Хо. Глава 19. Роковая таблетка


Последний раз капитан был таким злым в день, когда утонула «Гортензия». Он не мог унять переполнявшее его возмущение, злясь не столько на ребят, сколько на сложившиеся обстоятельства, которые словно нарочно действовали против них. Это всё равно что чувствовать постепенно сжимающуюся удавку на шее. Пока ещё сильно не душит, но уже и не даёт вздохнуть полной грудью.
Сергей и Оля виновато трусили за ним, не решаясь произнести ни слова. Если уж Гена впал в ярость, то трогать его не следовало. В таком напряжении, безуспешно призывая Лидию, они обошли жёлтую палубу, и, не обнаружив никаких признаков пропавшей Лиды, остановились в центральном холле. Облокотившись на лестничные перилла, капитан опустил голову, и закрыл глаза. Тишина стояла такая, что отчётливо слышалось его сердитое сопение, похожее на медвежье. Сергей зевнул и потёр глаза. Усталость давала о себе знать.
-Так, -не поднимая головы, глухо произнёс Геннадий.
Ребята встрепенулись, ожидая, что тот опять начнёт ругаться на них. Но их опасения не подтвердились. Голос капитана был злым, но срываться на ругань он не торопился.
-Какие будут предложения? –Осипов обвёл присутствующих сонным взглядом. –Где ещё искать будем?
-Слышь, а вдруг она того, -Сергей нерешительно указал пальцем вниз. –Опять туда забралась. В трюм.
-Хренушки вашей Дунюшке! –Гена злобно усмехнулся. –Я там все двери задраил, и ключи спрятал. Как сердцем чувствовал, что вы опять беситься начнёте, и лазить где не надо.
-Фу-ух! Ну, слава богу. Молодец, Генка. Правильно сообразил, -Серёжка повернулся к Ольге и кивнул. –А то я как представил, что опять придётся по этому каземату лазить…
-Что делать-то будем?! –повысив голос, вновь спросил Осипов.
-Проверим верхнюю палубу. В люксах посмотрим. Где-то же она должна сидеть.
-Пошли, -капитан отправился наверх по винтовой лестнице.
Друзья последовали за ним. Каюты экипажа были закрыты. В капитанской каюте и радиорубке Лиды не оказалось. На зов девушка упорно не откликалась. Ребята поднялись на мостик, но там было также пустынно. Тогда, вернувшись назад, на красную палубу, троица направилась к люксам.
-Она была здесь, -вдруг произнесла Ольга.
-С чего ты взяла? –удивился Сергей.
-Дверь открыта. А была закрыта, когда мы тут были в последний раз.
-Может, она и сейчас здесь сидит?
-Тогда почему не отзывается? Оглохла, что ли? –пробурчал Гена.
-Уснула, вот и не откликается.
-Хорошо, если так.
Они вошли в захламлённый люкс, надеясь застать в нём спящую Лиду. Но их ждало разочарование. Здесь её не было. Кроме открытой двери, более никакие признаки не указывали на то, что Лида сюда заходила.
-Как же мне всё это надоело, -проворчал Геннадий, перешагивая через лежащий на полу стул.
-Здесь её тоже нет, -сообщил вернувшийся из спальни Сергей.
-О-ох, -капитан мучительно зажмурился, и потёр переносицу.
-Надо посмотреть в соседнем люксе.
Раздавшийся наверху грохот заставил всех машинально взглянуть на потолок. Хрустальная люстра, висевшая там, тихонько зазвенела. С неё обильно посыпалась пыль.
-Это что ещё за нахрен? –озадаченно ругнулся Осипов.
-Понятия не имею, -ответил Сергей.
Удар повторился. Затем ещё один. Создавалось впечатление, что кто-то ударяет по крыше чем-то тяжёлым.
-Она там, –Гена перепрыгнул через тот же стул, и бросился на выход.
Сергей и Оля поспешили за ним. Пока они бежали, стук над их головами продолжался. Но как только капитан выскочил на прогулочную палубу, подозрительные звуки прекратились. Оказавшись на самом верхнем ярусе корабля, ребята остановились, слепо таращась в темноту. Осипов, который уже научился ориентироваться на «Эвридике», быстро нырнул в туман, и, щёлкнув каким-то рычагом, включил наружное освещение. Палубные прожектора и лампы на мачтах разом рассекли темноту, озарив туманную дымку золотым светом.
-Гремели в той стороне, -указал Сергей.
Там, куда он указывал, располагалась танцплощадка, а за ней – открытый солярий. Двигаясь друг за другом, друзья осторожно шли вдоль ограждения, поглядывая на подозрительно-тёмные участки.
-Лида! Ты здесь? –позвал Гена. –Выходи! Хватит прятаться!
-Не нравится мне всё это, -себе под нос пробормотал Серёжка. –Поосторожнее с ней, ребята. Оля же сказала, что она убежала в истерике. Кто знает, что ей сейчас в голову взбредёт? Она ведь и наброситься может. Вдруг у неё кукушка окончательно съехала. Если так грохотала чем-то тяжёлым, то может и нас этим же оглоушить.
-Ну это уж слишком.
Миновав солярий, они остановились в конце палубы, где находился огороженный мотобот с краном. Перебравшись через ограждение, капитан приблизился к моторной лодке.
-Слышь, Ген, а может она спряталась под брезентом? –предположил Сергей.
Осипов приподнял брезент, заглянув в лодку, после чего покачал головой.
-Чем же она тут гремела?
Ольга нервно поёжилась, и огляделась по сторонам. Поправив брезент на мотоботе, Генка подошёл к крану, после чего окрестности тут же сотряс его крепкий выразительный мат. Встрепенувшись от неожиданности, ребята съёжились, ожидая самого худшего. Они понимали, что так яро материться капитана могло заставить только какое-то из ряда вон выходящее происшествие. Схватившись за голову, Гена выпускал одно ругательство за другим, как из пулемёта.
-В чём дело?! –бросился к нему Сергей.
-Ты только посмотри, что эта курва наделала! Я убью эту сволочь!
-Да что там такое ты увидел-то? Ё-моё…
Перед парнями предстала жуткая картина. Механизм крана был самым варварским способом раскурочен. При беглом осмотре, повреждения казались такими чудовищными, что вывод напрашивался только один – восстановлению кран не подлежал. Такого сюрприза они не ожидали. Весь их труд пошёл насмарку.
-Я её пришибу, -продолжал рычать Гена.
-Я тебе в этом помогу, -ответил Сергей. –Да её убить мало. Вот, гадина! Вот, мразь!
-Подождите, ребята, подождите, –обратилась к ним Ольга. –Давайте не будем набрасываться на Лиду, пока не разберёмся во всём…
-А в чём тут разбираться?! Кто ещё мог это сделать?! Мы, все втроём, были вместе, когда тут начался погром. Остаётся лишь один подозреваемый – она! Это же кошмар какой-то, что она здесь натворила! Привод разворочен, всё погнуто, переломано…
-Я не понимаю, с какой целью она это совершила? Не вижу никакого смысла. Да Лида в первую голову была за то, чтобы поскорее покинуть корабль. Она всё время обвиняла вас в нерасторопности. И теперь, когда вы всё сделали, она взяла и сломала то, за что сама боролась активнее всех. Бессмыслица полная! Я не верю, что это дело рук Лиды.
-В общем-то, меня это тоже удивляет, -согласился Сергей.
-Если Лида не виновата, тогда кто? –развёл руками Осипов. –Кто поработал здесь вот этим самым молоточком?
Он подобрал с пола молоток и показал друзьям.
-Не знаете? Вот и я не знаю, кто кроме неё мог устроить этот вандализм. Разумеется, я, так же как и вы, не могу понять, зачем она это сделала. Но лично для меня это сейчас отнюдь не главный вопрос. Главный вопрос заключается в том, что мы теперь будем делать? Как будем выкарабкиваться из этой задницы? Вот что меня волнует!
-Мы всё починим, -устало произнёс Сергей.
-Издеваешься? Или ты действительно считаешь, что мы сможем всё это отремонтировать? Да тут работы выше крыши! А у нас нет ни запчастей, ни инструментов нормальных, ничего! Даже если починим эту хренотень, то где гарантия, что нам её опять не разгрохают?! Так и будем работать: одни чинят, другие – ломают? Замечательно.
-Ген, ты ерунду говоришь. Успокойся.
-Всё, молчу, молчу-у. Делайте что хотите.
Сердито пыхтя, Гена обошёл вокруг лодки.
-Сейчас бессмысленно что-либо предпринимать, -остановил его Сергей. –Мы все устали. Весь день вкалывали, как-никак. Силы на исходе. Надо отдохнуть. А завтра можно начать восстановительные работы.
-Зла не хватает, -Осипов пнул основание крана. –Ладно, пошли спать. Завтра будем голову ломать, как исправить чёртов агрегат.
-А Лиду мы разве не будем искать? –спросила Ольга.
-Да пошла она!
-Серёж, -девушка умоляюще взглянула на приятеля.
-Опять бегать всю ночь? Не хочу. Мне нужно отдохнуть, чтобы завтра с утра приступить к работе. А то мы опять допоздна проваландаемся, и ничего не успеем, -ответил тот.
-Если хочешь – иди, ищи её, -бросил удаляющийся Генка.
-Не вздумай! –тут же добавил Сергей. –Не хватало ещё тебя потерять. Лидка сама выйдет. Хоть я и не знаю, какими глазами она на нас будет смотреть, после того, что натворила. Пойдём.
Они отправились в обратный путь. Настроение у всех было крайне скверным. Хотелось действовать, но исчерпанные силы не позволяли, что очень удручало.
-Послушай, Ген, а может не стоит нам лодку оставлять без присмотра? Где гарантия, что чокнутая Лида на проломит ей борт? –догнал капитана Сергей.
-Хотела бы проломить – проломила бы.
-А вдруг не успела? Мы вовремя появились, и она убежала.
-Ты что, предлагаешь кому-то остаться здесь одному, и сидеть, дежурить? Чтобы его потом нашли утром, возле лодки, с проломленным черепом?
-Ну, я не думаю, что она на это способна…
-А я думаю, что у неё мозги набекрень съехали. Это значит, что она может быть способна на что угодно. В том числе и на это… Будем надеяться, что лодку она пощадит.
-Я вот тут подумал, а чего мы прицепились-то к этому крану? Неужели нельзя без него обойтись?
-Каким образом?
-Не знаю. Должны же быть способы спустить мотобот без применения крана. На случай крушения, например. Да и вообще.
-Можно спустить его на лебёдке. Но для этого потребуются специальные стропила. Конструкция теплохода не позволяет опустить мотобот на воду непосредственно отсюда. Нижние палубы мешают. Устанавливаются специальные мостки, после чего лодку скатывают по ним на воду, при помощи лебёдки.
-Но это ведь отличный способ! Почему мы сразу им не воспользовались?
-Я думал об этом. Но лебёдка, отвечающая за спуск мотобота, к сожалению, была повреждена гораздо сильнее, чем кран. Проще было кран починить.
-Так может плюнуть на кран, и отремонтировать лебёдку?
-Нельзя, говорю же тебе. Там одного блока не хватает, крепления сорваны. Металлолом, одним словом. Разве что установить новую лебёдку.
-Так давай установим!
-Для этого, её ещё нужно найти.
-Так давай поищем.
-Думаешь, я не искал? Была даже мысль снять какую-нибудь установленную лебёдку, и приспособить её сюда. Но все они либо не подходят, либо требуют основательного демонтажа, а это всё лишняя возня и надрывание пупка.
-Наверняка есть способ…
-Завтра будем способы искать. Я сейчас слишком злой и усталый для этого, -капитан погасил огни, вернув палубу в объятья темноты.

Эта тишина ничего хорошего в себе не таит. Я знаю, что скоро начнётся что-то плохое. События будут развиваться непредсказуемо. Я чувствую это. Ощущаю эту неизбежность порами своей кожи. Опасность подстерегает меня. Не очевидная, скрытая. Она, как ни странно, таится не в Хо. Она где-то в глубине меня, в глубине моей души, моих чувств. Кроется в тишине. До поры до времени.
Пребывая в тяжёлых раздумьях, друзья вернулись назад, на жёлтую палубу. Спустившись по лестнице, Осипов обернулся к остальным, и сообщил:
-Я пойду, выключу свет на остальных палубах. Как бы там ни было, мы не должны забывать об экономии.
-А если там Лида? –взволнованно спросила Ольга.
-Вот и хорошо. Испугается темноты и прибежит к нам.
С этими словами Гена удалился. Не дожидаясь его возвращения, Оля и Сергей направились по знакомому коридору, к своей каюте.
-Мы сегодня весь день ничего не ели, -бубнил Серёжка. –Вот что значит закрутились. Давай, хотя бы, перед сном чего-нибудь перекусим.
-Все продукты мы оставили на кухне, -ответила Ольга. –Пойдём, поедим.
-Да ну, не охота опять в ресторане сидеть. Он мне напоминает о погибших ребятах. Не могу спокойно там находиться. Лучше я схожу, и принесу еду сюда. Будем есть в каюте. Ты не против?
-Я только за. Полностью с тобой согласна. Так будет лучше.
-Тогда ты иди в каюту, а я – на камбуз сгоняю.
-Может вместе сходим?
-Не надо. Я быстренько управлюсь. Туда и обратно. А ты пока стол подготовь, ну, всё такое…
-Осторожнее там, -Ольга остановилась возле своей двери, и какое-то время не заходила в каюту, глядя вслед Сергею.
-Не переживай, -тот обернулся и махнул ей рукой. –Я мигом.
Вздохнув, Оля вошла в каюту и оцепенела. Перед ней, уперев руки в бока, стояла Лида. На её лице, покрытом розоватыми пятнами, застыла кривая ухмылка. Глаза девушки были водянистыми, набухшими от былых слёз.
-Т-ты здесь? –опешила Ольга. –А мы тебя искали. Где ты была?
-Где была – там уже нет, -дерзко ответила Лидия. –Плохо значит искали.
-Это ты сломала кран?
-Разумеется, я, -девушка развела руками и засмеялась. –А ещё я притащила вас сюда, отрезала якорь, утопила яхту, а потом зверски убила Настю, Вовку и Ваню! Всё я сделала! Я! Давай, беги к пацанам, и расскажи им об этом! Ты ведь только этого и ждёшь? Хочешь свалить всю вину на меня, да?
-Ничего я не хочу, Лид, успокойся пожалуйста. Я не обвиняю тебя. Ты ни в чём не виновата.
-Прекрати говорить со мной в таком тоне! Ты считаешь меня чокнутой? Думаешь, что я тоже шизанулась? Ошибаешься! Я-то как раз в своём уме. И полностью отдаю себе отчёт.
-Я тебе верю.
-Да, я нормальная! Абсолютно нормальная! А вот кто ты – ещё не известно.
-О чём ты говоришь?
-Хватит в непонятки играть. Лучше расскажи мне, что это такое? –Лида вынула из кармана блестящий предмет и, надменно ухмыляясь, показала его Ольге.
Та, приглядевшись, обмерла. Это были её таблетки.
-Что это? –всё ещё надеясь доказать своё неведение, выдавила из себя Оля.
-Это я тебя хочу спросить.
-Где ты их взяла?
-Нашла. Между прочим, лежали под твоей подушкой.
-Ты что, копалась в моих вещах? Как ты могла?
-Вовсе нет. Я только приподняла подушку, и… Сюрприз-сюрприз, -Лида покрутила таблетками перед носом Ольги. –Ну, конечно же, они не твои, да? Их тебе кто-то подбросил, и вообще ты их впервые видишь…
-Отдай! –Ольга попыталась выхватить пластинку из рук Лиды, но та была готова к этому, и вовремя убрала руку.
-Сначала скажи, что это за пилюльки.
-Это мои таблетки! Кто разрешал тебе их трогать? И какое тебе дело до того, какие лекарства я принимаю?!
-О-о-о! Ещё какое дело. Ты ведь не будешь меня убеждать, что это безвредные витаминки? Что тут написано? «Ил-лю-зиум». О, как! Название говорит само за себя. Так что это? ЛСД? Амфетамин?
-Это не наркотики. Дай сюда!
Ольга кинулась к Лиде, и, схватив её за руку, попыталась отобрать таблетки, но та грубо оттолкнула её.
-А чего ты так разнервничалась? А?
-Лида, пожалуйста, отдай мне их.
-Серёжка знает, что ты их принимаешь?
-Нет. Не знает. Отдай мне таблетки, очень тебя прошу.
-А если не отдам? Что ты сделаешь? Убьёшь меня? Как Настю, Вовку и Ваню?
-Я никого не убивала. И это – не наркотики. Это обычное успокоительное средство.
-Вот оно что. И как, хорошо оно успокаивает?
-Нормально.
-Ну-ка, попробуем, -Лида выдавила одну таблетку. –Мне как раз не мешает немного успокоиться.
-Не смей!
Бросившись к Лидии, Ольга почти успела выбить пилюлю из её руки, но Лида оказалась проворнее. Удержав таблетку, она поспешно отправила её в рот. Всё, что смогла Ольга – это выхватить у неё пластинку с оставшимися таблетками.
-Нельзя! Выплюнь немедленно!
Лида сделала тяжёлый глоток, и ехидно улыбнулась.
-Что ты наделала, -Ольга медленно попятилась назад. –Сумасшедшая, что ты натворила.
-Это же обычное успокоительное лекарство. Или всё-таки нет? –Лида прищурила глаз. –Сейчас я сама это узнаю.
-Боже мой, -прошептала Ольга.
-Пойду к себе.
Лидия направилась было к выходу, но вдруг покачнулась и остановилась. Её взгляд на мгновение стал удивлённым и слегка испуганным, а затем остекленел. «Иллюзиум» подействовал.
-Лида, -Ольга дотронулась до её плеча.
Та отреагировала на прикосновение, вздрогнула и повернула к ней лицо. Значит ещё не полностью расслоилась.
-Ты меня слышишь?
Открыв рот, девушка прошипела:
-Да-а-а.
-Не делай резких движений. У тебя сейчас может возникнуть ощущение, что ты как бы раздваиваешься. Во что бы то ни стало постарайся остаться единым целым! Поняла?
Лидия медленно качнула головой.
-Идём. Ты должна лечь.
Ольга взяла её под локоть и, сопроводив до кровати Сергея, уложила на постель. Это было сделано как раз вовремя. Как только голова Лиды коснулась подушки, она моментально отключилась, провалившись в иллюзорное забытье.
-Вот напасть, -пробормотала Ольга, покусывая пальцы.
Дверь открылась и вошёл Сергей. Он чуть не выронил принесённые продукты, когда увидел Лиду.
-Она здесь? Ты нашла её?!
-Тссс! –шикнула Ольга. –Она сама вернулась.
-А-а, -кивнул парень. –Ну хорошо. А чё она? Спит, что ли?
-Да. Не надо её будить.
-Она рассказала, зачем кран изуродовала?
-Нет. Говорит, что это не она.
-Нормально… А кто же тогда?!
-Да тише ты, Серёж. Чего расшумелся-то? Разбудишь.
-Ну и пусть. Всё равно сейчас есть сядем. Или она не будет?
-Ты не понимаешь. Она должна выспаться.
-Но она же весь день ничего не ела.
-Поест, когда проснётся. Сейчас её будить не надо.
-Моё дело предложить, -Сергей принялся выкладывать продукты на стол. –Я тут консервы кое-какие захватил, водички…
В коридоре послышались приближающиеся шаги. Это возвращался Гена. Войдя в их каюту, и увидев Лиду, он воскликнул:
-Ёлки-палки! Вот она где!
-Не шуми! –выразительно прошептала Ольга. –Спит она.
-Я её там искал, гонялся, а она тут спит?! –не унимался Осипов.
-Потише, пожалуйста.
-Вот ещё! Из-за неё у нас одни неприятности! Пусть просыпается! Поговорить с ней хочу.
-Не надо…
Но капитан никак не отреагировал на сопротивление Ольги. Он был слишком взвинчен. Подойдя к недвижимо лежащей Лиде, он принялся её тормошить.
-Просыпайся! Хватит дрыхнуть!
Нельзя! Ни в коем случае нельзя будить сноходца! Прерывание иллюзорного сна чревато необратимыми последствиями!
-Отстань от неё, Генка! –Оля бросилась на спину капитана, вцепившись в его плечи, и начала оттаскивать назад.
Осипов не сопротивлялся, и отступил, но роковая ошибка уже свершилась. Закрытые веки Лидии мелко задрожали, губы зашевелились.
-А что такого-то? –недоумевал Геннадий. –С ней что-то не так?
-Вот именно! –отпустила его Ольга.
-А что не так?
Капитан перевёл озадаченный взгляд на Сергея. Тот пожал плечами. Открыв глаза, Лида туманным взором оглядела присутствующих, а затем поднялась, и села, спустив ноги с койки.
-С добрым утром, -склонившись, саркастично поприветствовал её Гена. –Как спалось?
-Что это? -сонно ответила девушка. –Почему всё такое?
-Объясни-ка мне, подруга сердечная, что за бес в тебя вселился? –проигнорировал её слова Осипов. –Зачем ты кран поломала? Тебе что, не хочется поскорее отсюда убраться?
-Хочется. Я больше не могу здесь находиться.
-Неужели ты посчитала, что сломав кран, ускоришь наше отбытие?
-Я не ломала его. Точнее, это была я, но… Не я.
-Так ты, или не ты?
-Не знаю, -Лидия задрожала. –Это было помимо моей воли. Я боюсь. Я не хочу больше испытывать этого. Что это была за таблетка? Что она со мной сделала?
-Какая таблетка?
-Ольгина.
Ольга покраснела и съёжилась, приготовившись оправдываться, но её волнение оказалось напрасным. Парни всё поняли по-своему.
-Го-осподи, -протянул Геннадий. –Всё с ней ясно. Подцепила эту чуму.
-Похоже на то, -мрачно согласился Сергей. –Что делать будем?
-Молиться, -капитан выпрямился. –Чтобы дожила до завтрашнего утра. Как только рассветёт – приступаем к восстановительным работам на верхней палубе. Завтра днём мы должны отсюда свалить. Обязаны.
-Меня удивляет, почему нас никто не ищет. Почти неделю тут сидим!
-Вас не ищут, потому что вы в отпуске. Вот когда отпуск закончится – спохватятся. Я – птица вольная, поэтому обо мне тоже не скоро вспомнят. Вся надежда на Володькиного отца. Уж если кто-то и ищет нас, так это он.
-Что-то хреново он ищет, -Сергей взял консервную банку, и принялся её открывать.
-Видимо, ищет не там где нужно.
-Или что-то мешает ему нас найти, -добавила Ольга.
-В любом случае, надо уходить. Я не хочу подхватить эту заразу, двинуться умом и сдохнуть. Осталось продержаться последнюю ночь на этом плавучем погосте. Любой ценой.
-Я вижу что-то. Не знаю, что это, но мне это очень не нравится. Я очень боюсь этого. А вы ничего не замечаете? –заплетающимся языком произнесла Лидия.
-Успокойся, -Ольга дотронулась до её предплечья. –Это скоро пройдёт.
-Как с Лидкой поступим? –спросил Сергей, поставив открытую банку на стол, и воткнув в её содержимое вилку. –Неужели придётся её неусыпно охранять всю ночь?
-А смысл в этом есть? Остальных заразившихся тоже охраняли, и что толку? Единственное, что нужно сделать – это не дать ей покинуть каюту. Пусть сидит здесь. Помочь мы ей не сможем, зато не придётся бегать, ища её по всему кораблю.
-Как же мы за ней проследим, если будем спать?
-В люксе я нашёл наручники. Ну, и прихватил, на всякий случай, -вынув браслеты из кармана, Гена показал их Сергею. –Уже тогда предчувствовал, что придётся применить.
-Ух, ты. А ключ-то есть?
-Естественно. Как же без него?
-Вы что? Собираетесь меня приковать наручниками? –Лида прижалась спиной к стене. –Не надо. Прошу вас.
-Это для твоей же пользы, -забрав наручники у Сергея, Осипов защёлкнул их на запястье девушки.
-Зачем вы? Я же и так никуда не убегу.
-Даже если и так. Подстраховаться нам не мешает.
Капитан пристегнул левую руку Лиды к подпорке стола.
-Всего одну ночь проведёшь в неудобстве, а потом мы тебя освободим. Пойми, ты должна оставаться в каюте до самого отплытия. Так нам будет спокойнее за тебя.
-Давайте не будем её приковывать? –попросила Ольга. –Ну что это за дикость? Я присмотрю за Лидой этой ночью.
-И всю ночь спать не будешь?
-Не буду.
-Ага, а завтра будешь как выжатый лимон. Нет уж, завтра все должны быть бодрыми и сосредоточенными. Нам предстоят тяжёлые испытания, поэтому мы должны быть к ним подготовлены.
-На, -Сергей протянул Лиде открытую банку с тушёнкой. –Поешь.
Та отрицательно покачала головой.
-Да не ломайся ты. Нам всем сейчас плохо, но это не значит, что мы должны морить себя голодом, -настаивал Сергей.
-Отстань ты от неё. Захочет – поест. Не маленькая уже, -взяв свою банку, Осипов принялся ковыряться в ней вилкой.
-Скорее бы утро наступило, -Серёжка вздохнул, и, поставив банку перед Лидой, продолжил. -Вообще, странная штука – жизнь. Сколько желаний у меня было всяких, стремлений, целей. И я подумать не мог, что все они вдруг разом могут превратиться в одну единственную мечту – поскорее убраться с какого-то чёртова корабля.
-Так всегда бывает. Пока не припрёт, круг потребностей расширяется, но как только это случится – все эти мечты становятся ничтожными и бессмысленными, потому что хочется только одного – выжить.
-На мотоботе будет непросто разместиться.
-Отчего же? Четыре человека, две канистры горючего, сумка с едой и мешок с тёплыми вещами.
-А трупы? Мы что, оставим их?
-Ты предлагаешь взять их с собой?
Сергей потупил взгляд.
-Они так хорошо хранятся только благодаря холодильнику. Но если начнут разлагаться – то это будет кошмар. Мало того запах, да ещё и трупный яд… Нет уж, пусть лежат здесь, пока корабль не обнаружится. Кстати, холодильник до сих пор работает. И электричество тоже. Генератор пашет как ни в чём не бывало. Перпетум мобиле какое-то, –жуя произнёс Геннадий.
-В смысле? –не понял Сергей.
-Такое ощущение, что топливо вообще не убавляется.
-Ну, мы же экономим.
-Да как бы не экономили. Это же не атомоход.
Ольга смотрела на Лидию. После того, как её прицепили наручниками к столу, она окончательно ушла в себя, погрузившись в какой-то непостижимый транс. Гена и Сергей наивно рассчитывали удержать её наручниками, не догадываясь, что эти оковы для неё не помеха.
-О чём задумалась? –обратился к Оле Сергей.
-Ни о чём, -ответила та, и тут же принялась за еду.
Какое-то время они молча ели, затем заговорил капитан.
-Распределимся так: девчонки остаются в этой каюте, а мы займём пятьдесят третью.
Серёжка молча кивнул. Вновь воцарилась тишина, нарушаемая лишь стуком ложек по жестяным стенкам консервных банок. Такой нехитрый ужин помог ребятам немного утолить свой голод. Первым расправился со своей банкой Гена. Соскоблив с её стенок остатки мяса, он доел их, и, поставив пустую банку на стол, поднялся на ноги.
-Так, ладно, я на боковую, -сообщил он.
Вынув из кармана маленький ключик, Осипов протянул его Ольге.
-На, возьми. Сводишь её в туалет перед сном. Ну, и ночью, если понадобится, тоже сопроводишь куда надо. Следи, в общем, за ней. Но смотри, аккуратнее. Будь с ней настороже. Она может выкинуть всё что угодно. Поэтому лишний раз старайся её не отстёгивать. Если ведёт себя неадекватно – лучше вообще не рискуй, и не поддавайся на её уговоры. Даже если просить будет, умолять. Ну, короче говоря, оставляю её под твою ответственность.
-Хорошо, -кивнула Оля, принимая ключ.
-Спокойной ночи.
Капитан удалился. Сергей торопливо доедал свою порцию консервов. Недоверчиво покосившись на Лиду, он сказал Ольге:
-Своди её сейчас, пока я здесь. Мало ли что?
-Да что вы с Генкой к ней относитесь как к монстру какому-то?! Она меня не растерзает. Посмотри на неё. Ей так плохо сейчас.
-Оль, пойми, лучше не рисковать. Генка прав, надо подстраховаться. Тем более, что нам не известно, во что эта болезнь превращает людей. И не спорь со мной пожалуйста.
-Ох, ну ладно.
Ольга отстегнула наручники, и взяла Лиду за руку. Та безропотно поднялась с койки, и последовала за подругой к туалетной кабинке. Оля открыла дверь, и она вошла внутрь. Спустя несколько минут, Лидия вышла, после чего Ольга сопроводила её обратно, до койки. Спокойно позволив себя пристегнуть наручниками, девушка послушно легла и закрыла глаза. Сейчас она действительно очень походила на живую куклу.
-Теперь я спокоен, -Сергей поставил пустую банку рядом с банкой капитана. –Можно идти спать. Если что – стучи в стенку. Я услышу и тут же прибегу. Поняла?
-Поняла.
-Доброй ночи, малыш, -он нежно поцеловал её.
-И тебе сладких снов.
Выйдя из каюты, Сергей закрыл за собой дверь. Её стук, дополненный щелчком замка, вызвал лёгкое содрогание пространства. Ольга чуть не выронила банку из рук. Неужели всего этого не существует? Неужели это одна непрекращающаяся иллюзия? Нет. Происходящее реально. Она устала, переволновалась, вот и мерещится всякое. Нельзя поддаваться на сумеречные провокации…
-Лида, ты слышишь меня? –обратилась она к подруге, и, не дождавшись ответа, продолжила. –Если тебе что-то понадобится, сразу же скажи. Если буду спать – разбуди. Хорошо?
-Она тебя не слышит, -ответил ей знакомый тоненький голосок.
-Лиша? Зачем ты вылезла из кармана?! Нельзя, чтобы Лида тебя увидела! –зашептала Ольга, попытавшись запихать ящерку обратно в карман.
-Да расслабься ты. Всё равно её здесь нет.
-Как это нет? А кто по-твоему лежит на кровати?
-Оболочка, разумеется. Ты же знаешь про расслоение.
-Да, знаю. Выходит, что Лида уже… ушла?
-Фактически, она здесь, но сознание её сейчас витает непонятно где. Она впервые окунулась в мир сумерек, а для неподготовленного существа это серьёзное испытание. Пока её разум адаптируется, она будет отсутствовать.
-А когда вернётся?
-Скоро. Только возвращение будет неполным. То есть, она остановится на периферийном уровне – между сумерками и реальностью. Станет сомнамбулой.
-Боже мой. Чем я могу ей помочь?
-Я бы посоветовала тебе задержать её. Освободившись от тягот собственного тела, её духовная часть может легко ускользнуть. Но без подпитки, которую ей оказывает физическая основа, эта сущность быстро растратит свою энергию, и будет поглощена сумерками.
-Я не должна этого допустить.
-Поэтому, когда она вернётся – постарайся её задержать. Задача не из лёгких, надо признаться.
-Это всё из-за «Иллюзиума»? Да? Это он так на неё подействовал?
-По всей видимости, она была выбрана Хо заранее. А «Иллюзиум» - лишь усугубил и без того шаткое положение. Не стоило ей употреблять его. Это большая ошибка. Очень серьёзная, и чреватая последствиями не только для неё, но и для всех остальных.
-Всё это моя вина. Мне следовало получше спрятать этот опасный препарат.
-Не сокрушайся. Ты ведь не могла предположить, что она будет рыться в твоей каюте. Случилось то, чему суждено было свершиться. «Иллюзиум», по сути своей, не такой уж и опасный препарат. В нём содержится кетамин, стимулирующий расширение сознания, но доза его ничтожна. «Иллюзиум» - это лишь инструмент, облегчающий проникновение в сумерки, и позволяющий какое-то время удержаться в параллельном мире. Пока «Иллюзиум» действует, Лида будет пребывать вне реальности. Когда её сознание было отвлечено иллюзиями – это давало ей шанс выбраться из иной реальности с наименьшими потерями. Но после того, как иллюзорный сон был прерван до завершения активности препарата, твоя подруга оказалась в большой опасности. Представь, что её втолкнули в клетку с тигром. Есть призрачная надежда, что тигр не нападёт, но это, как ты понимаешь, маловероятно.
-Хо подстроило это?
-Конечно. Оно начало овладевать разумом Лиды, воспользовавшись её депрессией. Но вместо того, чтобы постараться оказать сопротивление, эта дурочка сама подписала себе смертный приговор, проглотив таблетку. Так быстро нырнуть в иллюзию способны только избранные – те, кому это уготовано. А Лида явно была в разработке.
-Но ведь Женя победил Хо!
-Эта победа условна. Евгений сумел за тебя постоять, но остальные ребята продолжают оставаться беззащитными.
-Неужели он допустит, чтобы Хо убило моих друзей?
-Скорее всего, нет. Но он не всесилен. Он и так превысил свои возможности.
-Как же теперь быть?
-Видишь ли, я пока что не знаю, какими последствиями может обернуться незапланированное проникновение Лиды в мир Евгения. Если, конечно же, она попадёт к нему. «Иллюзиум» настроен на мысленную активность Жени, но это не факт, а значит девчонку может забросить куда угодно, в том числе и в один из мерзких миров Хо.
-То есть, приняв «Иллюзиум», можно попасть не только к Жене?
-Совершенно верно. Одному только Создателю известно, сколько измерений существует там, за пределами реальности. Иллюзорные миры перетекают из одного в другой, переплетаются, ширясь многомерным лабиринтом. И нет им числа.
Ольга хотела что-то сказать, но не успела.
-Смотри. Она возвращается, -ящерка указала на Лиду.
Лидия шевельнула правой рукой. Пространство над её кистью слегка исказилось, подобно прозрачному ореолу. Затем пошевелилась нога девушки, и вновь тот же эффект. Оля потёрла глаза, и присмотрелась к Лиде как можно внимательнее. Теперь она смогла определить, что это был за оптический фокус. Стеклянный силуэт Лидии постепенно выходил из её материальной оболочки. Как показалось Ольге, он был немного темнее окружающего пространства, потому и был виден. Напоминая человека-невидимку, практически полностью прозрачная Лида, поднялась на кровати, ещё не осознавая, что с ней происходит. Её духовная рука с лёгкостью выскользнула из наручника. Осмотрев её и потрогав запястье, душа Лидии наконец-то увидела свою физическую половину, и с ужасом вскочила с койки.
-Подожди!
Ольга попыталась её остановить, но это было всё равно что схватить струю воды. Энергия Лиды обдала её лёгким дуновением, и уже через секунду остановилась у неё за спиной.
-Не убегай! Оставайся на месте!
Кажется, Лида услышала её, и, в нерешительности, остановилась посреди каюты. Теперь её было видно уже совсем хорошо. Зрелище оказалось потрясающим – бесшумно движущийся силуэт человека, точно выполненный из прозрачного хрусталя, одним своим видом разрушал рамки обыденной реальности. Ольга понимала, что это лишь оптический обман, вызванный её психической защитой. Духовная половина Лидии должна быть не отличимой от физической, но человеку, находящемуся в реальном времени, увидеть её невозможно. Специфика человеческого зрения не позволяет разуму воспринимать сумеречные образы. То, что она видит духовную оболочку Лиды – противоестественно, и, скорее всего, вызвано её путешествиями в иллюзорные миры, а так же употреблением «Иллюзиума». Чтобы помочь подруге, нужно отправиться вслед за ней. Рука потянулась за таблетками, но Лиша ухватилась за пластинку, не позволяя Ольге вынуть их.
-Не вздумай! –пропищала она.
-Почему?! Без этого я не смогу удержать её. Проникнув в сумерки, мы с Лидой будем на одном уровне реальности, и я смогу нормально общаться с ней. Там я, хотя бы, за руку её смогу схватить .
-Она и так тебя слышит. И понимает. А за руку хватать нельзя. Иначе она и тебя утащит за собой.
-Господи. Чем дальше – тем хуже.
Лида подошла к Ольге, и осторожно протянула к ней свою бестелесную руку. Её пальцы осторожно коснулись груди девушки, и тут же проникли в её тело на пару сантиметров. Сразу вслед за этим последовал электрический разряд, который отбросил Лидию назад, и едва не свалил Ольгу с ног. Ощущение было таким, будто Лида кольнула её раскалённым прутом. Грудь горела как после ожога. Испугавшись, виновница начала метаться по каюте, держась за больную руку.
-Успокойся! Прошу тебя! –пыталась остановить её Оля.
Она старалась не переходить на крик, чтобы ненароком не привлечь внимание ребят в соседней каюте. Их появление сейчас было крайне нежелательным.
Попробовав открыть дверь, Лидия почему-то не смогла этого сделать. Ручка ей не поддавалась, а пройти сквозь саму дверь у неё не получилось. В результате, шарахнувшись несколько раз от стены к стене, она утихомирилась, и, съёжившись, опустилась в углу на корточки, обхватив колени руками. По колебаниям её контуров было заметно, что она сильно дрожит.
Покашливая, Ольга присела на койку. Внутри у неё всё полыхало. Дышать было больно.
-Что она со мной сделала? –прошептала она.
-Ничего особенного. Это естественная реакция твоей духовной оболочки, когда чья-то другая оболочка пытается вторгнуться в её владения. Души не могут пересекаться, ровно как и материальные тела не могут проходить друг через друга. Она этого не знала, к сожалению. Но вам не стоит беспокоиться. Боль скоро утихнет, -ответила Лиша.
-Почему же тогда мне удавалось проникнуть в собственное тело, когда я расслаивалась?
-Да потому, что это было твоё собственное тело! В нём не присутствовал чужой заряд. Ты же не испытываешь трудностей, одевая пальто? А попробуй одеть пальто, если оно уже на ком-то одето, получится это у тебя?
-Она должна вновь воссоединиться.
-Верная мысль.
Стараясь не напугать Лиду, Ольга подошла к ней, и заговорила:
-Послушай, ты не должна здесь находиться. Тебе надо вернуться обратно на кровать, чтобы соединиться с собственным телом. Пока ты порознь с ним, ты в большой опасности.
Лида продолжала сидеть не шевелясь.
-Это необходимо. Как ты не понимаешь?
Энергетическая оболочка Лидии постепенно теряла чёткость свей формы, становясь более расплывчатой и прозрачной. От неё повсеместно отделялись небольшие сгустки энергии, которые, едва различимыми амёбами, медленно разлетались по сторонам, распадаясь в воздухе.
-Она сливается с сумерками, -констатировала Лиша.
-Что это значит?
-Это значит, что она погружается в какое-то иллюзорное измерение. Разум настраивается на новые восприятия, в результате чего форма теряет свой человекообразный вид. Душа, как вода или воздух – субстанция аморфная. Это чистая энергия, -объяснила Лиша. –Но мне не нравится то, как быстро она сливается с сумеречным миром. Это может означать лишь одно. Что-то затягивает её в иллюзорный мир. Чья-то мощная воля способствует этому.
-А может быть это Женя?
-Вряд ли.
-Лида! Ради всего святого, борись! Ты не должна поддаваться ему!
На глазах Ольги заблестели слёзы. Нет ничего хуже полного бессилия, когда понимаешь, что ничем не можешь помочь человеку, попавшему в беду.
-Время упущено, -произнесла Лиша. –Её уже не спасти.
-Ну уж нет, -сквозь зубы прорычала Ольга. –Я не позволю.
И она протянула свою дрожащую ладонь к расплывающемуся в пространстве сгустку энергии, оставшемуся от Лиды. Глаза ящерки расширились.
-Ты что делаешь?! –в отчаянье запищала она. –Нет! Нельзя!
Быстро удаляясь, её писк сменил интонацию, и вскоре затих вдалеке. Как будто тысячи мельчайших иголок разом вонзились в Ольгино тело. Безумный жар, вспыхнув в груди, дьявольской помпой ударил в голову, едва не разорвав сосуды на висках.
-Лида! Лида! –Оля вслепую шарила руками в пустоте, ища подругу.
Её зрение постепенно возвращалось к ней, по мере того, как тёмная пелена, вызванная шоком, отступала от её глаз. Непонятное то ли гудение, то ли шипение надрывало барабанные перепонки. От этого многократно усиленного «ракушечного» шума можно было легко сойти с ума. Более никаких звуков. Только этот. Бесконечный, невыносимый гул.
Фиолетовые конуры каюты расплывались перед глазами. Что-то текло по полу, стенам и потолку. Чёрные крапины, сползающие вниз точно сонмище тараканов. Ольга сразу поняла, куда она попала. Это были сумерки. Мир, о котором рассказывал Евгений. Каркас реальности. Она также вспомнила об опасности, которую сулит длительное пребывание в сумерках, и ею овладел страх. Шум лишал её рассудка. Опустившись на пол, она зажала уши руками, и крепко зажмурила глаза. Напряжение было таким, что из её носа брызнула кровь. Потом она на миг лишилась чувств. Всё что осталось в её памяти, это как чья-то невидимая рука, крепко схватив её, потащила куда-то.
Давящий гул начал ослабевать, и стал терпимым. В этот момент Оля поняла, что его уже нет. А то, что она слышит – лишь остатки воспоминаний. Они быстро выветрились, оставив только бухающие удары пульса. Зловещие сумеречные очертания уступили место знакомому виду каюты. Но всё равно здесь было что-то не так. Каюта знакома, и незнакома одновременно. Как это может быть? Осмотревшись, Ольга увидела Лидию, лежавшую на койке, и себя, скорчившуюся на полу. Всё понятно. Она не в реальности. Что-то вытолкнуло её из сумеречного мира, и теперь она попала в периферийный мир – нейтральную прослойку между «каркасом» и «декорацией».
-Лида, -осторожно позвала Ольга.
Её голос сопровождался лёгким эхом. Заглянув в душевую кабинку, она отодвинула занавеску, и с удивлением обнаружила, как необычно та колыхается от её прикосновения. Неожиданно, позади неё открылась дверь и что-то звякнуло.
-Лида, это ты?
Выйдя из душевой, Оля с удивлением обнаружила, что за открывшейся дверью каюты, вместо коридора, находился лифт.
-Иллюзия, -прошептала девушка.
Остановившись у входа в лифт, она задумалась. Если бы она знала, что эта иллюзия принадлежит Евгению, то вошла бы в эту красную кабину без лишних раздумий. Но сейчас, когда ей не было известно, чьим разумом создан этот иллюзорный мир, стоило серьёзно призадуматься над совершением решительного шага. Что если это – творение Хо? Кто знает, куда привезёт её этот лифт. Крайне неразумно было идти на такой риск, и Ольга прекрасно это понимала. Однако бросать Лиду в беде она не собиралась. Другого выхода у неё не было, кроме как отправиться в эту неизвестную иллюзию, вслед за исчезнувшей подругой.
Сделав свой выбор, она шагнула в лифт. Судя по кнопкам, этажей было десять. Какой из них выбрать Ольга, естественно, не знала. Она судорожно искала хоть какую-нибудь подсказку. В это время, дверь позади неё закрылась, и лифт поехал вниз. Напрасно она нажимала на «стоп» и остальные кнопки. Лифт не останавливался, увлекая девушку на дно иллюзорной шахты.
-Иллюзия. Всего лишь иллюзия, -дрожащими губами шептала Оля.
«Муками лёгкими… От мук тяжёлых», -прошелестел над её головой таинственный шёпот.
-Женя?
Лифт завибрировал, звякнул и остановился. Дверь раздвоилась, разойдясь в разные стороны, и открыв выход в непонятное полутёмное помещение, напоминающее морг. Под потолком мерцала лампа дневного света, которая протяжно жужжала, то вспыхивая, то угасая.
Ольга крадучись вышла из лифта. Вокруг неё не было ни души, и, кроме неисправной лампы, здесь ничто не бросалось в глаза, и не привлекало внимания. Однообразные серые стены, покрытые ржавыми пятнами, издали похожими на кровь. Какие-то тёмные кабинеты, заглядывать в которые хотелось меньше всего. Скользкие полы с тёмными разводами грязи.
Косясь по сторонам, Оля начала осторожно двигаться вперёд по центральному коридору. С каждым шагом, ей здесь нравилось всё меньше и меньше. Убогое подобие заброшенной клиники вызывало самые неприятные ощущения. «Боже, что я здесь делаю?» -сама себе задала она вопрос. –«Нужно выбираться отсюда, по добру, по здорову». Похоже, что здравый смысл постепенно возвращался к ней, овладевая рассудком, и возвращая контроль над ситуацией. «А вдруг, Лида – только приманка?» -мелькнула в её голове страшная мысль. –«А вдруг, настоящая добыча – я?!»
До её слуха донёсся чей-то всхлип, а может вздох. Это заставило Ольгу насторожиться. Адреналин в крови закипел.
-Лида? Это ты?
Ответом послужил ещё один подобный звук, теперь уже более близкий и отчётливый, а главное – знакомый.
-Лида!
Забыв об опасности, Оля бросилась вперёд по коридору. Пробежав под моргающей лампой, она распахнула серые двери с мутными стёклами, и очутилась в другом, перпендикулярно-примыкающем коридоре. Здесь отчётливо слышался тихий плач. Сердце Ольги затрепетало, когда она увидела Лиду в дальнем конце этого коридора. Девушка стояла к ней спиной, и, судя по виду, плакала, то и дело утирая лицо.
-Лида, не бойся, это я, Оля. Я пришла за тобой, -стараясь говорить как можно спокойнее и ласковее, обратилась к ней Вершинина. –Я выведу тебя отсюда. Иди ко мне.
Лидия никак не отреагировала на её слова. Даже не обернулась.
-Не плачь. Я помогу тебе.
Не дождавшись ответной реакции, Ольга направилась к ней сама. Когда расстояние между ними сократилось наполовину, Лида вдруг встрепенулась, и, не переставая всхлипывать, побежала прочь. Не желая упускать её из виду, подруга бросилась следом за ней.
-Стой! Куда же ты?!
Добежав до конца коридора, Лидия скрылась за поворотом. Через несколько секунд, Ольга свернула туда же, и остановилась в полной растерянности.
-Чёрт! –она с досадой хлопнула себя по коленям. –Только не это!
Перед ней простирался новый коридор с безликими дверями и тусклыми лампочками. Лида словно растаяла. Следуя по коридору, Оля поочерёдно дёргала ручки запертых дверей, и звала её, уговаривая вернуться. Временами она замирала, прислушиваясь к тишине – не проскользнёт ли где-нибудь малейший звук, указывающий на местонахождение её подруги. Безнадёжно. Никаких намёков, никаких свидетельств, ничего.
Блуждание всё больше казалось бессмысленным. Вокруг лишь бесконечные коридоры, небольшие залы, и двери, двери, двери. Петляя по этому лабиринту, Ольга действовала уже скорее механически, нежели осмысленно. Она понимала, что полагаться на зрительную память в иллюзорном мире было делом бесполезным. Всё здесь может поменяться в любую минуту. Главное – не отступать, продолжая поиск.
Но, что это? Оля остановилась, присматриваясь, не показалось ли ей. Нет. Это был не мираж. Впереди, возле стены действительно стояла металлическая койка с панцирной сеткой, покрытая дырявым и выцветшим матрасом. На койке, низко опустив седую голову, сидел сгорбленный старик в ветхой одежде. Было сложно определить, бодрствует он, или дремлет. Стараясь держаться противоположной стены, Ольга очень осторожно кралась вперёд, не спуская глаз с подозрительного незнакомца. Она понимала, что, не смотря на видимую немощность, этот иллюзорный старец может в любой момент выкинуть какой-нибудь неожиданный и неприятный фокус, который наверняка окажется для неё роковым.
Когда она поравнялась с ним, он зашевелился и закряхтел. Оля замерла, выжидающе глядя на него. Подняв на неё свои бесцветные глаза, старик одарил её пустым взглядом, лишённым малейшего интереса. Морщинистое лицо не выражало никаких эмоций. Лохматая борода методично шевелилась, как будто он что-то пережёвывал.
-Простите, -дрожащим голосом обратилась к нему Ольга. –Вы здесь девушку не видели?
Старик ничего ей не ответил, и продолжал безмолвно взирать на неё неживыми глазами. «Должно быть, он глухой», -подумала Оля, и заговорила с ним уже громче.
-Я ищу свою подругу!
Не произнося ни единого слова, старец поднял трясущуюся руку, и указал в дальнюю часть коридора, завершающуюся очередными дверями.
-Спасибо, -кивнула Ольга, и попыталась улыбнуться.
Опустив руку, незнакомец уставился в пол, и начал бормотать что-то нечленораздельное. Проскочив мимо него, девушка ускоренным шагом направилась к дверям. Она не оборачивалась, но чутко прислушивалось к тому, что творится позади неё, опасаясь, что неприятный старик может её преследовать. Но его кряхтение и бурчание становились всё тише, а это значило, что он остался на своём месте.
Чем ближе Ольга приближалась к приоткрытым дверям, тем отчётливее она различала странные звуки, доносящиеся из-за них. Какое-то странное похрюкивание, повизгивание, и тихое завывание, словно кто-то пытался затянуть протяжную песню, но тут же обрывал её. За мутными стёклами шевелился невнятный чёрный силуэт. В промежутке между дверями можно было разглядеть некое подобие стола.
Терзаемая страхом, перемешанным с любопытством, Ольга подкралась к дверям вплотную, и медленно потянула ручки на себя, открывая их шире. Заглянув внутрь, она увидела небольшую комнату, освещённую открытыми лампами без плафонов. Стены были обложены однотонной кафельной плиткой, а пол – сплошь покрыт тёмными пятнами. Посреди помещения находился большой стол, над которым склонился человек очень крупного телосложения. На нём была одета грязная клетчатая рубашка и широкие штаны с подтяжками. Стоял он спиной к дверям, поэтому лица его Ольга не видела. Зато видела мощный прыщавый затылок со складками, и лысину, покрытую клоками редких волос.
Гигант пыхтел и сопел, увлечённый своей работой. Перед ним, на столе были разложены куски нарубленного мяса. Совершенно зловеще выглядел огромный тесак, обагрённый кровью, лежавший среди них. Таинственный мясник тем временем увлечённо ковырялся в остатках туши, ломая рёбра и извлекая внутренности.
-Простите, -отважилась обратиться к нему Оля.
Здоровяк хрюкнул и замер, точно окаменел.
-Я ищу… -комок подкатил к горлу девушки, и она с трудом его одолела. –Ищу свою подругу.
Тут её взгляд упал на мясо, и она лишилась дара речи. Среди ровно нарубленных кусков лежала освежеванная нога. Человеческая нога! Охваченная ужасом, Ольга попятилась назад к выходу. Мясник молча повернулся к ней лицом, и теперь она увидела, кем он являлся на самом деле. Не человеком – нет. Этот уродливый монстр словно сошёл со страниц самого страшного произведения. На его лице, вместо носа красовался толстый, короткий хобот. Один глаз был маленьким, а другой – необычайно большим и выпуклым, кроме того, он был расположен гораздо ниже своего соседа. Был ли у этого адского существа рот – непонятно, так как всю нижнюю часть его лица закрывал отвратительный, подрагивающий хобот с парой боковых пазух. Вся одежда мутанта спереди была покрыта кровью, а фартук, бывший когда-то белым, целиком выкрашен в багровые цвета.
Натолкнувшись лопаткой на угол двери, Ольга моментально пришла в себя, и бросилась бежать. Монстр схватил со стола тесак, и, издав трубный рёв, кинулся следом за ней. Он буквально вынес обе двери, со страшным грохотом, и, грузно топая, продолжил преследование. От его тяжёлого топота, казалось, сотрясался весь коридор. Внезапно, встреченный ранее, немощный старик поднялся с койки, и преградил путь убегающей девушке. Его глаза горели яростью. Он весь трясся, а беззубый рот выплёвывал хриплые слова:
-Врёшь! Не уйдёшь! Проклятая ведьма!
Проклятия чередовались с нецензурной бранью. Растопырив руки, старик попытался поймать Ольгу, и только чудо помогло ей увернуться от его узловатых пальцев с кривыми ногтями, похожими на когти. С заходящимся сердцем, Ольга вынырнула из-под его руки, и, не сбавляя темп, помчалась дальше, подгоняемая топотом и рёвом преследователя.
Коридоры сменялись новыми коридорами, ничем не отличающимися от предыдущих. В глазах всё мелькало. Монстр, не сбавляя темпов, наступал ей на пятки. Было слышно, как лезвие его тесака со звоном ударяется в стены. Оля уже не помнила обратной дороги, и бежала наугад, то и дело сворачивая в ответвления, набегу тараня двери всем корпусом.
Вдруг ей на глаза попалась знакомая мерцающая лампа. Выход был совсем рядом. Отвратительная тварь у неё за спиной издала вопль, напоминающий тепловозный гудок. Последние метры Ольга преодолела в полубессознательном состоянии. Она влетела в кабину ожидавшего её лифта, и, со всего разгона, ударилась в противоположную стенку. Двери стали медленно закрываться. Слишком медленно. Слишком! Уродливый мясник, размахивая своим смертоносным оружием, неукротимо приближался. Его выпученные несоразмерные глаза были налиты кровью. Из трясущегося хобота брызгала вязкая прозрачная жидкость.
-Ну же! Закрывайся! Закрывайся! –визжала Ольга, беспомощно елозя ногами по гладкому полу кабины.
Двери закрылись перед самым носом у монстра. Тесак вошёл прямо между ними, и несколько капель крови с его лезвия попали на лицо Ольги. Кабина сорвалась с места, и поехала. Но не вверх, и не вниз, а вбок. Лезвие звякнуло и скрылось в промежутке между дверями. Лифт трясся и раскачивался, словно ехал на колёсах по ухабистой дороге. «Боже мой. Куда я попала? Как же выйти отсюда?» -крутились мысли в голове несчастной девушки.
-Успокойся, дорогуша. Ты что, никогда раньше не была в метро? –прозвучал чей-то спокойный голос.
-Кто здесь? –Ольга осмотрелась, но кроме безликих стен кабины ничего не увидела.
Заиграло радио. Приятный женский голос, сообщив о погоде в Москве, сменился звуками старомодного фокстрота. Свет в лифте погас. Кабина сотрясалась и грохотала, словно была готова вот-вот развалиться.
-Обстановка в мире нестабильна, -задумчиво изрёк Евгений.
-Привет. Ты опять в очках?
-А что поделать? –стыдливо потупил взгляд Сергей. –Я близорук, и не могу без очков. Не хотел тебя расстраивать, потому и скрывал это.
-Да что особенного-то?
-Ага, «что особенного»! Это немаловажный аспект, основывающийся на исключительно ситуационных показателях.
-Чего-чего?
-Хо промыло тебе мозги! Хо промыло тебе мозги! –пропищала порхающая в воздухе Лиша, и, сделав круг вокруг её головы, скрылась среди пальмовых листьев, надменно хихикая.
-Да не верь ей, -отмахнулся Сергей. –Дура она. Нет никакого Хо. Всё это бабушкины сказки.
-Я даже больше скажу, -послышался голос за спиной у Ольги, та обернулась и увидела Настю – живую и здоровую. –Тридцать первого июня в девять часов сорок семь минут, мы вернёмся домой. Запомните эту дату!
-Ну, слава богу. Теперь я спокоен, -Сергей улыбнулся, и пошёл прочь, через безлюдный переулок.
-Постой, ты куда?! –крикнула ему вдогонку Ольга.
-В библиотеку, -бросил через плечо он. –Куплю пивка и чипсов.
-Нельзя есть чипсы! –воскликнула Настя. –От них можно рак заработать. Мой брат ел много чипсов, и теперь у него хронический простатит.
-Фигня! –отмахнулся Сергей.
-Оля, скажи ему! Он же может развязать войну!
-Войну?
-Самую настоящую войну, между светом и тьмой! Поторопись!
Ольга побежала сама не зная куда. Мимо фруктовых садов и рекламных щитов. Остановившись на смотровой площадке, она взглянула на расплывчатую панораму раскинувшегося перед ней Рима и, неожиданно для себя, подумала:
-В последний раз я здесь была вместе со своим мужем, во время нашего медового месяца… Странно. Сколько лет прошло, а город не изменился. Не зря его называют «вечным».
И тут её озарило. Стоп! С каким ещё мужем?! Когда она успела выйти замуж? Нужно вспомнить. Нужно просто всё вспомнить. Надо только открыть свой дневник и почитать его. Пока дома никого нет, пока родители с работы не вернулись. Усевшись на диван, она открыла старый дневник, испещрённый зашифрованными знаками. Записанное всплывало из памяти, переплетаясь замысловатыми арабесками очевидной бессмыслицы. «Сегодня я ушла из бассейна, потому что плесень разъела провода и воздух стал горьким. Хоть все и советуют мне пользоваться плесенью, но я не могу смириться с мыслью о яде, впитывающемся в мою кожу. Солнце опять взошло не там, где я хотела…»
-Когда я успела это написать? –Ольга захлопнула дневник.
-Наверное, тогда же, когда я написал свою книгу «Как говорил Заратустра», -ответил ей светловолосый очкарик, сидевший с ней за одной партой. -Позвольте представиться. Меня зовут Ницше,
Он протянул ей руку.
-Кто?
-Ницше, -повторил сосед. –Эн Иц Ша Е.
-Я Вас знаю. В смысле, читала Ваши труды, -кивнула Ольга, не скрывая своего изумления.
-Не удивлён. Меня очень много публикуют.
-Признаться, я не ожидала, что Вы – такой…
-Такой… Молодой? Ха-ха-ха, понимаю Вас! Все думают, что если Ницше – это непременно седой старикашка, дышащий на ладан. Это – стереотип. Вопреки большинству убеждений, не все Ницше – старики. И уж конечно же не все – англичане. Я вот, например, украинец.
-Извините, но я Вам не верю. Во-первых, Ницше – немец, во-вторых, он уже давно умер, а в-третьих, он был один. Только один.
-Это Вам кто сказал?
-Ну-у, -Ольга задумалась.
-Вот видите, -очкарик улыбнулся. –Всё это маркетинговая морока. Творческий псевдоним, торговая марка. Тут всё дело в философии, а не в стереотипах. Лишь философия является основополагающей константой в ядре бытия. Вот Вы, как я понимаю, запутались в ложных умозаключениях, а ведь смысл кроется отнюдь не в диалектической подоплёке истины. «В мире и без того недостаточно любви и благости, чтобы их еще можно было расточать воображаемым существам». Как Вам это высказывание?
Оля кивнула.
-Вот видите. У меня этих гениальных фраз в запасе имеется ещё вагон и маленькая тележка. «Нет прекрасной поверхности без ужасной глубины», «Мы охладеваем к тому, что познали, как только делимся этим с другими», «Играя загадками, рискуешь сгинуть в лабиринте интриг», «Безрассудство – удел не людей, но кукол».
-Так, а ну прекратили разговоры! –к ним подошла учительница Ольги. –Вершинина!
-А? Да, -Ольга растерянно поднялась со стула.
-Ну-ка, расскажи, как ты решила задачу, заданную на дом?
«Боже, я ведь совсем забыла про домашнее задание!» -покрываясь мурашками, осознала девушка.
Какой позор. Как же она могла забыть? Надо выкручиваться, надо хоть что-нибудь вспомнить. Подняв свою тетрадь, она панически вглядывалась в пестроту бессмысленных формул и графиков, пытаясь понять, что вообще за урок сейчас идёт. Скорее всего, это высшая математика…
-Семьдесят четыре процента от икса, -шёпотом подсказывала ей однокурсница, сидевшая рядом с ней.
Так где же она? В школе, или в университете? И куда подевался юный Ницше? Действительно! Какая может быть школа, если она уже университет заканчивает?
-Вершинина, Вы будете отвечать?! –настаивала учительница.
-Э-э, семьдесят четыре процента от икса, э-э, -начала Ольга.
-Так. Дальше.
-И, э-э, -она задумалась.
Тут внезапно ею овладело прозрение, и она начала без запинки выдавать ответ, который должен был быть правильным, не смотря на очевидную околесицу.
-Согласно положению асимптоты относительно величины переменной, параметр является обратным основанию. Получается тридцать две целых и одна тысячная…
Бред сумасшедшего. Она говорила для того, чтобы говорить. Словно мозг работал сам по себе, выдавая на «холостом ходу» поток бессвязных параметров и цифр, не подкреплённых ничем. Тёмная пустота окружила её, качая волнами. Тяжесть в голове усилилась. Что-то выдернуло Ольгу из рассыпающейся по частям бредовой небывальщины, словно включилась отдельная часть разума, отвечающая за рационально мышление.
-Да ведь я сплю! –осенило её. –Это сон! Обычный сон!
-Прыгай! Немедленно прыгай! –крикнул кто-то прямо ей в ухо, и грубо толкнул вперёд.
Подошвы заскользили по льду, и она покатилась к обрыву.
-Прыгай! Там невысоко! Прыгай!
Она подпрыгнула, и полетела над лестницей уходящей на дно глубокой пропасти. Пролетев по высокой дуге, Оля начала падать вниз.
-О, нет! Если я упаду на лестницу, я себе в лучшем случае ноги переломаю! –в ужасе осознавала она.
Но поделать ничего не могла. Лишь падала и падала на эту бесконечную лестницу, а та всё удалялась и удалялась от неё, убегая вниз – к самому морю…
Сердце бухнуло, всё тело дёрнулось в непроизвольной судороге, и Ольга проснулась. Она не сразу смогла сообразить, где находится. Грёзы с неохотой отпускали её. На часах без пяти минут шесть. За окном светло-серый утренний туман. По каюте бродит Сергей.
-Я тебя разбудил? –шёпотом спросил он, склонившись над ней. –Прости.
-Нет. Я сама проснулась, -с трудом шевеля одеревеневшим языком, ответила Оля.
-Она тебе неприятностей не доставляла? –он кивнул в сторону спящей Лиды.
-Да, в общем… Тут… -Ольга так и не смогла сформулировать нормальный ответ, и умолкла.
-Ну и хорошо. Можете дальше спать. А мы с Генкой идём работать.
Дверь приоткрылась, и послышался голос Осипова:
-Ну что, ты готов?
-Да-да, всё, иду.
Сергей поцеловал подругу, и поспешно покинул каюту. О сне уже не могло идти речи, поэтому взбудораженная Ольга тут же поднялась, стряхивая с себя последние остатки сонливости. Она не помнила, как заснула вчера. Главное, что проснулась она на своей койке, лежащая поверх одеяла, задом наперёд. Сама ли она легла, или её кто-то уложил, неизвестно.
Лида, кажется, спала. А может быть, и не было ничего вчера? Может быть, всё это было одним сплошным сном?
-Ты уже вернулась? –не открывая глаз, спросила Лидия.
-Что? Ты не спишь?
-Сплю. Но это ничего не значит.
-Как это, «ничего не значит»?
-А вот так. Смысла в этом нет никакого. Сон – всего лишь изнанка реальности.
-Послушай, Лида, ты не имеешь ни малейшего представления о том, что здесь творится на самом деле. Ты ничего не понимаешь.
-Теперь понимаю. И очень хорошо.
-В самом деле?
-Да, я теперь всё узнала.
-И что же ты узнала?
-Истину, Олечка, истину. Мне открылась причина всех наших несчастий.
-Поделишься со мной?
-Зачем? Всё равно ты мне не поверишь.
-Почему ты так убеждена в этом? Думаешь, у меня будут основания тебе не верить?
-Верить, или не верить – это твоё личное дело. Но если ты не готова, то не нужно торопить события.
-Безумие какое-то.
-Безумие – лишь поверхность. Истина сокрыта в глубине. Всему виной фата сумерек. Она – первопричина всех трагедий. Одна трагедия неизбежно влечёт за собой другую. Цепная реакция, понимаешь?
-Нет. Я ничего не понимаю. По-моему тебе нужно отдохнуть. Хорошенько отдохнуть.
-Отдохнуть? Да пошла ты! –лицо Лиды моментально преобразилось в искажённую злобой маску. -Слепая! Слепая! Ты умрёшь! Умрёшь! Умрёшь!
На её губах выступила пена. Рванувшись вперёд, Лидия попыталась схватить Ольгу, но наручники не позволили ей до неё дотянуться. Перепуганная Оля выскочила за дверь.
-Господи, когда же всё это закончится? –шептала она. –Это невыносимо. Я больше так не могу.
Нельзя входить в мир сумерек без хорошего проводника. Лишь жертвы и безумцы вхожи в это чуждое измерение. Приговорённые и обречённые отправляются туда, чтобы никогда не вернуться обратно.

Неизвестно, что руководило Лидией, когда она, в порыве гнева, проглотила таблетку «Иллюзиума». Она сама не могла объяснить этот порыв, и понять это ей было уже не суждено. Незримый часовой механизм начал обратный отсчёт. Поначалу, Лида не сомневалась в том, что найденные таблетки безопасны. Даже если это действительно наркотик, то употребление всего одной пилюли не вызовет необратимых последствий. Необъяснимое желание кому-нибудь отомстить затмило разум Лиды. Именно поэтому она решила во что бы то ни стало отыграться на Ольге, так некстати попавшейся под горячую руку. Убитая горем, она уже не понимала что творит, и потому совершила самую страшную, и самую последнюю ошибку в своей жизни.
В действительности же, исход был предрешён ещё раньше. После необъяснимого видения в люксе, свидетелем которого стала Лидия, последовал глухой провал, как будто бы кто-то вычеркнул несколько часов из её жизни. Произошёл временной скачок, настолько мимолётный и резкий, что девушка даже не задумалась о нём, всецело поглощённая своей душевной болью. Только что она была в люксе, и вот уже идёт по коридору жёлтой палубы, проклиная Ольгу и остальных ребят на чём свет стоит. Эмоции так сильно захлёстывали её, что всё остальное в эти минуты отошло на второй план.
Словно на автопилоте она вошла в каюту Ольги и Сергея, и начала копаться в их вещах. Нужно было к чему-то придраться. Не важно к чему. К любой мелочи. К любой ерунде. Лишь бы найти выход своей злости, найти виновника гибели Бекаса, пусть и косвенного, условного – но виновника! Того, на кого можно выплеснуть боль, разъедающую её душу.
Таблетки Ольги с лихвой оправдали её поиски. Теперь она могла всласть отомстить. И эта одержимость сыграла с ней злую шутку. Не сумев вовремя остановиться, Лида подписала свой пропуск в ад. Остатки здравомыслия заставили её слегка остудить свой пыл, когда она увидела, какой ужас овладел Ольгой в тот момент, как она проглотила таблетку. Она догадалась, что «Иллюзиум» на самом деле являлся отравой гораздо более страшной, нежели она могла себе представить.
Но было уже поздно. Она зашла слишком далеко. То, что последовало за этим, уже не поддавалось никаким внятным описаниям. Немного одумавшись, Лидия решила вернуться к себе в каюту, но, сделав несколько шагов, почувствовала странное головокружение. Как будто бы кружится она сама, а не пространство вокруг неё, как при обычном головокружении. Это ощущение на мгновение лишило её равновесия, заставив покачнуться и остановиться. Сознание словно уплывало в какую-то неведомую даль, не давая возможности как следует сосредоточиться на происходящем.
Вместе с этим, всё её существо наполнилось необыкновенной лёгкостью, почти воздушностью. Непривычное чувство безграничной свободы, охватившее её, было довольно приятным и волнующим.
Ольга прикоснулась к её плечу, и Лида ощутила тёплые биотоки, идущие от её руки. Повернув голову, она почувствовала, как голова её освобождается от тяжести, зрение проясняется, дыхание становится свободнее, а кожа обдаётся приятной свежестью, словно она сняла тяжёлый водолазный шлем. Вместе с этим, в ушах усилился непонятный шум. Не успела Лида спросить у Ольги, не слышит ли она его тоже, как вдруг её голова сама собой повернулась. То есть, произошёл необъяснимый дубль этого поворота. Лидия повернула голову, и только через несколько секунд почувствовала, как её голова поворачивается. Тело выполняло указания разума с ощутимой задержкой, и это вызвало у девушки настоящий страх.
-Ты меня слышишь? –спросила Ольга.
Её слова доносились до слуха Лиды словно из-под воды.
-Да, -ответила она.
Но голосовые связки не издали ни звука. Через пару секунд её рот открылся, и из горла вырвалось шипящее «да-а-а».
-Не делай резких движений. У тебя сейчас может возникнуть ощущение, что ты как бы раздваиваешься. Во что бы то ни стало постарайся остаться единым целым! Поняла?
«Если бы я знала, как это сделать», -подумала Лида, и также с запозданием кивнула головой.
-Идём. Ты должна лечь, -слова Ольги слышались всё глуше и глуше.
Свет начал меркнуть. За сплошным непрекращающимся шумом начали различаться жуткие нечленораздельные слова. С величайшим трудом, Лидия продолжала удерживать равновесие. Оля заботливо подхватила её под локоть, и повела к кровати. Благо, идти было совсем недалеко.
Лечь, скорее лечь! Лида почему-то больше всего боялась отключиться и упасть. Острое желание поскорее опуститься на кровать помогло ей сохранить самообладание до конца. Упав на койку, она тут же провалилась в бездну забытья. Сначала это напоминало падение с высоты. Затем, её отвесный полёт стал замедляться, пока вовсе не прекратился, после чего девушка почувствовала, что парит в пустоте. Вокруг распускались бутоны цветных галлюцинаций. Иногда пространство разрезалось ломанными линиями голубых молний. Потом она неожиданно оказалась в каком-то узком желобе, и заскользила по нему с небывалой скоростью, не имея возможности остановить своё скольжение.
Желоб петлял и извивался, едва ли не закручиваясь пружиной. Наконец он прекратился, и Лида полетела вниз, через темноту, между двумя отвесными стенами, время от времени ударяясь об выступающие из них размытые балконы, не больно, но ощутимо.
Затем, она упала на тёмный асфальт ночного переулка, увязнув в нём, как в пуховой перине. Шок отпускал её неторопливо. Далеко не сразу она решилась поднять голову и осмотреться. Распластанную на тротуаре девушку уныло освещал старый уличный фонарь – единственный источник освещения в этом мрачном переулке, обступаемом с двух сторон тяжёлыми кирпичными стенами, которые одним своим видном сдавливали пространство мрачным нуаровым прессом.
Вокруг фонаря вились ночные насекомые. Изредка, до слуха доносились далёкие гудки машин, и милицейские сирены, свидетельствующие о жизни незнакомого неведомого города. Держась рукой за голову, Лидия поднялась на ноги, сделала пару неуверенных шажков, и остановилась под лучом фонаря. Куда идти она не знала. Стоя в одиночестве, как неприкаянная душа, она опасливо вслушивалась в каждый шорох.
Услышав приближающиеся шаги, Лида вся сжалась, приготовившись в любой момент обратиться в бегство. Из сплошной тьмы медленно выступал силуэт приближающейся человеческой фигуры. Это был незнакомый мужчина в чёрном костюме и старомодной шляпе, скрывающей его глаза. Остановившись в круге света, напротив Лиды, он указательным пальцем приподнял поле шляпы, и, с лёгкой улыбкой, взглянул на девушку, после чего вдруг изменился в лице, изобразив крайнее удивление.
-Ты кто?
-А ты кто?
Только сейчас Лида обнаружила, что человек не отбрасывает тень. Не успев произнести ни единого слова, она почувствовала, как что-то потащило её назад, через извилистое пространство.
-Просыпайся! –прорезал иллюзию чей-то резкий призыв. –Хватит дрыхнуть!
В мозг Лидии словно вонзился металлический клинок. Разум физически не мог моментально переключиться на восприятие иной реальности, и его перенастройка сопровождалась резким перепадом давления, едва ли не вызвавшим микроинсульт. Молодые сосуды выдержали нейронное буйство, и Лида начала быстро приходить в себя.
-Отстань от неё, Генка! –кричала Ольга.
Кажется, они боролись. Слух полностью вернулся к Лиде, но зрение продолжало оставаться расплывчатым и нечётким. С трудом попытавшись сфокусироваться на происходящем, она добилась более-менее ясной картинки, и, стараясь не демонстрировать своё жуткое состояние, сделала вид, что с ней всё в порядке. Оглядев расплывающуюся перед глазами каюту, она совершила над собой усилие, и поднялась, усевшись на койке. От спешного подъёма её слегка затошнило. Близко-близко к ней приблизилось необычайно вытянутое лицо капитана, словно он смотрел на неё через выпуклую линзу.
-С добрым утром. Как спалось?
Широкое, необъятное лицо, поморгав пузыреобразными глазами, отплыло в сторону, открывая панораму мрачного помещения, стены которого были сплошь покрыты кровавыми письменами и пугающими рисунками. Лида не понимала, что случилось с пятьдесят четвёртой каютой, и почему она вдруг превратилась в подобие сатанинской обители. Вообще, та ли это каюта?
-Что это? –спросила она у ребят. –Почему всё такое?
-Объясни-ка мне, подруга сердечная, что за муха тебя укусила? –вновь склонился к ней Гена. –Зачем ты кран поломала? Тебе что, не хочется поскорее отсюда убраться?
Его дыхание обдало её удушающим смрадом. Почему-то раньше она никогда не замечала, что у него так сильно пахнет изо рта.
-Хочется. Я больше не могу здесь находиться.
-Неужели ты посчитала, что сломав кран, ускоришь наше отбытие?
Да что же он привязался к ней с этим краном?! Вместе с раздражением, Лиду посетили тревожные сомнения, нарастающие в душе снежным комом.
-Я не ломала его, -в её голосе уже сквозила неуверенность. Точнее, это была не я, но…
Скупые вспышки памяти окончательно выбили её из колеи. То, что она вспомнила, очень напоминало обрывистые картинки минувших снов. Из глубины сознания всплыли коридоры корабля, заполненные людьми, ведущими себя так, словно разум покинул их тела, затем к ней вернулось жуткое воспоминание того, как она поднимает тяжёлый увесистый предмет, и, яростно завывая, ударяет им в темноту.
-Не я.
-Так ты, или не ты? –наседал Осипов.
-Не знаю.
Тело Лидии пробил лёгкий озноб. Она не понимала, что с ней происходит. Сейчас не было смысла отпираться, кроме того, оставшиеся в живых ребята стали её единственной надеждой на спасение, и драгоценной связью с реальным миром. Нужно было признаться во всём. И хоть Лида помнила лишь ничтожную малость, обстановка заставляла её выложить им всё, что она чувствовала, надеясь на понимание.
-Это было помимо моей воли. Я боюсь. Я не хочу больше испытывать этого, -её слова были насквозь пропитаны неподдельной мольбой. –Что это была за таблетка? Что она со мной сделала?
-Какая таблетка? –на лице Гены изобразилось полнейшее непонимание.
-Ольгина, -Лида пристально взглянула на Ольгу, надеясь, что та признается в хранении странных таблеток, но та лишь покраснела, и отвела взгляд.
-Го-осподи, -капитан отступил назад, и отвернулся. –Всё с ней ясно. Подцепила эту чуму.
К лицу Лидии приблизилось искажённое «линзой» лицо Сергея.
-Похоже на то, -констатировал он. –Что делать будем?
-Молиться, -глухо ответил Осипов.
Потом он заговорил снова, но его слова уже не воспринимались внятно. Лиду понесло в непроглядную даль, закружив хороводом иллюзий. Слова поочередно вспыхивали на стенах: «Фахламагн сето вашухагрин тиил гнард фаххетши суллар. Лорос андх фирагхотх». По оконному стеклу царапнули когти.
Я не могу войти к тебе, но ты можешь выйти ко мне.
Фраза прозвучала так явственно, словно сказавший это стоял прямо за дверью. Страх заставил Лиду совершить невозможное. Превозмогая помутнение сознания, она отчаянно карабкалась к свету, и, в конце концов, всплыла на поверхность, оказавшись в относительной реальности.
-Я вижу что-то. Не знаю, что это, но мне это очень не нравится, -с трудом произнесла она. –Я очень боюсь этого. А вы ничего не замечаете?
-Успокойся. Это скоро пройдёт.
Ольга прикоснулась к её руке, но она не почувствовала её прикосновения. Откуда она знает, что это скоро пройдёт?! Однако, Лида была вынуждена ей верить. Иных гарантий у неё не было. Несчастная чувствовала, как её оплетают бесплотные щупальца. Невидимые, но ощутимые. Хотелось убежать отсюда поскорее. Но она не могла себя пересилить. Тот, кто ждал её за дверью был во сто крат страшнее. Ребята о чём-то увлечённо говорили, рассматривая непонятный предмет, сконцентрировать внимание на котором Лида не могла, как не старалась. Наконец, капитан показал ей это, и она распознала в странном предмете наручники. Это вызвало у неё страх. Что могло быть хуже, чем остаться обездвиженной, среди этих страшных видений?
-Вы что, собираетесь приковать меня наручниками? –отстранилась Лида. –Не надо. Прошу вас.
Она даже не успела отдёрнуть руку. Осипов молниеносно защёлкнул браслет на её запястье. Прохлада наручника ощущалась точно через рукав, как будто бы её рука онемела.
-Это для твоей же пользы.
-Зачем вы? Я же и так не убегу.
Конечно не убежишь.
-Даже если и так. Подстраховаться нам не…
Окончание фразы капитана растворилось в вихре слуховых галлюцинаций. Иллюзорное течение понесло её сознание прочь от реальности. Сознание затуманилось, и она вновь потеряла контроль над происходящим. Перед ней вдруг появилось лицо Бекаса. Оно было нечётким, точно транслировалось на экране плохого телевизора.
-Зря ты пошла за мной, -произнёс он. –Не надо было.
-Ваня? Ты жив?! Где ты?!
-Хо ждёт тебя. Не заставляй его ждать.
-Я не понимаю. Кто ждёт меня?
Вместо ответа Бекас разразился безумным хохотом. Его облик подёрнулся рябью и исчез. Сомкнув веки Лидия лежала на мягком покрывале из маковых лепестков. Сладковатый аромат усыплял её, окутывая и обволакивая. Незнакомая мелодия неустанно наигрывала зацикленный мотив. Что это? О чём рассказывают письмена на стенах? Какие тайны заключены в неестественных рисунках и иероглифах?
Взмыв над алым полем, девушка взмахнула руками, как крыльями, и полетела. Всё дальше и дальше, пронзив облака, разбрызгав радугу, танцуя в восходящих потоках. Низверглась вниз, и влетела в окно собственной квартиры, столкнув с подоконника горшок с фиалками, и напугав любимую кошку. Промчалась по комнатам, залитым ласковыми лучами солнца, проникающими сквозь цветастые шторы. Как же здесь тепло и уютно! Как до несправедливости мало она ценила всё это раньше. Тоска сжала её сердце. Свет за окнами померк, и комнаты погрузились во тьму сумерек.
-Пришло время, -выразительно прошептал кто-то.
Лида развернулась на месте, и увидела пару огромных глаз, появившихся на стене. Они не мигая глядели в одну точку, озаряя тьму зелёным светом. Постепенно, из стены начала выступать чёрная фигура непонятного существа, облик которого даже в условиях плохой видимости выдавал определённо зловещие черты.
-Хо! Хо! Хо!
Лида вздрогнула, и словно выпрыгнула из своего фантастического кошмара. Барахтаясь в полубессознательном состоянии, словно в мутной воде, она медленно, но уверенно всплывала из глубин нереальности.
-Смотри. Она возвращается, -пропищал чей-то голосок, точно прозвенел маленький колокольчик.
Пошевелившись, Лидия почувствовала, как по всему её телу пробежал лёгкий электрический разряд. Из водяной пелены выплыло лицо Ольги. Она внимательно смотрела на неё, и была явно чем-то удивлена, а может и напугана. Борясь с дезориентацией в пространстве, Лида поспешила подняться с кровати. Она совсем забыла про сковывающий её наручник, и вспомнила о нём слегка запоздало.
Он больше не удерживал руку. Неужели Ольга её освободила? Машинально, Лидия взглянула на своё запястье, и потрогала его, чтобы убедиться, не остался ли на нём след от браслета. И тут её буквально подбросило от страха. Она обнаружила, что тело чудесным образом раздвоилось. Одна её сущность неподвижно лежала на кровати, по прежнему прикованная к столику наручниками, другая же, выходя прямо из своей лежащей копии, поднялась, и, судя по всему, полностью ей подчинялась. Увиденное не могло её не шокировать. Словно ошпаренная, она вскочила на ноги.
-Подожди! –выскочила вперёд Ольга.
Но Лида пронеслась сквозь неё, словно лёгкий ветерок. Это ещё больше озадачило её. Похоже, что теперь она стала чем-то вроде призрака. Но как же принять обычную форму? Как воссоединиться со своим телом?
-Не убегай! Оставайся на месте!
Голос Ольги немного помог ей прийти в себя. Если та её видит, значит всё не так уж и плохо. Медленно обернувшись, Лида взглянула на Ольгу, и обнаружила какое-то странное, необычайно яркое свечение над её левым плечом. Светящийся шарик не ослеплял, не смотря на свою яркость, а напротив – успокаивал, притягивая взгляд.
-Не вздумай! –тоненьким голоском пропищал он, и ярко вспыхнул, когда Ольга полезла в свой карман.
-Почему?! Без этого я не смогу удержать её. Проникнув в сумерки, мы с ней будем на одном уровне реальности, и я смогу нормально общаться с ней. Там я хотя бы за руку её смогу схватить.
-Она и так тебя слышит. И понимает. А за руку хватать нельзя. Иначе она и тебя утащит за собой.
-Господи. Чем дальше – тем хуже, -Ольга была явно расстроена.
Совладав со своим волнением, Лида осторожно приблизилась к Ольге, и дотронулась до неё, словно проверяя, не снится ли ей всё это. Её рука беспрепятственно прошла сквозь тело Вершининой, словно та состояла из воздуха. Лидия даже не успела удивиться этому. Сильнейший толчок, похожий на электрический удар, отшвырнул её назад.
От импульса сильной боли казалось, что искры посыпались у неё из глаз. Её рука словно воспламенилась, насквозь пронзаемая болевыми разрядами. Обезумев от боли и страха, Лида принялась метаться по каюте, забыв обо всём на свете. Напрасно Ольга пыталась её успокоить. Бросившись к выходу, Лидия схватилась за дверную ручку, но та почему-то просочилась сквозь её пальцы. Тут она поняла, что не сможет выбраться из проклятой каюты. Всё что ей оставалось, это забиться в угол, сжавшись в комочек.
Её сильно лихорадило от ужаса, завладевшего несчастным разумом. Она не понимала, что говорит Ольга. Вместо слов подруги, до её слуха доносился чужой незнакомый голос.
-Иди ко мне. Я твоя судьба. Иди ко мне
Глаза безуспешно искали зовущего, но не видели ничего кроме расплывающихся контуров каюты. С каждой секундой нарастало ощущение, что она проваливается куда-то. Манивший голос был приятен и сладок. Хотелось идти за ним, не останавливаясь. Прочь из этого страшного мира. И это неукротимое желание, нарастая и усиливаясь, всё больше засасывая её в пучину вечных сумерек.
Провал сопровождался чередой пустых и бессмысленных галлюцинаций, сиюминутно выветривающихся из памяти. Но вскоре сознание начало нехотя проясняться. До слуха Лиды донеслись новые незнакомые голоса.
-…я думаю, что увеличение дозировки ей не повредит.
-Но мы не должны забывать и о побочных эффектах. Данный курс лечения уже показал свою эффективность. Зачем же отходить от него?
Открыв глаза, Лида увидела двоих людей в белых халатах, которые, не обратив никакого внимания на то, что она пришла в себя, продолжали её обсуждать.
-Что со мной? Где я? –обратилась она к ним.
На секунду доктора умолкли, и перевели взгляды на неё, но ничего не ответили, продолжив свою деловую беседу.
-Объясните же мне наконец! Как я сюда попала?
-Успокойтесь голубушка, -врач погладил её по голове. –Состояние Ваше стабилизируется. Всё будет хорошо.
Они покинули палату, так ничего путного ей и не ответив.
-Господи, да где же я? Что это за больница? –простонала Лида.
-Наркологический диспансер это, -ответил хриплый женский голос.
Лидия повернула голову, и увидела на соседней койке незнакомую женщину с серым морщинистым лицом.
-Не удивительно, что ты ничего не помнишь. Я после их долбанной терапии тоже долго отходила. Даже имени своего не помнила, не то что где я нахожусь.
-Но я была на корабле, с друзьями…
-Да какой, к чертям собачьим, корабль? Ты в коматозе валялась почти неделю. Привезли тебя после какой-то вечеринки, обдолбившуюся в хлам. С трудом откачали. Ты ещё три дня назад в себя пришла. С той поры, время от времени, память теряешь. Вот и сегодня тоже.
-Подождите, выходит, что всё это была галлюцинация? Значит ничего этого не было? Но почему я в наркологическом диспансере? Я же не наркоманка. Я вообще никогда в жизни наркотики не употребляла.
-Рассказывай об этом в другом месте, -рассмеялась женщина.
-Как же это получилось? Почему? –Лида встала с кровати.
-Отстань от меня. Надоела, -соседка отвернулась к стенке.
Обув тапочки, Лидия нерешительно вышла из палаты, и оказалась в больничном коридоре. Откуда-то доносились звуки голосов и весёлый смех, показавшиеся ей до боли знакомыми. Она пошла на эти звуки.
Коридор закончился небольшим залом, посреди которого в кадке стояла лохматая пальма. У окна сидела группа молодых пациентов в больничных пижамах. Они разговаривали, и украдкой курили, выдыхая дым в приоткрытое окно. Один из ребят случайно повернулся в сторону Лиды и, просияв, воскликнул:
-Опа! Лидка пришла!
Все остальные тут же перевели на неё взгляды, и радостно поприветствовали. Лида опешила. Она их всех знала! Гена, Сергей и Ольга! Они тоже здесь! Радость соседствовала с полнейшим непониманием ситуации, но, тем не менее, Лида всё равно была счастлива увидеть знакомые лица.
-Вы тоже здесь?!
-В смысле, «тоже здесь»? –ухмыльнулся Гена.
-Ну, в том плане, что… В общем… Я проснулась, и не могу понять, как я здесь очутилась.
-А, ну всё понятно, -кивнул Осипов.
-У тебя опять провал в памяти, -сочувствующе произнесла Ольга.
-Самое главное, что тебя откачали, -добавил Сергей. –Значит будешь жить. Насте повезло меньше.
-Настя погибла.
-Ну вот видишь, память потихоньку к тебе возвращается.
-От чего она погибла?
-Она очень крепко сидела на герыче. Терапия не помогла. Бедняжка не вынесла ломки, и умерла. Сердце не выдержало. Жаль её. Хорошая девка была. Вы с ней вместе в одной палате лежали. Потом, вместо неё какую-то бабу положили, алкоголичку.
-Да, жаль ребят. У нас, в мужском крыле, подряд два нормальных пацана откинулись. Друг за другом, -печально произнёс Гена.
-Вовка и Ваня?
-Ну вот, ты и их вспомнила.
-Естественно. Мы же вместе тусовались, -развёл руками Сергей.
-Значит никакого корабля не было? –прошептала Лида.
-Опять она о своём корабле, -сказала Ольга Сергею.
-Нет никакого корабля, -Гена выдохнул дым в оконную щель. –А жаль. Я бы от «корабля» сейчас не отказался, хе-хе.
-А знаете, ребята, меня почему-то постоянно гложут подозрения по поводу этой необычной терапии, которой нас подвергают. Не дохнем ли мы из-за неё?
-Да брось ты. Не может такого быть, -ответила Ольга. –Всему виной передозировка. Какой смысл врачам нас губить?
-А вдруг они опыты какие-нибудь ставят над нами? Как над мышами.
-Фигню ты говоришь, -отмахнулся Гена.
-Безумие какое-то. Сначала корабль, теперь больница. Что же происходит на самом деле? Что? –отвернувшись, воскликнула Лида.
-Ответ очевиден. Ты – наркоманка, -зловещим голосом прошептала Ольга.
-Нет.
-Наркоманка.
-Нет! Нет! Нет!!! Прекратите! Это неправда! Я не должна здесь находиться! Выпустите меня!
-Бедная девочка. Бедная, бедная, несчастная…
Слова Вершининой разлетелись по безлюдным коридорам грязной больницы, отлетая от стен, усиливаясь, режа слух.
Всё померкло вокруг. Зал погрузился во тьму, освещаемую трепещущими свечами. Друзья исчезли. Вместо них появились золочёные иконы на расписных церковных стенах. Удушающий запах ладана заполнил душное помещение, затрудняя дыхание своей густотой. Где-то над головой, в незримых сводах раздавался угрюмый повторяющийся гул одинокого колокола. Лида нерешительно обернулась кругом, оглядывая убранство мрачного храма, как будто давящее на неё со всех сторон. Краем глаза она заметила, как что-то промелькнуло мимо неё и тут же скрылось в темноте.
-Эй! –боязливо крикнула она.
Высоко под сводами её голос многократно повторило тревожное эхо. Пустота церкви казалась абсолютной, но Лида почему-то была убеждена в том, что она не одна. Кто-то был рядом, таился в темноте, даже дыханием не выдавая своего присутствия.
Приблизившись к аналою с большой раскрытой книгой, девушка заметила какое-то странное шевеление, словно книга была живой. Повнимательнее рассмотрев старинный фолиант, она обнаружила, что непонятные письмена, испещрявшие ветхие страницы книги, как будто пульсируют, становясь то бледнее и расплывчатее, то ярче и жирнее. Пока Лидия безуспешно пыталась понять, почему это происходит, откуда-то из темноты до её слуха донёсся чей-то тяжёлый вздох. От неожиданности, она отшатнулась от аналоя. Сразу после этого, из невидимых щелей в церковь влетел холодный ветер, который подобно живому существу начал метаться по помещению, гася пламя свечей, и шелестя страницами книги, точно перелистывая их с безумной скоростью.
Погасшие свечи тут же поглощались темнотой. Лида прикрыла глаза рукой от бьющего в лицо ветра, но тот вскоре исчез также внезапно как и появился. В храме воцарилась тишина. Убрав ладонь, девушка заметила, что вокруг стало гораздо темнее, причём темнота окружала её, надвигаясь со всех сторон. Лики святых, безучастно взирающие на неё со стен, преображались, отодвигаясь в темноту. Становились всё страшнее, уродливее. Где бы не располагалась икона, глаза святого, изображённого на ней, пристально взирали на Лидию, следя за её перемещениями по храму. От возросшего напряжения, ей уже начало казаться, что иконы перешёптываются между собой, бормочут какие-то проклятья.
Хотелось поскорее убежать отсюда. Но куда? Вокруг лишь стены, неумолимо затягиваемые чёрным чехлом темноты. Конвульсивно дёргающиеся тени всё заметнее наползали, на катастрофически сокращающуюся с каждой минутой территорию света. Повсеместно, то тут, то там, выбрасывая вьющиеся султанчики дыма, гасли всё новые и новые свечи. Поглощая киоты, стирая лики один за другим, зловещая темнота затапливала зал.
Лида бросилась было к подставке, на которой сохранилось много горящих свечей, но как только она приблизилась к свечам, те вдруг начали гаснуть, словно какая-то неведомая сила нарочно тушила пламя. Когда на подставке не осталось почти ни одной горящей свечки, Лидия перебежала к другому подсвечнику с уцелевшими свечами. И вновь история повторилась. Как и прежде, свечи начали угасать с поразительной быстротой.
-Да что же это такое? –беспомощно произнесла девушка.
Кто-то пробежал у неё за спиной, но когда она обернулась, то увидела лишь темноту, успевшую приблизиться к ней вплотную. «Надо найти выход. Скорее выбраться из этого ужасного места!» –крутилась в её голове единственная мысль. Выбрав самую длинную и яркую свечку, Лидия выдернула её из подсвечника, и, освещая себе путь этим маленьким огоньком, двинулась напрямик, сквозь необъятную темноту.
Пламя затрепетало, грозясь вот-вот потухнуть, и она прикрыла его рукой, ограждая от внешних дуновений. К этому моменту, все оставшиеся свечи уже погасли, исчезнув во мраке. Лида осталась одна, со свечой в руке, посреди сплошной черноты. Жажда поскорее выбраться из этого кошмара толкала её вперёд. Пока горела свеча, в сердце не угасала надежда на спасение. Между лопаток она ощущала чей-то пристальный взгляд, как будто кто-то следовал за ней по пятам. Оборачиваться было страшно, поэтому она продолжала идти вперёд, не сворачивая, и не крутя головой по сторонам.
-Хо. Хо. Хо.
Лидия встала как вкопанная, почувствовав как душа её уходит в пятки. Мрачное уханье раздавалось у неё за спиной. Значит кто-то действительно шёл за ней.
Бежать! Скорее бежать! Сломя голову, не важно куда, прочь, без оглядки! Это было, наверное, единственным здравым решением в данной ситуации. Первая решительная мысль, охватившая её оцепеневшее сознание. Совершенно непонятно, почему она не последовала столь логичному призыву разума, и обернулась, не смотря на то, что всё её существо неистово протестовало против этого. Словно оборачивалась она против своей воли.
Оно стояло позади неё, скупо освещаемое пламенем последней свечи. Бесшумное, чёрное, большое, как будто являющееся непосредственной частью темноты. Лидия и Хо – их взгляды встретились. Отражение огня вспыхнуло в округляющихся глазах девушки. Не в силах издать ни звука, она лишь беззвучно открыла рот, глядя в бесконечно-зелёные нечеловеческие глазищи монстра, поблёскивающие напротив неё. Их разделяла только свеча. Теперь кроме них, окружённых со всех сторон бескрайней пустотой, в этом царстве сумерек не было более никого.
Шокированная видом сумеречника, Лида не успела предпринять никаких попыток спастись. Паралич страха держал её слишком долго, и отпустил когда было уже слишком поздно. Слегка наклонившись, Хо дунуло на свечу. Огонёк дёрнулся и погас, превратившись в столбик сизого дыма. Пару секунд на фитиле тлела одинокая искорка, которая уже ничего не освещала, оставаясь последней видимой точкой в мире сумрака. Как только она померкла, темноту прорезал пронзительный крик Лидии, сопровождавшийся довольным уханьем Хо.
Помочь ей уже никто не мог.





Рейтинг работы: 0
Количество отзывов: 0
Количество просмотров: 34
© 08.09.2017 R Raptor

Рубрика произведения: Проза -> Фантастика
Оценки: отлично 0, интересно 0, не заинтересовало 0












1