Смуглянка с Альфа Центавра


Мой рейс заканчивался в Николаеве. Там экипаж нашего балкера сойдёт на берег - называется эта операция плановой сменой экипажа. К этому мы были готовы, а на подходе к Днепровскому лиману, совершали последние манёвры. Я был вахтенным рулевым, рядом стоял второй штурман Зотов, - парень приятный и доброжелательный. В жизни на таких простых , надёжных парнях и держится Российский флот. Когда наши вахты совпадали, то служба шла гладко и спокойно в любых широтах и при любой погоде. А сегодня морская ласковая гладь мирно ленилась на июльской жаре.
Вот уже показался Суворовский маяк. За ним начинается вход в Днепровский лиман и предстоит к Николаеву пройти по каналу. Для не совсем опытных судоводителей обычно приглашали очаковских лиманских лоцманов . Но нами этот курс хожен-перехожен. Поэтому Паша Зотов только предупреждал: после маяка следи строго за створными знаками, а когда минуем Николаевскую батарею – там весь путь обозначен бакенами… А старпом отдал команду «Малый ход».
Швартовались мы у знаменитого элеватора - героического памятника десантникам, которые в 1943 году в смертельной схватке освобождали Николаев. Новому экипажу предстоит бункеровка, затем загрузка зерном и рейс к берегам Западной Африки. А нам - в отпуск. Кэп тепло прощался с испытанным экипажем, выдал положенные деньжата и отпускные. Разъезжались по-разному. Одни- сразу в аэропорт, другие - в ресторан погужевать. Павлик Зотов пригласил в посёлок Соляные, где живёт его родня – дядька с женою и их дети Юрка и Люська. Паша знал, что Люська сейчас на практике после четвёртого курса пединститута, а Юрка ходит где-то на «Виталии Баневуре» матросом первого класса. Так – что приём и ночлег обеспечены. Бывал я в этом южном городе не часто, а тем более в этом посёлке. Согласился с Павлом без колебаний. Погрузив наше барахлишко в багажник такси, мы прямо из порта маханули в Соляные. С интересом разглядывал тенистые улочки. Мелькали совсем морские улицы города: Малая морская, Большая морская, Адмиральская. Неожиданно мы попали в коварную пробку - в это время разводили понтонный мост через реку Ингул. Там, своим ходом покидал судоверфь новенький эсминец. Павел и здесь не растерялся, посоветовал водиле такси запереть авто и присоединиться к нам. Рядом , на подъёме к Советской, примостился пивной ларёк. С неохотой таксист всё же примкнул к нам, - мы угощаем… Пиво оказалось дрянное, солоноватое, но, хоть холодное.
Худо- бедно время мы скоротали. Это вам не то, что ждать очереди в каком-либо Суэце и не расхождение справа! Просто попили пивко всего часок…
Через четверть часа мы выгрузились у зелёной калитки, увитой цветущими розами. Плечистый, розовый толстячок старательно поливал из шланга, увитый диким виноградом, пыльный заборчик. Нас встречала и жена толстячка ( такой же комплекции и приветливости) . Так я познакомился с замечательной парой пенсионеров, хлебосольной и заботливой, словно мои родители. Вечерняя трапеза проходила под раскидистой абрикосой. Круглый абажур освещал не только стол, но и оранжевые плоды, до которых было рукой достать. Угощали нас постным борщом с бычками, свежими огурцами и помидорами прямо с грядок, да жареными бычками. Тётя Тоня подала на стол громадную миску с бычками прямо с пылу, с жару. Довольный гостями, дядя Петя радостно рассказывал, что носом чувствовал гостей и с утра наловил целое ведро рыбёшек. Пашкина родня на радости стала звать к столу соседей. А те , поздоровались с Павлом и вежливо отказались, а их дочка, видно хорошо знакомая с Павкою, через забор передала кувшин с вином, собственного производства. Долгий приятный вечер и беседы незаметно перешли в ночь. И хотя дневной жар спал, но кожу ласкал тёплый ветерок. В нём был чарующий аромат. В нём переплелись влага от реки, запахи цветущей ночной фиалки,и, напечённой на солнце сушки абрикосов. Дышалось легко и вольно. Ночь опустилась на посёлок, но народ не спал. Весь залитой лунным светом берег ещё шумел: где-то бесновалась дискотека, неподалёку бражничали и пели « Черемшину», не уснули и перекликались петухи. А из соседнего двора соседка Галка Гвозденко позвала на речку искупаться.
Мы не отказались и вскоре ныряли в теплые воды Буга. Из- под воды , рассматривая колеблющийся лунный блин, отмечал, что в таком лунном купании есть своя неповторимая прелесть. Угомонились и улеглись мы с Павлом , когда на востоке небо слегка засветилось и начали меркнуть ночные яркие звёзды…
Спали мы всего пару часов, дальше валяться было бы нечестно – начинали копошиться на своих участках хозяева, пробуждались кораблестроители, собираясь на смену. На боевых кораблях в затоне прозвучала «Побудка» и в мегафон зазвучали команды утренней зарядки.
Очень приятное это мероприятие – очередной отпуск. И всё же наутро мы решили распланировать его. Однако дядя Петя сразу внёс поправку: вы бы в Степановку съездили хоть на недельку – вот дед обрадуется! Оказывается у Павлика ещё и дед недалеко обретается. Он служит начальником маяка . Недавно дед Денис звал на катрана, он там хорошо ловится. Настоятельный совет мы встретили с желанием. Тем более я никогда не ловил сельдевой акулы. Самому стало интересно. Вот и поехали мы в Степановку….
Из вариантов автобус или такси, Пашка расточительно избрал такси. Через час с четвертью мы оказались на вязкой песчаной дороге при въезде в Степановку. Далее ехать таксист отказался. Ну что ж - хорошо, что мы налегке ( самое необходимое уместилось в наших сумках из синей брезентухи, купленных в Сингапуре). Долго мы месили песок, набирая его в свои лаковые штиблеты ( шик того времени). Смеясь, присели на лавку возле эстрады, вытряхнули песок из туфель и носков, перевязали шнурки, забросили обувь за плечо… и почесали через село босиком. Всё село умостилось на взгорке вдоль береговой кромки. Берег был из белоснежного песка - здесь вся жизнь прибрежного села - стайкой сгрудились на берегу шаланды. Одни были перевёрнуты и напоминали солдатские пилотки, другие днищами изъелозили ровную гладь песка. Вдоль берега сушились сети , растянутые на шестах. Здесь же толклись гусино-утиные оравы сельчан, среди домашней птицы независимо расхаживали чайки, а водную гладь чертили бесстрашные бакланы.
Павлик, видимо, здесь не новичок, шёл, здороваясь у каждого плетня. Не отставая от друга, здоровался и я. Совсем не удивляюсь - по Руси в каждом селе совсем незнакомые люди приветливо здоровались…Павка, рассталкивая полчища шипящих гусей, предупреждал: «Лёха! Не вздумай покупать здесь домашнюю птицу, её кормят хамсой и мясо отдаёт рыбой. По этому поводу есть такая присказка - если задумал приготовить баклана, то возьми большую кастрюлю и вари птицу часа три, а потом вынимаешь мясо из кастрюли и зашвыриваешь его подальше… А кастрюлю – в другую сторону. Так и здешняя птица.» Так в болтовне мы прошли всё село и взмокшие от жары, наконец оказались у цели.
Ограждённый проволокой «рабица», весь белоснежный объект, именуемый «Степановский маяк Черноморского флота». На калитке из стального листа, окрашенной шаровой краской, красовался любовно нарисованный военно-морской флаг нашей Родины. Любуясь своей работой, вытирая ветошью кисти,боком к нам стоял щуплый и седой старичок в тельняшке и брючатах от робы. Как и положено, на матросской бляхе, яркими лучами играло солнце. Под стать бляхе, блестели носки дедовых ботинок. Когда он повернулся к нам, радостно улыбаясь, не было границ моему удивлению. Дед Павлика – Денис Иванович Зотов - всем своим обликом напомнил известного артиста Бориса Сабурова. Как-то в Одессе меня осенило сходить в театр, тогда в спектакле этот артист сыграл деда Щукаря. Ущипните меня, такого не бывает! Однако, тот же вздёрнутый нос, забиятистый вихор , хитро-весёлые буравчики глаз и мохнатые брови. Бывает в жизни сходство - как близнецы. Но более всего поразил сам Денис Иваныч: « Что «шары» выкатил, морячок, меня и командование Сабуровым называет, привыкай!!!»
« Я уже заждался, балабол Петька звонил утром и обещал, что вы с утра будете, а на моём брегете уже пятнадцать нуль –нуль»- сказал старый Зотов, пряча часы в карман штанов. И правда, на небольшой площадке второго этажа кто –то отбил склянки.
Мы с Пашкой, уже отметили, что экипаж маяка строго следует настоящей флотской дисциплине. Всё начищено, надраено. Порядок во всём: в чистом боксе весь блестит Уазик , слева от него на самодельной вагонетке стоит дюралевый «Прогресс» с мотором. Электромеханическая лебёдка позволяла спускать моторку по рельсам прямо в море. Ничего лишнего. Рядом – небольшая мастерская, в которую Денис Иванович вместил всё, без чего не обойтись, Здесь и миниатюрный токарный станочек, сверлилка, сварочный аппарат, баллоны с ацетиленом и кислородом, газовый резак и другие инструменты. Огороженный, и запертый на большой замок -пункт ГСМ, а точнее – две небольших цистерночки с топливом.
Подсобные здания включали в себя двухэтажное строение, оно состояло из жилого помещения – кубрика и камбуза. На мачте развевался воено-морской флаг, а слева от мачты на стене был приварен кронштей и на нём висела , надраенная до яркого блеска, рында. Я так понял, эти мелочи составляли сущность характера военного моряка Зотова. Где бы ни проживал – всё должно быть, как на флоте. Обычно, маяками командуют офицеры запаса, каким и является капитан третьего ранга Зотов. В его подчинении двенадцать «технарей», которые живут в Степановке. Только Зотов проживает на маяке –это его дом, корабль и служба бессрочная, да двое моряков-часовых. Ежесуточно их меняет близлежащий гарнизон морпехов, оттуда же привозят пищевое обеспечение. Зная казённые харчи ( в общем отличные) – Зотов неизменно подкармливает стражей своими изысками.
Гостей сегодня дед Денис встречал домашней ухой и жареной картошкой. Когда Зотов внёс судки ( в кубрик,совмещённый с кают-компанией) - от духовитой еды невольно захотелось ухватиться за ложки…. И тут дед внуку рубанул : « Когда ты Пашка в башку свою вобьёшь, что надо соображать и накрыть стол, бестолочь !»На самом деле Пашка никакой не бестолочь, а классный штурман, мне это доподлинно известно. А дед начал ворчать как начальник маяка, которому не на кого «гаркнуть» для формальности – всех отпустил по случаю выходного дня. Наверное временами на человека наваливается ненужная привередливость? Кто же вам скажет об этом?
Поэтому уже за обедом Зотов поинтересовался о моей морской специализации. Почувствовав дотошность старшего Зотова, стал поподробнее утолять его интерес: « Согласно судовой роли, являюсь старшим рулевым. И душа моя прикипела к этой роли, думаю навсегда!» Такая тирада, думаю была , хоть и искренняя, но излишня. Зотов стал придирчиво выспрашивать о моих странствиях по морям. А когда рассказал о большинстве рейсов по Чёрному морю, то сразу нарвался на экзамен по Степановскому маяку.
В итоге обед закончился экзаменом, но стало понятно, что Зотов был удовлетворён моим ответом : « Степановский маяк , створный, задний, справа. Означает, что свет маяка зеленый проблесковый, проблеск –три секунды, пауза – три секунды». Удовлетворённый, всё же пробурчал – кто тебя натаскивал, парень? И я, окропляя бальзамом душу старого моряка, сообщил, что моим постоянным наставником и другом является штурман Павел Зотов и крепкая дружба с лоциями.
Рад Денис Иванович визиту внука. Подобрев , разрешил нам погулять в Степановке, но, чтобы в двадцать три ноль-ноль - отбой, ибо рано утром надо поспеть на клёв ….
Молодёжь села обычно собиралась около эстрады, где была кинобудка, пятачок танцевальной площадки и несколько рядов скамеек. Здесь уже началась местная «тусовка» - бренчал на гитаре белобрысый мальчишка, тихонько подпевали несколько ребят и девчонок, а солировала хрупкая, но голосистая телеграфистка Зинка Огородникова. Похоже, «коллевтив» хорошо знал Павла, потому что сразу протянули Зотову гитару и завопили :
«Пава, спой Окуджаву!» - Зотов стал перебирать струны, когда мимо продефилировала яркая блондинка бронзовая от загара. Незнакомка успела посоветовать : «Подстройте четвёртую струну!» - и удалялась берегом. Павлик успел крикнуть : « Кто вы, смуглянка?» И услышал: «Эли с Альфа Центавра»…..
Веснушчатая Зинка сразу пояснила: « Ни с какой эта фря ни с Центавры, а из Москвы! Она здесь на дельфинах катается… Пояснение кстати непонятное, а только заинтриговало. Подправив струну, которая действительно фальшивила, Павка весь вечер распевал отличные песни, которые с умилением и восторгом слушали примолкшие степановцы.
Едва забрезжил рассвет, мы с Павлом стали готовить «Прогресс», а Денис Иванович приготовил снасти. Часовой, нарушая устав караульной службы, оповестил, что к объекту приближалась жительница села.
Мы с Павкой успели заметить мелькающие пятки босоногой Зинки Огородниковой, а на, стоящей рядом с воротами маяка, маслине, висел целлофановый пакет. Павлик подошёл к дереву, и засмеялся: « Зинка пироги с абрикосами принесла!» А Денис Иванович урезонил: « Хватит скалиться, запала на тебя девка!»
Получив остальные инструкции от деда, мы с Павлом отчалили от берега. Как нам наказал Зотов, на моторе надо пройти три переката, потом заглушить мотор и на вёслах подойти за четвёртый перекат, где стоит полосатая вешка. Там надо бросать якорь и забрасывать самодуры мористее. Так мы и сделали. Когда от восходящего солнца море засверкало золотом, мы успели наловить бычков,обрезать им плавники и насадить живцами на поводки самодуров. Забросили, как указал дед и начали «уминать» Зинкины пирожки. Они были прекрасны и подтвердили, что девушка в Павла явно влюблена….
Чтобы нам не говорили, ловля катрана - дело простое, ничего мудрёного! Когда имеешь хорошую подсаку и багорчик, то катран такой же, как судак или крупный окунь. Действительно, за утренние часы мы с Пашей вытянули более десятка «акул». Так себе мелкота, кроме троих рыбин, которые по размеру потянули ( по меркам хвастунов) в размах обеих рук. Павлик остался доволен: дед сделает классные балыки. Солнце уже стало припекать и кстати в отсеке моторки лежали два рыбачьих брыля из хорошей соломки. А перед этим, свернули все свои снасти, нырнули в прозрачные воды, поплавали и взобрались на борт. Уже собирались вытянуть якорь, но с раскрытыми ртами пялились на новое явление: в нашу сторону стремительно мчалась пара дельфинов. Не соврала Зина Огородникова - держась за плавники обоих, плыла та самая девушка с Альфа Центавра. Выскочив на отмель, она подняла на лоб очки, вся блестящая влагой, сделала какие-то жесты, от которых дельфины поднялись на задние плавники и метров с десяток плыли вертикально. Затем , по жесту девушки, подплыли к ней, были одарены рыбками из сумки, прикреплённой к поясу пловчихи. Бессловная беседа девушки и дельфинов продолжалась недолго, в конце концов умные животные по-человечьи закивали головами, словно откланиваясь, и удалились в море.
А девушка, повернулась к нам, улыбнулась и просто сказала: «Здравствуйте, мальчики, меня зовут Элиной!» Она подошла к борту нашего «Прогресса» и спросила: « К берегу подкинете?»
А мы, обалдевшие от увиденного, не сразу сообразили, а я, очнувшись от моментального ступора, поспешно промямлил : «Конечно, конечно!» Девушка стянула с головы капюшон и стянула с ног ласты( такие я видел в какой-то лавке в Марселе), уселась на банку и взлохматила свои очаровательные волосы. Вблизи она была привлекательна, недаром Зина Огородникова о ней отозвалась недобро – явная женская ревность. Зеленоглазая Элина оказалась простой и доброй, весёлой и какой-то домашней. Так мне показалось, по крайней мере. Когда мы познакомились, я задал вопрос: « А причём здесь Альфа Центавра?» Она улыбнулась: «Лёша, это была минутная шутка!»
Пока мы малым ходом приближались к берегу, успели узнать, что наша новая знакомая работает в специальной лаборатории МГУ и изучает биологию и психологию морских млекопитающих. В Степановке вошла в контакт с дельфинами и всё лето изучает их и пытается ещё глубже познать это чудо природы…
На берегу, расставаясь, мы пригласили Элину на вечерний ужин с акульей ухой и жарёхой. Получили категорическое согласие. Павлик, воробей стреляный, сразу смекнул, что девушка мне понравилась и сказал совсем определённо : «Пойду и Зину приглашу , да за пирожки отблагодарю!»
Денис Иванович встретил нас с похвалой, - остался доволен уловом и привлек к обработке. Для приготовления пищи из катранов нужно и вымочить мясо в воде. Специфична и разделка: вынуть внутренности, вырезать печень, обрезать плавники, содрать шкуру и вырезать филе для копчения балыков. Большие катраны пошли на балыки, мелкоту подготовили для поджарки и ухи. Дед Денис мастерски засолил будущие балыки , дал нам указания к званому ужину. А сам вышел на берег и рыбьей требухой побаловал чаек и бакланов. Увидев нашу добычу, техник по свету Римма, которая живёт рядом с маяком, пришла и взялась помогать нам по камбузу. Так уж заведено, если ужин званый, то весь маячный коллектив и их домочадцы принимают активное участие. На площадку около подсобки потянулись женщины и дети, несли скамейки и столы, корзинки и ёмкости со снедью, овощами, фруктами. Павлик помог Зине принести её домашнюю выпечку. Девушка с профессией телеграфиста оказалась отменным пекарем. На столах Зина выставила огромный каравай, здоровеннную макитру с плюшками и корзинку, жареных на масле , красавцев- пирожков.
Необычный ажиотаж, естественно, был вызван таким событием, как приезд Павлика. Его здесь знали, и как я убедился, любили… Денис Иванович празднество разрешил, но при «сухом законе». Никто не возражал, а Михалыч ( механик-дизелист) приволок с сыном молочную флягу медового кваса. Собралась дружная компания, с которой я познакомил нашу сегодняшнюю знакомую. Короче, приняли девушку приветливо, как свою, в общении уже звали просто Линой, что не вызвало возражений ни у неё, ни тем более у нас с Пашей. Этот хитрец и за стол меня усадил рядом с Линой, а сам с Зиной уселся напротив. Как командир данного «Корабля», дед Денис начал эти дружеские посиделки похвалою удачливым рыбакам, то бишь нас. Со смехом и весёлым гомоном ужинали хорошие люди, верные друзья, искренне преданные морской службе.
Пир мог бы длиться всю ночь, но , как говорят, пора и честь знать – не ресторан вам, а серьёзный объект. Так же организованно к вечеру всё прибрали и маячный пятачок блестел чистотой и строгостью. Но мы с Павликом всю ночь провели около эстрады Степановки, где под радиолу молодёжь устроила танцы. Органично влились на танцплощадку и мы. Я с Линой и Павлик с Зиной танцевали с небольшими перерывами. На удивление, танцевальный репертуар был неплохой ,- звучали замечательные фокстроты и танго, медленные вальсы. С Линой было так хорошо , она такая гибкая и пластичная, влекла танцевать без устали и от таких танцев на душе было радостно и спокойно.
Не знаю . то- ли это чарующая красота вечера, то- ли близость красивой девушки, но что-то со мною произошло и в мыслях я себя уже не мыслил без этой девушки… Не упустил я во время танцев откровенно и душевно поговорить с моей партнёршей. Я рассказал о своей морской работе, о родителях, которые ожидают меня в своём домике на берегу Байкала. Рассказал о своей заочной учёбе в высшей одесской мореходке . О хорошем друге – Павлике Зотове. Лина с интересом слушала мой рассказ, после чего поведала о себе. О том, как училась в университете и аспирантуре. О защите кандидатской диссертации, об увлечении подводным плаванием и музыкой. И о своих стареньких родителях, которые живут в московском Барыковом переулке, что поблизости от дома-музея Льва Толстого. Мама до сих пор «служит» в научной библиотеке МГУ, а папа пропадает на даче, а зимой ловит лещей на Истринском водохранилище. Много рассказывала о дельфинах и о том, что недавно её пригласили в эту спецлабораторию. Ещё призналась, что любит мороженое и сладости, отчаянную подводную охоту и хорошую гитарную песню. Здесь же я пообещал, что во время нашей следующей встречи , непременно сыграю и спою ей немало хороших песен.
Мой друг Павел тоже весь вечер проговорил с Зиной. Не знаю о чём, но удалились с танцев в обнимку. Думаю, это добрый знак.
Ох девки-девки!!! Вы нас так зацепили, что наш визит к деду Денису продлился более двух недель. Мой отъезд к родителям отодвинулся и червь угрызения настойчиво точил мою совесть. Каждое утро для меня приходило с мыслями о дивной девушке, с которой свела меня судьба совсем неожиданно и прочно. У Павлика с Зиной тоже все дни слились в нескончаемое свидание. В намеченному визиту к деду, сам дед ушёл на второй план. А Денис Иванович сразу всё понял и старался не мешать нам. Маячные и домашние заботы его и без того нагружали. А тут ещё желание угостить нас настоящим акульим балыком, занимало его с лихвой. В укромном месте от укрытой мешковиной бочки без дна исходил запах тлеющих веточек вишни и можжевельника. Дед старательно готовил гостинец - балык холодного копчения.
Окончание нашей степановской эпопеи неумолимо приближалось. Уже говорено- переговорено о том, что девушки прочно вошли в нашу жизнь. А дальше – время покажет, так как нас вновь позовёт море и этого не изменить. На исходе третьей недели степановцы провожали нас на автобус. С нашими девчонками обо всём условились и не стесняясь присутствующих, нежно расцеловали Зину и Лину. Дед Денис и Зина нагрузили нас гостинцами. Один упаковал увесистые упаковки копчений, другая снабдила своей волшебной выпечкой.
Когда истекал наш отпуск, в Одессе , в отделе резерва мы получили назначение на прежний борт, стоящий в Новороссийском порту. С Линой мне довелось встретиться в Москве и познакомиться с её забавными родителями, которые немного грустили : дочь уезжала из родительского дома надолго. Она не смогла отказаться от предложения работать в специальном дельфинарии в Казачьей бухте Севастополя, куда уже перебазировали Лининых питомцев из Степановки. От Павлика я узнал, что Зина Огородникова решила поступать в Таганрогский радиотехнический институт на следующий год.
Кто знал, что многое в нашей жизни круто изменилось. Распалось наше государство. Одно успокаивало – мы все уже прочно встали на ноги. Я с красным дипломом закончил высшую мореходку. Зина Огородникова сменила фамилию на Зотову и успела получить диплом инженера-радиотехника. На их свадьбе погулять не удалось, так как мы теперьходили в море на разных судах. Как утверждал Павлик Зотов, из меня всё же получился неплохой штурман. Сам он неожиданно из торгового флота ушёл в военно-морской флот и служил на боевом корабле Черноморского флота Российской Федерации. К этому времени в вольной Украине разорили Черноморское пароходство и мне пришлось походить под французским флагом. С Линой мы поженились в 1990 году, свадьбу отгуляли в Москве.
Нам пришлось пережить смутные времена, но сейчас , когда Крым вернулся в Россию, все наши друзья осели в Севастополе. Павел Павлович Зотов, хотя уже и в отставке, продолжает читать курсы навигации в Училище имени Нахимова. Его жена Зинаида преподаёт радиотехнику в одном из колледжей. Мой верный дружок Лина «служит» в Казачьей бухте научным консультантом. И только меня –бездельника и пенсионера больше увлекла живопись. И как обещал я своей жене , стал неплохо играть на гитаре и вечерами балую её бардовскими песнями. Но и свои уже стал сочинять. Когда у нас в гостях Павлик и я начинаю свои концерты, то он шутливо сокрушаетя : научил на свою голову…








Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 45
© 08.10.2017 Борис Ящук

Рубрика произведения: Проза -> Рассказ
Оценки: отлично 0, интересно 0, не заинтересовало 0
Сказали спасибо: 2 автора












1