Позывной "Черная смерть". Глава 8.1


25 апреля 2012 года. Москва. Аэропорт Домодедово
Для Бирка перелеты были неотъемлемой частью жизни и источником наивысшего раздражения. Вместе с помощником он прошел предполетный досмотр, регистрацию и разместился в зале для вылета. Свободных мест было мало, и Бирк вынуждено расположился в кресле, рядом с которым по-домашнему разместилась семья с маленькими детьми. Доктор принюхался и сморщился от отвращения.
– Ненавижу этот запах. Смесь дешевой еды, хлорки и едкого парфюма, – проворчал Расмус вполголоса и огляделся по сторонам. – Еще эти вечно орущие дети.
– Конечно, вы же привыкли к VIPLounge[1]. Как вы вообще собираетесь лететь эконом классом? – съехидничал Сото. – Не легче ли было бы организовать переход объекта в бизнес класс?
– Она очень напряжена и осторожна. Стачук проинструктировал ее на счет возможной слежки, так что никакого риска.
– Про осторожность понятно, но откуда вам знать, что она напряжена? У вас, что третий глаз открылся? – усмехнулся Сото.
Бирк глазами показал в сторону пустой стойки регистрации, около которой стояла худощавая беременная женщина в просторном пальто терракотового цвета.
– Она так взволнована, что даже сесть не может.
В зоне ожидания было тепло, но Людмила упорно не хотела снимать пальто. Она переминалась с ноги на ногу и с надеждой вглядывалась в лица проходящих мимо работниц аэропорта.
На телефон Сото поступило сообщение, он взглянул на дисплей.
– Полковник пишет, что Стачук всю ночь провел с двумя проститутками.
– Есть хоть какие-то свидетельства того, что она может быть соучастницей? – задумчиво спросил Бирк, глядя на Людмилу.
Сото помотал головой.
– Нет. Из Владивостока она уехала за неделю до похищения Афониных. В день прилета в Москву поселилась в гостинице. Через три дня съехала и уже через день устроилась на работу в продуктовый супермаркет мерчандайзером в Ясенево. Еще через два месяца устроилась няней к Богатыревым.
– То есть в момент смерти Афониных она была в Москве, – размышлял Бирк, – но не может быть, чтобы она не знала о таком громком убийстве.
– Почему? Может. В центральной прессе об этом не писали. Сюжетов по телевидению не было.
– А как же ее сестра и мать? Они все еще живут по старому адресу?
– Ее сестра два года назад уехала в Америку и вышла замуж за нефтяного магната. Почти в то же время мать уехала к родственникам в Минск. Не думаю, что Людмила в курсе смерти Афониных.
Глядя на шефа, Сото хитро прищурился и перевел тему разговора в другое русло.
– Чем вас не устраивала первоначальная структура отдела Лимонова?
– Что ты имеешь в виду? – удивился Бирк.
– Отдел Лимонова задумывался как отдел профайлинга. Они должны были составить профиль и отойти в сторону, но после вашего вмешательства аналитикой и не пахнет. Вы хотите сделать из группы Лимонова полноценный отдел бихевиористики? ФБР тоже начинали работу с маньяками с создания отдела профайлинга, но затем обросли собственной лабораторией, моргом и группой захвата, вы хотите создать аналог?
Бирк отвернулся, давая понять, что не собирается обсуждать эту тему.
– Вы меня в последнее время сильно беспокоите. Раньше вы делились со мной своими соображениями, а теперь мне приходиться о них только догадываться.
Напряжение между Бирком и Сото началось незадолго до начала расследования дела убийцы с мачете, и с каждым днем Сото чувствовал, как Бирк все больше от него отдаляется.
– Если вы хотите создать полноценный отдел бихевиоризма, то им нужен будет свой морг и лаборатория, а финансирования нет.
Бирк метнул на него многозначительный взгляд и Сото воскликнул:
– Поэтому вы организовали благотворительный вечер!
Заметив разочарование на лице шефа, Сото тут же поправился:
– Нет не по этому. Да, вы могли встретиться с нужными людьми и в более привычной обстановке. Тогда зачем?
– Не ищи ответов там, где их нет, – Бирк запрокинул ногу на ногу.
Он сказал это таким тоном, что помощник понял, его шеф кидает ему вызов. Это было его навязчивой манией, подкинуть очередную загадку и наблюдать, сколько времени и сил потребуется для ее решения. Сото был уже сыт этим по горло и решил осадить шефа.
– Можно вам задать личный вопрос?
Бирк поднял на него глаза и уголки губ нервно дрогнули.
– Нашел подходящее время, – проворчал он, догадываясь о теме предстоящей беседы.
– Что за показательные выступления вы устроили на благотворительном вечере? Это что-то новенькое! Зачем вы раздразнили Кристину, а затем вынудили ее покинуть дом? Вам не кажется что это уже слишком? Сколько сил мы потратили на то чтобы найти вам достойную женщину, которая приняла все условия контракта.
– Почему тебя это так интересует? – Бирк окинул помощника недовольным взглядом.
Сото показал на айпад и продолжил:
– Утром прочитал интервью Кристины, где она утверждает, что вы расстались потому, что у вас другая женщина. Вы хоть понимаете, какое внимание будет приковано к вам в ближайшие дни? Я уже не говорю о том, что за вашей новой подругой будет объявлена охота. Что же журналисты выяснят в первый же день? Ах да! – помощник театрально всплеснул руками. – Она живет под вашей крышей! Чем вас не устроила Кристина?
– Ты знаешь чем, ты слышал наш последний разговор, – Бирк намекая на чувства Кристины.
– Вам ничего не стоило убедить ее оставить все как есть. Она не в первый раз пытается сблизиться с вами.
– Ты знаешь, какая она упрямая. Если что вбила себе в голову, так просто не отступит. Это уже четвертая попытка. Я сыт по горло. Мне нужно работать, а не думать о том, как осадить подругу, которой, между прочим, я плачу не малые деньги и иду на уступки чуть ли не по каждому вопросу.
– Теперь она вам бросила вызов в прессе. Чем будете отвечать?
– Ничем. Полное молчание.
– Это посеет еще большее любопытство, – возразил Сото.
Бирк небрежно отмахнулся, этот жест означал, что напряжение достигло критической фазы, и чтобы не накалять обстановку Сото погрузился в чтение, но внутри все клокотало от гнева. Мало того, что в гостевом доме появилась Митяева, так еще после выхода статьи в журнале, их везде будет преследовать пресса.
Нависло напряженное молчание. Через пару минут Бирк поднялся, опираясь на трость.
– Я пройдусь.
Заходя в ближайшие бутики, Бирк не выпускал из поля зрения свидетельницу. Она все еще переминалась с ноги на ногу и с тревогой посматривала через окно на самолеты. Пару раз она бросила мимолетный взгляд на сидящую рядом женщину, у которой в руках были ароматные свежеиспеченные круассаны и у Бирка мгновенно мелькнула идея. Он стремительно пересек зал и спросил у женщины:
– Не подскажите, где вы купили круассаны?
Женщина одарила его оценивающим взглядом и остановила свое внимание на трости.
– Моя дочь купила их в кафе рядом с сувенирным магазином, – любезно ответила она и показала в сторону кафетерия.
Когда началась посадка в самолет, Людмила одна из первых взошла на борт. Ее место было на предпоследнем ряду. После третьей попытки, она все же втиснулась в кресло и стала пытливым взглядом разглядывать пассажиров. Лимонов подсуетился, и Расмусу досталось соседнее с ней место. В самолет Бирк поднялся последним. В руках он нес пакет с ароматными круассанами и пока Сото занимался размещением вещей, с лица Бирка не сходила брезгливая гримаса.
– Не хотите сесть у окна? – спросил Людмилу Бирк, садясь в кресло.
– Нет, спасибо. Мне нужно ближе к туалету, – она показала на живот.
– О! Понятно, – мягким тоном отозвался Бирк и снял пиджак.
Она взглянула на пакет со сдобой, и Бирк тут же предложил ей угоститься, но Людмила, энергично мотая головой, отказалась.
– Да бросьте вы. Я же вижу, как вы на них смотрите, – ласковым голосом произнес Бирк и протянул ей пакет со сдобой.
Ее дрожащая рука потянулась к пакету и на считанные секунды замерла в воздухе, глаза жадно ощупывали круассаны. Наконец она сделала выбор и тут же смачно надкусила хрустящее тесто.
– Я так торопилась, не успела позавтракать, – призналась она.
После взлета, Сото оглянулся на соседний ряд и увидел, как Бирк и Людмила энергично обсуждают полеты на самолетах. Сначала она выглядела напряженной и отвечала неохотно, даже с раздражением, но в процессе разговора, стала понемногу расслабляться. Бирк обворожительно улыбался и ухаживал за беременной женщиной: поправлял ей плед, попросил для нее у стюардессы подголовник и минеральной воды.
«Вот может же, когда хочет», – с горечью подумал Сото и стал размышлять на тему предстоящей шумихи в прессе вокруг новой пассии шефа. Вездесущие журналисты, несомненно, будут отвлекать Бирка от расследования.

†††
Переговоры с будущими опекунами прошли не так гладко, как рассчитывал Стачук. Встреча состоялась в «Саду датского короля», в одном из самых укромных и уютных уголков старого Таллинна. Внешне сад был похож на сквер, расположенный на террасообразной площадке примыкающий к юго-западной части крепостной стены. Озвученная им цена вызвала шок и недопонимание у семьи из Нидерландов. Стачук дал им на размышление два дня, а в конце беседы недвусмысленно намекнул, что они не единственные кандидаты на усыновление.
Мужчина и женщина лет сорока пяти с недовольным видом поспешно вышли из парка и направились по извилистым улочкам вниз по склону. Они вполголоса обсуждали усыновление двухлетнего мальчика, которое из-за резкого повышения цены могло и вовсе не состояться. На глаза женщины наворачивались слезы отчаяния, мужчина пытался ее успокоить.
До прилета Людмилы оставалось три часа, и Стачук решил снять номер в пятизвездочном отеле. Он выбрал номер с видом на парк, перевез вещи и старательно разложил туалетные предметы по полочкам, создавая видимость, что живет в этом номере не один день. Затем настала очередь одежды и обуви. Когда все чемоданы были разложены, Стачук попросил горничную забрать в стирку грязные вещи. После бурной ночи все его тело пропахло едкими дешевыми духами, и он решил посетить знаменитую эстонскую баню «KalmaSaun».
Выйдя из отеля, он набрал местный номер.
– Все готово?
– Есть проблемы, – тут же отозвался мужской голос в трубке.
– Тогда встречаемся через полчаса в «KalmaSaun».
Фасад бани больше походил на типовое здание советской эпохи, но внутри оказалось очень комфортно и уютно. В приемной ему выдали полотенце, пластиковый коврик и березовый веник. Он прошел в парилку, где уже сидели пять человек и залез на самую верхнюю полку. В парилке все молчали, стараясь расслабиться и максимально прогреться.
Внешне Стачук тоже выглядел расслабленным, но его мозг лихорадочно работал. Мысленно он шлифовал свой план, старался предусмотреть все возможные накладки по времени и внезапные обстоятельства. Люди выходили и заходили, а Стачук продолжал лежать и лишь изредка со стоном переворачивался и снова закрывал глаза. Вчерашний разговор с Людмилой его насторожил, и он попросил своих подручных проследить за ней до аэропорта. Ему сообщили, что до отъезда в аэропорт она ни с кем не общалась.
Когда его тело приняло алый оттенок, он вышел из парилки и прыгнул в бассейн с холодной водой. Восторженный крик вырвался из груди. Он проплыл несколько кругов и лег на шезлонг. Мимо прошел человек-гора и примостился на соседнем шезлонге, который буквально затрещал под его грузным телом.
– Говори коротенько, у меня мало времени.
Крепыш вынул из барсетки несколько фотографий и протянул Стачуку. Тот мельком взглянул и спросил:
– И что?
– Мы проверили поместье и офис, охранка на высшем уровне, не подступиться. Он как параноик меняет коды на сейфах каждые два дня, – заговорил мужчина на русском языке с прибалтийским акцентом.
– Тогда не будем рисковать. Заберите жену и запросите выкуп.
– Тоже не получиться, он за нее и цента не даст.
– Вот как? – Стачук изогнул бровь.
– Деньги для него все. Он на нее даже страховку не оформляет. Держит на привязи и приставил к ней охрану. Она подписала брачный контракт, так что в случае его смерти ей ничего не достанется. Ребята говорят, что она с ним долго не продержится и надо действовать быстрее.
Новости Стачуку не понравились. Он стал нервно покусывать нижнюю губу и уставился в одну точку. Срывать группу наблюдения из-за открывшихся фактов ему не хотелось, накладно и уж больно он прикипел к новой цели.
– Дети у него есть?
– Дочь. Ей семнадцать. Живет с матерью в Маями. Он в ней души не чает.
– Она наследница?
– Да.
– На чем он заморочен?
– Заядлый игрок в покер, фанатеет от скачек и часами может талдычить о крокодилах.
– О крокодилах? – переспросил Стачук.
– Ага. Все про них знает, как размножаются, как охотятся.
– Фото дочери есть?
– Есть, – отозвался человек-гора и пухлыми пальцами выудил из папки фотографию знойной блондинки.
Лицо Стачука исказилось в довольной гримасе. Губы приоткрылись, оголяя мелкие желтые зубы. Он вернул фото и судорожно обдумывал положение дел. Взгляд его бесцветных глаз перескакивал с одного предмета на другой. Мозг лихорадочно выстраивал схему предстоящего похищения. Через минуту он сел и одарил своего подельника самодовольным взглядом.
– План меняется. Скажи корешам, что я прилечу через неделю. Пусть подготовят мне всю информацию по дочери. Привычки, имя фраера, где учится. Короче к моему приезду они должны знать о ней все. Усек?
– Ага, – пробасил крепыш.
Не прощаясь, Стачук встал с шезлонга и вернулся в парилку. Подельник еще минуту смотрел ему вслед, затем встал и направился к выходу. Когда Стачук снова занял верхнюю полку, мысли заработали с еще большей скоростью. Воображение рисовало теперь совсем другое будущее. Если сестра Людмилы не имеет наследства, то сама Людмила ему больше не нужна. Это облегчало задачу по его отъезду. Если его цену примет пара из Нидерландов, он покроет свои расходы одной продажей, и тогда можно избавиться от Людмилы не дожидаясь родов. Поразмыслив над предстоящим делом, он решил, что нужно подстраховаться и обратиться за помощью к Полковнику. У него были хорошие связи в штатах. Все равно ему придется отстегивать долю, так пусть сделает свою часть работы. Он давно лелеял мысль о том, как освободиться от гнетущего ока покровителя, даже разработал план устранения, но невидимый убийца под названием «рак» опередил его. Последнее дело с умирающим босом было ему на руку. Возможно теперь, когда Полковник стоит у края могилы, он к нему подобреет и передаст несколько контактов для будущей работы.

†††
Чувствуя оторванность от расследования, Кира изнывала все утро, пока не догадалась позвонить Свиридову и попросить его установить в ее комнате компьютер с выходом в интернет и прямой связью с офисом. Иван приехал через два часа вместе с Лимоновым. В руках он держал огромный букет цветов и коробку конфет. За ним шествовали двое охранников Бирка с техникой.
– Птичье молоко! Мои любимые! – воскликнула она, глядя с восторгом на конфеты. – Как ты узнал?
– Позвонил твоей сестре, – признался Иван.
Для Киры это было приятной неожиданностью.
– Как она? Я не могу до нее дозвониться.
Заканчивая на ходу телефонный разговор, в гостиную вошел Лимонов, и поздоровался.
– Мы тоже не могли, – ответил Свиридов и, показывая на шефа, добавил: – Поэтому шеф решил заехать сначала к ней, а потом сюда. Ася передала тебе вещи и сказала, что приедет сегодня вечером. Она очень занята. Много хлопот.
Он сказал это таким тоном, что Кира поняла, дома что-то случилось. Сердце екнуло, к лицу мгновенно прилила кровь. Ее взгляд остановился на Лимонове, но тот сразу отвел глаза в сторону.
– Как нога? – осведомился Свиридов.
Но Кира не сводила взгляда с полковника и насторожено спросила:
– Что случилось у Аси?
– Мы не знаем, – честно признался Лимонов. – Она вышла к нам с заплаканными глазами, мы спросили, но она уклончиво ответила, что это личное. Мы подумали, что ты знаешь, поэтому не стали вникать в суть.
«Если Ася так сказала, то причиной ее слез не мама. Про детей она бы тоже не стала скрывать, видимо, это связано с мужем», – подумала Кира.
После вскрытия коробок, Свиридов приступил к монтажу оборудования, а полковник расположился в кресле у окна. Ему принесли кофе, и он, вдыхая ароматный запах, начал отхлебывать глоток за глотком.
Беспокойные мысли вынуждали Киру выдвигать все новые гипотезы о случившемся с сестрой, но присутствие коллег заставило вернуться к текущему расследованию.
– Бирк долетел до Таллинна? – осведомилась она.
Полковник взглянул на часы и помотал головой.
– Через полчаса.
Кира взглянула на его трясущиеся руки и спросила:
– Сколько чашек кофе вы сегодня выпили? Вы вообще сегодня спали?
Полковник протер глаза и нехотя ответил:
– Спал. Пару часов на диване в своем кабинете.
– А вчера?
– И вчера так же, – полковник вскочил с кресла и начал нервно расхаживать по гостиной.
Иван закончил установку оборудования и стал регулировать настройки. На мониторе отобразились изображения с офисных камер. Кира увидела Токарева и с удивлением взглянула на полковника. Тот махнул рукой и как бы, между прочим, сказал:
– Взяли вместо Яковлева.
Кира понимала, что Токарев будет работать в тандеме с бывшим напарником, поэтому спросила:
– А кто теперь будет моим напарником?
– Кто-то из новичков, – полковник взглянул на часы и добавил: – У меня мало времени. Ты теперь на постоянной связи с отделом. Если устанешь, просто выключи экран и отдыхай.
Кира поблагодарила за установку оборудования. Иван попрощался и сказал, что подождет Лимонова в машине. По его виду, она сразу поняла, что шеф решил остаться и прочитать ей лекцию и полковник не заставил себя долго ждать.
– Ты о чем думала, когда одна заходила в дом? Это ведь даже не тот дом, который подлежал проверке.
Кира тяжело вздохнула и закатила глаза. Интуитивно она понимала, что с Лимоновым лучше сейчас не спорить, а дать ему выговориться. Внутри она закипала как кипяток, но в очередной раз сдержалась и приготовилась к длительной пытке.
– Ведь ты могла погибнуть! – воскликнул Лимонов, повышая тон.
Кира потупила взгляд и закусила губу. Лимонов пыхтел, но дальше тему развивать не стал. Через минуту он остыл, взглянул на часы еще раз и потянулся за пиджаком. Уходя, он похлопал сотрудницу по плечу, давая понять, что в итоге на нее не злится и уже более снисходительным тоном произнес:
– Очевидно, что риэлтор что-то увидела при показе дома. Поэтому ее и убили.
– Или услышала, – Кира подняла глаза на шефа.
Тот показал на висевшую на стене фотографию Бирка.
– Я впервые видел Расмуса в таком состоянии.
Кира поняла, что полковник говорит о потасовке с ее напарником. Лимонов подошел к двери, схватился за ручку и замер.
– Если у вас будет... ну то есть... вы будете вместе... то тебе придется уйти из группы.
– Я стараюсь завязать с ним дружбу, но только лишь потому, что вы сами меня поставили в такое положение. Была бы моя воля, я бы с ним не то чтобы обсуждать улики, даже не поздоровалась.
Ее красноречивое и немногое волнительное объяснение не убедили начальника, а скорее даже подтвердили подозрения.
– Мое дело предупредить. Без обид Митяева, но он для отдела гораздо важнее, а романы внутри группы я не потерплю.

[1] VIPLounge (англ.) – изолированная комната в аэропорту для важных персон и государственных лиц.  

http://idavydova.ru/
https://www.facebook.com/inessa.davydoff
https://twitter.com/Dinessa1
https://ok.ru/group53106623119470





Рейтинг работы: 0
Количество отзывов: 0
Количество просмотров: 34
© 04.10.2017 Инесса Давыдова

Метки: детектив, роман, маньяк, жертва, убийство, следствие, следователь, Руанда, профайлинг,
Рубрика произведения: Проза -> Детектив
Оценки: отлично 0, интересно 0, не заинтересовало 0
Сказали спасибо: 1 автор












1