НА ПЕРЕДНЕМ КРАЕ НАУКИ


КНИГА "В ДВИЖЕНИИ ВЕЧНОМ". Эпилог.
ИЗ ГЛАВЫ ТРЕТЬЕЙ "ТЕОРЕТИКИ"

1
НА ПЕРЕДНЕМ КРАЕ НАУКИ

Кафедру теоретической физики избирали на факультете самые подготовленные студенты. И это обычное дело в любом университете, поскольку теоретик есть особенный физик в рамках общей единой науки. Здесь именно "он" теоретик - и все остальные, между теоретиком и прочими физиками дистанция неизмеримая. Выпускник-теоретик настолько выше в математической подготовке обычного доктора наук (т.н. "зкспериментатора"), что даже невозможно и сравнивать. Здесь подлинно другой отсчет, другой уровень, здесь подлинно другое измерение.

Самый остепененный экспериментатор орудует простыми формулами, он видит на шкале своего измерительного прибора конкретную цифру. И потому его главное математическое орудие цифра. Экспериментатор частенько сам изобретает, проектирует и создает исследовательские приборы, и потому он обязательно инженер, инженер в такой же степени, как и ученый. В руках экспериментатора, как средства научного поиска прибор и опытный образец, исследуемое вещество; в руках же теоретика единственно авторучка.

Экспериментатор двигает науку приборным исследованием свойств вещества, теоретик же силой творческой мысли вооруженной до зубов математикой. Причем эта математика предельно абстрактна, формализована, доступная для понимания очень немногим. И потому даже самый остепененный экспериментатор, как и обычный школьник, как правило, очень далек от всех этих групповых и вариационных формализмов, многоранговых тензорных нагромождений, многомерных неевклидовых пространств и геометрий.

Да-да, какие-то первичные основы экспериментатору пытались заложить вначале на общих курсах, но лишь в крохотной доле. Да и этот мизер экспериментатор легко и просто "забывает", ведь ему экспериментатору это "не нужно". Его научный прибор, опять же, измеряет не формализмы и нагромождения, его прибор измеряет конкретную цифру. Получив числовую последовательность, экспериментатор далее строит графическую зависимость, а вот объяснить эту зависимость... Сегодня во времена строгого разделения специализаций это уже не его забота, не "его дело", сегодня для этого у него есть под рукой теоретик.

Теоретику вышеперечисленные математические абстрактные построения излагаются отдельными годовыми курсами. Для теоретика вышеперечисленное есть база, фундамент, без которого нынче не ступишь и шагу. Теоретик особенный физик, это высшая лига, элита. Это тот завидный контингент ученых, что движет сами основы науки, открывая иные пути. Математика и авторучка вот два главных орудия теоретика, а к ним пытливый ум, всесилие мысли и дерзкие взоры за грани. Теоретик способен объять необъятное, ему подвластно зажать в гранит уравнений как саму Вселенную в целом, так и движение ее мельчайших частиц вплоть до самого далекого ныне кваркового уровня.

Теоретик сегодня подлинно на переднем крае науки, ведь сегодня время открытий "на кончике пера". Сегодня теория сплошь и рядом идет впереди эксперимента, когда из совершенно абстрактных, вроде бы, математических построений удается выдернуть наружу то сердцевинное целое, что впоследствии с восторгом подтверждает и опыт.

Отсюда легко догадаться, какой выбор я сделал после второго курса. Теоретик, теоретик! - и нет колебаний малейших, ведь в выборе этом бежало, стремилось по руслу мечты.

2
ОБЩИЙ ВЫБОР

Гигантская дистанция в уровне знаний, что разделяла нас с Лебединским Андреем вначале студенчества, значительно сократилась уже во втором полугодии. Я добился поставленной цели (пускай и не формально, зато по сути), я снова вскочил на некий возвышающий гребешок. Следующую свою третью сессию я сдал и вовсе на отлично, тем самым даже формально сравнявшись с Андреем - вот и была достигнута цель полноценно, вот я был и круглый отличник! Круглый отличник и без всяких натяжек.

Я не сбавлял и далее. Как следствие, мой познавательный уровень рос как на дрожжах, и к концу второго курса принципиальной разницы между нами уже не было. Спору нет, конечно же, в энциклопедическом смысле уровень знаний Андрея был и теперь несравненно выше, однако только энциклопедически, вширь, но отнюдь не базово. И это было гораздо важнее в моем понимании.

Знания, они ведь для чего нужны из соображений наивысших? Чтобы двигать и двигать вперед горизонты познания, для того, чтобы решать прорывные задачи. А это задачи особые, это задачи на прорывной интеллект. Это задачи отнюдь не школьные, когда алгоритм известен, когда набив усердием руку, ты их будешь решать налегке по шаблону, ты будешь их щелкать как орешки мешками подряд. Прорывные задачи совершенно иного порядка, это задачи, которых еще никто не решил, и поэтапных шаблонов никто не придумал. И вот здесь на кону как раз не набивка руки, не уровень знаний, а нечто иное. Здесь на кону стоит то, что даже загадка назвать...

4
КОГОРТЫ БЕЗЫМЯННЫХ СОЛДАТ

Огромная дистанция между нами начала стремительно сокращаться с началом второго семестра, и в полном соответствии с этим все отчетливей и строже проступала новая граница судьбы.
Я поступил в университет, чтобы совершить "грандиозные" переворотные открытия в физике. Я видел в этом свое главное жизненное предназначение, но имея при этом самое мизерное представление об общем состоянии мировой науки на данный момент времени. Андрей представлял тогда неизмеримо глубже. Он не парил в небесах, он стоял на твердой земле, и он говорил прямо. Нет-нет, он не разубеждал, он тонко чувствовал тогда бессмысленность любых своих доводов перед железобетонной непробиваемой стеной моего оголтелого энтузиазма с добавкой из тьмы. Он отнюдь не разубеждал, он, словно лишь рассуждал вслух, он словно задавал вопрос и себе:

- А что если и впрямь возмечтать, замахнуться?

И он словно отвечал себе же, излагая главное. Он аргументировал тем первостепенным, что восставало в решительный противовес тотчас:

- Как не гениален был Ньютон, однако он построил общую картину мира лишь на базе тогдашнего уровня науки. База, база! База прежде всего, без этой основы самый гениальный одиночка бессилен. Вот посмотри. Ньютон объял своими уравнениями "Вселенную", и тогда эта вселенная виделась современникам единственной. Для того, чтобы заглянуть далее, должны были пройти столетия. И вот столетия прошли, несопоставимо другой стала математика, были построены куда более совершенные экспериментальные приборы. Глазами этих приборов исследователи заглянули в мир куда более сокрытый. Окружающую нас Вселенную наблюдает каждый, а вот этот мир изнутри разглядели вначале ученые. Это мир электромагнитных явлений.

А далее, опять же, нужна была база. Нужны были глыбы в фундамент от генералов науки, их имена известны, но нужны были и крупицы и камешки от тысяч безымянных солдат. Нужны были сотни лет кропотливых исследований, чтобы когда-то явился фельдмаршал. И вот в нужное время явился Джеймс Максвелл. Явился тот гений, что подобно Ньютону объял уже новый мир в жесткий гранит уравнений. Максвелл открыл свою "вселенную".

Как это было?

Максвелл писал, что приступая к работе, он отказался от рассмотрения предшествующих теоретических работ. Он не хотел оказаться под влиянием чужих идей. Он опирался исключительно на накопленный к тому времени эмпирический материал. Но материал-то этот кто-то создал, кто-то наполнил копилку! Уравнения электромагнитного поля возникли не из пустоты, они возникли на базе многоликой, зачастую безымянной мысли.

Кропотливый век за веком труд плюс гений Максвелла. И принципиальный скачок. Подлинно, подлинно принципиальный скачок в науке.

- Что значит подлинно?

- Из уравнений Максвелла строго следовало непостижимое. Строго следовало "безумное", парадоксальное для нашего мира. Вот река и лодка. В нашем привычном мире мы к скорости лодки обязательно прибавляем скорость реки, иначе и представить нельзя. А вот из уравнений Максвелла непосредственно следовало постоянство скорости света! То есть вне зависимости от любых течений. Как вообразить то, что противоречит глазам? Противоречит очевидному для каждого из нас и с первых шагов?

Это показалось лишь недоразумением, но отсюда последовал новый взрыв! С этой отправной точки родилась еще одна "вселенная". Последовало рождение для человечества еще одного нового мира, мира релятивистских скоростей.

- Теория относительности Эйнштейна?

- Верно.

- Мой учитель физики говорил, что теорию эту понимает только один человек.

- Единственно ее создатель, вот-вот! -- подхватил Андрей. -- В массовом понимании это точно так. Мол, было пусто-пусто, а затем вдруг появился гениальный одиночка, и... сотворил, что вокруг ахнули. А ведь для специалистов приоритет Эйнштейна есть вопрос дискусионный и ныне. Смотрим. Во-первых, Анри Пуанкаре создал математический аппарат теории, где использовал те самые, знаменитые преобразования Лоренца. Тот же Пуакаре еще до Эйнштейна выдвинул гипотезу о постоянстве скорости света. Основополагающие формулы сложения релятивистских скоростей принадлежат Лармору...

- Ну и ну! -- даже изумился я. -- Лоренц, Пуакаре, Лармор... Вот тебе и одиночка!.. А Эйнштейну-то, что тогда остается?

- Эйнштейн взошел на гору. Он создал порядок. Он объединил бесформенное, аморфное в ряд четких, понятных ученому миру постулатов. Но, опять же, на базе имеющейся коллективной мысли. Вне этого гениальная вспышка Эйнштейна просто невозможна.

Из рассуждений моего приятеля неизменно следовало, что любой родившийся не ко времени мечтатель совершенно беспомощен. Совершенно беспомощен, как оторванный от земли мифический Антей. Земля, земля! Земля есть необходимая база, земля дает ему могучую силу, и вне этой основы он обречен на бессилие.

- А вот зарождениие квантовой механики, -- продолжал Андрей. - Тоже, по сути, открытие нового мира, новой "вселенной". Законы этого мира также совершенно невообразимы с точки зрения наших привычных понятий. Однако один из столпов, первооткрывателей, Нильс Бор... Он когда сформулировал свои "безумные" постулаты?.. А тогда только, когда случайно увидел экспериментальные формулы! Эти формулы спектральных линий атома водорода железно указывали на строгую дискретность этих линий... и тотчас вспышка! Невероятное стало очевидным. Однако... имя экпериментатора? Имя Нильса Бора мы слышим со школы, а это? Имя это знают лишь в узком кругу. Однако его работа есть именно та искра, та воспламеняющая спичка для бочки с порохом, без чего невозможна и вспышка.

И Андрей закончил вдумчиво:

- Но человечество помнит лишь вспышку. Знаменито имя Нильса Бора и его постулаты. Он ныне фельдмаршал в процессе познания. Но нужны, нужны необходимо и когорты безымянных солдат! И-и... вот, их нынче время. Их имена обречены, их имена останутся лишь в узком кругу, однако нынче решают они. Решают крупицы и камешки, что обеспечат прорыв.

После Ньютона прорыв состоялся. Открыты новые удивительные миры, открыты новые "вселенные". Другие, ступенью повыше, лежат за гранью нынешней основы.

-





Рейтинг работы: 5
Количество отзывов: 8
Количество просмотров: 35
© 13.10.2017 Владимир Колковский

Рубрика произведения: Проза -> Исторический роман
Оценки: отлично 0, интересно 1, не заинтересовало 0
Сказали спасибо: 4 автора


Рудольф Сергеев       13.10.2017   18:47:22
Отзыв:   положительный
"Кафедру теоретической физики избирали .." - выбирали.
А по существу:
Но верующему человеку правильное сознание дает бог, а кто дает правильное сознание (правильную логику) ученым? Ее дает заменитель бога, идентичный натуральному. В общих словах – «наука», а конкретно – математика. Ведь математика бесстрастна и точна. И если ее алгебраические построения приводят к некой формуле, то по убеждениям позитивистов эта формула и описывает мир. Как видите из манифеста, тот же Мах декларирует, как и материалисты, что вначале нужно провести опыты (эксперименты), понять результаты, затем описать их формулой, дающей возможность проводить количественные расчеты. Но на самом деле все было поставлено с ног на голову - все познание мира махистами велось и ведется не так, как декларируется.

Тут надо понять, что работа ученого не пыльная, почетная, неплохо оплачивается и является соблазном для многих, тем более что, в отличие от монахов, ученые не дают обет безбрачия. Но чтобы задумать эксперимент, придумать и сконструировать для него аппаратурное оформление, провести эксперимент, оценить результаты и попытаться описать их математикой, нужно очень много ума и работоспособности. Ведь недаром же масса открытий сделана не теми, кого учили данной науке в университетах, а дилетантами. А полки и армии тех «ученых», кто получил в университетах соответствующие дипломы и написал диссертации, остались для науки полными импотентами.

И вот эта бесплодная ученая немощность из-за своей немощности соблазняется изучать мир «с конца» - без проведения каких-либо экспериментов. То есть, сидят такие ученые в тиши кабинетов и занимается математическими упражнениями – «теорией». В результате у некоторых после соответствующих алгебраических преобразований получается математическая формула (уравнение), которую эти теоретики и объявляют формулой, описывающей свойства материального мира. И после получения итоговой формулы, эта ученая немощность начинает фантазировать на тему - чем объективная реальность может быть, чтобы описываться вот этим, «выведенным на кончике пера» уравнением. Поскольку мир превращается в какой-то набор математических символов и знаков, то картина природы теряет здравый смысл и получается в виде такого маразма, который ни в какую голову не влезает. Известна хвастливая фраза «физика» Л. Ландау: «Мы можем рассчитать даже то, что невозможно себе представить». А вы вдумайтесь, что на практике означает это хвастовство?

Реальная картина мира подменяется математическими символами, существующими только в мозгу «физиков-теоретиков», – уже это первобытный идеализм! Однако «современная физика» пошла еще дальше, нежели попы. Как видите из высказывания Ландау, каких-то образов устройства мира даже в мыслях может не быть. Мало этого, попы, хотя бы, не вставляли количества ангелов в конкретные расчеты, а «современная физика» пошла и на это. Я уже писал, что в 20-30-х годах прошлого века, «теоретики» для своих уравнений начали потихоньку, подспудно подменять массу, являющуюся количеством вещества, некоей «мерой инертности». Вещество – это то, что есть в природе, это объективная реальность, существующая вне нашего сознания. А мера – это то, что существует только в нашем сознании, никаких мер в природе нет. И вот эта мера – то, чего в природе нет – входит в их формулы, которые, якобы, описывают «объективную реальность» устройства мира!
По Юр.Мухину
Владимир Колковский       14.10.2017   18:18:14

Наука, просвещение... Просвещение - от слова Свет.

Теоретик и практик в движении вечном - в движении к Свету - пребудут всегда...
Рудольф Сергеев       15.10.2017   19:14:58

Правильно утверждают, что наука ныне все больше переходит на религиозную фразеологию и логику рассуждений
Владимир Колковский       15.10.2017   19:30:09

Религия наука из наук. Век живи и век...
Рудольф Сергеев       16.10.2017   00:45:24

Поклонник теософии?
Владимир Колковский       16.10.2017   09:01:41

Время скажет...
Рудольф Сергеев       17.10.2017   17:23:07

Безусловно, происходит стремительная умственная деградация человечества как биологический процесс /С. Савельев/, понятно, для любых религий это "манна небесная". Главное, поскорее покончить с веком науки и образования.
Владимир Колковский       17.10.2017   18:38:30

Никто и не запрещает кому-то "покончить"... Но наши дети будут ходить в школу.










1