Нас почитают умершими


Аннотация:

Когда твои улицы - окопы, а дома - землянки, ты быстро привыкаешь ходить на полусогнутых ногах. Со временем это становится настолько же естественным, как и потребность в еде или сне. Но рано или поздно тебе придется принять решение: хочешь ли ты дожить до старости, ползая на четвереньках, или готов рискнуть и выпрямиться. Возможно, в первый и последний раз в своей жизни.

Роман Казимирский
Нас почитают умершими
Повесть


Это великое счастье - стоять, выпрямившись во весь рост. В этот момент тебе кажется, что ты подпираешь головой небеса. Смотришь на всех сверху вниз и ощущаешь собственное величие. Никто тебе не хозяин, никто не указ. Обманчивое чувство, конечно. Уже в следующий момент ты снова сгибаешься пополам и - быстро, чтобы никто не заметил - бежишь дальше по своим делам. Дети, родители, коллеги, жена-муж, обычные прохожие, большинство из которых идет, уставившись себе под ноги, словно обронили что-то важное. - Эй! Смотри, куда прешь! Очередной болван толкнул Корешка и, даже не извинившись, продолжил свой путь. Тот остановился и прокричал ему в ответ несколько обидных эпитетов. Грубиян, вероятно, не ожидал такой тирады от совсем еще юного человека и поэтому с удивлением оглянулся, вытянув шею и открыв рот, чтобы ответить. Это было ошибкой. Тут же в воздухе что-то прожужжало, и беспечный прохожий, крякнув, отлетел в сторону. Верхняя часть его головы была начисто срезана снарядом, который прилетел с восточной стороны, и теперь валялась неподалеку, напоминая глиняную миску с уродливым варевом. Корешок испуганно прижал ладонь ко рту и воровато оглянулся, словно это он только что отнял жизнь у совершенно незнакомого человека. По сути, так оно и было. Никому, кроме него, не пришло бы в голову реагировать на рядовое столкновение, тем более что это было здесь обычным делом. Наскоро прочитав молитву над покойником, юноша кивнул ему, как старому знакомому, и поспешил скрыться. На самом деле, у него было более чем достаточно поводов для того чтобы нервничать. Утром он обнаружил, что кто-то разграбил его делянку с картофелем. И самое обидное было то, что никого, кроме себя самого, он не мог в этом винить - все давно собрали урожай, и только он, как всегда, откладывал работы на последний момент. Откладывал-откладывал и вот - получил. Сам дурак. Как теперь жить? Придется выпрашивать еду у родителей, как в детстве. А еще его бросила девушка. Просто в очередной раз не открыла ему дверь. Сказала, что нашла кого-то другого, более перспективного, да и, вообще, у них, оказывается, разные взгляды на жизнь. - Какие, к чертям, взгляды?! - барабанил Корешок кулаками в запертую дверь. - Ты на чьей стороне? Запада или востока? - Запада, - наугад ответил парень, которому, на самом деле, никогда не задумывался об этом. - Вот видишь... - на это разговор был закончен, потому что, по мнению политически подкованной девушки, между сторонниками противоборствующих сторон не могло быть ничего общего. Молодой человек еще немного постоял и ради приличия громогласно сообщил окружающим о том, что его бывшая невеста - щлюха и тварь последняя, но потом был вынужден убраться восвояси, потому что, во-первых, его личная трагедия никого не беспокоила, и, во-вторых, он и сам понимал, что это бессмысленно. Все общество словно сошло с ума. Еще недавно все просто старались выжить, проклиная военных, из-за которых люди были вынуждены прятаться в окопах, которые из укрытий давно превратились в полноценные города с улицами и даже местной администрацией. Но прошло какое-то время, и народ разделился на правых и левых. Первые заявляли о своей преданности западной модели общества, а вторые кричали о том, что только восточные соседи смогут обеспечить им достойную жизнь. По факту ни те, ни другие понятия не имели не только о том, из-за чего, собственно, разгорелась война, но и о том, кто именно воюет и с кем. Снаряды прилетали то с одной, то с другой стороны, и не было никакой разницы, чья пуля тебя убьет. Но людям нужно было чувствовать собственную значимость, и они, сидя в своих землянках, при свете масляных ламп обсуждали политическую ситуацию в мире, который давно стал для них чужим. Говоря по чести, Корешок и сам мало отличался от них - он, как все, любил вполголоса ругать чиновников, обожал считать чужие деньги и заранее презирал всех, кто не был согласен с его мнением. Вернувшись в свою комнату, молодой человек обнаружил, что ее уже кто-то занял, и еще пару часов потратил на то, чтобы выдворить захватчиков, которыми оказались умники из соседнего окопа. Хорошо, что мимо проходил старшина Карп, он быстро поставил на место зарвавшихся чужаков, пригрозив расстрелом без суда и следствия. Наблюдая за тем, как беженцы, бормоча себе что-то под нос и жалуясь на произвол, собирают свои пожитки, Корешок поблагодарил Всевышнего за то, что у них не было детей - тогда закон был бы на их стороне. Возможно, у переселенцев возникли те же мысли, что и у него, так как женщина попыталась изобразить беременность. Правда, Карп быстро раскусил ее и, не обращая внимания на подушку, которую она запихала под платье, выставил вон все семейство. Интересно, что с ними стало? Хотя, какое ему до этого дело? Самому бы выжить. Следовало бы прогуляться в молельный дом и поставить пару свечек в благодарность за то, что все обошлось, но свечи стоили денег, которых о парня не было, так что он просто послал небу воздушный поцелуй и пообещал зайти как-нибудь в другой раз. Комната, в которой Корешок не появлялся последние три или четыре недели, представляла собой тесную землянку площадью в несколько квадратных метров. Вообще, было удивительно, как здесь могли разместиться сразу столько людей - вероятно, их слишком сильно прижало, раз они с таким упорством цеплялись за это место. Поднеся горящую свечу к стене, юноша заметил на ней царапины, нанесенные чем-то острым вроде гвоздя: одна, две, три... Похоже, квартиранты вели счет дням, проведенным здесь. Насчитав семнадцать отметин, он грустно усмехнулся и уже отвернулся, чтобы проверить состояние замка, как вдруг что-то привлекло его внимание. Наклонившись, он вытащил из небольшого углубления, которого раньше не было, потрепанную книгу и, сдув с нее пыль, медленно прочитал: - Нас почитают умершими. Странное название, подумал Корешок. Настолько же странное, как и сам факт нахождения здесь настоящей книги, пусть и в не очень хорошем состоянии. Бумажные издания давно считались настоящим раритетом, и было сложно представить, чтобы такой ценностью обладали люди, у которых за душой ничего не было. Покопавшись в памяти, юноша попытался вспомнить лица незваных гостей, которых он недавно выставил из своего дома, но у него ничего не вышло. Вообще, ему редко когда хотелось запоминать незнакомцев - потом они являлись ему во сне и требовали общения. Слишком много чести. Повертев находку в руках, он так и не смог решить, что с ней делать и просто бросил на стул, но промахнулся - и книга шмякнулась на грязный пол. Звук показался Корешку забавным, и он с трудом сдержался, чтобы не повторить попытку, но в последний момент передумал. Он уже взрослый, время игр прошло. Пора браться за ум. К тому же книгу можно продать или обменять на еду. Да и горит бумага замечательно, что тоже неплохо. Пока молодой человек доказывал себе собственную состоятельность путем уборки в своем скромном жилище, за его пределами происходили события, которые кому-то могли показаться пустяковыми, но по факту имели огромное значение для всех, кто был в них вовлечен. Женщина по имени Диковина с нежностью гладила своего супруга Бомбу по щеке за то, что тот притащил домой целых три мешка первоклассной картошки. Да, это именно он обнес делянку Корешка, и жена, конечно, догадывалась о том, что сами по себе корнеплоды никогда не смогли бы материализоваться в ее погребе, но разве это имело значение? Бомба впервые за долгое время поступил как настоящий мужчина, и она оценила этот порыв. То, что в результате его действий мог пострадать кто-то третий, ее нисколько не беспокоило. Как не могло беспокоить и то, что в тот момент, когда они с мужем перекладывали картошку из мешков в специально сооруженный для таких целей короб, за ними сквозь шелку в приоткрытой двери наблюдал сосед Дрын. Неожиданное богатство, свалившееся на супружескую чету, настолько оскорбило его перманентно сведенный судорогой желудок, что этой же ночью он прокрадется в землянку Бомбы и Диковины и перережет обоим горло, пока те будут спать. После этого Дрын начнет жрать сырой картофель и не сможет остановиться, пока сам не погибнет. Когда на следующее утро их найдет сборщик налогов Колтун, поднимется жуткий шум - и общее собрание жильцов окрестных окопов обвинит во всем правительство, которое довело своих подопечных до безумия. Восстание вспыхнет стихийно и уничтожит все, что Карп и ему подобные выстраивали на протяжении последних нескольких десятилетий. И все бы ничего, но бунтовщики не предложат ничего взамен старой системы. Их главным лозунгом станет "НЕ СКРЫВАЙСЯ!" - и это будет самым глупым призывом из всех возможных. Многие из тех, кто прислушается к нему и, возможно, впервые в своей жизни разогнут спину, тут же попадут на линию огня и будут убиты. Уцелевшие упадут на четвереньки и больше никогда не повторят этой ошибки. И если раньше они гуляли, просто пригнувшись, то теперь станут ползать. Обиднее всего то, что виновников этой акции бессмысленного протеста так и не найдут - главным образом потому, что не будут искать. У некоторых даже возникнет мысль о том, что волнения были задуманы и спровоцированы правительством, которое желало таким образом укрепить свою власть. Еще долгое время эта версия будет самой популярной среди населения, однако никто вслух так и не решится ее озвучить - все ограничится перешептыванием и многозначительным перемигиванием. Общая тайна будет согревать людей по ночам лучше любой грелки, и они будут искренне считать себя вовлеченными в большую политику. Корешок всего этого не увидит, потому что в это время будет смотреть в глаза девушки по имени Нота и думать о том, что слишком часто ошибался в этой жизни. Но все это случится позже, а пока молодой человек, ругаясь себе под нос, извлекал из-под кровати комки чужих жизней, состоявшие из спутанных волос, остатков несъеденной пищи и прочей дряни. Параллельно он представлял себе, как явится к своей бывшей, весь такой успешный и богатый, и нагло ухмыльнется ей в лицо. Интересно, что она тогда будет чувствовать? Упадет на колени, станет молить о прощении? Хорошо бы. Оставалось только стать богатым и успешным. С этим были проблемы - у Корешка в голове не было ни единой мысли о том, как добиться от этой жизни желаемого. Можно было бы, конечно, попытаться отправиться на заработки, как поступали многие его знакомые. Но в последнее время стало сложно с любой работой - наметился кризис, который охватил все сферы жизни. Каждый мало-мальски крупный окоп норовил объявить себя самостоятельный территориальной единицей, и если раньше любой мог беспрепятственно путешествовать из пункта "а" в пункт "б", то теперь это превратилось в настоящий бег с препятствиями, причем в прямом значении этого слова. Вспомнив о том, как его едва не подстрелили, когда он попытался навестить свою родную бабушку, живущую всего в нескольких минутах ходьбы от его дома, Корешок поморщился. Чтоб вы все передохли, бюрократы чертовы! Погрузившись в тяжелые размышления, молодой человек не сразу услышал, как кто-то стучится в запертую дверь, и обратил на это внимание, только когда стук повторился. - Кто там? - отложив в сторону веник, он подошел в двери, но отпирать не стал. - Простите... - голос, без сомнений, принадлежал женщине, но Корешок не мог с уверенностью сказать, слышал ли его прежде. - Я не хотела вас беспокоить, но у вас есть кое-что мое. - Вранье! - возмутился парень, прикидывая в уме, не прихватил ли он, на самом деле, ненароком что-то чужое. - Уходите, а то я вызову полицию! - Это книга, - подсказала гостья. - Возможно, вы ее еще не нашли. Я оставила ее... - А! - Корешок, наконец, понял, кто говорит с ним, и распахнул дверь, заранее нацепив на лицо насмешливое выражение. - Господа подселенцы! А не пойти ли вам... Грубая шутка застряла у него в горле, когда он увидел, кто перед ним. Страшненькая - такое впечатление произвела на него девушка, которая, согнувшись, стояла на пороге. Но это было не главное. Молодая - судя по всему, почти подросток. Грязная до ужаса. И огромные - просто громадные - глаза! Корешку никогда прежде не приходилось видеть глаза такого размера. Моментально утонув в них, он уже больше не замечал ни того, что посетительница не отличалась особой красотой, ни того, что из одежды на ней был только старый балахон, какие носили разве что побирушки, ни того, что от нее исходил резкий запах немытого тела. Все это осталось на заднем плане. Помотав головой, чтобы отогнать наваждение, молодой человек отступил вглубь комнаты и, не отдавая себе отчета в том, что делает, пригласил гостью войти. - Простите, ради бога, - девушка ежесекундно кланялась и, казалось, уже готова была расплакаться. - Мне ничего не нужно, только книгу отдайте, пожалуйста. Она все, что у меня есть. - Конечно... - Корешок вдруг почувствовал себя вором, потому что уже придумал, кому продать то, что ему не принадлежало. - Берите. Мне чужого не нужно. Я как раз думал о том, чтобы отыскать ее владельца, но не знал, куда обратиться. Сами знаете, как нынче работает стол находок - все, что туда попадает, исчезает без следа. Продолжая бормотать что-то невразумительное, он на негнущихся ногах подошел к книге, которая продолжала лежать на полу, поднял ее и протянул незнакомке. Та радостно вскрикнула и, быстро схватив свое сокровище, прижала его к груди. Было видно, что она изо всех сил борется с желанием сбежать, и чтобы как-то сгладить ситуацию, Корешок сделал то, чего сам от себя не ожидал - предложил гостье разделить с ним трапезу. - Вы, наверное, устали, - промямлил он, ненавидя себя за внезапно проявившееся косноязычие. - Отдохните. Присаживайтесь. Вот сюда. Я сейчас. Почти насильно усадив девушку на стул, он кинулся к кухонным ящикам, вспомнив, что успел положить туда то немногое, что принес с собой. Честно говоря, у него больше ничего не было, но ему почему-то вдруг стало совершенно не важно, чем он станет питаться на следующий день. Главное, чтобы эта странная посетительница как можно дольше не уходила. Все, что угодно, только не это. И пусть ее запах моментально заполнил собой помещение - он почти не замечал его. Руки трясутся, голова идет кругом, мозг отказывается работать - что с ним, черт подери?! Корешок уже давно не считал себя сопляком, способным потерять контроль над собой из-за какой-то девчонки, причем не самой симпатичной, чего уж там. У него за плечами были длительные отношения, он мог вполне сойти за взрослую самодостаточную особь мужского пола. И все равно ему никак не удавалось прийти в себя. Близость незнакомки будоражила его воображение, в его фантазиях он уже свил с ней семейное гнездышко и долгими зимними вечерами смотрел, не отрываясь, в ее волшебные глаза. - Чаю? Не найдя ничего, что можно было бы выставить на стол, и стыдясь своей бедности, Корешок молил Всевышнего о том, чтобы гостья не была слишком голодна. Пачка старого печенья, оставшаяся с незапамятных времен, - все, что он мог предложить ей. Парень хранил его на особый случай. И вот он настал, этот случай. Согласится ли она? - Да, пожалуйста. Похоже, девушка была из тех, кто не требует многого. Это хорошо, очень хорошо. Его прежняя подружка постоянно просила каких-то лакомств, о существовании которых он даже не подозревал. Возможно, их. На самом деле, и не было - и она просто изо всех сила старалась испортить ему жизнь. Нет, настоящая жена не должна себя вести подобным образом, и, возможно, их разрыв был правильным решением. Подумав так, молодой человек чуть не рассмеялся от радости - волны счастья, накатывавшие на него, делали жалкую коморку едва ли не дворцом, и Корешок, который никогда прежде не думал ни о чем подобном, вдруг осознал, что хочет дать своей гостье что-то гораздо большее, чем та жизнь, к которой его готовили родители и все их окружение. Школа, в которой учили лишь тому, как выжить, и обеспечивали самую элементарную грамотность, не готовила его к постановке цели и достижении ее, поэтому он находился некоторой прострации. С одной стороны, Корешок понимал, кто он, и знал свое место, которое находилось очень далеко от центра Вселенной. Но, с другой, он впервые за всю свою жизнь почувствовал в себе силы стать кем-то большим, чем просто обывателем, борющимся за выживание. Даже недавняя потеря урожая уже не казалась ему чем-то из ряда вон выходящим. - А у меня недавно картошку украли, - наливая девушке жидкий чай в чашку для кофе, неожиданно для себя брякнул Корешок. - Весь урожай, представляете? - Наверное, это обидно, - отозвалась та, с благодарностью принимая напиток. - Вы знаете, ни капельки, - молодой человек сказал это с удивившей его самого решимостью, и, залюбовавшись собой, едва не расплескал кипяток, но, к счастью, вовремя спохватился. - Простите. Скажите, откуда вы? - Здесь недалеко, - девушка мило улыбнулась, отчего ее глаза стали еще более очаровательными. - Северный окоп. Нас несколько... Хотя, вы, наверное, и так все знаете - сами видели. - Видел... - почему-то смутился Корешок. - Но вас не заметил. - Меня не было тогда. Я была на границе, оформляла документы. - Удалось? - Что? - Ну, оформить. - Нет, - девушка покачала головой и грустно вздохнула. - Остальные без проблем зарегистрировались, а мне дали время до завтра, чтобы я успела вернуться к себе. Я бы уже ушла, если бы не книга. Еще раз спасибо вам за то, что вернули мне ее. - Она вам дорога? - Очень. Возникла пауза, и Корешок, наблюдая за тем, как его гостья откусывает печенье небольшими кусочками, отчаянно искал тему для разговора. Наконец, ему показалось, что он ее нашел. - О чем она? - Книга? Зачем вам? То есть... Простите, я не то хотела сказать. Конечно, я не сомневаюсь в вашей образованности. Просто сегодня так мало читающих людей, и я не сразу сообразила, что ответить. - Ничего, я привык. И вы правы: я тоже не самый активный читатель - но... Я могу говорить откровенно? - Конечно. - Вы мне очень нравитесь, - чувствуя, как комната плывет у него перед глазами, пробормотал молодой человек. - Не подумайте, я не из этих... Мне не нужны отношения на час. Черт, как сложно! Вот вы вошли - и я больше ни о чем и ни о ком не могу думать. Словно свет из вас какой-то идет, понимаете? Рядом с вами мне хочется быть лучше. Я глупости говорю, да? - Не думаю, - девушка смущенно опустила ресницы, и Корешок увидел, какими длинными они были. - Это неожиданно. Но приятно. Я не привыкла слушать такие слова в свой адрес. - А я не привык говорить эти слова кому-либо, - моментально отреагировал молодой человек, обрадовавшись тому, что собеседница адекватно отреагировала на его признание. - А я ведь даже не знаю, как вас зовут. И еще - когда вы сказали, что собираетесь уехать, и я понял, что могу больше никогда не увидеть вас, у меня внутри будто что-то оборвалось. Для меня это выражение всегда было всего лишь словами, а теперь я знаю, что это. Это и боль, и счастье. Словно кто-то другой говорит сейчас вместо меня. Когда я был маленьким... Вам не скучно со мной? Может быть, мне лучше замолчать? - Нет, что вы. Напротив. Продолжайте, пожалуйста. - Когда я был маленьким, моя бабушка читала мне книгу, которая называлась "Горный венец". Не помню, к сожалению, кто написал ее. - Петр Негош, - подсказала девушка. - Это удивительно, что ваша бабушка читала вам его. Это не детское произведение. - Да, я знаю. Точнее, теперь понимаю. Но это не важно. А важно то, что я на долгие годы забыл о том, каково это - узнавать что-то новое, пусть временами страшное и непонятное. И теперь я вдруг вспомнил об этом. И мне хорошо. Может быть, это судьба? Я имею в виду нашу встречу. - Не знаю. Если следовать логике, то каждый наш шаг - это судьба. Так что - да, наверное, вы правы. А зовут меня Нота. - Очень красивое имя! - За него я должна благодарить своих родителей. От них у меня осталось только оно - и вот это. Девушка вытащила из-под накидки книгу и продемонстрировала ее собеседнику. - Так о чем она? - поинтересовался Корешок, теперь уже совершенно искренне. - Не о чем, а для чего, - ответила Нота. - Точнее, для кого. - И для кого же? - Для меня. Отец написал ее, когда был уже сильно болен. Я до сих пор не могу поверить в то, что его нет рядом со мной. Наверное, поэтому и читать эту книгу не могу. Для меня она как надгробная плита. - То есть вы не прочитали ее? - поразился молодой человек. - Разве такое возможно? - Как видите. Ни одной страницы не освоила. Мне кажется, что как только я приступлю к чтению, отец навсегда исчезнет из моей жизни и больше уже никогда не вернется. Вот и ношу ее с собой, как библию. - А если наоборот? Начнете читать - и отец вернется? - Все может быть. Но я не хочу рисковать. Глядя на свою собеседницу, которая, несмотря на странности, все больше нравилась ему, Корешок пытался понять, чем он мог бы настолько заинтересовать ее, чтобы она захотела остаться. Хотя, напомнил себе молодой человек, дело было не только в ее желании - местная администрация не хотела вешать себе на шею очередную беженку, у которой не было никого, кто мог бы позаботиться о ней. Впрочем... Может быть, это как раз и не плохо. - Скажите мне, Нота, - обратился он к девушке, которая сидела, задумавшись о чем-то своем, - неужели у вас там все настолько плохо, что вы решили перебраться к нам? Мне всегда казалось, что здесь не очень. - Не очень, - согласилась гостья. - Но сейчас везде не очень, и ваш окоп далеко не худший вариант. Если бы вы знали о том, что творится за его пределами... Люди звереют от голода. Никакой морали, кто сильнее, тот и прав. Все, как в самых жутких фантазиях, но только происходит это наяву. А мне так хотелось бы проснуться и понять, что всего этого никогда не было! - Да, мне тоже, - соврал Корешок, который до этого момента никогда не задумывался о чем-то более важном, чем мешок картошки. На самом деле, все, о чем рассказывала девушка, он видел вокруг каждый день, но ему совершенно не хотелось говорить об этом. Пока Нота будет продолжать верить в то, что здесь все иначе, у него будет шанс. - Не хочется туда возвращаться, но человек - это, по сути, приспособленческое животное, и я рано или поздно привыкну, - продолжала рассуждать гостья. - Разве нет другого варианта? - Возможно, и есть. Но не у меня. - Думаю, я смогу вам помочь! - Корешок решительно встал из-за стола и направился к двери. - Только вы никуда не уходите, хорошо? Слышите? Дождитесь меня обязательно! - Что вы задумали? - Пока не хочу об этом говорить, - пригнувшись, чтобы не стукнуться головой о низкий косяк, отозвался молодой человек. - Если все получится, сами обо всем узнаете. Только ни шагу за дверь. Договорились? На самом деле Корешок просто боялся озвучить свои мысли раньше времени. Они, по его мнению, были слишком смелыми, чтобы вот так, без всякой подготовки, вывалить их на девушку. Ему никогда прежде не приходилось принимать более или менее важные решения - до сих пор от него их попросту никто не требовал. Поэтому, приближаясь на полусогнутых ногах к землянке администрации, парень отчаянно трусил и, чтобы хоть как-то унять бешено колотящееся сердце, напевал про себя песенку, которую услышал однажды в детстве и с тех пор бубнил ее про себя во время самых жестоких обстрелов, когда каждая секунда могла стать последней в жизни. Остановившись перед дверью, на которой крупными буквами было написано "ТОЛЬКО ПО ВАЖНЫМ ВОПРОСАМ". Корешок сделал несколько глубоких вдохов и только после этого решился войти. Внутри помещение мало чем отличалось от его собственного, если не считать большей площади и симпатичной секретарши, которая сидела на скамейке, закинув ногу на ногу, и рассматривала свои ухоженные ногти. - Вы что-то хотели? - она недовольно покосилась на посетителя, посмевшего отвлечь ее от этого важного занятия. - Да... У меня, знаете ли, дело личного характера. Не то чтобы важное, но и не самое простое. Слыша собственное лепетание, Корешок искренне презирал себя за мягкотелость и поэтому даже не удивился, когда секретарша, не дослушав до конца, отвернулась и равнодушным голосом попросила прийти как-нибудь в другой раз. - Когда будет не так людно, - пошутила она напоследок, усмехнувшись себе под нос. Молодой человек по привычке покорно повернулся к двери и даже взялся за ручку, но в последний момент в нем подняла голову личность, и он, сжав кулаки, обратился к секретарше. - Нет. - Что, простите? - девушка, не ожидавшая такого поворота, удивленно моргнула. - Я сказал: нет, - Корешок почувствовал, что в нем закипает злость. - Мне нужен Губернатор. Сейчас. - Он на совещании, - нервно дернулась секретарша, смерив наглого посетителя подозрительным взглядом. - И я не знаю, когда он освободится. - Так поинтересуйтесь. Это ведь ваша работа, верно? Поведение парня совершенно не вязалось с его внешностью, и чиновница вдруг струсила. Ей пришло в голову, что у этого замухрышки вполне могут быть влиятельные друзья. Или, чего доброго, пистолет в кармане. Или, еще хуже, это проверка. Откажешь такому - и вылетишь с работы с волчьим билетом. Нет, ей не так много платят, чтобы она искала неприятности на свой красивый зад. В конце концов, можно ведь было, действительно, спросить у Губернатора - а там пусть он сам разбирается. - Конечно, - она лучезарно улыбнулась и, поднявшись со своего места, скрылась за одной из дверей, чтобы спустя всего несколько секунд появиться снова. - Проходите, пожалуйста. Вас примут. Когда Корешок, все еще находящийся под воздействием адреналина из-за собственной смелости, вошел в кабинет, то поразил его великолепному убранству. Скромная прихожая, в которой он только что находился, была всего лишь ширмой, скрывавшей истинное положение дел. Огромная комната, в которой могла бы с легкостью уместиться пара десятков стандартных землянок, была оформлена со вкусом: под ногами лежал дорогой ковер, на стенах висели картины, об истинной ценности которых молодой человек мог только догадываться. В центре кабинета стоял тяжелый деревянный стол, за которым сидел самый пожилой человек и с задумчивым видом рассматривал его. Остановившись перед ковром, Корешок разом растерял всю свою самоуверенность и все никак не решался сделать шаг вперед - ему казалось, что произойдет что-то ужасное, если он наступит на все это великолепие своими не самыми чистыми ботинками. - И что же такого могло случиться, чтобы вы вот так решились отвлечь меня от государственных дел, юноша? - тонким ласковым голосом пропел Губернатор. - Да вот... - Корешок отчаянно пытался обратиться к остаткам смелости, которые - он знал точно - сохранились где-то глубоко внутри его колотящегося сердца. - Просьба у меня есть к вам. - Слушаю вас предельно внимательно. Не стесняйтесь. Мужчина достал из ящика стола сигару и, неторопливо раскурив ее, уставился на посетителя. Корешок все никак не мог понять, говорил ли тот откровенно - или следовало ждать подвоха. Для него любой чиновник такого уровня был сродни небожителю, имеющему прямой доступ к Богу. - Есть одна девушка, - чувствуя, что вот-вот грохнется в обморок, промямлил молодой человек. - Она беженка. Нет никого, кто мог бы за нее поручиться, и ее должны завтра выслать. Но этого никак нельзя делать. - Нельзя? - удивился Губернатор. - Почему же? Закон есть закон, мы не можем принимать кого попало. - Она не кто попало, - Корешок, наконец, пришел в себя - ему помог в этом образ Ноты, который всплыл в его памяти. - Я готов стать ее поручителем. - Да? А на основании чего, позвольте спросить? - Женюсь! - выпалил парень, вытянувшись по струнке, словно оловянный солдатик. - Закон позволяет брать в жены беженок. - Даже так? - Губернатор отодвинул от лица руку с сигарой и окинул собеседника оценивающим взглядом. - А вам известно о том, какую ответственность вы на себя берете? Ведь если решите оформить все официально, у вас больше не будет возможности отказаться. Вы уверены? - Абсолютно. - Значит, любовь? - мужчина усмехнулся и, удивленно покачав головой, глубоко затянулся. - Поразительно. Выпустив в воздух очередное облако дыма, Губернатор встал из-за стола и подошел к Корешку, причем оказалось, что он едва достает ему до плеча - всесильный чиновник был коротышкой с кривыми ногами, но в тот момент парень совершенно не думал об этом - он почти не дышал и, затаив дыхание, ждал окончательного вердикта. Он был так напуган, что если бы сейчас ему объявили о том, что его просьба никак не может быть удовлетворена, у него уже не было бы сил на дальнейшие споры. Но, похоже, день, начавшийся отвратительно, решил смилостивиться над ним - мужчина, обойдя вокруг него несколько раз, наконец, остановился напротив и неожиданно широко улыбнулся. - Ну, что ж, - кивнул он. - Дело молодое. Идите к Синице и скажите, чтобы она подготовила все документы. Я подпишу. - Я... Вы... - Корешок пришел в такой восторг от этой новости, что не сразу сообразил, что нужно говорить. - Спасибо вам большущее! - Пожалуйста. Губернатор, дав согласие на брак, быстро потерял интерес к просителю и, повернувшись к нему спиной, вернулся на свое место. Опасаясь, что он может передумать, Корешок пулей вылетел из кабинета и бросился к секретарше. - Что, так быстро? - ухмыльнулась та, полагая, что наглецу дали от ворот поворот. - Да, уже, - задыхаясь, отозвался тот. - Здесь такое дело. Шеф приказал вам подготовить документы для моего бракосочетания. - А? - девушка не ожидала такого ответа и от удивления уронила на пол пилочку, которую все еще держала в руках. - Еще раз. - Свадьба у меня, - повторил Корешок. - Губернатор дал добро. Вам нужно все подготовить. - Да, да, конечно, - пробормотала окончательно растерявшаяся секретарша. - Раз Губернатор сказал, все сделаю. Нужны ваши имена, номера штрих-кодов и подписи. - Корешок, Нота, - выпалил юноша и замолчал. - Штрих-код... Подождите, я мигом! Пять минут! В это время Губернатор стоял у своей двери и с улыбкой прислушивался к восторженным воплям посетителя. Иногда нужно совершать хорошие дела, чтобы хоть немного поправить свою карму, подумал он. Особенно если это ничего не стоит. Ну, поставит он свою подпись на бумажке - от него не убудет, зато этот дурачок теперь будет всем рассказывать о том, что в мэрии сидят люди, заботящиеся о населении. Кроме того, чиновник неожиданно проникся симпатией к Корешку - в его памяти всплыл день, когда он сам так же стоял перед всесильным правителем окопа и ждал, когда тот даст добро на его брак с милейшей Занозой. Да, странное имя - ему стоило бы трижды подумать, прежде чем брать в жены девушку с такими паспортными данными. Его супруга очень скоро продемонстрировала полное соответствие своего характера имени, но он все равно любит ее. Интересно, как бы сложилась его судьба, если бы прежний мэр был в плохом настроении? Нет, ему не хотелось даже думать об этом. Осознание собственной причастности к чужому счастью заставило Губернатора мечтательно улыбнуться, и он, вмяв сигару в хрустальную пепельницу, вернулся на свое место, насвистывая какую-то веселую мелодию. Выскочив из администрации, Корешок помчался к своей коморке, сшибая случайных прохожих. До этого момента для него самым главным было получить одобрение Губернатора, и он даже не подумал о том, что почти ничего не знает о своей возлюбленной. Штрих-код! Как он мог забыть о нем? Но ничего, ничего. Все будет хорошо. Вот и его дверь. Только бы Нота дождалась его! Он был настолько погружен в собственные мысли, что на мгновение забыл о том, где находится. Почувствовав острую боль, Корешок вскрикнул и упал на четвереньки - снайпер с западной стороны едва не оборвал его жизнь на самом интересном месте, и если бы не счастливая случайность в виде выступающего камня, от которого срикошетила пуля, то все могло бы закончиться здесь же. Чувствуя, как по его спине течет что-то теплое, молодой человек автоматически провел рукой по шее и некоторое время рассматривал красную ладонь. Представив себе, какую глупость он только что едва не совершил, парень нервно хохотнул и, поймав на себе осуждающий взгляд прохожего, поднялся на ноги, чтобы продолжить свой путь, только уже не так резко и согнувшись чуть ли не пополам. Забавная штука - жизнь, как бы банально это ни звучало. Вроде бы ты следуешь правилам, которые успел выучить назубок, но вот случается что-то неординарное, и весь твой опыт летит к чертям - и ты вместе с ним. Например, живет себе человек: ходит на работу, по утрам делает зарядку, старается после шести не есть - в общем, следит за собой и пытается дотянуть до пенсии. А потом видит, как какой-нибудь гопник обижает ребенка, и в нем просыпается Человек. Приспособленец уступает свое место всего на несколько секунд, но и этого оказывается достаточно для того чтобы погибнуть, защищая того, о чьем существовании он еще недавно даже не догадывался. Что это? Может быть, именно такими и должны быть люди - яркими и стремительными? Но как же быть с инстинктом самосохранения? Что лучше - стать Кем-то и умереть? Или остаться никем, но при этом дожить до глубокой старости? Все эти мысли пронеслись в голове Корешка так стремительно, что он даже не успел осознать их полностью. Впрочем, в этом не было никакой необходимости, потому что уже в следующий момент молодой человек распахнул дверь и столкнулся взглядами со своей гостьей. Конец ознакомительного фрагмента. Читать книгу полностью 





Рейтинг работы: 0
Количество отзывов: 0
Количество просмотров: 27
© 06.10.2017 Роман Казимирский

Метки: Роман Казимирский, повесть, фантастика, приключения, альтернативная история, война, побег, escape, нас почитают умершими, любовь,
Рубрика произведения: Проза -> Приключения
Оценки: отлично 0, интересно 0, не заинтересовало 0
Сказали спасибо: 1 автор












1