за все – наличными. глава седьмая 2-3


За все – наличными
Роман

А дальше все в бешеном темпе понеслось так, как и расписал Королев. Картье закончил платные курсы при академии Внешторга, куда, оказалось, не так‑то просто попасть. Завел там кучу знакомых, а главное, всерьез увлекся азами экономики, бизнеса – ему не терпелось проверить себя в деле. Многие, с кем он посещал занятия, уже имели собственный бизнес и мечтали о расширении – в ту пору о банкротстве никто не задумывался: огромный рынок, полное отсутствие конкуренции, впереди маячили только прибыли, прибыли…
После окончания курсов и по бухгалтерии, и по маркетингу его и еще четырех парней собрали в закрытом санатории в Подмосковье, где‑то под Рузой. Там они провели с одним небольшим перерывом сто двенадцать дней, занимаясь ежедневно по десять-двенадцать часов в сутки. Преподаватели приезжали к ним из Москвы бригадой по вахтовому методу – неделю одни, затем другие, третьи, четвертые, и по второму кругу, если того требовала программа. Наверное, благодаря интенсивности и качеству обучения, а также учитывая высокую квалификацию преподавателей и инструкторов, они за это сжатое время одолели обычный институтский курс, на который в других ситуациях уходят годы.
Программа включала и теоретические занятия, и практические, вплоть до составления бухгалтерских отчетов. А с Неделиным персонально занимались еще два специалиста по компьютерам. По окончании занятий в Подмосковье Картье мог заткнуть за пояс не только любого дилера компьютерной фирмы, но даже некоторых специалистов, ибо сам способен был собрать и отладить любую систему.
Ребята, с которыми он занимался по специальной программе, оказались из разных регионов: один из Самары, другой из Ленинграда, двое братьев-близнецов из Ростова. Наверное, у всех были похожие задания, но бизнес предполагался разный, поэтому, встречаясь в редкие свободные минуты, о частностях они не говорили. Перед каждым из них поставили условие: намеренно встреч и взаимовыгодных контактов по бизнесу не искать, но если уж их интересы пересекутся, особенно в экстремальных ситуациях, или кто‑то из них будет нуждаться в помощи, они должны оказать ее в первую очередь.
Аттестацию в Подмосковье Неделин выдержал с отличием и вскоре в одном из райкомов комсомола в центре города арендовал на десять лет под офисы целое крыло с отдельным входом, а также просторные сухие подвалы под склады. Через год он уже сам сдавал в субаренду торгово-закупочным фирмам часть комнат и часть подвалов, имея от этого ежемесячно кругленькую сумму, и сразу почувствовал силу знаний, полученных под Рузой: именно там подсказали поспешить с арендой зданий, складов, подъездных путей, пакгаузов, пока все не расхватали конкуренты. Первая же его сделка с английской фирмой оказалась не только сверхприбыльной, но и сразу же утвердила его положение в глазах заказчиков, потому как редкий продавец в то время имел ясное представление о товаре, которым торгует, тем более таком высокотехнологичном и интеллектуальном.
В том же году Слава купил трехкомнатную квартиру рядом с родителями на Кутузовском проспекте – его школьный товарищ, с которым он просидел за одной партой все десять лет, уезжал с родителями в Израиль. Работа Картье, его образ жизни диктовали необходимость иметь собственное жилье, и вдруг такая удача! Этой покупкой он удивил родителей более всего, наконец‑то они поверили, что сын занят действительно серьезным делом.
Конечно, не все шло гладко, случались и неудачи, был даже уголовный наезд, и Картье пришлось собирать «свою» бригаду – в общем, показал зубы, отвоевал свое место в жизни и бизнесе. Воспользовался он однажды и помощью на таможне, но только раз – он хотел добиться успеха сам.
Девяносто первый – девяносто второй годы оказались очень тяжелыми для работников МВД и КГБ: их сотнями отправляли на пенсию, в отставку, а тут как раз подоспела гайдаровская реформа цен, вмиг превратившая сбережения на черный день в пыль. В эти годы без чьей‑либо подсказки или просьбы о помощи Картье передал для бедствующих коллег, уволенных из органов, а также для стариков ветеранов два чемодана, туго набитых деньгами. Тайна этих миллионов вряд ли когда‑нибудь выплывет, так как знали об этом только Виктор Степанович и сам Картье. Но благое дело не нуждается ни в рекламе, ни в ответной благодарности – так оценивал свой поступок Неделин.
Прошло два года с тех пор, как он передал информацию о том, что в Центральный банк России преступный мир внедрил несколько высококлассных специалистов с целью провернуть беспрецедентную по масштабам финансовую махинацию. Тогда он не мог ни назвать фамилии «беловоротничковых» преступников, ни уточнить смысл аферы, ничего, кроме того, что это связано с чеченской мафией, ибо все держалось в строжайшем секрете и он узнал об этом случайно. Произошло это как раз накануне государственного переворота в августе девяносто первого года, надолго выбившего страну из колеи, а затем – месяцы гонений на МВД и КГБ, череда реорганизаций в обеих системах не дали возможности всерьез заняться этой информацией. Да и сами люди, с которыми Неделин находился в контакте, включая Виктора Степановича, едва удержались на своих местах, тут было не до аферистов в банке. Возможно, приняв к сведению его информацию, усилили охрану в хранилищах, при перевозе крупных сумм.
Но через полгода, когда в один день из десятков банков в разных регионах России по фальшивым авизо вытянут триллионы рублей, на самом верху вспомнят о сигнале некоего тайного агента по кличке Филипп… А Виктор Степанович даже специально встретится с Картье и покажет бумагу с грифом «Чрезвычайно важно!», он еще тогда незамедлительно дал знать наверх о готовящейся грандиозной афере в банковской сфере страны, но органы на тот момент сами оказались парализованы беспрецедентной травлей со всех сторон. Возможно, стратеги аферы на это и рассчитывали…
Но не среагировали только на эту его информацию, по остальным своим сообщениям он видел реальный результат, ибо имел дело с ситуациями, не терпящими отлагательств. Вот и сегодня, заложив с утра в почтовый ящик запрос, он чувствовал, что нащупал что‑то интересное, в последние годы интуиция его редко подводила.
Во второй половине дня, когда он выходил из Инкомбанка неподалеку от улицы Горького, раздался зуммер пейджера. Неделин не спеша открыл бесшумную дверцу «мерседеса» и, только сев за руль, прочитал сообщение: «Дедушка просил обязательно заехать вечером на чай». Это означало, что Филиппа ждет с важной информацией Виктор Степанович, по пустякам его не отвлекали. «Ага, значит, я попал в точку», – обрадовался Неделин и, развернув машину, поехал к Елисеевскому магазину.
За годы встреч на Кутузовском проспекте он сдружился с хозяином явочной квартиры, бывшим оперативником, и никогда не приезжал к нему без подарка или гостинцев. Старик любил хороший чай, кофе и был сластеной – обожал торты, печенье, конфеты. Конечно, даже на пенсию участника войны и за полную выслугу лет в уголовном розыске, где он постоянно, как и на фронте, подвергал свою жизнь риску, ничего из качественных продуктов хозяин позволить себе теперь не мог.
В гастрономе Неделин прошел в боковую дверь, где в бывшем мясном отделе теперь торговали за валюту. В большом переоборудованном зале тихо играла музыка, и всего два-три человека стояли у прилавков. «Неужели вся эта перестройка была затеяна для того, чтобы незначительная кучка удачливых или ловких людей могла почувствовать комфорт европейского уровня жизни?..» – невесело подумал Неделин. Он не торопясь сделал покупки в кондитерском отделе, особенно тщательно выбирал торт, так как выбор оказался на удивление богатым. В конце концов остановился на датском торте «Замок» с орехами. А с остальным – чаем, кофе, конфетами – вышло и того быстрее, тут он ориентировался четче, ибо сам любил хороший цейлонский чай с бергамотом и добротный кофе.
Виктор Степанович однажды рассказал Неделину, что на первых порах после каждой встречи на Кутузовском хозяин явки всегда настороженно спрашивал: неужели этот щеголь на японской машине, с иголочки одетый, пахнущий французским одеколоном, всегда пунктуальный и вежливый – наш человек?
На что, конечно, Королев твердо отвечал: наш, но понимал, что не совсем убедил старика.
Только после того, как Картье в первый раз принес чемодан, туго набитый деньгами, для бедствующих коллег – чемодан этот долго хранился на Кутузовском, – старик окончательно поверил Неделину, да что поверил, искренне полюбил его. Дотошные дворовые бабки все‑таки засекли, что в сто шестую квартиру к отставному полковнику изредка наведывается элегантный молодой человек, и поинтересовались у старика – кто, мол, такой, кем он вам приходится? И бывший оперативник вынужден был сказать, что это его любимый внук, а потом в их телефонных звонках появилась семейная связь: дедушка – внук.
Когда Картье приехал на Кутузовский проспект, Виктор Степанович уже поджидал его. Судя по возбужденному взгляду Королева, Неделин понял, что незнакомец из ресторана «Пекин» представлял для органов интерес. Две добротно отпечатанные фотографии лежали на столе, и Королев, взяв одну из них, нетерпеливо спросил:
– Как ты вышел на него? Очень обрадовал ты моих коллег с шестого этажа. Они полгода с него глаз не спускают, не поймут, что его у нас интересует, с каким заданием прибыл.
– А что, такая уж важная птица? Или Армения уже представляет для кого‑то особый интерес? – полюбопытствовал Неделин.
– Нет, Армения интереса не представляет, – оживленно ответил Виктор Степанович. – А Карлен Татлян, так зовут этого симпатичного молодого человека, – гражданин США. Он окончил разведшколу в Иллинойсе и с ЦРУ сотрудничает со студенческих лет.
– Он что, намеревается завербовать меня в ЦРУ? – рассмеялся Неделин.
– Не знаем, не знаем. Но он видит тебя не в первый раз. Я же сказал, что за ним ведется наружное наблюдение. Он был в казино «Трефовый туз», когда ты сыграл там свою «коронку». Вот фотография, узнаешь? – Королев протянул другой снимок, где тот же молодой человек, но уже в смокинге и белом муаровом галстуке-бабочке, был заснят как раз в тот момент, когда делал ставку в рулетку. – Возникает вопрос – специально ли он оказался в тот вечер в казино «Трефовый туз»? И если не случайно, что ему от тебя надо? И второе: почему он появился вчера в «Пекине» и зачем заснял тебя? – Скорее всего, Королев повторял вопросы своих коллег с шестого этажа.
– Если он не случайно пришел в «Пекин», значит, что‑то знает обо мне, возможно, ищет встречи со мною или хочет знать, с кем я бываю? – рассуждал вслух Неделин. – То, что он сотрудник ЦРУ, многое проясняет… Виктор Степанович, вы сказали, что ваши ребята с шестого этажа ведут за ним догляд уже с полгода: к чему он проявляет интерес, к чему из запретного его тянет?
– В том‑то и вся загадка, дорогой Вячеслав Михайлович… По долгу службы он представляет газету «Лос-Анджелес таймс», ведет рубрику в колонке культуры, сообщает новости светской жизни из России, говорят, делает это довольно‑таки толково, мало что пропускает значительного, особенно из столичной жизни. Но его не замечали возле секретных объектов, он не ищет подходов к НИИ или производствам, не кружится возле ученых. Не уличен в связях с военными или в интересе к военным объектам. Не заводит он и дружбы с теми, кто наверху. Странный парень, загадочный шпион. Зато проявляет интерес к игорным заведениям, причем самым дорогим, где играет по‑крупному. Бывает он и в подпольных катранах, хотя азартом не отличается: играет сдержанно, чаще выигрывает. Частенько посещает дорогие рестораны, салоны модной одежды, но покупает только по мелочи, чаще консультирует друзей из своего нового окружения. Короче, бывает там, где крутятся большие деньги, а точнее – шальные деньги.
– Говорите, проявляет интерес к деньгам? – встрепенулся вдруг Картье, словно напал на что‑то важное. – Это весьма интересно. Деньгами никогда просто так не интересуются…

3

… В то же самое утро на другом конце Москвы, только часом позже, Карлен Татлян передал по своим каналам шифрованное сообщение. Оно гласило:
«Меня интересует подробная информация на молодого человека, чью фотографию и известные мне координаты прилагаю. Ведет чрезвычайно активный образ жизни. Обладает средствами. В течение часа проиграл в казино около сорока тысяч долларов. Через неделю отмечал в большой компании день рождения в дорогом ресторане. Ездит на «Мерседесе-600». Часто бывает на престижных мероприятиях. Возможно, через него отыщется ход к интересующим нас проблемам.
P. S. Высылаю также фотографии двух чеченцев, братьев Цуцаевых, – близких людей из окружения генерала Дудаева. Бывая в Москве, повсюду сорят деньгами. Снимки сделаны по моей просьбе в Крыму, в поселке Коктебель, в казино. Из случайно записанного разговора выяснилось, что братья Цуцаевы в ближайшие месяцы приедут в Лондон с какой‑то важной секретной финансово-политической миссией. Предоставляется возможность взять на тщательную экспертизу деньги, которые привезут братья Цуцаевы. Разъезжают повсюду с полными кейсами наличной валюты, поэтому есть все основания подозревать, что искомый нами объект находится в России, в Чечне.
Норман».





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 22
© 04.12.2017 рауль мир-хайдаров

Рубрика произведения: Проза -> Роман
Оценки: отлично 0, интересно 0, не заинтересовало 0
Сказали спасибо: 2 автора












1