Один человек.


Этот человек был вовсе не примечателен для окружающих, ведь на нём не было дорогой одежды, и он не был окутан дешевыми и гнусными понтами, у него не было ни одного настоящего друга, по правде говоря ненастоящего тоже не было. Он был совершенно одинок. Ему нравилось сидеть на крыше по ночам и разглядывать звездное небо, наблюдать ранним утром за птицами и кормить их с ладони, встречать и провожать огромное огненное солнце, думать, размышлять, анализировать. Он стоял каждый день на заполненной людьми улице и смотрел на прохожих, замечал их особенности, угадывал их мысли. Но когда ему было особенно печально, он запирался в чулане, где лежала его гитара и старый радиоприемник, садился на холодный, пыльный пол и выкладывал струнам всю свою душу, а они подобно самому близкому человеку, понимали все его переживания, утешали его и воспроизводили запутанные мысли корявой, но чувственной мелодией. Он был угрюм, практически никто не помнил его улыбки, да и его самого никто не помнил. Иногда он делал из бумаги красивых лебедей и дарил их детям на детской площадке, а потом наблюдал в сторонке, как они играли ими и радовались. Ему нравились искренние и чистые эмоции, какие мало у кого были. Он был очень талантлив. Пару раз ему встречались девушки, чьи черты или манеры западали в его душу. Тогда он садился за исчерканный, забрызганный краской стол и рисовал их по памяти. Его рисунки были настолько неповторимы, красивы и наполнены, что казалось, будто те девушки вот-вот оживут и протянут к тебе свои изящные руки или взмахнут своими длинными густыми ресницами. В глазах этого человека был целый мир, они были по-настоящему грустны, но в них виднелся проблеск той самой надежды, которая вытягивает людей со дна этой жизни, но в его глаза никто не смотрел, и никто не пытался заставить этот огонек превратиться в бушующее пламя. Он был очень спокоен и сдержан, он никогда не позволял себе кричать или ругаться. Когда чувства переполняли его душу до краев, и он больше не мог сдерживаться, по его щетинистой щеке стекала единственная, ледяная и очень горькая слеза. Он разговаривал очень мало. Все его ежедневные беседы заканчивались на продавщицах в продуктовых и аптеках. Ему некому было открыться и выговориться, ни один человек не желал сблизиться с ним. Однажды ему уже встретилась девушка, которая оживила его сердце, но она не пожелала слушать о его переживаниях и помогать ему пережить трудные периоды, она наплевала ему прямо в душу, а теперь он уже не желает никому доверять. Окончательно. По средам, понедельникам и четвергам он ходил в литературное объединение. В своих стихах и рассказах он писал о многом, самое личное никому не показывал, а некоторые произведения отдавал в издательство, чтобы получать хоть какие-то деньги на жизнь. Когда было совсем тяжело, он подрабатывал почтальоном. Ему это нравилось, так как возможность прогуляться по городу никогда не была для него лишней, хотя он уже знал наизусть каждую улочку и дом во всей округе. Однажды он в очередной раз сидел на пустой крыше ночью и с наслаждением вдыхал свежий, прохладный воздух. Заметив появившуюся компанию нетрезвых людей, он слегка насторожился, отодвинулся как можно дальше и огорчился, что его одиночеству помешала столь неприятная группа людей. Они громко смеялись, ругались, были определенно не в себе и совершали неадекватные действия, оскорбляя друг друга. Он хотел уйти, но не хотел пересекаться с молодыми людьми. Не вышло. Заметив его, они чуть было не начали кидаться, но он вовремя быстро покинул это место. После, он заварил себе крепкий зеленый чай и сидел за окном до самого утра, полный нескончаемых мыслей. Когда он вышел утром на улицу, чтобы купить продукты, ему резко стало плохо. Он упал без чувств среди толпы людей, и прежде чем вызвали скорую помощь, сотни людей просто равнодушно прошли мимо. Может быть здоровье решило покинуть его в последний раз, а может быть его сердце просто не выдержало всех терзаний. У него не было никого. Он умер одиноким, среди множества этих людей, он был совершенно один. У него не было похорон и отпеваний, его бездыханное, серое и мрачное тело просто закопали где-то на кладбище в сырой земле, без креста, без таблички. Ведь никто даже не знал его имени. Никто не будет скорбить по нему, вспоминать, печалиться. Никто даже не заметит никаких изменений. Он просто умер. Так же просто, как когда-то умерла я.



Рейтинг работы: 5
Количество отзывов: 1
Количество просмотров: 19
© 14.11.2017 Элеонора.

Рубрика произведения: Проза -> Антиутопия
Оценки: отлично 0, интересно 0, не заинтересовало 0
Сказали спасибо: 2 автора


Рудольф Сергеев       14.11.2017   23:04:15
Отзыв:
Законченный интраверт совершенно бесполезный /бесплодный/ для жизни










1