Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

ПОИСКИ ВАЛИ


ПОИСКИ ВАЛИ

(начало истории здесь: http://www.chitalnya.ru/work/1971083/)

Началось все с того, что Леонид не пришел на фильм «Батальон», как было запланировано и Вале пришлось посмотреть примерно половину очередного «шедевра», а больше она не смогла, в одиночестве. Валя не обиделась, но нахмурилась и решила высказать все Леониду при следующей встрече. Она стала ждать его звонка, но Лёня не позвонил ни на следующий день, ни спустя неделю… вторую, третью… Валя решила, что друг ее бросил, и стала гадать почему? Потом она решила, что Леонид просто на нее обиделся из-за ее «работы» и это ее еще больше напрягло. Наконец, когда прошел уже целый месяц, она решила прийти в редакцию и все спросить напрямую…
К ее огромному удивлению Леонида в редакции не оказалось и даже больше, его наставника и лучшего друга Игоря Анатольевича Кобылина тоже.
- Они оба пропали примерно месяц назад и с тех пор ни разу не появились, - ответила ей миловидная девушка с короткой стрижкой ее знакомая с филфака, - мы уже как месяц работаем без редактора отдела прозы, а работу главного редактора ведет Наталья Евсеевна Фальцман, ты ее знаешь, она вела на филфаке западноевропейскую литературу.
- Напрямую не контачили. Сдала на «отлично» сразу. Вряд ли она меня вспомнит… Два года прошло… А почему они пропали неизвестно?
- А кто знает? В милицию пока не звонили, но и дома как у Леонида, так и у Игоря никто не отвечает. Игорь развелся с женой пять лет назад и теперь живет один в однокомнатной квартире в центре. Рядом в двушке живет и Леонид. Знаешь… у нас были даже слухи…
- Какие слухи?
- Ну знаешь, Лёня себя всегда позиционировал как лучший ученик Игоря Анатольевича… И все эти премии и постановки Лёнечка получил через своего друга-патрона и его связи. Странные у них были взаимоотношения. Месяцами друг у друга пропадали. Прямо как Верлен и Рэмбо… «Каникулы в аду часть вторая».
Валя удивленно посмотрела на секретаршу. Она совершенно не могла понять каким образом та решается говорить такие вещи про тех, кто не просто ее коллега, но прямой руководитель.
- Это все меня не касается и не относится к делу совершенно, - ответила Валя.
- Кто знает… - безразлично ответила ей девушка.
- Никто ничего не знает и… пожалуйста, прекрати!
- Чего ради? Это они виноваты, а не я.
Поведение шатенки было настолько странным и непонятным, что Валерия поморгав пару секунд ресничками, решила резко взять все в свои руки.
- Мы не должны ничего предполагать, если ничего не знаем…
- А кто предполагает, я что-ли?
- Если даже они пропали вместе, это вовсе не значит, что Леонид сейчас…
- Как будто этого раньше не было!
- С ним могло случиться все, что угодно… попал под машину, несчастный случай, похищен террористами или кем-то еще…
- А может просто удрал в Турцию? – презрительно предположила шатенка.
- …и ни ты, ни я не знаем сейчас, где он…
- …На пару Игорем Анатольевичем,
- Замолчи! Заткнись…
- Что???
- Пожалуйста, замолчи! – резко ответила девушке Валя.
- Чего?? – изумленно повторила шатенка.
- Лёня… Чушь полная! И очень глупо, что вся редакция одного из центральных толстых журналов, потеряв вдруг двух своих редакторов, не предпринимает ничего, чтобы их найти. Будто эти редактора валяются под каждым деревом как бродячие собаки или бомжи в парке. Два человека у вас пропало, два а не один. Это даже не похоже на похищение, это чистый теракт!
- Что? – в третий раз возопила шатенка свое любимое слово, - а ну-ка прекратила на меня орать! Откуда я знаю, где они оба? Я не всевидящая и в милиции не работаю.
Валя запнулась, потому что крепко ругаться она не умела, и поэтому вместо ругани, несколько секунд фехтовалась взглядами с проклятой секретаршей, выиграла поединок, заставив в итоге ту опустить глаза, и резко закончила:
- Да, хорошо, прости, погорячилась… Да, и еще, позови пожалуйста Наталью Евсеевну. Я ее знаю и хочу с ней поговорить!
- Сама зови… дура… - ответила оскорбленная секретарша.


Валя вышла на улицу в совершенном расстройстве и волнении. Спустя несколько минут, она поняла, что не сможет сегодня работать. Она подняла телефон и позвонив Максиму Филипычу попросила отпуск на пару дней. Максим Филипыч был крайне расстроен и озабочен здоровьем девушки или ее отношениями с друзьями, но тем не менее ничего возразить не смог. Валя «заболела» как нельзя вовремя, через пару недель должна была начаться сессия и «академический рисунок» повис в воздухе… Спустя десять минут Максим Филипыч перезвонили и предложил девушке двойную оплату, сели она выйдет хотя бы на несколько дней. Валя улыбнулась и ответила, что на пару дней она обязательно «выздоровеет», просто возникли некоторые проблемы, что нужно срочно решить… Максим Филипыч погрустил и заявил, что вышлет к Вале Ирину. Валя повесила трубку.
Валя задумалась. Если Леонид пропал, то он пропал однозначно не один, и вместе с ним пропал и его наставник. Но кому нужны два рядовых литератора, пусть и поучавших премии и издававшие книги, но не занимавшихся никогда политикой и не участвовавших мероприятиях оппозиции? Лёня был типичным «домашним мальчиком» без проблеска и тени, замкнутый тихий, весь в себе, такой, какой и нужен был Вале, о котором она и мечтала. Его наставник Игорь Кобылин был пятидесятилетним прокуренным мужиком, известным в городе драматургом, весьма лихо раскрутившимся в годы «Перестройки», как популярный автор, пишущий на злобу дня. Это были времена «так жить нельзя» и «скованны одной цепью». Но то все в прошлом. Ныне Игорь просто старый мужлан, имевший двух жен и оставивший каждой по двухкомнатной квартире и по паре детей. Бывший кодированный алкоголик уже много лет ничего не написавший, спившийся графоман, от всего величия которого только и осталось, что формальное главное редакторство в «Вестнике», при том что фактически редакторскую работу вела именно Наталья Евсеевна Фальцман - шестидесятипятилетняя суровая еврейка с филфака. Ни у Лёни ни у Игоря не было никаких денег, ни связей с политиками, ни контактов с оппозицией… да они просто никому не мешали и вряд ли были нужны… Спустя минуту Валя поняла, что ей непременно нужна встреча и разговор именно с Фальцман, но при этом сглазу на глаз…

…а спустя еще пару секунд она ощутила ледяной холод в спине, как будто почувствовала рядом с собой какое-то чудовище, запредельное в самой своей жути, и пораженно осмотрелась по сторонам, ища источник этого холода...
Там, на той стороне улицы у ларька с хачапури она увидела несколько людей, в том числе двух взрослых мужчин: одного толстяка-коротышки и другого, худого как жердь, но не выше Лёни по росту. Увидев их, Валя задрожала тихой дрожью в коленках и все ее тело под одеждой моментально взмокло от макушки до пяточек. Эти двое выделялись из всей толпы, но только одна Валя чувствовала, насколько они выделяются. Он были не от мира сего. Худой жевался и кряхтел, переваривал шаурму с пивом, Жирный плевался и сморкался, оба о чем-то весело разговаривали… А Валя видела совсем другое… и не понимала почему это не видят остальные люди.
Первое что она поняла, и что не понял, видимо ни кто из окружающих, эти двое разговаривали друг с другом не на русском языке. Это был какой-то восточный язык, то ли арабский, то ли… Однако когда к Худому подошел молодой человек и спросил сколько времени, Худой без колебаний ответил… на том же языке, но юноша его понял! Понял и пошел дальше, ничему не удивившись.
Валя посмотрела на обоих типов более внимательно и заметила, что толстяк, у которого закончилось пиво, подошел к продавщице и попросил еще пива на своем «арабском» и продавщица также его поняла!
«Что за язык, на котором они говорят» - подумала Валя и прислонилась к баннерному столбу, не отрывая взгляда от странной парочки, - «какой странный язык, слово щебечут птицы… «Аргуль, моган, херхе, эгемех…», что они обсуждают? Кто они?»
Затем она попыталась разглядеть обоих типов получше и увидела, что костюмы весьма плохо весят на обоих. Еще она увидела, что руки… если это можно было так назвать, были скорее подобия человеческих рук в виде скрюченных и странных отростков.
«Да, у них не руки, а кости обвязанные одними жилами и покрытые кожей. Черной, точнее коричневой почти прозрачной кожей…», - подумала Валя и стала разглядывать странных мужчин еще внимательней ловля буквально каждое движение.
- Хумхе агомар дирзе шамгаше шумурше, – презрительно и высокомерно произнес Худой.
- Хе-е-е! Агомар дархаде шемарше ишумарше, - возразил ему Толстый, и махнул «рукой».
Валя впилась в них своими глазами, и тут Толстый… ее почувствовал…
- Куршумша? – спросил Худой.
- Хемха, - ответил Толстяк, - шурумша замшим шамха, - добавил он с почти шепотом и… начал искать глазами источник того, что его напрягло…
Его поиск на другой стороне улицы длился буквально несколько секунд, а потом он четко и безальтернативно уперся глазами в тот баннерный столб, за которым укрылась Валя.
- Шемшарахам шуха… - злобно произнес Толстяк.
Валя с диким ужасом откинулась за столб. Руки ее задрожали, и лицо побледнело…
- Девушка с вами все в порядке? – услышала она голос женщины пожилого возраста.
- Да… наверное… не бойтесь, все в порядке, - ответила Валя женщине, дрожа буквально как засохший лист, - Господи, господи… господи ежи еси на небеси…
- Девушка, с вами все в порядке? – еще раз спросила женщина, а Валя не ответила ей и резко встрепенувшись, пошла, буквально побежала по улице, не оглядываясь и не озираясь, но читая про себя «отче наш», а потом и «символ веры». Только пробежав примерно километр она успокоилась и остановившись пришла в себя.

Придя в себя и убедившись спустя несколько минут, что оба странных типа ее не преследуют, она промотала в голове то, что видела, пытаясь понять, что именно в этих странных господах ее так напугало.
«Голос, это во-первых… Потом язык… странный язык… похожий на птичий… Не русский и не арабский скорее всего… Что еще? Они разговаривали на своем, а люди вокруг понимали их так как будто они говорят на русском. Но они не говорили по-русски. Их понимали, хотя их язык был непонятен… Еще… еще руки… Страшные руки… как у парализованных или очень старых людей… Еще… что еще было?»
И тут Валя поняла, что первопричиной страха был холод, которым веяло от обоих субъектов.
«Кто они?» - подумала Валя и ей…
Ей вдруг внезапно захотелось вернуться к столбу и продолжить свое наблюдение.
«Они меня видели, они знали, что я за ними наблюдаю… Но они не пошли за мной… почему? Почему?»
Спустя час осторожного движения, с остановками, прижимаясь к столбам и тут же отбегая назад при малейшем движении или резком шуме. Валя возвратилась к баннерному столбу, за которым на другой стороне улицы у ларька она увидела двух таких странных персонажей. Однако странные господа уже куда-то удалились и Валя, не обнаружив их на месте, лукаво ухмыльнулась сама над собой.
«Дурочка, неужели ты думаешь, что они там простоят до страшного суда. Эти благородные джентльмены уже давно ушли куда-то по своим таким важным делам!» - ответила она сама себе.
Действительно странной парочки не наблюдалось совершено. Даже холода от них не чувствовалось.
«А теперь думай. Думай!» - приказала она себе. «Они тебя видели, и они были сильнее тебя. Они вообще видимо не люди, а какие-то неземные твари. Наверное марсиане или зеленые человечки. Только ты смогла их увидеть и разглядеть. Почему? Это первый вопрос! Второй вопрос, почему обладая такой силой и поняв, что ты их вычислила они, не стали тебя преследовать? ТЫ девушка, а не мужик. Ты их слабее, а они намного-намного сильнее. И они не стали тебя преследовать. Почему? Вот этот вопрос даже более важный» - разложила все по полчкам в уме Валя и пошла домой.


Дома она выпила кофе. Напряжение было дикое. Не чувствуя ничего Валерия заперлась в своей комнате, а потом тихо разделась догола. Точнее почти догола, оставив на себе один пуловер. Обхватив голые коленки и положив на них как на подставку подбородок, сидя на диване, Валя думала о Лёне и его пропаже, его наставнике Игоре, разговоре с шатенкой в редакции журнала, а также о двух странных субъектах. Несмотря на то, что с момента знакомства с «благородными джентльменами» прошло уже несколько часов, ее по-прежнему колотило изнутри и пальчики дрожали. В напряжении она начала гладить свою кожу, от груди к животу, потом бедро, колено и голень. Это немножко помогло, но напряжение не рассасывалось. Валерия прижала к себе колени и очень долго гладила сами ступни и подошвы ног, особенно пяточки и пальчики. Потом она сняла свитер и сходила в душ, где простояла под струями теплой воды минут пятнадцать, вздрагивая всякий раз, когда к шуму падающей жидкости добавлялся еще какой-нибудь шорох или звук. Ей стало намного легче. Спустя час, уже за третьей чашечкой кофе Валерия поняла, что знает про них «все», что можно было узнать на текущий момент. Успокоившись и улыбаясь, она выбежала в коридор, прямо голенькая как была и заварила на кухне еще кофе, поискав в серванте шоколад.
«Хорошо, что в доме никого нет, могу ходить, как хочу…» - подумала Валя, и тут раздался звонок!
Валя вздрогнула и подошла к двери. Минуты три она молча смотрела на дверь, пока не раздался еще звонок, потом снова и снова…
- Кто там? – спросила она, боясь заглянуть в глазок.
- Валька, ты? Это я Ирина! – раздалось через дверь.
- Ира… - нежно произнесла Валя.
«А я такое сегодня видела!» - подумала она в наслаждении и поразмыслила:
«Расскажу ей все, как было, от начала и до конца, совершенно все, начиная от разговора с секретаршей в редакции».

- И они не пошли за тобой? – спросила Ира, спустя четверть часа, уже выслушав всю историю.
- И это самое странное, - ответила ей Валя и улыбнувшись, спросила, - ничего, что я сижу почти голая?
Валерия сидела в своем любимом пуловере и в трусиках, обхватив коленки, тем самым интригуя Ирину сделать ее портрет в стиле Мунка.
- Ерунда! – отмахнулась Ира, - я тебя десятки раз видела голой, ты меня видела. Чушь все! Эти двое… значит ты их раньше никогда не встречала, и знать не знаешь кто они?
- Верно! Верно как еще и другое. Они обладают какой-то странной силой и эта сила не от мира сего. Я это почувствовала. Эта сила как будто из самого… не знаю… Они точно не наши.
- «Нерусь»?
Валя опешила от такого предположения и посмотрела на свою подругу крайне удивленно.
- Ира, какая тут «русь-нерусь», они не арабы, и не персы, и не американцы и… Я не знаю какой они национальности, но совершенно точно не «наши». В смысле не живые нормальные люди.
- Черти что ли?
- Наверное. Такое определение вполне могло бы им подойти. Черти, но живые, настоящие.
- А может, они как-то связаны с космосом? - предположила бывшая кришнаитка Ирина.
- Скорее с чем-то противоположным, - улыбнувшись, ответила Валерия, а потом внезапно ляпнула:
- Интересно, а чего они бояться? Их можно убить или ранить?
- Что?! – вздрогнула Ирина, - ну ты даешь подруга! Ты серьезно о таком думаешь?!
Валя немножко подрожала рукой и чашкой кофе в ней…
- Да, серьезно! Очень серьезно, - ответила она спустя пару секунд, - Хотя месяц назад я ни за что бы не поверила, что буду думать о таком.
Ирина задумалась.
- Ну не знаю… Нет Валечка, лучше не думай о таких вещах! В конце концов, ты баба, а не мужик. Слабая женщина. Пусть мужики с ними разбираются. Убийство это такой страшный грех… Хотя… если все что ты рассказала правда, то… А зачем тебе их убивать? Что они тебе плохого сделали?
- Я твердо уверена, что они как-то связаны с исчезновением Лёни и Игоря Кобылина. Каким образом я не знаю… Просто интуиция.
«Интересно она мне хоть сколько-то верит или решила, что у меня обострение» - подумала Валя.
- А Лёньку ты уже месяц как не видела? – спросила Ира.
- Месяц и три дня, - ответила Валя и задумавшись, пригубила полностью остывший кофе, - а иногда мне кажется, что больше. Как будто год с ним не виделась. Даже не представляла раньше, что так буду скучать.
- У вас хоть было что-то?
- Нет… не было, не успели… как раз планировали на следующий день после кино.
- Ну, он хоть успел на тебя посмотреть, - усмехнулась Ира.
- Я тоже успела, - улыбнулась в ответ Валя, - он кстати очень красивый мальчик. Очень нежный и очень воспитанный.
Она представила себе Рахматуллина в тот день, когда они были вместе, и снова прочувствовала этот волшебный вечер: его дыхание, собственную тихую панику, потом его нежность, его полную наготу, его недоумение оттого, что Валя так долго сопротивляется его ласкам, его прикосновения к себе, теплые ладони на коже... У Вали закружилась тихо голова от наслаждений… и тут кувалдой в сознание внезапно ворвались Толстый и Худой с остановки и бешено-злобный вопль Толстого: «Шемшарахам шуха!»
Валерия вздрогнула и пришла в себя.
- Ты не хочешь обратиться в полицию? – спросила ее Ирина.
- Ирочка, я думаю, думаю, над этим. У меня пока нет ничего, для того что бы прийти в отделение. Просто мои предположения и догадки. Но на догадках не выстроить доказательство. Нужны факты, а их нет.
- Ты звонила родителям Лёни?
- Какой в этом смысл? Он не живет с ним уже лет десять. Он взрослый и самостоятельный мальчик.
- А все же? Родителям всегда нужно позвонить! - урезонила ее Ирина, - папа с мамой всегда знают, где их ребенок. Я бы все морги обзвонила и все больницы. А милицию вообще бы заставила землю грызть. Брата бандита подняла бы на уши…
Валя задумалась и кивнула.
- Да я позвоню… Непременно позвоню. Еще схожу в гости к этой еврейке.

Звонок к родителям Леонида ничего не дал. Ни мама Лёни, ни его отец ничего сами не знали и уже давно подали заявление в милицию. Они давно уже обзвонили всех друзей Лёни и всех своих собственных знакомых. Результат – ноль!
- Понятно! – поняла все Валя, - спасибо Валентина Георгиевна.
А спустя секунду она задумалась:
- Странно, они позвонили всем, но… забыли про меня?

На следующий день Валя полчаса провела на улице, пытаясь решиться войти в редакцию «Вестника», потом наконец решилась. К счастью ей повезло дважды: глупой шатенки не оказалось на месте, зато была ИО гл. редактора.
«Сказочное везение!» - прожурчала про себя Валерия.
- Здравствуйте… – сказала она робко вслух, переступив порог, - можно?
Наталья Евсеевна сидела, чистая какой-то альманах, скрестив ногу на ногу, и мрачно курила какие-то довольно крепкие сигареты, периодически смахивая пепел в продолговатую стеклянную и жутко загаженную пеплом пепельницу.
- Здорово… - протяженно пропела она, не обращая внимания на вошедшую девушку.
- К вам можно? – робко почти неслышно спросила Валя.
Фальцман и ухом не повела, продолжая оставаться в прежней позе.
- Я хочу спросить про Рахматуллина!
Еврейка дернулась как от удара током. Крякнула и бросив альманах вздернула лицо в сторону Вали.
- Ты кто такая? Зачем пришла? – напряженно спросила Фальцман.
- Я Валя, Валерия Авербах. Мои стихи были в вашем сборнике. «Помни смерть» и еще несколько. Примерно три месяца назад.
- Чет-то помню… - вяло и презрительно протянула ИО-главред, - что тебе надо? Пришла за гонораром?
- Нет, я хочу узнать, что случилось с Леней и Игорем… Анатольевичем Кобылиным.
Фальцман секунд пять о чем-то думала, а потом резко спросила:
- А тебе какое дело до этого? Ты из милиции, ФСБ, ГРУ или пресса?
- Я… родственница, - ответила Валя.
Фальцман крякнула о неожиданности.
- Да, родственница, невеста Рахматуллина. Он мой жених, мы собирались пожениться примерно через пару недель, но он куда-то пропал.
- Понятно… - подавленно произнесла Фальцман, и крепко затянувшись, резким движением гибкой и сухой руки предложила Вале сесть.
- Садись! Но… скажу честно… я тут не причем, если ты на меня подумала. Я их не похищала, в зиндан не сажала, требований не выдвигала!
- Я и не думала об этом.
- Тогда что ты хочешь узнать?
- Я хочу узнать, когда исчез Леонид?
- Тогда же когда и Кобылин. В один день пропали… - еврейка махнула рукой и снова принялась читать альманах.
- Они ничего не оставляли и ничего не написали?
- Где писали, что писали? – встрепенулась Фальцман.
- Записки, предупреждения, сообщения или письма?
Фальцман уверенно помотала головой.
- Нет, ни тот ни другой. Игорешка, я думала сначала, забухал, с ним это бывает. Он кодированный, ему даже рюмки нельзя. Может швырнуть за воротник и вжиххх!! Поминай как звали. Месяц может не появляться… А вот Леня… Тут я пас… Что случилось с юношей… Даже в уме предположить не могу. Как канул в лету. И ведь не пил, ни курил, ни кололся… никаких вредных привычек. Даже девушки… считай тебя не было… Исчез… Пропал без следа как в романе. В последний миг, забыв про все…
- Вы не обращались в милицию?
- Что?! – Фальцман едва не спрыгнула со стула.
- Если нет, то почему? Ведь времени прошло достаточно?
- А зачем? Зачем мне тревожить важных и ответственных людей. Нашу полицию… Они нас охраняют. Они заняты серьезными делами, а тут кодированный алкоголик и юных лет прекрасный прынссс... Они даже заявление не примут, если только мы не родные или близкие. Вот ты родная? Говоришь невеста? Вот и займись этим! А я Игорешку знаю! У него таки истории раз в год по два раза как минимум. Улетает… - Фальцман взмахнула руками, - в «никуда»!
Валя задумалась и спросила еще.
- А вы никого не видели с ними?
- Что?! Кого?
Валя задумалась, и поскольку других вариантов больше не было… была не была!
- Толстого и худого?! – бросила она.
Фальцман смотрела на Валю как на змею или врага, примерно с минуту, а потом четко и безальтернативно произнесла:
- Ааа… А знаешь что… Пошла отсюда вон со своими допросами! Иди к черту!
- Значит, они были здесь?! – уверено и даже радостно произнесла Валя.
- Нет, не было! Ни толстых, ни худых… только пара дурочек, таких как ты, залетало и все. Никого не было больше! – ответила Фальцман, закончив разговор.

Спустя пять минут Валя уже шла по улице и улыбаясь думала о многом и многом. Во-первых Фальцман видела «демиургов», как про себя окрестила Толстого и Худого Валя, и демиурги однозначно были связаны с исчезновением обоих редакторов. Во-вторых Фальцман не на шутку напугана, точнее напугана почти до смерти, так что даже простой намек на поиск обоих пропавших без вести вызывает у нее ступор и панику, и теперь старая еврейка даже под пыткой будет держать язык за зубами. Ну в принципе им не сложно было это сделать.
Но что это нам дает?
И тут снова наступает «рекламная пауза».
Первое: зачем демонам нужны два литератора, старый и молодой? Какой смысл их похищать?
Второе: как найти этих демонов и связаться с ними?
Третье: если все это правда, то как убедить демиургов отдать похищенных людей?
Последний вопрос потонул за горизонтом безнадеги. Анализируя то что увидела и сопоставляя все вместе Валя поняла очевидное: «благородные джентльмены», скорее всего физически неуязвимы, и вряд ли их чем-то можно напугать. Они не будут рефлектировать на просьбы или слезы. Деньги их также вряд ли заинтересуют. Тогда как спасти Лёню и Игоря?
И тут Валя задумалась над тем, почему демоны не пошли за ней, хотя четко поняли, что она их вычислила?
А как тогда снова вычислить и найти их? Валя начала анализировать этот вопрос и пришла к выводу, что нужен подобие локатора. Ей нужен какой-то прибор, чтобы искать демонов. А стало быть…
Валя взяла трубку и стала набирать номер Ирины.
- Ира, мы должны снова встретиться. Я только что разговаривала с Фальцман и она тоже видела «их», как и я. Мне нужна твоя помощь, - прошептала Валя в трубку, - и еще… Фальцман напугана так, словно видела чертей наяву. Она невероятно напугана. Просто невероятно.
- Оно и понятно… - потянула с той стороны трубки Ирина, - у меня есть знакомый, который общается с мистиками. Я сама общалась с ним по скайпу и узнала много интересного. Он правда до кучи еще и «фашист», но это не страшно. Черный копатель. У него много-много, всего-всего.
- Он нам поможет?
- За деньги, все что угодно! Родную мать продаст.
- Это и опасно! – ответила Валя, - если он такой и хотя бы раз увидел демиургов, то не скажет нам ничего и не даст.
- Ну думай сама, мое дело предложить…
- Я согласна!
Договорились на понедельник, вечер, примерно шесть часов.

Прежде чем встретится с «фашистом» Валя решила зайти к родителям Леонида. Мать Лёнечки была подавлена и вежливо предложила Вале сесть.
- Мы не видели его уже месяц и целую неделю. Скоро будет дней сорок. Он нам не звонил. Его телефон заблокирован. Всех друзей, кого хоть знали… всех обзвонили и всех поспрашивали…
- А милиция?
- Милиция нам сказала… что дело взяло ФСБ и в их ответственности теперь нет ничего…
- ФСБ?! – удивлению Вали не было предела.
- Да ФСБ, из Кремля выслали команду, и теперь она работает в городе. Сообщили, что будут держать нас в курсе.
Валя едва не проболталась про «демиургов», но тут же взяла себя в руки и четко, что эту информацию она даст только и лично кому-нибудь в самом ФСБ, но не раньше. Она тут же задумалась на счет того, сможет ли составить фотопортрет «демиургов» и радостно поняла что сможет.
Валентина Георгиевна тем временем налила Вале кофе.
- Пей девочка, пей. Нам сейчас нужно собраться силами… Пей пожалуйста.
Валя взяла кофе и улыбаясь пригубила его…
… тут же фыркнув выплюнула…
- Фууррр! Боже мой, что это??
- Кофе, - удивленно произнесла мать Леонида.
Валя задумалась и посмотрела в чашку… Там было не кофе а виски… со льдом.
- Извините, пожалуйста, - произнесла Валя и решительно стала собираться на выход.
- Что с тобой? – удивленно спросила Валентина Георгиевна.
- Ничего, все в порядке! Хорошее кофе.
- Тебе не следует его искать, - добавила мать Леонида, - и к «фашисту» моя девочка также не обращайся.
- ЧТО???
- Милая любительница позировать голышом… - взгляд Валентины Георгиевны остекленел, - твой Лёнечка в «Психокубе».

Валя не помнила, как вернулась домой.

продолжение: https://www.chitalnya.ru/work/2001885/





Рейтинг работы: 5
Количество рецензий: 1
Количество сообщений: 1
Количество просмотров: 120
© 17.06.2017 Лев Вишня
Свидетельство о публикации: izba-2017-2001881

Метки: демиурги, страх, параноя, нагота.,
Рубрика произведения: Проза -> Остросюжетная литература


Петр Трапезников       01.07.2017   10:53:57
Отзыв:   положительный
Лев!
Это тоже интересный рассказ. Понял, что это продолжение "Поэзия голышом", когда Леонид исчез. Так ли?
Кстати там есть ошибка в этом предложении - Я да им свою энергию. Недопечатка буквы Ю.
Да и меня смутило, что: то Валерия, то Валя. Это же разные имена?
Лев Вишня       01.07.2017   19:12:57

Да, Петр, это точно после того как Леонид исчез.

опечатку исправлю (они вполне могут быть - это пока черновики)

А то что Валерия именно "Валя", а не "Лера" - это элемент сюжета.
(см. "Сон Валерии Авербах" и сегодня дам еще "Девочка в зеркале")

ЗЫ: в лице Валерии Ведущие столкнутся просто с невероятным противником.
противостояние Ведущих и Валерии это вторая боковая линия всего романа.

с уважением,

Лев
















1