Испей до дна. Глава III.III




Когда Ника появилась на вилле Бальбьянелло в сопровождении Клима, торжество было в разгаре. Гости уже изрядно выпили и многие, разбившись на парочки, танцевали. На импровизированной сцене друг за другом выступали русские и иностранные артисты. Здесь были известные на весь мир оперные дивы и авангардные рок-группы с пугающей внешностью. В перерывах между выступлениями гости провозглашали длинные и пафосные тосты, некоторые вручали подарки прилюдно, так сказать напоказ.
Присутствующих можно было разделить на две группы. Одну составляли россияне, они выделялись излишней помпезностью нарядов, напряженными лицами, тяжелыми взглядами; надменностью по отношению к обслуживающему персоналу и необузданным нравом. Их внезапный грохочущий смех мог оглушить даже тугого на ухо. Другая группа состояла из эмигрантов разных национальностей, что давно покинули страну, которой и на карте-то сейчас не было. Они пустили корни на чужбине, обзавелись друзьями, недвижимостью и партнерами по бизнесу. Их дети Россию в глаза не видели, а те, что уехали в малолетстве награждали бывшую родину нелестными эпитетами. Большинство из этой группы выглядело элегантно и сдержано, вели себя «по-западному»: мало пили, широко улыбались, оголяя при этом белоснежные зубы; говорили негромко, частенько вставляли «спасибо» и «пожалуйста». Эта группа куда лучше умела приспосабливаться к окружающей среде и задавала тон всему мероприятию.
Места, отведенные Нике и Климу, оказались занятыми родственниками жениха – по словам Ники, несусветное свинство на подобных мероприятиях, – и им пришлось разместиться в компании друзей Зака. Это недоразумение сразу выбило Нику из равновесия. Из чего Клим сделал вывод, что с этой компанией она не ладит. Сначала она фыркала, придиралась ко всему, на что падал взгляд. К счастью ей на помощь пришел телефонный звонок, она этим тут же воспользовалась, извинилась и, сославшись на срочные дела, ускользнула из галереи. Судя по реакции игроков и самого Зака, такое поведение Ники было нормой.
Клим остался в одиночестве и в последующие часы видел Нику только тогда, когда какая-нибудь девица приглашала его потанцевать. В предвкушении нового знакомства, Клим галантно выводил партнершу на танцпол. Тут же откуда-то появлялась Ника и, бросив неуклюжую реплику типа: «Я ждала этого танца», ловко перехватывала его у соперницы. Она словно часовой караулила его возле шатра с напитками и легкой закуской, а за ней попятам неотступно следовал Вадим. Они что-то оживленно обсуждали, на лице Ники отражалась гамма эмоций. Только сейчас Клим подметил, что, в сущности, о ней ничего не знает. А что самое странное, ему было глубоко безразлично, чем она зарабатывает на жизнь. Может потому, что после общения с Аркадием Заком, он решил, что она помогает управлять папе его капиталом.
Клим заметил, что с каждым танцем интерес Ники к его скромной персоне возрастал. Она начала бомбардировать его вопросами о продолжительности отпуска и о планах на оставшиеся дни. Убедившись, что он особо никуда не рвется, она победоносно улыбнулась и прижалась еще сильнее.
Ника снова явила себя, когда невеста с женихом под аккомпанемент оркестра разрезали торт. Позже Клим понял почему: именно в этот момент началась фотосессия гостей. Ника изображала из себя счастливую влюбленную, но как только фотограф отошел к следующей паре, она снова упорхнула.
Ближе к полуночи начался фейерверк, гости вышли на открытую террасу и задрали головы вверх. Небо окрасилось во все цвета радуги. Под оханье и аханье восторженных гостей раздавался залп за залпом. Пока все смотрели на салют, Клим не сводил взгляда с Ники. Послезавтра ему предстояло уехать, и он себе честно признался, что совсем этого не хочет. Его сердце после долгого перерыва снова открылось, затрепетало, потянулось к той, что сводила с ума. В памяти промелькнули слова Риммы: «Как мне жить дальше?», сейчас они доходчиво отражали его собственное настроение. От мысли, что Ника может исчезнуть из его жизни, он съежился и машинально потянулся к ее руке.
Залпы стихли, гости разбрелись по саду, а компания, с которой Клим провел несколько часов, снова потянулась к столу. И вот тут впервые за весь вечер он увидел Римму. Она танцевала на танцполе в окружении все тех же юнцов. К ним примкнули девушки, которых Клим видел накануне в ночном саду. По их поведению можно было предположить, что молодежь после шампанского перешла на более крепкие напитки. Ника в очередной раз исчезла, и Клим несколько минут наблюдал за танцующими. Заиграла медленная музыка и Римма тут же оказалась в объятиях сына Казначея, но красноречивый взгляд девушки был прикован к архитектору. Как только его лицо оказывалось в ее поле зрения, Римма посылала ему любовные сигналы, способные взбудоражить любого, но Клим оказался к ним глух.

***
После полуночи с гостями произошла ощутимая перемена: от выпитого каждый смог что-то отбросить – напускную важность, неприступность, а кто-то и наигранную вальяжность – и теперь был просто гостем молодой пары, которая под всеобщее улюлюканье покинула виллу на катере. Среди общего гомона, Клим услышал от одного из гостей, что катер доставит их на вертолетную площадку, откуда молодожены полетят в горный отель в Швейцарском заповеднике.
После отъезда молодоженов в женской части компании завязалась непринужденная беседа, обсуждали самые яркие и необычные наряды этого вечера. Клима раздражала язвительность и цинизм комментариев, которыми девушки награждали ни в чем не подозревающих дам. И когда подружка невесты произнесла: «О вкусах не спорят», Клим решил, что с него хватит и увел разговор в другую сторону.
– На эту расхожую фразу я всегда отвечаю: «Люди со вкусом о вкусах не спорят». Вкус – это чувство меры, баланс между лучшими традициями прошлого и умеренного новаторства.
Такого вмешательства никто не ожидал, на женских лицах отразилось удивление и недоумение. Казалось, кто-то из них сейчас с раздражением выпалит: «Какого черта вам надо? Мы просто сплетничаем».
– Вкус или есть, или нет! – выпалила скуластая девушка. – Грешно иметь деньги и так убого одеваться. Не можешь сам – найми стилиста.
– Сразу видно из грязи в князи, – философски, но с сильным акцентом произнесла бразильянка.
Клим чуть не прыснул от смеха, судя по воспитанию, которое она впитала с молоком матери, смуглянка явно была явно из трущоб.
– Меня интересует вкус богатеньких, – невпопад отозвалась подруга Кэша и непринужденно потрепала своего кавалера за обрюзгшие щеки, – да, папочка? Видишь на вон той тетке в сером платье колье? – она повернула его голову, Кэш кивнул. – Хочу такое же. Мы же можем себе это позволить?
Кэш грубо отстранился, пригладил усы и сделал вид, что не расслышал. Повернулся к сцене и всем своим видом стал демонстрировать, как увлечен исполнением певицы-негритянки соул-джаза.
– Тут вам нужно уточнить, – не сдавался Клим. – Богатые люди делятся на буржуа и аристократию. О каком конкретно вкусе вы говорите?
– Валяйте про оба, – манерно произнесла подруга одного из «Одесситов» и часто захлопала наклеенными ресницами.
– Все просто, – Клим промокнул салфеткой рот и сложил руки домиком. – Аристократический вкус – утонченный, строгий и аскетичный. Буржуазный, напротив, любит выставлять роскошь напоказ.
Вооружившись новыми знаниями, девушка обвела придирчивым взглядом гостей и с видом знатока заключила:
– Выходит, тут все буржуа, за исключением родственников жениха, которые ни те, ни другие.
– Вы говорите про бобо[1]? – поинтересовалась девица с наклеенными ресницами.
– О господи, да причем тут фильм Параджанова? – гнусаво возмутился Захария.
– Таки о чем вы говорите? – спросил один из «Одесситов».
– Ненавижу буржуев! – неожиданно рявкнул Зак и жестом подозвал к себе официанта.
Все на минуту замерли, оторопело поглядывая на Зака, словно именно от него зависело, будет ли продолжен разговор.
У Клима промелькнула мысль: «Вот она Россия вся в своем многообразии. На том и стоим».
– Вы ведь архитектор? – спросила скуластая девушка и одарила его слащавой улыбкой. Клим кивнул. – Наверное, работаете с аристократами? Поэтому так много о них знаете?
– Аристократического класса в России нет со времен революции, – заключил Клим, ему импонировал интерес женской половины компании и вместо того, чтобы на этом остановиться, его понесло: – Московские заказчики в основном составляют буржуа, но есть такой слой общества, как чиновники, которые в короткий срок могут стать из простолюдинов буржуа. Это единственный вид клиента, с которым я никогда не работаю, – он заговорчески подмигнул скуластой девушке и полушепотом добавил: – Из принципа.
Девушки захихикали, отзываясь на его заигрывание, и теперь буквально пожирали его глазами.
– Весь рынок ювелирных украшений, неоправданно дорогих автомобилей и яхт, ну и, конечно же, элитной недвижимости, с которой я работаю, живет за счет буржуазии.
– Чем же, по-вашему, отличается интеллигент от аристократа? – спросила девушка Креста, ее спутник, чувствуя себя не в своей тарелке, за весь вечер не произнес ни слова.
– Интеллигент видит мир через призму морали, а аристократ категориями правил приличия.
– А разве есть разница? – встрял в разговор Хирург, его дама увлеченно вслушивалась в беседу, и ему хотелось снова завладеть ее вниманием. – Просветите неуча. Я думал норма морали и есть правила приличия!
Зак ушел к другому столику, всем видом демонстрируя свое недовольство выбранной темой разговора. К нему тут же присоединилась уже немолодая дама и, судя по всему, они были близко знакомы. Беспокойный взгляд бразильянки сверлил Заку спину. На следующие пять минут разговор был прерван, так как Зак излишне громко поздравлял своего друга с бракосочетанием дочери. Повеяло магнолией, Клим понял, что Ника где-то рядом. Повернувшись, он увидел, как она под локоть ведет отца назад к столику, но тот запротестовал и уселся рядом с партнером по бизнесу – отцом невесты. Галерея снова заполнилась гостями. Негритянка в блестящем платье покинула сцену, за ней потянулся ручеек оркестрантов.
– Мораль – это принятая в обществе совокупность норм поведения, – вернулся к прерванной теме Клим, когда снова завладел женским вниманием. – Общество меняется, а вместе с ним и нормы. То, что было нормой в средневековой Европе трудно себе вообразить в Евросоюзе. Приличие же, как говорил мой покойный отец: благочестие, порядочность, вежливость и добрый нрав – это вечные ценности, которые ложатся в основу воспитания в аристократической семье.
– Все это можно отнести к качествам интеллигентного человека, – не сдавался Хирург.
– Вы – интеллигентный человек, но вот добрым нравом не отличаетесь, – едко подметила подруга Креста.
Хирург кинул на нее гневный взгляд, но Крест мгновенно «ожил», расправил плечи, и тому пришлось поостыть. На выручку пришел Клим, продолжая свой спонтанный ликбез:
– Интеллигент чувствует себя центром вселенной. Он всегда эгоистичен. Потому что образован и видит себя над остальным обществом. Считает своим долгом высказываться по любому поводу и в любое время, не особо вникая в суть. Аристократ ненавязчив, держится с достоинством и на публике в полемику вступать не будет, вы не увидите его на ток-шоу, он регулирует свой мир посредством дистанции.
– Я так и не поняла, а кто из них хороший, а кто плохой? – послышался пьяный голос подруги Захария.
– Никто, – фыркнул на свою напомаженную даму гнусавый Захария и снова повернулся к архитектору. – Если аристократов в России нет, где же вы их выкопали? Вас послушать, так вы с ними на одной ноге.
– В Англии, – спокойно отозвался Клим. – Там правят аристократы, в демократических странах такого нет.
– Чертовы англичане – ненавижу их! Я там персона нон грата, – Клим удивился, как на таком расстоянии Зак услышал тему разговора.
– Это страна чтит традиции...
– Ненавижу традиции! – снова прервал Клима Зак. – Они тянут общество назад в средневековье! А почему оркестр не играет?
Ему объяснили, что музыканты ушли на перерыв и Зак стал возмущаться, по его мнению, отдыхать они будут всю оставшуюся жизнь на больничной койке, если не вернуться в ближайшие пять минут. Он демонстративно засек время и поочередно бросал гневные взгляды на организаторов мероприятия.
– Папа! – прикрикнула на отца Ника, делая ударение на французский манер. – Угомонитесь уже. Люди устали и хотят просто поговорить. Здесь многие не виделись больше года.
Но Зака нелегко было остановить.
– К черту! Я хочу слушать песни Фрэнка Синатры! Где эти дармоеды?!

***
Галерея почти опустела, от причала то и дело отплывали катера, развозя гостей по отелям. В окрестностях виллы звучал джаз. На сцене музыканты собирали оборудование. Оставшиеся гости, в основном игроки со спутницами, разместились у шатра, куда подали десерты и очередную порцию шампанского.
Пригладив перед зеркалом волосы, Клим вышел из мужской туалетной комнаты и уже намеревался покинуть виллу, как на его мобильный телефон пришло сообщение.
«Я на втором этаже».
Ни на минуту не сомневаясь, что это сообщение от Ники, он быстро преодолел мраморные ступени и взлетел на второй этаж. В полутьме коридора мелькнул женский силуэт и Клим последовал за ним. Распахнув дверь, он встал как вкопанный, перед ним предстала обнаженная Римма. Прежде чем Клим сообразил что происходит, она шагнула вплотную к нему и страстно прошептала:
– Возьмите меня.
Клим выскочил из спальни как ошпаренный, прижался к стене в коридоре и завертел головой по сторонам. Если хоть кто-то увидит ее с ним в таком виде скандала не миновать. Но в коридоре стояла мертвая тишина.
– Взять тебя – куда? – он нервно сглотнул и уставился на ее пышную грудь.
– Делайте со мной что нужно, – ее глаза блестели от слез, голос дрожал.
К этому моменту мозг Клима отказался обрабатывать даже малую толику информации.
– А что нужно-то?
– Я люблю вас, – она перешла на шепот и остановилась на пороге комнаты.
С минуту ничего не происходило, не в силах говорить, Клим продолжал таращиться на девичье тело. Она тоже молчала, по щекам одна за другой стекали слезы. Казалось, еще минута и она упадет без чувств. Вдруг она протянула к нему руку и прошептала:
– У меня еще этого никогда не было. Я хочу, чтобы вы были у меня первым.
Эта фраза вернула Климу самообладание, что ей ответить он так и не придумал, но точно знал, что делать. Без единого слова архитектор захлопнул дверь спальни и двинулся к лестнице. Через дверь он услышал, как Римма крикнула: «Клим, не оставляй меня одну, ты мне сейчас очень нужен!» и громко зарыдала. Он не ощущал к ней никакой жалости. Подставив под удар его отношения с Никой, она не на шутку его разозлила.
«Я думала вы со старухой», – снова пронеслось у него в голове.
После того как она предложила себя, словно деликатес на блюде, он пребывал в уверенности, что она была прекрасно осведомлена где он и с кем, но, тем не менее, приехала и, обманув Нику своим невинным видом, пробралась на свадьбу. Теперь она казалась ему расчетливой интриганкой, взбалмошной избалованной девицей, привыкшей брать от жизни, все что хочет.
Вышагивая по садовой дорожке к шатру, он позвонил Игорю и попросил его приехать завтра за племянницей. Лао сразу подметил раздражение в голосе друга и осведомился все ли в порядке.
– Будет, если ты заберешь ее отсюда.
Ему навстречу попался сын Казначея. Завидев Клима, он приветственно склонил голову. В руках он держал бутылку шампанского и два бокала. На его лице отражалось самодовольство, будто он выиграл приз, который был плодом желаний многих. Он не шел, а парил. Клим взглядом довел его до открытой двери виллы и понял, что тот поднимается на второй этаж.
«Не получилось со мной, так она решила попытать счастья с другой кандидатурой», – промелькнула колкая мысль у Клима.
В шатре осталось несколько пар и, конечно же, Зак. Он пил больше остальных, но выглядел трезвее. Клим сильно удивился, увидев рядом с ним дочь. Они что-то обсуждали вполголоса, но заметив архитектора, с заговорческим видом замолчали.
Кэш и Захария вели разговор о доходах и видах деятельности, который резко перешел в откровенное бахвальство под названием «У кого больше денег».
– Что же такого я не смогу купить за деньги? – с вызовом бросил Кэш.
Клим был раздражен, ему хотелось конфликта, да такого, чтобы дошел до потасовки, а эти двое были как раз в его весовой категории. Он не смог устоять перед искушением и снова вмешался в чужой разговор.
– Да много чего, например, вы никогда не станете членом закрытого клуба «White’s».
– Что еще за хрень? – возмутился Кэш.
– Это самый респектабельный клуб Лондона. Существует более трехсот лет. Его членами состоят два будущих короля – Чарльз и Уильям.
– Небось, там одни масоны! – лицо Аркадия перекосилось в ненавистной гримасе. – Ненавижу масонов!
– А есть хоть кто-то, кого вы любите? – не сдержался Клим и тут же смекнул, что сорвался не на лучшей кандидатуре.
Все мгновенно притихли, даже Ника как-то вжалась в спинку кресла и замерла в ожидании взрыва, но Зак лишь злобно сверкнул глазами и полез в карман за шнурком. Из-за стычки с Риммой Клим уже не мог себя контролировать и, повернувшись к спорящей парочке, продолжил:
– Иногда кандидаты ждут заветного членства по четверть века и не факт что дождутся. Кстати, в клуб невозможно попасть коммерсантам, в Англии они слывут третьим сословием.
– Да что вы говорите... хм... да и черт с ними! – Аркадий разразился раскатистым гомерическим хохотом, который как ни странно немного развеял атмосферу.
– Да сдался вам этот клуб, – обрел дар речи Захария. – Почему мы вообще о нем говорим?
– Спросите у этого всезнайки! – бросил Аркадий, но по его виду Клим понял, что сказал он это с долей уважения и признания. – Похоже, весь вечер он пытается сказать, что наше общество не столь утонченно как бы ему хотелось! Ха-ха!
Итак, Клим бросил вызов самому Заку, а тот по какой-то неведомой причине на конфликт не пошел. Эта мысль окрылила Клима и вознесла до небес, он чувствовал себя победителем, пока в окне второго этажа не мелькнуло лицо Риммы. По округе разнесся ее горячительный смех. Следом за ней мелькнула фигура ее дружка. Парень был уже без рубашки. Челюсть Клима сомкнулась и заходила ходуном, да так сильно, что он услышал скрежет собственных зубов.
– Он не сделает ничего, что она сама не захочет, – послышался за спиной голос Ники.
Клим обернулся и, глядя ей в глаза, с желчью произнес:
– Спасать Римму надо не от него, а от ее самой.
– Никого здесь спасать не нужно. У них все комильфо, я же тебе уже это говорила. Ты заставляешь меня повторяться.
Ника обвила его руку, мягко, но в ней чувствовалась власть, и потянула к пристани.
– Папа¢, спокойно ночи.
Зак приподнял бокал и еле заметно склонил голову.
– Спокойной ночи Бубенчик.
– Бубенчик? – усмехнулся Клим.
Ника ущипнула его за ягодицу, да так сильно, что он вскрикнул.
– Чувствую, в тебе бушует страсть, – ее взгляд потемнел, от чего раздражение Клима мгновенно улетучилось. – Думаю, я смогу тебя укротить.
– Правда? – его бровь изогнулась, губы растянулись в игривой улыбке.
– Как насчет наручников? Признайся, ты любишь, чтобы тебя приковывали, – от ее слов у Клима пересохло во рту, он шумно сглотнул. – Ты сегодня вел себя вызывающе, умничал, кокетничал. Плохой мальчик. Придется тебя наказать.
До отеля было далеко, а Клим распалился не на шутку. Со звериным рыком он схватил Нику за талию и притянул к себе. Цепкий взгляд исследовал ландшафт, ему хотелось ее здесь, сейчас и он искал подходящее местечко. Но пока он прикидывал дальнейший ход событий, Нике позвонили. Номер, что высветился на телефоне, охладил ее запал, как ушат холодной воды. Она грубо оттолкнула Клима, будто надоевшую игрушку, ответила на звонок слащавым, почти детским «Алло» и скрылась на одной из аллей.
Клим долго не мог понять, что только что произошло и как на это реагировать. Спуститься к пристани и уехать в отель с первым же катером или дождаться Ники и потребовать объяснений? Он запылал от гнева и сжал кулаки. Его взбесило не то, что звонок на мобильный телефон в такой поздний час был за пределами всякого приличия, а то, как отреагировала на него Ника.
– Придется вам потерпеть наше общество еще пару часов, – раздался за спиной громогласный голос Зака.
Клим резко обернулся и увидел отца Ники стоящего на краю верхнего яруса. Наблюдая за реакцией архитектора, он выпустил мощную струю сигарного дыма и показал в сторону шатра.
– Но лимит моего терпения на сегодня исчерпан, так что следите за языком!
Клим чертыхнулся и с обреченным видом поплелся вверх по дорожке.


[1] Бобо (сленг) – богемная буржуазия.  

http://idavydova.ru/
https://www.facebook.com/inessa.davydoff
https://twitter.com/Dinessa1
https://ok.ru/group53106623119470





Рейтинг работы: 0
Количество отзывов: 0
Количество просмотров: 40
© 13.09.2017 Инесса Давыдова

Метки: драма, роман, любовь, любовный треугольник, психопатия,
Рубрика произведения: Проза -> Роман
Оценки: отлично 0, интересно 0, не заинтересовало 0












1