Колобок


Если честно, не хотелось писать этот рассказ, но я пересилил себя. Посему не судите особо строго.
Как я уже писал ранее, я когда-то учился заочно в юридическом институте МВД России. Поэтому приезжать на сессию для нас всех был праздник, от сорока до пятидесяти дней, смотря какая сессия. У большинства, кто со мной учился, опыт службы в МВД был уже довольно приличный, поэтому сдавать многие экзамены нам было легко, и мы довольно часто расслаблялись, но это делали практически все заочники.
Вот, как-то после занятий, парни поехали покупать все для проведения очередных мероприятий, направленных на приятное времяпрепровождение с использованием крепких алкогольных напитков и, вполне возможно, женщин нетяжелого поведения. Меня же задержали дела – я своевременно не защитил курсовую работу, а так как встреча с преподавателем была назначена на 15.00, а занятия кончились в 13.30, я решил пока на встречу будущих выпускников юридического института МВД России не ездить, потом нагоню.
Нагоню-то, нагоню, а жрать-то хочется, а что же время – обед. Как писал А.С. Пушкин: «Желудок верный наш Брегет».
Основные здания нашего института стояли вместе и были огорожены двухметровым забором, однако, наш заочный факультет стоял в стороне, не на общей территории, а через дорогу. Между здания института располагался частный сектор.
Вот в одном из зданий предприимчивый хозяин и открыл небольшую закусочную, где сам готовил пирожки, пиццу, наливал кофе и чай, и оказывал тому подобные услуги. Поставил навес в палисаднике, по стенам навеса установил полки на уровне груди среднего человека, чтобы можно было поставить горячий чай или кофе, положить пирожок в целлофановом пакете.
Зашел я по пути в эту, ну скажем так, закусочную. Там уже были какие-то милиционеры, в количестве 4 сотрудников, в офицерских погонах среднего командного состава. Я уже к тому моменту был майором, что соответствовало старшему командному составу. Заказал два пирожка: один с картошкой и сосиской, второй с капустой и сосиской; и кофе три в одном. Стою, ем свой пирожок, смотрю, так сказать, на соседей. Вижу, что парни вчера проводили увеселительные мероприятия с использованием крепких алкогольных напитков, и с утра они были еще пьяные, а вот часа два назад их только начало отпускать, и чувствуют они себя, мягко говоря, не «комильфо», а откровенно говоря – хреново они себя чувствуют. Алкоголь нюхать они не могут, потреблять пищу они не могут, даже курить не могут – от этого всего им становится плохо, а потребленная пища стремится покинуть болезненный организм. Между собой они практически не разговаривают, но по состоянию каждого понимаю, что они из одной компании. Заочно переживаю за парней, вполне вероятно, что завтра я буду испытывать то же самое, и как-то на встречу будущих выпускников юридического института МВД России уже ехать не хочется, но я слово офицера дал.
Стоим, потребляем нехитрую пищу, никого не трогаем. Его я заметил издалека. А трудно не заметить, на улице зима, все белое, и вот по этому белому катится черный колобок на зеленых ножках. Подойдя ближе, этот колобок остановился и начал нас рассматривать. Ну и я стал его разглядывать. Серая форменная шапка, черный короткий бушлат с петлицами танкиста и полковничьими звездами, армейские зеленые брюки с красным кантом. Вояки и вояка, «сапог» и «сапог», пусть себе марширует дальше. А то, что на бушлате милицейские шевроны я увидел только потом. А может он есть захотел и стоит, думает: «Зайти, или не зайти». Отворачиваюсь от этого военного и смотрю в другую строну. Однако,
- Эй, майор! И вы товарищи офицеры! Почему старшему по званию честь не отдаете? Почему не слышу команды смирно?
Стоит отметить, что в юридическом институте учились в основном курсанты, которые беспрерывно всем отдавали воинские приветствия, но мы уже на это внимание не обращали.
- Во-первых – говорю – не эй, майор, а товарищ майор; во-вторых – не честь, а воинское приветствие, честь пусть Ваша жена Вам отдает; в-третьих – команда смирно не подается: в бане, в туалете и в местах приема пищи» в-четвертых – идите своими «сапогами» и командуйте (были случаи, когда пьяные военкомы пытались командовать сотрудниками ОВД на том простом основании, что они старше по званию, а то, что мы относимся к разным ведомствам военных обычно не интересовало. Соответственно они были посылаемы подальше, начинали качать права и все это оканчивалось посадкой в «обезьянник»). А то, неровен час, поедете в ближайший «обезьянник».
- Вы что, сукины дети, совсем нюх потеряли? Не видите, кто перед вами стоит? Да я вас нарядами зае…у! Вы у меня драить зубной щеткой туалеты всю сессию будете!
- Послушайте, гражданин! Вы только что оскорбили сотрудников милиции, находящихся в форменной одежде и при исполнении служебных обязанностей, а это уголовно-наказуемое деяние. Поэтому я требую прекратить незамедлительно Ваши противоправные действия и проследовать с нами до дежурной части, иначе мы имеем применить к Вам силу, в том числе боевые приемы борьбы.
Когда с таким быдлом говоришь культурно-вежливо, он думает, что его испугались, и начинает вести себя совсем уже плохо, проверенный нехитрый психологический прием. Обычно всегда срабатывает.
- Да вы чё охренели? – дальше в повествовании последовали одни точки.
Я пытался успокоить военного, но понял, что он был пьян, и всякие уговоры были бесполезны. Минут через пять я стал набирать 02.
Один из четырех милиционеров всю нашу перебранку снимал на видеокамеру телефона, трое других, переглянувшись между собой, довольно быстро и профессионально скрутили пьяного смутьяна, причем каждый из них нанес полковнику расслабляющий удар в область паха, как учат на занятиях по САМБО, и связали черного полковника его же собственной портупеей. Я наконец-то вызвал наряд из юридического института.
Прибывший наряд, во главе с майором, повел себя более чем странно. Они бросились поднимать и пытались развязать этого черного колобка, а тот выражался в их и наш адрес только точками.
- Вы что наделали? – кинулся ко мне майор – это же наш заместитель начальника училища по строевой, он недавно из войск перевелся.
Тут только я увидел милицейские шевроны на бушлате черного колобка, но отступать не собирался.
- Этот, с позволения сказать, милиционер одет не милицейскую форму, выражался в наш адрес грубой нецензурной бранью, а так же склонял нас к неестественным половым отношениям с ним. И что, я по-вашему приказы всяких педерастов исполнять должен? А 25 статью в законе «О милиции» и Вы, и он изучить не желаете? Вдобавок он оскорбил сотрудников милиции, находящихся при исполнении служебных обязанностей в форменном обмундировании, а это Вы сами прекрасно знаете статья 319 УК РФ.
Видя, что просто так нас не проймешь, майор вызвал руководство юридического института. Прискакали начальник штаба и начальник кадров, нашего начальника заочного факультета вызвали. Наезжать начали сразу, что мы служить дальше не будем, выгонят нас, а еще материалы в прокуратуру передадут, чтобы в отношении нас возбудили уголовное дело, по превышению должностных полномочий (между прочим, тяжкая статья). Но тут вышел четвертый милиционер, который не участвовал во всей этой сваре, но все прекрасно снимал на телефон, и сообщил, что существует запись всего, что здесь происходило, и скорее всего вам, товарищи полковники, придется расстаться с погонами, а полковник заедет в места не столь отдаленные по 319 и 286 УК РФ. Как это не странно, на нашу сторону встал начальник заочного отделения. Штабной и кадровик по сотовому доложили начальнику училища положение дел. Нас всех поперли к нему.
Выслушав всех и ознакомившись с записью, генерал-майор решил так: нас вообще не трогать; начальнику заочного отделения за хорошую подготовку личного состава объявить благодарность и выписать премию в размере двух окладов; майору – старшему наряда, начальнику штаба и начальнику кадров объявить «строгий выговор»; заместителя начальника по строевой предупредить о неполном служебном соответствии (за то, что ходит на службу не в форменном обмундировании); а так же попросил (реально попросил) нас не распространять запись и никому ничего не рассказывать. Но курсанты… сами понимаете.
И вот когда какой-нибудь преподаватель, пришедший из МО сразу в преподаватели, ни дня на «земле» не работавший, начинал нас нагибать со своей строевой подготовкой и вопрошать: «Почему милиционеры военных не любят?», я ему не рассказывал, нет, просто напоминал ту историю с заместителем начальника по строевой, и так вкрадчиво спрашивал: «А вы нас почему не любите?». Обычно этого оказывалось достаточно, чтобы больше моя группа не маршировала строем.

А. Скворцов 2017 год





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 28
© 03.10.2017 Алексей Скворцов

Рубрика произведения: Проза -> Быль
Оценки: отлично 0, интересно 1, не заинтересовало 0
Сказали спасибо: 1 автор












1