Долгая дорога к себе. Часть 2. Глава 19.


          Возвращение из ресторана оставило у Николая тягостное чувство. Совсем не так рисовал он в своей голове этот вечер, не такие планы строил на него. Все пошло не так, и в этом была только его вина. Больше ничья. Как мог он позволить Ирине оказаться рядом с ним на этом ужине? Как мог он позволить себе так поступить по отношению к Ане? Николай был уверен, что, если бы не Ирина, этот вечер мог закончиться совсем по-другому. Даже присутствие этого Павла не помешало бы. Уж он доказал бы Ане, что достоин ее выбора. Ему так хотелось, чтобы Аня сделала наконец-то этот выбор. Выбрала его в спутники жизни, выбрала только его из множества своих школьных ухажеров. Похоже, Николай так и не избавился от своей юношеской неуверенности. Наскоро попрощавшись с Ириной в холле гостиницы, Николай прошел к себе в номер. Бросил пальто, достал из бара виски и налил в стакан. Эту ноющую боль в груди надо было чем-то успокоить. Ничего не хотелось, на душе была тоска, виски не помогало. Николай сидел в кресле, боясь пошевелиться. Он словно замер. Замер в этой пустоте и безысходности. Нет, Николай не был паникером. На работе он самые трудные ситуации щелкал, словно семечки. Там решения ум подсказывал сразу же. Никаких заминок не было. В отношениях с женщинами все было по-другому. Стоило только ситуации пойти не так, это вводило Николая в ступор. Он не знал, как поступить. Николай не любил такие моменты, они выводили его из себя и чаще всего приводили к расставанию. Но сейчас была Аня. Женщина его мечты, с которой он хотел бы прожить всю оставшуюся жизнь. Что делать? Ум не подсказывал вариантов. В дверь постучали. Николай автоматически открыл ее, на пороге стояла Ирина с бутылкой вина в руках. В бутылке было меньше половины. Выходит, Ирина тоже что-то разряжала алкоголем.
- Николай Петрович, разделите со мной компанию. – Ирина без приглашения переступила порог. Это было уже слишком. Николай вмиг протрезвел, аккуратно поддержал Ирину и повернул ее в сторону выхода.
- Уже поздно, Ирина. Завтра тяжелый рабочий день. Необходимо хорошо отдохнуть.
Но с Ириной было не так просто справиться. Она вывернулась из рук Николая и проскочила в номер. Похоже, что она больше играла в пьяную, чем действительно была пьяна. Упала в кресло, где только что сидел Николай, взяла стакан и стала наливать вино.
- Ну, пожалуйста, Николай Петрович, посидите со мной немного. Я потом пойду к себе. Просто мне стало грустно и одиноко в номере.
Николай присел в кресло напротив.
- Что же мы отмечаем? – спросил девушку.
- Совместную командировку. Я так рада, что вы взяли меня с собой. Я очень ценю нашу работу. Что же вы, Николай Петрович, не поддержите меня? – Ирина протянула второй стакан Николаю.
- Хорошо, поддержу. Только один раз. Уже поздно и пора отдыхать.
- Вам понравился ужин? – спросила Ирина, словно не слыша только что произнесенной фразы Николая. - Внизу играет музыка. Давайте спустимся, потанцуем немного. Еще совсем не поздно.
Николаю такая перспектива совсем не казалась радужной, но как избавиться от Ирины, он не знал. Надо было каким-то способом выпроводить ее из номера.
- Хорошо, - согласился он, - давай посмотрим, что там за музыка.
Он поставил стакан, до которого не дотронулся, на столик и направился к двери. Ирина не ожидала такой легкой победы, но задерживаться не стала. В коридоре она смело взяла Николая под руку, уверенная, что он у нее в руках. Они спустились вниз, прошли через холл и оказались в небольшом ресторане, где на сцене довольно прилично играл пианист. Ирина обвила шею Николая, желая танцевать немедленно.
- Подожди немного, - Николай разжал ее руки. Он подошел к стойке бара, заказал коктейль. Он знал, что это довольно крепкий напиток и должен подействовать на Ирину. Конечно, это было не в его правилах спаивать женщину. Но как еще избавиться от Ирины? В его представлении, это был единственный надежный способ. Предложив Ирине коктейль, Николай крепко обнял ее за талию. Ирине это показалось признаком близкой победы. Она глотала коктейль, одной рукой держа стакан, другой повисла на Николае. Через несколько минут тело Ирины стало обмякать. Они молчали. Николай мысленно ругал себя последними словами: «Какой я руководитель, не могу справиться с подвыпившей женщиной. Позволил развести себя, как пацана». Он не был уверен, что Ирина не притворяется, поэтому решил действовать наверняка.
- Давай, я провожу тебя в номер.
- Хорошо, - Ирина растягивала слова, - в твой или мой?
- В твой.
Николай крепко придерживал Ирину одной рукой, осторожно проведя по узким коридорам гостиницы, попросив дежурную открыть номер. В номере, дав распоряжение дежурной не уходить, Николай уложил Ирину на кровать. Он уже выпрямлялся, как цепкая рука Ирины ухватила его за галстук. «Не оставляйте меня одну» - Ирина плаксиво смотрела ему в глаза. «Ирина Владимировна, вам пора отдыхать. Завтра рабочий день» - строгий голос начальника сделал свое дело, рука отпустила хватку. Это позволило Николаю покинуть номер, дежурная закрыла дверь на ключ. В своем номере Николай перевел дух. «На сегодня приключений достаточно, пора спать» - перегруженная психика Николая мгновенно расслабилась, он уснул.

            Многое из того, что произошло со мной в эти два дня, надолго останется в памяти. Они пролетели, словно воробьи над крышей. Эта пара дней, проведенная с Павлом, достойна отдельной книги. Может быть, когда-нибудь память снова унесет меня в этот лес, в уютный домик на берегу озера. Все эти воспоминания лягут в основу нового романа. Сегодня я прокручиваю события, чтобы насладиться, напитаться энергией любви между мужчиной и женщиной. Наконец-то жизнь позволила мне быть просто женщиной. Я чувствовала, что любима, и никаких сомнений не было. Мы много гуляли по лесу, восхищались природой, интересовались друг другом. Оказалось, что мой дорогой и любимый мужчина был совсем не такой, каким я его знала много лет. Павел открылся мне с новой стороны. Он оказался внимательным и действительно любящим супругом. Он много рассказывал о своей семье, своих детях. Эти отношения меня немного задевали, но, видимо, я стала взрослее и мудрее. Кошки немного скребли в моей груди, совсем немного, но особой ревности я не испытывала. Представляла себя на месте его жены, мне тоже хотелось быть обогретой любовью и вниманием сильного и влиятельного мужчины. Хотелось хоть немного побыть в шкуре неубитого медведя, быть властной и ласковой, быть внимательной и ревнивой, быть немного такой, какая была его жена. Это глупо, конечно, но что я могу с собой поделать, ведь я такая, какая есть. Эта пара дней перевернула мое нутро, оно горело нестерпимой жаждой действовать, оно пылало любовью и хотело эту любовь поскорее отдать. Но это был не Павел. Мое чувство к нему затухало, и я была не в силах изменить действительность. Правда, искры любви к Павлу разгорались временами до невероятного костра, но потом это чувство тихо угасало. Что-то происходило внутри меня, то, чем я не руководила и слабо осознавала весь процесс. Рождалось другое чувство, даже более сильное, чем любовь к Павлу. Это была совсем другая любовь. Это не было жертвой, я совсем не была готова отдать всю себя любимому. Отнюдь нет. Я была готова идти рядом с любимым по жизни, готова поддержать его в трудную минуту, но в минуту легкую я была тигрицей, пантерой, способной разжечь огонь в затухшей печи. Я себя такой не знала. Я была знакома с девочкой, которая жила внутри меня, шла по жизни неуверенно, озираясь на взрослых. Эта девочка постоянно спрашивала взрослых, позволят ей или нет сделать то, что можно только им. Девочка покидала меня, она не взрослела, она просто уходила, уступая место женщине, взрослой женщине, которая знает, чего хочет от жизни, и не намерена упускать ни минуты. Это новое ощущение себя возникало неравномерно. Оно то усиливалось, то отступало. В эти минуты я снова превращалась в горячо любящее существо, счастливое от подаренной минуты внимания, от ласкового взгляда или спонтанного поцелуя. Но когда новая энергия поднималась во мне, я могла сама наброситься на Павла с поцелуями, чем сильно удивляла его. Да, думаю, много загадок задала ему за эти два дня. В порыве страсти я была неукротима, огонь внутри меня пожирал не только натуру, он пожирал все вокруг. Неистовство выходило наружу, я была смелой, решительной и неукротимой. Однажды во время такого буйства я насмелилась задать Павлу тот вопрос, который мучил меня долгие годы. «Почему ты не женился на мне?» - спросила я, нисколько не смущаясь тем, что ставлю мужчину в тупик.
- Аня, что с тобой? Может, не будем трогать давно минувшее? Столько воды утекло.
- Нет, давай тронем, – настаивала – если я могу смело посмотреть прошлому в лицо, почему тебе не сделать этого?
- Ань, я не хочу портить выходные. Ты обидишься, будешь дуться, я этого не хочу.
- Обещаю, в награду за правду, я буду еще более страстной. Никакой обиды, обещаю.
- Хорошо, раз ты настаиваешь.
- Да, настаиваю – я блефовала, но только чуть-чуть.
- Ты помнишь, когда мы познакомились, ты только закончила школу. Ты была такой маленькой, такой чистой и светлой, я боялся тебя.
- Боялся?
- Да, боялся. На твоем фоне я был таким ужасным, распущенным.
- Что ты говоришь?
- Не перебивай меня, ты же обещала. Между нами большая разница в возрасте. К моменту нашей встречи я уже знал женщин, да и не одну. Ты же была девочкой в белом платье и большим хвостом. Что я мог тебе дать? Я любил тебя, но это была не любовь к женщине, понимаешь? Женщин любят по-другому. Я любил тебя, как ангелочка, как куколку. Мне хотелось тебя оберегать, защищать от неурядиц жизни. Но я даже не мог представить, что ты носишь моего ребенка. Ребенок не может родить ребенка, в моем понимании. Тебе, наверное, трудно меня понять, но это было так. Это так и осталось до сих пор. Я ничего не мог сделать с собой, я ничего не могу изменить сейчас. Я чувствую свою вину, что ты одна. Мне очень хочется, чтобы ты была счастлива, но я даже боюсь представить, что будет, когда ты скажешь, что вышла замуж. Ты хотела правды, не знаю, зачем она тебе, но ты ее получила.
Я лежала рядом с Павлом, обнимая его за плечи и не могла поверить услышанному. Я мучилась от ревности, придумывала месть этому мужчине. За что? За то, что он до сих пор любил во мне ту девочку. Да я и была ею, не смотря на то, что давно оформилась во взрослое тело, но в душе была все той же девчонкой, наивной, неопытной, отличницей.
- Ты прости меня – тихо проговорила я, - наверное, не надо было затевать этот разговор. Но я рада, что многое прояснилось. Я приму эту ситуацию такой, какая она есть. Никто не виноват, что между нами много лет. Главное, мы встретились. Ты был моей опорой.
- Опорой? Да я ничего не сделал для тебя, хотя думал, что сделаю много.
- Нет, не правда. Ты сделал много. Я все смогла преодолеть только потому, что знала, ты у меня есть, ты поможешь в любой момент. Это же хорошо, что этот момент так и не наступил. – Я повернула свое лицо к Павлу, по нему текли слезы. Это были тихие слезы радости, окончания долгого периода непонимания, недомолвок. Паша целовал каждую слезинку, я потихоньку успокаивалась. Обнимала, крепко прижимаясь к нему, пока мы не слились в долгом поцелуе. Но это уже было что-то другое, не прежнее чувство. Это чувство более глубокое, более сильное прорывалось наружу, с трудом находило дорогу. Запоздалое чувство, но лучше поздно, чем никогда.
Вечер расставания особенный, он еще долго будет бередить мою душу. Поздняя дорога не была утомительной, но эти два дня наложили отпечаток на наши сердца. Мы ехали молча. Каждый думал о своем сокровенном, болтать о пустяках не хотелось, а самое главное, самое важное мы сказали друг другу. Я очень благодарна судьбе за такую возможность провести с Павлом эти прощальные два дня. То, что они были прощальными, мне кажется, понимали мы оба. Говорить не хотелось, мне хотелось прижаться к нему всей душой, всем телом, хотелось запомнить его запах, хотелось вдохнуть его душу в себя, потом выдохнуть, отдав моему дорогому человеку нечто важное, что поможет идти ему по жизни дальше. Я поняла, что ошибалась в нем, я видела силу и уверенность, но не замечала ранимость и чувственность. Может быть, мне так хотелось, мне так было легче жить. Но было ли ему так легче жить, я совсем не задумывалась. Незаметно подкрались к моему двору. «Ну, вот ты и дома» - тихо проговорил Павел. – «Я не знаю, о чем думала ты, я вспоминал свою жизнь. Я точно не смог бы так прожить, если бы не было тебя. Если бы я не знал, что ты меня любишь, а я люблю тебя. Прости, что не смог сделать тебя счастливой, не смог любить тебя, как ты этого заслуживаешь. Очень буду скучать по тебе, но прошу, стань счастливой. Выходи замуж, рожай детей. Если что-то не будет получаться, звони, я всегда помогу тебе». Я не знала, что сказать. Тихонько по щекам катились слезы, но на душе было спокойно. Я повернулась к нему всем лицом, обняла и уткнулась в его плечо. Затем резко открыла дверь и вышла. Больше не было сил ни говорить, ни молчать. Надо было уходить, для этого тоже нужны были силы, а они были на исходе. Открыв ключом входную дверь, я бросила сумки и упала на диван. Не знаю, сколько пролежала без движения, но стало легче. Сварила кофе, устроилась у подоконника и смотрела на вечерний город, который весь горел разноцветными огнями. Показалось, что стрелки часов замерли, время остановилось. Я так ясно это видела, мои внутренние часы остановились. Стало немного страшно, что если они не пойдут совсем. Но нет, через несколько секунд стрелка качнулась, словно раздумывая, потом перепрыгнула на другую цифру. «Пошли» - отлегло на сердце. Мои часы начали отсчет нового времени. Это было важно, и я это очень хорошо понимала. Потом в образе появилась толстая книга. «Книга судьбы» – подумала я. Несколько страниц перевернулись и замерли на чистой странице. Я заглянула и увидела заголовок «Глава пятая. Замужество». Допив кофе, я включила компьютер. Книга о жизни Натальи была оставлена мною на пятой главе, но у нее не было названия. «Замужество» - написала я и задумалась. Потом спохватилась, что думать мне не надо и стала набирать то, что выходило из моей головы. Наталья уже выздоровела, к ней вернулась былая легкость, бескомпромиссность. Видно, кризис закончился, но не прошел бесследно. Это была умная женщина, решительная, смелая и уверенная в правоте того, куда она направляла свою жизнь. «Что ж, посмотрим, что из этого выйдет» - сказала я себе, словно это была моя жизнь.

             Николай крутил телефон, но никак не решался использовать его по назначению. Командировка закончилась, они с Ириной улетали домой. Николай мог задержаться на несколько дней, но последний разговор с Аней не давал шансов на продолжение отношений. Она была мила в разговоре, словно не было этого ужасного ужина. На предложение увидеться, сказала, что уезжает на все выходные. Тягостное чувство снова поселилось в груди, боль уже была постоянной, ноющей и тяжелой. Винить было некого. Переложить ответственность за несостоявшееся свидание тоже не получалось. «Что винить Ирину? Она вела себя так, как считала нужным. А вот я какой дурак, повелся у нее на поводу. Теперь чувствовалась неловкость в отношениях с помощницей» - так или примерно так думал Николай, все еще решая, позвонить или не позвонить Ане. Ему не хотелось обрывать последнюю надежду. «Не буду звонить» - принял он окончательное решение в момент объявления посадки. Самолет отрывал шасси, когда сердце Николая практически оборвалось. Он потерял сознание.





Рейтинг работы: 0
Количество отзывов: 0
Количество просмотров: 16
© 12.11.2017 Ольга Фишер

Рубрика произведения: Проза -> Роман
Оценки: отлично 0, интересно 0, не заинтересовало 0












1