Волчья пустошь. Часть 1.


Волчья пустошь. Часть 1.
  Картинка из интернета

Волчья пустошь. Часть 1.

Солнце медленно опускалось над Волчьей пустошью, краснея в далекой полосе болотных туманов. Туманы поднимались оттуда, где за недосягаемым краем пустоши лежали бесконечные топи, на которых, наверное, никто никогда не бывал. Ночью они поползут дальше, дальше и дальше, неся с собой сырость, и лихорадку, и страшных таинственных тварей. Но пока это только лиловая дымка где-то там, у далекого горизонта.

Над пустошью тоже кое-где поднимались полоски тумана, белого и прозрачного, но их Бани не очень боялся. Он знал, что те выплывают из мелких болотец и луж и в них обычно не прячется никого, кроме блуждающих огоньков. И, в конце концов, эти клубочки сырости никогда не поднимаются выше холмов, на которых, если сам холм не окажется заколдован, от них легко можно скрыться.

Тот холм, на котором мальчик находился сейчас, никак не походил на волшебный. Здесь не было расположенных кругами или стоящих торчком камней, и вершину его никогда не топтали ножки Ночных Плясунов. К тому же тут повсюду рос Синий Чертополох, а даже ребенку известно, что колдовство и этот колючий цветок не уживаются рядом.

Холм был не очень высок, но пустошь просматривалась с него далеко во все стороны. Впрочем, куда бы Бани не посмотрел – и спереди, и сзади, и по бокам, до самого горизонта тянулись однообразные холмы, кустарники, поляны, болотца… Ничего, за что зацепился бы взгляд; ничего, что помогло бы не заблудиться в этом гиблом краю. Только на западе пространство тонуло в глубоком тумане, на севере маячили горы, а с востока и юга темнели леса. Солнце уже наполовину растаяло в плывущей от топей сиреневой дымке, из нее виднелся лишь алый купол с размазанным нижним краем. Воздух похолодел, начинало темнеть. Кое-где, в самой густой и мрачной тени в ямах и между холмами, уже мерцали огни и звучали ночные свирели. На одной из вершин, вокруг отчетливо видного на фоне заката высокого обелиска из неотесанной глыбы, блеснул плотный рой цветных искр, завился спиралью и с едва слышным стоном рассыпался, горохом запрыгав в кусты.

Бани поежился и оглянулся назад. Там, далеко на востоке, остался дом – если только это могло называться домом. Мальчику показалось, что он видит отблеск огня одной из деревушек в далеком лесу, но теплый оранжевый свет едва мелькнул и тут же погас, словно не появлялся.

Теперь солнце скрылось совсем, и над Волчьей пустошью поднималась луна. Огромная, красноватая, всплывала она над почерневшей полоскою леса, и в ее странном свете громче засвистело, заурчало, завозилось в кустах и болотцах. Луна была такою, как надо – самый пик полнолуния, когда ночное солнце стоит точно напротив дневного. Именно в такие вот ночи…

Словно приветствие плывущей в небесах королеве, откуда-то из самого сердца пустоши донесся протяжный и жуткий вой. Бани вздрогнул. Вой повторился, и на этот раз на него ответили еще несколько голосов. Крепко сжимая в руке длинный дубовый шест, юный смельчак жадно слушал звериную перекличку. Он знал, что это были обычные волки, но в его памяти сейчас звучал страшный рев Волка-оборотня, который ему довелось услышать два года назад.

***

Тогда Бани был еще маленьким. Хотя сами по себе два прошедшие года не сделали его здорово старше, но то, что за это время мальчику довелось пережить, превратило его в мужчину. Невысокого, хрупкого, безбородого – но мужчину, готового на битву и смерть. А тогда – тогда он еще был ребенком.

Про Волка-оборотня знали во всех деревнях, везде выставлялись дозоры, и редкий смельчак решался выйти ночью за бревенчатый частокол. Никто не знал, когда и откуда в их краях появилось чудовище. Казалось, оно было всегда, хотя люди и помнили времена, когда ночь не вселяла в них такого леденящего ужаса. Старики знали, что оборотень приходит из Волчьей пустоши – места страшного, гиблого, чуждого человеку. Но почему он приходит, не знали даже они. Обычно обитатели пустоши не вторгались в человеческий мир и не творили вреда, пока их не трогали. И то, что Волк стал являться в Леса, было непонятным и оттого еще более страшным. Многим казалось, что это предвещает смерть всей Земли, но Хард, дедушка Бани, считал по-иному.

Хард был одним из старейших среди стариков, но при этом не потерял памяти и ясности мыслей. На своем веку он повидал всего столько, что теперь к нему шли за советом даже из других деревень. Все его уважали и немного боялись, а Бани просто любил. И Хард почему-то выделял его из оравы внуков и правнуков, всюду таскал с собою и без конца рассказывал интересные вещи. Теперь мальчик уже понимал, что старик готовил из него своего преемника, но тогда был еще мал и глуп. Сколько всего пропущено мимо ушей – всего такого, что помогло бы сейчас! Впрочем, многое все же осело в памяти. Иначе Бани не пережил бы эти два года.

Хард не считал, что Земля умирает, и не ждал вслед за Волком еще более страшных напастей. Но и преуменьшать опасности не желал.

- В глубине пустоши всегда живет оборотень, - говорил он внуку, щуря глаза от дыма пылавшего в хижине очага. – Но он не бессмертен, и не только потому, что его можно убить. Как всякая тварь, он стареет. И, чуя приближенье конца, стремится оставить наследника, а если можно – то нескольких. Те, кого волк растерзал – просто-напросто мертвецы, хотя от них и можно ждать всяких гадостей. Но тот, кого чудовище лишь покусает, оставив в живых, и трижды через него перепрыгнет, тоже становится Оборотнем… Такое было уже, было при моем деде. Тогда так же, как и сейчас, люди прятались с наступлением ночи. Значит, чудовище живет в два – три раза дольше, чем человек, и сейчас пришла ему пора заботиться о наследнике… Еще говорят, что Великий Волк вообще не в состоянии сам умереть, не оставив замены… А иные считают, что он является в Лес еще и тогда, когда люди начинают терять человеческий облик. Становятся сами, как волки. Вот тогда чудовище и спешит нам напомнить, кто мы на самом-то деле…

Бани слушал и норовил поближе придвинуться к очагу. На тьму за окошком страшно было взглянуть. Ужас пробирал до костей при одной только мысли о том, что вдруг именно через него перепрыгнет три раза оборотень, и именно он бесконечно долгие годы будет прятаться в логове среди нежити Волчьей пустоши. Нет, лучше смерть!

И когда где-то вдали тоскливо разлился волчий вой, Бани не выдержал и бросился к деду, обхватил его руками и зарылся лицом в длинную бороду.

- Не бойся, - усмехался Хард, гладя спину и голову внука твердой и темной, как дубовая чурка, ладонью. – Это обычный волк, его можно легко напугать и убить. Великий Волк кричит по-другому…

Оборотень действительно кричал по-другому, и когда Бани посреди ночи услышал этот страшный, парализующий мысли и тело полувой – полурев, то сразу понял, что это вот – волк не обычный. Он вскочил на постели и, увидев круглые от ужаса глаза своих старших братьев, посему-то подумал, что и он сейчас выглядит таким же испуганным. И еще он подумал – как хорошо, что младшие еще не проснулись.

Отец и дед были уже на ногах. Велев матери закрыться и не впускать никого, они схватил оружие и ушли, шуганув Вила, норовившего с топором в руках шмыгнуть следом за ними. В доме воцарилась тяжелая тишина, только на улице топали и перекликались мужчины да все ярче разгорался свет факелов. Бани выскользнул из-под шкуры и, взяв в руки палку, устроился рядом с Вилом. Через минуту к ним присоединился и Ронги. Мать присела на край постели и принялась трясущимися руками укрывать хнычущую малышню, словно истертые одеяла могли спасти их от грозящей беды.

Так прошло минут десять, и все тот же ужасающий рев раздался опять, еще страшнее и ближе, и опять – уже рядом.

Потом Хард рассказывал Бани про все, чего тот не видел сам в ту ужасную ночь.

Вой приближался с запада, и все мужчины деревни столпились на этой стороне частокола, освещая вырубку под стенами мерцающим заревом факелов. Все ждали: мужчины – сжимая оружие, старики – бормоча древние заклинания. Ждали – но страшная черная тень явилась внезапно. Никто не успел даже как следует рассмотреть чудовище. Темная громада метнулась на частокол, лязгнули у самых лиц защитников страшные зубы, блеснули красные угли глаз. Люди так и не поняли, достал ли оборотень до самого верха стены или просто так сильно встряхнул частокол, но один из них оказался снаружи. Он кинулся было назад, но был тут же подмят чудовищным зверем и его крик захлебнулся в хрусте костей. Со стены полетели стрелы и камни, но Волк уже исчез в темноте, оставив на освещенной полосе перед лесом нечто бесформенное, едва напоминавшее человека.

Защитники замерли, вглядываясь во тьму, и прежде, чем почуявший неладное Хард успел послать часть из них на другие стены, где-то в деревне раздался ужасный человеческий крик. Мужчины кинулись на него, и прибежавшие первыми еще успели заметить, как огромное черное тело грузно перевалило на внешнюю сторону частокола. А то, что случилось в лачуге Нарси, увидели все. Чудовище выбило дверь и сумело протиснуться внутрь. Теперь там, внутри, лежало четыре растерзанных трупа, а снаружи, возле порога, горько плакал маленький Омо с прокушенной до кости рукой.

Старики увели Нарси, который от всего этого стал словно пьяный, и занялись своими делами. Когда рассвело и Бани выпустили из дома, все трупы уже схоронили за частоколом, сделав все, чтобы злая сила оборотня покинула их. Омо – перевязанный, накормленный и согретый – лежал в хижине старого Бро. Его отец, напоенный особыми зельями, спал рядом с ним, и спал он шесть дней. Черные шерстинки огромного Волка старики тщательно собрали с бревен стены, и никто не знал, что они с ними сделали. Знали только, что сделано все так, как надо. В общем, утром дети и женщины увидели только следы страшного зверя на вырубке перед деревней да чудовищные царапины не частоколе от его острых когтей. Но и этого было достаточно, чтобы никто из них долго потом не мог заснуть в темном доме.

А вечером ужас продолжился. Когда маленький Омо проснулся, он больше не плакал, но на вопросы не отвечал и только испуганно жался в угол. А когда мудрый Гро снял повязку с его руки, все увидели, что рана уже почти заросла и из нее торчит густая черная шерсть.

Прежде, чем старики навсегда увели малыша, они показали его всей деревне, чтоб никто не решил и не сказал потом Нарси, что его сына сгубили зазря. И больше, чем эта растущая на ребенке звериная шерсть, людей не могли напугать даже пять мертвецов, несколько ночей бродивших под защитной стеной и стучавших в ворота.






Рейтинг работы: 16
Количество рецензий: 3
Количество сообщений: 5
Количество просмотров: 101
© 11.08.2017 Николай Мальцев
Свидетельство о публикации: izba-2017-2038786

Метки: оборотень,
Рубрика произведения: Проза -> Фэнтези


Галина Емельянова       08.01.2018   03:37:36
Отзыв:   положительный
С новым Годом и рождеством ,уважаемый ,Николай!Очень атмосферное фэнтези. Мир прописан подробно,и запоминается своими красками и красотой. Бани,главный герой очень понравился,хотя месть разрушает душу.
Хотела Вас поблагодарить за внимание к моим работам и отзывы.но я редко теперь на этом на сайте.Так что не тратьте время ,вряд ли я отвечу взаимностью. Удачи,вдохновения,здоровья.
Николай Мальцев       08.01.2018   09:13:30

Спасибо за отзыв! Жаль, что Вы редко бываете на сайте - Ваши произведения мне очень понравились, понемногу прочту все. А Вам искренне желаю творческих успехов! Не обращайте внимания на критику. Как говорил кто-то из юмористов недалёкого прошлого, те, кто сами не могут писать, идут в критики. Я заглянул на сайт одного из таких "учителей" - там вообще ни одной публикации. Очевидно, стесняется...
Макс Артур       07.01.2018   07:42:14
Отзыв:   положительный
Отличное атмосферное фэнтези. Сопереживаешь Бани даже в конце, когда он осознанно решил стать оборотнем ради мести. Для него это лучше, чем он бы просто погиб, пытаясь добыть Клык, а родные остались не отмщены.

С уважением,
Николай Мальцев       07.01.2018   09:08:36

Спасибо за отзыв! Это одна из моих любимых вещиц.
Евгений Бугров       31.12.2017   14:02:28
Отзыв:   положительный
Убедительно). С Наступающим!










1