Августовские притчи - 2017 год


Августовские притчи - 2017 год
ПРИТЧА О ВОСПИТАНИИ
Жил-был щенок, которого кормила, поила и воспитывала жена Хозяина. Сам Хозяин вечно был занят то работой, то домом, то другими делами, направленными на благо всей семьи, в том числе и щенка. Время шло. Щенок вырос в большого пса и как-то Хозяин отдал ему приказ, который пес не исполнил, более того, он покусал Хозяина, когда Хозяин попытался его воспитывать. Тогда обиженный Хозяин спросил у пса:
- Я же тебя растил, кормил, поил, давал крышу над головой. Почему ты такой неблагодарный?
- Не ты меня кормил, поил и растил, - ответил пес, - а твоя жена. А ты для меня - никто.
Мораль: не уподобляйтесь такому Хозяину при воспитании детей, иначе дети вырастут и скажут, что вы их не растили, а прохлаждались.

БАЙКА О ГРИБАХ
В лесу вокруг маленького нефтяного города стали расти странные грибы. По внешнему виду, если смотреть издалека, самые отличные белые: сверху большая шляпка, снизу ножка, уходящая в землю, покрытую лишайником. Но стоит наклониться к грибу, чтобы срезать, как шляпка гриба оказывается крышкой, а ножка небольшой мусорной урной. Так получилось из-за того, что автолюбители маленького нефтяного города загадили лесную почву отработанными моторными маслами, которые, скрывшись среди безмолвных сосен, тайно сливали из двигателей своих машин прямо в грибных местах. Вот грибы насосались и переродились в мусорные урны.
Мораль: когда видишь съедобное, или приемлемое, прежде чем кушать, принимать, или вносить в свой дом, узнай, на чем оно выросло, в чем его суть.

ПРИТЧА О ДОМЕ
Жил-был дом, неплохой такой дом, в котором селилось множество жильцов. Нельзя сказать, что большинство жильцов поселилось в этом доме с радостью, но судьба часто не спрашивает. В таких случаях, обычно, принято благодарить за крышу над головой, но дело в том, что когда жилец привык, что над ним постоянно есть крыша, то ни о какой благодарности дому не может быть и речи. Жилец, не знавший худшего, что ребенок.
Дом знал, что не все его любят, и он сделал многое, чтобы его полюбили, потому что хотел мира и покоя в своем нутре, где обитала душа. Дом каждому жильцу дал свое место, дом каждому дал пищу, предоставил многие свободы, возможности для самосовершенствования..., а некоторым жильцам, которые его не любили, дом предоставил царские подарки, упоминать о которых не имеет смысла, ввиду скромности дома.
Жильцы брали подарки дома, брали с удовольствием, но, к удивлению дома, никакой любви он не получал. Жильцы все его подарки хаяли, говоря о том, что могло быть и больше, и лучше, что многое из того, что дом давал, им и не надо вовсе. Они выискивали в доме неприятные себе углы и в тайне оплевывали их, что дом, конечно, замечал, поскольку он знал, что творится в нем.
Дом начал принимать под свою крышу других жильцов, чтобы найти любовь среди них, но старые жильцы употребляли все силы на то, чтобы привить новым жильцам такую же нелюбовь к дому, какой страдали и они сами.
Тогда дом решил наказывать жильцов, живущих в нем, пользующихся его любовью, за нелюбовь к себе. За провинности он начал бить жильцов дверьми, ударять косяками, ронять их одежду с вешалок, обливать водой... Он всего лишь хотел привить дисциплину, уже коли любви ему удавалось дождаться.
Однако, цена, которой дом добивался дисциплины жильцов, оказалась высокой. Вместо того, чтобы осознать свою вину перед домом, стремиться исправиться, жильцы озлобились на дом еще более. Они принялись оплевывать и окуривать его с удвоенной силой, а где-то даже гадить.
Ненависть жильцов к дому выросла до той степени, что узнав о том, что дом готовится к сносу, жильцы побежали к руководству обслуживающей компании с просьбой ускорить снос дома и с предложением лично поучаствовать в этом сносе! Правда, это они сделали, предварительно истребовав заверения в том, что их поселят в другой дом, чтобы не остаться без жилья.
Дело пошло. Жильцы начали разрушать стены, ломать двери, бить окна в доме, который по-прежнему заботился от них, хотя уже без прежних надежд, а из какого-то непонятного самому себе жильцолюбия.
Завершилась борьба жильцов с домом в пользу жильцов. Им предоставили новый дом, который, к слову сказать, тоже им не понравился. Уже такой характер был у этих жильцов. Старый же дом сильно разрушила управляющая компания, она вынесла из него, все, что можно, разбила специальным оборудованием некоторые несущие конструкции, из-за чего дом перекосился и почти рухнул, но, к счастью дома финансовые возможности управляющей компании оказались не беспредельны, а руководство сменилось. Возникли новые цели и новые идеи. Так дом и застыл на долгое время в полуразрушенном состоянии.
Однако, время шло и, как ни удивительно, лечило и дом. О доме позаботились старые его жильцы, которых он знал, еще при своем строительстве, и, как это ни странно звучит, духи этого дома. Дом стал преображаться. Некоторые стены восстановились, окна обрели стекла, а некоторые комнаты обрели вид, как после ремонта. Конечно, в доме осталось множество неприглядностей, которые напоминали о конфликте с жильцами и управляющей компанией, но в целом дом опять радовал своим видом всех прохожих.
История осталась бы недосказанной, если не упомянуть одно странное обстоятельство. Жильцы, которым дом так много сделал, но которые участвовали в его разрушении, даже спустя много-много лет, проходя мимо этого дома, не упускали случая плюнуть в него, запустить камень или испражниться у его угла, пока никто не видит. При этой встрече лица жильцов каменели, глаза леденели, а лица тускнели, словно бы их изнутри терзало нечто, что можно назвать искаженной совестью. Словно бы жилец, ощущая неприглядность содеянного, совестился, но это выражалось у него не в том, что он извинялся или пытался загладить вину, а в злобе на объект, вызывающий воспоминания, которые жилец хотел бы забыть, но никак не мог, потому что дом продолжал стоять и попадаться на глаза. Впрочем, не все так поступали, наиболее изощренные протягивали дому свою грязную руку, чтобы вытереть о его стену, а другие крайне вежливо здоровались, вдавливая в вежливость слов весь яд, какой могли нацедить в своей гортани.
Дом, однако, уже не обижался на своих бывших жильцов, он понимал, что таков их нрав, но внутрь к себе он их больше никогда не пускал.
Мораль: если в вас поселилось зло, то не надо с ним заигрывать, его надо вырывать с корнем, а потом на чистом поле сеять новое, и главное: никогда не впускать это зло обратно.

ПРИТЧА О ПОДАРКАХ
Как-то одному ребенку на день рождения, не помню, правда, на какой, подарили лопату, компьютер, молоток, автомобиль и многое другое, что можно применять в деле и добиться результата. Ребенок эти подарки принял, но не пользовался ими.
Подарки сложили в чулан или кладовку, или иной склад, где подарки принялись ждать своего часа.
Время шло, ребенок учился пользоваться подарками и постепенно стал их применять. Правда, применял он эти подарки не шатко, ни валко, все оставлял на потом, строил планы, посматривал с гордостью на подарки, хвастался ими, но ждал, ждал, ждал, ждал…
И вот однажды ребенок, будучи далеко не ребенком, спохватился, взял подарки и попытался их применить, но оказалось, что силы уже не те, ум уже не тот, ловкость тоже, а здоровье и вовсе. Постарел этот ребенок. Вот и вся притча.
Мораль: подарки - это таланты, которыми наделяется каждый человек, и надо использовать их вовремя и во всю силу, потому что время, когда сил не будет, приближается безостановочно.

ПРИТЧА О БОГЕ И СТАДЕ
Жило-было одно домашнее животное и пользовалось оно полной любовью хозяина. Хозяин ласкал животное, отлично кормил, предоставлял ему все по первому желанию.
Хозяин тоже хотел жить лучше, и ему казалось, что чем больше у него любимцев, тем лучше. Вот так стадо росло, росло, пока не стало настолько крупным, что хозяин перестал уделять всем его членам равное внимание, а оставшейся доли внимания становилось день ото дня все меньше.
Тогда хозяин нанял надсмотрщиков за стадом, а надсмотрщики уже не имели той любви, что хозяин: они были холодны и расчетливы. Они и наделяли и отбирали без любви, но также как хозяин с ростом стада до огромного уже кое-где не успевали. Вот так появились собаки…
Мораль: чем больше население, тем меньше Бога достается каждому, а чем меньше Бога, тем больше… собак.

ПРИТЧА О ПЕРЕКОСЕ
Как-то Зевсу, главному из древнегреческих Богов, не понравился один из атлантов, державших небесный свод, по которому Зевс иногда прогуливался. Не понравился потому, что атлант сказал что-то неприятное Зевсу и не один раз, а среди Богов было как-то не принято выслушивать критику снизу. Тут же принимались меры.
Зевс вызвал к себе в кабинет Ареса, бога войны, и приказал ему найти какой-нибудь компромат на атланта и посадить того в мертвое царство Аида, или на худой конец изгнать с глаз долой, да хоть в лабиринт Минотавра.
Задача была для Ареса несложной. Он, как было принято в подобных случаях, собрал комиссию и учредил доскональную проверку рациона атланта. Арес прекрасно понимал, что при такой работе, как у атланта, неизменно выявится лишний укус амброзии или глоток нектара. И тут уж не важно: почему, правильно или неправильно? Важен сам факт.
Арес был отличным профессионалом в компроматах, поэтому нужную информацию он накопал в сроки, установленные Зевсом. Атлант получил приговор Олимпийского суда, все действующие лица были поощрены Зевсом, но вот небо покосилось. Впрочем, к этому все быстро привыкли, в том числе и смертные.
Мораль: Наверху ценят не за работу, а за преданность, а к перекосам можно и привыкнуть.

ПРИТЧА ПРО ЗЕМЛЕКОПА
Один человек работал землекопом: он копал сам себе яму, копал ее на протяжении многих лет себе в удовольствие.
- Какое удовольствие в копании ям? - спросил удивленный читатель. - И кто же это сам себе копает яму?
- Да таких примеров масса, - ответил рассказчик. - Достаточно осмотреться и взглянуть на других и на себя внимательнее.
Так вот этот землекоп копал яму увлеченно и с энтузиазмом, получая от того и радость, и веселье, массу отличных эмоций. Эта яма год от года становилась все глубже и глубже, но землекоп не замечал, как он сам уходит под землю, роя эту яму, потому что поначалу, будучи полным сил, он легко из нее выпрыгивал, настолько легко, что почти не замечал. А из этого "почти не замечал" получались отличные истории, которыми землекоп иногда потчевал друзей и близких:
- А вот еще одна история, как я выскочил из ямы...
Примерно так начинались его рассказы…
Время шло, землекоп продолжал углубляться в землю и однажды, когда вылезал из ямы, он ощутил, как задрожали его руки, как неровно стукнуло сердце, как ноги заскользили внутрь ямы, так, что казалось, он сейчас упадет...
Помогли землекопу, вытащили его, попросили яму более не копать.
Однако, сила привычки, выработанной годами, оказалась такова, что землекоп не мог остановиться. Он не мог жить без положительных эмоций и жизнеутверждающего заряда, которые он получал от работы по рытью ямы, поэтому яма продолжала углубляться, хотя уже и не такими быстрыми темпами, как раньше.
Прошло еще время, и землекоп уже не мог выбираться из своей ямы без дополнительных приспособлений, вроде лестницы, которая для него стала, как спасительная таблетка для тяжелобольного. Тут бы землекопу остановиться и он сам понимал, что надо остановиться, он частенько бросал работу, но стоило появиться какой-нибудь провоцирующей случайности, вроде предложения друзей или близких, как землекоп срывался и опять начинал копать и однажды докопался до той степени, что уже и не смог выбраться из этой ямы.
Мораль: каждый копает себе яму своими вредными привычками, которые лучше не заводить, потому что эти привычки заводят туда, откуда не выбраться.

ПРИТЧА О КУРОРТНОМ ЛЕЧЕНИИ
Один медведь повадился ездить на курорты, где пил минеральную воду, где лежал в ваннах, наполненных минеральной водой, мазался грязями. Он до того исполнился заботой о своем здоровье, что следил за ним до самой смерти, после которой встретился на небесах со своим медвежьим Богом.
- Ну как ты жил, дорогой медведь, отчитывайся передо мною, - сказал медвежий Бог.
- Я внимательно следил за дарованной тобою жизнью, поддерживал свое тело в здравии, ездя по курортам, - сказал медведь и выпятил свою грудь с тем расчетом, чтобы на нее легче было повесить райскую медаль.
- А с чего ты взял, что мне нужно, чтобы ты заботился о своем здоровье? - удивленно спросил медвежий Бог.
- Как? - в свою очередь удивился медведь. - Жизнь и здоровье мне предоставлены тобой. Как дороги для меня предметы утвари моей берложьей, и я хвалю тех, кто за ними следит, так я думал, что и жизнь дарованная мне тобою важна для тебя.
- Жизнь, конечно, для меня важна, - согласился медвежий Бог. - Но с чего ты, медведь, взял, что мне важно, чтобы ты за нею следил и употреблял свои силы на то, чтобы за нею следить, а не жить полноценно. Даже предметы твоей утвари важны для тебя не тем, что они в сохранности и блеске, а в том, чтобы ими пользоваться, чтобы эти предметы доставляли наслаждение своим действием.
- Приведите сюда медведя-балагура! - крикнул медвежий Бог.
В божественную медвежью берлогу вошел медведь балагур, зажав в одной лапе бутылку медовухи, другой лапой придерживая на груди медвежью гармонь.
- Ну-ка сбацай чего-нибудь! - попросил медвежий Бог.
Медведь балагур отхлебнул медовухи из бутылки, сел на позолоченный пень и заиграл медвежью комаринскую. На морде медвежьего Бога заиграла улыбка,
- Вот она жизнь! - сказал Бог. - И прожил медведь балагур не меньше твоего, и никаких минеральных ванн он не принимал и грязи на себя не накладывал, ну за исключением, если по пьяному делу в болото не провалится. Всю жизнь он не уставал повторять: вся жизнь наша в руках нашего медвежьего Господа. И это действительно так. Вот смотри.
Медвежий Бог взял в руки ножницы и показал медведю, любителю оздоровления, на множество нитей, спускавшихся возле него до самого пола, выложенного божественным мрамором.
- На каждой из этих нитей висит жизнь медведя, который живет внизу в вашей тайге, и каждый день я обрезаю множество этих нитей, и если ты думаешь, что я смотрю, к кому каждая нить протянута, то ты глубоко ошибаешься. Я просто обрезаю те нити, которые ближе ко мне, которые мешают мне ходить по берлоге, которые мешают спать. Каждый день обрезаю, а назавтра моя берлога опять полна этих нитей. Случай решает жить или не жить каждому из медведей, подвешенных на этих нитях. Вот и все, и никакая минеральная вода, и никакие грязи. Собственно ты и сам это чувствуешь. Точнее - чувствовал.
- Как? - еще раз удивился медведь, любивший оздоравливаться.
- Для тебя же самым главным было заявить о том, что ты побывал на водах. Кто-то купается в шампанском, кто-то в минеральных водах. Это тебя и вдохновляло: приобщение к богемной процедуре оздоровления. Ты хвастун. Нельзя не сказать, что я не радовался, видя на улучшение твоего духа, который ликовал не хуже, чем душа этого медведя балагура.
В этот момент медведь балагур закончил исполнять комаринскую, а медвежий Бог опять обрезал очередную нить и в райскую берлогу вошел медвежонок.
- Конечно, я этого не хотел, - извинился медвежий Бог. - Просто так получается. Конечно, лечитесь, если вам это нравится, но не это главное, а главное состоит в том, что нет никакого главного, кроме того, чтобы вам было интересно, и я не унывал.
Мораль этого повествования состоит в ответе медвежьего Бога.

ПРИТЧА О КАРТИНЕ
На стене висела прекрасная картина, не помню какому художнику она принадлежит, но очень известному, но что самое главное - любимому. Зрители не могли налюбоваться на чудесное сочетание красок, на изящество линий и великолепие сюжета. Они приходили к картине и чтобы наполнить свою душу прекрасным, и чтобы восхититься, и чтобы получить совет, который они всегда находили в картине...
Череда поклонников и поклонниц не прекращалась. Годы, столетия летели в постоянном восхищении этой картиной, и картина не переставала привлекать к себе внимание и одаривать, щедрость ее переходила все границы, потому что зрители уходили одухотворенными и где-то в своей области отдавали подаренное этой картиной и достигали вершин. Особенно привлекало зрителей, что картина отдавала свою любовь почти бесплатно, ничего не требуя взамен, кроме внимания, в отличие от билетеров, стоявших на входе в музей, в котором эта картина висела.
От картины, таким образом, исходила любовь, и ее видели все, кроме стены, на которой эта картина висела.
Стена смотрела на происходящее с непониманием, до нее не доходило, как таким серым, темным созданием, каким она видела картину с тыла, может восхищаться зритель на протяжении многих лет!
- Серость, какая серость исходит от этой картины, - причитала стена и корила картину, висевшую на ней. - Ты бы хоть работать начала, повесила на себя что-нибудь. Это все временное, твое везение, кто-нибудь обязательно разглядит свою серость и темноту, а если не разглядит, то я напишу куда надо.
Картина огорчалась от докучливой унизительной въедливости стены, все-таки стена не была ей чужой и выполняла свои обязанности по отношению к ней педантично в течение многих лет. По сути, стена была близкой подругой. Но все-таки, несмотря на столь близкие отношения, картина не реагировала на упреки стены, а продолжала радовать зрителя. Стена же исполнила свое обещание. Она написала куда надо…
Но кто обращает внимание на написанное на стене?
Картину, конечно, сняли со стены, но лишь на время, чтобы закрасить ту нехорошую надпись, а потом картина вернулась на место. Стена по-прежнему хмуро нудила, картина по-прежнему висела, так и продолжалась эта совместная жизнь.
Мораль: любой талант на ком-то «висит», кого-то тяготит, кого-то огорчает, вечно кто-то видит талант лишь с темной и неприятной стороны, поэтому, если вы талант, или имеете нечто похожее, то не огорчайтесь от стенаний близкого окружения и не реагируйте на них, иначе сами себя же и погубите.

ПРИТЧА О НАСТОЯЩЕМ
Встретились как-то две воды: пресная и минеральная. Разговорились.
- Как же так получается, что ты минеральная вода можешь лечить, а я не могу? - спросила пресная вода у минеральной.
- Ответ очевиден, - сказала минеральная вода. - Я насыщенная растворенными во мне солями, микроэлементами и биологически активными компонентами, - ответила минеральная.
- А где ты их собираешь? - спросила пресная вода
- Под землей, - ответила минеральная вода.
Пресная вода ушла под землю и давай там собирать то, что Бог послал, и действительно вышла она измененная, где-то вкусная колодезная, а где-то насыщенная вредными веществами так, что и пить ее невозможно без специальной очистки. Но лечить пресная вода так и не научилась. Опять она обратилась к минеральной воде с тем же вопросом.
- Дорогая, пресная вода, ты и так хороша сама по себе, поскольку помогаешь людям утолить жажду, зачем тебе лечение? - спросила уже минеральная вода.
- Хочу научиться, - упрямо сказала пресная вода.
- Ладно, открою тебе следующий секрет, надо искать лечебные свойства не везде, а только в уникальных местах в земле, насыщенных солями, микроэлементами и биологически активными компонентами, - ответила минеральная вода.
Пресная вода ушла под землю искать все, о чем говорила минеральная вода, и многое нашла. Она действительно заслужила славу лечебной, но вот только говорили о ней, как о похожей по составу, а о лечебном эффекте говорили, что вроде бы есть. Пресная вода опять обратилась к минеральной с известным вопросом.
- Здесь, конечно, замешаны тонкости, пропорции, - уже начала додумывать минеральная вода.
Тогда пресная вода обратилась к специалистам, которые намешали, как надо, но все стали говорить о подделке. Отчаялась пресная вода стать по-настоящему лечебной, как минеральная, и опять обратилась к ней.
- Твой опыт, дорогая пресная вода, убеждает меня, что, одного точно подобранного по составу лекарства мало, видимо, то, что дано от месторождения и окружения ничем не заменить, - ответила ей минеральная вода. – Я же лечу не сама по себе, а в сочетании со многими факторами. Тут и окружающая природа, и климат, и питание… - все, что создает благоприятное настроение и условия. Если тебе дано лечить, то ты и станешь хорошим врачом, а если нет в тебе всех необходимых качеств изначально, то можно стать похожим, можно стать поддельным, можно, к сожалению, даже стать вредным, а вот настоящим врачом стать невозможно, как, пожалуй, и другим специалистом.
Ответ минеральной воды и будет моралью этой притчи.

ПРИТЧА О СПЛАВЕ ПО ТЕЧЕНИЮ
По течению большой реки плыло разумное существо. Иногда оно мирно лежало на спине, будучи поддерживаемо водой, иногда ловило рыбу в мутной воде этой реки, иногда резвилось, иногда.... было много разных иногда, но в целом, разумное существо плыло по течению, поглядывало на окрестности и думало.
Проплывая мимо прекрасного пляжа, оно подумало:
"Вот бы отдохнуть на этом песочке, понежиться на солнце..."
Повседневные заботы вытеснили эту мысль, а когда эта мысль вернулась, то пляж был далеко позади.
Проплывая мимо красивых лесов, существо подумало:
"Вот бы зайти в этот лес, поискать грибов и ягод".
Повседневные заботы, да и сам налаженный годами распорядок дня, опять увлекли существо насущными заботами. Оно проплывало мимо лесов, каждый раз думая..., и каждый раз проплывая.
Проплывая мимо восхитительных побережий, существо думало:
"Вот тут бы развести костерок, пожарить шашлыков, посидеть..."
Однако, и эта мысль не задерживалась надолго и исчезала под натиском привычных дел, как и многие другие мысли, достойные своего исполнения, которые будучи исполненными, внесли бы разнообразие в размеренную жизнь плывущего по течению разумного существа.
Периоды хороших видов сменялись неинтересными, тогда разумное существо даже не смотрело на берег.
Так разумное существо и плыло по течению, поглядывая на отличные предложения, но проплывая мимо них, затем, оно перестало оглядываться по сторонам, затем, выработало убеждение о вреде перемен, а затем не стало сил что-то менять, а затем... оно приплыло.
Мораль: жизнь интересна новыми впечатлениями, поэтому не проплывайте мимо, не отказывайте себе, потом может не быть возможностей, желания или сил.

ПРИТЧА О НАЖИВКЕ
Жила-была рыба, самая обычная рыба, каких много и в реках, и в озерах, и в морях, и в океанах. Тут даже не важно, какого вида эта рыба была, важно было другое обстоятельство, что она клевала на наживку, на обычную рыболовную наживку, которую охотники до свежей рыбки забрасывали в водоем, маскируя этой наживкой крючок, который рыбу-то и прихватывал накрепко.
Считается, что рыбы - полные дуры, но это не так, они прекрасно видели крючок под наживкой, собирались вокруг него, и начинали обсуждать:
- Смотрите, как хорошо замаскировал крючок этот рыбак, почти не видно, - сказала одна рыба.
- Да, научились эти сатрапы маскировать крючки, - сказала вторая рыба и показала всем порванную губу. - Польстилась как-то таким легким предложением, еле сорвалась.
- Это тебе повезло, - сказала третья. - Как-то в одном нашем спальном районе своими глазами видела, как нашего брата таскали одного за другим. Меня и саму так и тянуло схватить наживку, но спасибо случаю, насытились они там наверху и рыбак ушел.
- Да, есть обезоруживающая притягательность в этой наживке, - согласилась четвертая. - Ведь все мы понимаем, что лучше искать пропитание там, где оно само водится, а не спускается сверху, где надо охотиться и трудиться, а не хапать, но нет, желание легкой добычи берет верх.
- Традиция такая уже выработалась, - согласилась пятая. - Они там наверху думают, что мы вовек не сможем перебороть убивающие нас инстинкты. Однако, считаю, что они ошибаются. Давайте вот прямо сейчас, братья, развернемся хвостами к этой наживке и поплывем от нее в разные стороны.
- Давайте!!! - согласно вильнуло пять хвостов.
Рыбы повернулись к наживке хвостами, несмотря на то, что слюна текла, инстинкты требовали взять наживку, разум говорил, что каждая способна избежать общей участи. Но вот тут, каждая из рыб подумала, что как ловко она обманула своих подруг...
Первая рыба развернулась и схватила наживку, она тут же попалась на крючок. Вторая рыбка тоже развернулась, но из-за широко разинутой пасти, она не увидела, что наживка уже заглочена, поэтому она проглотила первую рыбу от хвоста по самые жабры. Третья рыба, опасаясь опоздать, тоже излишне импульсивно ринулась на наживку и ослепленная своим желанием, заглотила вторую рыбу вместе с первой. Четвертая заглотила третью, потому что все едят, а она не хотела выглядеть полной дурой. Пятая проглотила четвертую за компанию.
Так рыбак и вытащил пять рыб на одной наживке.
Мораль: люди на хорошую наживку клюют также, как рыбы из этой притчи, пожирая своих собратьев и не разбираясь, куда их потащат.

ПРИТЧА О ГИПНОТИЧНОСТИ НЕКОТОРЫХ ОПАСНОСТЕЙ
Как-то на одной узкой дорожке, которую, правда, узкой не назовешь, поскольку можно идти в любую сторону от нее беспрепятственно, встретились кролик и змея со змеенышем. Кролик так бы и пронесся мимо змеи, куда змее угнаться за кроликом, но змея съела преимущество кролика каким-то невинным вопросом, обращенным к кролику, вроде следующего:
- Не подскажите и, уважаемый кролик, как проползти до святой кроличьей норы?
Святая кроличья нора для любого кролика - понятие обезоруживающее, представляющее спрашивающего совсем не змеей, а таким же кроликом. Змееныш, следом, тоже обернулся крольчонком. Собственно, вопрос или обращение могли быть и другими, поскольку каждый обезоруживается по-своему.
Кролик остановился и, воодушевившись обманом зрения и возможностью ощутить себя достойным уважения, принялся объяснять змее, как добраться до святой кроличьей норы.
- Надо идти вот туда! - махнул лапкой кролик. - В лесу много тропинок, прыгайте по ним, но придерживайтесь этого направления.
"Прыгайте" - кролик сказал, обращаясь к змее, как к кролику, что уже и понятно, но именно это кроличье "прыгайте" змее дало сигнал, что ее ворожение дало результат. Она подползла поближе к остановившемуся кролику и сказала:
- Уважаемый кролик, я сразу обратила на вас свое внимание, по вам видно, что вы достойны всяческого уважения и похвал, полны уважения к близким, но я вижу над вами зависть и порчу, сделанную какой-то нехорошей крольчихой на перекрестке.
Кролик изумился и умилился от такого обращения и всевидящих свойств крольчихи. Жизнь его спокойной назвать было нельзя, волки преследовали регулярно, да и владельцы огородов тоже не жаловали. Вежливости и обходительности кролик встречал мало.
У многих кроликов жизнь такая, но каждый кролик считает, что жизнь стегает его особенно сильно и незаслуженно, что стоит искать потустороннюю причину. Поэтому и наш кролик прислушался, а змея, заметив, что кролик увлекается ее шипением все сильнее, продолжила:
- Вам, уважаемый кролик, надо читать утром на голодный желудок главную кроличью молитву, чтобы избавиться от порчи, впрочем, если вы позволите, я прямо сейчас могу определить есть ли порча или нет и тут же снять ее.
Говоря это, змея подползала все ближе и ближе, а кролик удивленный стремлением первого встречного оказать ему безвозмездную помощь за ничего не значащую услугу указания направления на кроличью нору, остолбенел еще больше.
- Повторяйте за мною следующее и делайте святой кроличий жест, - сказала змея кролику и давай наговаривать и накладывать на себя жест.
Кролик, не ожидая ничего плохого от кроличьих слов, похожих на святые, и святых жестов, а также и от самой необычности происходящего, которое разгоняло скуку его кроличьего существования, принялся повторять, подпуская змею все ближе.
- А теперь возьмите, уважаемый кролик, вот эту черную нитку и завяжите на ней три узелка.
Змея приблизилась уже на расстояние прыжка, но еще не нападала, поскольку ощущала кролика целиком в своей власти. Змея могла, конечно, кусать и глотать кролика, но она тоже имела профессиональное самоуважение, и желала уже, чтобы кролик сам залез в ее пасть. Она протянула кролику черную нитку, кролик ее взял и завязал три узелка.
- Теперь отдайте эту нитку мне, - сказала змея.
Кролик отдал нитку, змея ее скатала и спутала в своих, как видел кролик, кроличьих лапках и вернула назад кролику маленький черный комок. Кролик взял нитку, а змея сказала:
- Теперь, уважаемый кролик, растяните нитку из этого клубка.
Кролик принялся распутывать нить, но ничего не получалось.
Змея, увидев это, огорченно зашипела, что-то произнесла отстранено на святокроличьем языке, и тут нитка внезапно распуталась, и на ней не оказалось никаких узелков. Кролик восхищенно посмотрел на змею, а та довольная произведенным впечатлением обратилась к кролику:
- Вот видите, уважаемый кролик, все получилось, тьма разошлась, теперь дайте и мне что-нибудь покушать!..
Зрение, конечно, вернулось к кролику, и он увидел змею, самую обычную змею, которая самым обычным фокусом с подменой нитки и какими-то дурными манипуляциями пыталась завладеть кроликом..., но лишь тогда, когда было уже поздно. Змея укусила доверчивого кролика и отправила его душу к хозяину той самой святой кроличьей норы, о которой спрашивала для отвода глаз.
Мораль: каждый незнакомец, встречающийся на вашем пути, хочет помочь исключительно только себе, но для этой цели он всегда будет убеждать, будто действует в ваших интересах, поэтому никогда не надо слепо делать то, что незнакомец предлагает. Чем быстрее удастся разгадать змею под маской кролика, тем лучше.

ПРИТЧА О ДЕРЕВЕ
Как-то один человек неведомым образом очутился высоко на дереве. Огляделся он, положение не ахти, можно свалиться и разбиться, поэтому он принялся спускаться, чтобы обрести основание в жизни и уверенность. Он хватался за сучья, тщательно выбирая такие, которые не обломятся под его тяжестью, и лез вниз. Лез упрямо и со знанием дела, где не знал, там обучался.
В какой-то момент человек остановился, и посмотрел вниз, чтобы оценить результаты своих трудов.
Оказалось, что, хотя он все время спускался с дерева, но оказался еще выше над землей, чем был раньше. Удивился человек. Он приложил столь много усилий, но по-прежнему не ощущал крепкой основы под ногами, надо было прилагать усилия, чтобы не упасть и не разбиться.
Человек принялся с удвоенной энергией спускаться с дерева, чтобы обрести, наконец, покой и уверенность на крепком основании земли. Он работал, не покладая рук, и через какое-то время опять остановился, чтобы взглянуть вниз, в надежде увидеть землю совсем рядом. Но казалось, что, несмотря, на все усилия, он оказался на дереве еще выше, чем был до этого.
Призадумался человек. Как такое может быть, что хочешь обрести уверенность и основательность, работаешь на эту цель, не покладая рук, а цель все более отдаляется. И решил он, что это дерево растет быстрее, чем он спускается. Значит, надо опередить рост дерева. Тут он принялся спускаться еще быстрее, пока не оказался выше облаков, где-то на небесах...
Мораль: растущее дерево - это жизнь, в которой человек оказывается с рождения. Человек хочет «крепко стоять на ногах», но жизнь лишена основания. Человек пытается превзойти, покорить свою природу, но природа всегда берет свое. Остается забыть, то есть - не смотреть вниз, иначе жизнь превращается в вечную гонку куда-то...

ПРИТЧА ОБ ОПЕКЕ
Жил-был котик, маленький такой котик, пользовавшийся безграничной любовью своих хозяев. Он получал и еду и ласку, а что еще надо было котику? Хозяевам же надо было, чтобы котик не причинял им особенных проблем. Они приучили его к кошачьему туалету, когда котик захотел что-нибудь подрать, то ему купили специальную дралку. На том воспитание и закончилось.
Котик рос любопытным, он интересовался всем и, когда хозяева выходили из квартиры, он часто устремлялся за ними. Его влек подъезд, улица, но все это было под запретом, потому что котики на улицах и в подъездах приобретали дурные заболевания, а хозяева очень боялись дурных заболеваний, которые котик мог подхватить и занести в их дом.
Котик продолжал расти, пока не вырос до возраста, когда у него стали проявляться стремления к представителям другого пола. Котик захотел сам не знал чего, что проявлялось так, как не нравилось хозяевам. Но это опять же не стало причиной разрушающей их всепоглощающую любовь к котику. Они отвели его к ветеринару, и после этого визита и кое-какого лечения котик избавился от вредных для хозяев привычек.
Хозяева продолжили любить котика, ласкать и холить, а котик уже стал большим котом. Он достиг кошачьей зрелости и даже перерос ее и, будучи прилежным воспитанником своих хозяев, исправно ходил в кошачий туалет, драл дралку и занимался другими не предосудительными делами, но вот кошачьего любопытства в нем поубавилось.
Котик стал ленивым, много спать и вовсе перестал интересоваться улицей. Теперь, когда хозяева выходили из квартиры, он даже не проявлял желания выйти вслед за ними. Более того, когда его выносили за входную дверь, он рвался назад в квартиру из боязни неизвестности, таящейся вне привычного ему жилища, половые признаки он перестал проявлять… В общем, он стал тем, чем и стремились сделать его хозяева: не доставляющей хлопот вещью, как и все вещи в их доме.
Мораль: если детей и другие подвластные существа излишне опекать и устрожить, они тоже превратятся в подобные вещи.

ПРИТЧА О МУЗЫКЕ
Жили-были две музыки: популярная и классическая. И та и другая, одной звуковой крови, можно сказать из одного теста, с одинаковыми стремлениями произвести впечатление на человека, но все-таки они были разными и как-то разговорились между собой.
- Вот скажи, что в тебе хорошего? - спросила популярная музыка классическую. - Под тебя не потанцевать, ни выпить, ни закусить.
- Но почему же, выпить под меня можно, - ответила классическая музыка, - но вот напиться сложнее, потому что я требую культурного пития, закусить под меня тоже можно, но вот переесть сложнее, и потанцевать под меня можно, но этому учиться надо.
- Ну да, ты же у нас интеллектуалка, - съязвила популярная музыка. - В очках и в костюме. Только вот не на вас интеллектуалах этот мир стоит. Обрати внимание, что каждый сопляк знает меня и включает свои колонки во всю мощь, чтобы меня знали другие. А ты тихоня, все где-то по залам и вполголоса. Знать понимаешь свое несовершенство. Боишься, что пенсне разобьют, если во весь голос запоешь.
- Ничего я не боюсь, просто думаю о других, - ответила классическая музыка. - Есть такое правило: поступай по отношению к другим так, как хотел бы, чтобы поступали по отношению к тебе.
- Да ты просто слабачка, - парировала популярная музыка. - Смотри, что я с людьми делаю: заставляю их дергаться под свой ритм, заставляю их слышать только меня, а не свои мысли, я их собираю в огромные стада и гоню, куда мне вздумается...
- Ну, это ты загнула, милая поп, - совершенно не по-интеллигентному оборвала популярную музыку классическая. - Ты гонишь людей лишь туда, куда мне вздумается, поскольку та публика, которая управляет этим миром, прислушивается именно ко мне, к моему тихому голосу, а твоя задача оболванивать и околдовывать ту низшую часть общества, которой надлежит себя хорошо чувствовать, находясь внизу. По сути, это я тебе разрешаю безнаказанно орать по ночам, не давая спать окружающим, чтобы и из них выбить не нужные мне мысли. Чем больше люди слушают тебя, тем меньше у них будет сил и желания слушать меня, а, не слушая меня, они никогда не смогут претендовать на управление этим обществом, а, значит, снизят претензии и конкуренцию. Власть над управлением всегда пролагает дорогу тихо, в отличие от хулигана и пропагандиста.
Мораль этой притчи созвучна народной мудрости, заключенной в словах «молчание – золото», но имеет свою особенность, заключающуюся в том, что настоящее золото создается в классической тихой кулуарной обстановке, которую подавляющее большинство не приемлет из-за непонимания, из-за так называемого «недостатка времени» и кажущейся скуки.








Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 30
© 06.10.2017 Андрей Дробот

Рубрика произведения: Проза -> Миниатюра
Оценки: отлично 0, интересно 0, не заинтересовало 0
Сказали спасибо: 2 автора












1