Верона. Часть II. Глава III. III


Вера
После насыщенного дня в Милане, где мы с Руссо больше восьми часов рыскали по бутикам, небольшой частный самолет доставил нас на Сицилию. Мы поселились в двухэтажном каменном доме неподалеку от Трапани. Дом находится в отдалении от пляжа на скале. Чтобы спуститься к морю, нужно преодолеть крутую лестницу, но за вид, открывающийся с террасы можно убить. В доме всего три комнаты: на первом этаже маленькая, но функциональная кухня и гостиная, на втором спальня. На каждом этаже по санузлу. Но что меня поразило в спальне: чугунная ванна на львиных ножках соседствует с кроватью с высоким изголовьем. Это очень необычно, но при виде такого соседства у Руссо зажегся лукавый огонек в глазах.
Наконец-то я увидела море! Первые минуты я была так поражена, что от избытка чувств начала плакать. Руссо моя реакция сначала позабавила, от чего он закатился от смеха, но потом прижал меня к груди и поглаживал по спине, пока я не успокоилась.
– Все хорошо, малышка. Все хорошо, – приговаривал он. – Будет еще много красивых мест. Не растеряй свой восторг.
Добравшись до моря, мы на ходу разделись и бросились в воду. Вода была прохладной, но мы доплыли до буйков. Руссо хотелось сделать марш бросок в эту безграничную бездну, но он боялся меня оставить одну. Я довольно быстро устала и на воде держалась неуверенно. Выбравшись на сушу, мы бросались в волны наперегонки, потом брызгались, дурачились и бегали по берегу друг за другом как дети, пока у меня не посинели губы. После чего Руссо отогревал меня полчаса в горячей ванне.
Когда стемнело, мы поужинали в ближайшей траттории и вернулись в арендованный дом. Лежа на двух гамаках распили бутылку вина на террасе, где созерцали великолепный закат.
– Ты помнишь нашу первую встречу? – неожиданно спросил Руссо.
Только что мы говорили о будущей квартире, какой бы дизайн хотели сделать, и тут крутой поворот.
– Конечно, помню, – я прикрылась пледом. Вечерами уже довольно прохладно. – Как такое забудешь... наверное, это врезалось в память на всю оставшуюся жизнь.
– Когда Курт уволок тебя в ангар, я решил, что ты его новая подружка и чуть умом не тронулся. Пришел его подлатать, а он обнимает тебя. Я из последних сил сдержался, чтобы не врезать ему. В тот момент я думал только об одном, как отбить тебя у него.
– Что? Ох! – я выпучила глаза и чуть не пролила вино на плед.
– Да... прикинь? Сейчас смешно, но тогда мне точно было не до смеха...
С минуту он вспоминал, улыбаясь, а потом снова заговорил:
– Помню, как скинул футболку, хотел зарисовать перед тобой татухи. Я уже тогда красовался перед тобой, не знал чем привлечь. Играл мышцами, вставал под нужным ракурсом. Черт! Ты тогда правильно подметила – Разукрашенный Павлин.
Я хихикаю, но не прерываю его. Так интересно узнать, о чем он думал.
– Ты сидела на табурете и смотрела на меня. Такая тихая и молчаливая. Не такая как все те с кем я раньше общался. В тебе было что-то загадочное, нежное, даже ангельское. Еще не женщина, но уже не девочка. Когда я поймал твой взгляд и понял, что нравлюсь тебе, меня накрыло. Это была вторая волна.
– А когда была первая? – я затаила дыхание.
– Когда кинул тебя на капот «Мустанга». Ты впялила в меня свои глазищи и я поплыл. Земля ушла из-под ног, грудь разрывало на части, Сэм взбунтовался, я потом долго не мог с ним справиться.
– Когда ты скинул футболку, я подумала, что твои повадки и движения похожи на крадущегося леопарда, – Руссо поворачивается и всматривается в мое лицо. – Мне сразу понравилось твое гибкое и жилистое тело. Ты так проворно орудовал инструментами и зашивал Сане щеку, что я не могла оторвать от тебя глаз. Я смотрела на твои длинные пальцы и представляла, как они трогают меня... везде...
– А еще меня пробрал твой голос в караоке, – говорит он и выливает остатки вина из бутылки себе в фужер.
– Аналогично! – усмехаюсь я. – Я даже представить себе не могла, что у тебя такой голос... с хрипотцой... натужный... продирающий насквозь... уф...
– Тебе Курт что-нибудь обо мне рассказывал?
Я смотрю на него и не понимаю, какой смысл он вкладывает в этот вопрос.
– Сказал, что на его плече из-за тебя поплакала не одна девушка с разбитым сердцем, и велел держаться подальше. Он повторял: «Только не Руссо Верона, только не Руссо. Он ненавидит женщин», – я хохотнула.
Раньше я никогда бы не ослушалась ни мать, ни брата. Один недовольный взгляд в мою сторону и я бы тут же ретировалась, но все что касалось Руссо, было исключением.
– И все? – в голосе слышались нотки недоверия.
– И все, – просто ответила я.
Несколько минут на террасе стояла тишина. Мы прислушивались к голосам, разносившимся по округе с соседних вилл. В гамаке я чувствовала себя в невесомости. По телу приятной теплотой разливалось вино.
– Почему ты не спрашиваешь, сколько у меня денег?
Я нахмурилась. Куда это его понесло?
– А что, все спрашивают?
– Без исключения... рано или поздно, но все задавали этот вопрос.
– А зачем? – я поднимаю голову, чтобы заглянуть в его глаза.
Он пожимает плечами.
– Из любопытства...
– Ты же знаешь, я не любопытна. А потом я дала себе зарок после ссоры ничего у тебя не спрашивать. Что нужно ты сам скажешь. Не хочу трений между нами. Что-то мне подсказывает, что в нашем случае ссоры никогда не пойдут на пользу. Наоборот, будет что-то безвозвратно ускользать и теряться.
– Согласен на все сто, – тут же отзывается Руссо.
Мы снова замолчали. Наши взоры были обращены к горизонту, где скрывались последние всполохи солнечных лучей.
– Пойдем в спальню, – Руссо одним рывком вынырнул из гамака, затем помог выбраться мне и потянул в дом. – Детка, сегодня будет наша первая ночь.
От его взгляда по телу побежали мурашки. Ох!
– Первая ночь? – удивленно переспрашиваю я. – А что было до этого?
– Разогрев, но сегодня мы будем по-настоящему заниматься любовью... всю ночь... ты готова?
Я киваю. Руссо запирает входную дверь. Мы поднимаемся на второй этаж и заходим в спальню. Он кидает меня на кровать и нависает надо мной. Его горячее дыхание обдает теплом мое лицо.
– Малышка, я отрахаю тебя по полной. Сначала нежно, чтобы тебя подготовить, – еле касаясь кожи, его пальцы очерчивают грудь, поглаживают сосок, – потом страстно, чтобы тебя завести, – он сжимает грудь и начинает массировать, – а потом жестко, чтобы насытить Сэма, – он щиплет сосок и резко его проворачивает.
Я вскрикиваю. Его глаза сужаются и почти невидимы из-под нависших бровей. Дыхание частое, прерывистое. На мгновение передо мной предстает «Злой Руссо» и я холодею от страха.
– Тебе понравится, – уверенно добавляет он и подмигивает.
Вот в этом я не уверенна...

***
Аристарх
Смотрю на тело своей малышки и облизываю губы, от предвкушения меня обдает жаром. Черт! Меня так распирает, что я вот-вот потеряю контроль. Главное не причинить ей боль. Я вкратце обрисовал ей то, что намерен сделать, но как по мне: выкинуть бы две первые стадии и насытится третьей. Но я не могу, Верона только-только вступила со мной на эту дорожку, и я боюсь испугать ее своим напором. Чего доброго подумает, что всегда буду таким.
Скольжу губами по ее шелковистой коже. Мне кажется, ее бедра немного округлились, фигура стала более женственной. Движения плавные, в ней проявляется эротизм, до Италии этого и близко не было. Ложусь на бок и крепко прижимаюсь к ее спине, нашептываю ей на ухо какая она красивая. Что люблю каждую часть ее хрупкого тела. Добираюсь до ушной раковины, от этих ласк она выгибается и вся дрожит.
Из окна нашей спальни открывается потрясный морской пейзаж. Мы оба смотрим, как поблескивает вода в лунном свете. Верона права. За такой вид можно убить.
– Спасибо, милый, что привез сюда, – сладко бормочет Верона и трется об меня своей аппетитной попкой.
– Все для тебя, малышка, – припадаю к ее губам и долго целую, – честно говоря, это не самый лучший вид, что я видел. Но я клянусь, что каждые три месяца вид из нашей спальни будет не хуже.
Пальцы медленно скользят от бедер к клитору. Круговыми движениями нежно массирую ее самую чувствительную точку. Верона поворачивается ко мне лицом и стонет. Ее руки ложатся мне на грудь, она целует тату со своим именем и припадает к шее.
– Руссо, – шепчет она.
– М-м-м?
– А когда ты понял, что полюбил?
Я отпрянул, не ожидал сейчас такого вопроса. Черт! А в натуре когда? Напрягаю мозг и прокручиваю в голове события с первого дня нашего знакомства.
– Не знаю, Верона. Я столько всего к тебе чувствовал, что в голове все перепуталось. Сначала пришла страсть, мне до боли хотелось тебя трахнуть. Одурманить, завоевать, подчинить. Я хотел обладать тобою безраздельно, чтобы ты с ума сходила по мне.
– Тебе это удалось, – говорит она с грустью.
– Мне так до сих пор не кажется, – она поднимает на меня удивленные глаза, – да, малышка. Я честен с тобой. Мне так не кажется. Мне нужно большее.
Она испугано хлопает своими «опахалами».
– Потом когда узнал, что у тебя еще никого не было, немного поостыл. Понял что с тобой так нельзя, но когда видел тебя, внутри все равно бушевал огонь. По-настоящему затосковал, когда улетел во Владик. Там я себе места не находил. Думал только о тебе, а ты еще как назло долго телефон не заряжала.
Верона впилась в меня губами, целовала долго и страстно, от чего я так завелся, что уже было не до разговоров, которых она так жаждала. Я пообещал, что первый раз будет нежным и сдержал слово. Двигался осторожно, медленно, но она никак не кончала, только томилась, будто ей тоже было этого мало. Но мне нужно было разгрузиться, и я кончил один. Потом спустился на пол, подтащил ее за бедра к краю кровати, и довел до оргазма, впившись губами в ее лоно. После чего она застонала и начала изворачиваться под моим языком как угорь.
На второй заход я пошел практически сразу. Сменил презерватив и пристроился с боку. Но она поморщилась и тихо спросила:
– А за сколько дней до месячных можно без него?
– За два-три дня.
– Точно? – она что-то подсчитывала в уме.
– Стопудово, – тут же отозвался я.
– Тогда снимай его, – глаза ее лукаво блеснули.
– Ты уверенна?
– Только что подсчитала.
– Верона! А раньше не могла сказать? – злобно выпаливаю я.
Выхожу из нее, сдергиваю презик и выкидываю в корзину. Ух, как она меня разозлила. Я как Зевс мечу в нее гром и молнии. Она вся сжалась, натягивает на себя простынь, пытается от меня закрыться.
– За то, что мучила меня, будешь наказана. Мы пропускаем вторую часть и переходим сразу к третьей, и попробуй мне заскули! Добавлю жару и затрахаю тебя до смерти!
– Ох! – вырывается у нее из груди.
Ее глаза распахиваются на максимальную амплитуду, «опахала» задергались от страха, лучше бы, конечно, мне на это не смотреть, но разве я могу удержаться! Черт! Все! Я поплыл! Меня захватила такая волна страсти, что я помню только начало. Перевернул ее и поставил на колени, заставил выгнуть спину и приподнять ягодицы. От резкого вторжения взвыл от кайфа, прокричал ее имя и начал жестко трахать. Это было чертовым безумием! Бедра сковало в тиски, кровь забурлила в венах, в ушах зазвенело, и от этого звона я не слышал ни себя, ни ее. Что делал потом и что говорил, не помню, со мной будто случился провал. Очнулся от того что она отвесила мне звонкую пощечину и закричала:
– Аристарх! Остановись!
Мое лицо застилает пот, волосы слиплись, открываю глаза, Верона лежит подо мною на спине. Кипит от гнева как вулкан. Она меня так никогда не называла, знает, что будет только хуже. Что это с ней?
– В чем дело?! – рычу я. – Еще чуть-чуть и я бы кончил.
– Я не могу, мне больно... не могу... больше не могу...
Хватаю ее руки и заламываю за голову. Кусаю что есть силы за плечо, она кричит и извивается.
– Ты деспот! Ты не Руссо, а Пиночет! Пусти меня! Я не могу!
– Можешь детка, можешь! Люби меня! Не отталкивай! И не останавливай меня на подходе! Я за себя в такие моменты не отвечаю.
Ее щеки блестят от слез.
– Верона! – кричу ей в лицо. – Терпи! Еще чуть-чуть и все!
Когда я снова наращиваю темп, из ее груди то и дело вырываются глухие всхлипы.
– Ты меня так злила, Верона! Так мучила! Теперь не плач! Ты отвергала меня, игнорировала, обещала всю себя, а потом отказывала. А я так тебя хотел!
От моих толчков кровать билась о стену так, что я стал бояться, не оторвется ли изголовье. Черт с ней с этой кроватью! Если надо куплю завтра новую! Я наращиваю темп. Мне снова сносит крышу. Хочу насытиться ею! Толчки все сильнее, все глубже, все быстрее. Верона уже не плачет, задыхается и выгибается. В кулачках зажата простынь. Ее стоны низкие, гортанные! Ох! Черт! Она тоже на подходе! В паху тут же зажегся огонь и метнулся по всему телу. Сквозь пелену вижу, как ее груди колышутся в такт моих толчков. От этого зрелища меня пробрало по полной.
– Детка, кончи! Сейчас! – кричу я и чувствую, как горячий поток спермы вырывается наружу.
От моего крика зазвенели стекла. Никогда так не кричал, хорошо, что я закрыл окна, иначе соседи бы точно вызвали полицию.
Верона будто вскочила на мою волну и комната наполнилась ее ответным возгласом, а потом рычанием, никогда бы не подумал, что голос моей малышки может опуститься на такие низкие октавы. Ее тело изогнулось подо мной так, что я чуть не слетел на бок, а потом началось такое, что снесло мне крышу напрочь. Это было похоже на волну резких спазмов, короткими сильными толчками Верона сжимала Сэма и тот не успев очухаться, зарядился для следующего раза.
– Черт! А-а-а! Верона, что ты делаешь?!
– Оно само, – всхлипывает она, стонет и запрокидывает голову.
Я упал на нее. Мое тело вздрагивало от каждого ее спазма. Сэм будто вступил с ее лоном в перекличку. Его сжимали, он дергался в ответ, от чего наши разгоряченные и чувствительные тела вздрагивали и вцеплялись друг в друга еще сильнее. Они там зажигали дуэтом, а меня колбасило и колотило как в агонии. Я изгибался, тряс башкой. На меня накатывала волна за волной. А потом... потом меня прорвало! Я не рыдал, а выл как волчара... Проклятье! И это видела Верона! Отстой и стыдняк!
Она ничего не говорила, просто лежала тихо, запрокинув ноги мне на ягодицы, и гладила меня по спине. С меня выходило все накопленное дерьмо. Все обиды, все недосказанности, все что копилось во мне и не находило выхода даже на ринге. Черт! Я притащил своих демонов в постель к Вероне! В нашу с ней постель!
Когда я успокоился, открыл глаза и взглянул на нее, она была испугана и измучена. Лицо покраснело от слез.
Черт! Черт! Черт! Ну я и дебил! Надо как-то ее успокоить. Устроил тут цирк «Дю Солей». Разлепляю пересохшие губы. Что сказать? Сил нет на думки.
– Я люблю тебя малышка, ох... если бы ты знала, как я тебя люблю...
– Я знаю. Я тоже тебя люблю, милый и буду любить до последнего вздоха.
Отлично! Вот и пристрелялись! Надеюсь, в следующий раз меня не понесет по ухабам в такой расколбас.
– Прости, если сделал больно... не мог больше сдерживаться...
– Было не только больно... – она сладко застонала от воспоминаний.
Черт! Мне башню от нее сносит!

***
Вера
Просыпаюсь от звонкой птичьей трели и открываю глаза. Уже утро. Руссо рядом нет. Дверь в ванную открыта, свет выключен. В доме такая тишина, что слышно как на первом этаже работает холодильник. Где же он? На прикроватной тумбочке нет телефона Руссо. Сердце кольнуло от неприятного предчувствия. Боже мой! Я соскакиваю и бегу к шкафу и распахиваю дверца. Вещи Руссо на месте, уф, значит, он не уехал. После вчерашней ночи я уже ничему бы ни удивилась. Я его так разозлила, что он практически не владел собой. Потом я вспомнила его содрогания и хриплые всхлипы после секса, и по телу пробежал мороз. До чего же это было жутко! Я пыталась до него достучаться, спрашивала, что не так, но он только качал головой и еще сильнее прижимал меня к себе.
Мое тело таит в себе столько секретов, что я сама не знаю, что выдам в тот или иной момент. Последний оргазм был похож на цунами: яркий, мощный, как взрыв. А потом вдруг началось непроизвольное сокращение женских мышц. Я сжимала Сэма с такой силой, что мы с Руссо вскрикивали в унисон. По его реакции я поняла, что такие ощущения он испытывает впервые и дико испугалась. А вдруг это ненормально! Вдруг со мной что-то не так. Но это длилось не больше минуты, а потом все резко прекратилось, и я снова расслабилась. Мне кажется это реакция на Пиночета. Уж больно диким и необузданным был секс.
От этой мысли я немного успокаиваюсь и иду в ванную. Принимаю душ, чищу зубы, привожу себя в порядок. Спускаюсь по лестнице вниз. Никого. Распахиваю двери и выхожу на террасу. Оглядываю каждый закоулок, гамаки, полоску частного пляжа. Его нет. На душе так скверно, что я сейчас расплачусь. Чего я так расстроилась? Он обязательно объявится. Уехал куда-нибудь по делам. Да кого я успокаиваю? Какие у него тут могут быть дела?
Сегодня сильный порывистый ветер, на море волнение. Сажусь на огромный валун у подножья обрыва и свешиваю ноги. Смотрю, как бьются волны о скалы, и вспоминаю прошедшую ночь. В Руссо, словно кто-то вселился. Он был сам не свой. Его толчки становились такими сильными и быстрыми, что это уже смахивало не на занятия любовью, а на марафон. На лбу вздулись вены. Щеки его пылали, словно у него жар под сорок градусов, глаза совершенно дикие. Он дышал так громко и хрипло, что мне казалось, что он начал задыхаться. Только протяжные стоны говорили о том, что он получает от происходящего наслаждение. Я еле-еле вывела его из забытья, о чем тут же пожалела. Руссо обрушил на меня всю свою злобу. Обвинил, что я опять его отталкиваю, что он истосковался, и у него уже сил нет сдерживаться.
Без Руссо вилла и скалистый берег выглядят пугающими и чуждыми. Удивительно как этот человек окрашивает мой мир в разноцветную палитру. Ожидание становится таким невыносимым, что я места себе не нахожу. Я как раз возвращалась в дом, когда скрипнула калитка, и во внутренний двор зашел Руссо с тремя большими бумажными пакетами. Уф! От сердца сразу отлегло. Я бросилась к нему и запрыгнула на руки, как только он освободился от покупок.
– Эй, детка! Как ты? Выспалась? – он прижал меня к себе так сильно, что трудно стало дышать. – Я спал как убитый. Спасибо тебе за ночь, – он целует меня в ямочки, – ты моя сладкая конфетка, все было так здорово!
Вот это да! Я только хотела сказать, что нам нужно поговорить, а он одним комплементом опустил весь градус моего негодования.
– Я только встала, а тебя нет...
– Испугалась? – я киваю. – А телефон проверить слабо? – я хмурюсь, а он закатывается от смеха.
Боже, у него настроение выше крыши! Глаза светятся от счастья!
– Я свой телефон не видела с Вероны. Наверное, лежит разряженный где-нибудь в чемодане, – признаюсь я и страстно его целую. Не могу оторваться от его губ.
– Малышка, поставь его на зарядку. Я послал тебе кучу сообщений, но ты ни на одно не ответила. Я так и понял, что ты спишь и что твой телефон снова разрядился.
Ну вот, опять я нафантазировала себе черте что, а на самом деле он и на минуту обо мне не забывал. Видимо пока рядом Руссо, нормально мыслить я не в состоянии. Честно говоря, меня это совсем не удивляет и, глядя на то, как он продумывает все до мелочей, больше не заботит. Могу я хоть раз в жизни ни о чем не беспокоиться и жить в свое удовольствие?
Как я и предполагала, телефон нашелся в чемодане. Я поставила его на зарядку и спустилась на террасу. Руссо разжигал огонь в печи и выкладывал продукты из пакетов. Он поставил на повтор какую-то песню и распевал ее на свой манер. Я невольно залюбовалась. Боже, какие перемены из-за одной ночи! Если бы я знала, что меня может ждать за этой чертой, то шагнула бы за нее, не задумываясь.
– Что ты делаешь? – спросила я, показывая на его ловкие движения ножом. Он нарезал мясо крупными кусками и принялся чистить лук.
– Решил, что тебе надо отдохнуть от кухни. Приготовлю жаркое. Меня бабушка когда-то научила. Правда рецепт будет немного неточен. Добавлю местные специи и каперсы.
Говорил он это с таким знанием дела, что сомнений не было, Руссо умеет готовить, мало того отлично знает как это сделать на открытом огне. Он пританцовывал, напевал, вращал ножом, как заправский повар. Прежде чем открыть бутылку оливкового масла, он подбросил и крутанул ее в воздухе, а потом подмигнул мне. Я смотрела на него, широко раскрыв глаза, словно видела впервые. Боже мой, он опять умудрился меня удивить.
– Значит, тебе моя помощь не нужна?
– Нет! У тебя выходной! Иди, надень тот сексуальный купальник и позагорай. Завтра утром нам отчаливать, нужно впитывать Сицилию всеми клетками организма! Ты обещала, что будешь поджаривать попку, я хочу готовить и созерцать это зрелище!
– Кто ты?! – кричу я и смеюсь. – И что ты сделал с моим парнем?
Он заламывает левую бровь, прям как Саня, потом хватает меня и кружит в танце. Это уже слишком! Что вообще тут происходит?
– Is there a place in your heart left for me? Is there some space where the parkin sing says free[1]? – поетРуссо, перекидываетменянаоднуруку, япрогибаюспинупочтидоземли.
Затем он ставит меня так, что мои ступни поверх его, мы раскачиваемся в танце.
– Что за группа?
– Это Nazareth, детка. Песня: «Place In your heart». Одна из моих любимых...
В спальне я немного отдышалась, облачилась в белый купальник и начала зачитывать поступившие сообщения.
Детка, я уехал на рынок. Хочешь что-нибудь особенное?
Может взять машину в прокат? Покатаемся по острову. Одна тачка очень клёвая!
Заехал в аптеку. Тебе что-то нужно? Ты сказала, что у тебя вот-вот начнутся.
Алё! Гараж! Кто-нибудь ответит? У меня кардан сносит!
У них тут какой-то фестиваль. Прислать фотки?
Ау! Малышка! Просыпайся! Мне тебя не хватает!
Скажи что-нибудь.
Я люблю тебя, детка.
Боже мой, он встал в половину седьмого утра и умчался как вихрь. А потом начал меня бомбардировать смсками. У него энергия бьет через край, он уже переделал тысячу разных дел, а я все еще стою как клушка посреди спальни и не могу решить намазать себя кремом от загара или нет. Я даже среди черепах была бы самой медленной.
Пока Руссо готовит, я попиваю вино, загораю и делаю зарисовки. Сегодня я в стране под названием «Баунти», это рай для лентяев и прожигателей жизни. Меня окутывает ванильно-рафинированная энергия ничегонеделания. Сейчас я ловлю себя на мысли, что мне бы хотелось вот так колесить с Руссо по всему миру и получать удовольствие от впечатлений.
– Верона ешь фрукты! – кричит Руссо.
– Нет, не хочу портить аппетит. Я с нетерпением жду твоего кулинарного шедевра. Фрукты буду вечером.
Руссо улыбается и погружается в процесс приготовления. Ветер ослаб, на море снова гладь. От вина и щедрого солнца меня разморило, и я уснула. Проснулась от его нежных поглаживаний, а когда открыла глаза, увидела, что он разглядывает мои зарисовки.
– Малышка, ты ухватила самую суть, – он показывает на свой портрет и улыбается, – можно я его сфотографирую?
– Конечно. Кстати я хотела тебя попросить сегодня попозировать мне. Санчес просил нарисовать сову, что у тебя на спине.
– Зачем? – его тон задиристый, спрашивает без злобы.
– У Михея после ремня, что я подарила Сане, родилась идея о совместном бизнесе. Он предложил мне делать зарисовки изделий, посылать их Санчесу для обработки, а потом мы решим, что с ними можно сделать дальше. Типа трафарет для футболки или платка.
Я зажмурилась, уже слышу, как он сейчас начнет кричать: «Нет, нет и нет!», любое мое общение с мужчинами вызывает у него бурю эмоций, но вопреки прогнозам Руссо спрашивает:
– И что ты им уже отослала?
– Пока ничего, мы ведь поговорили об этом только перед нашим вылетом. Решила начать с твоей тату. Хочу ее сделать в цвете. И размах крыльев побольше. Что думаешь?
– Я думаю, что ты очень талантливая, а Санчес и Михей предприимчивые. Если подойдете к делу с умом – все получится, – он целует меня в макушку. – Пойдем за стол, все уже готово.
После потрясающего завтрака, который у нас плавно перетек в обед – мы так и не вышли из-за стола до полудня – Руссо снял футболку, развернул стул и оседлал его, подставляя моему взору спину. Татуировка была очень красивой и сложной. Множество деталей. Упрощать их не было смысла. Я сделала набросок, чтобы Руссо смог и дальше заниматься своими делами и начала рисовать различные варианты. Когда я закончила, солнце стояло в зените.
– Малышка, я хочу тебя, – я подняла голову, Руссо стоял передо мной в одних боксерах, – Я все жду, когда ты закончишь, а ты рисуешь и рисуешь. Я долго терпеть не могу, ты же знаешь, свое терпение я давно пропил.
У меня защемило в груди. Прошлая ночь была непростой.
– А Пиночет там будет? – со страхом спрашиваю я.
– Нет, детка, я прогнал его! – Руссо немного смущен, видимо тоже вспомнил свои рыдания.
– Надеюсь, не навсегда? – я подмигиваю, он вскидывает брови от удивления. – Мне кажется, что через недельку он все же может к нам заглянуть.
Ох! Надо было видеть его лицо!

http://idavydova.ru/
https://www.facebook.com/inessa.davydoff
https://twitter.com/Dinessa1
https://ok.ru/group53106623119470

[1] Осталось ли место в вашем сердце для меня? Есть ли знак о бесплатной парковке?  






Рейтинг работы: 0
Количество отзывов: 0
Количество просмотров: 26
© 12.10.2017 Инесса Давыдова

Метки: роман, любовь, отношения, Верона, любовный роман,
Рубрика произведения: Проза -> Роман
Оценки: отлично 0, интересно 0, не заинтересовало 0
Сказали спасибо: 5 авторов












1