Верона. Часть II. Глава II. I


Аристарх
– Да что ты кудахчешь как пуганая курица! – ревет со злостью Кувалда и зыркает на Годзиллу своими чернющими, как у цыгана глазами. – Волков боятся в лес не ходить. Все же решили, чего вы подорвались?
Кабинет Фарида, моего партнера по караоке-клубу, а между друзьями просто Фары, забит до отказа. Кувалда зачем-то приволок с собой еще двоих корешей, хотя это обычная рабочая встреча. Дым стоит столбом, и я скрываю глаза под очками, а рот прикрываю арафаткой. Не могу сидеть в накуренном помещении, уже через пять минут начинаю задыхаться. Только что я протрезвел и все тело потрясывает. Долго сидеть мне здесь не в тему, хочу скорее свалить на хату и ударить крепким сном по мукам совести.
Разборки между братьями в клубе обычное дело, меня на них частенько приглашают исключительно как арбитра. Говорю мало, но по существу. Бои без правил – сложный, но хорошо налаженный бизнес. А теперь Кувалда надумал его расширить, а нас с Годзиллой это не радует. Лично я люблю перемены, но только не в этом бизнесе. Все попытки что-то модернизировать в самом начале провалились и стоили нам немалых прайсов. Кувалда, видимо, об этом подзабыл и наша задача загасить в нем жажду перемен.
– Не лепи горбатого! – парирует Годзилла. – Последний разговор был про «сисястые» бои. Выставляем пробные две пары три недели подряд, потом принимаем решение. А вот за онлайн-ставки мы сразу пошли в отказ. И про чужаков не из клуба тоже. Ты сказал «да», мы с Руссо – «нет».
– Согласен, – вставляю я и отодвигаю ото рта арафатку на время разговора. – Пока бои идут в рамках заявленных клубов все придерживаются устава, но если впустить чужаков, то начнется бардак.
Я понимаю, что Кувалда сам бы не зашевелился, в обычный день его с места не сдвинешь, а значит, есть кто-то, скорее всего эти двое, что сидят по обе стороны от него, кто хочет вбросить пресс прайсов. Вопрос только в том, на кой черт им это нужно? Отмыть прайсы? Так есть способы более эффективнее.
– Интерес к боям растет, – продолжаю я втирать и смотрю на партнеров.
Кувалда курит и покручивает сигаретой. У Годзиллы нервяк – наяривает круги.
– За три года прибыль взлетела с восемнадцати процентов до шестидесяти пяти. Это лучший показатель из того чем занимается мото-братва. Зачем нам рисковать хорошо отлаженным бизнесом?
– Да все будет в ажуре! Не сыте, Маруси! Привлечем ставками извне приток бабла, игра пойдет по-крупному. Все будут сыты.
– И ты все похеришь, вот что будет! Накатят бобики и всех повяжут! На крупняк у них нюх отменный! За нами и так годами охота идет! – ревет как медведь Годзилла, изо рта от злости выступила пена. – Что тут обсуждать? Я против – конец базара, – он поворачивается ко мне. – Если ты хочешь с ним и дальше быть в доле, факел тебе в руки, живите долго и счастливо! Но я – пас. Либо все как раньше, либо я выхожу из игры. А смотреть, как загибается дело моей жизни, я не буду.
Всем стало понятно, что Годзилла, в случае его замены, собирается составить нам конкуренцию, ни мне, ни Кувалде это не нужно.
– Никаких фараонов, – втолковывает мне Кувалда, на Годзиллу он даже не смотрит, – все ставки в тырнете. Есть люди, у которых все с этим на мази.
Кувалда взглядом показывает на сидящих рядом. Проклятье! Я так и знал! Его прижали и видимо сильно, раз он мне ничего не сказал. Да и когда? Я же последние два дня был в закидоне и сбрасывал все звонки.
– Все легально, не подкопаешься. К тому же в реале мы не будем иметь к этому никакого отношения. Нам будут отстегивать за онлайн–трансляцию.
Ушлепок что слева от Кувалды кидает на стол гибкую синюю папку.
– Вот наше предложение, изучите и дайте ответ, – потом поворачивается к Кувалде, хлопает его по плечу и весомо добавляет: – Завтра!
Твою ж мать! Волна горечи подкатывает к горлу. Срабатывает чуйка, и я пристально разглядываю чужаков. Что-то тут не то...
Годзилла вскакивает, но я жестом показываю, чтобы остыл и он замирает, злобно сверкая своими поросячьими глазенками.
Кувалда выходит вместе с «конвоирами» и тут у одного я вижу за поясом ствол, раньше он прикрывал его круткой. Наверняка он его спецом засветил. Черт! Все еще хуже, чем я думал. Он у них под колпаком и это была показательная демонстрация.
Похоже, что до Годзиллы тоже дошло. Когда троица отчалила, он плюхнулся на диван и выпалил:
– Черт, Кувалду взяли за яйца!
– Поэтому мы будем тише воды и ниже травы... – Годзилла таращится на меня с непониманием. – Изучим их бумажки, поторгуемся для проформы, потом дадим согласие. Пусть ставят камеры и собирают прайсы, а мы пока к ним присмотримся. Приставь сразу за ними смотрящего, да попроворнее, чтобы в жизнь не приметили. Я обеспечу тебя «жучками», натыкаешь их базу. Это были полевые солдатики, – я показываю на дверь, – а нам нужно найти, кто дает им приказы. Только тогда начнем шевелиться.
– Надо сказать Демону.
Годзилла говорит о новом лидере нашего клуба «Ночные совы».
– Ни в коем случае! – рявкаю я. – Все должно выглядеть как обычное расширение бизнеса. Демон получит с этого свою долю и все шито-крыто.
– Ты никому не доверяешь, да, Руссо?
Я киваю и отвожу взгляд.
– Дай я хотя бы своих братков подтяну.
– Нет-нет, никому ни слова. Пока рано. Вот узнаем, кто за кем стоит, тогда и будем мосты сводить. Спрячь жену и детей в безопасном месте. Лучше отправь на отдых за кордон. Куда нить на острова. Утыкай дом и тачку камерами. – Годзилла отпрянул от меня как от прокаженного. Я делаю глубокий вздох и выдаю на одном дыхании: – У нас хотят отжать бизнес, бро.
Годзилла рвет и мечет. Даю ему время успокоиться и продолжаю втолковывать:
– Остынь! Голова сейчас должна быть как айсберг! Это не произойдет с наскока. Будут присматриваться. Изучат структуру и слабые стороны. Потом начнут перетягивать бойцов заманчивыми обещаниями. Ты вот что... – Годзилла заглядывает мне в глаза, – узнай, кто может твое место занять? Кто твой конкурент? Не из братвы, не из «Ночных сов», кто-то со стороны. Он уже пробует себя в коммерческих боях. Очень борзый и амбиционный. Делает первые успехи, но не хватает терпения. Если найдешь такого, считай, половину дела сделали.
Годзилла чешет затылок. Пусть и со скрипом, но чердак заработал.
– Иди, мне нужно подумать, заодно просмотрю их бредятину, – кивком показываю на папку все еще лежащую на столе.
– Ты забыл Золотой Мальчик? Я в карауле, – напоминает мне партнер.
Я кидаю на него такой свирепый взгляд, что он мигом подрывается и выскакивает из кабинета. Конечно же, не из-за страха передо мной, он понял, что мне уже не до рандеву и на ходу прикидывает варианты, куда переправить семью.
Отхожу в дальний угол кабинета и смотрю через одностороннее окно в зал, где Курт расположился с гостями. Складываю руки на груди, ноги широко расставлены, изо всех сил пытаюсь сохранить равновесие и устоять на ногах. В сознании замаячила табличка «WarningDanger». Мне предстоит вступить в борьбу, не знаю с кем и когда. Я не могу выбрать способ защиты, потому что понятия не имею, каким образом противник собирается нанести первый удар. Внутри поднимается волна ярости. И тут мой блуждающий взгляд натыкается на ту, что не ждал здесь увидеть.
Черт! Верона! Она все-таки пришла!
Из груди вырывается мучительный стон. Сердце забилось как бешенное. Дыхание перехватило. Я согнулся пополам. Мне будто врезали в солнечное сплетение. Когда дыхалка снова заработала, поднимаю голову и снова смотрю на нее. Глаза большущие, испуганные, сейчас она похожа на затравленного зверька. Что-то в ней изменилось, и я долго не могу сообразить что именно, пока до меня не доходит, что это новая прическа. Черт! Какая же она красивая! Смотрю на нее, и сердце сжимается в кулак. По телу пробегает мандраж. Больше всего на свете я хочу сейчас оказаться рядом с ней, сгрести ее в охапку и не отпускать, но после того что произошло в этом кабинете, понимаю, что мне к ней подходить нельзя. Впереди война и я подставлю ее под удар. Будет трудно, но мы оба переболеем и в итоге угомонимся. Прости Верона, ты будешь меня ненавидеть, как и все те, кого я впускал в свою жизнь, даже ненадолго, но выбора у меня нет. Тебе нельзя быть со мной.
«Преступление против любви», – звучит в моей голове ее голос.
Наверное, так бы она сейчас выразилась, узнай о моем решении. Да, детка, я совершаю преступление, но ради твоей безопасности я готов на любые жертвы.

***
Вера
На входе нас оглушает громкая музыка. Кругом все блестит и переливается. Пустующая сцена, где в ожидании одиноко стоят два барных стула, окрашена в розово-фиолетовые цвета. Две девушки на круглых подиумах по бокам от сцены извиваются в такт музыке в черных блестящих боди. Танцевальная площадка поделила зал на две части. Саня подводит меня и подруг к центральному столику, за которым сидят Аквамарин и брюнетка лет тридцати пяти. Плюхается на свой стул. Тут же подвигает другой стул и притягивает меня к себе.
– Садись, – приказывает брат. – Аквамарин, это моя сестра Верона. Верона это Аквамарин... – он хотел что-то добавить, но передумал. – А это ее подруги, София и Анна.
При виде меня Аквамарин расплылась в виноватой улыбке и к моему удивлению чмокнула меня в щеку, но когда к столику подошли мои подруги, она сразу вспылила:
– Курт, мест нет! Где ты их собираешься размещать?
Аквамарин метнула злой взгляд на Софию, именно в ней она безошибочно угадала соперницу.
– Мы заберем их за свой столик, – сказал тот, что просил меня о танце и, обняв девчонок за плечи, потащил на другую половину зала.
Гости тоже поделились на две части. Байкеры, их было не так много, держались в дальней части зала у бара. Остальные, те, что одеты не в кожу и с дамами, разместились за столиками. И та и другая часть гостей чувствовала себя не в своей тарелке. Торжество, по-видимому, только началось, гости еще трезвые. Я рассматриваю столики, Руссо нигде не видно. Софа тоже крутит головой, наши взгляды встречаются, я пожимаю плечами, мол, его нет. Через минуту получаю от нее смс.
Он здесь! В кабинете владельца на переговорах.
Поднимаю глаза, Софа взглядом показывает на затонированное окно в конце зала. Сердце сжимается, а потом стучит как бешенное. Значит, он совладелец, иначе, зачем ему в таком месте вести переговоры.
Я хочу к вам.
Нет! Позже. Без тебя мы больше узнаем.
Что за глупости?!
Верона они и так только о тебе спрашивают, а если ты придешь, то отвлечь их уже не удастся!
О боже, мне здесь только романтических ухаживаний не хватало. Тогда Руссо точно уже не подойдет.
Аквамарин без конца у меня что-то спрашивает, я отвечаю сухо и односложно. Иногда Саня приходит мне на помощь. Он заставляет меня сделать заказ. Выбираю отбивную по-венски и жареную картошку, больше я ничего в меню подходящего не нашла, это заведение не сильно кухней.
Саню не узнать, выглядит все еще растерянным, словно только что сделал открытие и теперь пытается его осознать. Его взгляд периодически скользит в сторону того самого столика, где разместились мои подруги. Я это вижу, а острые наблюдательные глаза Аквамарин и подавно.
– Теперь понятно, почему ты откисал в том коттедже последние три дня, – шипит она на брата, – и не плети мне брехню о разбитом сердечке твоей сестры.
– Не выдумывай, – Саня даже не пытается быть убедительным и сразу переводит взгляд на Софу.
– А ну-ка выйдем! – бурчит она и уводит его в сторону, при этом кидает на меня такой уничтожающий взгляд, что мороз пробегает по коже. Ну, конечно, я же во всем виновата.
Пока они выясняют отношения, я учу слова песни. Не думаю, что они мне пригодятся, но нужно чем-то заняться, а говорить с брюнеткой, которая выглядит, как натянутая восковая маска мне не хочется.
Приносят мой заказ. Я понимаю, что мне без алкоголя не расслабиться и прошу официанта принести коктейль с клюквой, здесь он почему-то называется «Зимняя вишня».
Саня с подружкой возвращаются к столику. Вид у обоих озлобленный и возбужденный. На щеке Сани красное пятно, видать Аквамарин отвесила ему пощечину. Хорошо, что я этого не видела.
– В вашей семейке принято не только приходить без приглашения, но и тащить за собой кучу всякого дерьма, – Аквамарин уже не скрывает злобы.
Она смотрит на брата, но я понимаю, что это камень в мой огород.
– Заткнись! – рявкает на нее Саня. – Как я и сказал: «Не нравится – Проваливай!».
– А кто заплатит за этот зал, Курт? Ты что ли? – она насмешливо кривится, глаза злые.
Саня сжимает кулаки. Брюнетка похрюкивает, это она так смеется. Мне до жути противно и обидно за брата. Аппетит тут же пропадает, и я отодвигаю тарелку.
– Ты думаешь, я не в состоянии заплатить за зал? – хрипит Саня с покрасневшим от гнева лицом.
Ого! Запахло жаренным, он взбесился.
– Собирайся! Ты уходишь!
Саня вскакивает, хватает Аквамарин за руку и тащит ее к выходу, она язвительно хохочет, но не сопротивляется. Брюнетка подчеркнуто не торопится, берет со стола свой клатч, надувает губы, и я представляю, как еще чуть-чуть и они у нее лопаются. Она хмыкает и с важным видом уходит, виляя бедрами. Мне кажется или в зале все с облегчением вздохнули?
На сцену выходит ведущая, молодая девушка, по ее же словам ди-джей на радио. Она говорит, что раз зал уже поделен на две части, то можно сегодня не просто попеть, но и посоревноваться. Мои подруги тут же переместились ко мне.
– Что случилось? – глаза у Софы горят.
Дураку понятно, что Саня при первой же возможности избавился от подружки.
– Она тебя оскорбила? – Анна бросает испуганный взгляд в сторону входной двери.
– Нет, ее оскорбило то, как Саня на Софу таращился.
На мгновение Софа застывает, потом по лицу расползается победная улыбка. Но в дверях появляется Саня и она делает вид, что хмурится. Брат видит, что подруги перебрались за наш столик и невольно замирает.
– Объявили конкурс, – приходит на выручку Анна. – Не хочется, чтобы Верона была за другую команду.
– Да, она сильный соперник, – кивает Саня и жестом подзывает официанта, показывает на свою рюмку и просит повторить.
Подруги уставились на меня как на предательницу. Да, я пою и говорят, что неплохо, ну и что? Почему я должна кричать об этом на каждом углу?
– Насколько сильный? – спрашивает Софа у брата и сверлит меня испытывающим взглядом.
В этот момент ведущая приветствует первого участника конкурса, парня с банданой на голове и звучит мелодия к песне «Как упоительны в России вечера».
– Помнишь его? – спрашивает Саня и подмигивает, я мотаю головой. – Это Волк, ты на него накинулась с кулаками.
– А-а-а, – тяну я, – теперь вспоминаю, как же давно это было...
Это было в тот самый день, когда я познакомилась с Руссо.
Софа спрашивает, что за история. Понятное дело, ей нужно завязать разговор, а я лучшая тема для обсуждения. Саня рассказывает про судьбоносную ночь, теперь уже немного с юмором, со своими коронными словечками, которые понимает только он.
– Сваливаю с ринга, а она загорает на капоте «Мустанга» Руссо, – заканчивает свой рассказ Саня, притягивает меня за плечи и подмигивает, – видимо тогда между ними и пробежала эта пресловутая химиёвина.
Девчонки смеются и попивают свои разноцветные коктейли. Песня заканчивается, и ведущая обращается к нашей группе. Но никто не хочет, выходить первым.
– Споет моя сестренка, Верона! – кричит Саня на весь зал, и я тычу его в ребро.
Он ухмыляется, говорит, что после проигрыша по моей вине это меньшее что я могу для него сделать. Вспоминаю про его долг и краснею. Саня не дает мне опомниться, подталкивает по направлению к сцене. Делать нечего, все на меня смотрят, встаю под всеобщее улюлюканье и иду как на казнь. Руки дрожат, ноги заплетаются, я чуть не навернулась на ступеньках. Судорожно пытаюсь вспомнить слова песни, что заучивала последний час, но страх парализовал два жалких процента и так плохо функционирующего мозга. Говорю ди-джею, что я буду петь песню «Реки любви» группы «Би-2». Уж ее-то я спою даже без сознания. Представляю, как вытянутся лица моих подруг. Но я им скажу, что Руссо все еще нет, а значит, и петь не для кого.
Звучит вступление и я подхожу к микрофону...

***
Аристарх
На сцене запела какая-то девчонка. После душераздирающих воплей Волка, от которых я чуть не сдвинулся, немного успокаиваюсь. Голос приятный, мелодичный. Черт! Хорошо поет! Поднимаю глаза от расчетов. Проклятье! По телу прокатывает озноб, во рту мгновенно пересыхает. Это Верона! Из груди вырывается мучительный стон. Детка, зачем ты раздираешь мне душу в клочья?
Легко сказать: «Отступить», как это сделать в реале? В голове назойливо крутится текст сообщения, который я бы мог ей написать, чтобы она свалила из клуба. Я уже вижу, как она бежит в слезах. Пусть ей будет так же больно, как и мне сейчас! Черт! О чем я помышляю? Псих конченный!
– Реки любви-и-и, – вытягивает Верона со сцены, а я вскакиваю и нарезаю круги, как Годзилла.
Нужно напиться! Напиться! Тогда немного полегчает.
Тянусь к телефону и пишу Фаре смс.
Пришли мне вискаря.
Фара не из мотто-клуба, он не знает про мои заскоки после выпивки, но я решаю, что налегать на бухло не буду, просто смочу горло и приду в себя. Нужно добить расчеты и понять, как лучше действовать дальше. Отрываю взгляд от Вероны. Пытаюсь вникнуть в текст, но все тщетно.
Официант приносит выпивку, я тут же опрокидываю стакан и прошу еще. Верона все поет и поет. В голове проносятся сомнения. Ну, вот стоило ей только появиться, как меня опять затягивает в ее воронку. А что будет, если она со мной заговорит? Когда официант возвращается, я одним рывком опрокидываю обжигающую жидкость в глотку и смотрю на объект своих мучений.
Песня закончилась, моя малышка сходит со сцены. Черт! Мангуст уже раскатал на нее губу! Верона даже не смотрит на него, меня это немного успокаивает, и убегает к своему столику. По всему телу разливается тепло. С каждой секундой мне все труднее ее разглядеть. Перед глазами все плывет, не могу сфокусироваться. Голова осоловевшая. Ладно, детка, хочешь петь, значит, сегодня будем петь...
Вскакиваю и иду к двери. Меня качнуло и прибило к стене. Хватаюсь за дверной проем и пытаюсь перевести дух. Эко меня развезло! Ну, еще бы! Пью ведь третьи сутки! Желудок от голода скрутило. Надо немного посидеть и прийти в себя.

***
Вера
Не помню, как закончила песню, помню только, что после раздались аплодисменты. Громче всех конечно хлопали Саня и мои подруги. Крепкие мужские руки подхватили меня, я взвизгнула, и только спустившись со сцены, поняла, что это все тот же настойчивый брюнет.
– Меня зовут Олег, но для друзей я Мангуст, – он доводит меня до столика, помогает сесть, и прежде чем уйти шепчет на ухо: – Я тоже буду петь песню «Би-2».
– Верона! Почему ты не сказала, что у тебя такой красивый голос? – Анна надувает губы. – Теперь я даже не знаю, стоит ли мне петь после тебя?
– Жизнь прекрасна и удивительна, если выпьешь предварительно, – Софа как всегда в своем репертуаре.
– В точку. Я всегда говорю: «Истина на дне рюмки», – вторит ей Саня и снова подзывает официанта.
Похоже, они нашли, что их объединяет, надеюсь, это не первое и последнее. Вижу, как стул Софии, словно одушевленный предмет, движется все ближе в сторону Сани. Тот тоже видит, но старательно делает вид, что ему до лампочки. Периодически к нему подходят только что прибывшие гости, поздравляют, суют конверты. Видимо, в его кругу принято дарить деньгами. Саня выглядел напряженным, тяжело вздыхал, нога дергалась под столом ровно до того момента, пока к нашему столику не подошел владелец клуба Фарид. Они отошли за перегородку и до меня донеслись обрывки их разговора, из которого я сделала вывод, что в качестве подарка Фарид уполовинит счет за мероприятие. Вернулся брат уже совершенно в другом настроении, на лице сияла улыбка. Он кому-то послал короткое сообщение «Спасибо, бро!» и тут же получил ответ «Оторвись по полной». Может, это от Руссо?
После моего выступления атмосфера в зале заметно потеплела. Музыка еле перекрывала гул голосов. Громче всех общались байкеры. Три раза Олег посылал через официанта мне и подругам всякие вкусности. Стол уже завален, мы еще не доели предыдущий заказ, а нам принесли новую порцию красиво оформленных фруктов. Саня что-то бормочет под нос и шлет Мангусту в сообщениях хлесткие комментарии. Уж не знаю, чего этот Мангуст так разгорячился, но судя по реакции, Саня не в восторге. Пока на сцене сменяется один гость за другим, я продолжаю учить текст песни. Что-то мне подсказывает, что нужно довести дело до конца.
Через час мы с девчонками уже порядком навеселе идем в туалет. Подруги хохочут над очередной шуткой брата, а я зыркаю глазами по сторонам. Ожидание Руссо становится невыносимым. Я снова начинаю сомневаться. А здесь ли он? Может, уже ушел? Софа улавливает мое настроение, как барометр.
– Синеглазка опять заскучала, – вещает она Анне пьяным голосом и, глядя на меня, добавляет: – Не дрейфь, мы его сегодня из-под земли достанем.
Она открывает дверь мужского туалета, сталкивается с Олегом и говорит:
– Упс, а я думала «М» это Мадамский!
Тот смеется и просит нас ей больше не наливать.
– Я свою меру знаю, упала, значит хватит! – Софа поворачивается к нам и спрашивает: – Я падала? – мы мотаем головами. – Значит, продолжаем пить!
Она ныряет в мужской туалет, а мы заходим в женский и разбегаемся по кабинкам. Через пять минут возвращаемся в зал, следом спешит Софа. Сани нигде нет. Не успеваем мы сесть за столик, как Софа меня уверяет:
– Руссо точно в кабинете владельца. Мне подтвердил это бармен. Ему официант относил две порции односолодового виски.
Сначала на душе потеплело, он здесь! Как же мне быть? Пойти к нему и поговорить? А если он там не один? А вдруг у него важные переговоры, а я заявлюсь... Потом до меня доходит, что окно кабинета как раз напротив сцены, а значит, он меня не только слышал, но и видел! Этот факт резанул меня по сердцу. Смотрю на экран телефона, ни одной смс. Ох! Прошел целый час после моего выступления, а он ни слова не написал! Не знаю что меня сподвигло, но я быстро напечатала и отправила ему сообщение.
Ты за тем большим затемненным окном. Смотришь на меня и злишься.
Он не заставил себя долго ждать и тут же ответил:
Не знаю о чем ты.
Ты меня не обманешь! Я знаю, что ты там! Сейчас поднимусь и проверю.
Ладно, я тут и что?
Ох! Как же больно получать такое сообщение. Но я сама виновата...
Ничего... прости, если оторвала от дел... и еще за то, что закатила скандал. Я просто хотела остыть, а ты собрал вещи и ушел. Прости!
Проходит пять минут, но Руссо не отвечает. Я вся извилась. То и дело посматривала на затемненное окно. Отстукивала ногой ритм очередного «музыкального шедевра» доносившегося со сцены и теребила волосы, не знаю, на что похожа теперь моя прическа.
Милый... не молчи... скажи, что больше не злишься на меня...
Но он не отвечает. И это молчание сводит с ума. Я готова разрыдаться прямо здесь. Подруги понимают, что я затеяла с ним переписку. Анна вздыхает и подбадривает меня тем, что хорошо, что он вообще ответил. Но меня такое заверение мало успокаивает. Прошло еще пять минут. Я искусала себе губы. Больше не верчу головой, смотрю перед собой в одну точку. Неужели это все? В голове зудит навязчивая мысль, что мне никто кроме Руссо не нужен. Не могу себе представить, прикосновения и поцелуи другого мужчины. Как мне жить без него? Как я вернусь в свою спальню в коттедже и лягу спать в кровать, в которой мы ласкали друг друга. Боже мой! Неужели я его потеряла?!
Не могу больше сдерживаться и убегаю в туалет поплакать. Но мне помешали две брюнетки, застывшие с помадой в руках перед зеркалом. Забегаю в кабинку и пытаюсь подавить накатившиеся слезы. Из зала доносится такой необычный бархатистый мужской голос с хрипотцой, что кровь стынет в жилах.
– Ах! – восклицает одна из брюнеток. – Это Руссо! Узнаю его голос!
– Ха-ха! Скажешь тоже! Русо никогда в жизни не будет петь в караоке.
– Он пел раньше в группе... давно... говорю тебе это он.
– Чего это он так расчувствовался что запел?
– Да леший его знает, может не трахался давно?
Брюнетки ехидно хихикают. Выхожу из кабинки и вспоминаю слова Кобры про выработку иммунитета. На деле это гораздо сложнее, но все же беру себя в руки.
– Ты сестра Курта? – спрашивает одна из брюнеток, пока я мою руки.
Конечно! Балда Ивановна! Он ведь сказал об этом во всеуслышание!
– Да! – резко бросаю я и как бы, между прочим, добавляю: – А для тех, кто еще не в курсе, я – девушка Руссо!
Надолго запомню выражение их лиц – шок в тысячной степени!

http://idavydova.ru/
https://www.facebook.com/inessa.davydoff
https://twitter.com/Dinessa1
https://ok.ru/group53106623119470





Рейтинг работы: 0
Количество отзывов: 0
Количество просмотров: 26
© 09.09.2017 Инесса Давыдова

Метки: роман, любовь, отношения, Верона, любовный роман,
Рубрика произведения: Проза -> Роман
Оценки: отлично 0, интересно 0, не заинтересовало 0












1