Долгая дорога к себе. Часть 3. Глава 26.


         Дни походили один на другой. Утром я спешила на работу, быстро выполняла, что необходимо было сделать срочно, остальное передоверяла девочкам. За это время мои швеи сильно изменились, стали серьезными, ответственными. Болтовня перестала отвлекать их от работы. Они переживали за каждое изделие, за каждого клиента. То, чего я не могла от них добиться все годы, появилось само собой. Перед моими глазами формировался дружный сплоченный коллектив, способный решать самые трудные задачи. Это радовало. Дальше шли дела домашние: магазины, рынок. Я старалась повкуснее накормить Николая, правильное питание стало моим пунктиком. Николай уже перестал сопротивляться, столь настойчивой я была. Верю, что ему не доставляла радости эта роль, верю, что такой мужчина, как Николай, предпочел бы ужинать со мной в ресторане, но пока это время не наступило. Медсестры каждый день ставили ему капельницы, делали кардиограмму. Доктор отмечал значительное улучшение в работе сердца и поговаривал, что скоро снимет домашний режим. «Движение и свежий воздух поднимут вас окончательно» - таков был его вердикт. Ну, а пока вечера мы проводили дома в беседах, в воспоминаниях, позволяя откровениям все больше и больше сопровождать наши разговоры. Доверие проникало внутрь меня, растапливая лед непонимания, лед обид на мою предыдущую жизнь, на тех мужчин, которые не смогли достучаться до моего сердца, а, может быть, просто не хотели. Пожелав спокойной ночи друг другу, мы расходились по своим комнатам. Я доставала мольберт, кисти и настраивалась на работу. Это, действительно, оказалась серьезная работа – рисовать принцесс из моего детства. Они появлялись перед глазами, как только я брала кисть в руки: принцессы в белом, красном, сиреневым платьях. Все необычайно красивые, но, как оказалось, очень разные. Открытие удивило меня, никогда раньше не замечала, что наряды и внутреннее содержание так зависимы друг от друга. Первой появилась принцесса в сиреневом платье. Она возникла из памяти, словно никогда не покидала ее, но образ принца долго не давался. Я рисовала нарядного и красивого юношу в панталонах из парчи. Это было просто смешно, они не могли даже стоять рядом. Юноша выглядел, как клоун из цирка шапито. Я задумалась, какая девушка может надеть сиреневое платье и быть в нем гармоничной? Уверенная в себе, в своем будущем, в своем умении создавать жизнь. Этот ответ пришел сразу. Вот, оказывается, как важно правильно задавать вопрос. Вот почему я не могу носить сиреневые наряды. Мне не хватает этой уверенности. Какой мужчина может быть рядом с такой девушкой? Несомненно, тоже уверенный в себе. Постепенно образ принца появился перед глазами. Это был принц в черном фраке, отделанном атласом. Изысканный наряд придавал торжественность. Так я нарисовала первую пару. Работа увлекла меня, с нетерпением ждала вечера, чтобы сесть за мольберт и взять кисть в руки. Одна за другой появлялись пары. Принц и принцесса дополняли друг друга. Последней была принцесса в белом платье. Долго не могла нарисовать ей принца. Рвала одну за другой картины, недовольная результатом. Принцы были красивые, нарядные. Некоторые даже умные, в их глазах был свет, но все было не то. Несколько дней потратила на поиск. Неожиданно рука нарисовала военного в строгом красивом мундире. Конечно, принцесса в белом нуждалась в защитнике. Мне показалось, она улыбнулась в благодарность. «Чистота всегда нуждается в защите», - пришла в голову мысль – «ее надо беречь и охранять». Отложив последний рисунок, задумалась. Живу почти сорок лет, а простые истины остались для меня загадкой. Порхаю по жизни в писках мужчины для семейного счастья, а сама так и не поняла, какая я. С какой из нарисованных принцесс могла бы ассоциировать себя? Вопрос застал меня врасплох. Точно, не принцесса в сиреневом. Может быть, принцесса в белом? Не знаю. Как же я могу найти подходящего мужчину, если не знаю себя? Как могу построить семью, если не научилась разбираться в людях? Шью одежду, даже не задумалась ни разу, насколько она отражает внутренний мир заказчика? Да, много открытий принесла простая, на первый взгляд, работа!

           Ирина «кусала локти». Она не могла жалеть о случившемся, прекрасно понимая, что нахождение у постели шефа несло только негативные эмоции. Ирина не была готова к такому раскладу, но сейчас-то все изменилось. Состояние шефа улучшилось, это подтверждала Анна, когда Ирина звонила ей по телефону. Конечно, Ирина объясняла это поручением начальства, заботой коллектива. Не могла же она признаться Анне, что звонки - ее личная инициатива. Не могла Ирина сказать, что сегодня хотела бы вернуть ситуацию обратно, когда Николай Петрович был практически в ее руках, когда нужны были небольшие усилия, чтобы навсегда привязать его к себе. Признать поражение она не могла и не хотела. Практичный и острый ум Ирины не давал покоя, нужна была стратегия реабилитации себя, уничтожения соперницы, и эту стратегию нужно было придумать в самое ближайшее время. Ирина чувствовала, что часы неумолимо приближаются к последней отметке. Она не могла упустить время, и дать окончательно сблизиться шефу и Анне. Она не знала, на каком уровне их отношения, но предполагала, что до брака осталось недолго. Брака Анны и шефа Ирина не боялась, у нее не было преград типа «с женатыми мужчинами не иметь дела». Все было с точностью до наоборот, брак не был помехой в достижении желанной цели. «Любой ценой, не смотря ни на какие преграды, цель должна быть достигнута» - такова жизненная установка Ирины. Именно так она действовала до сего дня, именно так намеревалась действовать и сейчас. План был практически создан, для устранения соперницы Ирина придумала несколько вариантов, которые намеревалась осуществить. В первом варианте ставка была сделана на подругу Машу. Под большим секретом Ирина рассказала ей тайну об Анне. Ирина сказала, что все это время молчала, боясь скомпрометировать шефа. Самыми мрачными красками она обрисовала ситуацию, как Анна ворвалась в больницу, вышвырнула Ирину из палаты, силой оторвала от постели Николая Петровича, за которым Ирина очень внимательно ухаживала. Николай Петрович даже привязался к Ирине и был благодарен. Он не мог это сказать словами, но пожимал тихонько ее пальцы, поглаживая с большой нежностью. «Я-то знаю, – продолжала Ирина нашептывать Маше, - что шеф хотел бы оставить меня, но эта Анна такая стерва, хуже не бывает. Не знаю, как мне искупить свою вину перед шефом? Не могла же я драться с ней в больничной палате». Расчет был точный, через пять минут Мария пересказывала секрет у себя в отделе. Через пару дней об Анне говорило все управление, слухи обросли домыслами, приписывая все новые и новые недостатки Анне, обеляя Ирину с ног до головы. Сочувствующие взгляды сопровождали Ирину с утра до вечера, самые смелые сотрудницы пытались дать совет, как вернуть шефа домой. Ирина выжидала, если этот план не приведет к решению вернуть шефа, она будет запускать второй вариант. Но все-же, кто-то аккуратно донес до начальства, что Николаю Петровичу не так хорошо, как он говорит по телефону, что гораздо лучше будет, если вернуть его домой, и сделать это должна не кто-нибудь, а его верная помощница Ирина. Колесо завертелось, оставалось подождать совсем немного.





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 18
© 04.12.2017 Ольга Фишер

Рубрика произведения: Проза -> Роман
Оценки: отлично 0, интересно 0, не заинтересовало 0
Сказали спасибо: 1 автор












1