, зачем портить обстановку.
     - Выпутаемся, – вслух сказал он, и налил по второй. – Давно в деревне не был?
     Это был ход, которого Борис не ждал, сразу подобрался.
     - Да ты расслабься, – Драма говорил, словно детей у него море разливанное. – Рассказывай смело, как до жизни такой докатился. Лариса переживает, мы с ней старые знакомые, можешь не стесняться. Просила за тебя. Денег надо? Говори, сколько.
     Борис рот открыл, но тут же справился, молча выпили, закурили.
     - Смелее, – Драма не хотел тянуть резину.
     - Вы… – тот снова запнулся. – Отец сказал, ты меня искал. Я пришел.
     - Про Карину Герман рассказал? Ты обратился к ней, она дала адрес, – Драма мгновенно восстановил цепочку. – Пришел, не побоялся. По идее, ты сейчас прятаться должен. Ладно, я тебе помогу, проблемы решим. Любые.
     - Даже так, – Борис недоверчиво усмехнулся.
     - Есть причина. Не хочу ходить вокруг да около, открою секрет, который сам узнал буквально вчера. – Драма умолк, подбирая слова, чтобы избежать мелодраматического эффекта. Взять и сказать, что он его отец. А как еще? Зазвонил телефон. Пауза не помешает, Драма вздохнул и снял трубку.
     - У аппарата.
     - Валерия Петровича, – незнакомый мужской голос.
     - Слушаю.
     - Девочку надо? Недорого.
     - Даром не надо, – Драма хотел положить трубку.
     - А я не даром! Хорошая девочка, симпатичная. Кариной зовут. Хочешь поговорить?
     В трубке послышалась возня, прерывистое дыхание. Драма обеспокоился, забыв про гостя.
     - Карина?
     - Да, – это была она.
     - Ты где?
     - Не знаю…
     Трубку отняли, снова возня.
     - Слышь, – опять мужской голос. – 25 рублей с тебя. Долларов, конечно. Недорого? Готовь деньги, а то товар испортится, я перезвоню, – трубку положили. Драма сообразил слишком поздно.
     Борис уже вынул пистолет, в уголках губ показалась пена.
     - Детский сад, – сказал Драма. – Слюни подбери. Значит, вам надо 25 тысяч. Я правильно понял?
     - Долларов, – Борис рукавом вытер рот. – Только без шуток.
     - Ты думаешь, я деньги дома держу? Крупная сумма.
     - Думаю, дома.
     - А что потом?
     - Ее отпустят.
     - А ты уверен, что не обращусь в милицию? Или к жуликам.
     - В милицию тебе не резон, а с жуликами я договорюсь.
     - Сильно звучит, – Драма хотел встать.
     - Сидеть, – предупредил намерение Борис, направив пистолет. – Куда?
     - За деньгами. Или думаешь, они у меня в кармане.
     - А где?
     - На книжной полке. Только уговор. Ты отсюда не выйдешь, пока не зайдет Карина. Денег не жалко, а вот за здоровье спрошу.
     - Лишний базар, – Борис встал и боком, чтобы не выпускать Драму из поля зрения, подошел к книжной полке. – Где?
     - Второй ряд, за учебником физики.
     - Ученый, блин. – Борис засунул между книг свободную руку, пошарил там, вытащил газетный сверток. Развернул газету, увидел солидную пачку денег, провел ногтем по ребру банкнот. – Тупо прячешь. Не кукла. Сколько здесь?
     - 20 тысяч. Остальные получишь после телефонного звонка.
     - Какого звонка?
     - Скажешь, чтобы ее сюда привезли. Зайдет, получишь еще 5 штук.
     - Привезут, не волнуйся. Слово держим.
     - Карина зайдет в квартиру, получишь остаток, не раньше.
     Борис отбросил газету, засунул деньги в карман. Начал небрежно передвигать книги, несколько упали на пол.
     - Беспорядок я не заказывал.
     - Наверняка, денег у тебя больше припрятано. Скажи, где? Или найду, все заберу.
     - Сомневаюсь. Ларису Игнатьевну жаль, придется тебя посадить.
     Снова зазвонил телефон.
     - Не трогай! – сказал Борис. – Я сам.
     Он подошел, снял трубку, глянул на безмятежное лицо хозяина.
     - Да. Порядок. 20 рублей в кармане. Остальные сейчас отдаст.
     - Пусть ее сюда везут, иначе денег не будет, – сообщил Драма. – И эти заберу.
     - Слышал? – Борис говорил в трубку. – Он просит подругу доставить. Иначе грозит расправой. Зверь какой-то. Привезете?.. Отбой, – Борис небрежно положил трубку.
     И тут же выстрел из пистолета свалил его на пол...
     За час до этого, когда Скорая помощь взяла Карину на борт и тронулась, она не испугалась. Парня спасать надо, а что палатка? Никуда не денется. В конец концов, она ее закрыла, а у сменщицы свой ключ. После больницы Карина заедет, объяснит ситуацию. Машина мчалась по городу, поливая окрестности синими отблесками. Боковые стекла были матовыми, и она не понимала, где они и куда едут. Борису поставили укол, он лежал спокойно. Карина сидела на откидном сиденье, в салоне было темно, никто ее ни о чем не спрашивал. Врач поехал рядом с шофером, а санитарам до нее дела не было, они сидели впереди и тихо переговаривались, трещала рация, далекие голоса давали указания в эфире. Вот машина замедлила ход, свернула во дворы, еще раз свернула, остановилась. Врач вышел из машины.
     - Карина, – тихо позвал Борис, взяв ее за руку. Она наклонилась к нему.
     - Что?
     - Ты не бойся, – шепнул он в самое ухо.
     - Я не боюсь, – сказала она. – Все будет хорошо. Ты как?
     - Порядок, – он держал ее за руку. – Тихо сиди.
     Шофер и санитары покинули машину, оставив их вдвоем, дверки захлопнулись. Карина думала, сейчас начнется больничная суета, приготовилась выйти, но Борис ее удержал.
     - Сиди тихо, – снова попросил он. – Это не больница.
     Ей стало нехорошо. Куда они приехали? Через переднее окно она видела мрачные ворота, освещенные притушенным светом фар. На улице негромко разговаривали, никто не спешил, про них словно забыли. Борис, продолжая держать ее за руку, сел на носилках, брякнувших железными суставами на колесиках. Спустив ноги, он обхватил руками ее колени и уткнулся в них лицом.
     - Прости меня, – сказал он глухо, спина дрогнула.
     - Боря. Все хорошо, – растерянно сказала она, догадываясь, что все как раз очень плохо. Неспроста ее уговорили сесть в машину, и завезли неведомо куда. Карина попыталась оторвать его голову от колен, тут ее озябшую ладонь прожгли слезы. Карина замерла, боясь пошевелиться. Он тыкался лицом в колени жалкий, беспомощный, как котенок. Ей было жаль его и страшно за себя.
     - Прости меня, пожалуйста, прости, – бормотал Борис. – Я больше так не могу…
     Она тоже не могла. Из глаз Карины потекли слезы. Когда-то она познакомилась с Ломовым старшим. Борис еще учился в школе, жил в деревне. Карина только поступила в институт и верила, что если потеряет невинность, то исключительно по любви, и обязательно с человеком умным, а главное, оригинальным. Этот девичий романтизм ее и подвел. Юрий Палыч подошел на улице, представившись просто Юрой, известным художником. Известным он не был, но она об этом не знала, поверила на слово. Он рассказывал анекдоты, сыпал комплиментами, вел себя с ней запросто, а был вдвое старше, поначалу льстило. Карина держалась как опытная дама, согласилась пойти в гости, не изнасилует, такой галантный мужчина. Это сейчас она знает цену тем шуточкам и масляным улыбочкам, а тогда Ломов показался ей остроумным и обаятельным, вполне себе приятным мужчиной. И ведь не любила, просто много выпила, поддалась. Словом, не выделывалась. Вначале ночевала у него раз или два в неделю, по выходным, застала его с одной девицей, потом с другой, он и не скрывал. Ревности не было, просто обидно и досадно, что попалась в руки пошляка, впрочем, другого-то кавалера тогда не было. Студенты не интересовали, а тут все-таки мужчина, только втайне оставить, и ладно. Для порядка закатила сцену, чтобы проверить его чувства, и он ненадолго испугался, умолял простить, он ее любит, с другими спит по необходимости. Что такое раз в неделю? Он взрослый мужчина. Карина поругалась с родителями, переехала жить. И снова, вернувшись из института, застала какую-то телку. Виниться перед родителями не хотелось, решила потерпеть, когда-нибудь пожилой ловелас за это поплатится, ждала случая. Бывало, он даже при ней приводил других женщин, она просто уходила спать в другую комнату.
     А потом приехал из деревни Борис. Когда отца не было, разговаривали по душам, разница в возрасте небольшая, она и не помышляла об интимной связи, пока Ломов вдруг не устроил скандал, решив, что у них что-то было. Юрий Палыч оказался до безобразия ревнив! Обследовал кровать с помощью большой лупы, ей было смешно. Тут и настал ее черед. Она объявила, что влюбилась в его сына, хотя никаких чувств, кроме симпатии, к мальчику не испытывала. Папаша сделал широкий жест, подарил ее сыну на день рождения. Вот так и случилось, что она перешла в соседнюю комнату. Что могло получиться? Ничего хорошего. Воспоминания пронеслись в памяти, и она заплакала, держа на коленях голову ни в чем не повинного Бориса. Она была у него первой женщиной, он в нее влюбился. Наконец, оба успокоились. Полумрак туманил лица, да они и не смотрели друг на друга, минута слабости прошла, наступила реальность.
     - Карина, тут такое дело. – Борис кашлянул. – Ты не бойся, для тебя ничего страшного.
     - Да я не боюсь, – сказала она. – У тебя проблемы?
     - Мягко сказано, – он выпустил ее ладони. И почему-то их стало некуда девать. Она стиснула пальцы, потом выпрямила и засунула между колен, джинсы были влажными от слез. Бедный парень. Это ее растрогало, гранатой пугал, совсем ребенок.
     - Я могу чем-то помочь?
     - Да, – он отвернулся. – Я должен денег. Сегодня последний срок.
     - Сколько? – она уже думала, у кого занять. В крайнем случае, хозяин выручит.
     - Много, – Борис безнадежно вздохнул. – 25 тысяч долларов.
     - Сколько? – она не поверила ушам. – Это очень много.
     - Иначе меня убьют. Такие вот дела, Карина.
     - Кому ты должен. Этим? – Карина посмотрела в сторону ворот.
     - Нет, это свои ребята. Тут длинная история. Вначале я в карты проиграл одному коммерсанту. Он ждал, сумма невелика. Потом на него наехали, он сам попал. Начал спрашивать, я практически все отдал, тут бес попутал. Познакомился с одной женщиной, замужней, хотел у нее занять. Красивая женщина, на тебя похожа, – он умолк.
     - И что?
     - Попросил по-хорошему, она посмеялась. Ты, говорит, в постели столько не заработал.
     - А дальше?
     - Стырил у нее пару тысяч. Долг погасил, еще хуже влип. Она знала, где меня найти, натравила бандитов, мужа ее команда. Поставили на счетчик, вот и накапало. Частями пробовал отдавать, не вышло, людей подставил, двоих вот убили. Если не отдам, все. Сказали, убежишь, на твоей родне отыграемся. Я к отцу обратился, он мне должен, мог бы и выручить! Если денег нет, занять мог, но отказался. За мать боюсь. Найдут.
     - И что делать? – Карина не понимала, куда он клонит.
     - Есть одна мысль. Мне главное, сегодня выскочить из-под раздачи, – Борис посмотрел на нее в упор. – Только вряд ли ты согласишься…
     Но она согласилась. Ее подвезли прямо к подъезду дома. Карина была в смятении. Она ввязалась в какую-то немыслимую авантюру, утешало только одно. Она спасет Бориса, перед которым она чувствовала вину, а с Драмой потом объяснится, тот поймет. Немного смущало, что Драма с легкостью согласился заплатить. Для нее сумма была гигантской, для Бориса тоже, а для того, видать, семечки, или все-таки влюбился. Может, надо было просто попросить? Нет, тогда бы не дал или обратился в милицию. Или к другим бандитам, а тут ждать нельзя.
     - Ты не дрейфь, мы тут подождем, – подбодрил Володя, врач Скорой помощи, как выяснилось, друг Бориса. Интеллигентный парень, а с Драмой разговаривал, будто бандит отпетый.
     Карина поднялась по лестнице, прислушалась возле дверей, но, кроме стука сердца, ничего не услышала. Нажала кнопку звонка, что-то сейчас будет.
     Драма, наверно, посмотрел в глазок, открыл без опаски, словно знал, что одна.
     - Привет, моя радость, – он улыбался.
     А где Борис? Карина зашла. Драма поцеловал ее в бесчувственную щеку, помог снять рабочую курточку. Они прошли в комнату. Борис был скован наручниками! Он сидел в кресле, закинув пятку одной ноги на колено другой, и курил. Этакая небрежная поза. Щиколотка задранной ноги была пристегнута наручником к запястью свободной руки. Борис беспечно улыбался. Дескать, он так часто сидит, ничего особенного, очень удобно. На столике, рядом с выпивкой и закуской лежала толстая пачка долларов, целая стопа. И два пистолета на кровати. Драма усадил Карину в свободное кресло, сам сходил на кухню, вернулся с бутылкой виски и чистым фужером.
     - Тебе надо выпить, – сказал он Карине, открывая бутылку. – Все нормально, не беспокойся.
     Она только после этих слов осознала, что дрожит. Очень сильно дрожит, трясется от страха. Драма налил виски в фужер, подал. Дождался, пока она сделает глоток, убедился, что она держится, после чего налил себе и Борису.
     - Ну! Брачные аферисты. Выпьем за счастливую встречу отца и сына. Германа сегодня уже поминали, хватит, сейчас повод веселый.
     Карина ничего не понимала. Кто тут отец и сын? Но чокнулись и выпили.
     - Папаша называется, – Борис дернул рукой на цепи. – Вначале из пушки пальнул. Потом браслетами сковал, теперь пить заставляет. Чуть насмерть не завалил сыночка.
     Они улыбались? Шутки странные, думала Карина, ей было не смешно. Борис пальцем указал на черную дырочку в своем камуфляже, прямо на груди.
     - Дети пошли, – вторил Драма, давая время ей прийти в себя. – Только пистолетом и успокоишь. Пластиковая пуля, как раз на такой случай. Предусмотрительность, сынок, на первом месте, а потом уже деньги, – он подмигнул Карине. – Я ствол за спинкой кресла держу, всегда под рукой. Я бы тебя, Боренька, сразу приголубил, девушку выкупить хотел. А вы, значит, в сговоре? Ах, молодежь, разве так можно? А если не я, кто другой, ты бы моментом в путешествие отправился, на встречу с Германом. Помянем, земля ему пухом. Сейчас выпьем, и все расскажешь.
     Это какой-то бред, решила Карина, и перестала думать.
     - Дружки его где? – Драма поставил рюмку, взглянул на нее.
     - Внизу ждут, – краска хлынула ей в лицо. – В машине.
     - Связь какая? – Драма смотрел на Бориса.
     - Радиотелефон в машине, – нехотя ответил тот.
     - Скажешь, хозяин ментов вызвал, пусть убираются, ты выкрутишься. Звони!
     - Может, отдать деньги? Хотя бы часть.
     - Пока все не расскажешь, никто денег не получит. Тебя кто-то подставил, а ты подставил Германа, этого я не прощу. Надо разобраться, иначе тебя сожрут. Карина пойдет в ванну, а ты все расскажешь. Это понятно? Вначале позвони, чтобы люди не парились.
     - Надо отдать деньги. Срок до полуночи.
     - Успеем, мне нужна информация. Дай отбой дружкам, их впутывать не надо.
     - Все вы одинаковые, –скривился Борис. – Один папа, и другой. Суть одна, денег жалко. Если ты отец на самом деле, выручи. Деньги есть, вот они. Тогда и разговаривать будем. А если нет, пусть режут. Надоело. Я не сволочь, мне Германа жаль. Может, это несчастный случай.
     Драма взялся за телефон, набрал номер.
     - Гоша? Срочно ко мне. Зелени пяток и, сам знаешь, что еще, – он положил трубку. – Значит, сынок, поговорим по дороге. Ты, Карина, тут отдыхаешь, к дверям не подходи! Трубку тоже не берешь, а мы прокатимся. Сейчас Гоша подъедет.
     - Кто это, мент? – лицо Бориса потемнело, как туча накатилась. Карина испугалась приступа.
     - Не твоего ума дело. – Драма поднялся. – Поедем вместе, посмотрим на кредиторов. Должен я знать, кому деньги плачу, и потом я матери твоей обещал, угомонился? Сейчас отстегну.
     - Мне провожатых не надо.
     - Было бы не надо, не сидел бы в наручниках. Боренька! Я этими делами занимался, когда тебя на свете не было. – Драма достал из тумбочки наплечную кобуру. – Не хочешь, сиди тут, сам разберусь. Или вместе поедем?
     Борис молча кивнул.





Рейтинг работы: 6
Количество рецензий: 2
Количество сообщений: 4
Количество просмотров: 45
© 12.01.2018 Евгений Бугров
Свидетельство о публикации: izba-2018-2165330

Рубрика произведения: Проза -> Детектив


Владимир Попов       02.02.2018   23:56:20
Отзыв:   положительный
Продолжаю читать с удовольствием.
Николай Мальцев       21.01.2018   17:29:33
Отзыв:   положительный
Весь вечер смакую Ваш детектив! Спасибо за удовольствие! Как хорошо, что впереди продолжение!










1