Месть


Ирка.

           Ирке Бегловой сегодня 60 лет. А тогда, в 1983-ем, ей было 26. Она до сих пор живет в Энске. Сейчас, как и тогда. В старом пятиэтажном доме, в квартире на первом этаже. Только тогда - вместе с парализованной матерью и младшей сестрой Танькой, которая пошла уже в 7 й класс. Сама Ирка, после 8 классов, окончила ПТУ торговли, и устроилась, по знакомству, в галантерейный отдел, в универмаг, в Москве. Продавщицей. Рост - метр семьдесят два, длинные ноги, худая, даже худощавая фигура. Почти полное отсутствие груди полностью компенсировалось парой стройных ног. Темперамент южный. Она была похожа на итальянку. Черные, в мелкую кудряшку, волосы, ниспадали до плеч и скрывали худое лицо со впалыми щеками. Черные, слегка влажные, блестящие глаза, казалось, горели голодом страсти. Вся такая Кармен, ни дать ни взять. На запястье, с внутренней стороны, тонкая, синяя татуировка, английскими буквами, "БигЛове".

            Примерно в 20 лет, Ирка начала подрабатывать путаной по московским ресторанам. Получилось так, случайно. Сначала она влюбилась в одного красавчика. Голубоглазого блондина, на Ладе 8-й модели. И между ними вспыхнул бурный роман с поездкой в Сочи. Потом, Ирка с ним рассталась. В Сочи у нее жила старшая сестра, Ольга, которая уехала туда, с какими-то чуреками. Появился другой ухажер, но он оказался женат. Об этом она также узнала поздно. Ирка хотела, надеялась, устроить свою судьбу в Москве, и продолжала ходить по ресторанам с подружкой Ленкой. Ирка брюнетка, Ленка блондинка. И, в принципе, отбоя от кавалеров не было, но все они были сволочи, падлы, твари, и мрази. Потом кто-то ей просто дал пятьдесят долларов и она взяла. К 26 годам она все еще была не замужем. Надежды на встречу окончательно растаяли.

           За пять лет бурной, интенсивной, ночной жизни, Ирка стала настоящим циником, и относилась к своему положению философски. Прочитав "Таис Афинскую" и "Мастера и Маргариту" подвела, так сказать, базу. Тем более, что в Энске нужно было как-то выживать. Матери становилось все хуже. Таньке нужна была одежда. Ольга сгинула в своих Сочах, и почти не писала. Не то, чтобы прислать там, денег или посылку. Никто не знал как тяжело жилось Ирке, так как она сразу усвоила правило - "слезам в Москве не поверят". И жалела себя, когда никто-никто ее не мог видеть. А потом, сразу, быстро бралась в руки, и выходила в Свет, очаровательно улыбаясь, так, как только умеют это делать настоящие, и очень дорогие шлюхи.

           Невезуха пришла откуда не ждали. У директрисы универмага, в котором работала Ирка, был хахаль. Синеглазый брюнет. Капитан, КГБшник, на черной Волге с форсированным движком, и дачей в Истре. И, однажды, Ирка с ним столкнулась в служебном помещении универмага. Влад, так его звали, шел к своей директрисе, а Ирка несла какие-то коробки в торговый зал, и они, как в кино, столкнулись. Не глядя. Ирка тогда не знала, что Влад хахаль директрисы. И по привычке включила обаяние. Коробки же упали. Она, на работе, одевалась так еще, сексуально. В универмаге выдавали продавщицам форменную одежду. Платье из тонкой шерсти с белым воротничком и значок универмага на грудь. Ирка хорошо шила. Еще в школе, на уроках труда, открылась у нее эта способность к портняжному делу. И сшить она могла что угодно, из чего угодно, да так, что закачаешься. Например она могла абсолютно точно скопировать импортные джинсы "монтана", от родных не отличишь. Только материал давай.

           Так вот, подрезала она себе форменную юбку по-короче, что бы сексуальней получилось. В универмаг мужики тоже ходят. Выглядеть нужно всегда на высоте. В общем, обожгла она своим взглядом сердце Владислава Николаевича. И он, тут же, с ней познакомился. На беду, сцену эту, наблюдала та самая директриса, которая вышла из своего кабинета на встречу Владу. Увидела из далека и подходить не стала. Было ей уже сорок лет, и как руководитель крупного, советского предприятия, она берегла свою репутацию и предусмотрительно свернула в боковой переход в торговый зал. О чем они говорили она не слышала, но, была влюблена, как кошка, и ревнива. Ирку она сразу невзлюбила. Стала следить за ней. Однажды, после работы она увидела в окно, как Ирка садилась в черную "Волгу" Влада, на улице, напротив универмага. Она поняла, что Влад увлекся Бегловой. И что они встречаются. Накануне, он позвонил ей и сказал, что уезжает на пару недель в командировку. Вот какая у него на самом деле "командировка!"

       Галина Михайловна, так звали директрису универмага, сразу решила тогда же уволить Ирку, да так, чтобы ей неповадно было. По 33-й. За недостачу. Читай кражу, хищение социалистической собственности. Чтобы она только дворничихой могла потом устроиться на работу. Организовала через знакомых проверку ОБХСС и с помощью преданных своих сотрудниц подстроила Ирке недостачу. Ирка еле отбрехалась, помогла комсомольская характеристика, и то, что это "в первый раз", и она "больше не будет", ее заставили выплатить ущерб и уволили по 33. Негативный смысл увольнения по ст. 33 Кодекса Законов о Труде (он действовал с 1971 по 2002 годы) связан прежде всего с правом администрации по собственной инициативе расторгнуть (прекратить) отношения со своим сотрудником — за прогулы, дисциплинарные проступки, пьянство. Соответствующая запись в трудовой книжке гражданина осложняла в последующем его трудоустройство: хотя дефицита работы в СССР практически не существовало, кадровики на предприятиях с предубеждением относились к кандидатам, уволенным «по статье». Ирка не понимала за что, но понимала, что просить было бесполезно. "Добрые" девочки из соседнего отдела нашептали ей про Влада и Галину. И милый Владислав Николаевич сразу свинтил, как только узнал в каком положении находится Ирина, о ее матери и старшей сестре в Сочи.

          Уже 2 года Ирка нигде не работала. Пробовала фарцевать. Шила подделки под известные фирмы. Но, не всегда был аутентичный материал. И доходы были нестабильные. Тоже на тоже. "Монтана" и "Райфл" расходились на ура, но приличная джинса стоила дорого, и достать ее было трудно. С этим ей помогала Ленка. Директриса не могла успокоиться и хотела ее извести. Сжить со свету. Чтобы она окончательна села в можайскую женскую колонию. А Ирка продолжала профессионально путанить по московским ресторанам. Галина Михайловна связалась с энскими ментами, чтобы накопать на нее какой-нибудь компромат, и чтобы любой мент мог до нее докопаться. Ленка ее предупреждала об этом. У нее свои менты знакомые были. Так что, Ирке, удавалось избегать прямого столкновения с властью. Но, торговать пошивом становилось все труднее. Ирка была осторожна и не попадалась на глаза. Ее же, при желании, можно было подставить и привлечь. За тунеядство, за незаконное предпринимательство, за спекуляцию. Она уволена по 33-й. Ни где не работала. Это было подозрительнее всего. Ей светил 101-й километр. Проституцию и все остальное нужно было доказывать. Но, главное - она ни где не могла устроиться на работу. В 26 лет на ней висело клеймо.

Однажды подружка Ленка помогавшая ей выдала:

- Я тут с одной теткой перетерла, знаешь что тебе нужно? - заговорщицки сказала однажды она, и на лице ее было такое выражение будто бы она открыла еще один закон Ньютона.

- Что? - затянувшись сигаретой и выдохнув дым спокойно спросила Ирка.

- Ребёнка родить. Уйдешь в декрет на три года. Тебя ваще никто не тронет, ты же мать одиночка! Тем более тебе и пора уже...

- Обалдела? Куда я? Сюда, что ли, ребеночка рожу, - и она провела рукой по воздуху сигаретой.

         Они сидели на кухне. Дом был старый, хрущевский, кирпичный, квартира в приличном состоянии. Только доски в полу в коридоре уже прогнили, и одна проломилась, зияя дырой в подвал. Ирка плотно забила ее старыми тряпками, когда Танька увидела крысу в этой дыре. Дальнюю комнату двушки занимала парализованная мать. В большой проходной жили они с Танькой.

- Таньке уроки надо делать. Еще восьмой класс окончить надо, потом ПТУ. Куда ещё ребенка?

- Сама посуди. Галина до тебя докапывается. Через наших ментов. Ей нужно чтобы у тебя приводы были. Они про тебя все знают, что ты сампошивом торгуешь... А так ты распашонки шьешь для малыша. Врубись? Да и замуж, ни в Энске, ни, где-то, в другом мире, ты не выйдешь. С матерью и Танькой на руках. Рожай, пока молодая. Законодательство защищает матерей-одиночек. Декретные тебе положены. Оснований докапываться нет. Детские от собеса. Придраться невозможно. Шьешь? - Да, на ребенка!

           И Ирка крепко задумалась, и даже ухватилась за эту идею. Отпуск по уходу за ребенком - и она свободна. На три года. Галина со своими ментами не посмеет. А там видно будет. Энск - город безотцовщины. Пять фабрик, швейная, текстильная, комвольный комбинат. Пять общежитий, все женские. Мужского населения 40 %. Вопрос : "Где взять отца ребенку?" Мужиков, здоровых, сильных и способных нормально трахнуть, днем с огнем не отыщешь. Половина алкоголики. Две трети женаты. Женатого уводить из семьи, врага наживать. Бабы избить могут. Сколько раз сама она видела. Летом, на танцах в парке Культуры и Отдыха, в ДК "Юбилейный", как пьяные девки, жестоко и грязно, нелепо, дрались из-за мужика, в туалетах, или в парке, в кустах. Драки случались постоянно. Особенно, "местные", или "домашние", не любили "приезжих", или "общагу". Одной даже лицо порезали бритвой. Хотя, сами местные тоже, когда-то, по лимиту приехали.

           Знакомились с парнями в основном на танцах, или на дискотеке. И девок там было всегда больше, чем ребят. Ирка иногда ходила на дискотеку в ДК "Юбилейный", это было самое приличное место в Энске. Здесь она, на себе, "рекламировала" свою продукцию, девки делали ей заказы. Танцевала она красиво, особенно под итальянцев. Сказывался южный темперамент. Многие обращали на нее внимание. Среди парней у нее было много друзей, но в городе она не путанила. Это означало сразу перейти в низшую касту энских шлюх. Опуститься и влачить полукриминальное существование.

       Мысль: "От кого рожать?" не давала ей покоя. "Все мужики козлы, московские клиенты отпадают 100%. Где взять отца? Блять. К 26 годам Ирка знала все о мужиках 30, 40, 50 и 60 лет. Первое, чего бояться даже "герои советского союза", это женских проблем, и всегда сбегают. Даже если пообещать, что не нужно содержать, не поверит никто, жадные - все, или жена деньги контролирует. А кому рассказать, зачем тебе, так вообще ... Падлы, в общем, трахаться все любят, им лучше денег заплатить, недоноски... Все равно, даже нормальный будет ссать, что ребенком шантажировать буду", - думала Ирка.

      "Нужно обманом..., перестать предохраняться... Ребенок-то, человек, все-таки, здорового рожать надо. А клиенты пьяные всегда. Урода родить жалостливее, но, я такой грех на душу все же взять не могу... Да и с матерью намаялась, что ж мне пожизненно судно выносить..."


Сашка, Зубыч и Хипок.


         Сашке стукнуло 16, только что окончил школу. 10 классов. И мать его определила поступать в институт. Все предпосылки у него для этого были. Характеристика, аттестат, и нужные связи в ректорате. Мать его, крупный партийный босс на очень большом предприятии, Энска. Блат везде. Где нужно. Зубыч окончил школу на год раньше и мотался как говно в проруби, в армию его не брали по состоянию здоровья. Хипок тоже окончил школу за год до Сашки и учился в техникуме на механика по ремонту систем автоматики. Это были трое друзей, учились в одной школе, Хипок и Зубыч росли в одном дворе. Сашка жил в отельном доме с участком земли. На улице Ленинской. Мать выбила в горсовете.
У Хипка были богатые родители, отец директор кооператива по ремонту цветных телевизоров и магнитофонов. Первые видики чинили в Энске только у него. Ну и через кооператив шел в народ дефицит в этой области. Мать Хипка работала в торговле в ювелирном отделе центрального универмага Энска в отделе для новобрачных. Так что Хипок был упакован с ног до головы. Местные, кто фарцевал в Москве, все друг друга знали, и общались через мать Хипка. Родители Зубыча были простые роботяги. Мать на швейной фабрике. Отец был на все руки мастер по ремонту квартир. Этим они и жили.

       Сошлись все трое на почве шмоток. Сашке мать привезла из Финляндии, из командировки первые кроссовки на шведской липучке. Зубыч первым встретил Сашку и сразу предложил купить у него эти кроссовки за 25 рублей. Сашка отказал. Зубыч рассказал Хипку, что встретил чувака в "странной обуви" на липах. Однажды вечером они с Хипком подошли к Сашке на дискотеке предложили сто. Сашка отказал и сам предложил Зубычу продать зеркальные очки-капли за 25 и отвалить от него. Ребята спустились в бар взяли по коктейлю и хорошо посидели обмыв сделку. С этого вечера у Сашки появились два закадычных друга. Провинциальная жизнь не изменилась со времен Антон Палыча Чехова, и характерна праздностью и скукой, и каждый сам веселил себя или развлекался. В этом плане между местными существовала особенность отличавшая провинциальную молодежь от столичной. Все, что в Москве становилось модным, нужно было иметь. Еще со школы. Фирменные целофановые пакеты береглись и перепродавались до тех пор, пока не появлялись потертости, и, все равно, по сниженной цене, перепродавались еще раз. Джинсы "райфл", "монтана", "лее", "вранглер", просто футболка с принтом. Батники. Кроссовки. И так далее. Все это определяло статус владельца. Его касту.

    Взрослые, из тех кто имел работу в московских конторах, старались прикупить дорогой алкоголь, польскую или румынскую мебель, машину. Обязательно Ладу. Шестерку, пятерку... А уж восьмерку, это был высший класс. В общем, у тебя должно быть хоть что-то, что отличало тебя от серых, рабоче-крестьянских масс. Лимиты и колхоза. У Сашки была такая вещь - скейтборд. Американская доска на роликах. В Советском Союзе тогда их только начали выпускать. И, Людмиле Павловне, специально для сына, кто-то привез прямо домой. Сашка тут же за день освоил скейт и гонял на нем целыми днями. В тот год мэром Энска "по очереди" стал директор карьера и асфальтового завода. Поэтому все дороги в Энске были уложены свеженьким асфальтом и были ровными как ниточка. Сашка любил гонять по ночам. Когда движение на городских улицах замирало, а фонари светили сине-желтым ложным освещением. Кроссовки его отражали свет фонарей и фар редких автомобилей специальными вставками-отражателями. На нем были венгерские джинсы "траппер", и старая, кожаная, коричневая летная куртка, доставшаяся от деда. И вид у него был как у лидера английской рок-группы "Депеш Мод".

Сашка, Зубыч и Хипок всегда, по субботам, ходили на дискотеку в ДК "Юбилейный". Собирались у Зубыча, слушали музыку. И, к восьми часам, шли на главную площадь города, где, совсем недавно, построили новый Дом Культуры. По дороге они встречали других пацанов и девчонок, знакомых и не очень, которые тоже стекались на танцы. Однажды зимой, перед новогодними праздниками, на очередном танцевальном вечере Сашка, Зубыч и Хипок, пересеклись с Иркой и Ленкой. Сашка, к своим 16 годам, вымахал метр восемьдесят пять, видимо, сказались активные занятия спортом. Сашка занимался каратэ. Что тоже, кстати, было модно. Хипок был ниже ростом, примерно на пол головы, Зубыч был повыше Хипка, но все равно ниже Сашки. Зубыч курил как паровоз. Хипок регулярно ходил на турничок. Там они тоже встречались и проводили время. В общем, на вид им по 16-17 лет не дашь. Все трое уже брились, с восьмого класса, и щетина у всех лезла на щеках над верхней губой. Кровь с молоком. Каждый из них представлял собой пружину из мускулов и нервов, готовых всегда вступить в драку по любому поводу. Просто, если слово за слово. И, причиной такого агрессивного поведения был тестостерон, который частично расходовался в занятиях спортом, но дальнейшего выхода не находил. Сашка и Хипок были девственниками, Зубыч, правда, уже пару раз "гулял девочку", и, поэтому, пользовался некоторым авторитетом в амурных делах.

Ирка и Ленка танцевали всегда вдвоем. И первый, внимание обратил на них, Зубыч:

- Слыш, зырь, какие крали, - толкнул он в бок, стоявшего спиной Хипка. Хипок обернулся. Ленка распустила свои пышные, длинные, до пояса, светло-серые локоны, Ирка крутила бедрами. Картина маслом. Танцевали они у самой сцены. К ребятам подошел Сашка:

- Чего тут?

- Смотри, бля, - ответил Зубыч.

Хипок молчал. Он всегда говорил во вторую очередь. Никогда не суетился. Внешне он был похож на популярного актера Александра Соловьева, девочки, и так, на него вешались.

- Ну чё? - спросил Зубыч. Слабо познакомиться? - и язвительно посмотрел на Хипка и Сашку.

- Говно-вопрос, - ответил Сашка. Кого хочешь, чтобы я закадрил? Светленькая симпатичная, - парировал он Зубычу. Смотри, коллега... И он подошел к Ленке. Она не отказала. Потом, через несколько минут, они уже втроем танцевали в одном кругу, потом спустились в бар. И перезнакомились. Сашка провожал Ленку. Зубыч и Хипок Ирку.

Так Ирка нашла себе трех кавалеров. Сашка Ленке был не интересен. Он начал было ухаживать. Приглашать погулять, но был это детский сад. У Ленки все давно было конкретно. А Сашка не догонял на эту тему. Ему почему-то все нужно было поговорить. Ленка не знала как от него отделаться.


Если б не скейтборд.

       Сашка продолжал по ночам рассекать на скейте. Дружить с Зубычем и Хипком. Ходить на турник. В секцию каратэ. На дискотеку в ДК. Вытаскивал Ленку по вечерам из дома. И готовился в институт. Как-то поздно вечером, он остановился у тротуара вдоль Советского проспекта, передохнуть, на встречу ему, по краю дороги, шла Ирка. Они поздоровались. Разговорились.

- Что это у тебя за штука такая? - спросила Ирка.

- Скейт, скейтборд, доска на роликах, - солидно ответил Сашка.

- Трудно на ней стоять?

- Да как сказать... Стоять-то трудно, катится легко, держишь равновесие, балансируешь и едешь...

- Научи меня. Пожалуйста...

- А тебе зачем? - удивился Сашка.

- Хочу попробовать, что-то новенькое, - сказала Ирка первое, что пришло в голову. Она была одета в белую футболку, синие джинсы-бананы, и короткий кожаный блейзер. Волосы были подстрижены под боб и накручены. В ушах и на запястье были крупные кольца. Вид у нее был сексуальный и вполне молодежный. Сашка, в своей куртке, и она в своем блейзере, оба в джинсах и в футболках. Ну чем не пара? И разница в возрасте совершенно была не видна. Ирка тряхнула своей гривой:

- Ну давай, - он подвинул ей скейт. Вставать на него, для начала, лучше с бордюра. Вот так. Ставишь одну ногу сюда, другую вот сюда. Видишь? Потом просто попробуй прокатиться на нем. Вот так.

И он показал как.

- За тем, встань на одну ногу и оттолкнись другой как на самокате только без руля. А потом, оттолкнувшись, ставь ногу назад и управляй движением с помощью поворотов корпусом. Все. Поняла?

- Понять-то поняла, но не мог бы ты, сначала, поддержать меня немного?

- Да не вопрос...

И они "поехали". Координация у Ирки была никакая. Она совершенно не умела держать равновесие. Не то, что стоять, или там катиться, и чем-либо управлять. Она смешно размахивала руками, все время хватаясь за воздух, за Сашку, он умаялся и вспотел. Снял куртку. Она, то падала на него, то вцеплялась в бицепсы, исцарапала все его, сильные руки, своим маникюром. Он ее постоянно ловил. Облапал всю. То за талию, то за бедра, один раз она чуть совсем не грохнулась с этого скейта, и Сашка, в самый последний момент, практически схватил ее в охапку, и его ладони скользнули по ее груди. Лифчик она не носила. Потому что зачем. Грудь у нее не отвисала как у других женщин, а была просто обозначена небольшими выпуклостями. И вот эти выпуклости и чуть было не выскользнули у Сашки из рук вместе с Иркой. Они вспотели раскраснелись оба, и совершенно выбились из сил. В этот вечер Сашка первый раз проводил Ирку до дома, испытав при этом бурю эмоций и смешанных чувств. Эротического возбуждения. Предательства Платонической Любви к Ленке, навязчивой идеи еще раз встретится с Иркой. И, короче, в эту ночь он плохо спал. Ребята и девушки продолжали дружить и встречались на дискотеке. Лето подходило к концу.

     И вот однажды у Ирки случился "день рождения". То ли правда случился, то ли они с Ленкой его придумали. Только собрали они всех друзей в лесополосе, поджарили шашлык. Взяли водки и еще чего-то. Зубыч принес магнитофон. Сели посидеть, выпили разговорились. Тут Ирка и обратила на себя внимание Сашки еще раз. Разговор зашел сначала про Мастера и Маргариту, как она голая летала, потом про Таис Афинскую. Про Рим, гладиаторов и философию. Ребята напились. Зубыч пригласил Ленку на танец и они уединились. Сашка захмелел и даже забыл про Ленку. Все его внимание поглотили черные глаза.


     Ирка умела слушать. При ее "работе" ей часто платили не за секс, а за "поговорить". Она сначала удивлялась. И спрашивала: "Мужчина, а вы сексом-то заниматься будете?", и часто слышала ответ: "А? А-а, нет, нет, сколько с меня?"... Потом перестала и спрашивать. Сашке казалось он встретил родственную душу. Настолько сильно он был очарован Ириной.

        После этого дня рождения Ленка сделала вид что кровно обиделась на Сашку и разочаровалась в нем. Потому что "он предпочел" ей Ирку. Она демонстративно "выбрала" Зубыча. Сашка сначала переживал, но, потом, даже обрадовался такому повороту. Теперь он свободен, и открыто может проводить время с Ириной. Он стал часто приходить к ней домой. Правда, до постели дело не доходило. Ирка никак не могла его к этому подвигнуть. Во-первых, ей приходилось, она строила и себя "порядочную девушку". Потом не хотела давить на него. Так как видела как он волнуется, и жалела. Но, с другой стороны время уходило даром. Нужно было что-то предпринять, как-то его ... но, что бы он..,   как бы,  сам...   Мужчина ведь...   Уже.


Рыцарь печального Образа.


      Помогла опять беда. На дискотеке дежурил наряд милиции, из новеньких. Они не были знакомыми Ленки. Те были выходные. Ирка и Ленка пришли в оранжевых "японских" рабочих комбинезонах концерна Тойота. Это был новый писк краткосрочной моды "новой волны" конца 80-х. На спинах у них белой краской была надпись "Тойота". Они только вошли, потанцевали пару танцев с ребятами. Собрались спуститься в бар. Как к ним подошел наряд, и младший сержант обратился к Ирке:

- Гражданка Беглова?

- Да. А в чем дело?

- Пройдем-те с нами в отделение. На вас поступило заявление, что вы занимаетесь спекуляцией, - холодно произнес младший сержант.

- Какая чушь! Ты что несешь?

- Не "ты", а "вы". Если вы не пойдете, я имею право вас задержать за сопротивление сотрудникам правопорядка.

- Ладно, веди-те.

- Ирка мы с тобой, - сказал Сашка. Ленка, Зубыч и Хипок, встав со своих мест отправились в отделение.

Ирку посадили в пустой кабинет. И ушли. Ребята сидели в коридоре, напротив обезьянника.

- Что, ее реально могут задержать?

- Да-нет,  разберутся и отпустят...

Ленка, тем временем, спросила у дежурного, своего знакомого. Оказалось он в отпуске.

- Лен, скажи в чем дело? - видя не похожую на себя, когда-то веселую, Ленку, спросил Сашка.

- Саш, это не твоё дело.

- Может я помогу, у меня мама парторг КПСС, на .... и он назвал завод. Позвонит начальнику ментовки и нас отпустят...

В это время Ирке уже учиняли допрос.

- Где вы берете такие удивительные, я бы сказал, даже уникальные вещи, Ирина Викторовна? - спросил лысый следователь в старом, грязном засаленном, когда -то коричневом костюме.

- Покупаю на барахолке, - ответила Ирка.

- А у нас другие сведения... - продолжал следователь.

В это время Сашка уже звонил домой.

- Алло, мам, ты только не волнуйся, я в милиции, - сказал он полушепотом по телефону.

- Нет, не дрался, нет. Вообще не я. Ирину, мою девушку. Да я тебе не говорил, но... Я хотел сказать .. но, мам, ты мне .. да, да, ты мне скажи, ты можешь позвонить начальнику милиции, чтобы нас всех отпустили? Да, хорошо, я сразу домой...

Мир тесен.


         Людмила Павловна, так звали мать Сашки, лично знала всех шишек в городе, и их домашние телефоны, однако, никогда не пользовалась своими связями. В этом же случае она не на шутку испугалась. За сына. Что он натворил? В любом случае, Саша приличный, воспитанный мальчик. Комсомолец. У него отличная характеристика. Он не мог ничего такого сделать. Ирина? Что за Ирина, еще такая? А мальчик вырос, да. Мадам. Вырос. И она взяла трубку телефона.

- Алло, добрый вечер, Настя, Это тетя Люся. А папа дома? Да, позови его пожалуйста к телефону...

- Михал Альбертыч, ты ужинал? Прости что отрываю.., да ничего не случилось, нет. Твои орлы, взяли в отделение моего Сашу... Нет, говорит что ничего не натворил. Да. Спасибо. Миш. Я перезвоню.

Начальник милиции города Энска, полковник Фомин Михаил Альбертович, ужинал поздно. В это самый момент его и застал звонок матери Сашки.

- Я сейчас разберусь, - ответил он Людмиле Павловне. И сразу набрал дежурного.

- Дежурный! Да, я. Кто сегодня старший по отделению? Капитан Смирнов, дай-ка мне его...

- Слушай Смирнов, где у тебя сидит Прохоров Александр? Где? В коридоре? Гони его в шею, только вежливо, и друзей его. Всех. Да всех. Профилактическую беседу провели? Беглова? Отпустить...

      Мир тесен. Фомин Михал Альбертович, Прохорова Людмила Павловна, Кухаренок Галина Михайловна, по разным каналам, знали друг друга. Людмила Павловна, Людочка, приехала в Энск из Костромы, поближе к столице, и удачно выйдя замуж, начала строить карьеру, сначала по профсоюзной линии, потом по партийной. Миша распределился после училища в Энск. Галя Кухаренок, родом из Энска, и училась в школе вместе с Фоминым, вышла замуж в Москве еще в институте торговли. В Энске у нее остались старые связи. И связи эти пересекались между собой. Только разве что напрямую не встречались.

      Дежурный вызвал лысого следователя в дежурку, где с ним переговорил полушепотом капитан Смирнов. Следователь хмыкнул, пожал плечами. Скомкал бумажку.

- Ирина Викторовна, вы свободны, подпишите здесь, - и вышел.

- Ничего не понимаю, - сказала она Ленке. Я уже думала какие вещи собирать.

- Это все твой рыцарь, печального образа, мамаше своей позвонил, она у него оказывается шишка какая-то. Видела бы ты, как в дежурке менты шептались. Так что пока пронесло. Но, это Галина тебя достает. Как пить дать. Не оставит она тебя в покое. Не оставит.

- Саш, - подошла Ирка прямо у дверей отделения милиции к Саше. Саша, милый, - погладила она его при всех своей ладошкой по щеке. Притянула за шею, повисла и поцеловала в губы, взасос с языком, и все такое, а под конец слегка прикусила ему губу.

- О - о - о!!!!! - протянула хором вся кампания. Ну ты даёёёшь! Сашок...И они дружной ватагой пошли обратно, и по домам. Сашка провожал Ирину:

- Саш, мне нужно в Загорянку съездить, не проводишь меня?

- Зачем тебе в такую даль?

-Там понимаешь сапожник хороший работает это же военный городок. А у меня шпилька полетела. Туфли дорогие, итальянские, кому попало в ремонт не отдашь. Испортить могут. Тем более набойки на каблук там. Только у него такие. Проводишь?

- Ну конечно провожу! Не вопрос... Когда поедем?

- В субботу...

        Сашка не мог отделаться от впечатления от поцелуя. С ним такое было впервые. Чтобы девушка его сама поцеловала. Честно признаться целоваться он еще не умел. Но давно хотел этому научиться. Он все время теперь думал об Ирине. Даже разговор с матерью прошел как в тумане. Он ей подробно отвечал на все вопросы, только мать понимала, что он не здесь. И в последнее время сам не свой. Все время уходит под вечер со своим скейтом.

- Саша, я очень волнуюсь, когда ты уходишь кататься по дорогам. Тебя может сбить машина.

- Ну что ты мам, в Энске, по ночам, машины почти не ездят. Это единственное время когда можно на доске погонять. Ты же знаешь я - Ас. Мам, я в субботу хочу в Загорянку съездить, с ребятами, искупаться, рассвет втретить, можно?

- С какими ребятами? - насторожилась было Людмила Павловна.

- Мишка Зубыч, Хипок, Димка Егоров, ты их знаешь, - уверенно соврал Саша.

- И девочки эти, тоже с вами поедут? Купаться? - внимательно глядя ему в глаза спросила мать.

- Ну, мам, они воспитанные леди, - смутился Саша.

- Ладно, ладно, не возражаю, денег дать?

- Не надо, у меня есть, - ответил Саша и радостно выскочил на улицу.

            Что-то его ждало впереди. И это ожидание разрывало его грудь на части. Конечно Сашка не мог дождаться субботы. Он заходил к Ирке каждый день. Пил чай на кухне. Иногда к ней заходил и Хипок с Зубычем. Но Сашка немного отдалился от своих друзей и старался больше времени проводить с Ириной. В субботу они встретились на автобусной остановке доехали до станции сели на электричку. Потом снова на автобус до военного городка. Автобус был последний...

- Обратно, поедем завтра, - сказала Ирка. У меня здесь давняя подруга живет, замуж вышла за офицера. Им здесь квартиру дали, двухкомнатную. У нее переночуем.

"Переночуем?" - подумал Саша. Но, переспрашивать не стал. Не солидно, как-то.

- Ладно, - вслух согласился он.

В Загорянке.

- Ирка! Роднуля, как я по тебе соскучилась! Как давно мы не виделись? - набросилась на нее толстуха в фартуке. Как только открылась дверь.

- Привет Маш, - они обнялись и поцеловались. Как ты?

- Я то? Нормалек, мы с Алексеем ждем молодого пополнения, - рапортовала она по военному.

- Ух ты, молодцы вы какие! - искренне порадовалась за нее Ирка.

- Ну проходите, чего в дверях встали?

- Ты проходи, посиди минуту без меня, я только туфли занесу... - Сказала Ирка Сашке.

И вышла. Мария провела Сашу в комнату.

- Семь часов уже. Мой скоро придет, ужинать будем. Включи телек если хочешь, - прокричала Маша из кухни.
Сашка сел на диван и включил телек. Шел какой-то концерт. Александр Малинин в гусарском френче пел про поручика Галицина. Ирка вернулась через полчаса:

- Впустую проездили, сегодня он не работает, - сокрушенно вздохнула она. Сашка вопросительно посмотрел на нее.

- Ладно не кись, сейчас ужинать будем, - Ирка ушла помогать Маше по кухне. Они долго говорили там, о своем, о женском. А Сашка все сидел на диване и чувствовал себя не в своей тарелке.

Пришел Алексей. Муж Маши. Старший лейтенант Морозов. Вошел в комнату. Они поздоровались. Девушки, или уже женщины, быстро и ловко накрыли стол. Достали бутылку водки из холодильника. Алексей принял душ. И вышел к столу вытирая мокрую голову полотенцем.

- Я голоден как черт, - рявкнул он. И Маша, расхохоталась. Ирка улыбалась им обоим. После первой разговор пошел более оживленно. Алексей расспрашивал Сашку про его планы. Саша отвечал односложно. Что, мол все, пока, на воде вилами написано, и вообще скоро, может быть, в армию.

- Ну и правильно, - оптимистично проревел лейтенант. Армия из тебя окончательно человека сделает, не боись!

Они пили, закусывали, смотрели концерт.

- Я постелю вам на диване, - сказала Маша.

- Да, нормально, - буднично ответила Ирка.

Сашка, снова почувствовал, что то неуловимо нехорошее, в этой будничности. Впервые в гостях у него не спросили, как ему постелить?

- Чего стоишь, помоги диван разложить, - вывела его Ирка из оцепенения.

         Саша спохватился и разложил диван. Машка постелила на двоих. И ушла в другую комнату. Алексей уже спал. Ирка ушла в ванную, приняла душ, и через несколько минут вышла оттуда в ночной рубашке до самых пяточек.

- Душ прими, устал за целый день-то, - сказала она Сашке и тот послушно подчинился.

       Он примерно уже представлял, что теперь между ними должно было произойти. Но! Как-то все не так! Они же не сказали еще друг другу важных слов! Главных слов, которые всегда, обычно говорят друг другу, мужчина и женщина!!! В этот, самый первый, их раз! Ничего такого Ирка и не думала ему говорить.

"Ну, конечно, может я у нее не "первый раз", чего это я собственно?" - снова подумал он.

             Тем не менее, возбуждение и алкоголь, возымели свое действие. На удивление, Сашка ощущал себя абсолютно трезвым! Он снял штаны, и полез в душ, надеясь, что его тело и орган, немного успокоятся. Но, этого не произошло! Конечно он и раньше испытывал эрекцию. Всегда стеснялся этого, уединялся, чтобы хоть как-то себя успокоить, но, гормоны вещь неумолимая. И в этот раз с ним творилось что-то особенное. Ему казалось что, его член стал в половину больше прежнего. Кожа натянулась и блестела. Одевать трусы было бы еще смешнее, чем так. И голый, он испытал небольшое облегчение. Сердце бешено колотилось где-то в области горла.

               В таком состоянии он, голый, вошел в комнату. Ирка уже лежала на диване, лицом к стене, и, не смотрела, на него. Саша подошел к окну. Он все не решался лечь к ней на диван. Ему казалось это каким-то кощунством, и еще бог знает чем. Его сознание рисовало Ирку, как Хрустальную Лебедь. Непорочную деву Марию. Мечту его Грез. Рай его Души. Состояние его было в высшей степени нервного возбуждения. Ирка лежала носом к стене и думала: "Чего он медлит? Чего не идет, дурак!" Сашка аккуратно приподнял угол одеяла и заполз на свою половину. Спиной к ней. Его слегка трясло. Тут Ирка повернулась к нему и скользнула рукой по кубикам его пресса вниз. Он повернулся чтобы сказать... Одновременно она, прильнув своими губами к его, сунула свой язык ему в рот. Иначе, он готов был вскрикнуть, от неожиданности. Крик превратился в тихий стон, и поцелуи продолжались почти всю ночь с небольшими перерывами. Ирка была "горяча и бешена, а внутри соленая словно кровь, текила-любовь!" Вот как-то так.


Вот так все... Просто.


               Утром, в воскресенье, автобусы из военного городка на станцию не ходили. И Алексей вызвал им "уазик" из части. Всю дорогу на станцию Сашка молчал. Он молчал, когда проснулся утром. Когда они завтракали. Ехали молча. Смотрели в разные стороны. Ирка не тревожила его. Да и не знала она, что говорить:

"- Молокосос. Трахнулся в первый раз в жизни. Все. Больше не "девочка"".

Сашку все время почему-то тошнило. Но нечем. Он думал, что это из-за водки:

"- Что же это с ним вчера произошло. Все было не так, как он себе представлял. Как должно было быть. Неужели это и есть Любовь? Вот так. Просто. А любит ли она меня? А люблю ли ее я? Что мы делали вчера? Сегодня я, кажется, ничего к ней не чувствую..."

Он посмотрел на Ирку. Она ему улыбалась.

"- Может я чего-то не понял? Чего-то не уловил? Но, почему-то, у меня такое чувство, что меня тупо трахнули, а я как будто ни при чем!", - так он думал, пока они добирались до ее дома и молчали. Он проводил ее до подъезда. Она ласково на него посмотрела:

- Тебе было хорошо, малыш? - спросила она его.

- Не называй меня "малыш"! - обозлился вдруг он.

- Ну, ну, не злись! Хотя, мне нравится, когда ты злишься, - рассмеялась она. Не буду, не буду больше никогда тебя называть "малыш"! Обещаю ха-ха-ха...

- Я пошел. Пока, - повернулся он.

- Подожди, а поцелуй? - повернула она его за руку. Он подчинился.

Ирка, обняла его нежно. За шею. Поцеловала-укусила его губы. Словно ужалила змея своим, нежным, ядом.

Сашка снова подумал:

"- Надо бы повторить!" , - и, уже счастливый, побежал домой.

Сердце матери не обманешь.

        Людмила Павловна ждала сына.

- Как погулял?

- Отлично! Хочу спать!!! - и он прошел в свою комнату лег в постель и завернулся в одеяло. То, что в эту ночь с ним что-то произошло. И что конкретно, Людмила Павловна поняла сразу. Сердце матери не обманешь. Но, рассудила, что расспрашивать что да как глупо. Сам расскажет. Главное, что бы ничего венерического. Тьфу-тьфу-тьфу...

Странное дело, но физиологически, Сашка стал чувствовать себя лучше. Приступы напряжения, и нервного раздражения прошли, скорее, стали реже повторяться. Он стал ходить к Ирке, при первой же, удобной возможности. И, их бурные ночи, повторялись. Он подсел, на это сумасшествие. Он, признавался Ирке в любви, а та смеялась. Почему-то он очень ее смешил этим.

- Ну как? - спрашивала Ленка.

- Никак, пока. Не могу, - отвечала Ирка. Чет не цепляет. Все вроде при нем. Жеребец. Фабрика спермы. Заливает. А я никак. Ирка затянулась, сигаретой. Жалко мне его, не могу, - выдохнула она дым через ноздри.

Хипок.


         Однажды, снова на дискотеке пятеро друзей отмечали день рождения Хипка. Тот угощал всех шампанским. В это же вечер Ирка переспала с ним. Хипок, не страдал рефлексией. Он давно хотел трахнуть Ирку, эту похотливую сучку, как она ему представлялась. Её черные, слегка влажные глаза, казались ему сальными. И Хипок чувствовал только похоть. И в ней. И в себе. Вообще, они с Сашкой, почему-то увлекались одними и теми же девочками. Между ними была такая негласная конкуренция. И Сашка проигрывал пол очка во внешности и харизме Хипку, а Хипок проигрывал пол очка в росте и мышечной массе Сашке. Но вместе, они чертовски дополняли друг друга. Ирка стала спать с ними по очереди. Она перестала предохраняться и решила точно залететь либо от здорового жеребца-молокососа, либо от наглого красавчика с киношной внешностью. Ирка пошла ва-банк. В это период она расцвела как никогда. И регулярно посещала гинеколога. Ребята были чистые, здоровые и голодные до секса. Хипок скоро уходил в армию. Сашка за ним. Зубыч, к Ирке даже не подходил. Хотя в начале, он даже очень был не прочь. Зубыч был в курсе, что оба его друга трахают Ирку. Но, что то ему подсказывало, скорее она их трахала. И Зубыч, хранил тайну, от друзей. И отдалился от Ирки. Но сам, будучи уже год женатым на Ритке, продавщице из центрального универмага Энска, ревновал, и тайно был влюблен, и ненавидел Ирку, за это. И сходил с ума.



Примерно за пол года...

          Примерно за пол года, до призыва в армию. Сашка тогда учился на первом курсе, одного московского ВУЗа, и катастрофически заваливал сессию. Отчасти, из-за связи с Ириной, отчасти просто от того, что изменился, и немного, повзрослел. И понимал, что высшее образование не все на этом свете. Мать беспокоило такое его отношение к жизни. Она догадывалась в чем причина. Кто был всему виной? И однажды она сказала сыну:

- Приведи к нам свою девушку, что ли, пора наверное нас познакомить? - с ласковым упреком сказала женщина.

Сашка подумал: "- Как же это он сам не додумался. Можно же и жениться. И все права приобрести. Пора бы уже им познакомиться. Не, все-таки я лопух!" "- Как это сделать?", " - Мы пойдем с Иркой гулять, я проведу ее по нашей улице и зайдем, как бы, на обед."

Так и сделал. Они зашли в просторную кухню двенадцать метров. Потолки три метра. Сели за стеклянный стол. К ним, в кухню, спустилась Людмила Павловна, в прическе как у Долорес Кондрашовой. В бархатом, черном халате.

- Ну здравствуй, Ира! Саша мне все уши про тебя прожужжал, - сказала она мило улыбнувшись.

- Здравствуйте Людмила Павловна, - сидя ответила Ирка. Она решила не вставать, раз уж села за стол. Хотя ощутила неприятный холодок по спине.

- Давайте, обедать, - также мило сказала мать Сашки. Будешь суп?

- Да, спасибо, - почему-то, согласилась Ирина.

Сашка обалдел от такой идиллии. Мать сразу же приняла его девушку! Вот это номер! Честно говря, он сильно волновался по этому поводу.

- Первому, в нашей семье, наливают мужчине, - сказала Людмила Павловна, как бы никому, и начала наливать мельхиоровым половником суп с гущей и мясом, сыну.

- Хорошая традиция, - поддержала разговор Ирка.

- Давай твою тарелку, - Людмила Павловна стала наливать ей один пустой бульон и несколько кусочков картошин.

- Кушайте! -улыбнулась она Ирке. Скажите, сколько Вам лет?

- Двадцать шесть, - Ирка все поняла. Людмила Павловна ее провоцировала. Еще одна сука на ее голову.

- Вы старше моего сына на почти 10 лет.

- Ну, мам! Ну что ты? Ира отличная девушка! Все умеет делать сама...

- Похвально, - перебила его мать.

Ирка напряглась, но виду не показывала.

- Что же ты не ешь? Суп остынет, - произнесла Людмила Павловна, и в голосе ее промелькнули железные нотки. Но, Сашка этого не заметил. Зато заметила Ирка.

- Мне вообще-то пора, надо за сестрой зайти, в музыкальную школу. Спасибо, за угощение. Саш, не провожай меня. Ирка бысто встала и вышла из-за стола, в коридор и на улицу. Сашка выскочил за ней:

- Ир, подожди, куда ты, я с тобой!

- Саш, мне чего-то плохо, мутит. Ты иди-ка домой. Не будем раздражать твою маму. Сашка остановился, а Ирка продолжала уходить дальше. Дальше, от этого змеиного жала.

Сашка вернулся в дом.

- Что с ней? - вскинула удивленные брови мать.

- Мутит, чего-то, - растерянно произнес Сашка. Пошла домой.

"- Мутит ее!" - подумала про себя Людмила Павловна. "Вот ссука, блять, потаскуха. Облапошила парня, и теперь беременная наверное. Нужно навести о ней справки..."

В скором времени, Людмила Павловна, все про Ирку узнала. И через Михал Альбертыча встретилась с Галиной Михайловной. И Галина Михайловна очень обрадовалась такой встрече. Параллельно, Людмила Павловна попросила дочку одной своей преданной сотрудницы с завода проследить, чем в свободное время занимается Сашка. С кем и как танцует на дискотеке. Девочка это все подробно разузнала.

- Она живет на улице Заводская, дом 5, квартира не первом этаже. Номер не узнала, к сожалению. Он ее каждый день до дома провожает. Это и подружки мои видели.

- Я надеюсь, что ты не говорила с подружками, кто тебя попросил это сделать? - почти строго спросила Людмила Павловна.

- Нет, что вы, Людмила Павловна...

- Для тебя - тетя Люся, - поправила девочку мать.

- Да, тетя Люся, поняла.

Мать повесила трубку. Теперь ей все стало известно.

"- Чья она дочь? Ничья, муж обрюхатил Иркой ее мать, и сгинул. Трое девок, и все от разных мужей. Парализовання. Квартира от фабрики. Денег нет. Живут якобы на инвалидность матери. Старшая Олга, проститутка. Сама Ирка уволена по 33-й. Живет, неизвестно, на какие доходы. Охмурила моего сына. Фарцует. Есть деньги на московские рестораны. Потаскуха. Ну-у я тбе рога-то поотшибаю..."

Удар.

Хипок влюбился в Ирку, и не заметил как. Да и сама Ирка, почувствовала к Хипку нечто большее. Их роман стал развиваться параллельно. Однажды, когда Сашка был в институте. На факультете устраивали вечер, кажется КВН, и он там принимал участие, вечером его не было в городе. Людмила Павловна решила пойти к Ирке и поговорить.

          Уже подходя к подъезду она увидела на асфальте еловый лапник. Символ того, что из дома вынесли покойника. Она вошла в подъезд. Дверь в квартиру на первом этаже была открыта настежь. Это была квартира Ирки. Ее мать наконец умерла. Ленка и Ирка вдвоем сидели на кухне и курили. В доме стоял дым сигарет. На столе стояла пол бутылки водки. Ленка затягиваясь сказала:

- Отмучилась Лидия Сергевна, царствие ей небесное, - выдохнула дым через ноздри. Ирка сидела пьяная, слезы тихо и просто лились по щекам.

- Олька, сволочь, даже ни разу не приехала...

- Теперь полегче будет, ремонт можно сделать, Таньку в ту комнату переселить...

- Ага, на какие шиши, ремонт-то, пенсии больше не будет. Все, тю-тю, пенсия...Блять, Лен, ну почему моя жизнь такое говно?

Все это время Людмила Павловна стояла в коридоре возле туалета и подслушивала. И в этот самый момент решила войти на свет:

- Здравствуй Ира.

- Здрасьте...

- Сочувствую твоему горю...

- ???

- Послушай меня внимательно и хорошенько подумай. Твоя жизнь сейчас, в скором времени, может показаться тебе райским блаженством, по сравнению с можайской колонией...

- Это, вы, эээ это ты...

- ... если ты, не оставишь в покое моего сына, я сама, лично устрою все так, что ты сгниешь в тюрьме. Ты меня поняла? Сука??? Вспомни кто тебя вытащил из УВД. Я тебе не Галина Михайловна... И еще. Сделаешь ему больно. Учти. Будешь молить пощады - не пощажу. Запомни... - и вышла, дрожа всем телом от ненависти, раздражения,гнева и брезгливости.

- Запомню, - ответила Ирка, уже на простывший след, Людмилы Павловны.

У Ленки зашевелились волосы. Она не могла оторваться от бледного, иссушенного бедами и заботами, горем лица Ирины. Слезы на ее лице высохли. Перед ней сидела совершенно постаревшая женщина. Так никогда и не испытавшая ни капли простого женского Счастья, никто никогда не позаботился о ней. Она привыкла везти все на себе. И только ненависть в этом худющем теле не давала остановиться сердцу. Ленке вдруг стало страшно. Ирка тупо смотрела в одну точку.

- Ир, Ирка, - прошептала-позвала Ленка, слегка тронув подругу за плечо. Ты чего???

Ирка медленно подняла на подругу глаза.

- Я отомщу. Я так отомщу..., Она никогда не узнает.., Я отомщу... Сука... Сука! Блять! Он всю жизнь по шлюхам будет ходить, сыночек твой! Падла! Ты ссука сделала ему больно!!! Посмертно, тварь! Мразь!!!! - и швырнула рюмку в раковину. Рюмка разлетелась по кухне вдребезги. Ленка вздрогнула и зажмурилась. Ирка сидела как каменная.

Месть.


 - Я завалил сессию, - сказал Сашка Ирке. В мае меня призовут.

Они продолжали встречаться, только Ирка просила Сашку соблюдать конспирацию. Она не стала скрывать от него что они поссорились с его матерью поругались. Но подробностей не сказала. Просила быть осторожней. Потому что мол "мама" рассказала, что его многие видят, когда он к ней ходит. И Сашка, сначала, наивный, порывался налаживать отношения между "мамой" и Ирой, но Ирке удалось его уговорить, мол нужно подождать, пусть "мама" немного успокоиться, примет, так сказать, ситуацию. А вообще, лучше будет если он уйдет в армию, а она его ждать будет. А после армии, шутка, два года утечет, они поженятся, и помирятся. Чего им делить то? Сашка почувствовал подвох, но не понял где, так как был уверен в Ирке. Он стал соблюдать конспирацию. Мать его не доставала с Иркой. Ждала. Апрель шел к концу. Скоро майские. На пятое мая Сашке прислали повестку.

- Мам, я в армию ухожу?

- Как в армию? Какую армию? А институт?

- Прости, я не говорил тебе. Я завалил высшую математику.

- Как завалил? Почему мне не сказал?

- Ну не ты же учишься за меня в институте...

- Что ты такое говоришь? Это все Она!!! Тварь!!!

- Она, здесь ни при чем... Мы расстались. Давно. Еще зимой...

Людмила Павловна видела как он пытается защитить Ирку. Можно было бы его прижать, и он все рассказал бы, заплакать например, или угрожать. Устроить ему истерику... Но это же ее сын. Она не могла, не хотела им манипулировать...

"- Как же я его такого вырастила? В кого он у меня такой? В отца??? Дурак".

Она быстро взяла себя в руки:

- Я сейчас позвоню военкому, тебе сделают отсрочку...

- Мам, не нужно, я хочу уйти в армию. Понимаешь. Поскорей. Подальше, от нее....

       Мать внимательно на него посмотрела.

"Может, действительно ему лучше в армию? Два года, у черта на куличках, вернется мужиком... От нее подальше, опять же... Не было счастья, да несчастье помогло... Как кстати. А в институте академку оформим."

Пронеслось у нее в голове. Но лицо она сделала скорбно-возмущенное:

- Ну почему ты мне не сказал? Давай хотя бы академку возьмем? Придешь из армии восстановишься, - и она испытующе посмотрела на него.

Сашка хорошо знал свою мать. Если он сейчас не согласиться она может все переиграть.

- Да конечно, - согласился он. И увидел как мать немного успокоилась.

         Ирка и Сашка встретились на кануне проводов в армию. Ирка отправила Таньку ночевать к подружке-однокласснице. Они остались в квартире одни. На телевизоре горел ночник "волшебный фонарь ". Белая простынь на раскладном диване от этого казалась еще белее. Сашка старался так словно это его последний раз в жизни. У него действительно было такое чувство будто бы он расстается с Иркой навсегда.

- Я вчера видел как Хипок к тебе заходил, - сказал он, когда они отстали друг от друга, чтобы отдохнуть.

- Когда это ты видел? - игриво спросила Ирка.

- Вчера в восемь часов вечера, - серьезно ответил Сашка. А ушел он в 12.

- Ты чё, следишь за мной? Почему сам не зашел? - улыбаясь спросила Ирка.

- Не знаю. Ты с Хипком, это... тоже что ли... ???

- Я свободная женщина, хочу того кого хочу. А ты что стоял под окнами что ли?

- Не стоял... Я тебе вообще не безразличен? Я тебя что неудовлетворяю??? Почему Хипок...

- Знаешь Саш, ты вообще никогда, никого, удовлетворить не сможешь, как ни старайся. Хоть и член у тебя большой... Но, женщине ты удовольствия не доставляешь... Понимаешь? Ты тупо пилишь и все... А Хипок, он мужик, понимаешь? Твой удел только проститутки... Прости, но это правда. Нормальной, приличной девушке, ты не интересен. Ты слишком много думаешь о себе...

Слезы катились по Сашкиным щекам. Он лежал совершенно разбитый и подавленный. Ирка курила у окна в форточку. Он молчал.

- Что,что я делаю не так? Почему? - с трудом выдавил он из себя.

- Не знаю Саш. Не знаю... Может тебе просто это не дано? Секс это как музыка, его не возможно "сделать"... Берешь и играешь. Сексу не научишь. Никого этому нельзя научить... Для него не нужно создавать условия. Это в глазах. Стоишь рядом и так тянет, и руки каждую волосинку ощущают... Что не удержать, - Ирка тяжело выдохнула дым из груди. Это невозможно объяснить. Это либо есть, либо этого нет...

Сашка встал. Медленно оделся. Молча вышел из квартиры на первом этаже.

- Здорово все-таки, что завтра в армию, - подумал про себя Сашка. К чертовой матери, блять. Все бабы ссуки, ненавижу, ненавижу, ненавижу, ненавижу, ненавижу, ненавижу.....

Эпилог.


         Ирка забеременела тогда же от Хипка. Хипок закончил техникум и тоже ушел в армию. Сашка Хипка простил. Друг все-таки. После армии Хипок сбил на смерть пешехода и сел на три года. После отсидки они так и не втречались больше. Хипок узнал, что ребенок у Ирки от него и послал ее:

- Еще раз подойдешь ко мне, со своим ублюдком, убью, - был его ответ на то, что Ирка пришла к нему, на счет отцовства.

   Родила она сына. Хотела по хорошему. Отца ребенку. Она его, наверное, по правде, полюбила, Хипка. Хипок женился на девушке из приличной семьи. У него дочка. И они счастливы. Последний раз, когда я их видел, они, только что, вернулись из Испании. Зубыч развелся с Риткой. И ушел к Ирке. Ирка его приняла, но замуж выходить за него не спешила. Зубыч работает мясником в Москве, и материально они поднялись. 33 статью отменили. Ирка устроилась в ателье швеёй. Парень вымахал 25 лет. Блондин с серыми глазами. Кто знал Хипка в молодости, скажет вам - одно лицо. Людмила Павловна, после развала КПСС, работала в собесе. Зарплаты на жизнь ей не хватало. Дом она обменяла на квартирку. В конце концов она торговала конфискатом таможни где-то "на черкизоне" в пределах кольцевой. Умерла от рака. Судьба Галины Михайловны неизвестна. Михал Альбертыч схоронил жену. На пенсии. Судьба Александра Николаевича Прохорова не сложилась. Женщинам он больше никогда не верил. Трахал шлюх. Занимался бизнесом. Дважды прогорал. Сейчас председатель Правления ХХХХХХ-банка. Детей нет. Живет один.

Москва. Ноябрь, 2017.






Рейтинг работы: 21
Количество отзывов: 2
Количество просмотров: 42
© 12.11.2017 Piotr Samarin

Метки: Это блюдо подают холодным,
Рубрика произведения: Проза -> Рассказ
Оценки: отлично 5, интересно 1, не заинтересовало 0
Сказали спасибо: 10 авторов


Мария Листова       13.11.2017   15:57:42
Отзыв:   положительный
Долго носила в себе послевкусие от твоего рассказа, Петр... Может, поэтому и не стала писать отзыв сразу, чтобы ощутить... Что-то вспоминалось - разные всякие истории провинциальной столицы моего детства, что-то из личных ощущений всплыло... Очень натуральный рассказ. И жальче всего мне было Ирку. Потому как уж очень в рамках она получила жизнь. Да, конечно, не ангел совсем, но в целом... Сколько я видела подобных девочек... Мне почему-то всегда их было жаль.... И про страсть она у тебя очень точно выражается. Либо есть она в человеке, либо ее нет, тут можно бесконечно соблюдать толерантность, но факт остается фактом.
Спасибо за рассказ и пережитые эмоции!
Теплой и интересной осени )
Piotr Samarin       13.11.2017   18:03:43

Благодарю, Мари!

Спасибо что читаешь. И тебе Тепла и Света. )

С уважением, Петр.










1