Верона. Часть II. Глава III. I


Аристарх
Не думал, что мы можем поругаться с Вероной из-за какого-то дурацкого купальника. Все началось во время сбора вещей. Она завела меня своими нарядами, то и дело, выпархивая из гардеробной в новом образе. Каждый раз она изображала на лице новую гримасу и пританцовывала, показывая свое отношение к прикиду. Я, то ржал, как подорванный, то ерзал от нахлынувшей страсти. Мысленно я уже попрощался с ее шмотками и заказал новые, так мне хотелось сорвать с нее все и на хрен никуда уже не лететь. Но тут Верона услышала от меня, что на вилле у нас будет свой частный пляж. Поэтому последним в этой бесконечной веренице был выбор купальника. Катя положила в коробку три на выбор. Ох, доберусь я до сеструхи и долбану по ее семи чакрам!
– Ты в гимнастический зал меня отправляешь или на пляж? – показывает она на закрытый черный купальник и мечет на меня гневный взгляд. – Может, паранджу еще на меня наденешь?
– Неплохая, кстати, мысль, – я щурюсь и, глядя на нее, разваливаюсь на диване, руки сцепляю за головой. Вид блаженный.
– Я не пойду в таком виде на пляж!
– Ладно, готов пойти на компромисс, надевай следующий.
Во второй ее выход со мной чуть не случился сердечный приступ. В какие-то считанные секунды меня накрывает волна ревности и гнева, лицо краснеет, на лбу вздуваются вены. Я вскакиваю с дивана и ору:
– Ты с ума сошла?! Это купальник?! Нет, нет и нет! Это какие-то две веревочки!
Оттягиваю полоску на трусах, резко отпускаю, жгут больно бьет по коже. Она вскрикивает.
– Снимай немедленно! Пока тебя никто не увидел, и мне не пришлось окатывать зевак из огнетушителя!
– Я беру его! И точка! – кричит Верона.
– Нет, не берешь! – я рву три треугольника, полоски лопаются, она опять вскрикивает и бежит в гардеробную. – Надевай третий! Или вообще полетишь без купальника!
– Прекрасно! Буду купаться голой! – кричит она мне из коридора.
– Верона! – рычу я. – Не дразни меня!
Третий выход был в белом раздельном купальнике. Я замираю. Слов нет. Черт! Это круто!
– Ладно, детка, остановимся на этом, – хриплю я.
– Заметь, ты сам на это согласился, – ее глаза горят, чую подвох.
Она поворачивается и виляет попкой. Проклятье! Ягодицы почти обнажены. После пятиминутного бега по квартире мне удалось поймать эту Ходячую Дерзость и стянуть с нее купальник. Но уступать она не собиралась. Уперла руки в бока и сказала, что именно в этом купальнике она намерена поджарить себе ягодицы на солнце и мне нечего боятся, так как я буду рядом.
Вы когда-нибудь спорили с голой женщиной? Нет? И не пытайтесь! Вы все равно проиграете! Голая добьется всего! Вот и Верона демонстративно бросила купальник в чемодан, застегнула молнию и с вызовом поставила на него ногу. Уф! Я преподам на Сицилии урок этой упрямице! Она еще вспомнит этот момент!
Как только мы приехали в аэропорт и вышли из такси, я напрягся по полной. Верона в новом черно-белом коротком платье и зеленых туфлях притягивала внимание всех мужиков. Черт! Я сам завелся перед выходом из квартиры, когда увидел ее прикид и только раненый Сэм спас положение.
Из-за плотоядных взглядов я не мог отойти от нее ни на минуту, пришлось отвечать на звонки партнеров, сидя рядом и держа ее за руку. Мне хотелось всему миру заявить на нее свои права, и чтобы ни у одного хрена в голове не возникло даже намека на желание обладать тем, что принадлежит теперь мне. Я так накрутил себя, что метал яростные взгляды во всех, кто поворачивался в нашу сторону. Когда мы прошли регистрацию, я перешел к активным действиям. Одному поставил подножку, пока Верона рассматривала часы в Дьюти-фри. А не хрен пялиться на ноги чужих телок! Другому, как бы невзначай, наступил на ногу. Тот по ходу тоже потонул в синих бездонных глазах. Третьему так и вовсе не за что досталось, оказывается, он высматривал в магазине свою жену, которая была в такого же цвета платье, а получил от меня под дых, когда тронул Верону за плечо. Пока тощая тетка показывала Вероне помаду, я подошел и извинился, типа вышло недоразумение, он попятился от меня как от чумы, ну и хрен с ним. Я редко бываю вежлив, не оценил – его проблемы! После этого инцидента я заставил себя остыть. Но в зале ожидания меня накрыло новой волной ревности. Проклятье! Так мы не долетим до Италии!
Чем ближе вылет, тем чаще звонки. Черт! Они что все с ума посходили! Проблемы сыпались одна за другой и я только успевал переводить удары на нанятых для таких случаев спецов. Только сейчас я понял, что выходом из трех проектов ситуацию не разрулить. Мне хочется быть с Вероной, чувствовать ее присутствие везде и всегда, а это нереально с учетом ее учебы и моей загруженности. И хоть за последние две недели мне удалось всех приучить, что в воскресенье у меня выходной, но этого, по-видимому, будет мало.
Пока мы не сели в самолет я то и дело кидал на Верону оценивающие взгляды. В Дьюти-фри ей многое что понравилось, но она ни разу ничего не попросила. Для нее мне ничего не жалко, а не настоял я на покупке по одной простой причине: все, что ей нужно мы купим в Милане. Но для себя сделал пометку, что Верона не будет по часу стоять с восторженным лицом перед прилавком, давая понять, что ей что-то приглянулось, как делают другие телки.
Спокойствие пришло, как только я заметил, что она слушает в наушниках песню «Powerful», от которой я фанател в последние дни. Она улыбалась, сжимала мою руку, тяжело дышала, то и дело закрывала глаза. Я понял, что она там, в нашей первой ночи и с облегчением выдохнул.

***
Вера
Самолет отрывается от земли и взмывает вверх как птица. Я восторженно кручу головой, мне хочется смотреть во все окна – это мой первый полет. Честно говоря, я нигде раньше не была, за исключением двух поездок к родне в Харьков и Днепропетровск, куда мы с мамой добирались поездом. Глядя на мой испуганный вид и почти детские комментарии, Руссо посмеивается и сжимает мою руку. На нем зеленая рубашка под цвет его глаз и узкие серые брюки. Закатанные рукава оголяют татуировки: густой непроходимый хвойный лес. Ремень с пряжкой в виде головы буйвола и медальон с черепом придают его вполне классическому облику брутальности. Ах, ну и конечно, покусанные губы, и сбитые костяшки пальцев. Интересно, они у него заживут когда-нибудь?
Пока мы проходили регистрацию и ожидали посадки, на него глазели буквально все женщины. Оборачивались замужние дамы и девчонки-подростки. Еще бы такой красавчик! Меня это порядком достало, когда объявили наш рейс, я была уже на грани истерики. Руссо выглядел очень напряженным, видимо из-за непрекращающихся телефонных звонков. На этот раз он не отходил от меня, даже когда говорил о делах. Из этих разговоров я поняла, что он скоро будет участвовать в каких-то торгах. Что один из его проектов – боулинг-клуб и там проблемы с проверкой из налоговой. Теперь я знаю, что у Руссо есть свой личный бухгалтер, адвокат и корпоративный юрист, который улаживает дела между партнерами.
Я отправила подругам и брату сообщения, что мы в аэропорту и вылетаем в Италию. Софа пожелала мне удачи. Саня написал: «Береги себя», а с Анной у меня завязалась бурная переписка. Конечно, я не могла промолчать и написала ей, что у нас уже все произошло. Она тут же мне перезвонила, но я сбросила звонок и написала, что сейчас не могу говорить. После чего переписка продолжилась. Анна сообщила мне, что Саня эту ночь ночевал в коттедже. Я расплылась в улыбке. Мама миа, значит, не только у нас с Руссо был этой ночью первый секс.
– Чего улыбаешься? – Руссо притягивает меня к себе ближе, пытается заглянуть в переписку.
Рассказываю ему новость, он кривится в усмешке.
– Не знал, что Курт так быстро сдастся, думал, он ее еще немного помурыжит.
Распахиваю глаза от удивления.
– Он знал все это время, что нравится ей?
– Верона, она предложила ему остаться на ночь еще, когда ты жила в общаге. Он приехал к тебе, а ты в тот день была со мной.
Вот это да!
– Почему ты мне ничего не сказал?
– Я думал, ты знала, вы ведь подруги.
Софа как всегда в своем репертуаре! Сначала пошла напролом, а когда не получилось, подключила меня. Вот, пройдоха!
– Нет, ничего такого она мне не рассказывала.
Разговор прервало объявление о посадке на наш рейс.
Мы летели три с половиной часа, и за это время я ни разу не прикрыла глаз. В отличие от меня Руссо уснул, как только самолет набрал высоту. К нам подошла стюардесса с тележкой и хотела его разбудить, чтобы предложить напитки, но я так на нее шикнула, что она попятилась со своей тележкой к следующему креслу. Такое поведение для меня самой было полной неожиданностью, видимо я на ходу училась отвоевывать свою территорию. Моя выходка не осталась незамеченной. Руссо открыл один глаз, расплылся в улыбке и пробормотал что-то невнятное, потом взял меня за руку и не отпускал, пока я не запросилась в туалет. Почему-то он пошел со мной и стоял у двери как часовой.
Когда принесли еду, Руссо снова уснул, пришлось будить его. Но он сонным голосом прохрипел, что разрешает выкинуть свой паек. Конечно, я этого не сделала, а умяла все, что было на двух подносах. Завтрак я практически отдала Руссо, так как еще не привыкла рассчитывать его норму. Когда я готовлю на два дня, получается на один раз. Как в него все это помещается ума не приложу, наверное из-за того что он такой энергичный, съеденное не влияет на его фигуру, а сгорает как в топке. Со мной это точно не пройдет, как только я наращиваю объем поглощаемой пищи, утренняя гимнастика уже не справляется и мне приходится удваивать физическую нагрузку.

***
Италия буквально взорвала мне мозг! Она поделила мою жизнь на «до» и «после». Приехала я туда одним человеком, уехала совершенно другим. Мне будто вручили ангельские крылья и показали направление куда лететь. Никогда не видела такого скопления красивых и модно одетых людей. Сами итальянцы поразили меня с первой минуты: страстные, эмоциональные, в глазах огонь. Они все делают от сердца и души, даже ругаются как-то красиво и сексуально. За четыре дня пребывания в Италии я, наверное, выпила ящик вина. Вино было повсюду, за завтраком, за обедом, за десертом и ужином и, конечно же, ночью. Какая же ночь в Италии без вина? Пьянил меня и особый аромат, витающий в воздухе и наполняющий всю мою сущность. Будто именно здесь я прошла посвящение и стала настоящей женщиной.
Мы приземлились в аэропорту, когда было еще светло. Руссо предложил заселиться в гостиницу, затем пойти поужинать и погулять по ночному городу. Первую ночь мы провели в гостинице «DueTorri», что в переводе означало «Две башни», расположенной в исторической части города, неподалеку от Арены. Этот дворец четырнадцатого века наверняка уже существовал, когда Верону потрясла история Ромео и Джульетты.
Номер был заранее подготовлен к нашему приезду. На кровати лежала приветственная открытка от отеля, в которую были вписаны наши имена. Большая двухуровневое блюдо, наполненное фруктами и мини-пирожными, вызвала во мне такой восторг, что я не успокоилась, пока не перепробовала все виды. Мама миа, моя талия! На столе огромный букет экзотических цветов, наверное, он стоил Руссо кучу денег, как собственно и сам номер.
Пока Руссо переодевался и принимал душ, я фотографировала все что видела: балкончик уставленный цветами, что выходил на площадь, мягкое стеганое изголовье кровати, красную стену с невероятной по текстуре штукатуркой, многослойные шторы с массивными кистями, канделябры, хрустальную люстру и, конечно же, всякие статуэтки и запотевшую бутылку шампанского в золотом ведерке.
Не удержалась, отослала фото Анне и тут же получила восторженные комментарии.
– Детка, ты еще не готова? – Руссо стоит в дверях уже одетый, волосы красиво уложены.
От его вида меня чуть инфаркт не хватил. На нем белая рубашка с черными запонками и черные брюки.
– Столько впечатлений, я так растеряна, не знаю, что надеть...
Он подходит к моему раскрытому чемодану, выуживает голубое длинное платье с открытой спиной и кидает его на кровать.
– Учти, я долго ждать не буду, – недовольно бурчит он и идет на балкон.
У него снова испортилось настроение, но я слишком поглощена новыми эмоциями, чтобы спросить из-за чего.
Вскакиваю на ноги и мчусь в ванную. Еще никогда я так быстро не собиралась. После душа уложила волосы волнистыми прядями, нацепила новое нижнее белье. Затем облачилась в платье, подкрасила глаза и нанесла розовый блеск для губ. Перед выходом бросаю прощальный оценивающий взгляд в зеркало и на мгновение застываю. Боже мой! Как же я изменилась! Глаза искрятся и горят, как тысячи китайских фонариков одновременно запущенных в небо. Лицо смягчилось и разгладилось, словно я сутки пролежала под чудодейственной маской. Картину, конечно, портят покусанные губы, но почему-то Руссо от них фанатеет, этим я себя и успокаиваю.
Выхожу из ванной и застываю как вкопанная. Зрелище не для женщин с утонченным восприятием мира. Руссо стоит на балконе, руки в карманах брюк. Волосы развиваются под порывом теплого осеннего ветра. На город опускается ночь, последние всполохи заката окрашивают багрянцем его лицо.
– О боже! – восклицаю я, он резко поворачивается и пробегается по мне взглядом, в котором я чувствую желание. – Ты специально выбрал момент?
Он хмурится и заходит в номер. Не могу отвезти глаз от тату с моим именем. В обрамлении белой рубашки она выглядит еще контрастнее. Внизу живота разливается тепло.
– Шампанского?
Я киваю.
– За твой первый приезд в Италию, – он протягивает бокал.
Шампанское оказалось розовым и очень вкусным. Руссо делает один глоток и отставляет бокал. Он дожидается, когда я неторопливо допиваю свой, и тоже отставляет его в сторону.
– Ты, наверное, устала с дороги, я решил не блуждать по городу и заказал ужин в отеле, – он берет меня за руку и ведет по длинному коридору к лифту.
Шлейф платья такой длинный, что волочится по ковровой дорожке. Интересно, какого он будет цвета, когда я вернусь с ужина? Боже, о чем я сейчас думаю?! Нужно расслабиться и получать удовольствие, черт с ним с этим платьем! Сжимаю крепко руку Руссо, он поворачивается. Я улыбаюсь ему. По мере приближения к лифту он немного оттаивает.
Как только мы входим в холл первого этажа, я впервые чувствую на себе восторженные взгляды мужчин. Хе-хе, оказывается не такая я уж серая мышка! Руссо тоже это видит и снова начинает нервничать. Я обнимаю его за талию и прижимаюсь к бедру. От чего он громко выдыхает и сжимает мои плечи.
В ресторане немноголюдно, от этого я испытываю небольшое облегчение. Нас окружает атмосфера средневековья. Теперь я понимаю, почему Руссо выбрал именно это место.
– Завтра у нас насыщенный день, – говорит он, помогая мне сесть. – С утра мы идем на кулинарный мастер класс к знаменитому шефу... не помню имени. Тусовка будет здесь в отеле на террасе. Потом небольшая экскурсия по городу. Обед. Затем основная экскурсия «По следам Ромео и Джульетты», продолжительностью больше четырех часов, так что нужно подготовиться к длительной пешей прогулке. А послезавтра утром мы возьмем машину в прокат и укатим в Милан.
У меня загораются глаза, не могу сдержать щенячьего восторга.
Официант приносит меню, оно на двух языках: английском и итальянском.
– Руссо закажи на нас двоих, не хочу тратить время на изучение меню, все равно я ничего не понимаю.
– Все очень просто, детка, – усмехается Руссо, – где бы ты ни была, всегда проси фирменное блюдо, только предварительно узнай ингредиенты. Обычно это самое лучшее из всего меню. Шеф повар лично его готовит.
За ужином Руссо был молчалив. По его виду я поняла, что сейчас лучше не прерывать ход его мыслей. Да, конечно, меня распирало от эмоций и не терпелось поделиться с ним своими впечатлениями. Но лицо его так напряжено, что было ясно, он не здесь, а где-то далеко, мысленно решает свои рабочие вопросы.
Как и сказал Руссо, после ужина сил на прогулку уже не осталось, и мы решили, что самое время вернуться в номер и лечь спать пораньше.

***
Аристарх
Верона так ухандокалась, что придя в номер, сразу завалилась спать. Теперь посапывает на боку, а лунный свет освещает ее умиротворенное лицо. Я сижу в кресле, закинув ногу на ногу, и смотрю на нее. Какая же она красивая и нежная, будто бутон распускающегося на моих глазах цветка. Я даже не успеваю отследить перемены в ее облике. Вчера она была еще девчонкой с угловатыми манерами, а к ужину вышла такая элегантная и изящная, что я понял, если не буду сдерживать свою ревность, драки в ресторане не избежать. Так и вышло, на нее пялились все мужики, а я только успевал метать в них колюще-режущие взгляды. Если бы хоть кто-то из этих поганцев ей улыбнулся, убил бы на хрен!
События вчерашнего дня только сейчас окончательно уложились у меня в голове. Мы сделали это! Смели последнюю преграду между нашей близостью. Никогда ничего подобного не испытывал. Оргазм был вымученным, но когда открыл глаза несколько секунд приходил в себя, как от улётного кайфа. А после лежал и пялился на Верону, не в силах осознать насколько я перед ней обнажен душой и уязвим. Поначалу меня накрыла паника, не привык я показывать свою слабость, но видя ее состояние, понял, что она в таком же положении что и я. Никогда еще я не был так нежен и внимателен, как в прошлую ночь. Обычно после секса я несся в душ и скоблил мочалкой тело, чтобы поскорее смыть с себя чужеродный запах. Но запах Вероны торкает меня не по-детски и смывать его совсем не хочется. Да я и не мылся, только смыл с Сэма кровь. В ду́ше меня не отпускало, хотелось заласкать Верону до обморока. В сущности так и получилось, пока Верона не «поплыла» я не отпускал ее. От вида крови на простыне меня немного замутило, но я быстро взял себя в руки, поменял простынь, а окровавленную закинул в стиралку. Но перед этим с минуту на нее таращился, пытаясь осознать, что сделал. Верона стала моей. Теперь уже по-настоящему. Не знаю, куда нас это заведет, но отпускать я ее не намерен.
Телефон в беззвучном режиме. Вспышка экрана оповещает об очередном смс. Читаю сообщение от Демона. Он пишет, что Бизон попросил прайсы, довольно крупную сумму и спрашивает что у нас за терки. Я вкратце описываю ему ситуацию, но тот все равно не догоняет. Тогда я накидываю куртку и выхожу на балкон. Набираю его телефон и подробно объясняю события последних дней.
– Не пойму, так он что просит у меня бабло чтоб тебе отдать? Что за хрень?!
Демон сам по себе тугодум, а тут еще ситуация под стать, но я набираюсь терпения, напряг с ним мне сейчас не нужен.
– Мы решили, что он составит график выплат и свяжется со мной. По срокам я его не тороплю. Не знаю, почему он резко подорвался. Вопрос не в прайсах, а в самом решении. С первого октября я в клубе не при делах.
– А чего ты заартачился-то? Что не так?
Не хочу вдаваться в подробности, что-то мне подсказывает, что Демон моему уходу из клуба будет только рад, возможно, даже сам перекупит мою долю.
– Да все! Мы по-разному смотрим на бизнес. Дорожки разошлись.
– Он рыщет по городу и отжимает со всех бабло. Ему нужно гораздо больше, чем он тебе должен. У него еще какие-то грабли, но он молчит, как рыба.
– Я не в теме. Мы уже год как с ним не контачим. А теперь и вовсе разосрались.
– Херня какая-то! Подъезжай завтра, перетрем его дела.
Черт! Как я за калитку, так сразу нужен во дворе.
– Я в Москве буду только через четыре дня.
Демон матерится.
– А что с трансляцией боев? Годзилла напрягся как при запоре.
– Кувалда ручается за людей. Не знаю, я тоже против, общего решения пока нет. На бумаге предложение очень заманчивое, а на деле можем вылететь из собственного бизнеса, как пробка из бутылки.
– Ты можешь переслать мне бумаги?
На кой черт ему бумаги? Он даже не знает что такое маркетинговый анализ.
– Папка осталась в Москве. Как приеду, привезу.
Демон говорит что позвонит, если возникнут еще вопросы. А я не сомневаюсь, что они возникнут. Черт! Отключить что ли мобилу? Не хочу, чтобы нас с Вероной кто-то отвлекал.
Возвращаюсь в номер, Верона перевернулась на другой бок, отбросила одеяло и оголила стройные ноги. Смотрю на изгиб ее тела и чувствую, как поднимается изнутри волна нежности. Что-то меня после двухдневного рандеву по Москве куда-то занесло. Захлебываюсь от ревности. Устраиваю ей какие-то дурацкие тесты, будто не знаю ее настоящую. Вот она лежит передо мной, открытая, готовая ко всему, что я могу ей дать. А во мне все еще тлеет огонек недоверия и осторожности. Чего боюсь? Что она разобьет мне сердце? Что уйдет? Но она отдает мне все, а взамен попросила только привезти сюда в Верону.
Экран телефона снова светится. Входящий звонок. Лили! Вот сука! Никак не оставит меня в покое! Надо с этим кончать. Натягиваю джинсы, хватаю куртку и выхожу из номера в коридор.
– Слушаю, – отвечаю я стальным голосом.
– Аристарх?
Я молчу. Сказал же что слушаю, чего ей еще надо? Она тоже молчит, тяжело дышит в трубку. Мы что будем играть в «Кто громче дышит»?
– Что тебе нужно? – рявкаю со злостью.
– Хочу извиниться, я не должна была так на тебя накидываться.
– Извинилась, что дальше?
Выхожу на лестницу и спускаюсь на первый этаж по мраморным ступеням.
– Мы можем встретиться? Ты мне нужен...
– А ты мне нет!
Как же я зол на нее!
– Это не правда... ты все еще любишь меня, я это чувствую...
– Чутье тебя подводит Лили, во мне нет ничего кроме ненависти.
– Я хочу вернуть тебя, Аристарх, я совершила большую ошибку и хочу ее исправить. Дай мне шанс.
Я ждал этого звонка три года, чертовых три года! И что? Теперь, когда я слышу ее голос, не чувствую ровным счетом НИЧЕГО! Ни хрена! Ни облегчения, ни злорадства, ни радости.
– Не поздновато ли ты проснулась?
– Лучше поздно, чем никогда, – усмехается она и тяжело вздыхает.
– Мое сердце занято Лили, я люблю другую.
– Ты про ту девочку с большими глазами? – она с издевкой ухмыляется. – Господи, Аристарх, она же еще ребенок. Она не для тебя. Она вообще знает тебя? Знает, что на самом деле тебе нужно?
Она говорит о наших странных отношениях, когда я прилюдно требовал доказательств ее любви. Я трахал ее в общественных местах, подогревая ее и свою страсть. Мне всегда чего-то с ней не хватало, и я ходил по лезвию ножа. Однажды даже приказал ей прыгнуть в фонтан в парке, и она незамедлительно это сделала. Я все время сомневался в ней, все время искал доказательств, и никакие ее действия не могли меня убедить, пока она реально не подтвердила, что никогда меня не любила. Но вот чего она не знает, так это то, что таким я был только с ней.
– А кто для меня? Ты?
Она молчит. Слышу, как она всхлипывает в трубку. Сука!
– Ты предала меня Лили! Кинула! Назад дороги нет!
– Аристарх... не говори так... я люблю тебя. Все еще люблю. Я закрываю глаза и вспоминаю, наш сумасшедший секс. Такое нельзя забыть, я знаю, ты тоже это помнишь!
Голова заполняется туманом, смахиваю нахлынувшие воспоминания. Черт! Только Лили знает, как достать меня по самые яйца! Но тут я вспоминаю слова Годзиллы и спрашиваю:
– Почему сейчас, Лили? А? Ты жила три года в нос не дула, а сейчас подорвалась и начала атаку звонками, заявилась в бутик. Почему? Что на самом деле происходит? Тебя выгнал муж? Оставил ни с чем? И ты от скуки решила вспомнить о парне, который сходил по тебе с ума?
От матери я слышал, что муж Лили потребовал развода после поминок Авроры. К этому несомненно приложила руку Верона, но я не могу ее в этом винить. Лили сама напросилась.
– Не скрою, в моем браке не все так гладко...
– Значит я прав! – ору я. – Я твой парень на замену! Только вот ты не учла, что больше нет того парня! Нет больше Аристарха! Есть кто-то другой, кого бесит твой голос. От одного твоего вида его тошнит. Он смотрит на тебя и думает, какого черта я потратил два года на вот ЭТО!
Щелчок. Смотрю на дисплей, она разъединила связь. Сука! Не хочет слышать правду... еще бы!
Я зол, я очень зол! Мне нужно выпустить пар. Только сейчас я понимаю, что стою посреди площади без рубашки и босяком, точно бомж. Возвращаюсь в фойе отеля и спрашиваю у администратора, есть ли у них зал для фитнеса? Тот кивает, объясняет, как пройти на цокольный этаж.
Через час, взмокший и обессиленный, я вваливаюсь в номер и, еле волоча ноги, плетусь в ванную.
– Руссо, – слышу я сонный голос Вероны. – Все в порядке?
– Да, детка, – скидываю куртку и джинсы на пол, – немного побоксировал, сейчас приму душ и приду к тебе.

http://idavydova.ru/
https://www.facebook.com/inessa.davydoff
https://twitter.com/Dinessa1
https://ok.ru/group53106623119470





Рейтинг работы: 0
Количество отзывов: 0
Количество просмотров: 27
© 03.10.2017 Инесса Давыдова

Метки: роман, любовь, отношения, Верона, любовный роман,
Рубрика произведения: Проза -> Роман
Оценки: отлично 0, интересно 0, не заинтересовало 0












1