СТИХИ В АЛЬМАНАХ "КОЛЬЧУГИНСКАЯ ОСЕНЬ"



ЖИЗНЬ ВЕРНЕТСЯ К ТЕБЕ



СТИХИ В АЛЬМАНАХ «КОЛЬЧУГИНСКАЯ ОСЕНЬ»




. . .

Жизнь вернется
к тебе
как любимая девушка
вдруг возвращается
утром
и ты скажешь опять -
хорошо что пришла
только где ты была
этой ночью
когда было темно
на земле
и одни только звезды
сверкали от счастья
что могут теперь
кого хочешь любить
но она не ответит
любимая девушка эта
для нее мир вокруг
просто место
где можно бродить
по ночам
а потом возвращаться
к тебе
и не знать
что с ней ночью
случилось
почему она здесь
и зачем уходила
тогда.








. . .

Я не знаю и сам
что же было
и будет
то ли это
луна за окном
то ли девушка юная
очень простая
с букетом
увядших цветов
и смеется она
и как будто бы
плачет
и свободно
заходит в мой дом
и хочу я
хоть что-нибудь
ей подарить
пусть не счастье
но нежность на память
но она
вдруг уходит
как тень
и так трудно ее позабыть
даже если
луны за окном
и не станет.










. . .

Ты более наверно
одинок
чем даже тот
таинственный
лесной отшельник
к которому приходят
поклониться
крестьяне
из далеких сел
да он привык
лишь к шелесту листвы
как ты привык
к шагам простых прохожих
которые за много
долгих лет
тебе ни слова
не сказали никогда
и ты по лестнице
спускаешься в подъезд
как будто бы
в глухое подземелье
где мертвых
много больше
чем живых
и тьма оставила
одну лишь каплю
зыбкого
трясущегося света
от маленькой свечи
в твоей руке.






. . .

Ты как будто бы был
на волшебном
невидимом острове счастья
а теперь
возвратился в свой дом
где встречают тебя
те же шторы
на окнах
и та же
луна молодая
и за ними
в окружении
верных своих облаков
тот же маятник
так же считает минуты
те же самые тени
приходят к тебе
темной ночью
и ты им говоришь
где ты был
и они понимают
и кивают тебе
головами
и ложатся
у старой кровати твоей
чтобы грезить
о сказочном острове этом
когда ты улыбнешься
и сладко заснешь.








. . .

Душа моя обычно
бродит ночью
без меня одна
по улицам пустым
а утром
возвращается обратно
и я с ней вместе
целый день живу
гляжу в окно
по улице гуляю
одиноко
соседям кланяюсь
учтиво во дворе
и жду того
торжественного часа
когда душа
уйдет бродить по миру
на закате
совсем одна
как будто рядом с ней
так никогда
и не было меня.







. . .

Я состою
из вороха молекул
они наверно
бродят в теле
как хотят
вернутся к голове
потом
уходят в ноги
и облепляют сердце
иногда
лишь только душу вот
не замечают
для них ее и нет
моей души
но я люблю
молекулы простые
на них ведь можно
положиться
в любом деле
вот например
когда рождаешься
на свет
или когда
все испытав
собрался умирать.











. . .

Ничто не шелохнется
в этом мире
ни лист на дереве
ни тени за окном
они застыли
словно часовые
и кажется
не смогут шевельнутся
и если их
об этом попросить
луна стоит
на середине неба
как будто ждет
куда же ей упасть
и ты стоишь
все время у окна
так словно
сделан был
из камня
каменотесом старым
как-то ночью
и он для сердца
места в этом камне
по старости своей
не прорубил.



. . .

Как пар
превращается в снег
высоко в облаках
над забытой землей
так и я
превратился
в свое отраженье
на прозрачной воде
этой жизни
и как будто бы
просто плыву
неизвестно куда
не могу
опуститься на дно
или в небо подняться
и никто
не сумеет меня оторвать
от поверхности
этой прозрачной воды.







. . .

Покой как будто
наливают в мир
как в бочку
наливают воду
пей сколько хочешь
кружками большими
хозяина притом
благодаря
а кто хозяин?
ведь его не видно
повсюду жизнь
такая как всегда
смеются девушки
в песочнице
играют дети
на лавочках
все бабушки на свете
и все вороны мира
над домами
летают черной тучей
и галдят
и непонятно
кто это придумал
вот этот мир
таким какой он есть
быть может
он нам просто
показался
ну скажем после третьей
доброй кружки
сладкого покоя
из бочки на колесах
во дворе.







. . .

Душа закружилась
опять
в дивном вальсе
с луной одинокой
и звезды снежинками
тоже кружатся
за темным окном
и кажется им
что весь мир
вместе с ними
танцует
но он просто спит
как всегда
прислонившись к земле
и улицы спят
и дома вновь заснули
все там же
где вечно стояли
спит небо
не зная совсем
что кружится в нем
чья-то душа
и ее полюбила луна
и они все танцуют
в обнимку
пока утро
не выльет на них
по ведру
той холодной
прозрачной воды
что таясь
называют рассветом.










. . .

День за днем
так идут
как солдаты
по дороге идут
на войну
я махаю им вслед
своим белым платком
и все верю
они снова вернутся
обратно
когда кончится
эта война.







. . .

Жизнь веселая
тонет в снегу
его так
удивительно много
что можно лепить
сколько хочешь
снежки
и бросать ими
в милую вечность
она проходила тут рядом
все судьбы неся
на руках
и от нас
убегала смеясь
как девчонка
а мы
оставались играть
в свои вечные игры
и снежки
улетали на край
нашей маленькой
доброй вселенной.







. . .

Сколько жить тебе
с этой зимой
она же не девушка
в белой косынке
и даже не бабушка
в том своем
неизменном
старушечьем белом платке
без которого ведь
невозможно
сидеть на скамейке
у дома
она - тот прохожий
который без спросу
приходит в квартиру
говорит что он друг
и берет твои вещи
себе
и садится за стол
ест твой ужин
и спит
в твоей теплой кровати
а ты рядом стоишь
и молчишь.










. . .

Ночь меня обнимает
сегодня
словно девушка
в черном монашеском платье
в волосах у ней
светит луна
как блестящая брошка
и смеется она надо мной
хотя любит
и гладит так нежно
как гладят котят
беспокойные дети
если им
больше нечего делать
на свете
одним.





. . .

Я понимаю
все наоборот
чем дальше
друг от друга
больше чувства
но все таки
нельзя придумать все
и важно
что бы что-то все же было
чтоб был
и плеск воды
и камень в пруд
упал
и лег на дно
и затаился
чтоб в самом деле
ты была с мной
и я держал
в своей руке
твои ладони.






. . .

Флакон души опять наполнен светом
следы мечты опять ведут туда
где проживает розовая юность
и говорит веселые слова
на белом свете снова хорошо
кругом бутоны и счастья и улыбки
и кто-то очень добрый заживает
на небе голубые звезды
просто так.



. . .

Свет земной
до которого только дотронулся пальцем
рассыпается словно песок
на отдельные мелкие юркие капельки смеха
летящие тихо вдоль стен
моей комнаты
как мотыльки
которых никак никогда и ничем не поймать
потому что они как мечты -
так легко ускользают
но все же
опять появляются сыпью
такой же смешной и веселой и глупой
как день
отодвинувший ночь
в моей странной живой
совершенной не прожитой жизни.




. . .

Когда же ты придешь
и что мне скажешь
что эта ночь
мучительно темна
а ты одна
и хочется проснуться
но ты не можешь
в темноте не спать
ведь все равно
не видно и не слышно
кто жив кто мертв
и черная вода
все льется рядом
словно утонули
мы в той реке
в которой нет и дна.








. . .

Окно сегодня
как лазейка в вечность
из всеобъемлющей
недвижной тишины
которая накрыла одеялом
таким же плотным
как сырой туман
проникший сквозь
задвинутые шторы
и говорящий -
я к тебе пришел
с чудесным предложением
от Бога
он за воротами
и ждет тебя давно.








. . .

И почему же
молодость есть сон
она опять вернулась
как девчонка
с огромным бантом
в светлых волосах
с улыбкой юной
нежности
в которой
так много счастья
что оно парит
воздушным шаром
над всей жизнью этой
и говорит
что долго будешь плыть
в волшебных облаках
увидишь мир
летя над ним куда-то
за горизонт
где раньше был закат
ну а теперь рассвет
и кто-то плачет.





. . .

Вечером
в мире чудесном
всегда появляется солнце
светит оно
по ночам
освещая поляну восторга
и такие простые на ней
голубые цветы
к ним летят
мотыльки всего света
пить волшебный нектар
упоительной
нежной любви
ну а утром
тот мир засыпает
видит чудные сны
и в них Бога
на облаке белом
он плывет над землей
посылая
всем девушкам милым
с добрым ангелом
светлое счастье
ты проснись
и увидишь
тот ангел уже прилетел.





. . .

В жизни много всего
что совсем
не имеет простой
и понятной причины
почему ты кого-нибудь
встретил однажды
а другого
увы не встречал
и не встретишь
уже никогда
почему тебе нравится
запах фиалок
почему ты так любишь
луну а не солнце
почему ты
родился на свет
а другой не родился
и с тех пор
ты вот есть
а другого и нет
на земле
почему тебе кажется то
что другим
не казалось
почему ты играешь в любовь
и не можешь
заснуть до утра.






. . .

По твоему
если луна на небе -
это шутка
и она наверно
не к добру
а если ночь темна
то кто-то
замышляет чудо
такое мрачное
что свет
уже погас
и если распускаются
фиалки
то будет ночь любви
в который раз
когда же ветер
злой
стучится в окна
то жди гостей
из самой гущи тьмы
лампаду зажигай
перед иконой
молись святым
и верь
что добрый ангел
всему наперекор
но прилетит.





. . .

Когда тебя
уже не дразнит жизнь
как хвостик беличий
наивного котенка
когда ты ничего
уже не хочешь
как будто съел
в обед
пять порций
и уснул
вся жизнь становится
тяжелой ношей
мешком огромным
за плечами
в котором камни
пепел и зола
его поставишь
наконец у двери
и лишь тогда
окажешься счастливым
когда вся жизнь
бесцветна и пуста.





. . .
Вокруг как будто
вяленая жизнь
копченые
на улицах дома
сушеные деревья
по бульварам
замаринованная
в соусе река
и все это
ты видишь на прилавке
обычного
дешевого житья
как ты берешь
соленых огурцов
так я беру
несвежую любовь
кругом зима
и свежего не сыщешь
и так и будем
потихоньку жить
приобретая
все на свете
в лавке счастья.









. . .

В жизни свет
берется ниоткуда
не от солнца
и не от луны
не от спички
и не от костра
и не от любви
и не от бога
свет исходит
просто из тебя
изнутри
где сильно
бьется сердце
и потом уже
кружится рядом
и летит летит
во все концы
а как только
вдруг
тебя не будет
то погаснет свет
и всюду в мире
что за свет на свете
без тебя.






. . .

Быть может
я дождусь
такой любви
стремительной
волшебной
словно птица
кружащая над миром
в темноте
а может быть
дождусь
такого одиночества
когда во всей земле
куда ты ни пойдешь
ты никого
не встретишь никогда
а вдруг
дождусь безумной тишины
которая повсюду
будет вечно
в которой звуки
будут угасать
как пламя
в страшной духоте…
И что же лучше?
может одиночество?
а может быть
волшебная любовь?
Но вряд ли -
скорей всего
сама возможность
ждать
что что-то еще будет
и жизнь
еще осталась впереди.





. . .

Ты утром - молодой
а вечером – старик
и ночью ты
колдун
а днем – хороший парень
как будто ты
всегда меняешь душу
и новую
откуда-то берешь
ты где их прячешь? –
в закромах у бога
или у дьявола
в холодном подземелье
где надо жечь
для грешников костры…
с тобой конечно
не бывает скучно
но лучше б ты
вообще-то превратился
в толпу людей
ни капли непохожих
друг на друга
которые пошли бы
кто куда.










. . .

Жизнь
как тропинка
по камням
в кромешной тьме
все время спотыкаешься
боишься
что упадешь
куда-нибудь в овраг
но все равно
идешь по ней
как будто видишь
какой-то свет
перед собой
вдали.




. . .

Камень в поле -
случайность природы
как и омут
в дремучем лесу
и так много
случайностей рядом
что ты ими
как будто завален
как зимой ошалевшей
завалена снегом
земля
ты случайно
родился когда-то
и случайно
на свете живешь
и умрешь
несомненно случайно
так что все
удивятся вокруг
но под гнетом
случайности этой
все же теплится
лучик добра
когда вдруг
незаметно приходит
к тебе почему-то
то что ты загадал
так давно
на простом
пожелтевшем
осеннем листе.



. . .

Есть притяжение судьбы
к ней тянутся
события и люди
как к магниту
и от твоей судьбы
тебя не оторвать
и это очень хорошо
когда она
тебя уносит к счастью
словно путник
идущий
по большой дороге
в чудный мир
а плохо если
словно камень
судьба твоя
влечет тебя на дно
такой судьбы
не пожелаешь другу
и лучше бы тогда
и не было на свете
никакой
ни доброй
и не злой судьбы.

. . .

Я кружу свою голову
своими собственными руками
на которых при этом растет мускулатура -
крупные желваки мышц
следы упорства
а вокруг -
неподвижная жизнь
люди-мебель
из бледной потеющей плоти
и возможно я сам -
их дальний родственник
но все же
деревянные люди молчат неподвижно
как деревья дремучего леса
а я -
я подвижен
как закипевшая на костре вода
и не перестану кружить свою голову
пока не стану паром
оседающим на потолке неба
чтобы затем
однажды бушующей ночью ночью
упасть
беспомощной каплей на землю
и разбиться вдребезги
без всякого сожаления
о раздавленном маленьком счастье.





. . .
Сегодня утро безупречно безоблачно
неистребимая ясность разлита в воздухе
прозрачном настолько
что в нем различимы струны радости
натянувшиеся тонкими блестящими проводами
поющими под напором веселого ветра
песню девического восторга
и покой
расслабленно прогуливающийся рядом
настолько уверен в себе
что кажется самодовольным
упоенно разламывающим на ломтики нежных улыбок
красивые чувства
среди густо налипшего на окружающий мир
бесконечного счастья.








. . .


Что эти хмурые дни
эти темные ночи
без звезд и луны
с тишиной
превратившейся в пыль
их смоет
волной нашей жизни
за борт корабля
и мы будет плыть
и качаться
от странного счастья
и наша надежда
как чайка
метнется куда-то
вдали.







. . .

И ты опять
стоишь передо мной
такая же
красивая простая
и нежная
как утренний цветок
который
просто жив
благоухая
и никогда
не знал
как он красив
и может
голову кружить
любому
кто его увидит.




. . .

Сегодня на снегу
следы следы
как будто черти
здесь бродили ночью
и может
так и было
и смеялись
над нами черти
и пускались в пляс
держась за лапы
и тряся рогами
и осыпая
белый снег с кустов
и скаля зубы
прямо на луну.


СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРЕ:
Носов Сергей Николаевич. Родился в Ленинграде ( Санкт-Петербурге) в 1956 году. Историк, филолог, литературный критик, эссеист и поэт. Доктор филологических наук и кандидат исторических наук. С 1982 по 2013 годы являлся ведущим сотрудником Пушкинского Дома (Института Русской Литературы) Российской Академии Наук. Автор большого числа работ по истории русской литературы и мысли и в том числе нескольких известных книг о русских выдающихся писателях и мыслителях, оставивших свой заметный след в истории русской культуры: Аполлон Григорьев. Судьба и творчество. М. «Советский писатель». 1990; В. В. Розанов Эстетика свободы. СПб. «Логос» 1993; Лики творчестве Вл. Соловьева СПб. Издательство «Дм. Буланин» 2008; Антирационализм в художественно-философском творчестве основателя русского славянофильства И.В. Киреевского. СПб. 2009.
Публиковал произведения разных жанров во многих ведущих российских литературных журналах - «Звезда», «Новый мир», «Нева», «Север», «Новый журнал», в парижской русскоязычной газете «Русская мысль» и др. Стихи впервые опубликованы были в русском самиздате - в ленинградском самиздатском журнале «Часы» 1980-е годы. В годы горбачевской «Перестройки» был допущен и в официальную советскую печать. Входил как поэт в «Антологию русского верлибра», «Антологию русского лиризма», печатал стихи в «Дне поэзии России» и «Дне поэзии Ленинграда» журналах «Семь искусств» (Ганновер), в петербургском «Новом журнале», альманахах «Истоки», «Петрополь» и многих др. изданиях, в петербургских и эмигрантских газетах.
После долгого перерыва вернулся в поэзию в 2015 году. И вновь начал активно печататься как поэт – в журналах «НЕВА», «Семь искусств», «Российский Колокол» , «Перископ», «Зинзивер», «Парус», «Сибирские огни», «Аргамак», «КУБАНЬ». «НОВЫЙ СВЕТ» и др., в изданиях «Антология Евразии»,» «Форма слова» и «Антология литературы ХХ1 века», в альманахах «Новый енисейский литератор», «45-я параллель», «Под часами», «Менестрель», «Черные дыры букв», « АРИНА НН» , в сборнике посвященном 150-летию со дня рождения К. Бальмонта, сборнике «Серебряные голуби (К 125-летию М.И. Цветаевой) и в целом ряде других литературных изданий. В 2016 году стал финалистом ряда поэтических премий – премии «Поэт года», «Наследие» и др. Стихи переводились на несколько европейских языков. Живет в Санкт-Петербурге.







Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 50
© 10.01.2018 Сергей Носов
Свидетельство о публикации: izba-2018-2163560

Рубрика произведения: Поэзия -> Стихи, не вошедшие в рубрики












1