Жаркое лето 1977 года


Жаркое лето 1977 года
Часть 1.
Жаркое лето 1977 года. Текла обычная размеренная жизнь. Строилась Байкало-Амурская магистраль. Москва готовилась к Олимпийским Играм. Где-то пел свои песни и играл в театре на Таганке живой еще Владимир Высоцкий. Я, кстати, так и не побывал ни на одном его концерте. Все думал, успею еще. Не успел... Маме всего 44, а отцу - 45... Институт. Перешел на 3-й курс. Летом зачем-то записался в стройотряд "Москва-77" - был и такой эпизод в моей жизни. Как меня угораздило, сейчас уже и не вспомню.
Помню автоматы на улице с газировкой за 3 копейки с сиропом и за копейку без сиропа. Кумачовые лозунги повсюду, где что-то там про ведущую роль КПСС. Утренняя гимнастика по радио с неизбежными "водными процедурами" в конце. В новостях - куда-то улетает "дорогой Леонид Ильич", и занудно перечисляют всех тех, кто его провожает на аэродроме. По возвращении - повторное длительное чтение списка встречающих товарищей, объятия и поцелуи. За "пятачок" можно проехать в метро и в автобусе, за четыре копейки - в троллейбусе, а в трамвае - всего за три.
По утрам, после завтрака, в заляпанных бетоном, раствором и красной кирпичной пылью комбинезонах, мы как раз и набиваемся в такой переполненный троллейбус и едем на объект. Народ в салоне пачкаться не хочет, ворчит, но уплотняется, освобождая место. Ну, не пешком же нам идти, правда? За проезд не платим - по внешнему виду можно понять, что денег у нас с собой нет.
Что-то мы там строим на АЗЛК (Автозавод имени Ленинского Комсомола, если кто не знает). Что именно, не объясняют, а мы особо и не спрашиваем. Скажут делать стяжку - мы делаем. Кирпичную кладку - пожалуйста. Бетонные работы - да без проблем! Ребята в стройотрядах не первый год - свое дело знают. Нас бросают на разные участки, затыкая дыры, туда, куда своих строителей калачом не заманишь. Гостарбайтеров в те годы не было, но как-то справлялись.
При своих 180 см роста, я был в бригаде самый маленький и щуплый. Работа была нелегкой с такими напарниками, однако, организм, привыкший к серьезным нагрузкам на тренировках, недели за три, втянулся, окреп, и я работал уже со всеми на равных. От тяжелой работы, от постоянно мокрых рукавиц (раствор, бетон, все такое...) опухли и болели суставы пальцев на руках. Однако доктор в отряде посмотрел и оптимистично сказал, что, мол, ничего страшного, что само, может быть, пройдет когда-нибудь, не переживай.
Жили в какой-то школе, неподалеку от метро "Пролетарская". Домой не отпускали, дабы поддерживать строгую дисциплину. По мере сил старался не забрасывать тренировки, но бегать тоже не разрешалось - боялись, наверное, что могу домой убежать. По утрам на дверях - дневальный. Он не пропустит. Да и дверь закрыта еще на ключ. Но если в коридоре первого этажа открыть окно, и выпрыгнуть на волю из него, то, вроде как, и не обращали внимания. Бегал украдкой по утрам. За день намашешься на стройке с этими бугаями из бригады - вечером не до бега. А утром, около шести - милое дело. Воздух еще чист, ночная свежесть пока таится в небольших сквериках, прохладою веет от Москва реки, вдоль которой и пролегает мой маршрут. Добегал до гостиницы "Россия", где безжалостный секундомер, настойчиво требовал повернуть обратно, чтобы я не опоздал на построение и на завтрак. Туда - обратно около 9 км. Для поддержки формы вполне достаточно.

Часть 2.
Кормили, честно говоря, так себе. Иногда было полезнее завтрак отдать врагу. Впрочем, я бы поступал так с обедом и ужином тоже, но без калорий в нашей бригаде делать нечего.
Напомню - на дворе 1977 год. Интернета и мобильной связи тогда не было и в помине. Все новости народ узнавал из газет, радио и программы "Время". Однако, святая вера в печатное слово была в крови у населения еще со сталинских времен. По этой простой причине, по утрам народ уже на автопилоте выстраивался в длинные очереди к газетным ларькам. К чему это я?
Картина: солнечное утро, народ, озабоченно поглядывая на часы, переминаясь с ноги на ногу, стоит в этой самой очереди за свежими газетными новостями о вчерашнем дне. Старенький, худой, седовласый еврей, в белой сатиновой шляпе и круглых очках с толстыми стеклами сидит по ту сторону газетного киоска и продает эти новости за смешные деньги. Как тогда шутили: «“Правды" нет, "Советскую Россию" продали, остался только "Труд"». К остановке подкатывает троллейбус и распахивает створки дверей. Из дверей вываливается шумная компания крепких, белозубых, озорных ребят в строительных комбинезонах и оранжевых касках. Один из парней - Саня Лазарев, он же Шура Bus, метра под два ростом, очень крепко сбитый совсем не улыбается, а, напротив, с серьезным и бледным лицом, решительным и твердым шагом подходит к этому ларьку. Не обращая внимания, на возмущенные, но робкие протесты из очереди (а что им делать против такого громилы?), сует в окошко гривенник, и командует дедуле: "Газету!" Вежливый и до ужаса, интеллигентный дедушка неторопливо поправляет очки на носу, и с достоинством спрашивает: "Таки, какую изволите?" Изумлению на лице Шурика нет предела. "Любую!!!" - орет он. Затем выхватывает газету из рук дедули, и очень резво бежит куда-то вдоль забора стройки. Старичок, почти по пояс, высунувшись из ларька, надтреснутым голосом кричит ему вслед: "Сдачу, молодой человек! Вы сдачу забыли!" ...
Я же говорю - кормили нас не очень.

Часть 3.
Полдня бьём баклуши. Надо делать бетонную стяжку в подвальных помещениях, но бетон все не везут, хотя прораб обещал. Мы сколотили короб бетоноприемника, подготовили две комнаты в подвале, но машины не едут. Сидим внизу. Снаружи дышать нечем. Наш объект очень удачно расположен между мясокомбинатом и заводом "Клейтук". С какой стороны ни подует ветер, почти всегда запах он имеет крайне неприятный, прямо скажем, тошнотворный. За два месяца работы я к нему так и не привык. Говорят, что местные жители его почти не замечают. В душе я очень рад, что я не местный.
Между тем, вернулись уже с обеда, а машин все нет. Ветер, наконец, переменился, запах почти пропал, мы выбрались из подвала подышать, перекурить, и сидели около бытовки, загорая на солнышке. Еще до обеда нам сказали, что две машины, будут точно, и они, вроде как, уже выехали куда-то... Но, "Нет, не видать еще Красной Армии". Зато появился комиссар отряда, в сопровождении какого-то хмыря в очках.
Честно говоря, на наш объект никого не водят. Даже инструктировали - если кто появится из проверяющих, ни в коем случае не сознаваться, что мы из стройотряда. Пытать будут - надо молчать. Причина простая - техника безопасности. У нас здесь ни техники, ни безопасности. Проемы на этажах не огорожены - заглядевшись в сторону, можно сделать неверный шаг, и с девятого этажа лететь до самого бетонного фундамента без задержки, с робкой надеждой, что каска поможет. Инструкция по технике безопасности со стороны прораба состояла из одного пункта - "Смотри в оба!"
Комиссар наш - парень деловой, напористый и жизнерадостный. Пару лет назад, по слухам, его из института отчислили. То ли за драку с кем-то из начальства, то ли за прогулы, а, может, и за то и за другое вместе. Отслужил, говорят, в ВДВ и без труда восстановился с потерей курса. Теперь с головой ушел в комсомольские дела. Видимо, понял, что учеба - это не самый простой и быстрый путь подъема по карьерной лестнице. В стройотряде он тоже не напрягался. По крайней мере, за каким-нибудь полезным делом (ну, там с лопатой или носилками) я его ни разу не видел, хотя, конечно, он с виду ничего, парень крепкий.
- Здорово бойцы, как дела? - радостно спросил он. Мы оптимизма не разделили, и лишь хмуро посмотрели на него, не проронив ни слова.
- Андрюха, - обратился он к бригадиру, - чего сидим?
Андрей исподлобья глянул на него.
- У нас перекур, не видишь?
- И давно?
- С утра.
- Это как так? Почему?
- Как уж есть... Бетон ждем.
- И что вы сидите? Надо решать вопрос!
- Слушай, иди, мы сами разберемся, - изрек немногословный обычно бригадир, теряя терпение.
Жизнерадостное лицо комиссара приняло озабоченное выражение, он посмотрел на часы, сказал, чтобы мы не отчаивались и что он поможет с решением проблемы.
Да, мы и не отчаивались особо, коротая время, как могли. Помню, зашел разговор о том, насколько на самом деле прочна эта рыжая строительная каска? Вот, выдержит она, к примеру, удар кирпича, упавшего с девятого этажа? Мнения разделились. Решили проверить. Уже отыскали в вагончике чью-то бесхозную каску, нашли и место, подходящее для испытаний, но тут приехал первый грузовик с бетоном. Эксперимент пришлось отложить.

Часть 4.
Главный вопрос с бетонированием подвала был в том, как доставить бетон вниз. Можно было бы перетаскать его на носилках, но спуск по крутой узкой лестнице без перил в подвал и так требовал большой сноровки, а с широкими и тяжёлыми носилками задача была просто невыполнимой. Чтобы было более понятно, приведу несколько цифр. "ЗиЛок" привозит 3 куба бетона. Один куб весит под две тонны. Т. е. две машины - 12 тонн бетона. Носилки с бетоном - ну, килограмм семьдесят - восемьдесят. Да мы по лестнице до утра не управимся! Решение подсказал прораб. В потолочном перекрытии одной из подвальных комнат было оставлено отверстие, где-то 60х70 см. Может, для вентиляции, может еще для чего. Не важно. Вот прораб и предложил подавать бетон вниз через это отверстие. Головастый мужик! Правда, от этой комнаты, до тех, что надо заливать бетоном, было прилично - около ста метров по подвальным лабиринтам, но нам не впервой. Будем развозить бетон рикшами - тележками на высоких колесах, как от мопеда. Полная рикша с бетоном весит под 100 кг, но тут дело привычки. Из досок сделали подобие мощеной дорожки, поскольку по песку груженые рикши едут плохо. Бригада - 7 человек. Двое наверху - сгружают и подают бетон вниз, трое его развозят, двое делают в комнате бетонную стяжку.
Это выглядит завораживающе, когда бетон падает из проема с шестиметровой высоты потолка в подставленную рикшу. Рикша сама стоять отказывается, содрогается от каждой новой порции бетона и норовит опрокинуться. Приходится ее придерживать. Брызги бетона летят во все стороны. Тому, кто придерживает рикшу, конечно же тоже достается. Однако, основная проблема в том, чтобы сверху вовремя прекращали сбрасывать бетон, когда рикша наполнится. Те, кто наверху, сами этот момент отследить не могли - нужна была команда снизу. Мол, хватит... мол, стоп... мол, хорош, кому говорят и, для надежности - пара сугубо строительных слов без падежей. Без этих волшебных слов на стройке тебя не понимали. Беда, однако, была еще и в том, что внизу прекрасно слышно, о чем говорят наверху, но те, кто наверху, почти не слышат команды снизу. Ну, такая вот акустика. К тому же, посреди комнаты высились тяжеленные леса из металлических труб. Сдвинуть их было невозможно. Разобрать без инструментов, тоже. Рикшу можно было толкать только вперед. Итак, рикша наполнена. Орешь "Стоп!" и все, что полагается, для надежности. Наверху пауза. Напрягаешься, что есть сил, наваливаешься всем телом, толкаешь рикшу, и тут очередная порция бетона начинает свой коварный полет с шестиметровой высоты. Хорошо - каска на голове. Одна такая порция килограмм под двадцать будет! Кроме того, бетон свежий, текучесть хорошая, и он умудрялся попасть за шиворот, в карманы и даже в кирзовые сапоги. Со стороны - зрелище наивеселейшее, но каково главным героям этой комедии? По счастью, вода на стройке была. Даже душ, при желании, можно было найти.
Раскидали первую машину и выползли подышать наружу. Только уселись, утерли пот со лба - прикатывает второй "ЗиЛок" с бетоном. Не обманули. Кузов плавно поднимается и наши очередные 6 тонн темно-серой массой выливаются в сколоченный из досок и рубероида бетоноприемник. Кто-то из ребят привычно запрыгивает на поднятый борт и лопатой сгребает остатки бетона из кузова.
Пошли в подвал. Бетон штука такая - долго ждать не будет, особенно летом - начинает схватываться. Из застывающего бетона хорошую бетонную стяжку сделать сложно. Снова грузим, орем не литературно, когда хватит, и катим очередную порцию уже в новую комнату. Там бригадир, который еще до обеда, по нивелиру, выставил на песчаном полу маячки, указывает тебе, куда опрокидывать рикшу. Затем они с Серегой, равномерно этот бетон распределяют и выравнивают гладилками. Любо-дорого поглядеть! Но глядеть некогда, катишь за новой порцией.

Часть 5.
Тут на сцене появляется комиссар отряда. Еще с порога комнаты, жизнерадостно сообщает бригадиру, что он проблему решил. "Будет у тебя бетон, Андрюха! Не переживай!" Бригадир смотрит на него хмуро и вопросительно. Комиссар сообщает, что ездил в Райком Комсомола, там прониклись, позвонили куда надо, и пять «ЗиЛков», с олимпийского объекта будут направлены к нам. Стоит, сияет, как начищенный пятак, внутренне ощущая всю свою важность и полезность.
- Вот урод! - вполголоса сказал Андрюха, обращаясь к нам с Сергеем и досадливо сплюнул.
- Тебя кто просил, чучело, лезть не в свои дела? Куда я этот бетон дену? Пять машин! Козел с инициативой! - негодовал Андрей.
- Иди, звони из прорабской - нам столько машин не надо. Максимум одну раскидаем.
Комиссар аж побледнел: "Да ты в своем уме? - Ты знаешь КУДА ТАМ ЗВОНИЛИ?" - напуская на себя строгость и важность, прямо задыхаясь от нашей наглости, почти шепотом произнес комиссар, внутренне понимая, что свалял дурака.
- А мне пофигу, - спокойно сказал Андрей. - Ты эту кашу заварил, ты и расхлебывай.
- Ты понимаешь, чем это тебе аукнется? - стал угрожать комсомольский активист.
- Ничем, абсолютно. Ты машины куда заказал? На наш объект? А нас здесь вообще нет. Официально мы тут не работаем! - просто добил инициативного товарища бригадир. Комиссар понял, что свалял дурака дважды, и что только мы его из этого, скажем так, навоза, можем вытащить.
- Мужики, - взмолился он. Надо как-то принять эти машины и куда-то этот бетон уложить.
- Куда-то уложить... - передразнил его Андрей. - Ну, иди, узнавай у прораба куда.
И еще, - притормозил он, сорвавшегося было с места комиссара, - устроишь нам 2 дня отгула. - Надоело уже дышать этой вонью и питаться кое-как.
- Да ты чего? Как я смогу такое сделать? - развел руками активист.
- Ну, ты же способный. Позвони, куда надо, а нет - принимай машины сам, а мы работаем до шести и уходим, - отрезал Андрюха.
- Ладно, я попробую.
- Хорошо, мы тоже "попробуем", но думаю, что не справимся, хитро прищурившись, ответил бригадир.
Сверху, запыхавшись, прибежал Саня.
- Бригадир, там еще один «ЗиЛок» с бетоном прикатил. Выгружать?
- Вон, от него зависит, - лучезарно улыбаясь, ответил Андрей, и кивнул в сторону комсомольского активиста.
- Что зависит, - не понял Саня.
- Один он будет эти пять машин раскидывать, или вместе с нами.
- Какие пять машин?! - воскликнул Саня, - Почему?
- Ладно, ладно! Что мы время теряем? Я договорюсь насчет отгулов... Где прораба найти? - засуетился комиссар.
- Около "прорабской", как обычно...
Однако была пятница, время близилось к пяти, и прорабская была уже заперта. Т.е. куда заливать буквально свалившийся с неба бетон, комиссару никто сказать не мог. Не было указаний. И (помните, да?) мобильную связь тогда еще не придумали, прорабская заперта, а телефон только там. Бетон этот никто не ждал, и никому он был не нужен. Тем более в пятницу, тем более в конце рабочего дня.
Короче, решили бетонировать подвал дальше. Работа закипела. Даже этот активист пытался помогать. Мы его отговаривали, и лучше бы он не лез - только мешался по ногами. Нивелир уже пришлось отложить - некогда. Уровень выдерживали на глаз. Работа кипела, пот струился по лицу. После пятой, в общей сложности за сегодня, машины, рикши уже грузили не полностью - силы были на исходе, руки и ноги не слушались, но два дня отгула (только представьте - ДВА ДНЯ ОТГУЛА!!!) маячили перед нами, как оазис в пустыне, как долгожданная земля на горизонте посреди океана. Забетонировали даже длиннющий коридор. Осталась последняя комната, как раз та - с отверстием для подачи бетона и металлическими лесами из труб. Бетона наверху было аккурат на нее. Но и деваться нам было некуда. Подняться наверх по лестнице можно было только, пройдя через коридор, но коридор мы своими руками забетонировали 5 минут назад. С другой стороны мы не могли сначала уложить стяжку в комнате, а затем, в коридоре - бетон-то поступал сверху. Все, и активист этот, собрались в последней комнате. Закинули рикши на второй ярус лесов. Те, кто возил бетон, уселись там же, а бригадир с Серегой доделывали стяжку. Не было теперь былого артистизма в их движениях, а лишь безмерная усталость и безразличие. Кругом были бетонные стены, бетонный потолок и бетонная стяжка внизу, с замурованными насмерть трубами лесов, но сил смотреть на этот бетон больше не было никаких. Наружу пришлось вылезать тоже по какой-то трубе, спущенной ребятами сверху, через то самое отверстие 60х70 см. Было около одиннадцати вечера, когда мы добрались до школы. Я на автопилоте принял душ, рухнул на кровать, и провалился в какой-то кошмарный сон, где бесконечной чередой стояли машины с бетоном, которые я должен был разгрузить, и в каждой за рулем сидел жизнерадостный комиссар отряда.

Часть 6
Утро понедельника выдалось мрачным. Моросил дождь, было прохладно, нестерпимая вонь с "Клейтука" дополняла эту безрадостную картину. В самом воздухе витало напряжение. Разъяренный прораб раненым тигром метался по стройке и жаждал крови. Наконец он нас нашел, и понеслось... Перевести пламенную речь прораба на русский литературный я не в состоянии, но если вкратце, то мы очень неправильно поступили, уложив бетон в длинном коридоре и еще в одной комнате. Там сегодня надо было класть трубы и что-то еще, а уж потом бетон. Кроме того, у него сидит бригада отделочников, которым забетонированные нами леса крайне необходимы именно сейчас и не в подвале, а на четвертом этаже. Своими очень необдуманными действиями мы срываем ему график работ и ставим под вопрос получение его коллективом квартальной премии. Так что сегодня, до 14:00 нам надлежит все это быстро исправить, или он за себя не отвечает.
Ну, ломать - не строить. С этим почти не мучились. Прораб организовал компрессор и два отбойных молотка. Сложнее было доставить обломки бетонной стяжки наружу, но тоже как-то справились. Проблема была с замурованными лесами или стеллажом, называйте, как хотите. Отбойные молотки до комнаты не дотягивались, а долбить стяжку ломами ой как не хотелось. Надо резать стойки стеллажа под корень, но резать было нечем. У сварщика, как нарочно, закончился ацетилен в баллоне, а единственная на этой стройке "болгарка" сгорела еще на прошлой неделе. Пилить же ножовкой по металлу трубы с толщиной стенки 4 мм никто не хотел. Стоим, озабоченно смотрим на эту конструкцию и гадаем, как решить задачу. Заходит бригадир.
- Ну, и чего стоим?
- Вот, думаем чем отрезать... Может, разобрать? - предлагает кто-то.
- Детский сад, ей-богу! - сокрушается Андрей.
- Так, встали у каждой стойки! -
Мы встали.
- Потихоньку раскачиваем весь стеллаж вперед-назад. Начали! Саня, я сказал потихоньку, понятно? -
Двухметровый Саня покорно кивнул головой.
- Хорош! Теперь - слева направо!
Короче, минут через десять мы просто выдернули стеллаж из бетонного плена, не повредив стяжку. С такими крепкими ребятами это оказалось не так уж сложно. Разбирать не стали - это уже была не наша задача.

Часть 7.
В среду, на вечерней линейке командир отряда сказал, что он перебрасывает нашу бригаду на пару дней на другой объект и чтобы мы, после завтрака собрались и ждали его указаний. Утром, когда все разъехались по объектам, он подошел к нам и тихо сообщил, что дает нам два дня отгула, но чтобы в субботу с утра мы были здесь на построении. Не обманул комиссар, сдержал слово! Мы стали ныть, что нам здесь в выходные делать нечего абсолютно, и будет вполне себе гуманно, если мы появимся утром в понедельник. Он было поупирался, но Андрей был его однокурсником, и как-то уговорил.
Четыре дня пролетели незаметно, но это были самые прекрасные четыре дня за то лето!
Каторга продолжалась еще недели три. За два месяца мучений мне выплатили аж 160 рублей - большие деньги по тем временам для студента.
Второго сентября я сел на скорый поезд до Симферополя и поехал в спортивно-оздоровительный лагерь МЭИ "Алушта". Поезд, отстукивая по рельсам свою незамысловатую мелодию, уносил меня от Москвы все дальше и дальше. Что ждет меня там? Как добираться ночью до лагеря? Мне было двадцать. Впервые ехал так далеко один, без друзей и родных, но был как-то спокоен и уверен в себе. Два месяца в стройотряде, я думаю, были неплохой жизненной школой.
Потом была масса незабываемых эмоций и впечатлений от моря, щедрого солнца и необыкновенной красоты окружающего пейзажа. Впрочем, я уже как-то про это рассказывал, мне кажется.

17-31.08.2017





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 22
© 28.11.2017 Виктор Титов

Рубрика произведения: Проза -> Рассказ
Оценки: отлично 0, интересно 0, не заинтересовало 0
Сказали спасибо: 1 автор












1