Хо. Глава 17. Сумеречное рандеву


-Оля, проснись, проснись, -Лиша настойчиво толкала её лапкой.
Ящерка вновь была маленькой, и сидела на скамейке, рядом с лежащей Ольгой. Глаза девушки приоткрылись. Она увидела вечернее небо и золотую листву деревьев. Было тепло. Пахло душистой травой. Склонившиеся над ней клёны слегка шелестели. С их ветвей, плавно кружась, опадали лёгкие листья. И хоть лежать на деревянной скамейке было не очень удобно, Оля, тем не менее, испытывала приятное расслабление и покой. Минувшие страхи затуманились и угасли, развеявшись как пепел. Она опять оказалась в какой-то чудесной фантазии. Повернув лицо к Лише, Ольга улыбнулась ей и спросила:
-Где мы?
-В парке.
-А что мы тут делаем?
-Женя решил устроить тебе очередное романтическое свидание. Скоро он появится здесь.
-Свидание? Здорово, –Ольга села на скамейку, подставив ящерке ладонь, чтобы та забралась. –Ах, Лишенька, мне кажется, что я не видела его уже целую вечность!
-Понимаю тебя, -с улыбкой ответила Лиша.
-Женя умеет устраивать незабываемые свидания. Интересно, что он придумает на этот раз?
-Думаю, что он останется в своём амплуа.
-Настоящее романтическое свидание. Это так мило. Надеюсь, что Хо нам его не испортит.
-Не беспокойся об этом.
-Ты уверена, что оно нам не помешает? Знаешь, Лиша, я так переживала, когда ты осталась драться с ним один на один.
-Я должна была его задержать. Но оно оказалось сильнее, чем я думала.
-Сильно оно тебя ударило?
-Пустяки. Но этот шлепок я ему ещё припомню, -ухмыльнулась Лиша.
-Как я рада, что всё обошлось.
Ольга погладила ящерку одним пальчиком и посмотрела по сторонам. Осенний парк был совершенно безлюдным. Здесь повсюду высились величественные старые деревья с осыпающейся листвой, багряные кустарники и красивые гипсовые статуи, изображающие обнажённых греческих красавиц, суровых мускулистых воинов, и венценосных философов. На плечо девушки упал кленовый листочек. Взяв его, Оля принялась рассматривать это удивительное творение природы, с ребристыми контурами и тонкими прожилками. Лист был ярко-оранжевого цвета с одной стороны и нежно-жёлтым – с другой.
-Во время нашей последней встречи я сказала Жене, что мне очень нравится осень, -задумчиво улыбаясь произнесла Ольга. –Вот он и подарил мне её.
-Он тебя очень любит, -ответила Лиша.
-Я знаю. Он – прелесть.
-Во время этой встречи вам следует поговорить о многом. До завтрашнего утра я тебя покину. Не хочу мешать вашему общению.
-Что ты, Лиша, ты нам нисколечко не помешаешь.
-Нет-нет-нет. Теперь ты в безопасности, и мне нет нужды тебя защищать. Наслаждайтесь общением, а я пока отдохну. Свидание – дело интимное. А вот и Женя идёт. Всё, я пошла. Пусти меня к себе в кармашек.
Ольга запустила Лишу к себе в карман, и ящерка, свернувшись колечком, тут же превратилась в серебряную брошь. Подняв глаза, девушка увидела человека в чёрном костюме, который неторопливо двигался по аллее в её сторону. Узнать его было нетрудно. Это был Евгений.
Засмеявшись, Оля приветливо помахала ему рукой. Увидев этот жест, он ускорил шаг и, подойдя к ней, вежливо поздоровался, после чего подал ей руку, помогая подняться со скамейки. Они поцеловались, и около минуты стояли, глядя друг на друга, не произнося ни слова. Смотрели, не отводя глаз, и нежно улыбались. Ветер шевелил их волосы. Вокруг шелестел листопад. Царило торжественное спокойствие.
-Как дела? –наконец спросил Женя.
-Теперь – замечательно, -сияя улыбкой, Ольга пощекотала его нос кленовым листочком.
Он обнял подругу, прижавшись губами к её душистым волосам, и ещё несколько минут они стояли обнявшись, наслаждаясь окружающей безмятежностью и приятной близостью друг друга.
-Я счастлив, что ты в порядке. Хо не сильно тебя напугало?
-Оно пыталось. Но у него ничего не получилось.
-Я восхищаюсь твоей храбрости.
-Я тут не причём. Это всё Лиша. Если бы не она, мне бы пришлось несладко. Спасибо ей. Она – моя драгоценная спасительница.
-Лиша?
-Ящерка, которую ты мне подарил. Я назвала её Лишей.
-А-а. Значит вы уже подружились? Прекрасно. Лиша – красивое имя. Вижу, что она оправдывает надежды, которые я на неё возлагаю.
-Ещё как! Я бы давно сошла с ума, если бы не эта забавная озорница. С ней действительно не соскучишься. Но когда на нас напали сумеречные монстры во главе с Хо, она превратилась в настоящую хищницу, и отважно защищала меня, не смотря на численное превосходство врагов. Ты можешь ей гордиться.
-Я ей горжусь. Она молодец.
-Не то слово! Она не похожа на обычный плод фантазии. Эта малышка настолько удивительна по своей уникальности, что совершенно не похожа на иллюзорную выдумку. Как ты её создал?
-Ты права. Лиша – не обычное порождение моей фантазии. Она – нечто большее. Гораздо большее. Я тебе всё расскажу. Пойдём, прогуляемся?
Он взял её за руку. Их пальцы сцепились в замочек, и они не спеша побрели вдаль по аллейке. Шурша листвой, мимоходом любуясь живописной осенней картиной.
-За время нашего с Хо противостояния, я успел многому у него научиться, -рассказывал Евгений. –Многие сверхъестественные способности, которые оно использует во зло, можно было бы использовать во благо. К сожалению, я слишком мало постиг. Хо сопротивлялось моему проникновению в его сознание, так же, как и я противился его нападкам. Но всё-таки мне удалось кое-что раздобыть для себя. Я научился создавать нечто более сложное, чем простая иллюзорная фантазия. В результате манипуляций со своей биоэнергетической оболочкой, я сумел выделить альтернативную жизненную форму. Говоря проще, у меня получилось оторвать от себя часть своей духовной основы, и придать ей своеобразную форму.
-Выходит, что Лиша – это частичка тебя?
-И да, и нет. Лишу придумал я, но только как образ. Понимаешь, я ещё задолго до трагедии с «Эвридикой» начал замечать за собой странную особенность. Словно в глубине моей души присутствовало некое Альтер-эго. Это нельзя было с уверенностью назвать «вторым Я», но что-то дополнительное незримо присутствовало в моём сознании всегда. Что-то такое, с чем я время от времени вступал во внутренний диалог, что имело собственную точку зрения, и, главное, всегда спасало меня, придавая необходимый заряд энергии, когда это было мне нужно. Пытаясь на досуге нарисовать себе мысленно внешность этой «второй половинки», я почему-то представил, что это может быть маленькая безобидная ящерка. Весёлая и шустрая. Не знаю, почему? Наверное мне просто нравятся ящерки.
-Мне тоже они нравятся. Они красивые. А как у тебя получилось отделить своё «второе Я» от основного эго?
-А вот тут уже мне помогло Хо. Без него я бы, наверное, не справился с этой задачей. Его целью было сломать меня поскорее. В ход шли любые средства. Заметив, что иногда я общаюсь сам с собой, пытаясь абстрагироваться от его нападок, оно решило лишить меня способности мыслить за два разума одновременно. На самом деле, эта способность присуща большинству людей, в той или иной степени. Люди часто играют в шахматы, рассуждают, или разговаривают сами с собой. От одиночества, от избытка мыслей в голове, или же от скуки. Видимо, Хо посчитало, что если лишит меня этой возможности, то я скорее начну сходить с ума, и сдамся ему. Понятия не имею, что оно сделало, но вскоре я почувствовал, что мой внутренний собеседник начинает покидать меня. Я всё реже стал разговаривать сам с собой, потому что моё альтернативное сознание опустело. Зато расплывчатый бесформенный образ моего собеседника всё чаще стал появляться в моих снах и иллюзиях, пока окончательно не перекочевал в них, и не приобрёл облик маленькой ящерицы.
-Как удивительно.
-Ну-у, на самом деле, это лишь моё предположение. Я так до конца и не понял, как появилась Лиша. Знаю только, что этот живой талисман действительно помогает. Поэтому и подарил её тебе.
-Спасибо тебе за неё.
-Мне приятно думать, что её создал я. Но всякий раз, когда я на за ней наблюдаю, у меня возникают сомнения по этому поводу. Она появилась, вот и всё.
-Я тоже удивилась, когда узнала, что она умеет создавать иллюзорные миры так же, как и ты, -кивнула Ольга.
-Создавать? Нет. Она не умеет этого делать. А вот провожать в мир, уже созданный кем-то – это да. Но это уже большое дело. Это указывает на то, что Лиша – самостоятельный, независимый, индивидуальный разум, каким-то образом возникший в процессе психологических экспериментов с духовной материей, или же, действительно отпочковавшийся от моей энергетической оболочки.
-Какая разница, как она появилась? Главное, что она есть. И она на нашей стороне.
-Да. Она никогда тебя не предаст. Уж в ком я всецело уверен, так это в ней. В борьбе с Хо, Лиша окажет нам неоценимую помощь. Слушайся её, когда тебе будет грозить опасность, но не позволяй ей лишнее баловство в часы досуга. Порой она не знает меры, -Евгений весело улыбнулся.
-Я это уже заметила, -Оля рассмеялась. –Она действительно непоседа. Но мы с ней хорошо провели время.
-Чем занимались?
-Сначала мы с Лишей играли в догонялки. И эта негодница едва не попалась на глаза Лиде, представляешь? Мне чудом удалось её спрятать. А потом мы с ней ходили смотреть аэроскатов. Ой, это такое удивительное зрелище! И красивое, и страшное – одновременно. Они парят, словно заколдовывают, внушают трепет.
-Знакомое ощущение. Иногда даже хочется пригнуться и закрыть голову руками, когда они летают над тобой.
-Точно-точно. И, наконец, мы посетили чудесную полянку, где полакомились вкусной земляникой. В общем, всё у нас было замечательно. За исключением нападения Хо, с его мерзкой ордой. Но мы это пережили. Теперь я опять счастлива и спокойна.
-Мне очень жаль, что так получилось. Я не думал, что Хо отважится вот так вероломно на тебя напасть. Обычно оно действует иначе. Видимо, что-то действительно заставило его нарушить свои традиционные правила поведения. В любом случае, оправдываться сейчас бессмысленно. Я должен был что-то предпринять, чтобы уберечь тебя от этого. Прости.
-Ты не должен извиняться за Хо. Не по твоей вине оно напало на меня. И потом, мы же противостоим ему вместе, не забывай об этом. Я вовсе не беспомощная девочка, и у меня есть, что противопоставить этому злобному гаду.
Евгений улыбнулся и поцеловал её.
-Разумеется, вместе мы – сила, и ты ещё покажешь Хо, где его место. Но всё-таки я очень за тебя волнуюсь.
-Не тревожься за меня. У меня достаточно сил, чтобы справиться. В конце концов, мы же вместе? С тобой мне вообще ничего не страшно. К тому же, у меня есть Лиша, и когда тебя нет рядом – она меня оберегает.
-Мы непременно должны победить Хо. После его странного нападения на тебя, мне стало одновременно страшно и радостно на душе. Страшно – за тебя. Я волновался, как бы оно не причинило тебе вред. А радостно – потому, что я почувствовал смятение его духа. Оно неспроста напало. Это была чистой воды провокация. Оно бы всё равно не причинило тебе вреда, так же, как и его бесчисленные холуи, которых раскидала Лиша. Это не входило в его планы. Оно поклялось не трогать тебя, и я склонен ему верить.
-Думаешь, оно сдержит слово?
-Непременно. Ему не выгодно тебя калечить. Ты нужна ему живой и здоровой, для того, чтобы наша с ним битва не теряла своей полноценности. Оно хочет постичь, что ты из себя представляешь, и что я из себя представляю, почему мы так сильны вместе. Этого невозможно добиться шантажом или пытками. Оно конечно же может мучить тебя на моих глазах, и я сдамся ему без боя. Оно это знает, и придерживает этот план на крайний случай.
-А почему не применит до сих пор?
-Ему хочется абсолютной победы. Знания, вытянутые клещами, гораздо скуднее и скупее, нежели полновесный поток информации, который перейдёт к нему от нас добровольно, по нашему собственному желанию.
-По нашему желанию?! Не слишком ли оно замахнулось?
-Это звучит абсурдно, но тем не менее, Хо всерьёз настроено добиться этого.
-Неужели оно столь наивно?
-Разумеется, нет. Оно намного хитрее нас с тобой вместе взятых. Однако, я чувствую изменения в его настрое. Эта чёрная цитадель дрогнула.
-Что ты имеешь в виду?
-Оно боится. В это верится с трудом, но, тем не менее. Всемогущее, зловещее, грозное Хо – испытывает настоящий неподдельный страх. И решается на безрассудный поступок, стремясь запугать нас тривиальным броском. Это отличная новость. Значит оно не так уж непобедимо, как казалось.
-А кто такой Даркен? –вдруг спросила Ольга.
-Даркен? Ну-у, это, если не ошибаюсь, английский вариант определения «сумеречник». А почему ты спросила об этом? Откуда тебе известно это слово?
-Мы с Лидой нашли ноутбук, и с нами общался некий Даркен. Это было Хо?
-Что? Оно уже выходило с вами на связь? Невероятно! Мы действительно серьёзно его зацепили. Думаю, что очень скоро произойдёт переломный момент в нашем поединке. И что оно вам говорило?
-Сыпало непонятными угрозами.
-Проклятая нечисть.
-Всё равно мы не испугались. Кстати, а ты случайно не знаешь, что случилось с Ваней? Он как будто сошёл с ума. Это не обычное сомнамбулическое состояние. Это типичное безумие.
-Когда ты его видела в последний раз? –голос Евгения помрачнел.
-Примерно полчаса назад. Перед тем, как пережила нападение Хо, и появилась здесь.
-Нет. Тогда ты видела не его.
-А кого же?
-Его там уже не было.
-Но я же его видела собственными глазами. Это был не сон и не галлюцинация. Или…
-Это действительно не было галлюцинацией. Понимаешь… Боюсь, что когда ты видела его в последний раз, настоящий Иван, скорее всего, уже умер.
-Но как?! Что значит, «настоящий»? В каюте прикидывался сумасшедшим его двойник???
-Не двойник, а лишь материальная оболочка, доживающая последние минуты на остатках своей энергии. Безумие – это один из симптомов, указывающих на то, что душа уже покинула бренное тело. Лишившись разума, мозг ещё какое-то время продолжает работать, как бы на автопилоте. Ты можешь вспомнить, что он говорил?
-В основном, нёс бессвязную ахинею. Порой начинал говорить на каком-то непонятном шипящем языке, изобилующем непроизносимыми словами. А что самое страшное, он говорил о Хо. Говорил о нём, и ухал так же, как оно.
-Хм. Как не прискорбно это признавать, но твоего товарища действительно уже нет в живых. То, что он ухал и говорил о Хо, значит, что в результате поглощения его духовной оболочки, кое-что отпечаталось в затухающем сознании материального тела.
-Хатши суллар, кажется, -неуверенно произнесла Ольга. –Он говорил эти слова. И, в добавок ко всему, разукрасил себя необычными письменами и иероглифами.
-Типичное поведение осиротевшей сущности, оставшееся без координирующего центра, поглощенного сумеречником. Фахеттши, суллар. Эти слова нельзя перевести на наш язык дословно. Лишь ассоциативно. Язык слишком сложен. Каждое слово включает в себя целую группу смысловых оттенков, дополняемых чувственными ассоциациями. Тьма, образование, преемственность, неистовое рвение, затаённость, страх, холод в районе солнечного сплетения, выбор и расчёт, содрогание сердечной мышцы, запах следов, воспаление – это лишь отдалённая, и крайне грубая расшифровка понятия «фаххетши». Правильнее оно звучит примерно так - «аххевффааеххешшии». Произносится с придыханием, на пределе выдоха. Это слово надо завершить так, чтобы воздуха в лёгких совсем не осталось. Когда выдыхать уже больше нечего. «Суллар» - идёт на вдох. Прямоходящее, охота, очистить, оружие в руке, тень, расстояние прыжка, страх смерти, три когтя, бинокулярное зрение, удар причиняющий смерть - убийство. Вульгарный перевод словосочетания «фаххетши суллар» - «нападающий убийца».
-Откуда ты всё это знаешь?
-У Хо научился, -Евгений горько усмехнулся. –Этот язык, на самом деле, не так сложен, как способ общения сумеречников. Их уханье – ни что иное, как сверхсложный, предельно многогранный и объёмный способ передачи информации, недоступный для ограниченного человеческого разума.
-Жаль Ванечку, -тихо вздохнула Ольга. –Он был таким славным, таким весёлым. Комок энергии, непоседа, балагур. Я не верю в то, что его постигла такая участь.
-Я скорблю вместе с тобой. Крепись.
-Ты знаешь, Жень, я почему-то вдруг ощутила странное изменение своего состояния. Каждая трагедия причиняла мне новую порцию нестерпимой душевной боли. Так было с Настей, так было с Володей. Но эти ребята не были мне так дороги и приятны, как Бекас. Доселе я и представить себе не могла, как смогу пережить его потерю, и смириться с ней. И вот, его нет. А я совершенно спокойна. Да, мне очень грустно. Да, мне безумно жаль Ваню. Но я почти не чувствую боли и душевной тоски. Почему? Неужели я так очерствела, похолодела, стала равнодушно относиться к происходящему? Я ловлю себя на мысли, что всё это меня не касается. От этого мне становится стыдно и страшно. Мой друг умер, а мне практически всё равно. Как будто бы он остался где-то далеко, по ту сторону реальности. Как будто бы его и не было никогда. Что это, Женечка? Что со мной?
-Здесь нет ничего невероятного. Сработала защитная функция твоей нервной системы. Более ты не могла выносить усиление морального напряжения. Когда перегрузка достигла критической черты, твой разум заблокировал твои чувства, чтобы избавить тебя от срыва. Разумеется, самостоятельно он вряд ли бы так перенастроился. Скрывать не буду, здесь тебе отчасти помог я. Поверь мне, лучше пережить тяжёлую трагедию, сохраняя ледяное спокойствие, нежели сойти с ума от тоски, и отправиться следом за своими несчастными друзьями. На корм Хо.
-Может быть, это и к лучшему, что я перестала чувствовать боль. Ведь вместе с этим я перестала бояться Хо. Сейчас я чувствую лишь усталость от того, что творится там – в реальности, -спокойно рассуждала Ольга. –Мне хочется отстраниться от этого, оградиться. Вообще об этом не думать. Хотя бы на время забыть обо всём.
-Забудь, -кивнул Женя. –Просто забудь, и не думай об этом.
-Забыть и не думать… Осень наступила. Как красиво вокруг, торжественно. Покой – наверное, это всё, что мне нужно.
-Ты заслужила его.
-Нет, не произноси это слово! Никогда его не произноси!
-Почему? А что в нём такого?
-Не люблю его. Не люблю, и всё. Вечно слышу его, как издевку. Надоело.
-Хорошо. Как скажешь.
-Прости, что сорвалась. Ты не обиделся на меня? Понимаешь, все эти события сделали меня немного дёрганной…
-Разумеется, я не обиделся. Всё в порядке, и не нужно оправдываться. Если это слово тебя раздражает – мы больше не будем его использовать в нашем общении.
-Спасибо, что понял меня. Ты – чудо.
Листья, сонно кружась, падали на прохладную землю, устилая её пряным пятнистым ковром. Маленькие паучки на длинных паутинках, время от времени, пролетали по воздуху мимо людей, направляя свои лёгкие летучие нити в неизведанную осеннюю даль. Ничто не нарушало спокойствия чинной прогулки. Ни надоедливые любопытные лица, ни бесконечный уличный шум, ни жалкие бродячие животные. Парк раскинулся перед ними во всей своей нетронутой красоте, окружая колоннами задумчивых деревьев, среди которых затихали звуки голосов, и слова становились неясными для постороннего слуха. Деревья лучше кого бы то ни было умеют хранить людские тайны.
Ольга подбирала наиболее приглянувшиеся ей листья, складывая их в гербарий. Подняв очередной листок, она с задумчивым видом рассматривала его, разглаживала, водила пальчиками по ветвистым прожилкам.
Несколько минут они шли молча. Какое-то время Евгений продолжал наблюдать за тем, как Оля любуется собранной листвой, а затем вдруг тихонько пропел:
Мы букет поставим посреди стола,
Осень золотая в гости к нам пришла.
На лице Ольги заиграла улыбка. Её глаза заискрились, и девушка искоса взглянула на спутника. Не успела она открыть рот, чтобы задать ему какой-то вопрос, как он ответил сам:
-Эту песню мне часто пела моя мама, когда я был совсем маленьким. Мы вот так же гуляли с ней, и собирали листья. А потом, когда приходили домой, ставили их в вазу, или складывали красивые гербарии. И при этом, она мне тихонечко напевала. Давно это было. Саму песню я уже забыл. Только припев отпечатался в памяти.
-Хорошая песенка. Ты неплохо поёшь.
-Спасибо. На самом деле у меня совсем нет голоса.
-Неправда. Ты скромничаешь, -Ольга хлопнула его листьями по спине. –У меня есть один хороший знакомый, который поёт таким высоким голосом. Ну, знаешь, прямо писклявым – это умора! И, главное, когда разговаривает – то голос у него нормальный. Но стоит ему запеть – так сразу выдаёт такие ноты, что все со смеху падают. Как собирается компания на застолье какое-нибудь – так все его начинают просить, «Спой! Спой!» Он, бедный, по всякому отмазывается, но его всё равно заставляют. Это надо слышать! Хохма сплошная.
Евгений улыбался, глядя себе под ноги.
-Ему мой другой приятель один раз сказал. –Гарик, ты случайно не выступал в хоре мальчиков-зайчиков? –смеясь, продолжала Ольга. –А тот покраснел сразу, как помидор. Его так жалко стало. А тот парень, который ему это сказал, сам ни фига петь не умеет вообще. У него дома постоянно бардак такой, стены ободранные, обклеенные газетами какими-то, жуть, зато есть огромная коллекция перочинных ножей. Каких только ножей у него нет, ты бы видел! Там и с фонариками, и с отвёртками, и даже с циркулями есть ножики.
-Забавно, -кивнул Женя. –Я вот хотел узнать… А Сергей, кто он?
-Он — мой очень хороший друг, -улыбаясь, ответила Ольга. -Мой большой, добродушный и преданный котёнок.
-Это хорошо, что преданный, -вздохнул Евгений. –Значит хороший человек.
-Да, он классный. Но иногда бывает невыносимым.
-Все мы не без греха.
-Понимаешь, мы с ним по разному смотрим на жизнь.
-В чём это проявляется?
-Серёжке нужна семья. Он уже замучил меня намёками. Несколько раз пытался завести разговор на эту тему, но…
-Но тебе это не по душе.
-Да.
-Почему?
-Видишь ли, Жень, я не могу представить, что мне придётся жить рядом с этим человеком, видеть его каждый день.
-А что в этом особенного? Очень многие люди так живут всю свою жизнь.
-Это понятно, но…
-Просто Сергей на эту роль не подходит, я правильно понял?
-Отчасти. Он очень хороший друг, надёжный, добрый, понимающий. Но жить с ним всю жизнь…
-Видимо, ты просто не хочешь терять свою свободу.
-Ты угадал. Я слишком свободолюбива для такого шага. Сергей – прекрасный человек, но заботиться о нём всю жизнь – это выше моих сил.
-Но он, наверное, тоже будет о тебе заботиться?
-Сомневаюсь. Ох, Женька, давай закроем эту тему? Я не собираюсь замуж. И Серёга – просто мой товарищ. Мы с ним – просто друзья.
-Я верю, верю, -кивнул Женя. –Мне было интересно узнать о твоём друге. Если он относится к тебе хорошо – значит заслуживает моё уважение. Пойдём, спустимся к воде?
Он осторожно взял Ольгу под локоть, и они свернули с асфальтированной дорожки. Миновав аккуратные клумбы, с весело пестреющими шариками бархатцев, ребята начали спускаться по склону, поросшему багровым кустарником, пиная опавшую листву, и потрескивая сухими веточками. Фонарные столбы, статуи, урны, ограды и скамейки – остались позади. Теперь ничто не напоминало людям о цивилизации. Только осенняя природа, радующая глаз своим нарядным убранством.
Спуск закончился неожиданно. Внизу, перед Евгением и Ольгой раскинулась серая гладь пруда, окружённая со всех сторон редким камышом и плакучими ивами, склонившимися над ним, как над тёмным зеркалом. Спустившись к самой воде, Оля присела на корточки, и потрогала своё отражение. От её прикосновения, по поверхности разошлись колыхающиеся круги.
-А не очень холодная, –девушка обернулась к Евгению.
-Хочешь искупаться? –пошутил тот.
-Нет. Просто так сказала, -Ольга опять обернулась к воде. –Как тут здорово, красиво.
-Да, ты права, -он сел рядом с ней.
-У нас, на окраине города, тоже есть небольшой пруд. Там живут утки. Я один раз видела там маленьких утят. Такие милые. Пушистые и с перепончатыми лапками. Плавают за мамой, гуськом. Мне очень нравилось за ними наблюдать. А здесь тоже водятся утки?
-Да.
-Где же они?
-Не знаю. Может прячутся, может на юг улетели. Осень же, -Женя тихо рассмеялся.
-Что тебя насмешило?
-Да это я так… Легко на душе – вот и смеюсь.
-Легко потому, что я рядом?
Женя кивнул. Подвинувшись к нему поближе, Ольга обняла его, и положила голову ему на плечо, закрыв глаза.
-Мне тоже очень хорошо с тобой. Так хочется остаться здесь навсегда, в тишине и спокойствии.
-Тишина рано или поздно надоедает, -Евгений легонько потёрся щекой об её щёку. –Однообразие не принесёт душе счастья.
-Согласна. Но иногда мне так не хватает обычного человеческого покоя, чтобы все отстали, дали побыть наедине со своими мыслями, предоставленной самой себе…
Подняв голову и взглянув наверх, Женя прищурился.
-Тучи, -прошептал он. –Сплошные тучи. Скоро начнётся дождь.
-А у нас зонтика нет. Хотя, чего волноваться? Ты же его создашь, когда дождик пойдёт, –Ольга усмехнулась.
-Оль.
-У?
-Тебе нравится небо?
-Немного пасмурное, -девушка прищурила правый глаз. –Но, в целом, симпатичное.
-Да я не об этом небе. Я о настоящем, реальном небе. Оно красивое, да? Глубокое, безграничное, чистое.
-Мне нравится смотреть на небо, и на облака. Иногда они имеют такие причудливые формы. Люблю, когда лучи солнца их освещают. Красивое зрелище.
-Расскажи мне о нём, пожалуйста.
-Рассказать? О небе? –Оля с удивлением и непониманием покосилась на друга. –Зачем? Неужели ты сам его не видел никогда? По-моему, ты можешь описать его ничуть не хуже меня.
-Я так давно не видел неба. -Женя печально вздохнул. –Простого, обычного, земного неба. Кажется вечность прошла с той поры, когда я видел его в последний раз. Я и не думал, что мне его будет так не хватать – обычного голубого неба над головой. Живописных облаков, радуги, солнца, луны, созвездий. Я скучаю по всему этому. Тоскую по тем простым, как казалось раньше, вещам, которых лишён уже так давно.
-Почему ты решил, что лишён всего этого? И небо осталось, и солнце – всё на месте, никуда не делось.
-Не-ет. Здесь ничего этого нет. Лишь туман. Всепожирающий туман. Он повсюду. Туман, туман, туман, только туман! Я смотрел на него слишком долго, и уже начал забывать, как выглядит настоящее небо. Сначала ваял его по свежей памяти – получалось неплохо. Но сейчас... Чем дольше я здесь нахожусь – тем больше забываю неповторимые черты своего родного мира. Вначале, из воспоминаний стираются мелкие, незначительные детали. Затем – более крупные, основательные. И, наконец, ты понимаешь, что это уже совсем не то. Вот – небо, и вроде похоже на настоящее, и всё в нём так, как надо, но, одновременно с этим, что-то в нём не то. Чего-то не хватает. Оно уже не настоящее, искусственное. Мёртвое.
-Ты либо слишком критичен к себе, либо напрашиваешься на похвалы. В твоих мирах небо выглядит очень реалистично, не отличить от настоящего. Это касается не только неба, но и всего, что здесь создано. Я не перестаю удивляться, как ты смог добиться такого сходства? Всё, что ты создаёшь – поражает своей уникальностью.
-Ты так считаешь, потому что ещё не успела отвыкнуть от образов реального мира. Ты слишком мало жила здесь, чтобы всецело это понять. Расхождения и несовершенство начнут ощущаться не раньше чем через месяц, -поймав взволнованный взгляд подруги, Евгений поспешил оговориться. –Но тебе не придётся прозябать здесь так долго. Ждать осталось немного.
-Мы выберемся из тумана. Одолеем Хо и выберемся. Да?
-Да. У нас нет другого выбора. Раньше, борясь с Хо, я не знал, сумею ли его победить, возможно ли это вообще? Сопротивлялся и всё. Даже моя цель была не победить его, а всего лишь не дать ему погубить меня. Своеобразная борьба за выживание. Стремление не отнять чужую жизнь, а сохранить свою собственную. Как уничтожить Хо – я не ведал. Да что скрывать? Не ведаю и сейчас. Но теперь всё иначе. Раньше я всего лишь боролся за жизнь, до последнего вздоха. А потом, когда появилась ты, моя жизнь обрела новый смысл. Не инстинктивное сопротивление хищнику, а стремление уберечь тебя от него. Я уже стал не только отбивать атаки, а начал пытаться делать ответные выпады, ища его слабое место. Надежда в моём сердце стала крепнуть. До последнего дня Хо казалось мне неприступной скалой, которую нельзя сдвинуть с места, не говоря уже про нанесение ему хоть какого-нибудь ущерба. Но последние события свидетельствуют о том, что у этого всесильного сумеречника есть-таки ахиллесова пята. Хо дрогнуло. По-настоящему дрогнуло. А это значит, что оно боится. Боится нас. Ты понимаешь? Нас!
-Если всё действительно так – то это замечательно. Пусть оно нас боится, а не наоборот, –кивнула Ольга.
-Да будет так. Я думаю, что хватит нам обсуждать это проклятое созданье. Не заслуживает оно такой чести.
-Ты прав. Хватит о нём. Давай лучше поговорим о нас.
-Давай.
Не решаясь начинать разговор на столь волнующую тему, ребята некоторое время молча глядели на воду. Затем Евгений приподнялся. В его руке появился белый кусок пенопласта, из которого он начал что-то неспешно мастерить, умело орудуя ножиком.
-Что ты делаешь? –полюбопытствовала Ольга.
-Сейчас увидишь.
Пенопластовый брусок очень быстро начал принимать форму лодочки. Женя воткнул в него несколько палочек, и стал аккуратно натягивать на них нитки.
-Кораблик? –улыбнулась девушка.
Приятель кивнул, и, вынув из кармана несколько бумажек, начал приделывать к мачтам паруса. Вскоре, в его руках уже красовался миниатюрный парусник, который он показал Ольге.
-Нравится?
-Ага. Ты настоящий мастер. Давай запустим его в плаванье?
-Это я и собирался сделать.
-А можно я его запущу?
-Конечно! –Евгений протянул кораблик подруге.
Та взяла его, полюбовалась им ещё пару минут, и, наклонившись к воде, опустила маленький парусник на её поверхность, слегка оттолкнув его подальше от берега. Кораблик проплыл немного, и остановился, покачиваясь на лёгкой зыби. Вокруг него в изобилии плавали жёлтые листья, к одному из которых он и причалил.
-Ну вот, -усмехнулась Оля. –Недалеко он от нас уплыл.
-Не хочется покидать родные берега, -ответил Евгений. –Особенно если знаешь, что уже не вернёшься обратно. Кораблики уплывают далеко-далеко, в далёкие края, в заманчивые дали. Что их ждёт там – неведомо. Но знаешь, что прекрасно? Что можно фантазировать, представляя, как твой кораблик путешествует, не ведая преград, преодолевает милю за милей, повинуясь ветрам и течениям. И когда-нибудь он причалит к берегу, где его обязательно найдёт кто-то, не важно кто. Совершенно чужой и незнакомый человек. Он возьмёт его в руки, и обязательно задумается о том, кто смастерил этот кораблик и запустил его. То есть, обо мне. И пусть он ничего обо мне не знает, и я о нём тоже, но этот маленький кораблик свяжет нас незримой нитью, и заставит подумать друг о друге. Об этом приятно думать, и пусть даже твой кораблик застрянет в кустах, или в прибрежных камнях через полчаса после начала своего плаванья. Это уже не важно. Важна сама фантазия о нём… Наверное, я несу полный бред.
-Это вовсе не бред. Это романтика.
-А что такое романтика, если не осмысленное воплощение бреда?
-Ну, это ты зря.
-Возможно. Просто в последнее время мне всё чаще кажется, что моё мироощущение идёт вразрез с основополагающим, общепринятым. То ли я застрял в детстве, то ли занимаюсь ерундой. Наверное, я сошёл с ума.
-А может быть, это все сошли с ума?
-Хм. Смелое предположение. Но в любом случае получается, что я иду против течения.
-Разве же это плохо? По-моему именно на таких безнадёжных романтиках и зиждется вся человеческая культура.
-На таких, да не на таких. В отличие от меня, они нашли способ подарить свой талант людям. А я? Чего добился я? Лишь забвения.
-Не говори так. Ты ещё успеешь добиться многого. У тебя всё впереди. Я в тебя верю.
-Спасибо тебе.
Летучая паутинка зацепилась за мачту парусника и затрепетала на ней. Её седая нить напоминала непомерно длинный флаг. Паучок заволновался неожиданной остановкой, и перебрался с паутины на мачту. На корабле появился первый живой пассажир.
-А ты помнишь, как мы познакомились? –спросил Евгений.
-Конечно. Это был чудесный день. Было очень тепло, цвели яблони, -ответила Ольга. –Было так светло и чудесно вокруг.
-Наша первая встреча. Память об этом дне грела мою душу всё это время. Отголоски того времени, когда я был по-настоящему счастлив, не давали мне покоя. Такое не забывается.
-И не забудется никогда.
-Да. Но, вспоминая об этом, я каждый раз задаюсь вопросом. Если нам было так хорошо вместе, то почему всё так неожиданно закончилось?
Ольга вздохнула.
-Ты знаешь, -произнесла она, немного помолчав, -бывают вещи, которые сильнее нас. Это трудно объяснить. Иногда случается так, что мы становимся перед выбором, и совершаем решительные поступки.
-Но ведь это всегда происходит из-за чего-то… Или кого-то.
-Ты прав. Или кого-то, -Ольга печально вздохнула.
-Как бы там ни было, всё уже в прошлом. Мы встретились, потом расстались, потом опять встретились. Хотелось бы верить, что неспроста.
-Я уверена, что неспроста.
Они немного помолчали, глядя на воду. Затем, Ольга вновь заговорила:
-Жень, я давно хотела тебе кое-что сказать.
-Что?
-На протяжении всех этих лет, всё время, что мы были в разлуке, я не забывала тебя. Я всегда о тебе помнила.
Евгений улыбнулся. Было неясно, что таится в этой улыбке – радость или грусть? Что он получил? Награду за все свои страдания, или насмешку над ними? Он сам этого не понимал. Здравому смыслу были неподвластны волны чувств. Сейчас было именно то время, когда можно забыть про всё, и даже про то, что, казалось, забыть невозможно. Про годы тоски, боли и одиночества. Про вопрос «почему она ушла?» - который терзал его, и не давал покоя, сводя с ума. Про душевное опустошение, про усталость, про обиды, про осторожность, про всё абсолютно. Всё забыть, всё простить, и начать всё по новой. С чистого листа. С первой строчки. Ольга вернулась к нему. Она поняла, что он ей нужен, и решила остаться с ним. Да, она уходила когда-то, но ведь людям свойственно ошибаться. Она поняла, что выбрала не то, что ей нужно, раскаялась, но пути назад уже не было. И вот теперь судьба предоставила им второй шанс. Неужели он может её оттолкнуть? Тем более, что его чувства к ней не угасли, и он всё также беззаветно любит её. Любит больше жизни, больше всего на свете. Эта встреча – славный подарок судьбы, представляющий им великолепную возможность обрести счастье – одно на двоих. То, о чём они оба так давно мечтали. Ольга говорит с ним совершенно искренне. Она помнила о нём всё это время, значит тоже любила. И продолжает любить. Что может быть прекраснее и драгоценнее её любви?
-Я не верил, что умершие чувства могут воскресать, -прошептал Евгений, взглянув на Олю.
-А они и не умирали, -тихо ответила та.
-Ты хочешь сказать…
-Да.
Веки Евгения задрожали. Протянув руку, он прикоснулся к Ольгиной щеке. Та закрыла глаза, и склонила голову, нежно прильнув к его тёплой ладони.
Медленно кружась, листья падали на озёрную гладь. Длинные сухие травинки слегка покачивались. Неожиданно прилетел ветерок, принесший запах сырости. Он заколыхал траву, зашелестел листвой, и пустил по воде лёгкую рябь. Подхваченный лёгким порывом, кораблик резво поплыл от берега, но, преодолев несколько метров, остановился вновь. Женя сделал глубокий вдох, и сообщил Ольге:
-Скоро начнётся дождь.
-Ну вот, я же говорила, -улыбнулась подруга. –А мы с тобой без зонтика.
Первая холодная капля упала ей на лоб, и сбежала вниз по лицу. Вторая попала на руку. Дождь зашуршал по ковру из опавшей листвы. Бисеринки капель сыпались на воду, расходясь по ней ровными концентрическими кругами.
-Пойдём, я знаю отличное место, где можно укрыться от дождя, -Евгений поднялся на ноги и протянул руку Ольге, помогая ей поднялся.
Отсиженные ноги успели онеметь, и пришлось немного поковылять, пока в них не наладилось кровоснабжение. Но эта мелочь уже совершенно не раздражала ребят. Сейчас, когда они были так счастливы, этот дискомфорт даже казался забавным. Размявшись, они ускорили шаг и, выбравшись на аллейку, побежали по ней, пригибаясь под усиливающимся дождём.
Но промокнуть они не успели. Бежать пришлось недолго. Скоро перед ними появился дом, который Ольга второпях не успела разглядеть. Всё что ей запомнилось – это дверь, в которую они незамедлительно вбежали, захлопнув её за собой. Дверной замок щёлкнул, и Женя с Олей остановились посреди сумрака.
-Успели, -выдохнул Евгений, и включил свет.
Помещение оказалось коридором. Обычным коридором, обычного жилого строения. В нём наблюдалось пять квартирных дверей со звонками, чей-то велосипед, оставленный возле стенки, мячик, метла, две гири, и несколько больших ящиков, набитых какой-то макулатурой. Женя уверенно направился к самой дальней двери, на ходу вынимая ключи из кармана. В предчувствии какого-то очередного чуда, Оля медленно следовала за ним. Открыв входную дверь, Евгений обернулся к своей гостье, и жестом пригласил её войти. Вытерев ноги о половичок, Ольга вошла в квартиру. Включив свет в прихожей, Женя закрыл дверь, и воодушевлённо произнёс:
-Ну вот мы и дома.
Бывают минуты, когда счастье кажется безграничным. Тебе кажется, что ты достиг вершины, что все преграды позади, и смысл жизни обретён. Ты любишь, тебя любят. И сердце замирает в сладостном предвкушении безоблачного будущего. С этой высоты все страхи и опасности кажутся такими мизерными и незначительными, что перестаёшь воспринимать их всерьёз. Мысли заняты другим, более весомым и всепоглощающим чувством, оттесняющим всё остальное на второй план. Оно меняет людей. Заставляет поступаться своими принципами. Изменяет все правила, порядки, основы. Порой, откровенно деформирует души. Но что, чёрт возьми, может быть прекраснее него?!

За окном шумел дождь. Он шелестел и барабанил каплями по стеклу. А в комнате было тепло и сухо. Унылый осенний дождик не портил домашнего уюта. Напротив, он создавал атмосферу покоя и умиротворения. Бесконечные капли падали на окно, и быстро стекали вниз, обгоняя друг друга. Ольга смотрела на них, и думала, как сыро и холодно должно быть сейчас там – на улице, и как же всё-таки хорошо дома, в тепле и уюте. Бросив последний взгляд на дождливую картину за окном, она задёрнула шторы, и обернулась. Евгений склонился над круглым столиком, покрытым белой скатертью, и зажигал свечи.
-Тебе помочь? –подошла к нему Оля.
-Не нужно, благодарю, -с улыбкой ответил тот. –У меня уже всё готово, присаживайся пожалуйста.
Девушка села за стол. На чистой скатерти, в фарфоровых тарелках лежали аппетитные фрукты и другие соблазнительные лакомства, приготовленные для романтического ужина при свечах. Вынув из-под стола две бутылки, Женя спросил:
-Что будем пить? Коньяк или вино?
-Ну-у, мне кажется, что для данного случая больше подходит вино, -выбрала Ольга.
-Прекрасно, -Евгений достал штопор, и принялся откупоривать бутылку.
С лёгким хлопком пробка выскочила из горлышка, и красное вино заструилось в бокалы. Разлив его, Женя наконец-то сел за стол напротив подруги. Оля огляделась по сторонам. Все окна были покрыты шторами, и погружённая в полумрак комната освещалась лишь светом трёх свечей. В связи с этим, очертания окружавших их предметов казались размытыми и неестественными. Лишь стол, за которым они сидели, был чётким и светлым. Огоньки пламени отражались в зрачках Евгения. Заметив, что Ольга пристально на него смотрит, он взволнованно спросил:
-Что-то не так?
Та рассмеялась. –Да нет, всё в порядке.
-Тогда предлагаю поднять бокалы и выпить за нас.
-Давай.
Бокалы с вином поднялись, и легонько коснулись краешками. Хрусталь тоненько зазвенел, и вино всколыхнулось, сверкнув на фоне свечей пронзительными агатовыми огоньками.
-За нас, -кивнула Ольга.
Они выпили. Хмельной напиток тёплой ленивой волной распространился по организму, гулко отозвавшись в голове, разом подняв настроение и развязав язык. Между ними тут же завязалась душевная беседа, быстро перешедшая в обмен сердечными откровениями.
-Ты замечательно выглядишь, -отметил Евгений.
-Спасибо, -Оля склонила голову и улыбнулась.
-Я не солгу, если признаюсь, что считаю тебя самой красивой девушкой на свете.
-Не боишься, что я зазнаюсь?
-Это правда.
-Мне очень приятно слышать эти слова, Жень. В своей жизни я так редко их слышу.
-Это печально.
-Ну не все же люди такие замечательные и чудесные, как ты.
-Ты мне очень дорога, -Евгений зарделся.
-И ты мне. Не знаю, что было бы со мной, если бы не ты. Ты спас меня.
-Ещё неизвестно, кто кого по-настоящему спас, -он взял её за руку.
От этого прикосновения, они оба почувствовали необычный разряд, который пронзил их насквозь приятной чувственной волной. Женя посмотрел в глаза Ольги, и прочёл в них признание, столь необходимое для него. Вот-вот должно было произойти то, что послужит переломным моментом не только в жестокой борьбе с Хо, но и во всей его жизни.
-Я тоже хочу тебе кое-что сказать, -он произнёс это так, словно ему не хватало воздуха.
Почему-то именно сейчас Евгений почувствовал, что ему невероятно трудно произнести эти слова. Словно невидимая перегородка блокировала его голос. Но он понимал, что должен это сказать во что бы то ни стало. Надо заставить себя, пересилить, перешагнуть через незримый барьер. На его счастье, Ольга уже знала, о чём он говорил.
-Ты уверен, что хочешь мне это сказать? –спросила она.
-Да.
-Тогда, прежде чем скажешь мне это, я бы хотела тебя предупредить.
-Предупредить? О чём?
-Понимаешь… -она отвела взгляд. –Ты слишком дорог мне. И я не хочу тебя погубить.
-О чём ты? Разве ты можешь меня погубить?
-Да. Я… Я вовсе не такая, какой, возможно, кажусь тебе. Мои поступки иногда бывают неожиданными, а решения – роковыми. Но я знаю одно, я не желаю причинить тебе боль не при каких обстоятельствах.
-Если не желаешь – значит не причинишь.
-Это сложно понять, Женечка. Даже я этого не понимаю. Порой со мной случается то, что я сама не могу объяснить. Подумай, нужно ли тебе это? Может, имеет смысл остановиться на этой черте? Оставить всё как есть?
-Ты не хочешь, чтобы я тебе сказал эти слова?
-Хочу! Я очень хочу их услышать. И мне самой есть что сказать тебе. Но я боюсь. Очень боюсь, что ты получишь от этого только вред. Ещё есть время подумать. У тебя ещё осталась возможность отступить пока не поздно и… Освободиться, -Ольга взглянула на него.
Евгений не понимал, чего она добивается, но без труда определил предельную искренность её слов. Разумеется, он даже и не думал останавливаться и отступать теперь, когда достиг этого предельного рубежа. Здравый смысл подсказывал ему, что нужно поподробнее расспросить Ольгу об её предостережении, но он также понимал, что эти расспросы лишь отвлекут их от вожделенной животрепещущей темы. Разрушат гармонию обстановки, остудив их так некстати. Поэтому, исполненный уверенности, он посмотрел ей прямо в глаза, и твёрдо произнёс:
-Я готов ко всему. Что бы ни случилось, я не изменю своего решения. Мне не нужна иная жизнь, какой бы спокойной и безоблачной она ни была. Я сделал свой выбор, и не отрекусь от него.
Сказав это, он поднялся из-за стола, и подошёл к Ольге. Та тоже встала, и они приблизились друг к другу, остановившись почти вплотную. Их руки сомкнулись. Немигающие взгляды встретились и замерли как один.
-Я люблю тебя, -сорвались с губ Евгения священные, выстраданные слова.
Их отзвуки покатились в пространстве, словно весенние ручьи, бегущие по каменистому склону. Оглушили его, закружили между небом и землёй. Швартовочные концы оборвались. Чувства, сорвавшись с цепи, обезумевшими гончими помчались куда-то, по бескрайним просторам, не контролируемые более ничем. Это было похоже на падение в бездну. Страшное, захватывающее, но, главное – необходимое!
Мгновение сводящего с ума ожидания, протянувшееся между его словами и ответом Ольги показалось Евгению длящимся целую жизнь. Но этому томительному молчанию суждено было закончиться во что бы то ни стало. И оно закончилось.
-И я тебя люблю, -ответила Ольга.
Вряд ли на свете есть люди, которые не слышали этих прекрасных слов хотя бы раз в жизни, или не произносили их сами. Удивительно, насколько эта фраза проста и сложна одновременно. Она так коротка, но, вместе с этим, включает в себя настолько богатый эмоциональный спектр чувственных отображений, что он воспринимается скорее подсознательно, нежели осмысленно. Эти слова исполнены нежностью и добротой. Вот только непонятно, почему они даются нам с таким трудом? Это ещё одна загадка человеческой психологии. Почему нам гораздо проще сказать «я тебя ненавижу»? И своей ненависти, в отличие от любви, мы почему-то не стесняемся, хотя следовало бы.
Но Евгению и Ольге сейчас было не до подобных размышлений. Сродни парашютистам, летящим в затяжном прыжке, они неслись в какую-то неведомую даль, подхваченные волной чувств. Разум больше не диктовал им свою волю, уступив бразды правления сердцу. Необычное вдохновение охватило их души, словно крылья выросли за спиной. Хотелось петь, кричать от счастья! Хотелось жить, как никогда раньше.
Сначала их губы соприкоснулись тихонько, словно нерешительно, едва задев друг друга, но уже через секунду слились воедино сладким чувственным поцелуем.
Это сравнимо с помутнением рассудка. Всё равно что пьёшь сладкий нектар. Растворяешься в нежности. Таешь в пространстве. Выходишь за рамки естественных восприятий. Расцветаешь благоухающим цветком. Как это чудесно – становиться единым целым с чьей-то душой, насыщаться и насыщать, любить бесконечно, безгранично. Их поцелуй казался вечным. Они упивались друг другом, одурманенные, околдованные, охваченные любовным пламенем, одержимые трепетом ласковых губ, спаянные теплом объятий.
Бледное лицо Ольги тускло осветилось зелёным отблеском. Ядовитый огонь, излучаемый глазами Евгения становился всё ярче. Он смотрел на неё. Смотрел и думал:
-Интересно, почему девушки во время поцелуя всегда закрывают глаза? Они стесняются? Или же они испытывают от этого более глубокие ощущения? Стоп…
Его губы соскользнули с её губ. Вошедшая во вкус девушка не сразу открыла глаза. Она слегка потянулась вперёд, желая вновь поймать его губы, но безрезультатно. Евгений отдалился. Мелкая дрожь сотрясала всё его тело. С ним что-то происходило. Но поглощённая своими чувствами Ольга поняла это далеко не сразу.
В душе Евгения закипала невидимая борьба. Зажмурившись, он стиснул зубы, изо всех сил пытаясь сохранить самообладание. Как некстати, как не вовремя оно вернулось!
-Безумно жаль прерывать этот романтический момент, но, увы, придётся. Ты уж извини, таковы правила нашей игры..
-Я знаю, что пришла твоя очередь, Хо. Позволь мне достойно завершить свой ход. Мне будет достаточно лишь пары слов, сказанных ей, чтобы сделать это.
-Твоё время истекло. Довольствуйся тем, чего успел добиться.
-Ах, так значит? Ну что ж. В таком случае, плевать я хотел на твой ход. Я не поддамся тебе, так и знай!
-Вот как ты заговорил? Не рановато ли распушил хвост? Что ж, давай, сопротивляйся, если хочешь. Ты сделаешь только хуже себе и Ольге, а меня – позабавишь.
-Ты ничего не получишь, Хо! Я больше не пляшу под твою дудку! Пришло время навсегда изгнать тебя из моего разума! Проваливай!!!
-Хо-хо-хо!
-Что с тобой? Что-то случилось? –очнулась Ольга, заметив, что Евгений помрачнел.
-Нет-нет, всё в порядке, -потёр переносицу тот. -Вернее, не совсем… Я вдруг подумал… Всё так хорошо. Так идеально. Так… Неправдоподобно.
-Женя, о чём ты говоришь?
-Такого не бывает, –грустно улыбнувшись, развёл руками Евгений. –Чем прекраснее события – тем скорее они заканчиваются, уступая место привычной тоске, боли и страданиям. Всё исчезнет и ничего не останется.
-Что исчезнет? Куда исчезнет? Объясни.
-Я обречён на одиночество. То, что происходит сейчас – просто какая-то издевка, вдохновенный взлёт перед жестоким падением.
-По-твоему, я над тобой издеваюсь? Замечательно!
-Не ты. Судьба! Я заточён в этом склепе, из которого нет выхода. В нём нечем дышать. И даже свет в него почти не проникает. Это невыносимо. Испытывать бесконечную тоску, бесконечное однообразие, бесконечное одиночество.
-Но ты не должен сдаваться, Женька! Только не сейчас! Мы вырвемся отсюда! Вырвемся вместе!
-Вырвемся из одного склепа, чтобы попасть в другой?
-Что ты имеешь в виду?
-Как ты думаешь, что нас ждёт за пределами этого корабля, этого тумана? Долго ли будет продолжаться наш праздник освобождения? Поможет ли нам это спасение? Освободит ли от главной темницы – той, которая здесь? –Евгений приложил руку к сердцу. –Не знаю. Сейчас мы сплотились, потому что вынуждены бороться плечом к плечу. Но когда борьба завершится, будет ли что-то нас удерживать вместе?
-Конечно! Прошу тебя, Женя, не разрушай то, что нам с таким трудом удалось построить.
-А что мы построили? Мы до сих пор не смогли придумать даже самого примитивного оружия против Хо. Украдкой, мы устраиваем минутные праздники, когда оно нам это позволяет. Мы барахтаемся в темноте, как слепые котята, и единственная наша цель – вырваться из этой темноты.
-Мы должны бороться. Жизнь без борьбы – это уже не жизнь.
-Поэтому я и задумался над тем, с чем нам придётся бороться, если нам всё-таки удастся победить Хо. Имеет ли вообще смысл победа над ним?
-Извини меня, но ты сейчас несёшь чистую околесицу. Что с тобой, Женька?! Приди в себя!
-Я в полном порядке.
-Сомневаюсь. Борьба с Хо тебя сильно измотала, но сдаваться нельзя. Не поддавайся ему. Ты справишься. Главное – не терять веру. И потом, ты всегда можешь рассчитывать на мою помощь. Я с тобой. Я рядом.
-Пока, да.
-И буду! Жень, прекращай свой пессимизм! Ты меня убиваешь!
-Я рассуждаю логически.
-Ты рассуждаешь так, будто бы уже проиграл! Так нельзя! Исходя из твоих слов, мы все должны сложить руки, и спокойно дожидаться своего часа, отмерянного судьбой. Ну уж нет! Ты – как хочешь, а я не собираюсь хоронить себя заживо. Пусть даже проклятое Хо сожрёт меня, зато я умру с честью, до последней секунды сопротивляясь ему! Там, за туманом, нас ждёт свобода. Будет свобода – значит будет и всё остальное. Конечно же, гораздо проще смириться, и обречённо рассуждать о бессмысленности жизни. Бороться и добиваться – намного сложнее. Но я выбираю борьбу, потому что борясь, я чувствую себя живой!
-Ты не понимаешь меня. Дело не в бессмысленности жизни. Я вспоминаю всё то, что оставил на берегу, сравниваю это с тем, что переживаю сейчас, и практически не вижу разницы. Лишь стены тюрьмы сузились, -печально ответил Евгений. –У меня ничего не осталось, совсем ничего. Ни здесь, ни там.
Помолчав, Ольга подняла на него глаза, и тихо произнесла:
-Я тебя люблю. Неужели этого тебе мало?
Женя вздрогнул. Он не сразу смог ей ответить. Стиснув зубы и сжав кулаки, он отвернулся от подруги. Его глаза, кипящие зелёным пламенем, потускнели, и с правого по щеке скатилась маленькая светящаяся слезинка. Никто не знал, никто не ведал, никто даже представить себе не мог, что сейчас творилось в его голове, какое сражение кипело в душе несчастного человека.
Вцепившись в раскалённые прутья клетки, он тряс их, налегая всем телом, испуская из широко раскрытого рта беззвучный вопль. Наносил удары снова и снова, пытаясь пробить неприступную решётку. Он должен был вырваться, чтобы вновь обрести контроль над разумом, подчинённым враждебной силе. Лишь чувства всё ещё принадлежали только ему. Хо не могло их подчинить, как ни пыталось. Именно эти чувства и давали энергию его неукротимому буйству. Он колотил глухую преграду, забыв про боль и усталость. Он метался. А на поверхности не было даже малейшего намёка на эту внутреннюю борьбу. Там властвовало Хо. И лишь выступившая слезинка, скатившаяся по абсолютно безразличному лицу, свидетельствовала о тяжком душевном переживании, которое испытывал Евгений.
Но Ольга её так и не увидела. Женя быстро смахнул слезу рукой, и обернулся к ней как ни в чём ни бывало.
-Да, -промолвил он. –Это прекрасно. Только ради этого я и живу на свете. Но всё это, к сожалению, временно. Ничто не вечно. И любовь не вечна. Однажды я не увижу тебя рядом. Буду кричать, буду звать – но ты не откликнешься и не вернёшься. Ты уйдёшь, и я опять останусь один. Буду рвать темноту, оплакивать былые воспоминания. Буду пытаться разглядеть тебя в толпе – безуспешно.
-Мне это надоело, -ответила Ольга. –Тебя не исправить. Тебе не докажешь, что жить надо сегодняшним, а не завтрашним днём. Радуйся тому, что у тебя есть сейчас. И борись сегодня, чтобы твоё завтра стало радужным и счастливым.
-Я лишь размышлял…
-Почему? Почему ты всегда всё портишь своими ужасными речами? Зачем ты это делаешь?
-Мы слишком разные.
-Прекрати. Не убивай мои чувства к тебе. Я тебя очень прошу.
-А разве можно убить мёртвое?
-Ты всё сказал? -со слезой в голосе спросила Ольга.
-Да.
-Тогда нет смысла ещё что-то доказывать. Если ты твёрдо уверен в своих убеждениях – поступай как хочешь. А я – ухожу.
Эти слова для Евгения были сродни удару молотом по голове. Неизвестно, собиралась ли Ольга уйти на самом деле, но сообщила она об этом очень убедительно. Женя поверил в это, и борьба в его душе достигла критической стадии. Не успела девушка пошевелиться, как он протянул к ней руку, и умоляюще простонал:
-Нет! Не уходи…
Оля остановилась, с тревогой и непониманием глядя на него. Согнувшись, Евгений обхватил себя руками, низко опустив голову. Было слышно, как скрипят его зубы, а дыхание вырывается из груди с отрывистым свистом.
-Подожди… -шептал он. –Подожди.
-Что с тобой? Тебе нехорошо?
Горячка тут же схлынула с Ольги, сменившись беспокойством. Она бросилась к другу, но он поспешно остановил её.
-Нет. Не приближайся!
Вцепившись себе в волосы, Евгений принялся кружиться по залу, корчась и завывая. Его глаза то вспыхивали, то угасали. Сталкивая приборы и бутылки со стола, налетая на мебель и стены, обезумевший человек метался по комнате. Оля забилась в уголок, в ужасе наблюдая за его зловещим танцем, и вздрагивая всякий раз, когда он разбивал очередной бокал, опрокидывал стул, или врезался в шкаф.
И вот, наконец, остановившись посреди зала, он, освещаемый подрагивающими отблесками свечей, низко склонился, издав протяжный клокочущий хрип. Его руки безжизненно повисли, как две плети.
-Фраксалахнетх, угхрафинх-х… Сууутх… -прошептал он непонятные слова, после чего дёрнулся так резко и неестественно, что всё его тело было отброшено назад, как от удара.
Руки взметнулись в воздух, и он опрокинулся. Но не упал, сумев удержать равновесие. Качаясь как пьяный, Евгений закрыл глаза руками и грозно прокричал:
-Уходи!!!
Ольга дёрнулась было, чтобы убежать, но что-то вовремя её остановило. Евгений обращался не к ней. Он говорил с кем-то другим, невидимым. Напряжённая тишина окутывала зал несколько минут, после чего Евгений наконец-то открыл глаза, которые больше не светились.
-Всё закончилось, -произнёс он. –Я сумел. Я смог.
Дрожащая Оля испуганно глядела на него из угла, а он вдруг засмеялся, потом издал восторженный вопль, хлопнул в ладоши, и подпрыгнул на месте. Теперь его лицо светилось счастьем.
-Ты понимаешь? Ты осознаешь это? –обратился он к ней.
-Что я должна понять?
-Случившееся только что – это… У меня получилось!!! –он снова взвизгнул от счастья, и взмахнул руками.
-Что получилось?
-Понимаешь… Дело в том, что… -протянув к ней руки, тараторил Евгений, пытаясь подобрать более подходящие слова. –Сейчас должна быть его очередь. Его! Не моя!
Стараясь двигаться как можно аккуратнее, чтобы не напугать девушку ещё сильнее, он подошёл к ней, и дотронулся до её щёк кончиками пальцев.
-Хо не управляет мной. Я полностью контролирую себя. Мой ход продолжается, -шептал он дрожащими губами.
-Ты уверен?
-О, да! Я ещё никогда не был так уверен! –Евгений поднял кулаки и потряс ими в воздухе. –Как же я счастлив! Ты не представляешь. Да здравствует сила человеческого разума!
-Я рада за тебя, -попыталась улыбнуться Ольга. –Надеюсь, что подобное больше не повторится. Ты едва не испортил наше свидание.
-Прости. Я был не в себе. Оно пыталось одержать надо мной верх, но у него ничего не вышло. Ах, если бы ты знала, как это прекрасно – чувствовать, что ты вновь свободен и твой разум не подчиняется чужой воле.
Выдернув Ольгу из угла, Евгений закружил её по комнате, весело смеясь. Теперь это был смех не сумасшедшего, а счастливого человека, победившего свой страх, преодолевшего недосягаемый барьер. Его радость быстро передалась Ольге. Она тоже засмеялась. Обстановка, чуть было не вошедшая в смертельное пике, вновь стала тёплой и душевной.
-Спасибо, что не ушла, -произнёс Женя, остановившись.
В его глазах блестела искренняя благодарность.
-Я и не хотела уходить, -ответила Ольга. –Но если бы ты продолжил говорить мне эти гадкие вещи, я бы точно тебя покинула. Мне было очень неприятно слышать это.
-Надеюсь ты поняла, что я говорил это, находясь под влиянием Хо?
-Да. И мне стало страшно. Я не знала, к чему мог привести этот разговор.
-Понимаю тебя.
-Зачем оно это делает? Оно хочет поссорить нас?
-Возможно. Но ведь у него ничего не выйдет, да?
Оля кивнула.
-Мы утёрли ему нос. Вот чего оно добилось – пропущенного хода! –Евгений щёлкнул пальцами, и комната тут же наполнилась приятной музыкой. –Вечер продолжается. Давай потанцуем?
Девушка с улыбкой приняла его руку, и они с головой окунулись в танец, под звуки нежной мелодии, льющейся непонятно откуда, как будто со всех сторон. Двигаясь легко и невесомо, они совершали круг за кругом, не сбиваясь, не оступаясь, не замедляя ход и не разгоняясь, великолепно чувствуя друг друга. И мысли их, словно подражая танцу, сплетались вместе, вились и кружились в голове.
Что-то маленькое, шустрое, трепещущее, вырвалось из вязкой темноты прихожей и, шурша, метнулось в комнату – к свету. Дрожащая тень мимолётно промелькнула по столу и скрылась. Обогнув комнату, крошечный летящий призрак вновь вырвался на свет, и пролетел совсем рядом с танцующей парой. Это был ночной мотылёк. Он как будто бы заблудился в замкнутом помещении, и теперь порхал из угла в угол, растревоженный светом. В очередной раз облетев Евгения и Ольгу, бабочка пронеслась прямо между их лицами, заставив ребят отпрянуть друг от друга и остановиться.
-Что это?
Ольга явно этого не ожидала. Мотылёк едва не задел её носа.
-Что ещё за дрянь к нам пожаловала? –нахмурившись, Евгений посмотрел вслед улетевшему мотыльку, и, разглядев его, добавил. –Футы-нуты… Это ночная бабочка прилетела на свет.
-Действительно бабочка. А как она сюда попала?
-Не знаю. Видимо, залетела с улицы.
-Насколько я понимаю, в этом мире ничего не происходит просто так. Так же и мотылёк не мог залететь к нам в комнату просто так. Его создал ты?
-Хм-м, -Женя задумчиво потёр подбородок. –Нет, не я.
-Тогда кто?
-Оля, ты молодец. Хорошо, что вовремя заметила это. А я, болван, увлёкся, и совсем потерял бдительность. Действительно. Это – недобрый знак.
Вновь подлетев к столу, мотылёк заплясал над свечами, играя с пламенем. Его тень дико скакала по потолку и стенам.
-Что он делает, сумасшедший? –прошептала Ольга, и тут же тихонько вскрикнула, когда бабочка коснулась огня своим крылышком.
Это лёгкое прикосновение оказалось для мотылька роковым. Огонь в одно мгновение объял крошечного летуна. Он вспыхнул и упал в лужицу воска, быстро угаснув, пожухнув, превратившись в бесформенную горстку пепла. Глаза Евгения сузились до узеньких щёлок. Затаив дыхание, он замер, глядя на свечи, и чутко прислушиваясь к шороху дождя.
-Плохой знак, -шелестели его губы. -Очень плохой знак.
-Что он означает?
-Подожди. Я пытаюсь определить… -стараясь не делать резких движений, Женя осматривался по сторонам. –Не двигайся, не кричи, и старайся сохранять самообладание. Последний пункт – наиболее важен.
-Объясни, что должно произойти?
-Похоже, что Хо намеревается нанести нам повторный визит. Этого следовало ожидать. Я не сомневался, что оно не успокоится, и предпримет новую попытку испортить нам настроение. Путь в мой разум ему уже заказан, поэтому, на этот раз тварь скорее всего заявится к нам персонально. Приготовься к встрече незваного гостя.
-Ты полагаешь, что к этому можно подготовиться? –в голосе Ольги чувствовалась нарастающая паника.
-Крепись, любовь моя. Я понимаю, как тебе страшно. Мне тоже страшно, поверь. Но у нас нет выбора. Мы обязаны его встретить. Всё будет хорошо, я тебе обещаю. Ты мне веришь?
-А если…
-Ты мне веришь?!
-Да, -Оля быстро закивала.
Раздался стук в дверь, столь неожиданный, что девушка едва удержалась, чтобы не вскрикнуть. Прильнув к Евгению, она уткнулась лицом ему в грудь и зажмурилась.
-Спокойно. Спокойно, -ледяным шёпотом повторял тот, гладя её по голове.
Обстановка складывалась более чем тяжёлая. От неё легко можно было сойти с ума, и люди держались изо всех сил, балансируя на грани безумия. Хо как всегда действовало виртуозно, учитывая мельчайшие особенности человеческой психологии. Оно понимало, насколько страшен стук в дверь посреди ночи, когда никого не ждёшь, когда отступать некуда, когда от пугающей неизвестности тебя отделяет лишь несколько сантиметров спасительной двери. Оно постучало негромко, и даже, как бы, ненастойчиво, оставив в сердцах ребят невольную надежду, что этот страшный стук более не повторится. Далее последовала томительная пауза, наполненная тишиной. Потом, когда сердцебиение начало возвращался к привычному ритму, стук опять повторился. Теперь он был уже значительно громче и напористей предыдущего. Ольга плотнее прижалась к Евгению. Тому очень не хотелось её отталкивать, но он понимал, что сейчас это было необходимо.
-Ничего не бойся, -произнёс он, стараясь говорить как можно уверенней и строже.
-Не уходи. Только не уходи. Не оставляй меня, -просила девушка.
-С чего ты решила, что я собираюсь тебя оставить? –Женя, скрепя сердце, оторвал её от себя, и отодвинул в сторонку. –Мы пойдём вместе.
-Я не хочу туда идти. Прошу тебя, давай не пойдём туда.
-Мы должны.
Скорбно опустив глаза, Егений развернулся, и медленно пошёл в тёмный коридор, ведущий в прихожую. На ватных ногах Ольга последовала за ним. Только теперь она осознала, насколько силён её страх, и насколько в действительности она боится Хо.
Произносить вдохновенные речи о духовной силе, о героической борьбе со злом, и желанной победе над Хо – было очень легко, когда самого Хо не было рядом. Но теперь, когда оно оказалось так близко, когда оно в буквальном смысле стучалось в их дверь, стало понятно, как тяжело быть смелой и отважной.
Ольга чувствовала себя совершенно ничтожным существом, беззащитным цыплёнком, чья жизнь повисла на волоске, и теперь зависит лишь от благосклонности запредельных обстоятельств. Страх предстал перед ней во всём своём величии. Давил на голову чудовищным прессом, заволакивал глаза колющей пеленой, вытапливал пот из кожи, сводил судорогой челюсти. Как же сейчас хотелось проснуться!
Евгений медленно вошёл в темноту, и Оля, стараясь не отставать от него ни на шаг, окунулась во мрак следом за ним. Впереди пронзительным жёлтым огоньком горел дверной глазок. Кто-то завозился за дверью, и свет глазка внезапно погас. Стало совсем темно, но ненадолго. Свет вновь появился, только был он теперь иным – зелёным. Сжав руку подруги своей крепкой рукой, Евгений остановился.
Что-то щёлкнуло, и в прихожей включился яркий свет. Он вызвал боль в глазах, но Ольга несказанно обрадовалась ему. Встретиться с Хо в полной темноте ей хотелось меньше всего, а при свете сразу появлялась какая-то уверенность, надёжность.
-Хо! Хо! –послышалось за дверью.
Вцепившись в Евгения, Оля задрожала как осиновый лист. Из дверных щелей потекла густая чернота.
-Началось, -прошептал Женя.
Закрыв глаза, он поднял лицо к потолку, и перекрестился, что-то прошептав. Затем повернулся к подруге.
-В такой ситуации поневоле станешь верующим, -произнёс он, подмигивая ей.
Было видно, насколько тяжело ему дались эти слова, и насколько фальшива его беззаботная шутливость. На самом деле он был перепуган не меньше Ольги, но не выдавал своего состояния, более того – пытался приободрить девушку.
-Я не хочу умирать.
-Ты не умрёшь. Я тебе обещаю, -Евгений вынул из кармана чёрную повязку, и плотно завязал Оле глаза. –Вот. Не снимай, пока я тебе не разрешу.
-Зачем это?
-Ты не должна на него смотреть. Не должна видеть его глаз. Это твоя единственная защита от него.
-Но я…
-Не снимай!
На полу, из большой чёрной лужи, вытекающей из-под двери, вырастало что-то крупное, неспешно обретающее знакомую форму. Евгений сразу узнал в этой смолистой черноте зловещую сгорбленную фигуру, сидящую на корточках, с упёртыми в пол руками и низко опущенной угловатой головой, имевшей отвратительный затылочный выступ.
Когда остатки Хо вытекли из дверных щелей, и влились в фигуру, завершив её формирование, сумеречник медленно выпрямился и, ощерившись, поднял голову, исподлобья взглянув на Евгения. Сколько раз Женя видел этот безумный нечеловеческий взгляд, проникающий прямо в душу, но так и не смог привыкнуть к нему. От ярости, излучаемой Хо, Евгения колотило, и лишь присутствие Ольги помогло ему сохранить остатки самообладания. Какое-то время они молча стояли друг напротив друга, не шевелясь. Затем Хо вдруг улыбнулось и, упершись руками в стены узкой прихожей, тихо произнесло:
-Вы мне не рады?
-А разве это не заметно? –тут же парировал Евгений. –Извини, Хо, но мне кажется, что ты ошиблось дверью. Тебя нет в списке приглашённых.
-Обидно. Видимо понятие «гостеприимство» не входит в ваш обиход.
-Наше гостеприимство распространяется исключительно на друзей, но никак не наоборот.
-Вот значит как? –Хо закрыло глаза, постукивая когтем по стенке.
Дерзость Евгения окончательно вывела сумеречника из себя. Он ещё ни разу не встречал таких наглецов. Чёрные веки Хо распахнулись, и Евгений отвернулся, сморщившись от пронизывающего страха, не в силах терпеть пристальный сверлящий взгляд, освещающий его зеленоватым сиянием. Сумеречник злобно зашипел, пропахав когтями глубокие борозды в стенах.
-Ты что, держишь меня за идиота?!
-Ну что ты, Хо, откуда такие мысли? Конечно же ты – не идиот. Ты – неуравновешенное, сумасшедшее, агрессивное созданье, озлобленное на весь мир.
-Замолчи! Ты имеешь наглость оскорблять меня после того, как тобою самим были нарушены священные правила нашей игры!
-Сбавь обороты, сумеречник. Я и не думал нарушать договор. Вспомни условия. Мы с тобой чередуемся, и если кто-либо из нас по каким-либо причинам не сумел вступить в игру – это уже его, сугубо личная проблема. Ты само об этом говорило недавно.
-Но сейчас мой ход!
-По идее, да. Однако ты почему-то им не воспользовалось. Почему? –Евгений злобно улыбнулся.
-Ш-ш-ш-ш… -прошипело Хо.
-Чего шипишь? А. Я кажется начинаю догадываться, -продолжал глумиться над ним Женя. –Неужели великий Даркен Хо не смог сломить волю простого человека? Не-ет, я в это не верю. Видимо ты запланировало какой-то хитроумный обходной манёвр, верно?
-Замолчи, ничтожество!
-Ничтожество? Чего же ты до сих пор меня никак не одолеешь, если я столь ничтожен?
-Ты поплатишься за то, что отнял у меня ход. Посмотрим, куда денется твоя храбрость, когда я возьмусь за вас всерьёз.
-Мы больше тебя не боимся, Хо. Человеческий разум навсегда останется для тебя загадкой. Признай это, и смирись.
-Смириться? Никогда! Я чувствую, что за твоей показной смелостью прячется самый обычный страх. Ты боишься. Очень боишься. И она боится. Стал бы ты завязывать ей глаза, если бы она не боялась.
-Ей незачем на тебя любоваться. Вряд ли ты ей понравишься.
-Повязка – это пустяк. Домысел гораздо страшнее очевидного, -Хо глухо расхохоталось.
Это была правда. Ольга чувствовала его присутствие, его взгляд, чувствовала ненависть, источаемую им. И ей сейчас очень хотелось сорвать с глаз повязку, и посмотреть на него. Ведь слепой страх был невыносим. Ужасно ощущать себя абсолютно дезориентированной, и не ведать, откуда последует возможный удар. Евгений понимал, что нервы подруги вот-вот сдадут, поэтому решил пойти на сознательный риск, стремясь поскорее прогнать Хо.
-Вот и оставайся только домыслом! –твёрдо произнёс он. –Тебе не место в нашем мире, Хо. Уходи.
-Я уйду, когда посчитаю нужным, -ответило Хо и, обратившись к Ольге, спросило. –Скажи мне, детка, только честно, тебе страшно?
-Отстань от неё! –отгородил от него Ольгу Евгений.
-Я не с тобой говорю, а с ней!
-Нет, ты будешь говорить со мной!
-Да, мне страшно, -вдруг ответила Оля, заставив Женю и Хо разом умолкнуть. –Мне страшно, очень.
Хо торжествующе улыбнулось.
-Но этот страх не в состоянии сломить мою волю, -продолжила девушка. –Кем бы ты ни было, Хо, я не поддамся тебе, никогда!
Улыбка сползла с лица сумеречника.
-Тебе всё понятно? –добавил Евгений, ликуя про себя.
-Да знаешь ли ты, несчастная, кто перед тобой?! –зашипело Хо.
-А кто перед нами? –Женя скрестил руки на груди. –Неведомое порождение сумерек? Циничный охотник на кукол? Сверхсущество? У тебя так много определений, Хо, но все они – банальные эпитеты. Кто ты на самом деле – неведомо даже тебе самому. Ты это знаешь, и поэтому не можешь найти успокоения. Лишившись своего единственного призвания, ты навсегда затерялось между двумя мирами, отвергнутое ими обоими. В то время, как наше, человеческое призвание – осталось незыблемым и неоспоримым. Ты так часто любило повторять мне, что мы, люди – просто космическая тля, питающая Высший Разум своей умственной энергией. Но ты заблуждалось. На самом деле наша роль гораздо важнее. Она поистине великая, основополагающая, фундаментальная. Мы – эритроциты в крови Высшего Разума. Без нас не будет Его. Мы Ему необходимы. А кто ты? Каковы твои функции? Какая от тебя польза? Зачем ты существуешь, Хо? Ты – просто побочный продукт, возникший в результате вынужденного вселенского эксперимента. Ты – чистильщик, мусорщик. Твоя задача – поедание бракованных элементов. Признай, что твои попытки бросить вызов Высшему Разуму – смешны и нелепы. Так же нелепо выглядит дворник, пытающийся тягаться с президентом. Ты ничего не добьёшься.
-Ты так считаешь? Ну что ж, посмотрим. Игра ещё не закончена, -протянув руку, Хо схватило Евгения за горло.
Беззвучно разевая рот, Женя упал на колени, не в состоянии произнести ни единого слова. Сопротивляться было бесполезно. Хватка у Хо была просто железной. Евгений чувствовал что вот-вот задохнётся, а оно и не думало отпускать его. Ольга догадалась, что с её другом происходит что-то неладное, но она не видела, что именно с ним творится, и поэтому её волнение достигло предела. Это было на руку Хо.
-Сними повязку, девочка, -властным тоном произнесло оно. –Посмотри на меня.
-Нет, -затрясла головой Оля. -Не хочу.
-Сними, -настаивал сумеречник. –К чему продолжать это глупое сопротивление?
-И не подумаю! Я не знаю, кто ты, и не хочу этого знать! Мне это не интересно! Оставь нас в покое, Хо! Уходи в свои сумерки, и больше никогда из них не возвращайся!
-Да как ты смеешь? –прошипело Хо, выпустив парня.
Евгений тут же закашлялся, держась за помятое горло.
-Ещё как смею! –окончательно разошлась Ольга. –Убирайся отсюда, мерзкая гадина, и играй в свои проклятые игры с кем-нибудь другим! Ты нам надоело! Мы тебя больше не боимся!
Теперь слепота сработала на пользу девушке. Ольга не видела Хо, и это её спасло. Вряд ли она смогла бы также смело выступать, созерцая его воочию. А кричать в темноту было довольно просто и легко. Какая разница, кто там слушал её?
И Хо дрогнуло. Его глаза сузились до ярко-зелёных щёлок, а на переносице появились жуткие складки. Длинные пальцы то распрямлялись, то сжимались в кулаки, но прикоснуться к девушке оно не смело.
-Уходи! –выкрикнула ему в лицо Ольга.
Издав горловое клокотание, сумеречник отшатнулся назад. Пришедший в себя Евгений быстро поднялся, получив невероятный прилив сил, вызванный видом пасующего перед Ольгой Хо. Выпрямившись, он отряхнулся, и начал медленно надвигаться на чудовище.
-Вон отсюда! –воскликнул он.
-Мы не боимся тебя. Тебе здесь не место! –вторила ему Ольга, двигаясь следом.
Хо сделало ещё один шаг назад, отодвигаясь к двери. Женя взмахнул рукой, и дверь позади монстра распахнулась настежь.
-Прочь! Прочь отсюда!
Сделав резкий выпад вперёд, Хо издало угрожающий рык, заставивший ребят отпрянуть назад. Они всё-таки боялись его. Но теперь уже было понятно, что этот страх не настолько силён, чтобы удерживать над ними контроль. Лезть на рожон сейчас было бесполезно. Сумеречный охотник прекрасно понимал это, и не стал продолжать своё наступление. Одарив Евгения взглядом полным испепеляющей ненависти, Хо медленно развернулось и побрело к выходу. Как только оно переступило через порог и вышло в коридор, Евгений молниеносно захлопнул за ним дверь и, повалившись, прислонился к ней, чувствуя себя совершенно опустошённым.
-Оно ушло? Ушло? –пролепетала Ольга, после пары минут затишья.
-Да. Мы прогнали его, -тяжело дыша ответил Евгений, всё ещё не в силах оторвать щёку от прохладной дверной обивки. -Можешь снять повязку.
Ольга с радостью сорвала с головы чёрную ткань и, взглянув на Евгения, тут же бросилась к нему.
-Что с тобой? Ты ранен?!
-Нет.
-Тогда почему ты лёг на дверь? Оно всё-таки что-то с тобой сделало.
-Ничего оно мне не сделало, -Евгений тихонько рассмеялся. –Удрало, поджав хвост. Ты бы видела это позорное бегство! Как же эффектно мы его оттолкнули! Проучили как следует. Теперь уже стало очевидно, это – победа. Победа, Оля!
Взвинченные, усталые, но счастливые, они обнялись, торжествуя свой великий триумф. Блистательную победу любви над страхом.
Так уж повелось, что за счастье всегда нужно бороться. А когда его наконец добиваешься, то обычно задаёшься вопросом – счастье ли это? Оно всегда приходит неожиданно и исчисляется минутами. Без счастья обыденная жизнь выглядит пресной и однообразной. Жить без стремления к нему нельзя, потому, что не изведав счастья, нельзя постичь смысла жизни. И, конечно же, оно не будет столь ярким и чувственным, если нет возможности разделить его с кем-то. «Горе можно снести одному, но для радости нужны двое».

За окном мерно барабанил дождь. Тёплое спокойствие вновь воцарилось вокруг, и даже темнота больше не вызывала опасений. Ольга и Евгений лежали рядом, на мягком широком диване, и слушали тишину. Отблески света играли на лице девушки, придавая ей ещё больше загадочности. Женя не переставал удивляться, как ей удаётся так необычно преображаться, меняя свой облик, подобно маскам, и каждый раз представать перед ним в очередном, незнакомом обличии. Только глаза у неё всегда оставались неизменными.
Отодвинув ей волосы со лба, он нежно поцеловал её в висок. Ольга улыбнулась. Она вновь была в состоянии улыбаться, и это было замечательно.
-Люблю когда ты улыбаешься.
-Я всегда улыбаюсь, когда мне хорошо.
-Твоя улыбка прекрасна. Я хочу, чтобы отныне ничто не омрачало твою жизнь. Чтобы в ней навсегда воцарились покой и гармония.
-Мне тоже этого хочется. Но сейчас главное для меня – это выбраться с корабля-ловушки. Вернуться в привычный мир и обрести свободу.
-Туман рассеется, и мы вернёмся в наш прежний мир, туда где не будет Хо с его мерзопакостными кошмарами. Весь мир будет у наших ног. А если его окажется мало – то и целая Вселенная.
Евгений ласково провёл рукой по её щеке, и положил голову ей на грудь, слушая как бьётся драгоценное сердце. Ольга запустила пальцы в его волосы и прошептала:
-Я люблю тебя.
Ночная комната, в которой они находились, плавно преобразовалась в бескрайнее поле. Потолок разверзся, раскинувшись над ними необъятным небесным сводом, наполненным сотнями мерцающих звёзд. Свечи стали ярче, слились воедино, и превратились в тёплый искрящийся костерок, чьё сонное потрескивание органично дополнялось равномерным стрекотом невидимых цикад.
Было прохладно, но Оля не чувствовала холода. Закутанная в тёплое одеяло, она сидела в объятьях своего друга, и смотрела на костёр, наслаждаясь упоительной прелестью ночной природы. Воздух был чист и свеж. В нём витали ароматы пахучих трав. Они перемешивались с запахом костра, чьё пламя исполняло перед ними свой завораживающий первобытный танец. Дым, слегка подсвечиваемый снизу огнём, устремлялся в небо, поднимая и крутя брызги рыжих искорок. На душе было так спокойно, что схлынувшее напряжение незамедлительно повлекло за собой сонливость. Но Ольга усиленно боролась со сном, желая продлить эту сказку как можно дольше.
Ветерок гулял по шелковистым травам, в которых поблёскивали зелёные огоньки светлячков. А над головами простирался величественный атлас небесных созвездий, подрагивающих в глубокой черноте космоса, перечёркнутого седой полосой Млечного пути. Бескрайность этой головокружительной глубины вызывала у ребят благоговейный трепет, словно они остановились посреди бесконечности, не имеющей границ и пределов. Они были совсем одни в этом ночном мире. Но это их уже не пугало.
Отчётливо расслышав подозрительные звуки где-то неподалёку, Ольга тут же вся напряглась и насторожилась. Евгений заметил это, и поспешил успокоить подругу.
-Не бойся, -шепнул он ей на ушко. –Это обычные лошади.
И действительно, теперь Оля уже сама определила природу доносившихся до неё звуков. Глухой топот и отрывистое фырканье определённо могли принадлежать лишь этим добрым парнокопытным друзьям человека. Вскоре девушка сумела рассмотреть в свете костра силуэт приблизившейся к ним лошади, которая беззаботно щипала траву, встряхивая гривой и помахивая хвостом.
Хватая своими широкими мягкими губами сочную растительность, лошадь на какое-то время повернула голову к ребятам, замерла, и, одарив их взглядом своих больших, доверчивых, чёрных как угольки глаз, фыркнула, затрепетав ноздрями, после чего, как ни в чём не бывало, отвернулась, продолжив пастись дальше, переступая с ноги на ногу, и постепенно скрываясь в темноте.
Присутствие лошадей окончательно избавило Ольгу от страхов и опасений. То, что они были рядом – успокаивало её, придавая уверенность в собственной безопасности. Обширное царство таинственной королевы-ночи, в самом сердце которого трепетало маленькое пятнышко костра, величественно дремало, окрест погружённое в темноту.
-Я не боюсь, -произнесла Ольга, устраиваясь поудобнее и заворачиваясь в одеяло. –Мне здесь очень нравится.
-Тихий уголок, -ответил Евгений. –Мир покоя и беспечности.
-Расскажи что-нибудь.
-Что тебе рассказать?
-Ну-у, не знаю. О чём-нибудь интересном.
-Хм-м, -Женя задумался.
Ольга терпеливо ждала, когда он начнёт говорить. Устремив взгляд к звёздам, Евгений вздохнул, и начал тихо рассказывать:
-Когда есть так много вещей, о которых стоило бы рассказать, то почему-то всегда теряешься, и не знаешь с чего начать. Вот я сейчас смотрю на небо и душа трепещет, осознавая, какие великие тайны оно хранит. Мириады звёзд, бесчисленные хитросплетения созвездий, рои галактик. Всё вместе, это — Вселенная. Насколько она велика – неведомо никому из людей. Лишь отчасти сумел я приоткрыть завесу тайны её мироустройства и закономерностей, благодаря своему врагу, посвящённому в эти вселенские знания. Но даже Хо не в состоянии охватить своим титаническим разумом и малой толики того, что из себя представляет истинное устройство космоса. Скажи мне, Оля, как по-твоему выглядит Бог?
-Не знаю, -ответила Ольга. –У меня конечно же были фантазии о том, как он может выглядеть, но ничего конкретного я не представляла. Он слишком велик.
-Ты верно подметила – слишком велик. Во всяком случае, он не имеет ничего общего с теми иконописными и скульптурными изображениями, которые навязывают нам религиозные догматы. Чтобы людям было проще понять, как выглядит Бог, его изобразили похожим на человека. Вообще, «Бог» - понятие устаревшее. По-сути, это понятие характеризует ни что иное, как объект для поклонения и почитания. Я же предпочитаю называть его более современно – Высший Разум. Потому что он, на самом деле, является воплощением величайшего разума, на котором, собственно говоря, и держится порядок вселенского масштаба. Это олицетворение основополагающего совершенства настолько могущественно и всеобъемлюще, что его невозможно постичь нашими примитивными умами. Высший Разум постоянно обновляется и самосовершенствуется. Его частичка есть в каждом разумном существе. Есть она в тебе и во мне. Это наше наследие, и наша гордость.
-А ты знаешь как выглядит Высший Разум?
-Нет. Охватить его сущность нашим умом невозможно. Он настолько колоссален и сложен, что мы попросту лишимся рассудка, пытаясь постичь его уникальную структуру. Он непостижим. Но, благодаря обрывкам восприятий Хо, я всё же имею отдалённые представления о его облике. Даже эти примитивные домыслы рисуют в моём воображении такую головокружительную картину, что меня бросает в дрожь от страха и восторга, которые я испытываю, преклоняясь перед этим бесконечным могуществом. Ведь он – основа основ. Воплощение абсолютного сверхразума. Всеобъемлющая истина макрокосма. Попробуй представить себе необъятное древо, ветви которого устремляются в бесконечность. Переливающееся и сверкающее, точно сотворённое из чистейшего хрусталя, оно медленно вращается посреди вечной пустоты, озаряя её своим великолепием. Ничто не может сравниться с ним. Неизвестно, откуда берут начало его корни. Оно просто есть. Великая энергия движется по сети его нескончаемых сосудов. Мощными импульсами её заряды устремляются вверх, по внушительному стволу, распространяясь в густой раскидистой кроне. И, словно плоды на его ветвях, размещаются миры – гигантские и крошечные, примитивные и развитые, новорожденные и престарелые. Всякие. А где-то среди них затерялась песчинка нашего мира. Из неё, как и из триллионов других миров, постоянно источаются непрекращающиеся потоки насыщенных субстанций, некогда бывших человеческими душами, выполнившими свои миссии на Земле. Они устремляются к самому сердцу Высшего Разума, и сливаются с ним, питая его энергией новых знаний, в то время как бесчисленное множество других душ, опустошённых и свежих, напротив – отпочковываются от божественного древа и мчатся к ожидающим их мирам, чтобы соединиться с новой жизнью, и наделить её священным даром – разумом. И это продолжается бесконечно.
-И Высший Разум каким-то образом контролирует нас?
-Разумеется. Основа величайшего вселенского порядка строится на идеальном равновесии. Для упрощения понимания, этот баланс можно обозначить как соотношение добра и зла. Хотя это будет не совсем точное определение, так как эти понятия не характерны для Высшего Разума как такового. Они исключительно субъективны, и оказывают побудительное влияние для становления того же самого равновесия. К примеру, добро – защищает какие-то важные жизненные элементы, а зло – напротив, ликвидирует их излишки. Противостояние добра и зла происходит непосредственно в сознании людей, на деле же это ни что иное, как стандартное колебание мирового баланса. Эта нескончаемая калибровка происходит постоянно, и мы воочию её наблюдаем, ощущая борьбу доброго и злого начала. Да что там говорить? Она происходит даже внутри нас самих, когда мы сочувствуем и сопереживаем кому-то одному, в то время как другого – ненавидим и терпеть не можем. Добро и зло легко уживаются в наших душах, и можно с уверенностью назвать лжецом того, кто называет себя исключительно добрым, и никогда не испытывающим злости. Это – неправда. Все совершают злые поступки, наряду с добрыми. Я не хочу сказать, что всегда сознательно. Очень часто мы причиняем зло, не желая, или не ведая того. Но ведь причиняем! Это необходимо. Это нужно для поддержания баланса. Вот только бывает и так, что люди за свою жизнь совершают злых поступков на порядок больше, чем добрых. Или наоборот. Тут уже возникают отклонения в системе равновесия. В совокупности, получается так, что злые деяния, вкупе, преобладают. Могут преобладать и добрые деяния, но практически, на примере нашего мира, этого ещё ни разу не происходило. В основном, к доминированию стремилось зло, а не добро. Наверное, потому, что быть злым – проще, чем добрым. Как следствие – вспышки конфликтов, войн, ненависти, и массовых истреблений по всему миру.
-А как на это реагирует Высший Разум?
-Наш мир для него – всё равно что клетка организма для нас. Он нас не замечает, в виду своих грандиозных масштабов, не поддающихся никаким физическим измерениям. Но это не значит, что мы ему безразличны. Дисбаланс, произошедший в нашем мире отразится на нём, и даже может пошатнуть всю систему равновесия в целом. Так, маленький кирпичик, рассыпавшийся в основании огромной башни, может повлечь её полное разрушение. Высший Разум не является олицетворением ни добра ни зла. Он – великий абсолют. Как необозримые космические весы, сверхчувствительные, не смотря на безразмерную величину. Добро и зло – удел низших созданий, таких как мы. Поэтому лишь мы понимаем, что это такое, и можем отделить одно для другого. Но, опять-таки, субъективно. Задача же высших существ – чёткое соблюдение упорядоченности, и недопущение хаоса.
Евгений замолчал и, усмехнувшись, спросил:
-Эта сложная тема тебя не утомляет?
-Конечно же нет, –встрепенулась Ольга. –То, что ты рассказываешь – очень интересно. Сейчас я задумалась обо всём этом, и попыталась себе представить всю эту формацию. Впечатляет! Только я не могу сообразить, каким образом Высший Разум создал нашу Вселенную и наш мир?
-При помощи своих строителей. Если Высший Разум – это бог, то они – ангелы. Светлые ангелы.
-Что они из себя представляют?
-Светлых ангелов я потому и называю «светлыми», что они, по сути своей, и являются светом. Судя по всему, они черпают энергию от звёзд, например, от Солнца, и не могут без неё обходиться. В своём естественном виде они бесформенны. Это незримые и мощные энергетические сгустки, заключающие в себе могущественный и совершенный разум. Ангелы – полноценные частицы Высшего Разума, но их сущность адаптирована для работы с самыми примитивными разумными существами, такими как люди. Поэтому, ангелы уже могут общаться с нами, и доносить до нас волю самого Создателя. Хотя, конечно же, это общение не имеет ничего общего с простыми разговорами. Постичь наветы ангелов и то, что они хотят сообщить, могут лишь самые развитые, разумные и чуткие люди. Именно люди, а не куклы. Чаще всего, обращение ангела мы ощущаем как некое стечение обстоятельств, которое складывается в таком виде, что уже совсем не походит на простую случайность. Мы либо получаем урок – строгое наказание за неправильные действия, либо, напротив, обретаем награду в виде успеха, или неожиданного подарка судьбы. Как дрессированные животные, которым за послушание дают вкусное угощение, а за строптивость – бьют хлыстом. Нам указывают направление, по которому мы должны двигаться, чтобы наши действия не повлекли за собой нарушения баланса. Но ни один ангел не может насильно заставить человека поступать так или иначе. Их функция – наставническая, а не принуждающая. Люди сами вольны выбирать свой путь. Собственно говоря, именно из-за этого в нашем мире царит такая неразбериха. Далеко не все прислушиваются к советам наших великих наставников.
-Значит ангелов нельзя увидеть? Их можно только почувствовать?
-Ну почему? В крайних случаях, светлые ангелы могут являться людям в человеческих обличиях. Обычно это происходит, когда они осознают необходимость своего вмешательства. Например, когда человек, который должен ещё сыграть свою роль в этом мире, сознательно идёт на риск, чреватый для него печальным исходом, ангел может явиться и предупредить его непосредственно, оградив от необдуманного поступка. Человеческий облик они принимают исключительно для того, чтобы быть понятнее людям и не напугать их ненароком. Иногда они передают нам сообщения во сне. Такое тоже бывает. У светлых ангелов есть своеобразная иерархия. Обычно, у них во главе стоит Прокриатор – высший ангел. Строитель и вседержитель. Он создаёт мир и отвечает за него в дальнейшем, наблюдая за его развитием. По сути, у каждого мира он один, а остальные ангелы – это его составные части. Подчиняющихся ему светлых ангелов можно назвать наставниками, или привычно – хранителями. Не смотря на то, что все они, фактически, являются фрагментами единого Прокриатора, эти ангелы абсолютно автономны, и выполняют свои индивидуальные функции по всему миру. Собирают информацию, передают людям сообщения, оказывают незримое воздействие на нашу жизнь. Управляющий ими высший ангел несёт самую большую ответственность за наш мир. Именно он, заранее просчитывая перспективы развития общества, вырабатывает стратегию становления мира в целом. Он – творец. Отвечая за непоколебимость баланса в этом отдельно взятом мире, он разрабатывает всевозможные планы по его сохранению и неукоснительному соблюдению. Не смотря на то, что люди – это примитивные творения, придуманные и созданные им, он с особым вниманием наблюдает за ними, стремясь сделать их жизнь максимально благополучной. Ведь каждый из нас – людей, является ценным носителем крупицы Высшего Разума. Поэтому, даже когда действия Прокриатора бывают весьма разрушительными, значит, что он делает это во благо человечества, как не парадоксально это звучит. Как следствие, уничтожив спланированной катастрофой сто человек, он где-то спас тысячу. Бывает и такое. Положа руку на сердце, думаю, что за последнее столетие люди и сами научились неплохо справляться с этой задачей, привнеся в свой мир новые, техногенные катастрофы. Только вот вряд ли они кого-то спасают. Ну и, конечно же, высший ангел может в любой момент нажать на рычаг, отключающий наш мир от системы жизнеобеспечения. Это я утрирую. На самом деле этот процесс не обязательно происходит в такие короткие сроки. Он может затянуться на столетия. Последнее – наиболее вероятно, потому что Прокриатору меньше всего хочется уходить на покой, погубив своё детище. И он будет бороться за его оздоровление так долго, как только возможно. Лишь когда станет понятно, что больной неизлечим – случится светопреставление. Я очень смутно представляю себе, как оно будет выглядеть. Но, судя по всему, это будет некий биоэнергетический перекос, который Хо обозначает формулировкой «сумеречный коллапс». Даже у самого Хо поджилки трясутся от этого словосочетания. Видимо, действительно страшная штука. Благо, до неё мы с тобой вряд ли успеем дожить. Наш мир ещё не настолько болен, чтобы его ликвидировать.
-Это внушает оптимизм, -кивнула Ольга. –Твой рассказ об ангелах очень познавателен. Но ведь он не полон, верно? Светлые ангелы руководят нашим миром, наставляют нас на путь истинный, учат, спасают. Но ведь если есть светлые, то значит есть и тёмные ангелы? Правильно я понимаю?
-Правильно. Есть. Сумеречники.
-Каково их предназначение?
-Мне не хочется про них рассказывать.
-Потому что они страшные и злые?
-Очень страшные. Но не злые. Как я уже говорил, в системе высших существ не существует понятий добра и зла. Тёмные ангелы также служат равновесию, как и светлые. Более того, можно сказать, что они стоят на защите людей, как ни странно это прозвучит. Тёмные ангелы – низшая каста в иерархии ангелов. Их и ангелами-то можно назвать с большой натяжкой. Всё-таки ангел, как принято считать, это нечто яркое, светлое, красивое. Сумеречники же не попадают под эти определения. Они чёрные, жуткие, вечно прячущиеся в темноте. Практически никто из людей их не видел, потому что сумеречникам запрещено контактировать с нами. У них другие цели и задачи.
-Какие?
-Это чистильщики. Инфильтраторы. Их призвание – вычищать мусор, скапливающийся в человеческом обществе. Они – охотники на кукол.
-Ты уже не раз упоминал в разговорах об этих самых куклах. И я давно хотела спросить, кто это такие?
-О них ты узнаешь в своё время. Слишком много разрозненной информации формирует кашу в голове. Давай остановимся на сумеречниках.
-Хорошо. Так что насчёт сумеречников? Если они не ангелы, тогда кто? Демоны?
-Как любит говорить Хо – «демоны существуют только в человеческом воображении», -усмехнулся Женя. –Постараюсь объяснить тебе как можно понятнее. Ну вот представь, что светлые ангелы – это пастухи, а люди – овцы. Сравнение, конечно же, некрасивое, но ой какое точное для нашего стадного общества. Так вот, светлые ангелы нас пасут, следят за нами. А пастухам, как ты знаешь, всегда помогали верные собаки. Вот этими собаками и являются сумеречники. Но, быть может, они скорее волки, чем собаки. Собаки не трогают стадо. А вот волки как раз вырезают наиболее слабых и больных особей. Получается, что на службе у небесных пастухов стоит волчья стая, которая время от времени подчищает ущербные участки стада. Сумеречники гораздо примитивнее светлых ангелов, но их развитие во много раз опережает людское. Они очень жестоки по отношению к своим жертвам. Куклам не позавидуешь.
-Представляю…
-Нет, не представляешь, -Евгения передёрнуло. –Ничто не сравнится с этой великой охотой. Каждую ночь, когда на землю спускается темнота, сумеречные охотники выходят на свой зловещий промысел. Я часто вижу один и тот же сон. Он как навязчивое видение. Это один из самых ужасных кошмаров, и его сложно передать словами. Я вновь и вновь оказываюсь в своём родном городе, который неумолимо погружается в ночь. Дома пестрят мозаикой цветных окон, улицы заливаются электрическим светом. Пешеходов и машин становится всё меньше и меньше, а подворотни и грязные переулки пугают своей чернотой. Когда ночь вступает в свои права и город засыпает, укрывшись одеялом сумерек, начинается время охоты. Легионы сумеречников появляются из тьмы, заполняя улицы, площади, проспекты. Чёрными потоками они струятся из мрачных неосвещённых двориков, из зловонных подвалов и канализационных люков, из древних подъездов, из нежилых домов, с чердаков и крыш. Безликая масса заливает город, распространяясь по нему, рассредоточиваясь, приступая к своим еженощным обязанностям. Обмениваясь отрывистым уханьем, эти твари безошибочно распределяют свои действия, и каждому в этом множестве отводится какая-то индивидуальная роль.
-А почему их никто не видит? –покрываясь мурашками спросила Ольга.
-Оптическая хитрость. Сумеречники видны только в определённом спектре, так же, как и сумеречный мир, в котором они обитают. Невидимками их делает защитная система человеческого разума, которая нарочно не воспринимает и не отображает подобные вещи. Человек способен видеть только то, что должен видеть. Всё, что находится за пределами - его не касается. Впрочем, скоро ты всё узнаешь, в том числе и об этом. Не всё сразу.
-Это хорошо, что наш разум ограждает нас от созерцания этих страшных сумеречников. Значит Хо принадлежит к их племени?
-Принадлежало. Но выродилось в нечто не поддающееся классификации. Хо – отщепенец. Ренегат. Когда-то это был отличный и преданный охотник. Но однажды он имел неосторожность нарушить первостепенный закон сумеречников, напав на человека. Хо стало жертвой роковой ошибки, правда каким образом произошла эта ошибка, я не знаю. Главное, что она свершилась, и собратья с позором изгнали Хо из своего общества. Что-то вроде высшей меры наказания. У сумеречников, ликвидация – это ещё не самая суровая казнь. Изгнание в периферию для них страшнее, чем смерть. Там, между мирами, они обречены на долгие мучения. В этом последнем пристанище, преступник должен ещё заслужить свою гибель. От невыносимых страданий и тоски, приговорённые сумеречники, лишённые единственного смысла жизни, через какое-то время попросту сходили с ума. Но Хо каким-то образом удалось избежать этой участи. Оно очень хотело жить. Так сильно и рьяно, что ему удалось совершить невозможное. Хо выбралось из своей мрачной тюрьмы и обрело свободу.
-И сумело стать видимым для людей?
-Да. Собственно говоря, в этом изначально не было ничего сложного. Сумеречники наделены способностью преодолевать оптический барьер. Без этого, они бы попросту не сумели охотиться. Подавление воли жертвы – это первостепенная задача каждого сумеречника. Для её выполнения, они должны встретиться непосредственно. До этого, потенциальная добыча находится в относительной безопасности – в неведении. Правда, умение сумеречников «открывать глаза» распространялось исключительно на кукол, а не на людей. Хо же, как видишь, добилось большего. В принципе, даже люди в состоянии ощущать присутствие сумеречников. Каждый из нас когда-либо испытывал странное чувство чьего-то присутствия, в тот момент, когда рядом никого не было. Обычно это случалось ночью, или в каком-то тёмном помещении. Подсознательно, мы знаем, что кто-то находится рядом с нами, но не понимаем, кто именно. Приближение сумеречников очень хорошо чувствуют животные. Многие хозяева собак или кошек иногда замечают странное поведение своих питомцев, когда те вдруг, ни с того ни с сего, начинают рычать или шипеть на пустое место. Ну и, конечно же, лучше кого бы то ни было пришествие сумеречных охотников ощущают их жертвы – куклы, на которых ведётся охота. Некоторые могут чувствовать неладное ещё на том этапе, когда их только начинают преследовать. Другие же замечают хищника лишь когда он приближается к ним вплотную. Но во всех случаях, у жертв нет шансов. Кому-то из них отведён более длинный срок, кому-то – совсем короткий, но за каждым когда-нибудь непременно придёт охотник из тьмы. Таков закон сумеречного мира. Кто увидел охотника – тот обречён.
Евгений замолчал, задумавшись о чём-то.
-После всего услышанного мне стало как-то не по себе, -выдержав паузу, произнесла Оля. –Люди живут, и не знают, какие обширные сферы окружают их. Подумать только.
-Счастливцы.
-Почему?
-Иногда лучше не лезть в глубину. Меньше знаешь – крепче спишь.
-А по-моему, нам не мешало бы расширить границы познаний, чтобы получше изучить окружающую нас природу. Может быть, люди, открыв эти тайны, изменились бы в лучшую сторону.
-Сомневаюсь, -Евгений покачал головой. –Вот ответь мне, ты бы хотела, скажем, предсказывать будущее?
-Не знаю, -Ольга пожала плечами. –С одной стороны – это было бы здорово. Я могла бы помогать людям избежать многих бед, да и сама бы заблаговременно уклонялась от грядущих ошибок. Но, с другой стороны, жить стало бы, наверное, совсем неинтересно. Какой интерес от жизни, если всё знаешь наперёд? Кроме всего прочего, мне бы совсем не хотелось знать день смерти дорогих мне людей, и мой собственный.
-Вот-вот. У каждой способности есть обратная сторона. Я не обладаю даром прорицания, но кое-что мне всё-таки перепало. Я умею предчувствовать. Интуиция была присуща мне с детства, но после общения с Хо это чувство усилилось, превратившись в нечто большее…
-Ты стал предвидеть будущее?
-Нет, но я определённо стал предчувствовать грядущие события, ожидающие меня. Я не вижу их подробностей, не могу угадать причин. Просто заранее предопределяю исход. Каждый раз не верю предчувствиям, и каждый раз убеждаюсь в их правоте, когда они сбываются.
-Удивительно! А что, например, тебе удалось вот так предугадать?
-Не важно, что удалось. Что свершилось – то уже свершилось. Гораздо важнее то, что должно произойти.
-И о чём же говорят твои предчувствия?
-К сожалению, здесь мне тебя порадовать нечем. Обычно, надвигающуюся беду я чувствую гораздо острее, чем радость.
-То есть, ты думаешь, что впереди тебя ждёт несчастье?
-Сейчас мне не хочется об этом думать. Как, впрочем, и всегда. Я гоню от себя эти мысли, и молю судьбу, чтобы в этот раз моим предчувствиям не суждено было сбыться. Но пока что они ещё ни разу не ошибались. Впереди я вижу тучи, сгущающиеся над моей головой.
-Что ж. Удивляться тут нечему, -вздохнула Ольга. –У Хо против нас припасено ещё много козней.
-Ты понимаешь в чём дело… -Женя замялся. –Я чувствую, что причиной моего горя будет уже не Хо. Оно, если и повлияет, то только косвенно.
-Не Хо? А кто же тогда?
-Тут уже проблема внутренняя, духовная. Я чувствую неизбежность грядущего одиночества.
-Я тебя не понимаю.
-Всё когда-нибудь заканчивается. И моё счастье не будет вечным. Оно закончится раньше, чем я думаю.
-Ты опять начинаешь?
-Ничего я не начинаю. Хотел поделиться с тобой своими тревогами.
-Это всего лишь пустой пессимизм. Ты травишь сам себя, оплакивая то, что ещё не свершилось, и вообще, неизвестно, свершится ли когда-нибудь. Извини меня, но это – глупость.
-Может быть.
-Не может быть, а точно. Почему ты грустишь? Нам так хорошо вместе, а ты опять пытаешься всё испортить.
-Я ничего не хочу портить. Эта навязчивая мысль не даёт мне покоя. То, что когда-нибудь нам придётся расстаться навсегда…
-Сейчас мы с тобой вместе.
-Да.
-Вот и радуйся этому. Живи этим днём, этими мгновеньями. А завтра – пусть будет, что будет.
-Хм. Наверное, ты права.
-Нам нужно готовиться к возмездию Хо, а не к этим надуманным расставаниям.
-Я не хочу, чтобы мы расставались.
-Вот и не думай об этом.
-Если бы это было так просто. Наверное, со стороны это выглядит как занудство. Но никому не ведомо то, что творится у меня в душе. Я как Белая Королева из сказки Кэрролла - кричу и плачу, прежде чем уколоться булавкой. Видимо, это такая защитная функция моей психики, я заранее готовлюсь к тяжёлым испытаниям, чтобы потом встретить их подготовленным и пережить достойно. Наверное, именно это и помогло мне выдержать осаду Хо.
Ольга вздохнула. Раздражение в её взгляде сменилось на ласковое сочувствие. Может быть, она наконец-то поняла его, а может, ей надоело препираться с ним, и захотелось остановить этот неприятный, бессмысленный разговор. Нежно погладив его по щеке, она тихо произнесла:
-Я люблю тебя. Всё будет хорошо.
-Да, это прекрасно, -шёпотом ответил Евгений, и его глаза стали влажными. –Но меня сводит с ума мысль о том, что когда-нибудь твоя любовь ко мне исчезнет.
-Но я же умру не завтра.
Эти слова Ольга произнесла с таким чувством и теплотой, что все душевные метания Жени тут же выветрились. Против этого аргумента возразить было невозможно. Одной лишь короткой фразой она ответила ему на все вопросы, и дала все необходимые гарантии. Евгений был растроган и восхищён. Счастье переполняло его душу, заглушив последние сомнения и переживания. Ольга окончательно убедила его в их бессмысленности. Правда была на её стороне. Нужно радоваться настоящему, чтобы с уверенностью смотреть в будущее. Им так хорошо вместе. Неужели что-то может помешать их счастью? Но почему-то, помимо его воли, Евгению сейчас очень хотелось плакать. Он не понимал, почему. Знал лишь, что не от радости.

Где-то посреди ночной равнины, окружённой чёрными хребтами могучих гор, под безлунным небом, усыпанным мерцающими звёздами, возвышалось необычное древнее сооружение, напоминающее своей формой шумерский зиккурат. Ступенчатой пирамидой, эта колоссальная постройка высилась на фоне бескрайних небес, непроницаемо-чёрным монолитом без окон. И лишь в единственной его двери мелькали отблески пламени.
Там, в самом сердце этого страшного языческого храма-обсерватории, совершалось какое-то невероятное ритуальное действо, разворачивающееся в круглом зале, обрамлённом десятками факелов. Стены этого зала были покрыты безупречными, с художественной точки зрения, и, вместе с этим, отталкивающими фресками, на которых изображались мужчины, тела которых медленно стачивались с ног до головы специальными точильными колёсами, женщины, подвешенные на собственных внутренностях, и младенцы, с которых заживо сдирают кожу отвратительные твари.
Тени, корчащиеся и прыгающие по этим леденящим душу богомерзким рисункам, придавали им ещё больше кошмарной отвратности. Посреди зала горел большой костёр, обложенный по кругу человеческими черепами. Вокруг костра, под грозный ритм барабанов вытанцовывали грязные и дикие человекообразные существа, одетые в драные лохмотья (если можно назвать танцем их безумные нездоровые кривляния и прыжки). Время от времени они останавливались и, завывая, воздевали трясущиеся руки к потолку.
-Ауфалахта суфергаса! –пели они. –Игнир фахакх!
На это жуткое выступление бесстрастно смотрели со всех сторон кривые уродливые изваяния. Большинство идолов небыли похожими ни на одно живое существо, обитающее на Земле. И во главе этой каменной братии возвышался самый внушительный монумент, присевший на одно колено, и упирающийся в пол кулаком. Тонкий ребристый хвост по-кошачьи обвивал его вокруг. Голова была опущена таким образом, что статуя смотрела на своих поклонников как бы насупившись, и вместо глаз у неё горела пара круглых зелёных камней. Без всяких сомнений, этот монумент был самым страшным из всех присутствующих в зале.
И вот, от безумной толпы пляшущих и извивающихся еретиков отделился человек в костюме и чёрных очках. Он выделялся из общей массы волосатых дикарей, отличаясь своей элегантностью, даже не смотря на то, что его костюм был изрядно испачкан и порван, а очки – разбиты. Дергаясь и подпрыгивая в такт барабанам, он приблизился к костру и, без раздумий, нырнул в него, вызвав восторженный визг окружающих. Там, среди огня, взметая искры, он начал скакать и извиваться, совершенно не обращая внимания на жадное пламя, объявшее его.
-Аух кфанга! Аух кфанга! –повторяли многочисленные голоса культистов, сопровождая это дьявольское представление.
Наконец, они расступились, освободив проход между костром и главным идолом. В этот самый проём и ринулся горящий человек в костюме. Одежда на нём полыхала, кожа пузырилась и лопалась, но он ничем не выдавал своей нестерпимой боли. Достигнув статуи, он рухнул перед ней на колени, и вскричал:
-Ауххагн ниб сафалхаш! Иверсат кеб иферсатха мэ логнат суллар Хо! Квегат ма клинкх!
-О-о-о-о! –завыли служители.
-Сетрафанх олохангх фахнепт, -проревел чей-то громовой голос, разнёсшийся по залу раскатистым многократным эхом, и заставивший умолкнуть барабаны.
-Хо! Хо! Хо!
От этого гулкого уханья, культисты сбились в кучу, и затряслись в благоговейном ужасе. Пасть статуи разверзлась и оттуда хлынул поток крови. С шипением кровь обдала человека, склонившегося пред каменными стопами, и потушила терзающее его пламя. Успевший сгореть наполовину, он припал к ногам отвратительного исполина, и, не переставая, шептал своими обгоревшими до костей губами:
-Квегат ма клинкх, суллар Хо. Квегат ма клинкх.
Потоки крови падали на него сверху, разлетаясь брызгами. Вокруг быстро растекалась широкая красная лужа. Некоторые культисты, встав на четвереньки, принялись жадно лакать её. Остальные же пели хором:
-Ауххагн ниб сафалхаш! Иверсат кеб иферсатха мэ логнат суллар Хо! Квегат ма клинкх!

Явившийся из сумерек! Муками лёгкими спаси меня от мук тяжёлых, Даркен Хо! Закрой мои глаза.
Евгений вздрогнул, очнувшись от забытья. Он почти задремал. Сказывалась навалившаяся на него усталость. Быстренько стряхнув с себя ужасы последнего видения, он с опаской огляделся по сторонам. Ольга мирно спала, уткнувшись в его плечо. Уснув, она больше не исчезала из его мира. Поцеловав её в темечко, Женя улыбнулся и вздохнул. Их очередное свидание подошло к концу.





Рейтинг работы: 0
Количество отзывов: 0
Количество просмотров: 49
© 08.09.2017 R Raptor

Рубрика произведения: Проза -> Фантастика
Оценки: отлично 0, интересно 0, не заинтересовало 0












1