Эрлов. Выбор. Ч. 2. Куда уходят медведи. Навигатор /продолжение/.


Эрлов. Выбор. Ч. 2. Куда уходят медведи. Навигатор /продолжение/.
Навигатор.

Охотники спустились в лесную долину в том месте, где её рельеф делил протекавшую в ней речку надвое, сделали они это осознанно - русла рукавов разделённого водного потока были неглубокими, что позволяло преодолеть их без особого труда, кроме того, невдалеке от места переправы, как раз и находился тот квартальный столб, о котором говорил Иван. Сделанный руками человека деревянный указатель, был хорошо заметен в двухметровом просвете просеки, уходящей вглубь тайги. Лесники недавно поменяли его. Затёсы на обрубке бревна ещё не успели почернеть настолько, чтобы сделать его неприметным на фоне небогатой зимней палитры, имевшей в своём составе только два главных цвета - чёрный и белый.

- Ну вот, говорил же я! Здесь он, где же ему быть ещё? - обрадовался Иван, - через час с небольшим выйдем к машине, отсюда до неё километров шесть, - уверенно рассуждал он, глядя на столб, вызвавший у него приятные эмоции.

Просека вывела охотников к дороге, шедшей вдоль болота, это обстоятельство указывало на верность выбранного егерем пути, ведь совсем недавно он предсказал и квартальный столб, и ведущую к болоту просеку, вдоль которой идёт дорога, ведущая к машине искателей приключений. У людей не было никаких сомнений, что скоро их очередное промысловое предприятие подойдёт к закономерному концу, от этого им даже стало немного грустно. Они повернули направо и продолжили своё передвижение по тайге. Однообразный пейзаж нескончаемого болота казался Георгию подозрительным, каждый сделанный шаг копил в нём вопросы, постепенно их количество стало невыносимым, психика человека потребовала срочной разгрузки:

- Иван, мы по той дороге идём? - спросил мужчина.
- Да вроде по той, - ответил компаньон. В его голосе имелся оттенок сомнения.
- А где мы лосей дожидались? - опять спросил Георгий.
- Если это дорога та, то думаю, что за тем кустом, - Иван указал на высокие деревья, видневшиеся вдали, они располагались таким образом, что на отдалении напоминали размашистый куст, именно через него и шёл путь следования охотников.

Георгий вспомнил, что и в самом деле там, где они ожидали выхода зверей, перед ними был выступ леса, уходящий в болото. Он успокоился. Все его вопросы моментально улетучились. Дорога провела искателей приключений сквозь тёмную чащу и вывела на небольшую вырубку. Открывшаяся перед их взорами картина настолько ошеломила мужчин, что они на какое-то время потеряли способность не то что облекать свои соображения в слова, но и мыслить:

- Надо пройти её, - только и смог сказать Иван.
- Ага! - произнёс Георгий в ответ.

Люди пересекли незнакомое место, прошли через небольшой перелесок и вышли уже на большую площадку прошлогодней лесозаготовки. Открытое пространство напоминало замёрзшее озеро, укрытое снежным покрывалом, поверх которого торчали шляпки пней срезанных деревьев. Охотники наконец-то поняли, что где-то в их расчётах была допущена ошибка.

Почему люди способны верить и принимать плохое, но вот в очень плохое, ужасное люди не верят, пока оно не станет очевидным, и даже тогда они всё равно не верят в непоправимое! Охотникам и в голову не могло прийти, что они шли не только не по той дороге, но и не в ту сторону!

- Видно далеко влево ушли! - сказал Иван, и затем, немного помолчав, продолжил говорить: - Пока до наших следов идём, стемнеет. Лучше здесь налево повернём и пойдём вдоль вырубки, там найдём вывозную лежнёвку и по ней выйдем на зимник, по нему и в темноте до машины дойдём.
- Далеко отсюда до зимника? - поинтересовался Георгий.
- Недалеко! Не больше километра. Дураков нет брать делянки дальше от проезда! - сказал Иван и направился к краю вырубки. Георгий двинулся за ним.

* * *

Наступили сумерки. Мужчины непроизвольно увеличили темп передвижения, им очень хотелось до темноты оказаться на главной, в том месте, лесовозной трассе. У нижнего края вырубки Иван остановился и стал что-то искать в карманах. Обнаружив то, что ему было необходимо, егерь принял деловитый вид. Он поднёс к своим глазам небольшую продолговатую вещицу и начал жать поочерёдно на все, какие на ней были кнопки. Это был навигатор.

- В прошлом году в обществе* подарили! - с гордостью сказал мужчина и показал прибор Георгию, - хорошая штука, показывает где ты находишься. Я в нём ещё, правда, не совсем разобрался, но основное мне объяснили: тут вот эти две кнопки жмёшь и появятся сначала кружочки, а потом точки и карта. Там, где стрелка, там значит ты и находишься. Крутишь как надо и идёшь! Только что-то не включается в этот раз, - егерь постучал навигатором об руку, понажимал кнопки, ничего не включилось, снова постучал им, но уже об ногу, и опять ничего не включилось! После этого Иван принялся вновь нажимать то одну, то другую кнопку, приговаривая: "Понаделают всякой дряни, людям голову только морочат!"

- Там хоть батарейки есть? - спросил Георгий.
- Ну а как? Где же им быть? - изумился вопросу Иван.
- А ты посмотри, - сказал Георгий.

Иван открыл крышку корпуса навигатора, батареек там не оказалось!

- А-а-а, внуки это видать вытащили их. Играли они аккурат вчера этой штуковиной, я же им и разрешил, - с умилением начал рассказывать про своих внуков Иван.
- Большие внуки? - поинтересовался Георгий.
- Маленькие ещё. У тебя-то нет навигатора? - спросил егерь бесхитростно Георгия.
- Нет, - ответил мужчина.
- А компаса нет? - продолжил он расспросы о наличии у его товарища необходимых для пребывания в незнакомом лесу аксессуаров.
- А у тебя, что нет? - ответил вопросом на вопрос Георгий.
- Нет. Столько их потерял! Давно без них в лес хожу, - объяснил он.
- Ну и я тоже, - закончил разговор о навигаторе и компасе Георгий.

* * *

Стремительно темнело. Мужчины нашли дорогу, по которой лесорубы вывозили заготовленную древесину и двинулись по ней. Хотелось как можно быстрее покинуть лес и оказаться в салоне автомобиля.

Иван шёл впереди, Георгий, едва передвигая ноги старался не отставать от товарища. К нему пришла усталость. Ноги болели от напряжения, которому они подвергались в течение многочасовой гонки с лосями. Эмоций человек никаких не испытывал, единственно о чём он думал - это передвигаться без падений, их ему не удавалось избегать, несмотря на то, что его взор был постоянно устремлён вниз, к земле. Когда он спотыкался и падал, то испытывал боль, измученное тело в такой момент не желало подниматься и требовало отдыха. Георгий успокаивал себя тем, что по его расчетам они прошли уже больше пятисот метров, а значит до дороги оставалось чуть больше четырехсот метров. Он начал считать шаги. Когда счёт достигал ста, мужчина поднимал голову, смотрел вперёд и думал: "Не показался ли там зимник?"

* * *

С каждой минутой света в пространстве становилось всё меньше и меньше, и вот день ушёл, людей полностью окружила ночная тьма. Глаза Георгия едва различали то, что было у него под ногами, он давно отстал от Ивана и не знал, где тот находился, по этой причине у него появились опасения того, что он мог сбиться с дороги. С неприятной мыслью пришла неуверенность в движения, число его падений начало стремительно расти. Георгий начал ощущать холод. Лёгкая зимняя курточка, которая во время преследования сохатых пропиталась потом, теперь замёрзла и напоминала ледяной скафандр. Человек потерял много энергии, ему сильно хотелось есть.

- Жора, садись передохнём, - прозвучали слова из темноты.
- Ты где? - спросил измученный человек.
- Я справа от тебя, под ёлкой, - неестественно прозвучал голос Ивана.

Георгий присмотрелся и увидел что-то напоминающее ноги человека, он осторожно обошёл их и нащупал ствол дерева, держась за него дрожащей рукой, уставший охотник медленно опустился на снег:

- Немного осталось, скоро должны выйти, - пообещал Иван, а затем спросил: - Есть хочешь?
- Хочу, - сказал Георгий.
- Есть консервы - килька в томате. Будешь? - дал Иван название тому, что имелось из съестных припасов.
- Буду, - с готовностью выразил согласие Георгий. Егерь открыл большим охотничьим ножом жестяную банку и протянул её сильно уставшему компаньону.
- Нет. Ешь ты первым. Оставишь, - предложил Георгий свою очерёдность действий. Иван поел и снова протянул банку и нож товарищу: "Доедай, я всё!"

То, что кильки в томате - настолько вкусное кушанье, Георгий не то что не знал, он даже никогда и не думал о таком. Остриём ножа охотник осторожно извлёк из пространства банки всё её содержимое: маленьких рыбок и все до единой капли соуса. Когда в жестяном сосуде ничего не осталось, он провёл клинок между двумя пальцами и облизал появившиеся на них остатки томатной подливки. Еда, попав в желудок Георгия тут же превратилась в энергию. Она разлилась по телу и приготовилась к тому, что её используют, и она превратится в силу, позволяющую человеку передвигаться и жить.

Между деревьев появился огонёк. "Машина едет! Дорога рядом!" - обрадовался Георгий.

- Луна поднимается, - произнёс Иван.

Появившееся было стремление быстро встать на ноги и бежать в сторону огонька пропало, а вместо него появилось желание спать. Было слышно, как вздохнул Иван. Георгий закрыл глаза.

* * *

- Жора! Жора! Не спи! Просыпайся, не спи, нельзя спать! - Георгий наблюдал, как Иван тряс его тело, раскачивая из стороны в сторону и кричал на него, даже ругался. Вот уже несколько минут у него не получалось привести в чувство уснувшего на крепком морозе человека. Было видно, что Иван испытывал отчаяние. Он кричал: "Что я наделал! Что я наделал! Как просмотрел! Рядом ведь был!"

Неожиданно мужчина зарычал, приподнял тело товарища и бросил его на снег, оно было как тряпичная кукла. Туловище Георгия упало в белую массу и погрузилось в неё, увлекая за собой отходившие от него и болтающиеся на нём: голову, руки и ноги - конечности не выказали никаких признаков жизни и связи друг с другом, то, что бесчисленные попытки растрясти в них застывшую кровь и возобновить её ток, никак не удавались, приводило Ивана в отчаяние, ужасало его сознание.

Над лесом поднялась луна. Её голубоватая энергия проникла в пространство между деревьями и осветила его. Иван вскрикнул! Перед ним лежал мертвец, на его лице был снег, он не таял! Егерь взревел, как загнанный зверь и набросился на леденеющего товарища, он принялся колотить, тормошить, щипать и дёргать его, но тот никак не реагировал на это, тогда Иван расстегнул на Георгии куртку, задрал имевшуюся на нём верхнюю одежду кверху и накидал на открывшиеся живот и грудь человека снег, а затем стал со всей своей силой тереть им голую плоть.

* * *

Тысячи игл пронзили тело Георгия. Он взвыл от боли! Острые иглы были везде: в кончиках пальцев ног и рук, в голове, в коже, под ней и внутри него! Неожиданно они стали растворяться в кипятке, который разливался по артериям, капиллярам, шёл по венам, пучкам нервов, достигал органов и мышц тела. Мужчину охватил жар, он резко поднял голову и туловище над землёй, подтянул к нему ноги и тут же встал. В его глазах, в ушах, во рту и под рубашкой на груди, животе и спине был снег, Георгий, прыгая на месте стал стряхивать с тела холодную массу, при этом ещё и выплевывая, и выковыривая то, что его друг затолкал в него.

- Смотри, как запрыгал! А недавно мёртвым притворялся! - с трудом произносил слова Иван, ещё не до конца поверивший в то, что его товарищ ожил.
- Ваня, ты зачем меня так поколотил? - не переставая хаотично двигаться, прокричал Георгий.
- Жора, ты же помер! - хмыкнул, приходящий в себя от пережитого, Иван.
- А что мёртвых бить можно? - вновь крикнул Георгий, снимая с себя одежду.
- Можно! Чтобы живыми стали! - вдруг ставшим очень серьёзным голосом, ответил так Иван, как будто он в школе на вопрос учителя отвечал.
- Я так и знал, что надо с собой одежду взять. Жди от тебя, что угодно! - тут уж мужчины рассмеялись: Георгий весело, беззаботно, Иван нервно и всё же недоверчиво, с сомнением поглядывая на товарища, как бы думая: "А полностью ли мой друг ожил?" - егерь ещё не обрёл привычного состояния духа из-за недавних, необычайно сильных волнений.

Георгий разделся до пояса и вытряс из снятой им верхней одежды и термобелья снег, а потом повесил её на торчащие из ствола стоявшей рядом с ним ели сучья, после этого он обтёр тело и голову своей фланелевой рубашкой, от этого у него в организме возникло приятное тепло, он почувствовал, как открытая морозному воздуху кожа принялась с наслаждением вбирать его частицы в себя, по ней прокатились волны удовольствия, возникло состояние единения с пространством, он какое-то время неподвижно и безмолвно стоял на месте, а потом вдруг воскликнул: "Всё хорошо в меру!" - и принялся надевать на себя очищенное и высушенное морозом термобельё, оно было холодным, и глупые чувства сказали: "Бр-р-р, неприятно! Сними его с себя!" - но разум человека успокоил их, напомнив им о необходимости срочного облачения тела в одежды. Георгий достал из рюкзака флисовую толстовку и шапку и надел их на себя, и то, и другое было сухим и мягким, он ощутил, как между одеждой и кожей возникло взаимодействие, она сказала ей: "Спасибо!" - и стала аккумулировать под ней своё тепло, необходимое для его жизни и для его свершений, в нём возникло состояние счастья, и он пережил его: "Чем больше таких приятных штучек у человека, тем он больше может!" - подумалось ему, и у него возник вопрос: "Кто кому принадлежит: человек природе или природа человеку?" - вопрос был сложным, поэтому тратить энергию на поиск ответа на него мужчина не стал, а только посмотрел на висящие на сучках ели куртку и пропитанную его потом фланелевую рубашку, через минуту первое было на нём, а второе лежало в рюкзаке.

- Что? Готов идти? - спросил Иван.
- Да. Пошли, - сказал Георгий.

* * *

Луна освещала путь, Иван шёл впереди, под его ногами скрипел снег, резкие звуки разносились по пространству, отражались в нём от препятствий и возвращались в виде эха к людям, это были единственные колебания воздуха, которые улавливал слух, пленённых природой путешественников.

Люди понимали, что рано или поздно лесная дорога выведет их на зимник, по которому они доберутся до машины, и поэтому больше не тревожились из-за верности выбранного пути, никакие другие неприятные переживания и мысли в те минуты не испытывались ими и не приходили к ним.

Небольшой отдых вернул охотникам силы. Происшествие, связанное с внезапным и глубоким сном Георгия, уже утратило свою актуальность и превратилось из события в недоразумение. Мужчин ничто не беспокоило, они наслаждались мелодиями, которые производила обувь при соприкосновении со снегом, красотой повисшей на небе луны, её сияющим мистическим светом и чистым морозным воздухом.

* * *

Лесовозная дорога, обнаружила себя неожиданно. Упорные ходоки, не заметили, как они, преодолев очередной перелесок оказались на прямой трассе зимника, уходящей до горизонтов влево и вправо. Безмятежное состояние привыкших к непрерывному движению людей уступило место настороженному ожиданию. Что это? Конец или начало?

Иван молчал, мгновение он осматривал проезд, затем, повернув направо, медленно пошёл по непривычно ровной поверхности. Безмолвие, в котором продолжалось движение охотников становилось тягостным:

- Далеко до машины? - спросил Георгий.
- Километра два, - ответил Иван.

Дорога казалась Георгию незнакомой, но он гнал от себя неприятные догадки. Мужчина смотрел на полотно насыпи и пытался вычленить в отпечатках протекторов колёс следы своего автомобиля. Их там не было! Более того, имевшиеся знаки проезда техники были двух-трёх дневной давности! Его глаза не верили в то, что видели!

- Куда мы идём? - спросил он Ивана, гоня от себя мысли о том, что на протяжении длительного времени они двигались в неверном направлении.
- Если через два километра не выйдем на наш зимник, то значит мы шли не той дорогой, - сказал Иван, не оборачиваясь.
- Думаешь не той? - спросил Георгий. В тот момент он представлял себя вывалившимся из космического корабля человеком, которого унесло в бесконечное пространство.
- Узнаем через два километра, - сказал Иван тихо, с грустью.

*местное общество охотников

Продолжение следует...





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 39
© 11.01.2018 Анатолий Томин
Свидетельство о публикации: izba-2018-2164919

Рубрика произведения: Проза -> Приключения












1