Как бабка Катя с коррупцией боролась


Лето в деревни-время работ от восхода до заката. Трудиться крестьянский люд на своих приусадебных участках. Раньше на полях трудились, а теперь поля травой заросли. Посмотришь вокруг - красота: березы, деревенские домики, река несет свои воды. Тишина! Иногда только промчится автомобиль по поселковой дороге или ворона закаркает. Я тороплюсь привести свой огородик в порядок к приезду внучки. Тишину нарушает звук мобильного телефона. Роюсь в кармане, достаю, пытаюсь сдвинуть шарик в сторону зеленой трубки. «Да, будь он не ладен! Понадарят не понятно, чего, а тут мучайся»,- ругаюсь я. Снимаю перчатку и сдвигаю шарик в сторону зеленой трубки. Звонит дочь:
- Мама, здравствуй. Что так долго трубку не брала?
- Да, будь не ладен ваш телефон. Снова шарик сдвинуть не могла пока перчатки не сняла.
- Мама телефон хороший, зря жалуешься. Мама у нас новость. Анжела родила.
- Да, как родила? Я же еще в огороде не все сделала? Кого родила? У нее все в порядке?
- Мама не волнуйся. Родилась девочка весом три двести. Все хорошо, правда раньше срока. Я хотела тебя попросить, что бы ты приехала к нам помочь. У нас с Анатолием симпозиум, а родители зятя в командировке в Египте. Мамочка, но кроме тебя не кому.
- Светка, мне то уже скоро семьдесят пять. Какая такая дорога? Огород на кого оставлю?
- Мама, мы тебе давно предлагали к нам переехать. Но тебя же не оторвать от земли, боишься со своей деревней расстаться.
- Ладно, приеду. Завтра же выеду. Через сутки буду у вас. Что привезти? Ладно сама соображу, толку у тебя спрашивать, ты же вся у нас в науке. Не забудь встретить меня.
Вот не было печали. Раньше рожали без всяких проблем, а теперь понести не могут. А если понесли выходить беременность проблема. Слава Богу, что все хорошо закончилось. Нужно с соседкой договориться, что бы за огородом присмотрела. Сумку собрать нужно: сальца, огурчиков с помидорчиками, горилки. Цветочков срезать с утра. Кто там, как лодка в шторм, идет качается? Это ж Нюра сама идет.
- Нюр, а Нюр! Иди сюда.
- Ты, чего кричишь, бабка Катя? Что у тебя стряслось? Не уж то пенсию добавили или жениха присмотрела?
- Вот дура, Нюрка! Анжела родила! Девка у нас. Ехать мне нужно. Посмотришь за огородом?
- Посмотреть- то посмотрю! Светка у тебя ни какая, как же они без тебя? Как была командиром, так и осталась. Ни куда без тебя! Бабка Катя, а обмыть внучку не хочешь?
- Вот у тебя в голове обмыть и мужики. Побереги себя, а то до глубокой старости не доживешь!
- А, что до нее доживать? Пенсии сейчас не хватает, приходится где-то, что –то думать: кому прополоть, а кому сшить или связать.
- Нюра, так в глубокой старости деньги не нужны будут!
- Почему? Там болячки замучают, денег много нужно будет на лечение. Сейчас бесплатной медицины нет.
Нюра развела широко руками и покланялась бабке Кати, как будто этим хотела сказать: «Извини! Не права!».
- Зубов не будет, а женихов тем более. Сейчас у стариков молоденькие в моде. Красоваться не перед кем будет. Ладно, договорились. Пойду собираться, рано утром уеду.
- Ты мне привези из города аленький цветочек, чтобы чудовище найти. Видела мультик, сколько там богатства было. Вот ты посмотри, как не чудовище – то обязательно сказочно богат.
- Да, вот только ты красавицей не станешь.
- Я может и не стану, а ты сейчас в город поедешь и найдешь себе чудище.
- Тьфу на тебя.
Я повернулась и пошла к дому. Только начало светать, отправилась к вокзалу. Пока со своей поклажей дойду. Нагрузила прилично. Снова Светка ворчать будет: «Зачем привезла? У нас всего хватает.». Глядишь, а уже все умяли. Вот и сейчас везу две сумки-тележки, рюкзак и букет цветов. Потихоньку дойду. А вон и вокзал уже показал свои очертания. Так за мыслями о своей внучке и дошла до вокзала. А вот парень стоит, сейчас поможет мне справиться с моей поклажей:
- Сынок, а сынок! Помоги старухи с ее нелегкой поклажей.
- Вы мне? – отозвался парень.
- А, то ж кому? Ты не бойся! Я хоть на бабу-ягу похожа, но в душе я еще «Василиса красавица».
- Ну, бабушка, как скажите.
- Ты, вот что, занеси мне вещи в вокзал. Я куплю билет. Поможешь в поезд сесть?
- Постараюсь.
Подошла к кассе.
- Ой, Боже, кто у нас сегодня дежурит? Нина мне в город, к дочке еду внучка родила.
- А, что сразу «Боже»? У меня билетов нет.
- Как, это нет? Ты, что мне такое говоришь? Эй, все сердишься на меня за скандал у колодца? Да, пошутила я, пошутила. Нинка, выписывай билет говорю. Скоро поезд подойдет.
- Вот, кого бабка Катя защищала, пусть билет тебе и выписывает.
- Я сейчас Сергею Васильевичу позвоню. Где это видано, что бы кассирша в окошечке диктовала «выпишу- не впишу».
Я достала телефон. Нинка сразу заговорила:
- Ладно, бабка Катя иди бери свой билет. Следующий раз думай за кого заступаться. А Сергей Васильевич мне все равно ничего не сделал бы.
- Не сделал? Ты думаешь, никто не знает почему «не слал бы»? Смотри, что бы Галка не узнала. Вот я приеду займусь тобой.
- Да, иди ты уже, - с довольным видом сказала Нинка.
Я взяла билет, парня с багажом и двинулась к платформе. Вот и поезд. У меня билет в плацкартный вагон. Хоть дочка и ругать будет, а я считаю, что за даром деньги отдавать. Ехать то сутки. Парень помог мне до вагона, а мужики, вышедшие покурить, затащили вещи в вагон. Место Нинка дала боковое, как раз почти возле туалета. Подошла проводница. На вид, прожжённая жизнью и профессией, женщина средних лет. Я уже поняла, что от нее ни чего хорошего ждать не стоит. Как-то не хорошо мне становится, видать это последняя моя дорога.
- Бабушка, а как это Вам продали на боковушку? Вон у меня сколько мест. Сейчас мы, что ни будь придумаем. Вам, что плохо?
- Ой, дочка прости! А я подумала, что мне так и ехать возле туалета. Внучка у меня родила. Вот еду правнучку увидеть, да может еще покупаю. Доехать бы только.
- Подожди, бабка, не умирай! Еще повоюем!
Она ушла, вернулась минут через десять. Вернулась с молодыми мужчинами.
- А, ну мужики! Давайте старушку благоустроим.
Мужчины взяли багаж, а проводница меня проводила на место в первом купе.
- Бабушка, я тут Вам постелила. Вы ложитесь, отдыхайте. Я рядом за стеночкой. Если даже крикните- услышу, - сердобольничала проводница.
Мне стало стыдно за свои мысли. Обертка никогда не соответствует содержимому. А, как приятно ошибиться в противоположную сторону. Хуже бы было, если б было наоборот. Временными соседями были женщина лет сорока и двое молодых мужчин. Мужчина в шортах и в белой футболке, который лежал на верхней полке, спросил:
- Бабушка, как Вас зовут? Может покушаете со мной? Вы наверняка проголодались?
- Меня зовут бабка Катя. А кушать я не хочу, я бы чайку попила бы.
Тут соседи зашевелились. Женщина сказала:
- А, давайте чайку попьем. Саша сходи закажи всем чай, - обратилась она к мужчине в спортивном костюме.
Вот принесли чай. Из сумок на стол посыпалась колбаса, яйцо, огурчики, курочка. За чаем завязался разговор.
Женщина спросила:
- Бабушка меня зовут Лена. Этой мой муж Саша. Вы куда едите?
- Я еду к дочери, внучка у меня дочку родила.
- Стало быть Вы прабабушка? Поздравляем Вас,- продолжил муж женщины.
- Дожила! Еще не жила, а уже прабабушка. А в душе, не поверите, еще «надцать».
- Сколько бабушка? - продолжил парень в шортах.
- «Надцать». Анекдот знаете? «Поймал дед золотую рыбку.
— Скажи, — спрашивает рыбка, — жива еще твоя старая?
— Да жива …
— Ну свари тогда лучше с меня уху.»
Вот так и я еще жива, только рыбку поймать уже не кому.
Молодой парень в шортах продолжил:
- Бабушка, у Вас все хорошо. Дочь, внучка, а теперь правнучка. Не каждый доживает до такого счастья. Вы, как и мои родители, пожили. Видели много хорошего. Сейчас труднее намного чего-то добиться, сделать карьеру.
- Все говорят бизнес нужно развивать, а сами задавили налогами. Контракт не выиграть. Идет такое падение, что там остается? Падают на шестьдесят процентов. А еще говорят с коррупцией борются. – подхватил Саша.
Сколько слышу это иностранное слово, не знаю, что оно значит. Нужно этот пробел удалить:
- Дети, скажите, что это за иностранное слово?
- Коррупция? - спросил парень в шортах. И продолжил:
- Бабушка, это когда тебе нужно, что ни будь от власти, а они не дают. Ждут, когда ты им за это заплатишь.
- Это как, если мне нужно огород вспахать, я Семену две бутылки горилки ставлю? - вспомнила я.
- Нет, бабушка. Семену Вы платите за работу. А вот если бы справку нужно получить, а Вам ее не дают, Вы платите, что бы дали. - ответил Саша.
- Хочешь сказать, что б я этому алкашу Николаю Гавриловичу деньги платила со своей пенсии? Пусть скажет мне, я его за грудки и в милицию. – раздухарилась я.
- Не так все просто, бабушка Катя. – сказал Саша.
Парень в шортах продолжил:
- А знаете анекдот? «Беседуют два депутата:
- Как же нам победить коррупцию в России?
- Да не парься ты.
- Как же мне не париться, когда у меня вечером сауна с ментами и бандитами»
- Эти депутаты – дармоеды. Сидят ничего не делают. Только зарплату себе добавляют. А тут пенсия мизерная. Я правда ее не получаю. Хорошо, что дочка помогает. - завершила я свой монолог.
Мне уже не хотелось говорить. Я устала от недавно полученной новости, от Нинкиной подлости с билетом, от разговоров о политике. Поезд укачивал меня. Я прилегла. Сразу же заснула под стук колес. Мне приснился сон. как я молодая иду с красным знаменем к администрации в деревни. А там сидит Николай Гаврилович, только он уже депутат. Затем он превращается в рыбу, открывает рот, спрашивает: «Ты жива?». Я проснулась от работающего пылесоса. Проводница проводит уборку. Скорее бы приехать, не помру ли я? Сон странный. Парень в шортах обратился ко мне:
- Бабушка, чай заказать?
- Сынок, будь добр. С удовольствием чаек попью.
Принесли чай, я достала пироги с зеленым луком и яйцом. Предложила парню.
- Сынок, ты угощайся. Не стесняйся. Как тебя зовут?
- Мишей зовут. Еду на заработки. У нас работы нет. Все предприятия закрылись. На них родители еще работали. А потом приватизировали, разорили и закрыли. Я еще мальчишкой был, бегал к ним на работу. А теперь семью оставил с родителями, а сам вот поехал. У них пенсия совсем маленькая, хотя всю жизнь проработали. Ребенок еще маленький, поэтому жена дома сидит. Уже второй раз еду.
- Из дома уезжать не хочется? – поинтересовалась я.
- Конечно не хочется. Разве это нормально уезжать из дома? А деваться куда? Родители старые, не дай Бог, что случиться с ними, похоронить не на что будет.
- А бизнес все говорят. Вы не пробовали? - не унималась я.
- Бизнес на какие-то деньги нужно строить. А если в кармане «шиш, да не шиша», бизнес на это не построишь.
Мы замолчали, так и ехали каждый со своими мыслями. Только стук колес нарушал тишину. Он меня убаюкал. Я проспала до утра. Сама удивилась, одновременно обрадовалась событию - я еще жива, наступил еще один день. Я в том возрасте, когда приходится радоваться каждому рассвету солнца. Поезд мчится к своей конечной остановке. Буду выглядывать свою дочурку на перроне. А вот она с зятем. Я попрощалась с попутчиками, поблагодарив их за помощь. Зять зашел в вагон:
- Мама, как доехали? Все хорошо? Вы почему снова билет взяли в плацкарты? Мы же Вам помогаем. Зачем Вы экономите?
- Анатолий, успокойся. Не привыкла я к роскоши. Анжела как?
- Пойдемте мама. Анжела хорошо. Завтра домой забираем.
Светлана кинулась ко мне, завидев нас выходящих из вагона.
- Мама, ты как? – защебетала дочь.
- Светлана, я, наверное, последний раз приехала. Устала от дороги. Поздравляю тебя с бабушкой, а тебя Анатолий с дедушкой.
- Начинается. Ты у нас еще молодая. Мы тебя тоже поздравляем прабабушка. Мама мы завтра привезем Анжелу домой, а сами уедим. Ты ничего не делай, только ей подсказывай. Мы всего на неделю.
- Не трещи. Вы лучше ее завтра привезите домой.
- Мы сегодня звонили, все завтра выписывают, - трещала дочь.
Так за разговорами приехали в квартиру. Квартира огромная двухэтажная. Досталась от родителей Анатолия. Мне определили комнату на первом этаже, рядом со столовой. Я всегда останавливаюсь в этой комнате. Комната предназначена для гувернантки, но так как она в этот период не востребована, занимаю ее я. У меня тут приготовлен гардероб. Дочь в свое время закупила мне одежду, что бы я в деревенской одежде за стол не садилась и по квартире не шастала. Не люблю к ним ездить, особенно после замужества внучки, старалась сидеть в деревни. Мне там хорошо, спокойно, привычно. А тут нужно держать марку, что бы детям не стыдно было перед высокопоставленными гостями. Не успела принять ванну, дочь прибежала:
- Мама, одевайся. Сейчас мастер с салона придет. У нас сегодня прием.
- Света, я уже старая. что бы на приемы ходить. Да, и не хочу я вам мешать.
- Мама, что такое говоришь? Ты в своей деревни совсем неадекватная стала.
- Какая стала? Последнее время иностранные слова меня преследуют.
- Одевайся, я потом зайду к тебе.
Не успела приехать, и уже устала. Сейчас дочурка замучает меня: маникюр, педикюр, стилист. Уехали бы быстрее. Анжела приедет, душу мне согреет. Соскучилась по своей девочке, а теперь у меня их две. Дочку я люблю, но внучка –это моя отдушина. Скорей бы наступила завтра. Одела темно синий костюм. Пришла дочь вместе с двумя девушками. Одна принялась за прическу, вторая за маникюр. Через час я была готова. Пришли гости. Две семейные пары. Я их раньше не видела. Меня представил зять. Я поняла, что для моих детей – это нужные гости. За столом стараюсь молчать, чтобы не ляпнуть лишнего. Разговор в основном светский: о театре, погоде. К концу вечера разговор сводится к коррупции. Директор завода заявил:
- Никто не борется с коррупцией. Есть завод по ремонту, он существует сто лет. Зачем я должен участвовать в тендере? Я не понимаю. Посмотрите, что творится. Не выжить. Налогами задавили.
- Вы говорите не верно. Заводов же много. Только на выгодных условиях государство должно оплачивать работу для государства. - Продолжил молодой.
- Да, как Вы не поймете? Как можно делать работу по стоимости ниже себестоимости? - не унимался директор.
- Развивайтесь, ищите инвестиции. Это довольно спорный вопрос,- парировал молодой гость.
Я не выдержала и ляпнула:
- Должно быть так, чтобы людям хорошо жилось. А когда людям живется плохо, кому интересно про коррупцию слушать.
Зять забеспокоился, покраснел и залепетал перед гостями:
- Спасибо, мама! Господа, извиняемся перед женщинами! Совсем о них забыли.
Вскоре принесли десерт. После десерта все разошлись. Скорей в постель. Устала от условностей. Утром со Светланой собрали вещи для выписки. Она позвонила в роддом. Смотрю она медленно присела в кресло. Глаза стали круглые, лицо покраснело, слезы хлынули из глаз.
- Светлана. Что случилось? - заикаясь спросил Анатолий.
- У внучки анализ плохой. Результат только что получили. У нее обнаружили желтуху.
- Они раньше сделать не могли? – спросила я.
- Сказали, что анализ перепутали, но взяли повторный, - плача ответила Светлана.
- А, что плакать то? Нужно, что-то делать. Нам сегодня уезжать, - распылился Анатолий.
- Светлана, уезжайте уже. Я справлюсь, - сказала я, как можно уверенней.
- Мама, вот телефоны: врача, водителя, друзей. Я всех предупредила, твой телефон им передала.
После этих слов дочь обняла меня крепко, поцеловала. Она всегда так делала, когда ей нужно было от меня чего-нибудь:
- Мамочка, дорогая, но нам очень нужна эта поездка. Ты только крепись. Я тебя очень люблю.
- Я тебя тоже люблю. Давай собирайся, а то опоздаете. Водителя назад ко мне пришли. По бутикам поеду.
Наконец то уехали. Теперь нужно разобраться с болезнью правнучки. Звоню по телефону, указанному в визитке главврача:
- Аркадий Петрович, добрый день!
- С кем говорю, мне некогда. Я перезвоню.
Ну хорошо, подожду пока водитель не вернется. Вот уже и водитель вернулся, а звонка все нет.
- Алексей, ты знаешь где Анжела лежит?
- Знаю, баба Катя.
-Поехали.
- Куда? Анатолий Станиславович сказал, что Вас по бутикам повозить.
- Ты же им докладывать не будешь? А мы в больничку съездим.
- Ну, хорошо. Как скажите.
Я в том же тёмно-синем костюме, в шляпке под цвет костюма, в туфельках на низком каблучке с красной сумочкой. Посмотрела в зеркало: «Выгляжу сногсшибательно, вот теперь можно бороться с коррупцией».
Приехали к воротам больницы, Алексей сунул охраннику сто рублей, и мы проехали на территорию. Алексей остался в автомобиле, а я пошла искать Аркадия Петровича. Мне указали, корпус, где находится кабинет главврача. Хорошо, что есть лифт, а так бы я не поднялась на второй этаж. Я зашла в приемную, из кабинета доносятся голоса. «Вот и хорошо» - подумала я. Постучалась. Услышала вроде: «Да». Открыла дверь. В кабинете сидели человек пять. Человек в центре стола спросил:
- Бабушка, Вам кого?
- Тебя милок, а то ж кого? Вот приехала бороться с коррупцией.
Лица за столом напряглись. Я тем временем достала из сумочки бутылочку первачка. Медленно опустила на стол со словами:
- Правнучка у тебя, хочу забрать здоровой. Я тебе звонила, сказал перезвонишь, так и не дождалась. Решила вступить в коррупцию.
Все повернули головы в сторону виновника события. В воздухе зависла минута молчания. Затем, разразился смех. Я стояла не понятая чужими мне людьми. Аркадий Петрович, вытирая слезы платочком предложил:
- Бабушка, присаживайтесь. Расскажите все по порядку. Какая правнучка, как фамилия?
Я все рассказала. Он прищурил глаза, спросил:
- Значит Вы мама Светланы? А, что же она не позвонила?
- Они уехали на какой-то там синозиум.
- На симпозиум, бабушка. Посидите, я постараюсь помочь или хотя бы разобраться.
Он обратился к собравшимся:
- Я, извиняюсь. Давайте продолжил после перерыва.
Он куда-то звонил, с кем-то общался. Я очнулась от ощущения, что меня трогают за плечо:
- Ой, милок, прости. Заснула.
- Бабушка, все хорошо. Анализ на правнучку готов. У нее все хорошо. В лаборатории был сбой. Можете забрать внучку. А в коррупцию не вступать нужно, а бороться с ней. А это заберите.
- Брезгуешь? Сама гнала. Первачок.
- Вы, вот, что звоните мне если с ребенком будут проблемы. Ну, пока Светланы нет.
Вот жук, что это он слово «Светлана» с такой нежностью произносит. Нужно у дочки то спросить. Да если что и поругать, что бы глупостей не наделала. Анжела бросилась на шею.
- Бабушка, как я соскучилась. Ты такая молодец.
- Я-то молодец. Вы то с матерью хороши: одна на синозиум улетела, вторая без мужа из роддома выходит. Где твой?
- Ты же знаешь, у него командировки. Ни чего страшного. Главное, что я домой еду. Вот и моя Вика.
Вынесли сверток. Анжела взяла дочь на руки, а я вручила цветы, привезенные из деревни. Они с подвигли меня на сегодняшнее приключение. Я как подумала, что придется покупать цветы, так сразу и решила действовать. Да и с внучкой хочется побыть вдвоем. Вот мы и дома. Я развернула сверток. Как давно не видела маленьких детей, не держала на руках. Дайка возьму. Взяла, ни чего не изменилось. Все, как и раньше. А я думала, что забыла. Позвонили в дверь. Анжела, кого-то благодарила. Затем заглянула в комнату, в руках держала бутылочки с молоком:
- Баб, тут молоко для Вики. Пойдем покажу на всякий случай, как разогревать.
У меня комок подошел к горлу, слезы навернулись на глазах. Я спросила:
- У тебя нет молока? Ты в роддоме не кормила дочь?
- Бабушка, что ты паникуешь? Я отказалась кормить. Груди будут не красивые.
Я присела. Потом выкрикнула:
- Ты ее любишь? Нет, ты ее не любишь. Как мать может позволить кормить своего ребенка молоком чужой тети? Ты, что творишь? Это мать тебя надоумила? Вот приедет, вот я ей покажу.
Я замахала кулаком. А потом добавила:
- Если хочешь, что бы дочь тебя любила и была здорова, пока не поздно покорми ее грудью. Она тебя начнет любить через твое молоко. Не будь пустышкой в жизни, ты уже мать. Должна думать и действовать, как мать.
Я села. Вика явно уже хотела есть. Тут она заплакала. Тихий плач переходил в крик. Анжела вопросительным взглядом посмотрела на меня. Я сидела не шевелясь. Не хочет слушать, пусть сама справляется. Прошло с полчаса. Анжела крикнула:
- Бабушка, ты меня любишь? Помоги мне.
- Помогу, если будешь меня слушаться. Сцеживай свое молоко, оно уже не вкусное. А пока этим покормим. Дня через три можешь грудью кормить. Это хорошо, что оно еще не успело перегореть. А сейчас будь готова, что у ребенка от чужого молока животик будет болеть.
- Бабушка, возьми ее. Я уже устала.
- Как можно от такой девочки устать? Вон какая красавица. Она обкакалась, поэтому и плачет. Давай мы тебя перепеленаем.
Прошло три дня Анжела начала кормить грудью. Постепенно налаживалась жизнь с новым человечком: кормёжка, купание, прогулки. Гуляет с Викой Анжела, а я в окно за ними наблюдаю. Иногда выходим вместе, только я на лавочки сижу. Сегодня они пошли гулять вдвоем. А я блинчиков испеку. Придут чай с блинчиками попьем. Что-то сегодня задерживаются. Во дворе не видно. Открою дверь, наверняка на лифте поднимаются. Лифт не ездит, слышу голос Анжелы. Однако застряла в лифте. Кричу:
- Анжела, ты застряла?
- Бабушка, это я. Помоги. Вика плачет.
Забежала в квартиру, нашла телефон диспетчера. Звоню:
- У меня внучка в лифте застряла.
- А у нас плановое сегодня отключение. Объявления вывешивали.
- Она с маленьким ребенком.
- У меня все бригады заняты. Ждите.
Бросила трубку. У меня застучало в висках, разболелась голова. Если я сейчас слягу, мои девки останутся на несколько дней в лифте. Звоню в приемную мэра, приятный женский голос отвечает:
- Алло, приемная города… . Слушаю Вас.
- Деточка, ты только трубку не бросай. У меня беда. Внучка в лифте застряла с ребенком. А у меня, кажется давление.
Голос хихикнул, спросил:
- Чем Вам можем помочь? Насчет лифта обращайтесь в обслуживающую компанию, а насчет давления звоните в неотложку. Еще могу чем ни будь помочь?
Бросила трубку. Я снова набрала телефон, ответил тот же женский голос:
- Можете помочь, дайте телефон президента или я сама найду и ему позвоню.
- Одну минутку, подождите на трубке.
Через пару минут девушка ответила:
- Ждите.
- Адрес, - заволновалась я.
- Мы знаем, ждите.
Через пять минут приехала скорая. Врач смерил давление, поставил укол. Кому- то звонил. Сказал, что меня обязательно нужно госпитализировать. Вот и внучка с Викой зашла. Значит звонок помог. Внучка отказалась от моей госпитализации. Пригласила знакомого врача, который дежурил возле меня пару дней. Приехала дочь с зятем.
- Мамочка, ну как ты?
- Я-то нормально. Жить буду. Отвезите меня в деревню, мне там спокойней.
- Какая деревня. Мы еще пойдем с тобой лечиться.
- Ваше поколение исковеркало жизнь не до узнаваемости. Ни какое лечение не поможет. Просто человек никому не нужен. Нужны только ваши деньги. И вы все ради денег готовы на все. Мне страшно подумать, а как одинокие старики выживают? Как выживают те, у кого нет денег и связей?
Дочь вздохнула. А зять прокомментировал:
- Мама, кто на кого учился. Тут ничего не сделаешь – это жизнь диктует свои условия. А насчет денег знаете поговорку «Попал в волчью стаю – вой по волчьи». Что бы на волне держаться нужно быть на высоте. А для этого нужно зарабатывать. Вы лучше отдыхайте и спасибо Вам за дочь и внучку.
- Только смотрите, что бы волна в шторм не превратилась и не смыла.
Через месяц я уехала в деревню. Только там пока остаются условия для нормальной человеческой жизни.





Рейтинг работы: 0
Количество отзывов: 0
Количество просмотров: 22
© 14.11.2017 Ольга Черникина

Рубрика произведения: Проза -> Рассказ
Оценки: отлично 0, интересно 0, не заинтересовало 0












1