Неожиданный каприз


Неожиданный каприз
Никогда ни о чем не сожалей:
иногда неприятности случаются во благо,
а мечты не исполняются к лучшему.
Олег Рой



Наталья Николаевна постепенно приходила в себя пытаясь вспомнить, что же случилось. Голова гудела, тело все ломило и наливалось болью, а особенно больно было в ребрах и в районе таза с левой стороны.

- Видимо шейку бедра сломала, - с досадой подумала она, - хорошо хоть шею не свернула. Господи, за что же ты меня так наказываешь, чем провинилась перед тобою?!

Она открыла глаза. Муть перед взором постепенно исчезала, сознание подгоняемое болью потихоньку возвращалась, давая ей понять, что она лежит в гостиной, на холодной плитке пола, у лестницы на второй этаж. Причем лежит в неудобной позе, с неприлично задранной полой халата и все ее тело переломано.

Потом пришло понимание, что сегодня суббота, утро и она в доме своего сына одна.

- Да, я же упала с лестницы!! И не просто упала, а слетела с нее кувырком, пересчитав все эти окаянные каменные ступеньки своими ребрами! – сверкнуло вспышкой воспоминание у Натальи Николаевны в голове.

Говорила же, и не раз, своему сыну Андрейке, что эта лестница, на второй этаж, опасна.

Правда для окружающих он уже давно не Андрейка, а Андрей Михайлович, весьма уважаемый бизнесмен и хозяин роскошного дома в престижном месте.

Но пусть даже у него своя фабрика по производству мебели, магазины и пяток ресторанов, все равно, для нее он будет Андрейка, как и в детстве.

Да еще эта дизайнерша, прости Господи, дал же Бог названьице профессии, вздорная бабенка со своими непомерными амбициями: «Так сейчас модно! Нас так обучали в Лондоне! Никто сейчас не делает площадок на лестницах, они делаются прямыми на всю длину и чтоб перила непременно были стеклянные». Вот сын ее и послушал.

Из-за этих-то перил она и полетела вверх тормашками прямо со второго этажа. Ну не увидела она их, этих перилпроклятущих. Да и кто в здравом уме будет хвататься за ребро стекла? Пусть даже оно толстое и гладко обточено. Вот Наталья Николаевна и промахнулась рукой. Хотела ухватиться, да не попала.

Да еще эта высота. Ну, зачем спрашивается делать первый этаж почти пятиметровой высоты? На кой ляд? Прости Господи! Ведь ей, что бы спуститься на первый этаж, приходится минут десять ковылять по этим ступенькам, держась за треклятые стеклянные перила и опасливо поглядывая вниз. О подъеме и говорить даже нечего.

А годы берут свое, не молодая ведь уже давно, да и болезни разные постоянно мучают, никакие лекарства и деньги не помогают их все убрать, как ее сын ни старается.

Он, правда, обещал поставить лифт на второй этаж и его вроде даже уже заказали где-то в Европе, но пока его нет.

А еще он постоянно говорит ей: «Мама, ну зачем тебе спускаться! Тут, на верху, у тебя все есть. Даже ванную комнату с туалетом и джакузи только для тебя сделали. Индивидуальную. Если хочешь свежим воздухом подышать, то выйди на лоджию. Вон она какая огромная. Живи и радуйся! А если что поесть или попить надо, только скажи и Лена тебе сразу же принесет».

Как же, радуйся! Брезгует ею сын, вот и вся радость. А ванных комнат этих как грязи, аж пять штук на этаже. Куда их столько. Господи!

Да и что она, сыч, какой, что бы сидеть на втором этаже безвылазно? А если мешает им, зачем тогда забирали с ее старой квартиры? Жила бы там помаленьку себе в удовольствие, да на лавочке с соседками общалась.

А тут, в этом коттеджном поселке, ни с кем и не пообщаешься толком. Вроде вокруг все и красиво – решетки узорчатые, зелень, все окультурено, а души не чувствуется. Да и соседи все на машинах в основном, утром уезжают,вечером приезжают.

А постоянно тут только прислуга живет, да охранники как цепные кобели по улочкам рыщут, сторожат хозяевами нажитое. Этакий престижный городок в европейском стиле для прислуги.

Так что не с кем тут общаться. Сноха вон, детей своих гувернантке скинула и целыми днями где-то пропадает. Внуки то в английской школе, то на тренировках, то на занятиях музыке – будто из них вундеркиндов или многоборцев готовят. А сын весь в своем бизнесе, только ночевать и заезжает, совсем с матерью разговаривать перестал.

Не любит он ее. Точно. А за что? Бог его знает. Нет от него душевного тепла, не дождешься, все дорогими подарками, да деньгами откупается. Впрочем, и невестка с внучатами, тоже не очень-то радостно с ней общаются. Брезгуют они ей, не ровня она им стала.

Да что сын, у него семья, большой бизнес. Дочка вон одна, без семьи, без детей, а тоже не слишком-то о матери думает, все по заграницам, да по заграницам шарахается, прости Господи, домой не дозовешься.

А Лена – это прислуга по хозяйству в доме. Она и повариха, и уборщица, и постирать, если что, и все на свете. И приятная во всех отношениях вроде женщина, но все равно чужой человек. Ну как так можно, Господи, что бы чужой человек твое нижнее грязное белье стирал, да еще и копался в твоей одежде? Жены что ли нет?

Вот она, например, всегда сама свое белье стирает в своей ванной. Ей даже туда стиральную машинку поставили.

А где, кстати, Лена? Ах да! Она же со своим мужем, занимающимся здесь всем хозяйством, на выходные уехала в город, отдохнуть от дел. Сама же их отпустила и даже настаивала, что бы они отдохнули, пока сын со своей семьей за границей.

Наталья Николаевна попробовала пошевелиться, но быстро отказалась от такой затеи. Между левой ногой и тазом резанула так, что у нее опять все потемнело в глазах, да и остальное тело давало о себе знать. Пытаясь унять пульсирующую боль в теле, женщина постепенно впала в забытье.

Очнулась когда на улице уже начало темнеть. Губы пересохли, и хотелось пить.

- Вот так и помру здесь в этой нелепой позе с задранным подолом и даже стакана воды некому подать, - подумала она.

Потом представила, что ту, которая никогдадаже и не мечтала о богатстве, экономя каждую копейку, найдут мертвой, на мозаичном дорогущем полу, в дорогом халате, в центре большого дома, больше похожего на дворец, посреди роскоши и богатства, с развратно задранным подолом.

- А что, тело у меня вполне себе еще ничего, гладкое и ноги не дряблые, так, что на фотографиях криминальной хроники буду смотреться достаточно привлекательно! – с юмором подумала она.

А то, что сын, обнаружив ее здесь мертвой, нагонит толпу криминалистов, сомнений не было.

Ей стало смешно, хотя смеяться она, сейчас бы, не смогла, потому, что даже дышать было больно.

- Видимо еще и ребра сломала, - решила Наталья Николаевна, находясь в каком-то полудремотном состоянии, на грани обморока.

Все тело горело огнем, висок кололо, боль пронизывала насквозь, рук и ног она не чувствовала и поэтому просто лежала глядя в потолок, ощущая, что ей ужасно хочется пить.

Что бы хоть как-то утихомирить боль, она постаралась потихоньку осторожно вдыхать и выдыхать воздух, считая про себя и пытаясь отвлечься. И опять впала в забытье больше похожее на бред сознания.

Время для Натальи Николаевны остановилось, поэтому она не знала сколько его прошло до того момента когда она увидела Ангела.

- Господи! Сподобил ты меня увидеть чудо чудное! – возопила она мысленно.

Ангел был весь неразличимо белый, почему-то с одним крылом и спускающийся откуда-то сверху, с небес. В руках его было нечто круглое и черное.

- Господи! Неужели это он мне мою душу хочет показать? – умилилась Наталья Николаевна.

Но вдруг, что-то щелкнуло у нее в голове, переключилось, и она поняла, что видела до этого все как негатив. Ангел наоборот, был темным и спускался на фоне света из-за спины, а в руках у него, что-то светилось.

Потом сознание еще больше прояснилось. И теперь она видела, что перед ней в темноте стоял просто человек, держащий в левой руке на плече вешалку с какой-то одеждой и сумку, а в правой фонарик, а его силуэт освещался светом со второго этажа. Он спустился по той самой лестнице, с которой так внезапно сверзилась она.

- Ты что тут делаешь, мать? – спросил он, освещая ее фонариком.

- Да вот, тебя поджидаю! Соблазнить хочу, не видишь, что ли? – разозлившись на его глупый вопрос, прохрипела она пересохшими губами.

- Юморная ты, мать? – хохотнул он, но внимательно посветив ей в лицо бросил все пожитки и помчался на верх.

Через пару минут он уже опять был рядом, с кружкой воды в руке. Осторожно подняв ей голову, помог напиться, а после свернул и заботливо подложил принесеннуюодежду как подушку.

В его руке оказались какие-то таблетки, которые он и дал ей, помогая запить водой и настороженно при этом глядя по сторонам.

Наталья Николаевна не сопротивлялась. Она уже поняла, что это был вор домушник, обворовывающий их дом. И даже если он ей дал таблеток, от которых она прямо сейчас умрет, это будет не самый плохой вариант, зато сразу отмучается и не будет больше чувствовать эту ужасную тянущую боль.

- Тебе мать, что же и помочь некому? - спросил человек, опять тревожно оглядываясь.

- Не бойся! Никого в доме нет кроме меня, - успокоила его Наталья Николаевна, неожиданно почувствовав, как боль стала помаленьку отступать, а голова прояснятся, - мои за границей, а домработница с садовником будут только в понедельник.

Нежданный гость, опустив полу ее халата,деловито и легко пробежал пальцами в медицинских перчатках по ее телу, внимательно глядя ей в лицо и к чему-то прислушиваясь.

- Господи! Что он со мной хочет делать? – мелькнул тревожный вопрос в голове женщины.

- В больницу тебе надо мать, не хочу, чтоб на меня мокруху из-за тебя навесили, - уже более спокойно заметил вор, - у тебя сотрясение мозга, многочисленные гематомы, перелом левой шейки бедра, правой руки и трёх ребер. Может еще что, с позвоночником.

Он был совсем молод, моложе ее сына.

- А, что ты мне за таблетки дал, сынок? – поинтересовалась Наталья Николаевна.

- Ты мать не бойся, - заверил ее гость, - я до отсидки медицинский институт закончил, даже ординатуру прошел, только поработать не получилось. Так что таблетки что надо, на полчаса всю боль точноснимут.

- То-то смотрю, ты в медицинских перчатках. Там, на верху, в моей комнате телефон… - начала, было, Валентина Николаевна.

- Этот что ли? – порывшись в сумке, спросил ночной визитер, доставая ее телефон.

Он набрал номер скорой и приложил телефон ей к уху, видя, что она не может пошевелиться. На том конце провода отозвались быстро и обещали срочно выехать.

- Посиди со мной, сынок, пока скорая не приедет. Плохо мне, - неожиданно для себя, попросила Наталья Николаевна ночного посетителя.

Ей с ним было неожиданно хорошо и спокойно, как когда-то, с давно уже покойным мужем. Что-то шевельнулось у нее в душе, давно забытое. Никто уже, лет пятнадцать как, за ней так заботливо не ухаживал. Какая-то всепоглощающая радость охватила ее душу.

- Тебя как зовут–то, сынок?

- Колян Чир… Николай, – отозвался парень, выключая фонарик и присаживаясь рядом.

- Хорошее имя, у меня так отца звали, а я Наталья Николаевна, - сказала хозяйка и спросила, помолчав, - а что же ты Коля таким делом занимаешься? Храни тебя Господь за твою доброту, конечно, но дело твое не хорошее.

- Жизнь такая, мать, - подумав, ответил тот, - на зону по глупости попал, а как откинулся, пришел домой. А дом мой, эта съемная хата, в которой жена с двумя детишками впроголодь живет. Ну, кинулся туда, сюда, нигде на работу по судимости не берут. А за хату каждый месяц умри, но денег отдай. Что тут делать? Вот и решил…

- Он для меня Ангелом спасителем стал, а я для него должна им стать,- пронеслось у Натальи Николаевны в голове.

- Ты сынок вот что, - неожиданно приняв для себя решение и поняв, для чего ей Господь дал такой урок, решительно сказала она, - бери только деньги, вещи не тронь, найдут тебя по ним. У моего сына есть хорошие знакомые следователи.

- Так нет же здесь денег, мать. Вот только и нашел, - показал он ей несколько тысячных купюр и другую денежную мелочь.

- Деньги есть! - заявила женщина, - купишь себе на них Коля квартиру, мебель, да еще и на жизнь немного останется. Только быстрее шевелись, пока скорая помощь не приехала. Тебе надо до нее уйти.

- А что, - подумала она, - пусть это будет мой неожиданный каприз. Могу же я, как «королева» мать, покапризничать и распорядиться частью денег сына «короля». Он, небось, не обеднеет, разве что за границу разок с семьей и гувернанткой не скатается. Так может о матери, наконец-то, подумает. Тем более, что ему магазины и рестораны, и так, каждый день выручку приносят. Да и мебель тоже немало барыша дает, благо втридорога расходится.

- Сначала освободи сумку для денег! Да не здесь, наверх иди, здесь врач увидит. Потом иди под лестницу, - уже командовала Наталья Николаевна, злорадно вспоминая дизайнершу, которая самоуверенно доказывала хозяевам, что этот тайник ни один вор не найдет,- на десятой ступеньке, снизу, в торце, кнопочка в цвет камня есть. Видишь? Нажми ее и смотри под ноги, там, в полу, лючок чуть приподнимется. Открывай его.

Николай кинулся исполнять ее приказы, предварительно поднявшись и вытряхнув все из сумки на площадке второго этажа.

- Да не вздумай трогать кодовый замок сейфа, что под лючком, опасно и бесполезно. На тринадцатой ступеньке еще одна кнопочка, нажми ее - дверца и откроется. Сейф рассчитан на дураков, которые начнут трогать замок и включат сигнализацию, - строго предупредила она парня.

- Есть!! Есть деньги! - радостно изумился Николай, вытаскивая и складывая в сумку разноцветные пачки денег, - вот спасибо тебе мать, вот спасибо!

- Это еще не все Коля, - продолжала удовлетворенная мелкой местью своему сыну Наталья Николаевна, - иди наверх, там, в одной комнате, огромный плюшевый медведь сидит. Видел его, небось. Отодвинь его от стены. У него, в самом низу, на заду молния есть, откроешь ее, там еще один сейф.

Да погоди, не беги! – прикрикнула на гостя, видя, что он уже побежал по лестнице.

- На его левой лапе еще одну молнию под подмышкой найдешь. Там выключатель сигнализации. А код - три нуля один, - закончила она инструкцию, чувствуя, что очень устала.

Наталья Николаевна знала, что в ту комнату, где ее дочь останавливалась, когда приезжала в гости к брату и матери, никто кроме нее больше не заходил. И дочь, держала свои сбережения в этом медведе, справедливо считая, что здесь, в комнате находящейся в охраняемом доме, который в свою очередь находится в престижном охраняемом коттеджном поселке они в надежном месте.

- Все, забрал! - радостно оповестил ее ночной визитер, спускаясь по лестнице вниз с большой тяжелой сумкой, - всего почти... тринадцать миллионов…!!

- Ты вот что Коля, - строго сказала ему женщина, - не радуйся раньше времени, пока до дому еще не добрался. Да и там никому не говори о деньгах, даже жене. Женщины падки на деньги. После постоянной их нехватки, может спустить все на радостях по мелочам. Так что думай головой, у тебя же высшее медицинское.

- Прощай мать! Ты добрая душа, жаль, у меня такой не было… - присев возле нее и целуя ее в щеку, сказал он.

- Да и мне жаль, что у меня нет такого сына. Господи, ну почему ты не дал мне его? - подумала Наталья Николаевна, а вслух сказала, - Погоди прощаться-то! Ты подумал, как с такой сумкой незаметно из поселка выберешься?

- Не, пока не думал…

- Тогда вот что, сынок, возьми на кухне молотый перец, посыпь им здесь все и с собой возьми. След свой будешь заметать, что бы сыскная собака тебя потом не унюхала. Перчатки не выбрасывай, где попало, на обратной стороне твои отпечатки пальцев.

И вот еще что, возьми в сейфе драгоценности и по двору соседа слева раскидай, да следы у забора поглубже оставь, что бы думали, что ты через его двор побежал. Он еще та сволочь, пусть доказывает, что не верблюд.

А сам пройди к калитке. Там, за туями, большой контейнер для мусора стоит. Закопайся туда, там сейчас много коробок из-под мебели, и жди. Его, рано утром, повезут на дальнюю свалку, мимо нескольких деревень. Там и выскочишь, где тебе будет удобнее.

Да оставь входную дверь и калитку открытой, что бы врачи охрану не вызвали. Пусть думают, что это я из-за склероза своего забыла закрыть.

Тут, у Натальи Николаевны зазвонил ее телефон. Охрана спрашивала: пропустить ли скорую помощь? Она дала разрешение, держа телефон в ослабевшей левой руке, которой уже могла немного шевелить.

- Ну, ты мать просто Шерлок Холмс! Я тебя уважаю. Жаль не увидимся больше. Прощай! – проговорил Николай и быстро вышел через входную дверь, предварительно рассыпав по полу перец.



Наталья Николаевна брела по зимней дороге, увязая в снегу и кутаясь в старую длинную тонкую итальянскую шубейку, подаренную ей когда-то сыном.

Прошло уже десять лет после ее падения с лестницы. С тех пор она сильно похудела, осунулась и выглядела гораздо старше, чем тогда. И сейчас, она вспоминала минувшие годы, пытаясь при этом закрыться от пронизывающего холодного и хлещущего снегом ветра. Ей вдруг вспомнился Николай и её неожиданный каприз. В душе сразу потеплело, и она улыбнулась.

Тогда, врачи ее подлечили, подлатали, сделали даже операцию на шейке бедра, которую обычно стараются уже не делать людям в ее возрасте, и надо сказать, достаточно удачно.

И все было бы хорошо, но тут, застрелили её Андрейку. Кто это сделал, то ли кто из мести, то ли конкуренты, то ли партнеры по бизнесу - было неизвестно. Убийц так и не нашли.

- Все завидовали ему в жизни, но вряд ли теперь кто завидует ему в смерти, а ведь все это взаимосвязано, - горько думала она.

Невестка, не дожидаясь пока найдут убийц, быстро продав все имущество, дом и бизнес сына, уехала за границу вместе с детьми.

А Наталья Николаевна, неожиданно оказавшаяся «без двора и без кола», купила на последние сбережения, что скопились у нее на сберкнижке, комнатку в старой панельной пятиэтажке на окраине города и там оплакала свое горе.

Жить ей сейчас приходилось на пенсию и от того, экономить на всем.

Именно поэтому, она и поехала в такой холод на электричке за город, домой к знакомой. Та, торговала на рынке, недалеко от дома Натальи Николаевны, и предлагала приехать к ней, что бы бесплатно взять у нее трехлитровую банку старого меда.

МёдНаталья Николаевна с радостью взяла, отдарившись холодцом, но на обратном пути заблудилась, и пошла не в сторону станции, а куда-то в поле, где и улица-то уже кончалась.

А сейчас, повернув обратно и бредя наугад по неосвещенной дороге, Наталья Николаевна постепенна начала замерзать. Примерно через полчаса, холод пробирал ее уже до костей.

Начало темнеть. Внезапно поднялся еще более сильный ветер, снег пошел гуще, и пурга разгулялась не на шутку. В общем страсти Господни, а не погода.

Холодные, леденящие душу порывы ветра все усиливались и усиливались, подгоняя Наталью Николаевну в спину и заставляя почти бежать. Один из таких порывов приподнял ее слегка над землей и кинул вперед навзничь.

Охнув, она упала лицом вперед, но удачно, так как ветер отнес ее слегка вбок, в сугроб на обочине. Молясь Господу и призывая всех святых, Наталья Николаевна, потеряв сумку с медом, выползла из сугроба обратно на дорогу, но встать уже не смогла.

Несмотря на все ее усилия, холодный ветер не давал ей подняться, заметая ее леденящим, секущим снегом и заставляя коченеть пальцы рук и ног. И, в конце концов, когда она уже почти поднялась, он завернул подол шубы ей на голову и бросил еще раз.

На этот раз Наталья Николаевна слегка ударилась головой о мерзлый грунт дороги. В голове сверкнула молния, в ушах зашумело, и силы полностью покинули ее.

Она, коченея, лежала посредине дороги, на мерзлой земле, слыша звук приближающейся машины и ощущая, как ветер, не удовлетворившись подолом ее шубы, рвет, заворачивая, еще и теплую юбку.

- Вот и все, умереть-то мне оказывается суждено под машиной, - подумала Наталья Николаевна, перед тем как потерять сознание.



Постепенно приходя в себя, она поняла, что лежит в теплой мягкой постели. Было так уютно и спокойно, что не хотелось даже открывать глаза. Давно уже Наталья Николаевна не испытывала такого ощущения покоя в душе и легкости в теле.

Пересилив свое нежелание, она осмотрелась вокруг и увидела, что находиться в чьем-то деревенском деревянном доме, на кровати, под толстым одеялом. Подняв одеяло, обнаружила, что на ней одета чужая фланелевая ночнушка, пахнувшая лавандой и шерстяные носки.

По бокам от кровати стояли две тумбочки. На одной из них были какие-то микстуры, таблетки, мази, ампулы и лежало несколько одноразовых шприцов. А на спинке стула, чуть поодаль, висел тонометр.

Вкусно пахло деревом, протопленной печкой и немного лекарствами.

- Больница, что ли, такая? – недоуменно подумала Наталья Николаевна, осматриваясь.

- Ну, мать, напугала ты меня! Я, конечно, понимаю, что ты опять пыталась меня соблазнить, но не в такую же погоду! - услышала она почти забытый голос.

Оглянувшись, Наталья Николаевна увидела, что в комнату вошел Николай, Колюшка, как она называла его мысленно все эти годы, вспоминая историю их встречи.

- Так и быть, раз уж ты здесь, я принимаю тебя в свой гарем, - пошутил он.

Подойдя к ней, он взял ее за руку, пощупал пульс, но так и не отпустил.

- В какой еще гарем? Господи! – не до конца придя в себя, спросила Наталья Николаевна.

- В свой. У меня же одни дочки, уже три! И жена еще. Вот я и называю их своим гаремом, - сказал он и присев рядом, прижал ее руку к своей щеке, вглядываясь в ее лицо.

- Коленька, - ласково окликнула его Наталья Николаевна, - благослови тебя Господь, откуда ты здесь, родной мой.

- Я, вообще-то здесь живу, мать. А точнее, здесь, с сегодняшнего дня живешь ты, - радостно заявил он, видимо определив по одежде ее уровень жизни, - этот дом куплен на твои деньги, он твой, а я буду жить рядом, вон в том.

Он показал на окно, за которым, Наталья Николаевна увидела новый, большой и просторный дом.

- Но у меня там, в городе, Коленька, такой сосед по квартире, что не приведи Господи! Он же выкинет все мои вещи и сам займет мою комнату, - всполошилась она.

- Не волнуйся мать, теперь все будет хорошо, - заявил Николай, не отрывая от нее любящего взгляда, - мы твою комнату сдадим моим знакомым и твой сосед, будет как шелковый. У меня есть нуждающиеся в жилье из прошлых мест проживания. А сейчас, одевайся и приходи завтракать. Жена вот, из своих вещей кое-что дала, вы с ней одного роста и одной комплекции. Сможешь встать?

Наталья Николаевна заверила его, что чувствует себя прекрасно, и даже лучше, чем обычно.

Он подал ей чистую, пахнущую свежестью одежду и радостно улыбаясь, вышел из комнаты.

- А не взяла ли я грех на душу, попросив заменить мне сына? Не из-за меня ли, глупой старухи, погиб мой сыночек? – с ужасом подумала Наталья Николаевна, наряжаясь в чужой халат.

- Прости меня Господи, душу мою грешную! – прошептала она, перекрестившись, и открыла дверь в новую жизнь.






Рейтинг работы: 7
Количество рецензий: 1
Количество сообщений: 2
Количество просмотров: 79
© 05.10.2017 Роман Троянов
Свидетельство о публикации: izba-2017-2078724

Рубрика произведения: Проза -> Рассказ


Андрей Ланкинен       22.10.2017   16:20:09
Отзыв:   положительный
Вы знаете, рассказ неплохой с хорошим сюжетом, но на мой взгляд и вкус страдает излишими длиннотами и теряет из-за этого динамичность, но это именно так для меня. Я бы его почистил от несущественных деталей. Удачи, Роман!
Роман Троянов       23.10.2017   14:31:45

Спасибо Андрей!
Я подумаю над этим, тем более, что постоянно слегка корректирую все произведения.
А Вы можете прочитать "Теория вероятностей".
Там вроде бы все подинамичнее ))
С уважением Роман Троянов

Добавить отзыв:


Представьтесь: (*)  
Введите число: (*)  












1