Верона. Часть II. Глава III. II


Вера
Этот необычный и знаменательный день начался с кулинарного мастер-класса, который проводил известный итальянский шеф-повар на террасе отеля. Было организовано шоу, на котором каждый желающий мог стать помощником шефа и приготовить совместный завтрак. Руссо поднял мою руку. Я тут же на него шикнула и покраснела. Но он с невозмутимым видом сказал, что я должна разнообразить свои навыки и это прекрасная возможность посмотреть шефа в деле. Он представил меня шефу как Верону, тот расплылся в улыбке и громко захлопал в ладоши. Верона в Вероне! Как весело!
Я и еще несколько постояльцев отеля прошли на импровизированную сцену. Руссо вызвался переводить, так как моего знания английского было недостаточно. Каждому участнику шеф дал задание, мне достались оладьи, но я предложила свой рецепт блинчиков. Шеф с радостью согласился. Он помогал каждому участнику, но ко мне практически не подходил, и так было видно, что я прекрасно справляюсь сама. Процесс приготовления проходил в расслабленной атмосфере, звучали песни на итальянском языке, шеф подпевал и вел себя очень экстравагантно: как жонглер подбрасывал фрукты, затем сорвал из кашпо цветы и закрепил их к фартукам участников с эмблемой отеля. Когда он подошел ко мне, Руссо ловко вырвал у него из рук цветок и сам воткнул мне в петлицу. Шеф сначала сконфузился, но потом оценил его поступок похлопыванием по плечу.
Все закончилось тем, что шеф внес изюминку оформлением каждого блюда и надо сказать, сделал это мастерски. В каждую порцию моих блинчиков он добавил нарезанную веером клубнику и мороженное. Далее началось голосование, присутствующие подходили к столику каждого участника, снимали пробу и оставляли свой голос. Набрав большее количество голосов, я так была горда, что чуть не расплакалась. Руссо вовремя вывел меня из транса, обмазал мороженым щеки, а потом под шквал аплодисментов слизал его.
В качестве приза мне вручили приглашение на недельные курсы, этому конечно Руссо не обрадовался и я как бы невзначай оставила пригласительный на столе. Но когда вернулась за забытой курткой, буклета, почему-то там не оказалось. Как говорится моя потеря, чья-то находка. Ладно, я не обиде, пусть хоть кому-то эти курсы принесут пользу, не пропадать же такой возможности.
На выходе из отеля нас ждала гид – молодая женщина по имени Лола. Она повела нас сразу на Арену ди Верона, это третий по величине амфитеатр в Италии, по пути обстоятельно рассказывая историю города. Затем мы посетили замок Кастельвеккио, построенный в восьмом веке. Руссо был весь в своих мыслях, гида он явно не слушал, но терпеливо шагал за нами и частенько хватал меня, то за руки, то за плечи, давая понять, что рядом. Я была ему благодарна уже за то, что мы вообще сюда приехали и то, как он грамотно распланировал наше пребывание.
Распрощавшись с гидом, мы пообедали в маленьком семейном ресторанчике, который нам посоветовал администратор отеля. Два зала были забиты до отказа, нам повезло, молодая пара с ребенком только покинули один столик и мы тут же его заняли. Туристов было мало, в основном обедали местные жители. Мы съели две отменные мясные пиццы и направились в парк скоротать часок до следующей экскурсии и набраться немного сил. Многочасовая ходьба по городу нас немного утомила.
Мы сидели с Руссо на скамейке, он просматривал список входящих звонков и некоторым тут же перезванивал. Краем глаза я заметила, что ему вчера звонила бывшая девушка и тут же надула губы.
– Ты чего? – напрягся Руссо, закончив очередной разговор.
– Почему ты не сказал, что тебе звонила Лилианна? Это из-за нее ты сорвался и побежал в спортзал?
Руссо долго молчал, я все это время нервно покусывала губы, пока они снова не закровоточили.
– Она несла всякую чушь, про то, что хочет меня вернуть... – наконец-то выпалил он.
– Что? – я вскочила и вытаращилась на Руссо, усталость как рукой сняло. – Какая наглость! Так и сказала?
– Угу, – Руссо неотрывно пялился в телефон. – Я же говорю – чушь...
– И что ты ей ответил? – мой голос предательски задрожал.
Руссо тут же поднял на меня глаза.
– А что я ей мог ответить, Верона? Как ты думаешь?
Я ничего не думала, а просто впала в ступор.
– Послал ее куда подальше! Вот что! Меня злит, что ты это спрашиваешь...
– Злит? Тебя? – я срываюсь с места и бегу к выходу.
Куда меня несет? Опять я сначала делаю, потом думаю! Я даже понятия не имею, в какой стороне отель. Глаза застилают слезы. Так и знала, что вся эта история всплывет еще не один раз. Она не оставляет его в покое. Они прожили два года вместе, а мы знакомы всего месяц. Какой-то жалкий месяц! У меня нет ни шанса.
Руссо нагоняет меня на выходе из парка и разворачивает к себе.
– Верона! Если ты еще раз так сделаешь, я за себя не отвечаю! – орет он мне в лицо. – Какого хрена?! Куда ты рванула?!
Он трясет меня за плечи, я уже плачу навзрыд. Руссо прижимает меня к себе так крепко, что аж кости трещат.
– Ты чего? Малышка? Поговори со мной!
– Она добьется того чего хочет. Я знаю...
– Ты что меня ревнуешь к ней?
Я молчу и дураку понятно, что ревную.
– Я люблю тебя Верона, ты же знаешь это, – он покрывает мое лицо поцелуями и прижимает к груди. – Черт! Верона, мне никто кроме тебя не нужен! Успокойся малышка, не забивай свою красивую голову всякой ерундой. Честно говоря, о ее звонке я не хотел тебе говорить, знал, что ты расстроишься.
– Нет, я должна знать.
– Зачем? Чтобы изводить себя?
Мы вернулись в парк. Руссо посадил меня к себе на колени и мы еще долго сидели обнявшись, и смотрели, как на соседней скамейке пожилая итальянка подкармливала голубей. Руссо то и дело шептал мне всякие сальности, что он сделает со мной, когда мы приедем на Сицилию, в итоге от его слов я уже так раскраснелась, что воспряла духом и к началу следующей экскурсии святилась как рождественская елка.

***
Аристарх
Я приготовился к очередному нудному рассказу и утомительному походу, но увидев, что мы будем на экскурсии не одни, воспрял. Нас было три пары. С чуваками, Артемом и Робертом, я сразу скентовался. Еще бы! У одного в сумке вискарь, у другого армянский коньяк. Фрукты и сыр из отеля на закусон. Так сказать, основательно подготовились. Один я тут олух! Но я сразу реабилитировался и сказал, что ужин за мой счет. Вероне тоже приглянулась новая компания и шумной толпой мы направились к дому Ромео.
Пока наши девчонки внимали рассказам гида, мы украдкой раскупорили вискарь и дважды приложились. Ух! Я встряхнул башкой. Круто! Эта экскурсия мне уже нравится.
В дом Ромео мы попасть не смогли, оказывается эта частная резиденция и ее можно осмотреть только с внешней стороны. На хрена мы сюда приперлись? Посмотреть на каменную кладку? Гид подвела нас к зубчатой стене и долго тараторила про историю семьи Монтекки. Оказывается, дом использовался, как крепость. Из-за терок между группировками все влиятельные семьи имели подобные укрепленные владения. На этом я отключил свое внимание и смотрел только на Верону. Моя малышка излучала такой свет, что я не в состоянии был отвезти от нее глаз. Какая же она славная, непосредственная и смешная. А когда поднимает на меня синие глазища я тону. Черт! Я втрескался по уши!
Вискарь мы приговорили в три захода. Пока шли по извилистым улочкам чуваки распечатали коньяк и на втором заходе мы были пойманы с поличным. Девчонки раскудахтались в три голоса. Тогда я нырнул в винный погребок и вышел оттуда с бутылкой красного вина и одноразовыми стаканчиками. Сегодня никто не должен остаться без выпивки. Даже гид! Она долго сопротивлялась, но я настоял. А как известно бабы отказать мне не могут. Черт! Ну и развезло же меня...
К дому Джульетты мы подходили с раскрасневшимися лицами и улыбкой до ушей. Во дворе стояла статуя Джульетты и все терли ей груди. Я, конечно, тоже заценил размерчик, ничего так была эта Джульетта! И это в тринадцать-то лет! Чуваки попались с юморком и мы зажигали до того момента пока девчонки не поднялись на балкон Джульетты. Тут я понял, что это особенная церемония должна сопровождаться романтическими излияниями. Типа мы это группка от лица Ромео, а они типа Джульетты. Чуваки начали корежиться и что-то там из себя изображать. Пошла романтическая бладуба, но вокруг был такой галдешь, что их было еле слышно. Это не моя тема, но оставить свою малышку без внимания я не мог и потянулся к телефону. Нашел мелодию Джо Кокера и, дождавшись, когда озадаченная и сконфуженная моим молчанием Верона останется на балконе одна, включил аудио файл и затянул:
– You are so beautiful to me. You are so beautiful to me. Can’t you see. You’re everything I hoped for. You’re everything I need. Youaresobeautifultome[1].
Вокруг меня начала собираться толпа япошек и снимать на телефон. Черт! Откуда их столько набежало?
Верона прикрыла рот рукой, на глазах слезы. Моя малышка плачет по любому поводу. Пою второй куплет, одна рука лежит на груди, вторая сжимает телефон. Добавляю хрипотцы в голос, это же Джо Кокер!
Когда я допел, она уже летела ко мне со всех ног. Запрыгнув на меня, она обвила своими стройными ножками мои бедра, и я еле устоял на ногах.
– Я люблю тебя, Верона, – прошептал я ей на ухо.
Дальнейшее помню урывками, коньяк шарашил по венам и туманил башку. Странно то, что, даже напившись, я чувствовал себя на высоте. Никакого раздрайва и ярости. Мы посетили могилу Джульетты. Верона возложила на гробницу маленький букетик белых лилий. Я усмехнулся, поняв, что она прихватила цветы из отеля и таскала их в сумке все это время. Где похоронен Ромео я так и не понял, хотя этой теме гид посвятила не одну минуту.
Меня пробило не на шутку, я таращился на Верону как умалишенный. В ее скорбном облике было что-то ангельское, от чего мою грудь распирало во все стороны. Накатила такая волна нежности, что я еле сдерживался. Хотелось сгрести ее в охапку и целовать, пока не взвоет.
Очнулся я, когда меня ткнул в бок Роберт и спросил, где будем ужинать.
– Вы обязательно должны к нам присоединиться! – воскликнула девушка Роберта, не помню, как ее зовут, да и на кой хрен мне ее имя.
По дальнейшему разговору я понимаю, что эти две парочки запланировали «Символическое венчание». Это когда ты переодеваешься в средневековые шмотки и даешь клятвы в любви и верности в церкви, где венчались Ромео и Джульетта. Тьфу! Блабуда какая-то! Меня прямо передернуло!
Я съехидничал, типа венчание той парочке не помогло и теперь они призраками бродят по Вероне, так и не обретя счастья. Моя малышка погрустнела, сказала, что ей нужно отойти в дамскую комнату, но я понял, что она хочет это долбанное венчание и пошла плакать в туалет. А какое венчание без колец? Пока ее не было, я спросил у официанта, где здесь ближайший ювелирный бутик, попросил наших новых друзей присмотреть за Вероной и рванул. Честно говоря, в тот момент я думал о кольцах, как о красивых безделушках, типа память об этой поездке. Но стоя перед прилавком, усыпанным огромным выбором я осознал, что это будет не просто побрякушка, а символ нашей любви.
Вернулся я только через час. Верона сидела надув губки, в глазах упрек. Я бросил ее, ничего не сказав.
– Детка, ты хочешь это? – спросил я, показывая на рекламный буклет.
Она покраснела, смутилась. Конечно, хочет, но я должен это услышать.
– Да, – выдавливает она из себя, – но я думала такое не для тебя.
Я протянул ей руку.
– Пойдем, узнаем, что там за «Символическое венчание».
Расплатившись за ужин, мы всей компанией двинулись к церкви. Там нам подробно объяснили этапы церемониала и весь ее смысл. Все было более менее сносно, но вот наряд меня напряг. Ни за что не нацеплю эти кальсоны в обтяжку!
Возможно, что-то витало в воздухе, как вирус и я его подцепил. Почему-то в тот момент я уже ни в Вероне, ни в себе не сомневался. Я дал согласие на участие в церемонии с некоторыми поправками, но наотрез отказался переодеваться. Компромисс был найден Вероной, она предложила поверх моего прикида надеть черный плащ с капюшоном и я тут же согласился. Плащ еще куда ни шло!

***
Верона
«Венчание» должно пройти в базилике «Сан-Дзено», где по преданию в подземной часовне были тайно обвенчаны Ромео и Джульетта. Церковные помещения освещены тусклым светом. Я стою перед огромным зеркалом и смотрю на свое отражение. Мамочка родная! Что я делаю? Может для кого-то это и «символическое венчание», но только не для меня. На мне белое вышитое бисером платье, как мне сказали сшитое по фасону платья Джульетты из фильма режиссера Карло Карлея и легкая накидка с золотым шнуром на шее. Волосы покрывает диадема из плетеных листьев разных оттенков золота.
Гид приглашает меня. Мы с Руссо идем не по плану, две предыдущие пары уже «обвенчались» и уехали. Наряды предыдущих «невест» были куда скромнее, собственно как и сами церемонии. Руссо пришлось доплатить солидную сумму, чтобы церемонию провели ровно в полночь. Он утверждает, что не романтик, но по тому, какое значение он придал мелочам, на которые я даже не обратила бы внимания, романтик, и еще какой.
Я иду по каменному полу широкого прохода между деревянными скамьями. В базилике никого кроме сотрудников агентства, организовавшего церемонию, но их почти не видно и не слышно. Вокруг витает атмосфера чего-то тайного и запретного. Для нас так и есть. Никто не знает, что мы здесь, и никто не поверит, что мы на это решились. Я сама сейчас не верю в происходящее. Я будто героиня фильма, облачилась в костюм и иду на съемочную площадку.
– Bella[2]… bella, – слышу я за спиной чей-то шепот.
Алтарь окружен большими напольными свечами и корзинами с белоснежными цветами, на этом тоже настоял Руссо. Перед алтарем стоит «католический священник», изображающий брата Лоренцо, что обвенчал влюбленных в трагедии Шекспира. Рядом с ним стоит Руссо. В плаще до пола с капюшоном, он похож на мистического персонажа Викторианской эпохи. Длинные до плеч волосы зачесаны назад. При тусклом освещении его глаза выглядят черными как бездна, которая вот-вот поглотит меня без остатка.
Чем ближе я подхожу к Руссо, тем больше сомневаюсь. Вчера ему звонила Лилианна, и после нее он не мог справиться с собой и побежал в спортзал. Она все еще для него что-то значит, иначе он бы на нее так не реагировал.
Руссо протягивает мне руку, но я останавливаюсь в трех метрах от него и перевожу взгляд на «священника».
– Не могли бы вы отойти на минутку? – спрашиваю я его по-английски.
– В чем дело детка? – Руссо весь напрягся.
– Я хочу кое-что прояснить, пока не началась церемония.
– Что? Детка? – смеется он.
По его реакции я поняла, что он только что хлебнул очередную порцию спиртного.
– Это же не всерьез.
– Дать клятву любимому? Для меня всерьез! – выпаливаю я, глаза блестят от слез, не пойму что тут смешного...
– Ладно, – он трет лицо, зачесывает назад упавшие на лоб пряди волос, – тогда и для меня...
– Руссо, это не шутки, – хмурюсь я. – Если ты не готов, я пойму. Я вообще считаю, что все это сумасшествие. Все как-то стремительно, необдуманно. Мы знакомы всего месяц и вот где оказались. Те две пары встречались по два-три года.
– Не важно, сколько времени мы вместе, – его голос осип, – важно какое место занимаем в жизни друг друга. Ты нужна мне, Верона. Не на день, не на год... я хочу быть с тобой всегда...
От волнения у меня трясутся колени, кажется, еще минута и я упаду, Руссо будто чувствует это и подхватывает меня.
– Детка, ты сама-то готова? На тебе лица нет...
– Руссо мне не названивает бывший парень и не просит меня вернуться. У меня нет прошлого, оно есть у тебя. Поэтому я и спросила...
Руссо притягивает меня и страстно целует в губы, тем самым прерывая все прения, и дает знак «священнику», тот подходит и начинает церемонию. Где-то вдалеке приглушенно звучит хор из мужских голосов. Наверное, это аудиозапись. Я не знаю, что говорит священник, но итальянская речь звучит так мелодично и торжественно, что на глаза наворачиваются слезы. Я даже не сдерживаю их. На мне нет ни грамма косметики и я не переживаю за потекшую тушь. Щеки горят багряным румянцем. Губы начинают кровоточить после очередного укуса. Руссо сжимает мою руку, и этот простой знак внимания немного успокаивает. Он здесь со мной. Он сам захотел эту церемонию, я не просила.
– Он будет зачитывать текст клятвы, мы должны повторять. Справишься? – спрашивает Руссо и целует костяшки моих пальцев.
– Нет! – выпаливаю я слишком громко, чем требовалось. Руссо вздрагивает. – Я хочу сказать от себя сама!
– Лады, только не нервничай, все хорошо, – подбадривает меня Руссо.
Он переводит то, что я сказала, и священник жестом показывает, чтобы я начинала. Но Руссо говорит: «Подожди», копается в кармане брюк и выуживает темно-синюю коробочку, я ахаю. Кольца! О, боже! Он купил нам кольца! Так вот где он пропадал целый час! Ох! Сердце чуть не выпрыгивает из груди.
– Это мое! – протягивает он мне кольцо.
Я беру кольцо, несколько секунд рассматриваю его. Это платина, поделенная на три части по горизонтали. Центральная часть усеяна россыпью черных камней. Оно очень изысканное, но в то же время строгое, лаконичное и отлично подойдет к любому его наряду, даже байкерскому.
– Руссо! Оно бесподобно, – я кидаю на него восторженный взгляд и нервно сглатываю.
– Правда? Тебе нравится?
– Очень.
Он вытягивает левую руку, я вижу, как она дрожит. Значит, он тоже волнуется. Я надеваю кольцо на безымянный палец, но не до конца, а кручу на второй фаланге.
– Я клянусь любить тебя, пока бьется мое сердце. Всегда доверять и не подвергать сомнениям твои слова. Разделять твои победы и достижения. Подставлять плечо в моменты поражений и неудач, – мой голос задрожал, мне понадобилась минута, чтобы собраться с силами. Руссо стоял навытяжку, не торопил меня. – Хочу слиться с тобой в одно целое. Стать твоей жизнью, твоим дыханием, твоей опорой. Клянусь быть только твоей и не помышлять ни о ком другом даже в мыслях. Окружать тебя заботой, дарить тебе удовольствие. Этой клятвой я вручаю тебе свое тело... свою душу... свое сердце... свою жизнь...
Кольцо садится на его безымянный палец и заманчиво поблескивает в отражении свечей. Руссо с шумом выдыхает и притягивает меня к себе.
– Верона, я думал мы просто повторим за этим гребанным актеришкой слова клятвы и обменяемся кольцами, но после того что ты сказала... хм... дай мне сообразить...
Я смутила его своими излияниями, это понятно.
Через минуту он вынимает второе кольцо из коробочки.
– Дай мне руку, Верона, – требует он.
Я протягиваю руку, но он качает головой.
– Левую, детка. Правую дашь на настоящем венчании.
Опля! На настоящем! Я протягиваю левую руку и смотрю на кольцо. В висках застучало как молотом по наковальне. Боже, какая красота! Оно тоже платиновое, в центре огромного размера синий сапфир, а вокруг него россыпь маленьких бриллиантов. Я теряю дар речи, поднимаю на него глаза. Руссо бледный как молоко.
– Малышка, моя клятва будет очень короткой. Если ты сделаешь все, как сказала, я буду самым счастливым человеком. Ты знаешь, меня нельзя назвать идеальным, но я из кожи вылезу, чтобы сделать тебя счастливой. Я люблю тебя, Верона.
Он хочет надеть кольцо, но я сгибаю палец. Руссо бросает на меня непонимающий взгляд.
– Ты кое-что забыл, милый, – хитро улыбаюсь я. – Ты ничего не сказал о верности...
Он сжимает мою руку с кольцом и закатывается громогласным смехом, у всех присутствующих вытягиваются лица.
– Верона! Господи, какая же ты дотошная!
Я хмурюсь.
– Ладно-ладно! Я клянусь, что буду тебе верен. Всегда и во всем. Проклятье! Верона! Ты сведешь меня с ума!
Я разгибаю палец, и кольцо достигает цели. Какое же оно красивое! Не могу на него насмотреться.
«Священник» заканчивает церемонию, наши с Руссо голоса эхом разносятся по сводам храма в заключительной реплике: «Amen[3]».
Мы сливаемся в поцелуе. Слышны вспышки фотоаппаратов. Потом все тихо покидают церковь, оставляя нас наедине с потрескивающими свечами и тайной, что хранят эти стены. Атмосфера потрясающая! Нас с Руссо переполняют эмоции. Это симбиоз нежности, преданности и страсти. От долгого поцелуя наше слияние все жарче и сладостнее. Руссо отрывается от меня на мгновение.
– Я люблю тебя, Верона!
– Я тоже люблю тебя, милый...

***
Аристарх
На часах пять утра, я проснулся, сходил в ванную, отлил, а уснуть уже не смог. Меня переполняли эмоции. Черт! Я спал не больше трех часов. Покручиваю кольцо на пальце. Новый аксессуар заставляет вспомнить все, что было накануне. Вроде был вчера на экскурсиях, а такое ощущение, что женился. После церемонии мы с Вероной решили проветриться и до отеля шли пешком.
Смотрю на Верону, в груди разливается тепло. Моя малышка! Такая хрупкая снаружи и такая сильная духом. Вспоминаю ее клятву и как она закричала на всю церковь: «Нет! Я хочу сказать от себя сама!». Если по чесноку, каждое ее слово впечаталось в мое сознание. Наверное, я буду помнить ее клятву всю оставшуюся жизнь. Во время церемонии я еле сдерживался. Мне хотелось выволочь ее оттуда и прижать к одной из колонн, задрать платье и вторгнуться в ее лоно.
Я сдержал свое слово, не трогал ее два дня и две ночи. Пора брать то, что принадлежит мне по праву. Медленно стягиваю с нее одеяло. Рука тянется к ее попке, я поглаживаю ее и нежно кусаю через тонкую ткань трусиков. Она стонет и качает бедром. Нет, малышка, я не отстану. Даже не надейся.
– Открывай свои синие глазки, детка. Пора дарить то, что обещала, – она что-то сонно бормочет, типа, что хочет спать, – Ты отдала мне свое тело, детка. За свои слова надо отвечать.
Опять ноль эмоций! Тогда я звонко шлепаю ее по попе и говорю:
– Просыпайся!
Она резко разворачивается и замирает с испуганным взглядом. Черт! Чего это она? Вид у нее такой, будто не понимает с кем и где находится.
– Руссо ты мертвого подымешь, – гневно ворчит она, – чего ты хочешь?
– Вот когда ты так спрашиваешь уже ничего!
Вскакиваю с кровати и иду в душ. Сэм в боевой готовности мечется между ног. От его вида Верона распахивает глаза и охает. Решаю принять душ и пойти в спортзал пометелить грушу. В девять часов открывается автосалон по аренде машин, я уже присмотрел и забронировал там вчера тачку.
Холодные потоки воды остужают пыл Сэма, мне все еще обидно и я пытаюсь отвлечься и распланировать этот день. Черт! Верона! Умеешь же ты задеть за живое! Но тут открывается дверь душевой кабины и ко мне влетает Верона. Вид испуганный. Честно говоря, при виде ее я испытал облегчение, но ей не показываю и нарочно сдвигаю брови.
– Что, вспомнила клятву и совесть заела?
– Не хами, – шутливо одергивает она и начинает целовать меня в шею.
Из груди вырывается стон, черт, не могу с ней долго сдерживаться.
– Руссо, не буди меня так больше, – она заглядывает мне в глаза, и я настораживаюсь, – отец по утрам нас дубасил, если мы вовремя не просыпались. Меня всегда бил по попе.
Проклятье! Ну откуда мне это было знать! Притягиваю ее к себе и целую в макушку.
– Детка, почему ты мне раньше ничего не сказала?
– Ну, ты так раньше не делал... тем более в пять утра...
– Ты должна мне говорить о таких вещах. Понимаешь? – она кивает. – Что еще есть из этой же области?
– Я так сразу и не могу сообразить, но если вспомню – скажу.
Мои пальцы тянутся к ее клитору и начинают его слегка сжимать и пощипывать. Она ахает и прижимается всем телом. Добираюсь до ее грудей, нежно массирую, затем притягиваю ее за ягодицы с такой силой, что Сэм снова дергается.
– Давай вернемся в кровать, там так хорошо, – мурлычет она и улыбается, – я со вчерашней ночи мечтаю о втором вторжении. Низ живота уже болит.
– Малышка, – я поднимаю ее лицо за подбородок, ее синие глаза впиваются в меня, – давай сразу договоримся, секс это – святое. Если ты хочешь, не важно как, не важно где, не важно когда, ты должна мне это сказать.
– Я бы сказала, но Сэм вчера был еще не готов.
– Помимо Сэма у меня есть и другие части тела. Поверь, даже будучи импотентом, я смогу тебе доставить удовольствие.
– Но я хотела Сэма, – она хлопает глазами, а мне сносит крышу.
Закручиваю краны, хватаю ее на руки и несу в кровать. Мы оба мокрые, но сейчас меня это мало волнует. Достаю из кармана джинс презик, рву упаковку и быстро натягиваю его на Сэма. Верона таращится на меня своими глазищами, видимо видит это действо впервые.
Думал, что хоть на этот раз мне будет легче, но какой там, только с третьей попытки я вошел и то благодаря смазки презика. Верона морщится от боли и стонет, впивается ногтями в спину.
– Малышка, потерпи, сейчас будет легче.
Начинаю осторожно, но постепенно наращиваю темп, показываю ей, как бы мне хотелось, но она все еще напряжена, кулачки сжаты. Черт! Ей все еще больно! Поддерживая ее за бедра, я переворачиваюсь на спину и приподнимаю ее за плечи. Теперь она сверху.
– Детка, ты пока не можешь в моем ритме, задай свой. Давай, поработай сама. Делай как тебе не больно.
Верона кивает, упирается руками в мою грудь и осторожно начинает двигать бедрами вверх-вниз. Комната наполняется нашими стонами, черт мне просто крышу от нее сносит, не знаю, что меня сейчас больше раззадоривает, видеть ее сверху или чувствовать внутри. Я сжимаю ее ступни, они такие холодные, черт она же вошла ко мне в душ и сразу огорошила. Я и забыл, что мылся в холодной воде.
– Верона, можешь ускориться? – молю я. – Хотя бы немного?
Черт! Я садюга, но я хочу нормально кончить! Хотя бы раз за последний чертов месяц!
– Может ты сам, я потерплю...
Меня обдает холодом, я останавливаю ее.
– Малышка, терпеть не надо... если больно мы еще подождем.
– Ну, я же кончила в прошлый раз, – куксится она, – просто одно дело, когда это делаешь ты, другое – когда я, – она закрывает лицо руками. – Прости меня, я измучила тебя.
Черт! Кажется, отдать бразды правления в ее руки – дурацкая идея.
Переворачиваюсь с ней на бок, упираюсь локтем в матрас, другой рукой притягиваю ее к себе за талию и начинаю нашептывать слова из ее клятвы:
– Клянусь любить тебя, пока бьется мое сердце, – она улыбается и громко вздыхает. – Хочу слиться с тобой в одно целое, – чередую толчки, а в перерывах немного вращаю вокруг стенок ее влагалища. – Стать твоей жизнью... твоим дыханием...
Она выгибается, хватает ртом воздух, громко стонет.
– Окружать тебя заботой, дарить тебе удовольствие, – ускоряю темп, она распахивает глаза, издает хриплый гортанный звук, я чувствую она на подходе. – Этой клятвой я вручаю тебе свое тело... свою душу... свою жизнь...
– Я сейчас кончу! – кричит она уже через минуту, мотает головой из стороны в сторону и хватает меня за ягодицы. Закидывает назад голову, губы приоткрываются в немом крике.
Черт! Она сдерживается, а я так не хочу!
– Кричи Верона! Я хочу слышать как тебе хорошо! – рычу я, наращиваю темп, я сам на подходе.
– Руссо! – прорывается ее голос. – А-а-а-х!
Наконец-то! Меня накрывает!
– Верона! Я люблю тебя! Черт! А-а-а-а! – я кончаю, в голове туман, встряхиваю головой. – Бр-р-р!
Переворачиваю ее на спину, снимаю презик, завязываю узлом и выбрасываю в корзину. Обтираю Сэма простыней и снова вторгаюсь в ее лоно. Она ахает и таращится на меня.
– Не бойся детка, мы просто полежим так. Расслабься.
– Мне не нравится с презервативом, – жалуется Верона.
– А кому нравится? Поэтому я и просил тебя сходить к гинекологу.
Я ставлю ей засос на шее, она шикает на меня.
– Это мое тело! – бурчу я. – Что хочу то и делаю! Забыла свою клятву?
– Боже, так и знала, что мне эта клятва боком выйдет, – смеется она.
– Малышка, клятва супер. Я оценил.
– Ты снова забыл про верность.
– Ты это про что? – смотрю ей в глаза.
– Когда только что повторял мою клятву, опять ни слова про верность, а я ведь ждала...
– О господи! Верона! – я закатываюсь громогласным хохотом, наверное, я разбудил половину этажа. – Я просто не люблю об этом трепаться!
Она улыбается, прикусывает свой безымянный окольцованный пальчик. Знала бы она, как сейчас эротична! Черт! Сэм снова встал.
– Малышка, выдержишь еще раз?
Она закусывает губу и кивает. В синих бездонных глазах озорной блеск. Ох! Я снова тону!

http://idavydova.ru/
https://www.facebook.com/inessa.davydoff
https://twitter.com/Dinessa1
https://ok.ru/group53106623119470

[1] Ты так прекрасна для меня, ты так прекрасна для меня. Неужели не видишь, что ты – все, на что я надеялся, ты – все, что мне нужно. Ты так прекрасна для меня. [2] Bella (итал.) – Красивая [3] Amen (итал.) – Аминь.  







Рейтинг работы: 0
Количество отзывов: 0
Количество просмотров: 22
© 08.10.2017 Инесса Давыдова

Метки: роман, любовь, отношения, Верона, любовный роман,
Рубрика произведения: Проза -> Роман
Оценки: отлично 0, интересно 0, не заинтересовало 0












1