Укрощение ветра. Глава 19.1



Спасательный плот заливало со всех сторон. Бушевавший уже несколько часов шторм наконец-то шел на спад. Небо было затянуто непроницаемыми тучами. Кругом кромешная тьма. Ни одной звездочки. Разглядеть где они и куда плывут, не представлялось возможным. Сжимая жену в объятиях, Глеб молил об одном, лишь бы продержаться до утра. При свете дня он сможет сориентироваться и оценить содержимое плота. Разобраться, что случилось с рацией и постараться подать сигнал бедствия.
Глеб вспоминал, как началось крушение. Он слишком поздно взглянул на впередсмотрящий эхолот и увидел подводные рифы. До них оставалось не больше ста метров, а яхта шла со скоростью пять узлов. Он даже не успел среагировать, как дно яхты пропороло, словно нож кусок масла. Яхта накренилась и быстро наполнялась водой. Батареи были залиты, на борту вырубило электричество. Выбирались впотьмах и хватали, что под руку попадалось. Благо аварийный плот был на палубе, и Глеб вовремя его успел сбросить. Самой большой проблемой оказалась пресная вода. Эрика успела схватить пару пластиковых бутылок, но надолго их не хватит. Во время падения Эрика получила травму и не смогла самостоятельно выбраться из трюма. Пока он вытаскивал жену на палубу, плот отнесло течением, они спрыгнули в воду и гребли к единственному спасению как сумасшедшие. Эрика была в таком шоке, что забыла про боль в ноге. В довершение ко всему внезапно начался шторм.
Глеб взглянул на водонепроницаемые спортивные часы и чертыхнулся, новый оснащенный разными функциями гаджет можно выбросить. Эрика застонала и пошевелилась. Резкая боль в ноге отозвалась в позвоночнике, и она вскрикнула.
– Ч-ш-ш-ш, – он поцеловал жену и положил на ее грудь руку. – Не шевелись, малышка. Похоже, у тебя перелом.
– Я уже поняла, – она пыталась разглядеть лицо мужа во тьме, но все тщетно, лишь очертания и отблеск светлых волос. – Долго я спала?
– Ты не спала, ты была в отключке. Плот качнуло, тебя потащило к борту и нога...
– Ах да... – Эрика вспомнила, значит, она потеряла сознание от болевого шока. – Хочу пить.
– Нет малышка, пить не дам. Надо беречь воду.
– Изверг, – с укором бросила Эрика и тут же сжала его руку.
Она прекрасно понимала, в какой они ситуации и что вода теперь на вес золота. За два года семейной жизни это был первый случай, когда ее муж был бессилен перед стихийным бедствием. Обычно утыканный всевозможными техническими приспособлениями в области цифровых технологий, он в кратчайшие сроки решал возникшие проблемы.
– Нас спасут, вот увидишь, детка. Все будет хорошо.
По пути сюда они не видели ни одной яхты, ни одного судна, даже местные катера, развозящие туристов по островам, сюда не заплывали.
– Нам повезло, что мы были в гидрокостюмах. Представляешь, если бы ты сейчас была в шортиках и маечке?
– Да, – неохотно согласилась Эрика, вспоминая события перед крушением. – Это я виновата. Зачем я предложила сменить место? Ныряли бы в той бухте. Надвигался шторм. Так нет же... меня потащило...
– Не кори себя, я бы тоже это предложил.
– Как думаешь мы далеко от того острова?
– Думаю, да. Но здесь много всяких островов...
Он не договорил, но жена поняла, что их отбросило в открытый океан на приличное расстояние и шансов на спасение мало. Если их и начнут искать, то точно не здесь. Никто не знал, что они в этой части Индийского океана. Они собирались заглянуть на неделю на Шри-Ланку, но потом внезапно свернули и поплыли к Мальдивским островам.
– Мне страшно, Глеся. Вдруг мы в такой тьме на что-то напоремся и утонем?
– Не думай о плохом.
– В следующий раз надо идти на двух яхтах.
– Это как? Ты на одной, я на другой?
Она хихикнула, но тут же застонала от боли.
– Ты понял, о чем я.
– Поспи. Береги силы.
– Как я могу уснуть, если трясусь от страха и боли?
Он прижал ее к себе еще сильнее и сплел пальцы в замок.
– Отдай мне свои страхи и боль, малышка.
Тяжело вздохнув, Эрика постаралась мысленно отгородиться от бушующей вокруг стихии, но сделать это было очень трудно. На нее то и дело попадали брызги. Плот кренило из стороны в сторону. Нога так болела, что сил не было терпеть. Эрика всхлипнула и заскулила.
– Родная моя, закрой глаза... – тут же отозвался на ее состояние Глеб, – слушай мой голос... Все будет хорошо. Нас спасут. Мы выживем. Тебе подлатают ногу, и мы какое-то время будем дома зализывать раны. Но недолго, потом нам снова захочется отправиться в очередную авантюру и спустить наши задницы с поводка.
На минуту они замолчали.
– Помнишь, как мы уснули в такси в Мумбаи? – улыбаясь, спросила Эрика.
– И кто в этом виноват? – зарычал Глеб.
Эрика гневно сверкнула глазами и шлепнула мужа по руке.
– Ты намекаешь на меня?
– А кто не давал мне спать всю ночь? Кричала, будто ее режут, – тоненьким голоском Глеб изобразил возгласы жены: – «А-а-а-ах! А-а-а-ах! Да! Да! Еще! Еще! Давай! Трахни меня, Глеся!».
От смущения Эрика прикрыла ладонью глаза. Слова мужа напомнили ей о той сумасшедшей ночи, и она отвлеклась от нарастающей боли.
– Чего ты прикрываешься, я все равно не вижу твоего бесстыжего лица, – рассмеялся Глеб.
– Бесстыжего? Да как ты смеешь? Нас ограбили из-за тебя! У тебя были наши деньги и паспорта. Как ты мог не проснуться, когда с тебя все это стаскивали?
– Зато нам оставили такси, – усмехнулся Глеб.
– Ага! Еще бы они нам его не оставили. Оно ведь было краденное! А на те деньги, что они у нас украли можно было купить десять такси.
– Зато мы порулили по-чумавому.
– Это ты про то, как за нами гналась полицейская машина?
– Ага. Сирена. Трущобы. Никогда не забуду твоих обалделых глаз.
– А я не забуду ночь в полицейском участке с воровками и проститутками в одной камере. Крики, грязь и ругань, я даже пописать не могла, – Эрика шлепнула мужа по груди и тут же на нее посыпались брызги нахлынувшей волны.
– Вот! Даже океан не выносит твоей лжи.
– Какой еще лжи?! – вскипела от негодования она.
Глеб повернулся и проворковал жене на ухо, как будто их кто-то мог услышать.
– Соседство с ночными бабочками внесло разнообразие в нашу сексуальную жизнь. Не зря ты с ними шушукалась и хихикала до утра. Так что та ночь была далеко не бесполезна. Подумаешь, мочевой приструнила, да поспала на корточках пару часов.
– Да она и без того была разнообразной, – через улыбку парировала жена.
– Разнообразной? В чем?
– Что?! – она вспыхнула от негодования. – Так ты считаешь ее посредственной?
– Так... с натяжкой на четверочку, – лукаво отозвался Глеб и скосил глаза в сторону жены.
Эрика не ответила, и он сразу забеспокоился.
– Эй, малышка! Ты как?
– Не хочу с тобой разговаривать, – сквозь слезы пропищала она.
– Эй, ты чего? Рика! Я же шучу!
– Такими вещами не шутят, – обижено парировала Эрика. – Ты знаешь, что это моя больная тема.
– Ты что, еще не выкинула из головы свою паранойю про полигамию?
– Ну, знаешь, ты как-то не даешь этой паранойе уйти в забытье. Постоянно меня подкалываешь и дразнишь.
– Рика, это не смешно, ей богу. Ты прямо убила меня сейчас.
Когда она перестала всхлипывать, он повернул к ней голову и сказал:
– Малышка, поцелуй меня.
– Нет!
– Ладно, злись, если тебе так легче.
Он отвернулся, и Эрика заскулила еще громче.
– Вот так и знал, что ты устроишь мне облом в такую романтическую ночь. Туристическое агентство под названием «Бора» обещало мне полную страсти и глубоких сексуальных впечатлений во время прогулки посреди океана. А ты потопила яхту, сломала ногу, да еще и вызвала шторм. Его-то зачем? Меня уже в постели тебе не хватает?
Эрика засмеялась сквозь слезы.
– Ты больше не будешь обращаться в это агентство?
– Я бы рад, да, похоже, у меня пожизненный контракт.
– Любой контракт можно расторгнуть, – послышался всхлип.
– Смеешься? Ну и совет ты мне дала! Я ждал этот контракт хренову кучу лет. И, по всей видимости, сам лопухнулся, – он снова лег на спину, на правом боку он точно бы не уснул, эта часть лица была разбита, но сейчас жене он этого говорить не хотел. – Не внес четкие определения и штрафные санкции за чисто женское понятие «Вынос мозга».
– Я слышала ты самый важный клиент у этого агентства.
– Это льстит моему самомнению.
– Они тебя боготворят. Разработали пакет услуг по твоему обслуживанию.
– Правда? Не знаешь какой?
– Да ничего нового. Стандартные принципы: «Клиент всегда прав» и «Любой каприз за ваши деньги».
– Я давно им не платил.
– Ничего. Ты постоянный клиент, да к тому же занятой, они знают, что рано или поздно ты заплатишь, – Эрика положила ему руку на грудь. – Я люблю тебя, Глеся.
Он лег на бок к ней лицом и снова обнял.
– Малышка, ты самая горячая штучка за всю историю женского существования! Не смей сомневаться в этом!
– А Коко сказала, что ты меня называл ледышкой.
– Коко? С каких это пор ты общаешься с Коко?
– Она звонила, когда твоя дочь сбежала с рокером.
– Не слушай эту дуру. Она завистливая и коварная.
– Моя рука уже поднялась и стремительно летит к твоей щеке.
Глеб выставил руку, защищаясь от нападок жены, но в итоге понял, что она пошутила и расслабился.
– Ладно-ладно. Я как-то раз назвал тебя ледышкой, но это было совершенно о другом и вырвано из контекста.
– Бла-бла-бла, – передразнила его жена.
– Рика, я самый счастливый мужик на свете, у меня есть ты. И мне больше никто не нужен. Даже если ты оставишь меня без секса в эту ночь, так уж и быть я тебя прощаю, хотя с трудом. Посмотри, какая романтика! Плот. Океан. И мы с тобой вдвоем. Малышка, если бы не твой перелом, я бы сейчас показал тебе парочку поз, которые мы еще не пробовали!
Волны стихали, брызг стало меньше. Измученная болью и жаждой Эрика уснула. Небо посветлело. Глеб неотрывно смотрел на жену. Голова гудела, досаждала ноющая боль, а сердце стучало так громко, что казалось еще удар и оно взорвется в груди.

©©©
Когда Эрика открыла глаза, солнце палило нещадно. Полный штиль. Небо ясное и не верилось, что накануне оно было затянуто непроглядным густым маревом. Острая дергающая боль в ноге сводила с ума. Глеб сидел к жене спиной и пристальным взглядом ощупывал горизонт. Эрика приподнялась на локте и со страхом осмотрела ногу. Буро-синяя щиколотка правой ноги была похожа на бочонок.
– Проснулась?
Глеб повернулся, Эрика взглянула на его лицо, ахнула и прикрыла рот рукой. Правая часть его лица была синюшной, с процарапанной кожей. На шее под левым ухом алый набухший кровоподтек. Эрика вспомнила, как он поскользнулся и упал, когда спускался за ней в трюм.
– Что, все так плохо?
– Ужасно.
Глеб улыбнулся сквозь боль. Ему хотелось хоть как-то поднять настроение любимой. Как только рассвело, он оценил их положение. Были плюсы и минусы. Плюсом было то, что в аварийной сумке оказалось: один сухой паек, так что при грамотном потреблении они могли его растянуть на два-три дня, аптечка, фонарик и складной нож. Минусом – рация не работала. Пластиковый корпус треснул, и у него даже не было предположений, когда это произошло.
– Рация повреждена, – Глеб показал на трещину. – Ума не приложу как такое возможно. Я ведь проверял ее перед отплытием. Есть хочешь?
– Не откажусь. Что там?
Исследовав сухой паек, Эрика выбрала печенье и плавленый сыр.
– Кажется, я знаю, когда мы грохнули рацию, – Эрика ткнула в него пластиковым ножом. – В Гонконге.
– В Гонконге? – Глеб почесал затылок. А когда именно? Мы там неделю откисали.
Он выбрал гуляш и овощную икру, которая на поверку оказалась свекольной. В обычной жизни он бы не притронулся к такой еде, но сейчас этот завтрак казался пищей богов.
– В предпоследний день.
– Это когда я тех аппетитных телочек на яхту привел?
– Которые оказались трансвеститами, – усмехнулась Эрика и растянулась в улыбке вспоминая веселую тусовку. – Совместными фотками ты залил все социальные сети.
– Ну, согласись, они же прикольные были. Ты с ними до утра зажигала.
– Нам было о чем поговорить. Между прочим, это они мне придумали тот макияж, который я сделала потом в Сингапуре.
– Ты про тот вечер в яхт-клубе?
– Угу, – Эрика намазала сыром еще одно печенье и отправила в рот.
– Ты была потрясающей в тот вечер! На тебя пялились все мужики, я чуть не лопнул от гордости, – он звонко чмокнул ее в опаленную солнцем щеку и слизал остатки сыра с уголка губ. – Это стоило разбитой рации.
– Вообще-то мы потом купили новую рацию, ее ты и проверял перед выходом из Сингапура, – Эрика осмотрела модель и скривилась. – Черт! Это я виновата, впотьмах взяла не ту рацию.
– Ладно, малышка, – Нитро почесал затылок, – чего уж теперь стенать, прорвемся. Еще и не такое бывало.
Покончив с завтраком, он снова потянулся к рации. Раскрутил ножом шурупы на корпусе и начал осмотр.
– Никакие емкости выбрасывать нельзя. Хоть бы пошел дождь, тогда проблема с водой была бы решена, – рассуждала вслух Эрика. – Еще пару дней и придется ловить рыбу и есть сырой. А вода... если дождя не будет, придется пить мочу и лучше начать собирать ее прямо сегодня.
От собственных слов Эрика скривилась.
– Да ладно тебе! Уринотерапия еще никого не убила, а вот от обезвоживания можно умереть. Сама знаешь, дождя в это время года мы можем так и не дождаться.
Глеб оглядел еще раз содержимое аварийной сумки.
– У нас есть полиэтилен и миска. Когда доедим паек, попробуем соорудить дистиллятор.
– Мне страшно, Глеся. А вдруг мы на этом плоту застрянем надолго?
Развивать эту тему Глебу не хотелось. Разговор нужно было увести в другую сторону. У них еще будет время для обсуждения нюансов выживания. Главную опасность Глеб видел в ее травме и в психологическом состоянии. Эрика еще неделю назад начала быстро уставать и скучать по дому. Резкая смена настроения, вспышки гнева и частые истерики не были свойственны ее характеру, и Глеб относил это к усталости от плавания. В отличие от него Эрика лучше себя ощущала на земле.
– Я идиот! Надо было выбросить нерабочую рацию. На кой черт оставил?
Несколько минут он молча пялился на разобранные детали и медленно закипал:
– Какого хрена ты позволяешь мне все это вытворять? Другая жена меня бы уже запилила, а то и выгнала взашей.
– Поэтому ты ждал меня, – подмигнула она ему, и осторожно, чтобы не побеспокоить ногу, опустилась на спину.
– В свое оправдание скажу, что после той вечеринки мне предложили контракт на съемку каталога нижнего белья, так что детка, имидж гуляки и повесы до сих пор работает на наш бюджет, – он уловил удивленный взгляд жены. – Я отказался.
– Ты не говорил, что тебе предлагали сняться в фотосессии.
– Я говорю только о том, на что соглашаюсь.
Эрика бросила на мужа оценивающий взгляд и расплылась в улыбке.
– Мне жаль женщин, которых ты лишил удовольствия созерцать тебя в боксерах. Нельзя быть таким жестоким.
Он метнул на жену лукавый взгляд и с ухмылкой ответил:
– Еще не все потеряно, я могу согласиться.
– Соглашайся, – уверенно кивнула Эрика. – Я развешу фотографии в комнате отдыха при моем кабинете. Буду мечтать о тебе весь день, изводить себя фантазиями. Преисполняться чувством гордости: только я имею возможность приехать домой и увидеть что там под боксерами.
– Если бы я раньше узнал об этом сценарии, то сам бы организовал такую фотосессию, – усмехнулся Глеб и беспомощно уставился на детали от рации.
Эрика внимательно всматривалась в лицо мужа, пытаясь понять, какие новости ее ждут. Похоже, рацию им не починить. Не лучшее начало дня.
– Я могу согласиться, но с одним условием, – Глеб изогнул бровь и ухмыльнулся. – Ты снимешься для обложки мужского журнала.
Закатившись от смеха, Эрика замахала руками.
– Отличная шутка, Глеся!
– Это не шутка, я дважды отвергал предложение, – Глеб назвал фамилию редактора известного мужского журнала. – Они хотели тебя заполучить на твое сорокалетие.
– Иди ты! – с недоверием буркнула Эрика.
– Я клянусь! – Глеб перекрестился на католический манер.
Эрика прищурилась.
– Почему он сам мне не позвонил? У него есть мой номер!
Глеб наклонился над женой, в солнечном свете его волосы казались кипенно белыми.
– Потому что я бы ему башку снес, и он это знает.
– Не могу поверить... зачем им старухи? Кругом полно шикарных молоденьких моделей.
– Эй! – он игриво шлепнул ее по щеке. – Не оскорбляй мою жену! Я не дам тебе спуску, даже если ты из туристического агентства. Моя жена для меня все!
Эрика засмеялась, но тут же скривилась от дергающей боли. Еще на восходе Глеб проверил аптечку на предмет обезболивающего препарата, но, увы, его не оказалось. Придется жене терпеть боль, пока не прибудет помощь. А помощь может и вовсе не прибыть.
– Я хочу пить, – тихо попросила она.
Глеб кивнул, вынул бутылку воды из аварийной сумки и подполз к жене.
– Малышка, помнишь нашу забаву «винные поцелуи»?
– Конечно.
– Воду пить будем так же. Хорошо? Иначе нам кранты.
Она кивнула и с жадностью уставилась на бутылку с водой. Его глаза увлажнились, до этого момента он хорохорился, но поймав ее взгляд, побледнел. Любимая женщина всю ночь просила воды, а он скрепя сердцем ей отказывал. Глеб набрал в рот нагретую солнцем воду, посмаковал и мелкой струйкой влил в рот жены. Но, похоже, больше раздразнил, чем утолил ее жажду.
– Если мы выберемся отсюда, – Эрика размазала по потрескавшимся губам капельки воды, – моя фотография обязательно появиться на той обложке.
– Конечно, малышка, я буду только рад.
– Скажи, что это отличный способ похвалиться своим тренерским талантом перед братом и дружками. Вот мол, жене сорок, а ее тело благодаря мне тянет на тридцать.
– На тридцать? Да ты опять меня оскорбила! Ты еле тянешь на двадцать, одни сиськи чего стоят.
– Ну, это точно не твоя заслуга, – рассмеялась Эрика.
– Но за операцию-то платил я, – тут же парировал Глеб.
Эрика не могла больше лежать, попросила мужа сменить позу и следующий час они сидели спина к спине, исследуя горизонт.
– Скажи мне честно, чего нам ждать?
– Не знаю, детка, – глухо прозвучал его голос. – С самого утра ни одной плавающей или летающей посудины. Будто мы забрели в аномальную зону.
– А твой навигатор в часах?
– Взбесился и показывает что мы рядом с Гренландией, – пошутил Глеб, на самом деле сломанные часы еще ночью можно было выбросить за борт, но он все никак не решался, надеясь на чудо, а вдруг заработают.
– Нас обязательно спасут... вот увидишь...
Он не ответил. Спорить о таком животрепещущем вопросе было глупо. Конечно, они надеялись на лучшее.

©©©
Насколько все плохо Эрика поняла, когда к концу дня в последней бутылке осталось воды на донышке, а муж перестал шутить. Вид у него был чернее тучи. Он то и дело разбирал и собирал рацию. Однажды в ней послышался треск и шум, но дисплей тут же погас и Глеб от злости чуть не запустил рацию в океан. Их лица, руки и ступни обгорели до пунцового оттенка, тела плавились на солнце в гидрокостюмах, а губы растрескались и шелушились.
Когда солнце закатилось за горизонт, Эрика превозмогая боль, перевернулась на бок. Мышцы спины затекли, а здоровую ногу мучила судорога. Глеб лежал к ней спиной, и она только могла догадываться о его настроении. Легкий ветерок перешел в порывистый клокочущий ветер. Волны стали выше. Налетевшие тучи начали сгущаться, но это уже не было тем штормом, в который они попали накануне.
Перед лицом водной стихии Глеб чувствовал себя беспомощным. И дело было тут не в поиске способа выживания, а в том, что он сдался. Пал духом. И все из-за чувства вины. Одно дело, когда ты рискуешь сам, другое, когда тянешь за собой мать троих детей. Если с Эрикой что-то случится, они сойдут с ума. Три года назад они потеряли отца, а теперь и над матерью нависла угроза смерти. А всему виной его нерасторопность. Глеб привык делать сразу несколько дел и всегда этим гордился. Благодаря этой привычке, он многого достиг, но она же его и погубила. Если бы он был более внимательным... если бы вовремя заметил опасность...
Толчок по дну плота вывел обоих из оцепенения и отвлек от мрачных мыслей. Чтобы удержаться на плоту оба схватились за спасательный леер.
– Что это было? – испуганно спросила Эрика, на лице отразилась паника.
Пытливым взглядом Глеб осматривался по сторонам, отчаянно выискивая причину толчка. Понятно, что это что-то живое прошло под плотом по касательной.
– Малышка, ты держишься? – Глеб быстро расшнуровал и стянул с себя спасательный жилет.
– Да, – еле слышно прошептала Эрика.
– Держись крепче! Я нырну и посмотрю что там.
– Нет?! – заорала Эрика, но когда повернулась, он уже прыгнул в воду, от чего плот качнулся так сильно, что она перекатилась набок и заверещала от боли.
Оказавшись под водой, Глеб сразу понял, кто с ними только что поздоровался. Серовато-коричневый окрас, плактоидная чешуя, тело украшено узорами из бледно-желтых полос и пятен, похожих на тату африканских племен. Китовая акула! Особь метров десять в длину. Под серым брюхом стая мелких рыбешек. Подплывая к Глебу, она распахнула огромную плоскую пасть, создавая идеально очерченный круг.
Никакая боль не могла отвлечь Эрику от безумств мужа. Она была готова уже прыгнуть следом, как он сам вынырнул из воды и зацепился одной рукой за леер спасательного плота. Встряхнув белокурыми волосами, он обрызгал ее с головы до ног и с радостью крикнул:
– Это акула!
– Что?! – от ужаса Эрика вцепилась в руку мужа и начала затаскивать его на плот.– Ты безумец! Сейчас же лезь обратно!
Но Глеб только посмеялся и оттолкнулся от борта.
– Что ты делаешь?! Глеб! От перегрева мозги расплавились?!
– Все в порядке, Рика, малышка. Угомонись, тебя сейчас удар хватит. Это китовая акула. Она не нападет на людей.
– Да? А плот она зачем хотела перевернуть? Я не хочу, чтобы ты рисковал, проверяя ее на агрессивность.
– Она просто играет! – Глеб посмотрел через толщу почти прозрачной лазурной воды. – О! Она прямо подо мной! Рика, она такая красивая!
Прежде чем Эрика смогла отреагировать, Глеб вобрал полные легкие воздуха и снова нырнул в океан.
– Глеся! Вернись! Глеся! Глеся! – заорала Эрика.
Он любовался акульими спинным и грудным плавниками. Хвост в форме полумесяца, говорил о том, что перед ним взрослая особь. Его завораживали огромные жаберные щели. Акула «кашлянула». Из пасти вылетели мелкие рыбешки. Глеб всплыл на поверхность, глотнул воздуха и снова погрузился под воду. С китовыми акулами Глеб плавал во Флориде и Калифорнии, поэтому чувствовал себя в безопасности.
Эрика знала, что Глебу усидеть на одном месте практически невозможно. Особенно если пространство было, как сейчас, ограничено небольшим периметром. Непоседливый, эксцентричный и динамичный, он становился сам для себя угрозой и пытливо исследовал все, что было вокруг. То, что муж был на грани, стало понятно, когда он в десятый раз начал разбирать рацию. Эрика хотела отвлечь его разговорами, но боль в ноге была такой сильной, что она решила повременить и набраться сил. Не удивительно, что Глеб при первой же возможности покинул плот.
– Малышка! Зрелище бесподобное! Жаль, что ты не можешь нырнуть! – воскликнул Глеб, выныривая в очередной раз, чтобы отдышаться.
– Сейчас же полезай на плот! – жестко скомандовала Эрика.
– Нет, я еще поплаваю. Ноги затекли без движения. А ты поешь чего-нибудь, полегчает, – улыбаясь, отозвался он и исчез под водой.
От злости Эрика стукнула кулаком по надувному борту. Чертов упрямец!

http://idavydova.ru/
https://www.facebook.com/inessa.davydoff
https://twitter.com/Dinessa1
https://ok.ru/group53106623119470





Рейтинг работы: 0
Количество отзывов: 0
Количество просмотров: 23
© 11.10.2017 Инесса Давыдова

Метки: роман, ветер, бора, любовь, отношения, беглец,
Рубрика произведения: Проза -> Роман
Оценки: отлично 0, интересно 0, не заинтересовало 0
Сказали спасибо: 3 автора












1