Жизнь на болотах



Я и мой народ живем на болотах. Можно было бы подумать, что другие места непригодны для нас, и что везде плохо и только тут – среди трясин, топей и обманчиво безопасной воды и неверной почвы – мы чувствуем себя великолепно. Я бы ответил: «Недалеко от истины, и всё же дело не в этом».
Мой народ и сам я обосновались на болотах, потому что это первое место, куда занесла нас судьба.
Наши болота простираются на многие километры в разные стороны. Но не все пространства принадлежат воде и заняты мутной жижей, топями и зыбкими землями. Есть участки, где почва твердая и сухая, на одном из таких участков мы и устроили поселение. Внешне это небрежное наслоение довольно невзрачных, но крепких, сделанных на славу и уютных внутри хижин. Вокруг домов и там, где между ними позволяет пространство, лежат переплетения мощенных досками дорожек, мостиков и площадок. Всё окружают три кольца ограждений – заборов разной высоты. Первый достает до колен, второй – по грудь, а третий – высотой с человека.
Что чаще всего можно увидеть на наших болотах? Деревья, кустарники, травы и всякую мелкую живность.
Болота для нас и смерть, и защита.
Болота грозятся смертью – потому что если ты вдруг утратишь бдительность в минуту, когда твое внимание должно быть более всего обостренным, или если ступишь в обманчиво безопасную воду, тогда – всё: тебя засосет её глубина. Ты исчезнешь.
А что насчет защиты, какую защиту дает болото? Да просто мало у кого хватит храбрости или ума, чтобы проверить собственную удачу и попытаться сунуться к нам на болото.
Мой народ живет на болотах. Как мы умираем? В определенный момент жизнь покидает наше тело – резко и безболезненно, это чем-то похоже на то, как если ветер задул пламя свечи. Живые огни внутри нас – они пылают, коптят, потрескивают – нам только и остается, что беречь их. А потом, когда на смену пламени приходят холодные сумерки, мы просто опускаемся на колени, закрываем глаза и позволяем топям поглотить нас.
У нашего народа есть малоприятная привычка, с которой, наверное, надо бы бороться, но никто этого не делает, поскольку никто не видит в ней чего-то ужасного или опасного. Впрочем, даже в самой невинной мелочи скрывается определенная опасность, которую никто из-за скудости ума не желает всерьез воспринимать.
У моего народа слишком раздуто чувство величия. А разве это плохо?
Что предъявляют гордость за жизнь на болотах, за то, что мы построили цивилизацию там, где не было ничего. Как я устал от каждодневных разговоров о том, что все живут по заветам болот и по законам Бога, природы и здравого смысла. Хотя я не припомню, чтобы наши предки сами жили по ним и нам завещали беречь их наказы и образ жизни.
Так выматывает восхваление успехов нашего народа в умении справляться с трудностями, которые несут нам топи. Я бы признал достижения первых поселенцев, и я признаю их, но стоит ли на этом только основывать наше величие.
Я сомневаюсь. Я думаю, нас можно было бы назвать великими, если бы болота подчинились нашим рукам и нашему стремлению заставить дикую природу потакать нашей жадности. Если бы мы управляли их появлением и исчезновением. Я как-то раз высказал одному человеку свое мнение по этому поводу, он ответил мне так: «Того, что уже сделано во благо народа, вполне достаточно, чтобы верить в собственное величие». Он так и не понял моих претензий к величию нашего народа. Может, я хочу, чтобы мы считали себя неудачниками и вообще никогда не задумывались о том, что нам под силу совершить для еще большего величия?
Пожалуй, лучше думать о чём-то другом.
Нас временами вдруг посещает понимание – очередное откровение, навеянное болотами: спасение тут, среди запахов застоялой воды, тины и сырости.
Темные болота – это временное состояние нашей веры. Правильно ли мы делаем, что позволяем темным болотам коснуться нас? Мой народ не заслуживает разве ничего, кроме жизни на болотах во мраке ночи? И поступки и деяния – это всё наши топи и болота, из которых каждый из нас обязан рано или поздно вылезти, только у одних этот процесс происходит безболезненно, а у других он сопряжен с моральными и телесными страданиями. Причем эти страдания в большинстве случаев человек сам себе причиняет своим упрямством и заблуждениями.
Темные болота жизни.
…И всюду беспокойство. Мы ползаем по настилу из липкой черноты, прорываемся сквозь ее завесы. Темные болота – наши вожатые, они внутри нас. Нет ничего, кроме их холода и ветра, который вечно носится над нами.
Тьма болот обитает здесь – в наших замутненных и грязных поступках, в безмолвных глубинах умов.
Тьма болот – ни в чём ты перед нами не исповедуешься.
Ничем не успокоишь нас.
И не поделишься с нами своей мудростью.
…И как только тьма над болотами превращается перед нами в тропу, и как только она протягивается сквозь вечность застоялых вод, мы в тот миг говорим себе и друг другу: «Наша судьба связана с топями и мраком, есть лишь мы с тобой и они. Укрыться от глаз смерти – вот наша задача, наше желание. Мы так часто оборачиваемся, чтобы увидеть теплый свет в окнах домов тех, кто нас отпустил однажды и теперь дожидается. Но только тьма болот распахивает перед нашим взором свои черные наряды. Мы часто прощаемся в мыслях со своими братьями, но нас обнадеживает уверенность, что мы обязательно встретимся опять. Нам важно знать себя и слышать голос своих душ среди темных болот».
Но что же такое мы?
На нашей коже тьма болот спит спокойным сном.
Мы останавливаемся.
И всё проходит – и мрак, и ледяной озноб от него, как только рассвет заявит. И наша уверенность в том, что мы принадлежим тьме болот, постепенно начинает рассеиваться, как туман. С первыми утренними лучами в нас зарождается – надежда? Нет! Счастье? Оно тут не к месту. Нет! Просто солнечный свет дарит некое подобие спокойствия. Нас, по крайней мере, рассвет успокаивает.
Минует еще немного времени, и уже свет будет окружать нас. Мы примемся прокручивать в голове мысли, навеянные солнечным светом. Сгинут темные химеры трепета и беспокойства. Уйдут прочь черные тени страхов и неопределенностей. Мир преобразится – даже болота преобразятся, всё окрасится в яркие разноцветные тона. Всё зазеленеет; заиграет огненными искрами, словно подожженная солнцем, гладь воды и сырая земля.
Но всё до ночи – до первых сумерек.
А мы так и будем продолжать жить на болотах.





Рейтинг работы: 0
Количество отзывов: 0
Количество просмотров: 30
© 11.09.2017 Алексей Брайдербик 6

Рубрика произведения: Проза -> Рассказ
Оценки: отлично 0, интересно 0, не заинтересовало 0












1