АРИНА. Русская космическая сказка.


АРИНА. Русская космическая сказка.

«1. Арина русская космическая сказка»


От Автора:Как-то, прочитав сказку Леонида Филатова, я подумал, а как бы Александр Сергеевич посмотрел на нынешнее засилье англо-саксонской космической фантастики на рынке дешевого чтива и киноэкранов. Неужели бы не смог написать веселую озорную сказку от лица русского космофила? Для русских детей? Конечно" Шестоднев" Василия Великого был бы здесь не совсем уместен. И хотя именно в нем а не в теории Большого Взрыва хранится истина, к сожалению, эволюционизм еще господствует в умах современников.
Предупреждаю, что Автор - человек православный, просто довольно начитанный в космонаучной чепухе.

                                                                              Посвящается дочери, Маше,
                                                                              детская кличка – Феникс.


* * *

За туманностью Дракона,
у созвездья Ориона,
близ сиреневой звезды
жили-были три сестры.
Сёстры те имели дело :
сказки на заказ умело
тонким кружевом плели.
Тем и жили как могли.
Жили дружно. В старом доме
спали на простой соломе,
кур держали с петухом,
но служанку взяли в дом.

Надо бы прибавить к слову,
сёстры были чернобровы
и белы как белый снег,
так бы любовался век.

Аглаида – та всех старше,
в прошлом дева – секретарша,
страсть имела моду чтить,
по журналу всё носить.
Средняя, Авдотья–дева
угождала больше чреву :
булочку б умять, вздремнуть –
вот её простая суть.
Это от того, быть может,
что на мать была похожа ; 
поварихой та была,
так у щей и померла.
По селу же говорили,
что милее всех Арина,
младшая из дочерей.
Кстати, и умом вострей.

Об отце тут надо б вставить.
Бренный мир сей он оставил ,
раз на грабли наступив
в «чёрных дырах» звёздных нив.
А случилось дело это
в год, когда полынь-комета
прочертила небосвод,
отравив истоки вод.

Что ж, начнём же нашу повесть,
как нам ум велит и совесть,
но чтоб творческая сласть
знала разума бы власть.

* * *

Как-то раз сплетя бестселлер,
видят сёстры, еле-еле
к ним стекается народ
и едва товар берёт.
А за рощей в лавке – давка.
Сёстры шлют свою чернавку,
чтоб исполнила урок,
Резюме дав под итог.
А задание такое :
чтобы не было простоя,
разузнать, чем в сей момент
обошёл их конкурент.

В вечеру пришла прислуга
и с печальною натугой
молвит : «Здесь вот всё досье
на мадам их и месье.
Коротко : дела их круче ; 
и сюжет, и денег куча,
на компьютере печать.
Тех ребят уж не догнать.»
Тут же, потемнев как буря,
брови тонкие нахмуря,
молвила Аглая : «Вздор !
Наш красивее узор !»
Рассерчала и Авдотья
до кишечного колотья,
молвит следом : «Наш товар
не подмочит их пиар.
Может, правда, сделать проще,
но без знания, наощупь,
нам не выдержать борьбы:
слабы, сёстры, мы, увы.»

Так до полночи в печали
сёстры дело обсуждали,
в час решили без затей –
утро ночи мудреней.
Спать легли и тут Арина,
отворив калитку тына,
с фонарём к гумну пришла
и на жёрдочке нашла
Петьку-друга. Встрепенулся
тот, зевая, потянулся
и к Арине на плечо
вспрыгнув, стал давать отчёт :

- Может в миг любой явиться
к вам беда. Поторопиться
надо б, чтоб врага узнать
прежде чем мечи ковать.
Это новое О О
с Еврасы к вам занесло,
и словесная их хворь
будет вам как курам хорь.
- Что же делать, Петя, милый ? –
дрогнул голос тут Арины, -
Надо ж всем про Еврасу
рассказать.
- Ага, и в суп
тут же чтоб я был назначен.
Нет , Аринушка, иначе
сладим дело мы с тобой
этой же ночной порой.
Мы с тобой туда слетаем,
где Грош Долгий обитает.
- Что такое Долгий Грош ? 
Кто такой ? На что похож ?
Где живёт ? – Дивится дева.
Молвит Петя : - В том и дело,
чтобы всё о нём узнать,
как могуча его рать.

Баял с Еврасы парнишка, -
почесал петух подмышкой, -
сила, золото и ложь –
вот что значит Долгий Грош.
Уж такое это царство,
где под "правдою" коварство
незаметно прячет смерть,
чтобы миром завладеть.
Сила с ложью всех смиряет,
лесть и мудрых заплетает.
если нагло врать в глаза, -
вот что значит Евраса.
Нет в том царстве постоянства, 
даже мульти их пространство
расползается как рак.
Долгий Грош – не слабый враг.

- Ну, Арина, ты готова ? 
Может, случая другого
нам Господь не даст с тобой.
- Как всегда.
- Вот так и стой.
Тут петух наш завертелся
на плече, огнём оделся ; 
Ключ на старт и в краткий срок
с девой в нуль вошёл бросок.

Чую, жаждет инфоблица
наш читатель, что за птица,
мол, сей странный петушок ? 
Почему Арина в шок
не впадает, слыша речи
без сомненья, человечьи ?
Но ответ наш очень прост :
Петя родом с мультизвёзд.
Что за звёзды ? Класс спектральный
есть ли ? Честно : не астральный
я фанат, хотя пульсар,
знаю точно, не квазар.
Слышал и про голубые,
про гиганты, про двойные.
Вот и мульти где-то есть.
Кто же может звёзды счесть ? 
Ну, так вот с метеоритным 
выпал раз с дождём с орбиты
камень бело-голубой.
Оказалось – не простой.
Хоть и схож с яйцом куриным,
догадалась всё ж Арина,
что быть может из гнезда
выпало яйцо-звезда.
В печку сунуть догадалась.
Глядь и вправду оказалось
непростым яйцо : потух
вмиг огонь и тут петух.
дивно перьями сияя, 
будто красками из рая
выпрыгнул из печки вмиг.
Так наш Феникс и возник.

Вижу, стал мой брифинг долог,
да и я не орнитолог,
нам Арину бы догнать, 
чтоб у Гроша побывать.
Вам признаюсь : транспорт-средство
я имею от наследства –
ключ фантазии, друзья,
с ним везде бываю я
Слышите, фырчит машина :
заработала, ожила,
звёзд солому придавив,
свет-пространство искривив.

Что же дева ? Та без риска
вынырнув довольно близко
у системы Пылеглот,
завершила нуль-проход.
Невидимкою – экраном
как волшебным сарафаном
принакрывшись, видит тракт
млечно тянущийся в мрак.
А вокруг–то лёд летает,
звезды гривы распускают,
где атомный водород
голубые шлейфы вьёт,
и средь них, прикрытый мглой,
мертвый «чёрных дыр» покой.

Вот такую вот картину
обнаружила Арина,
подлетая к Еврасе
в дивной космоса красе.

Рядом с кратером, в каверну
Петя сел довольно скверно,
но ему не привыкать,
дело ж девиц – ожидать.
«Да, с природой здесь похуже» -
выбираясь вон из лужи
на высокий косогор,
мыслит дева, но средь гор,
среди облачных барашков
видит крепость или башню,
словно терем-теремок,
правда жуткий как острог.
- Нам туда, – промолвил Феня,
зримым становясь на время,
и, прибавив росту ввысь,
деве говорит : «Садись.»
Сев на спину другу-птице,
вихрем понеслась девица
что – те страус. Глядь – обрыв.
Тут, глаза на миг закрыв,
дева ров перелетает,
с птицы у дверей слезает,
видит : терем без окна.
Тут задумалась она.
Долго думает – гадает,
но всё ж двери открывает.
Входит, видит : сени – грот,
что до лестницы ведёт.
Одолев пролёт, заходит
в дверь без стука. Тихо, вроде.
Вряд ли здесь добро творят.
Об обратном говорят
пауки, лягушки, змеи,
мох, поганки, скарабеи,
что кишмя в горшках кишат,
и летучих тьма мышат.

Чуть лишь за порог вступила
дева , вдруг заговорило
что-то в свете ярче дня
в виде плазмопузыря.
- Жду давно тебя, девица.
Ты – души моей царица.
Я – в ларце. Его открой.
Буду в перстне век с тобой.
-Ты его не слушай, Аря,
врёт невидимая харя .! –
шепчет в ухо горячо
Феня, лапой сжав плечо.
- Я, свет-девица Арина, -
дух по имени Нейтрино.
Перстень будет в самый раз.
Ты надень его сейчас.

Ларчик тут же сам открылся,
перстенёчек засветился,
блеском властно глаз маня,
мол, возьми, надень меня.
А петух с тревогой шепчет :
- Думай, думай, человече,
перстенёк тот не простой.
Будешь век ему рабой.
И, захлопнув ларчик крышкой,
дева в дверь обратно вышла,
чуждую отвергнув блажь,
на другой пошла этаж.

Долго думая-гадая,
дверь несмело открывает,
видит : вывеска «Рай-грош»
Входит. На кабак похож
«рай» тот. Явно не весталки
и девицы в местной свалке ; 
дребезг , барабанов гром,
шум и гам со всех сторон,
будто шабаш на веселье ; 
карты , женщины, похмелье.
Впрочем, пьяницам тут рай :
пей, пляши, гуляй, играй.
Тут же вдруг, где было пусто.
появилась снедь-закуска.
Отчего б, мол, не присесть,
балычок под рюмку съесть.
Вновь петух на ушко шепчет :
- Думай, думай, человече !
Здесь другая блажь живёт.
Здесь всему хозяин – рот.
Хоть поесть и не мешало б,
в животе давно урчало,
одолела дева блажь
и покинула этаж.

Уж о многом не гадая,
смело двери открывает,
сделав шаг и тут же зло
вслед за нею заползло
в виде дива или змея.
Жаль, что ярче не сумею
описать сего врага.
Впрочем, к имени Карга
и портрета бы не нужно,
так как суть её наружно
проявлялась прямо здесь :
хитрость, злоба, ярость, спесь.
Нос крючком, немыты космы,
выражается несносно,
словом, ярый экстремизм,
влитый в тело-организм.
А уж смех то – хохот страшный !
Зашаталась даже башня.
К пятки юркнула душа.
Слышит дева, чуть душа:

- Ох, какие нонче гости !
Жира нет, одни лишь кости.
Впрочем, этот петушок
будет враз под мой горшок.
- Это что же ? Это как же ? –
заикала дева даже, –
А гуманности закон ? 
Иль не принят о - о - он ?
Тут и Феня гаркнул : «Дивно!
Это – негостеприимно.
Толерантности где ж дух ? 
Всё ж я гость, а не петух.»
Но Карга им не внимает,
коготь страшный вынимает,
злобой злобною горит,
дело гибели творит.
Пламень ярый в птицу мечет.
Что же Петя ? Тот беспечно
пляшет посреди огня
- Парь, Карга, сильней меня !
Али подвело с дровами ? 
Прямо сауна, не баня !
Что-то , тётя, жидок пар,
в баньке посильнее жар !

Притомилась дочерь Вия.
Плюнув на огня стихию
(явно повредясь умом),
свист подняла на весь дом,
вьюгой вьюжной завывает,
ультразвуки выпускает,
валит всё, курочит вдрызг,
дева ж слышит только писк.
Раскрасневшаяся, злая,
от досады выбивает
Виевна в стене пролом,
тут же исчезая в нём.
- Не пора ль и нам, девица, -
молвила тут чудо-птица, -
пока солнце не взошло
воротиться на село ?
Скоро срок моей кормёжки,
да и ты поесть немножко,
вижу, уж давно не прочь.
Нам вернуться б надо в ночь.
Тут петух наш завертелся,
голубым огнём оделся,
спутницу накрыв крылом,
то бишь транспортным нулём.
Высадив её у хатки,
кукарекнул для порядка
и уснул куриный князь,
на жердину взгромоздясь.

* * *

Дни текли чредой привычной,
за работой нефабричной,
где ручная есть канва,
сказок тоньше кружева.
Байки как товар не ходки,
Но Арина разработки,
темы новые ввела
и успешные дела
потекли и даже в гору.
А чернавка о ту пору
стала нить свою плести :
думать , как бы извести
со свету тех девиц трио
быстро, чисто и красиво,
так, чтоб о её «товар»
нос не подточил комар.

Разве лишь в кино да в сказках
люди надевают маски ?!
Впрочем , ты про шпионаж
знаешь сам читатель наш
и, конечно, догадался :
в дом сестёр их враг пробрался,
мастерицею представ
мод, дизайна и приправ.

Набежали в небе тучки :
младшей частые отлучки
на гумно да по ночам
стали вскоре примечать.

Как-то раз ночной порою,
взяв одно яйцо с собою,
(в нём был встроен микрофон)
враг-чернавка вышла вон,
прошмыгнула к курам живо
и яйцо им подложила.
Так вот , вроде невзначай,
к сёстрам вновь пришла печаль.
Снова сказочницы тужат,
отчего дела вдруг хуже
стали и клиент-народ
их товары не берёт.
А за рощей в лавке – давка.
Сёстры снова шлют чернавку,
чтоб исполнила урок,
резюме дав под итог.

В вечеру пришла прислуга
и с печальною натугой
молвит, блеск скрывая глаз :
- Темы те же что у нас.
Образные разработки тоже
с нашими уж очень схожи
и могу теперь сказать,
тех ребят нам не догнать.
Тут же , потемнев как буря.
молвила Аглая, хмурясь :
- Это всё, сестрицы, вздор.
Наш красивее узор.
Правда ведь, скажи, Авдотья.
А у той опять колотье
от восьмого пирога,
простонала лишь: «Ага».
Тут с улыбкою беспечной
встряла, вдруг, чернавка с речью :
- Спас бы вас от многих бед
запорожный космопед.
Может, правду люди бают,
может, ложь изобретают,
но в системе микрозвёзд
всё имеет малый рост.
С астероид по размерам
есть там тело с атмосферой,
с микроморем и горой
и с травою голубой.
А под горкой невысокой
там пасётся одиноко,
хоть росточком не велик,
чудо-юдо микробык.
Сам лишь с кошку, право слово,
но уж сказочник, какого
век не видел белый свет ;
лучше сказочника нет.
Впрочем, что ж ещё-то делать ?
Жир нагуливать на тело,
спать да сказки сочинять.
Диски, кстати, не достать.

Что же сёстры замолчали ?
Догадались ? Нет, едва ли.
Встала старшая сестра
и сказала: «Что ж, пора,
несмотря на все издержки,
нам извне иметь поддержку.
Правда, я наш космопед
не водила много лет.
Жаль, Авдотья заболела,
да и мне оставить дело,
ты, Аринушка, пойми,
как-то вроде не с руки.
- Что вы, микро та реальность
не такая уж и дальность. –
общий чувствуя настрой,
голос вновь подала свой
дел интрижных мастерица.
- Лишь бы мне на что сгодиться. –
Кроток младшей был ответ.
Тем закончился совет.

Утром сёстры распрощались,
прослезились и обнялись.
Ключ на старт. Разгон и вот
деву мчит автопилот
для начала к цефеиде.

* * *

Фени долго я не видел -
уж ворчит читатель наш.
К сожаленью, в экипаж
космопеда не попал он.
Как Арина ни искала,
среди кур его маня,
Феня в нуль ушёл. А зря.

Позади уж цефеида,
Микрозвёзды уже видно,
как показывают вдруг
(ясно, чьих тут дело рук)
«ноль» мезонные окошки:
нет в них топлива ни крошки.
«И запасов нет воды.
Вот дожила до беды» -
Дева думает печально,
возвратиться уж не чая
к сёстрам, к кружевам своим
из космических глубин.
А вокруг-то пыль витает,
звёзды гривы распускают
атомарный водород
голубые шлейфы вьёт,
и средь них в круженье звёзд
жуткий «чёрных дыр» погост.

«Хоть какое б завихренье
гравитонного теченья,
хоть бы катаклизм какой
выбросил меня домой» -
Мыслит дева, чуть не плача,
но спасения задача
просто не вершится так.
Стоп. А это что ? Маяк ?!
Здесь ?! За звёздным перевалом ?!
Вряд ли. С виду слишком мал он.
Всё же шанс, какой ни есть, 
хоть на камешек присесть.

Заспешила тут Арина:
взяв три пачки маргарина
и, забросив в мезобак,
стала править на маяк.
Смотрит , подлетая ближе
к свету, нет ли рядом крыши ?
Нет, не видно в той глуши
ни одной родной души.
Быть тут маяку откуда ж?
Разве ж, может, только чудом.
Смотрит пристально, глядит.
Ба-а ! И впрямь – пылит-летит
тау-китовый детёныш,
крохотный такой китёныш.
Свет фонтанит на спине:
душу, мол, спасите мне!
Ой ! И вправду, за китишкой
ящер гонится вприпрыжку –
терроферроглюкозавр.
А клыки – то ! А глаза !
Уж малыш совсем устал,
близок гибельный оскал.
Схватит китика вот-вот !
Озаряет мысль : «Азот!»
Холодильник тут вскрывает
дева и струёй сбивает
зверя-ящера – пиф-паф,
жидким льдом атаковав.

Глядь, а вот летит и мама, -
припозднилась тау-дама, -
малыша прикрыв собой,
объявить уж хочет бой,
но малыш о бывшей драме
поспешил поведать маме
и, событий суть поняв,
та включила глаз-маяк,
просигналив : «Сына жизнь
Чем могу я отслужить ?»
Маме сопереживая,
дева, слёзы не скрывая,
просигналила в ответ:
«Я веду свой космопед
к микрозвёздам, где есть тело
малое, но с атмосферой,
с морем, крохотным причём.
Там есть сказочник – бычок.
Вот к нему-то мне и надо.
Только вот печаль-досада,
В баках топлива-то – ноль.
Помоги мне.»
- Что ж, изволь.

Тут китиха пасть раздула,
как ангаром заглотнула
запорожный звездолёт
и отправилась в полёт.
Потемнело вдруг в кабине,
струсила слегка Арина :
всё ж ангар-то тот не свой,
не из пластика, живой.

Чую, наш читатель – дока
высмеет меня жестоко,
если мне не объяснить,
как же это может быть,
чтобы китиха летала.
Объясняю : это ж Тау !
Там другой метаболизм
и, отсюда, - организм.
И генетика иная,
там не млеко – пыль питает.
Так что нечего ворчать,
космопед пора встречать.

Вот уже и торможенье.
Тяжело при нём движенье.
Терпит девица и вот
распахнулась пасть ворот
и язык, подобно трапу,
выпихнул корабль на травку.
Рейс окончен без потерь.
Ну, куда кому теперь ?
Китиха, заданье справив,
мебиусом хвост составив,
подмигнула : «Наших знай!»
и умчалась в Тау-край.

Дева тут на травку вышла.
Воздух дивный : дышит, дышит.
А вокруг, куда ни глядь,
голубая благодать !
Будто перья – самоцветы
облачка колышет ветром ;
небо – чисто бирюза ;
море – синяя слеза ;
ручейки ныряют в травы ;
среди кустиков кудрявых 
светится цветов лазурь.
Нет ни ливней здесь, ни бурь.

Вот пейзажем любоваться
вышел срок и заниматься
делом девице пора,
благо : в двух шагах гора.
Взором взглядываясь зорким,
обошла Арина горку.
«Где ж тот чудо-микробык ?
Склон-то, вроде, невелик»
Тут на миг немая сцена :

Вот же , ростом по колено
с кротким взором синих глаз
сказочный тот самый ас.
Ну и длинные ж ресницы !
В пору бы иной девице.
А глаза как хороши !
Впрямь ведь – зеркало души.
Молвит тут бычок спокойно :
- Ты ведешь себя пристойно :
цветики, траву не мнёшь,
значит, свет в тебе – не ложь,
свет – Арина с Ориона.
Красоты ты чтишь законы.
Силу славишь ты любви,
сказки я читал твои.

Тут читатель идеальный
скажет : «Хоть и не реальна
встреча сказочников здесь,
повод к разговору есть.
В мире шоковых контузий,
киновидеоиллюзий,
имиджевых миражей,
где найти себя душе ?
Супербой – волшебник Гарри
вместе с кукольною Барби
плотно расставляют сеть,
чтобы сердцем завладеть.
В этих псевдосказок минах –
сатанинские глубины.
Было время, наш народ
отвергал тех бестий род.
Хоть в сказаниях волшебных,
из глубин веков дошедших
много видим мы чудес,
всё ж там в центре был не бес.
Там, среди лесов дремучих,
силою не правил случай.
Милость, а не чуждый рок –
был тех русских сказок Бог!»

Но пора нам вновь вернуться
к сказке нашей, окунуться
в море и на бережке
съесть, что Бог послал в мешке.
Вот бычок с Ариной вместе
ходят, некогда поесть им.
Что ж, не будем им мешать.
Чай, им есть что обсуждать.
Вот хотя бы лес тот самый.
Нет ни рощи, ни дубравы,
мурава лишь да кусты,
но цветочки – не плоды.
Хочется грибочков, может ? 
И без ягод быть негоже.
Нет. Здесь, явно, в полный рост
может встать еды вопрос.
Впрочем, дай, жевну ту травку…
Что ж, недурно – кисло-сладко.
А цветочек ?.. Он … - как сыр,
тот, в котором много дыр.
Как ты, скептик, снимешь пробу ?
Ладно-ладно , всё, не трону;
Слышу : «Ишь нагородил
Этот русский космофил !»

Дни проходят быстротечно.
Лето здесь у Мини вечно ; 
Местная микрозвезда
греет как сковорода.
Миня кто ? Бычок-хозяин.
Так зовёт его, я знаю,
мой знакомый бакалавр.
Миня – значит Минитавр.
Расставаний время грустно:
сами знаете как пусто
в сердце, будто Карны тень
налегла на ясный день.
Уж багаж идей толковых,
тем, сюжетов, сказок новых
туго доверху набит,
в баки уж мезон залит…
- Где достали ?
- Там уж нету.
Ладно, поделюсь секретом.
Можно (если флору знать )
листья в свет перегонять.
Фото, так сказать, анализ.
Что ? Ещё не догадались ?
Значит, вам и не дано
из горилки гнать зерно.
Скажете : так не бывало.
Но Арина же узнала
через сказки ход вещей.
Был на них, конечно, щедр
Миня, кружев дивных мастер.
Да к тому же соучастье
приняла и дева в том
деле очень не простом.
Может всякое случиться,
и учитель ученицей
превзойден быть может сам,
если верить чудесам.

Нет без горестей блаженства.
Доведя до совершенства
сказочную кружев нить,
Миня сильно стал грустить.
Стал жевать цветочки вяло,
по лугам гулял уж мало,
Сутки круглые лежал,
думы думал да вздыхал.
Тут Арина всполошилась,
все усилья приложила
на ноги бычка поднять
и болезнь его понять.
Капли, травы да примочки.
«Как на грех пропал и кочет.
Это ж я как пустоцвет.
Феня б дельный дал совет».
Только мысль о нём явилась,
как куриная их милость
«выпал» тут же из «нуля»,
взглядом огненно сверля.
- Наконец-то догадалась !
А была нужна-то малость,
дать одной лишь мысли прыть
да елезой её омыть.
Вот уж истинно тетеря !
В радости глазам не веря,
обнимает петуха
дева, будто жениха.
- Феня, друг мой, как я рада.
Лучше нет сокровищ кладов,
чем головушка твоя.
Так в тебе нуждаюсь я .
- Стоп. Давай-ка по порядку.
Без эмоций. Точно, кратко :
Где мы ? как ? зачем ты здесь ? 
А потом мне дай поесть.
Я, хоть и «нулём» летаю,
всё ж не цифрами питаюсь –
и, на Миню чуть скосясь,
гаркнул, тут же подбочась :
- Это что ещё за диво ?!
- Что ты ! Как ты неучтиво !
Это же не майский жук.
Миня – доктор сказ-наук.

Не короткий и не длинный
выслушав рассказ Арины,
Феня тут же заявил :
- У него упадок сил !
От сего избавить змия
есть одна лишь терапия :
банный тут поможет дух ! –
Заключил наш врач-петух.
- В этом ты помладше чином, -
заявил он, - Нам, мужчинам,
ты , Арина, не мешай.
Там, у горки погуляй.
Вот ручей, вот – кустик-веник.
Глядя с ужасом на Феню,
норовит бычок удрать,
но петух за куст тот : хвать.
Загоняет Миню в море
(вот уж вправду - смех и горе)
варом сделав воду в нём,
перьев пламенных огнём.
-Уж сейчас тебя пропарю,
будешь снова чудо-парень.
Ты ж не баба, а мужик.
Хоть и микро, но всё ж бык !

Хлещет веник, пар витает,
грусть тоска на сердце тает.
Нету в бане бед-обид.
Миня нежится, кряхтит.
- Ты ж не кукла Арлекино.
Что ж ты сыпешься мякиной.
Всё понятно : был один,
бог себе и господин.
Это всё, любезный Миня,
от твоей идёт гордыни.
Есть да сказки сочинять –
значит жизнь совсем не знать.
Ты поди-ка , полетай-ка,
За морями побывай-ка.
Посмотри, где что почём,
да постой за калачом.
Потрудись на ниве трудной,
потолкайся в каше людной,
горестей испей до дна.
Жизнь на то нам и дана.

Море пеною покрылось.
Вечер. Баня уж закрылась.
Трое за чайком сидят
и о многом говорят.
Вот о доме вспоминают.
- Как сестрицы поживают ?
Ждёт Арина новостей. –
- Будут ли встречать гостей ?
Что же перья потускнели ?
Голос , слышный еле-еле,
вдруг слезами задрожал.
- Я, Аринушка, сбежал.

Долго младшую всё ждали
сёстры, долго горевали:
без неё товар не тот:
сказки – задом наперёд,
слишком много стало фальши.
Жить однако ж надо дальше,
баек кружева плести,
продавать да кур пасти.

Между тем чернавка злая,
снова нить интриг сплетая,
младшую сестру убрав,
старшей вызнала весь нрав.
Как-то за уборкой влажной
вдруг на столике бумажном
в краткий кофе-интервал
появился мод журнал.
В том журнале Аглаида
сногсшибательного вида
платье видит : «Вот бы мне!» -
Мысль оформилась в уме.
- Чей журнал ?
- Мой вам подарок
- Платье – чудо !
- Да. И даром. –
Девка тут же говорит.
- Как ?!!
- Оформите в кредит.
- Да на взнос же денег надо. –
молвит старшая с досадой.
- Я могу поговорить
и кредит для вас открыть.
Платье – это же не майка,
согласитесь же, хозяйка.
Знает же тщеславья бес,
как разжечь в нас интерес.
И, без долгих размышлений
принимается решенье,
хоть у черта деньги взять.
- Платье надо покупать ! –
Аглаида девке молвит.
Та спешит приказ исполнить ;
по горячему ковать ;
жар к удаче подгребать.

Срок спустя все стены в хате
дорогие скрыли платья.
Дом заложен – платы ждут.
А чернавка тут как тут.
Вкрадчиво и с целью тайной
говорит : «На случай крайний
есть курятник с петухом.
Кур – в ощип. Сарай – на слом».
Тут Авдотья вдруг с протестом :
- Без яичек пусто тесто.
Вот, осталось лишь одно.
Тут в раскрытое окно
петушок вдруг залетает
и к яичку подбегает.
Клюв как бритва навострён.
Цок яйцо и тут же - вон.

Повесть выслушав в молчанье,
спрашивает тут печально
дева, мол, зачем продукт
портить выдумал петух.
Здесь-то и раскрылась тайна
бед как будто бы случайных,
и про микрофон в яйце
и на сказки низких цен.

- Видишь, как , Арина, вышло,
нет у нас с тобою крыши
- Но зато есть космопед –
Дева молвила в ответ :
- В поисках удачи-счастья
ты же примешь соучастье ?

Вмиг наш чудо-петушок
свой расправил гребешок,
радугой сверкая перьев,
оком огненным измерил,
полно ли налит стакан,
молвил : «Йес, мой капитан !»
- Мне друзьями вас своими, -
подал голос тут и Миня, - 
с позволенья, так сказать,
честь большая называть.
Не найдётся ль в экипаже
мне работа ? Кем – неважно.
- Я, - Арина молвит, - за !
Феня ?
- Ставим паруса ! –
гаркнул тот и вслед добавил :
-А твоей работой, парень,
будет всё, что вновь узнал,
в борт записывать журнал.


* * *





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 58
© 20.08.2017 Александр Евгеньевич Ставцев ставцев
Свидетельство о публикации: izba-2017-2044605

Рубрика произведения: Поэзия -> Стихи для детей



Добавить отзыв:


Представьтесь: (*)  
Введите число: (*)  










1