Ты зажигаешь на небе звёзды


Ты зажигаешь на небе звёзды
Валера:

Наверное, эта дорога – единственное место в городе, которое я люблю. Днём она ничем не примечательна, такая, каких сотни.

Вечером всё меняется. На город опускается темнота, и дорога сразу становится таинственной и опасной. Забавно наблюдать, как зашуганные ботаники пытаются чуть ли не бегом преодолеть тот путь, на который я всегда выхожу с улыбкой.

За этим пареньком в странном бежевом плаще я наблюдаю уже довольно давно. На вид он стандартный ботаник, но есть что-то такое, что тянет, как магнит. При каждом взгляде на него в мозг врываются яркие образы, штаны тут же становятся тесными, и мне иногда кажется, что я даже слышу его стоны под собой. С этим пора заканчивать. Как и все остальные, он не идёт по дороге – бежит. Но от Валеры Русика не убежать.

- Эй, малыш, куда спешим?

Серьёзно, малыш? Что дёрнуло меня сказать именно так? Он застывает на месте, как вкопанный, хотя по всем законам человеческой логики уже должен бежать без оглядки. Я подхожу ближе.

- Ты не ответил! – Голос предательски хрипит, а от боли в штанах хочется лезть на стену.

- Я… я домой. – Его голос сильно дрожит. Ему страшно, и это заводит.

- Домой. – Все так говорят. Всем нужно домой, всех ждут. А меня никто не ждёт. И лишь здесь я могу играть по своим правилам. – Какой примерный мальчик. Прости, милашка, не получится домой.

Я хватаю его за руку и тащу в свой заброшенный дом. Когда-то я был тут счастлив. Буду счастлив и сейчас. Парень покорно бредёт следом, даже не пытаясь вырываться. Ну что ж, это к лучшему.

- Как тебя зовут? – Вопрос слетает сам собой, как только мы заходим внутрь. Почему я спросил его? Обычно мне никогда нет дела до имени своей жертвы. Сколько уже их побывало тут.

- Дэн…Денис. – О, этот запинающийся тон. Ничего, скоро этот скромный ротик будет вытворять такое, что сам себе позавидуешь.

- Необычное имя. Хороший сегодня улов у Валеры Русика. – Я произнёс это вслух? Идиот! Почему этот мальчишка так на меня влияет?

Вдруг меня охватывает ослепляющая злость.

- Повернись! – Штаны невыносимо давят, и я опускаю руку к замку. Дэн поворачивается. У него довольно смазливая мордашка. Чёрт, я снова это вслух сказал? Твою мать! – На колени!

Его покорность будоражит меня. Член давно стоит колом, требуя внимания, а передо мной на коленях очередной святоша с диким страхом в глазах. Я подхожу ближе.

- Соси! – Нет, милашка, номер не пройдёт. Сзади стена, и тебе некуда бежать. – Соси, кому сказал!

Он всё ещё сопротивляется. Не долго думая я наклоняюсь вниз и хватаю его за горло. Да, вот оно, рефлекс сработал. Его открытый рот слишком развратен, чтобы я мог сдерживаться ещё хоть секунду.

Когда его губы смыкаются на моей плоти, тело как будто прошибает электрический ток. Колени подкашиваются, и я опираюсь свободной рукой о стену, лишь бы не упасть. Так влажно и так горячо. Второй рукой я держу его голову, направляя движения, с каждым разом вбиваясь всё глубже. Дэн пыхтит подо мной, я чувствую, что ему противно и неудобно, но мне плевать. Голова гудит, я ничего не соображаю, ощущая лишь дикое возбуждение. Все краски сливаются воедино, и тут я резко отстраняюсь.

- Снимай штаны! – Хочу большего, прямо сейчас! Дэн пытается мне что-то бормотать, но в своём запале я лишь наотмашь бью его по лицу и рычу. - Снимай! Хуже будет, если это сделаю я.

Видимо, угроза на него подействовала. Дрожащими руками он снимает свои джинсы, я же, не в силах больше ждать, опускаюсь к нему и срываю трусы вслед за штанами. Моему взору открывается его член, красивый и…возбуждённый? Какого хрена тебе нравится? Ты должен молить меня прекратить!

Новая вспышка ярости – и я толкаю его вниз. Долбанный плащ! Хочется войти прямо сейчас, сильно, резко, но понимаю, что это будет слишком. Поэтому я лишь впечатываюсь в его задницу и подношу свою руку ко рту. Когда его язык касается моих пальцев, хочется с силой сжать их, оставить ощущение дольше. Но вот я уже с силой вставляю сразу два пальца в его отверстие. Какой же он тугой! Ему больно, но он лишь стискивает зубы, не издавая ни одного звука. Нет, Дэн, ты будешь стонать и кричать, будешь! Я яростно двигаю пальцами внутри него. Собственный член уже просто сходит с ума. И вдруг я чувствую робкое движение навстречу моей руке…

Сильный толчок, и я кусаю губы в кровь, лишь бы не кончить прямо сейчас. А этот маленький подонок всё молчит. Я заставлю тебя, заставлю! Хватит сопротивляться мне! Дэн тем временем тянется к своему члену…

- Нет! Не смей!

Падаю на него, прижимая руки к полу. Ты не кончишь раньше меня, Дениска, ты вообще не кончишь! Твоя роль – подчинение!

И вот с его губ слетает первый стон, и он выгибается мне навстречу. Кажется, я тоже простонал в ответ. Перед глазами темнота, слух улавливает лишь стоны, и весь мир сконцентрировался для меня вокруг единственной маленькой задницы, которая так развратно подаётся навстречу. Мой темп всё ускорялся, мышцы сводило, мне оставалось совсем чуть-чуть до разрядки. И вот я задел его простату, сорвав протяжный крик. Этот крик стал контрольным выстрелом для меня. В голове всё смешалось, и я, толкнувшись последний раз, излился в Дениса с громким стоном, после чего откинулся назад.

Я видел, как он упал на пол, видел, как сразу схватил свой член и кончил с моим именем на губах. Признаться честно, это было самое завораживающее зрелище в моей жизни. Ещё ни одна жертва не вызывала у меня столько эмоций.

Собрав все силы, я поднялся, натянул обратно свою одежду и вышел вон. Всегда нужно убраться до того, как жертва придёт в себя.

Свежий воздух вернул способность думать, и моё сознание пронзила ясная, как день мысль – мы ещё не раз встретимся с Денисом на этой дороге.

Денис:

Снова эта пустынная дорога. Она всегда пугает меня, хоть я и хожу этим маршрутом каждый день. Вечером на ней становится невыносимо. Вокруг лишь темнота, и все потаённые страхи выползают наружу, заставляя голову разрываться на части, а ноги двигаться, как можно быстрее! Вдруг именно сегодня здесь окажется какой-нибудь маньяк-педофил или убийца? Домой, скорее домой!

Но как только я переступаю порог, моё настроение резко меняется. Поднимаюсь к себе в комнату, закрываю дверь на ключ.

Привычным жестом расстёгиваю ширинку, выпуская наружу свой возбуждённый член. И тут же услужливое подсознание подкидывает мне поражающие своей яркостью картинки. Вот я стою, прижатый к обшарпанной стене сильным телом, ощущая уткнувшееся в меня чужое возбуждение.

А вот я уже на коленях развратно выгибаю спину, пока неизвестный мне человек с упоением трахает меня в задницу. Рука уже давно обхватила член. Движения резкие, быстрые, грубые. Ещё чуть-чуть – и мир снова на несколько секунд превратится в одну большую вспышку ощущений.

Но сегодня я зашёл дальше обычного. В порыве страсти я завожу свободную руку себе за спину и резко проталкиваю палец в своё отверстие. Ощущения не приятные, но это заводит меня только сильнее. Движение, ещё одно, ещё – и вот я задеваю какую-то точку внутри себя, что в голову резко бьют тысячи несуществующих звуков, моё тело вздрагивает, с губ срывается стон – и я изливаюсь себе в руку, падая на кровать.

Засыпая, я в который раз пытаюсь осмыслить происходящее, но так и не найдя ответов на свои вопросы, проваливаюсь в темноту.

Сегодняшний день начался так же, как и все остальные. Дорога в школу (почему-то утром она не кажется такой зловещей), уроки, одноклассники, преподаватели. Выпускной класс – для кого-то раздолье, а для кого-то время тотальной зубрёжки. Я каким-то образом балансировал где-то посредине.

И вот снова вечер, снова та дорога домой. Только сегодня желание побыстрее убраться отсюда достигло своего апогея.

- Эй, малыш, куда спешим?

Душа моментально рухнула в пятки. Вот и всё. Мозг в панике сигналит: «Беги!» - но ноги не слушаются, словно онемели. На плечо ложится тяжёлая рука.

- Ты не ответил! – Голос низкий, грубый и властный, такой, что сразу мурашки по телу.

- Я… я домой. – Мозг затуманен, язык еле слушается, а вот моё тело реагирует на всё происходящее вопреки всякому здравому смыслу. Боль в районе ширинки всё нарастает.

- Домой. – Неизвестный мужчина злобно смеётся. – Какой примерный мальчик. Прости, милашка, не получится домой.

И вот он уже тащит меня в какое-то заброшенное здание чуть в стороне от дороги. Я не в силах сопротивляться покорно бреду следом. Резко становится холодно, промозглая погода поздней осени давит на виски.

- Как тебя зовут? – Вот мы уже внутри. Не видно ничего, кроме обшарпанных стен, и в воздухе витает сырость.

- Дэн… Денис. – Запинаясь, отвечаю я, понимая, что спорить в моей ситуации просто бесполезно.

- Необычное имя. – Мужчина ухмыляется. – Хороший сегодня улов у Валеры Русика.

Значит, Валера. Русик. Что же у тебя на уме? Словно в ответ на мои мысли, снова раздаётся голос.

- Повернись! – Я на автомате поворачиваюсь и вижу перед собой довольно красивого мужчину, насколько можно судить по смутным очертаниям, который уже расстёгивает ширинку. – А у тебя довольно смазливая мордашка. Так даже лучше. На колени!

Я невольно подчиняюсь, опускаясь на холодную землю. Валера тем временем уже стянул свои джинсы и трусы, открывая моему взору своё достоинство. Он подходит ближе.

- Соси! – Я подаюсь назад и с ужасом понимаю, что нахожусь в опасной близости от стены, и капитулировать просто некуда. – Соси, кому сказал!

Он наклоняется и хватает меня за горло. На рефлексе я открываю рот в поисках воздуха, но вместо него получаю чужую плоть.

Рука перемещается на мой затылок. Голова гудит, челюсть сводит, а во рту двигается его член. Сам Валера стоит, опёршись свободной рукой о стену позади меня. Низ моего живота давит с нестерпимой силой, начинает не хватать воздуха, и я пытаюсь отстраниться. Но Валера крепко держит мою голову, заставляя и дальше ощущать этот неприятный вкус, и вбивается с каждым разом всё глубже и глубже, вызывая у меня рвотные позывы. В какой-то момент он заходит так далеко, что мой нос упирается в его пах. И вдруг он отстраняется.

- Снимай штаны! – Я пытаюсь молить о пощаде, но получаю лишь удар по лицу. – Снимай! Хуже будет, если это сделаю я.

Руки не слушаются, и только раза с пятого мне удаётся расстегнуть ремень и стянуть штаны до колен. Валера опускается ниже и рывком отправляет мои трусы туда же.

- О, да кто-то возбуждён не меньше моего!

Он хватает меня за плечи и резко поворачивает на сто восемьдесят градусов, толкая в спину. От неожиданности я падаю вперёд, больно ударяясь локтями и благодаря маму за то, что заставила носить этот так раньше нелюбимый мной плащ, который теперь хоть ненадолго скрывал меня от этого безумца. Однако это не продлилось долго. Плащ был резко задран вверх, оголяя мою пятую точку. От устрашающего предвкушения мой член стал болеть ещё сильнее, требуя моментальной разрядки. Но у Валеры были другие планы.

Я почувствовал, как его член лёг меж ягодиц, и стиснул зубы. Валера навис надо мной, одной рукой упираясь в пол, а вторую поднося к моему рту. На каком-то непонятном рефлексе я облизал его пальцы.

- Умный мальчик, быстро соображаешь!

Секунда – и я ощутил дикую боль. Валера сразу вставил два пальца, и я сильнее стиснул зубы, чтобы не закричать. Нет, не доставлю я тебе такого удовольствия. Валера продолжал остервенело растягивать меня, и болезненные ощущения стали уходить, сменяясь приятными. Я неосознанно подался навстречу.

Пустота, мгновение – и новая вспышка боли. Валера не стал ждать, пока я привыкну. Он просто яростно вбивался в меня всё глубже и глубже, наслаждаясь только своими ощущениями. Я кусал губы и язык в кровь, царапал пол. Лишь бы не кричать, лишь бы не кричать. Тело дико болело, собственный член ныл, и я потянулся к нему рукой.

- Нет! Не смей!

Руки Валеры легли на мои, удерживая их на полу. Теперь он просто лежал на мне, и я удивлялся, как ещё не рухнул вниз. Боль тем временем уходила, и я снова подался навстречу. С губ слетел первый стон.

Мне показалось, что Валера застонал в ответ. Его ритм всё ускорялся, и в моей голове не осталось ничего, кроме болезненного шума. Я уже не пытался сдерживаться, лишь насаживался на Валеру и стонал, как последняя сучка. Боль ушла совсем. И вот, наконец, Валера задел ту самую точку. В моих глазах помутнело, и я закричал.

Валера последний раз толкнулся в меня, издавая громкий стон, и моё тело наполнилось горячей вязкой жидкостью. А потом я почувствовал пустоту. Валера вышел из меня, отпуская руки, и я, потеряв равновесие, упал на холодный пол. Мой член уже готов был взорваться, и хватило одного прикосновения, чтобы я кончил с именем своего насильника на губах. Какой стыд.

Придя в себя, я огляделся. Валеры в здании уже не было. С трудом поднявшись, я натянул обратно трусы и джинсы и снова упал на землю, дёргаясь в истерике. Только что сбылся мой самый худший кошмар и самое сильное извращённое желание, и я абсолютно не представлял, как теперь жить дальше.

Лишь одну вещь я знал точно – мой маршрут до школы и обратно останется неизменным.

Вокруг темнота и сырость, но чувства страха или холода нет и в помине. Наоборот, по всем телу разливается приятное тепло.

Колени уже болят, ведь я слишком долго стою на них, но сильные руки обнимают меня, держат, не позволяя упасть, и я теряю связь с реальностью. Есть только эти руки, наполняющие пространство стоны и резкие грубые толчки. Крик, и внутри меня разливается горячая жидкость…

Я резко подскочил на кровати. Трясущееся, покрытое каплями пота тело и возбуждённый член – именно так начинается моё утро уже две недели. А всё из-за этого сна.

Как добирался домой после того вечера, я помню плохо. Помню, что вошёл в дом и, отмахнувшись от родителей, поднялся к себе и сразу же вырубился. Хорошо, что следующим днём была суббота, и можно было выспаться в своё удовольствие. Я как будто знал, что это последняя возможность.

А потом начались эти сны. Вернее, один сон, преследовавший меня каждую ночь. Я никогда не видел лица мужчины, но точно знал, что это Валера. И, если честно, меня очень пугала эта уверенность.

Тем не менее, каждый день, когда я возвращался из школы, в душе почему-то теплилось какое-то подобие надежды, что я увижу его снова. И я уже не бежал по этой дороге, как раньше, а спокойно шёл, разглядывая всё вокруг. Особое внимание я всегда уделял тому самому дому. Иногда даже казалось, что я смогу безошибочно рассказать каждую его деталь. Это был когда-то, я уверен, красивый, большой дом, который теперь стоял разрушенный, почти полностью обгоревший. Почему Валера притащил меня именно сюда? Ведь на этой дороге есть куда более скрытые здания.

Эта пятница прошла так же, как и все остальные. Я снова шёл домой, ничего не замечая за своими мыслями. Но около этого заброшенного дома моё сердце бешено застучало: я услышал за своей спиной тяжёлые шаги.

- Дениска. – Низкий, грубоватый голос, слова нараспев и с издёвкой. – Неужели мой урок тебя ничему не научил?

Я повернулся. Ну, конечно, Валера. Сердце рухнуло вниз, заставляя ноги онеметь, а вот другой орган тут же подскочил вверх, будь он неладен. Я так и остался стоять, разглядывая своего насильника.

- Молчишь? Правильно, кричать всё равно бесполезно. – Валера криво усмехнулся. – Ты сам дойдёшь или тебя дотащить? Пошёл!

Мне ничего не оставалось, как покорно повернуться к дому и сделать шаг в его сторону. Валера удовлетворённо хмыкнул и толкнул меня в плечо, заставляя идти быстрее.

Знакомые стены, знакомый пол. И знакомый запах сырости. Как только мы вошли, Валера с силой пихнул меня вниз, и я упал, больно ударившись локтями. С губ сорвался вскрик, но я тут же ощутил на них чужую ладонь.

- Заткнись, неженка! Кричать будешь, когда я этого захочу.

Заставив меня встать раком, Валера закинул полы моего плаща вверх и просунул руку между ног, хватая меня за член. Я с силой прикусил язык, чтобы снова не закричать. А вот Валера явно был доволен.

- О, да ты самая покорная шлюшка из тех, кого мне приходилось тут трахать. – Я спиной чувствовал, что у Валеры на губах сейчас хищный оскал. – И мне это нравится. Обожаю, когда меня хотят.

Валера рванул молнию моих брюк и стянул их вместе с трусами вниз. Резкое прикосновение холодного воздуха возбудило меня ещё больше. Я услышал бряцанье ремня, и спустя несколько секунд почувствовал на своих ягодицах холодную массу. Затем одна рука снова зажала мне рот, а вторая подхватила тело. И вдруг резкая вспышка боли.

Валера вошёл в меня сразу, без подготовки. От болезненных ощущений хотелось выть, но рука сдавливала мой рот, и получалось лишь мычание. А Валера уже со всей силой вдалбливался в меня, абсолютно не замечая ничего вокруг. Мне казалось, что мою задницу порвали на тысячу кусочков. По лицу уже текли слёзы, и я дёргался всем телом от каждого нового толчка. В очередном приступе боли я укусил Валеру за руку…

Глоток свежего воздуха, пустота – и сильный шлепок по моей заднице. От неожиданности я потерял равновесие и рухнул на пол, сжимаясь в комочек. Но сильные руки снова подняли меня и поставили в знакомую позу.

- Ещё хоть раз укусишь, тварь, и тебе не поздоровится! А теперь стони, сучка, я хочу это слышать!

Он снова вошёл в меня, сразу задевая простату, и я, как ни пытался, не смог сдержать стона. Тысячи звёзд взорвались в моей голове, и я неосознанно выгнулся навстречу. Валера больше не затыкал мне рот, а обеими руками поддерживал тело, впиваясь так, что оставались синяки. Его движения становились всё резче и быстрее, и я услышал первый стон, сорвавшийся с его губ.

Внутри меня, как будто щёлкнул переключатель, и в голову ворвался ночной кошмар. Стоны и крики заполнили окружающее пространство, я отключился и уже не соображал, где реальность, а где мои воспоминания. Я чувствовал только горячий член, двигающийся внутри меня и прицельно бьющий в одну точку. И вот он задрожал внутри меня, и я ощутил горячую струю…

Опомнившись, я огляделся вокруг. Валеры, как будто и не было здесь, а я валялся на холодном полу со спущенными брюками, запачканными вытекающей спермой. Я попытался подняться, но ощутил боль в паху. Мой член так и не получил разрядки.

Обхватив его рукой, я снова вспомнил свой сон и с криком кончил, откидываясь на спину. Через несколько минут по телу пошла дрожь, я кое-как поднялся, дрожащими руками натянул одежду и побрёл в сторону своего дома.

Поднявшись к себе в комнату, я рухнул на кровать и уже собирался заснуть, как в голове всплыла фраза Валеры, в первый момент почему-то ускользнувшая от моего внимания. «Ты самая покорная шлюшка из тех, кого мне приходилось тут трахать» - так значит, я не один такой? Почему-то сердце больно кольнуло от этой мысли. Почему же нигде не всплывала никакая информация о жертвах? И куда смотрит полиция? В этом всём нужно разобраться! С этими мыслями я всё-таки провалился в царство Морфея.

За следующие полтора месяца сон не приснился мне ни разу. В какой-то степени, я был рад этому, но что-то было не так. Я всё так же возвращался из школы с непонятной надеждой, но след Валеры пропал. Как будто его и не было тут.

Зато в моей жизни произошли изменения. Никогда особо не интересующийся спортом, я записался в спортзал, и за полтора месяца добился неплохих результатов. Причиной этому было то, как покорно я смог два раза позволить Валере делать со мной всё, что он захочет. Почему-то я понял, что в следующую встречу, которая когда-то да произойдёт, в чём я не сомневался, я должен дать ему отпор. А ещё я стал каждый вечер немного дольше задерживаться на дороге и следить за одинокими ботаниками в надежде увидеть Русика.

Также я попытался найти хоть какую-то информацию о ранних жертвах, но мои попытки оказались тщетными. Видимо, все настолько его боялись, что никто никому ничего не рассказывал. Иногда меня пугало то упорство и желание снова встретиться с человеком, который, по сути, меня унизил и морально разбил, но почему-то я всегда тут же откидывал всё это куда подальше.

Наверное, я какой-то извращенец.

И вот, возвращаясь очередным вечером пятницы домой (какой-то роковой день для меня), я заметил недалеко от заброшенного дома два силуэта. Один из них я узнал сразу. Валера. А вот вторым силуэтом оказался какой-то хилый мальчик, пытающийся вырваться из цепких лап Русика. Я застыл, как вкопанный. Не понимая, что мне делать, я просто стоял и наблюдал, как Валера бьёт его один раз, второй, и потом хватает за руку и тащит в сторону того самого дома.

Во мне вдруг проснулась непонятная ярость. Не задумываясь, я сорвался с места.

Я преодолел разделявшее нас расстояние за несколько секунд и с силой отпихнул Валеру в сторону. Парнишка тут же воспользовался замешательством Русика и побежал прочь, а на меня обернулись бешено горящие глаза, взгляд которых сейчас прожигал насквозь.

- Ты какого хуя тут делаешь? – Казалось, мои барабанные перепонки сейчас взорвутся. – Шлюха ты мелкая, какого хрена?

В какую-то секунду я подумал, что слишком переоценил свои возможности, и уже подумывал сбежать, как Валера, так и не дождавшись ответа, схватил меня за плечи.

- Я тебя спрашиваю! – Прошипел он мне прямо в лицо. – С какого хрена ты влез в мои дела?

- Этот парень не заслуживал того, что ты с ним делал! – Спокойный, ровный, безэмоциональный тон. Я играл с огнём – напускное спокойствие всегда бесит людей больше всего.

- Да кто ты такой, чтобы решать? – Валера был в опасной близости от моего лица, и от него несло алкоголем.

- Я – Денис Садов. Только и всего. – А вот это я зря сказал.

Озверевший Валера схватил меня за локоть и потащил в дом. Повсюду возвышались сугробы, и он то и дело спотыкался о них, но упорно продолжал свои действия. А я покорно брел следом, ну, как сказать покорно… покорно для Валеры. Я знал, что скоро всё изменится. В этот вечер мы будем играть по моим правилам.

Войдя в дом, Валера тотчас вжал меня в стену, и я больно ударился щекой, царапая её до крови. Стена была жутко холодной, но я терпел, выжидая момент. Валера позади меня уже стянул свои джинсы, и теперь его руки легли мне на бёдра, толкая ещё ближе к стене. И вот он расстегнул мой ремень…

Я резко повернулся к нему лицом и отпихнул, самостоятельно выдёргивая ремень из штанов. На лице Валеры отразилось непонимание и…испуг? Нет, наверное, мне показалось. Не теряя ни секунды, я повернул его к себе спиной и скрутил руки, затягивая на них свой ремень в тугой узел. Да, занятия в спортзале не прошли даром. Придерживая руки, я со всей силы саданул Валеру по ногам, и он рухнул на колени, шипя от удара. Я опустился следом и, не давая ему опомниться, впечатал щекой в пол. Идеально.

Валера, видимо, только сейчас в полной мере ощутил всю «прелесть» своего положения и начал кричать, яростно вырываясь, однако я крепко держал его плечи, заставляя подчиниться мне. Через минут пять он прекратил дёргаться, и я удовлетворённо наклонился к его уху.

- Сегодня мы играем по моим правилам! – От моего шёпота он вздрогнул, но попыток вырваться больше не делал.

Я запустил руку в карман его куртки и достал смазку. Бросив её на пол, я наконец-то освободил уже так давно давящий на ширинку член. На головке уже появились мокрые капли. Я приставил его ко входу Валеры, и тот сразу сжался, дрожа всем телом.

Усмехнувшись, я поднял баночку и нанёс густое вещество себе на член, на руку и на задницу Русика. Почему-то мне не хотелось брать его слишком грубо. Но и нежности он от меня точно не получит.

Закончив с приготовлениями, я одной рукой сжал его ягодицы, а палец второй руки резко ввёл в отверстие. Валера тут же закричал, стараясь, как можно быстрее избавиться от инородного предмета в своём теле. Мой палец начинал неметь, настолько сильно Русик зажался. Но меня было уже не остановить. Одно движение, второе – и Валера начинает расслабляться.

Когда я задел простату – он даже простонал и чуть двинулся навстречу. Я быстро ввёл второй палец, переводя свободную руку на член Валеры и сжимая его у основания. Двумя пальцами я продолжал растягивать его, каждый раз задевая точку высшего наслаждения, заставляя Русика вскидывать задницу вверх и биться в конвульсиях.

Он стонал и кричал на весь дом, что заводило меня ещё больше. Мой собственный член весь сочился от собственной смазки, но я терпел до последнего. К двум пальцам добавился третий, а Валерка всё сопротивлялся. Он такой тугой. Внезапно мне пришла в голову мысль, что он никогда не был снизу, всегда безжалостно насилуя своих жертв. Ну что ж, пришло время поменяться ролями.

Я выдернул пальцы и устроился поудобнее, готовясь войти в тело Валеры уже членом. Животное желание разрывало меня на части, и я толкнулся вперёд.

- Пожалуйста, прошу, не надо! – Что? Мне это не послышалось? Валера Русик умоляет? Просит пощады? - Дэн, пожалуйста! – Я услышал всхлип? Не верю.

Почему-то жалкие поскуливания Валеры только ещё больше разозлили меня. Я отодвинулся, выдернул ремень из его джинс и с размаху полоснул им по спине. Валера закричал от боли и выгнулся, а я резко вошёл в него, тут же ощущая, как мои колени грозят подогнуться. Неимоверным усилием я заставил себя остаться в вертикальном положении и начал двигаться.

Вообще, девушки у меня никогда не было. Да и парня тоже. Валера был первым. Вернее, нет, первым был мой собственный палец, как бы смешно это не звучало, но Валерка закончил начатое мной. А теперь эти новые ощущения сводили меня с ума. Никакая дрочка не сравнится с этим всеобхватывающим чувством, когда живое кольцо мышц сжимается вокруг твоего члена.

Меня трясло, как от лихорадки. Я двигался всё быстрее и быстрее, входя до самого основания, и всё так же продолжал держать член Валеры, не позволяя ему кончить или хотя бы дотронуться до него. Он во всю глотку вопил от боли, оглушая меня, но его крики действовали подобно афродизиаку. Мой член горел внутри мускулистого тела, и я снова начинал отключаться от реальности.

Последний мой толчок был таким сильным, что Валера аж проехал по полу, сдирая кожу. С диким стоном я излился в него и рухнул вперёд. Пролежав минуту, я вытащил член и, схватив Валеру за плечи, приподнял тело и развернул лицом к себе, заставляя сесть, раздвинув ноги. Одной рукой удерживая голову в наклоненном положении, второй я схватил его возбуждённый член и с силой провёл вверх-вниз. Этого хватило, чтобы Русик в очередной раз вскрикнул и бурно кончил, забрызгивая себе спермой лицо, шею и грудь. Я схватил его за подбородок и поднял голову, с яростью заглядывая в глаза.

Я ожидал увидеть там всё, что угодно: ярость, ненависть, желание отомстить, но только не слёзы. Валера Русик сидел напротив меня в унизительной позе, а по щекам спускались дорожки слёз. От неожиданности я отпустил его, и Валерка завалился на бок, скручиваясь в комок. Стараясь не смотреть на него, я привёл в порядок свой внешний вид и направился к выходу, намереваясь поступить так, как это всегда делал Валера. Остановиться меня заставил тихий всхлип.

- Может хоть руки развяжешь, мразь? – Срывающийся голос, наполненный яростью, обидой и какой-то безысходностью.

Я застыл на месте. С меня как будто спала пелена недавней ярости. Оставить его в таком положении было бы слишком жестоко, но с другой стороны, я боялся, что как только Валера освободится, плохо придётся мне. Всхлипы тем временем усиливались, и человек на полу перешёл уже на настоящую истерику. Для меня это было шоком. Я осторожно подошёл к Валере, присел на корточки и коснулся его плеча, отчего он дёрнулся, как ошпаренный.

- Просто забирай свой чёртов ремень и проваливай! – Со злостью выплюнул он мне в лицо.

Поддавшись чувству вины, я аккуратно размотал узел, но так и остался сидеть рядом с человеком, которого только что изнасиловал. Он поднёс освободившиеся руки к лицу и зарыдал, дёргаясь всем телом.

- Валера…

- Уходи! – На меня поднялись холодные, наполненные слезами, глаза. – Просто уходи!

Со вздохом я поднялся и быстро вышел на улицу, где сразу же сорвался на бег. Голова гудела, и я со злостью сжимал кулаки. Что-то здесь было не так.

Я проснулся от громкого шума, доносящегося со стороны кухни. Мысленно выругавшись, я потянулся за часами. Восемь утра.

Зачем и кому приспичило вставать в такую рань в выходной, да ещё и в первый день моих заслуженных каникул? С кухни потянулся аромат печёных яблок. Чёрт, точно, сегодня же Рождество!

Однако вставать с кровати никак не хотелось. Всю ночь мне не давали заснуть события прошлого вечера. Голова до сих пор болела, и сквозь сознание пробивались наполненные болью глаза. Почему меня это так волнует? Тряхнув головой в попытке прогнать очередное видение, я всё-таки заставил себя подняться и пойти в ванную. Холодная вода заставила меня поёжиться, но помогла окончательно проснуться и отогнать плохие мысли. Взглянув в зеркало и изобразив какое-то подобие улыбки, я оделся и вышел из комнаты.

- Маааам, доброе утро!

- Доброе утро, сынок! – Мама потрепала меня по голове и снова отвернулась к своим кастрюлям. – Чего это ты так рано?

- Это всё твои кастрюльки! Вечно ты ими шумишь. – Мама захохотала, а я уже улыбался абсолютно искренне. Рядом с ней я всегда чувствовал себя спокойно и беззаботно, и все проблемы уходили далеко на второй план.

- Ну а кто же будет тебя кормить, если не мои кастрюльки? – Мама снова улыбнулась. – Иди пока, помоги отцу нарядить ёлку.

Я послушно поплёлся в коридор. Папа в попытках справиться с вредным деревом только лишь больше запутывался в гирляндах. Если бы я не знал, кто где, то сказал бы, что рождественское дерево сейчас он.

Быстро разобравшись с ёлкой, я снова ушёл к себе в комнату. Ощущение праздника осталось за порогом, а внутри голову снова сдавили мысли о вчерашнем поступке. Что на меня нашло? Почему я так поступил? Почему я вообще думаю про этого Русика?

Я утопил голову в подушках. До семейного ужина было довольно много времени, чтобы урвать себе ещё чуть-чуть блаженных часов сна. Однако поспать мне не удалось. Как только я закрывал глаза, передо мной сразу же возникала та холодная комната, и в ушах раздавались крики и стоны. Грудь сдавливало ощущение безысходности.

В ответ на удивлённый вопрос мамы, куда я собрался, ведь ужин уже совсем скоро, я заверил её, что не собираюсь опаздывать и выбежал на улицу. Мне просто необходимо было удостовериться, что с Валерой всё в порядке. Почему-то я был уверен, что как только увижу его живым, все мои мучения отступят. Наивный.

Не зная, где искать, я просто побрёл по той самой дороге, на которой всё началось. На улице уже начинало темнеть, и лишь отблеск снега не давал дороге стать сейчас снова мрачной. Такой она станет только через пару часов.

Подняв глаза на уже показывающийся обгоревший дом, я резко остановился. На крыльце сидел человек, но с такого расстояния я не мог разобрать, кто это. Хотя вариант у меня был только один. Я поспешно сошёл с дороги, чтобы остаться незамеченным, и, петляя между остальными зданиями, подобрался ближе. С крыльца слышались всхлипы.

- Я не смог его уберечь, не смог… Простите меня… Я не смог… А сейчас всё повторилось…

Я осторожно выглянул из-за угла. Крыльцо было ближе к противоположной стороне дома, но я всё равно чётко видел плачущего Валеру. Стоп. Валера? Снова плачет? Мои мысли не хотели укладываться в голове. Вчера его как будто подменили. Теперь не было той бравады, с которой он кидался на меня первые два раза. Теперь был только забитый человек, скрючившийся на холодных ступеньках. Я и не заметил, как в сердце проснулась жалость.

Валера вдруг встал и завернул за противоположный мне угол дома. Я, вместо того, чтобы уйти, зачем-то рванул к задней стене. Осторожно выглянув, я увидел три могильных плиты, над которыми склонился Валера. Мне стало совсем не по себе.

- Мама, знай, папа очень тебя любил! – Громкий всхлип. – Не вини его, что он оставил нас одних. Знаю, ты хотела нам всем долгой и счастливой жизни, но не всегда всё случается по нашему сценарию. Надеюсь, вам хорошо вместе на небесах. – Валера смахнул слёзы, достал из-под куртки две красиво обёрнутые коробочки и положил их на холодный камень, после чего извлёк третий подарок и повернулся к самой крайней плите. – Исми… Исми… Я до сих пор не могу поверить, что это произошло с нами… Всё только-только начиналось. А я снова принёс тебе книгу. – Валера помахал подарком. – Ты ведь так любил читать и учиться. Сейчас ты, наверное, был бы золотым выпускником школы… И, Исми, прости меня… я потерял твой амулет… но я обязательно найду…найду…

Меня словно током прошибло. Я вспомнил патлатого паренька с параллельного класса, который постоянно носился с огромной кучей учебников, а потом куда-то резко исчез из школы. А ещё он был неимоверно высоким для своего возраста. И, кажется, его звали Исмаэль… Неужели?..

- С Рождеством вас, мои любимые! – Голос Валеры отвлёк меня от мыслей. – Надеюсь, вы все отдыхаете в Раю… Как бы я хотел когда-нибудь к вам присоединиться… Но, к сожалению, моя дорога ведёт меня прямиком в Ад.

Валера поднялся и пошёл обратно к дороге. Я, словно в тумане, подошёл к плитам. Мария, Иван, Исмаэль Русики… Это его семья.

Я побежал обратно на дорогу. Темнота уже забирала свою власть, но разглядеть силуэт я смог. Я тихо пошёл за ним, не зная, зачем мне это надо. Валера прошёл небольшое расстояние и повернул в сторону небольшого домика, спрятавшегося между двух огромных зданий. Он находился совсем рядом с обгоревшим домом, только на другой стороне. Пока я переваривал только что случайно полученную информацию, в маленьком доме хлопнула входная дверь, однако свет там никто не зажёг.

В голове всплыли слова про амулет. Амулет… Я вспомнил, что вчера на дороге, отпихивая Валеру от беззащитного паренька, моя рука задела какой-то шнурок… Может, это и был тот самый амулет? Меня охватило непреодолимое желание во что бы то ни стало найти его, однако причины, движущие мной, ускользали от сознания. Снегопада не было, значит, замести его не могло…

Выхватив из кармана телефон и включив фонарик, я, совершенно не думая, что сейчас могу быть застигнут врасплох, принялся прошаривать всю дорогу в поисках такой важной сейчас побрякушки. Осмотрев дорогу, я вернулся к дому, пытаясь пройти по вчерашним следам… Мои руки немели от холода, но я всё равно упорно продолжал выискивать в снегу злосчастный шнурок.

Наконец-то Фортуна решила сжалиться надо мной. Достав амулет из снега, я быстро отряхнул его, сунул в карман и побежал в город в поисках первого магазина подарков. Там я купил небольшую коробку, какую-то нелепую открытку и маркер. Как же хорошо, что в кармане всегда есть заначка. Вернувшись к этому безумному участку дороги, я присел на колени, стараясь унять дрожь в руках. Достал открытку, маркер, и скачущим почерком написал на цветном картоне:

«Ты не потерял его! Вот он. С Рождеством, Валера!»

Засунув открытку под ленту на коробке, я подошёл к двери, нажал на звонок и оставил коробку у крыльца, после чего в спешке укрылся за соседним зданием, наблюдая. Валера вышел, нахмурился, наклонил голову вниз, поднял подарок и уже было хотел отшвырнуть его, но что-то не дало ему это сделать, и он осторожно развязал ленту, раскрыл открытку. В панике достав содержимое из коробки, Валера вскрикнул, его ноги подкосились, а рука потянулась к сердцу…

Следующее, что я видел – Валера Русик упал на пороге собственного дома.

- Валера, Валерка! Очнись!!! – Я тряс его, бил по лицу, но всё безрезультатно. – Валерка, да очнись, твою мать!

Как только он упал, я, не раздумывая, бросился на помощь. В голове смешивались паника, страх и отчаяние. А ещё сразу же проснулось едкое чувство вины. Чёртов амулет!

- Валера! Очнись!

Я в бессилии опустился на колени, закрывая лицо руками, как вдруг услышал, что Валера зашевелился. От радости я обхватил его лицо руками и заглянул в помутневшие глаза.

- Валера! Ты очнулся, наконец-то! Господи, как же я перепугался. Что произошло?

- Я… что… а ты кто? – Валера в непонимании водил ещё не до конца прояснившимся взглядом по сторонам, явно выискивая кого-то. Кажется, я немного переборщил с количеством причитаний и вопросов. Валера с усилием попытался сфокусироваться на мне. – Исми? Исми, это ты?

- Валера, это же я… - и тут я осёкся. Кто я? Очередная жертва? Ах, нет, я ещё и сам его каким-то чудом умудрился изнасиловать. С чего он вообще должен меня помнить? Нет, он меня помнит, он узнал меня тогда. – Валера, это Дэн. Исми нет.

- А как же амулет? А как же?... Только Исми… Только Исми знал… - Русик наконец-то посмотрел на меня ясными глазами и тут же сорвался. – Дэн? Какого чёрта ты тут делаешь?

- Я шёл по дороге и заметил тебя. – Я решил, что нет смысла врать. – Ты сидел на крыльце. Я… Я видел тебя за домом. И слышал. Я… Я решил помочь.

- Я не нуждаюсь в чьей-либо помощи! – Зло прошипел Валера. Его глаза метали молнии.

- Ты же даже встать сам не сможешь! – Я поднялся и протянул ему руку.

- Мне не нужна помощь! – Валера проигнорировал меня и встал сам, но его тут же повело в сторону, и он упал ко мне в объятия. – Чёрт, моя голова…

- Упрямый болван! – В кармане завибрировал телефон. Мама! Я же обещал не опаздывать. Но и оставить Валеру в таком состоянии одного я не мог. – Так! Ты идёшь со мной!

- Куда? – Несмотря на то, что при падении Валера, видимо, сильно стукнулся головой, способность мыслить он ещё не потерял. Я усмехнулся.

- Ко мне домой. Я не оставляю людей одних в хреновом положении. – Чёрт, не хотел я произносить последнюю фразу…

В глазах Валеры промелькнула непонятная мне эмоция, но он не сказал ни слова и просто закинул руку мне на плечо, давая понять, что готов идти. Я обнял его за талию и осторожно двинулся в сторону дома.

Вся дорога прошла в молчании. Валера постоянно морщился от боли, было видно, что каждый шаг отдавал ему в голову. Наверное, поэтому он так спокойно и согласился пойти со мной. В моей голове бушевали мысли. Как погибла его семья? Что возобновилось сейчас? Что вообще заставило его стать насильником? Почему-то я не сомневался в том, что такая жизнь не его прихоть. А ещё, как бы эгоистично это не звучало, я наслаждался близостью его тела к своему. Было в этом что-то особенное. И я пока не понимал, что.

- Дэн, почему ты так обо мне заботишься?

Вопрос прозвучал, как гром среди ясного неба. Действительно, почему? Я никогда об этом не задумывался, просто делал, и всё. Какое-то подсознательное «так надо» подталкивало меня.

- Дэн?

- Валера, мы уже пришли. Давай, аккуратно, тут высокое крыльцо. – Как же ты вовремя, родной дом! Надеюсь, Валера забудет про свой вопрос и мне не придётся рассказывать ему про то, в чём я сам ещё ничего не понимал.

Кажется, моя мама поверила в то, что я заметил, как Валера поскользнулся и упал недалеко от нашего дома на улице, сильно ударившись головой, и даже похвалила меня за оказанную помощь. Теперь мы все вместе сидели за праздничным столом, и я украдкой наблюдал за Валерой. Он не вписывался в общую атмосферу праздника. Среди всеобщего веселья он сидел слишком поникшим и был где-то далеко в своих мыслях, а в глазах то и дело мелькала ностальгия. А после определённого количества бокалов вина он и вовсе стал засыпать.

Я как можно скорее вылез из-за стола, извинился перед родителями и увёл Валеру в свою комнату. К нам довольно часто приезжали многочисленные родственники, поэтому у меня стояла вторая кровать. Увидев её, Валерка сразу же завалился на подушки прямо в одежде и через несколько секунд уже видел сны. Я не стал его трогать. Просто подошёл к своему шкафу, переоделся и лёг на свою кровать, повернувшись к Валере.

Я положил руку под голову и, пользуясь моментом, решил наконец-то хорошо рассмотреть лицо человека, который почему-то крепко сидел у меня в памяти последние два месяца. Валера был красивым. Очень красивым. Особенно веснушки по всему лицу. Во время сна он был похож на ребёнка, которого непременно нужно защитить от всех опасностей. Никогда бы не сказал сейчас, что этот человек способен на то, что вытворял.

В голову снова вернулись вопросы, не дающие мне покоя. Как? Почему? Отчего? Я решил, что непременно должен выяснить это у Валеры. Когда-нибудь. Может, я смогу ему помочь? Плевать на слова, что ему не нужна помощь. Нужна, ещё как нужна. Мои глаза уже начинали слипаться, призывая в царство Морфея. Последней мыслью, которая промелькнула у меня в голове, была та, что, встреться мы с Валерой в других обстоятельствах, я, возможно, мог бы в него влюбиться. А потом я провалился в темноту…

Проснулся я от громких криков. Валера метался на соседней кровати, кажется, ему снились кошмары.

- Нет, тварь, нет, отойди от Исми! Ты не посмеешь!

Я вскочил с кровати, понимая, что Валеру надо разбудить. Однако, когда я коснулся его плеча, он резко дёрнулся, сбрасывая руку.

- Исми, пожалуйста, не делай этого! Исми, нет!!!

Похоже, сюжет его кошмара сменился. Я снова схватил его за плечо и стал сильно трясти в попытке избавить от ненужных воспоминаний. Валера наконец-то вскочил на кровати, бешено оглядываясь по сторонам и тяжело дыша. На лице были видны дорожки слёз.

- Валера, тихо, успокойся, это всего лишь кошмар! – Я попытался приобнять его, но Валера оттолкнул меня на пол. – Да почему ты так себя ведёшь? Я ведь просто хочу помочь!!!

- Мне не нужна помощь! – Валера окончательно проснулся и снова нацепил свою железную маску. – Тем более от таких, как ты!

С этими словами он сорвался с кровати и выбежал из комнаты, оставляя меня сидеть на полу с абсолютным непониманием происходящего. Я услышал, как хлопнула входная дверь.

На улице уже начинал таять снег, и на смену белоснежному убранству приходила унылая грязь. Я шёл по городу, погрузившись в свои мысли. Не люблю начало весны. Это потом уже птички и солнышко, а сейчас только отвратительная слякоть. Неожиданно из двери какого-то непонятного бара, мимо которого я шёл, на меня вылетел человек. Он еле стоял на ногах, алкоголем несло за километр, а лицо было порядком раскрашено кровоподтёками. Я с перепугу не удержал его, и он упал на землю, что-то бессвязно бормоча. Внимательнее приглядевшись, я в ужасе отпрянул.

- Валера???

Два месяца. Два долбанных месяца прошло после того, как он выбежал за дверь моей комнаты, оставив наедине с самим собой. И тогда я вдруг чётко осознал, что не смогу без этого человека. Это, наверное, глупо, но я понял, что умудрился влюбиться в того, кого видел всего раза три и при не самых лучших обстоятельствах. Всё это время я ходил сам не свой, каждый день, подавляя желание по дороге домой завернуть в знакомый дом. Только там всегда было темно, ни единого признака жизни. И я, сжав кулаки, всегда проходил мимо, в надежде, что у него всё-таки всё хорошо. Просто чтобы всё было хорошо. А сейчас он, избитый, валяется у меня в ногах…

- Твою мать, что случилось?

- Дэн? – На меня поднялись заплывшие глаза. – Дэн, ты тут… Как… Как это хорошо… Дэн… Знаешь, я ненавижу вас всех, но ты особенный… Прошу, Дэн…

Я усиленно пытался найти хоть какой-то смысл в бессвязной речи, что получалось очень плохо. Какой я ещё особенный? О чём он? Стоп… он что-то попросил?

- Дэн, пожалуйста… Помоги мне… - Что-то упало у меня внутри. Валера просит о помощи? Значит, дело совсем дрянь.

Как можно осторожнее я поднял его с земли, и, убедившись, что он способен хоть немного идти, поддерживая, повёл в сторону его дома. Желание помочь ему жгло изнутри. В этот раз Валера не молчал. Наоборот, постоянно твердил мне, что я особенный, что я всегда ему помогаю, и от этого глубоко в душе разливалось тепло, пусть и щедро разбавленное льдом осознания того, что Валера сейчас пьян, и все его слова могут быть последствием алкоголя.

Когда мы дошли, я посмотрел на другую сторону дороги. Заброшенный, обгоревший дом. Обгоревший! Как же я сразу не понял… Значит, вся его семья…Нет, не хочу думать.

Валера тем временем пытался справиться с замком. Не выдержав, я выхватил у него ключи и сам открыл дверь, после чего завёл его внутрь. Уложив Валеру на кровать, я побрёл по комнатам в поисках хоть каких-то лекарств. Дом изнутри был очень уютным и чистым, как будто недавно тут был ремонт. Найдя в конце-концов немного ваты и спирта, я вернулся в комнату Валеры. Он всё также лежал на своей кровати, даже не пытаясь остановить кровь. Я сел рядом и, смочив вату, начал осторожно водить по лицу, стараясь не задеть сами раны. Другой бы сейчас морщился, а пьяному Валере хоть бы хны. Ну, тем лучше для меня, хоть не дёргается.

Закончив с лицом, я стянул с него куртку и рубашку в надежде, что били его хотя бы только по лицу. Слава Богу, это было так. Немного успокоившись, я заставил Валеру открыть глаза и, глядя в них, спросил:

- Что произошло, Валера?

- Я просто подрался. Всё. – В пьяном Валере была одна прелесть – он отвечал на вопросы, пусть и нехотя.

- Валера? – Я должен был узнать причину.

- Сегодня тот самый день… - Его глаза вновь стали наполняться слезами.

- Какой день, Валера?

И его прорвало. Зарыдав, буквально зарыдав, он бросился ко мне в объятия, да так, что я чуть с кровати не упал. Он просто висел на моём плече, и его тело содрогалось от всхлипываний. Я прижал его сильнее к себе и машинально стал гладить по голове, пытаясь успокоить. Сейчас он был, как маленький ребёнок.

- Моя мама погибла в пожаре. В чёртовом огне! Нас никого не было рядом… Мы не спасли её, не успели. Понимаешь? Не успели. Долбанный дом, долбанное время. – Валера, кажется, начинал истерить, но я решил дать ему возможность выплеснуть всё накопленное в себе в таком виде, в каком он этого хочет. – Отец себе места не находил. Внутри сгорел только верхний этаж, нижний пострадал только снаружи. Мне было четыре года, но я всё помню. Помню пожарные машины у дома, едкий запах гари, крики соседей… И белую простыню. А Исми… Исми было всего полгода…

Он снова уткнулся мне в плечо. Моя куртка уже насквозь промокла от его слёз, а в горле стоял ком. Но всё же я осмелился.

- Валера, сегодня… дата её смерти?

- Нет… Нет! Отец закрыл вход на верхний этаж, и мы продолжали жить там… Это невыносимо – продолжать жить там, где случилась трагедия… Но попутно он строил этот дом, чтоб при первой возможности перебраться сюда… Но… - Голос Валеры срывался. – Он пил… Много… И в мои семнадцать лет его нашли в какой-то канаве… С бутылкой в руке… А дом был почти достроен. Я довёл дело до конца. Я выстоял. Тогда я выстоял – один, с братом на руках… Мой Исми… А потом… Потом, когда мы уже должны были переехать… К нам в дом забрался маньяк… Я узнал его… Это был хренов ботаник, выпустившийся из школы на четыре года раньше меня! Олимпиады, конкурсы – вся школа молилась на него! Исми хотел быть таким же умным… Сначала он изнасиловал меня… Как ты! Понимаешь, как ты!!!!! – Валера сорвался на крик, а я с ужасом осознал полный смысл последней фразы, брошенной Валерой, когда он убегал тогда из моей комнаты.

Русик тем временем немного успокоился и снова продолжил.

– А потом… Потом он издевался над Исми… Исмаэлю было всего четырнадцать!!! И он заставил меня смотреть на всё это! Исми кричал от боли, но тот только сильнее бил его, сильнее издевался. Я никогда не забуду взгляд моего брата… Полный боли и отчаяния. А я лежал, связанный, и ничего не мог сделать. Ничего! Уж лучше бы он меня изнасиловал ещё раз… Но ребёнка… А потом этот мерзавец ушёл, сильно толкнув Исми в сторону… Дурацкий стол, откуда он там взялся? Исми умер сразу же, униженный, осквернённый… Он лежал в луже крови, весь покрытый синяками… А я старался сбросить верёвки…

- Валера, Господи…

- Я всё-таки освободился. Но Исми больше не было. Единственное, что у меня осталось от семьи – это его амулет. Подарок на его последнее Рождество. Я переехал в этот дом, пытался засадить того ублюдка за решётку… Но у него слишком много связей… У меня ничего не вышло… И вот в течение пяти лет я отлавливаю на этой дороге таких щупленьких ботаников! Я вас ненавижу! Ненавижу! - Валера начинал трезветь, голос становился всё увереннее и громче и снова срывался на крик. – Вы все думаете только о себе! Все когда-нибудь станут такими, как тот выродок! Все! Кроме тебя. Ты какой-то неправильный ботаник. Ты не такой. И меня это бесит! Последние месяцы я только о тебе и думаю!

Я сидел в абсолютном шоке. Думает обо мне? Сердце стало биться быстрее. Может…

- Скажи мне, почему? Почему ты такой особенный??? – Казалось, крик Валеры должна слышать вся улица. Нужно было как-то его успокоить.

- Потому что я влюбился в тебя. – Не найдя лучшего способа, я просто наклонился вперёд и поцеловал его.

Дурманящий вкус виски вперемешку с ощущением металла на губах сводил меня с ума. Я целовал осторожно, стараясь не повредить уже разбитые губы своими укусами. Наоборот, как будто зализывал нанесённые кем-то раны. Самое главное – Валера отвечал. Отвечал со всей возможной искренностью, которая была ему дана. От этого бросало в дрожь. Приятную дрожь. Комната куда-то исчезла, остались лишь эти губы и горячее дыхание…

Валера отстранился слишком резко. Тяжело дыша, он облизнул губы, неосознанно провёл по ним большим пальцем, как будто вспоминая ощущения, и в ужасе уставился на меня.

- Дэн? – Какой же он милый, когда сидит таким взъерошенным и испуганным.

Я сомневался всего секунду, после чего снова наклонился к Валере и прошептал ему на ухо:

- Ты не ослышался. Я влюблён в тебя. И я хочу тебя. – Пан или пропал. Сейчас решится всё. Конечно, следует не забывать влияние алкоголя…

Меня сильно впечатали в кровать и уже пытались избавиться от плаща, который, казалось, уже прирос ко мне. Движения Валеры были быстрыми, хаотичными и неточными, пуговицы его совершенно не слушались. Ну, конечно, столько пить. Желание нарастало с каждой секундой, дальше терпеть было уже невозможно, и я принялся помогать. На пол полетели куртка, плащ, рубашки, вот уже брякнула пряжка чьего-то ремня…

Я немного приподнялся, помогая Русику стянуть с себя брюки. Мой член наконец-то получил хоть какую-то свободу, и я с наслаждением выдохнул, когда рука Валеры случайно задела его. Как без штанов остался Валера, я не помню. Наверное, это всё же я стянул их, отправляя вслед за остальной одеждой. Теперь друг от друга нас отделяла лишь тонкая ткань трусов, однако Валерка не спешил от них избавляться. Он вдруг, как будто сорвавшись сцепи, набросился на мои губы, яростно целуя их, кусая, заставляя меня задыхаться от ощущений.

Как будто раньше он не знал, что это такое. Я уже стонал ему в рот от наслаждения, прикусывая в ответ его язык. Не в силах больше справляться со своими желаниями, я запустил руки к нему в трусы и сильно сжал ягодицы. Уверен, там останутся синяки.

Валера зарычал и рванул вниз мою ткань, сразу обхватывая рукой возбуждённый и уже сочащийся смазкой член. Я выгнулся ему навстречу, стягивая его бельё вслед за своим.

- Перевернись!

Я послушно перевернулся на живот и опёрся на локти, вскидывая задницу вверх. Но Русик почему-то медлил.

- Чёрт, смазка! – Я повернул голову в сторону, разглядывая пол. Сейчас там фиг чего найдёшь. Единственное, что я заметил среди всего хаоса одежды – мои брюки, валявшиеся, как раз около кровати. А вот куртка Валеры – да, я помнил, что смазка у него всегда именно там, - в зоне доступности обнаружена не была. Валера, наверное, думал о том же. – Ладно, пофиг, без неё обойдёмся!

Он поднёс свою руку к моему рту, и я понял, что делать. Со всей возможной эротичностью я обхватил пальцы губами и стал посасывать их, одновременно играясь языком. Валера не выдержал. Он резко выдернул руку, и в следующую секунду мою задницу пронзила сильная, но приятная боль…

Валера растягивал быстро и грубо, а я только и мог, что извиваться на его пальцах со стонами последней сучки. Кажется, я мог кончить только от этого, но Русик не позволял. Когда он успел вытащить пальцы? Но вот я ощутил у своего входа его головку, и Валера уже почти толкнулся…

- Стой. – Я упал на живот, подполз к краю кровати и, найдя свои брюки, вытащил из кармана маленькую квадратную упаковку, после чего развернулся и вручил её Валере. – Пожалуйста, я не хочу рисковать.

Валера посмотрел на меня недоумёнными глазами. Я его понимал. Все предыдущие разы были без защиты, но это была лишь воля случая. Сейчас же, после пройдённого на всякий случай теста, я решил быть осторожным.

- Валера, пожалуйста.

Он вздохнул и разорвал упаковку. Пока Русик возился с презервативом, я, пользуясь моментом, опрокинул его на спину и забрался сверху. Ох, сейчас он был шокирован ещё больше, чем минуту назад.

- Ты забыл, что такое нежность, Валера. - Его волосы щекотали мне лоб. – Хочешь, я напомню тебе?

Чмокнув Валеру в губы, я медленно опустился на его член. Сразу до самого основания. Мне было больно, и, привыкая, я просто любовался этим веснушчатым засранцем. Он же смотрел на меня, ожидая дальнейших действий. Боль отступила, и я начал двигаться – медленно, лениво, так, как будто у нас вечность впереди.

Мои руки бродили по его телу, упираясь в него при каждом моём подъёме и вырисовывая причудливые узоры при насаживании, выискивая самые чувствительные точки. Я не отрывал глаз от Валеры, наблюдая за его реакцией. Его глаза были закрыты, губы подрагивали, наполняя пространство стонами, которые ласкали мой слух, а грудь неравномерно поднималась в тяжёлом, сбивчивом дыхании. Просунув руки Валеры под спину, я потянул его на себя, усаживая, при этом не прекращая двигаться. Темп становился быстрее, но всё ещё оставался нежно-ленивым. Мы не просто трахались, мы занимались любовью.

А потом я нашёл нужный угол… Услышав мой крик, Валера прижал меня к себе настолько сильно, насколько это было возможно. Он запустил руку между телами, обхватывая мой член, и я накрыл её своей, помогая поймать нужный ритм. В голове всё гудело, все чувствительные рецепторы разом обострились, заставляя задыхаться от наслаждения. Кажется, я уже забыл, что собирался напомнить Валере, потому что сейчас это уже был дикий звериный секс. Вверх-вниз, вверх-вниз, ещё быстрее, ещё... А потом я услышал крик Валеры и почувствовал, как что-то горячее разливается во мне. Вдох. Выдох. Зелёные глаза, смотрящие прямо мне в душу:

- Я тоже люблю тебя! – И новый взрыв, уносящий меня от реальности.

Когда я опомнился, Валера уже вытирал рукой капли со своего живота. Я слез с него и упал на подушки, увлекая за собой Валеру. Пофиг на липкие тела, пофиг на всё. Нет, надо отправить маме смс, что я заночую у друга. Каким-то образом найдя телефон и отправив сообщение, я отбросил его в сторону, и мы с Валерой так и уснули вдвоём посреди всего беспорядка…

Потянувшись, я поднялся с кровати. Будить Валеру не хотелось, поэтому я, с трудом отыскав всю свою одежду, тихо собрался и пошёл на кухню в поисках хоть чего-то съестного. Так, в холодильнике есть какие-то бутерброды, отлично. В шкафах на стене я нашёл ещё и кофе, чему очень обрадовался. Пока он варился, я вернулся в комнату, подтащил подвернувшийся стол к кровати и снова удалился. Из кухни я вернулся с подносом бутербродов и двумя чашками ароматного дымящегося кофе и поставил всё это около Валеры.

- Вставай, засоня! – Валера заворочался, его глаза открылись и посмотрели на меня. – Доброе утро! Я вот нам завтрак организовал.

- Дэн? Ты что тут делаешь? – Русик приподнялся и тут же стыдливо прикрылся. – И какого я голый?

- Ты ничего не помнишь? – Я не ожидал такого поворота событий. Розовые очки вчерашнего вечера уже приготовились падать с моего носа.

- Очень смутно… - Валера потёр лоб, силясь вспомнить. – Ох… Чёрт… Дэн…

- Ты сказал, что любишь меня! – Я не узнавал свой голос. Он был высоким, надрывным и…умоляющим? Господи, как же всё хорошо начиналось…

- Я? – Кажется, зря я это сказал. Валеру, как будто подменили. – Я не мог этого сказать. Никогда. Никому! Слышишь?!...

- Но…

- Считай это последствиями алкоголя!

Бам – и те самые розовые очки с грохотом упали на пол, разбиваясь на тысячи осколков. Алкоголь, конечно. Почему я не хотел вчера об этом думать? Почему так просто поверил? К горлу подступал ком. Сначала я стоял, не в силах пошевелиться, а потом рванул к двери. Уже открыв её, я обернулся:

- А твои глаза были совсем не алкогольными, когда ты говорил мне это! И, да, между прочим – местью ты свои проблемы не решишь! Научись быть счастливым!

Громкий удар дверью – и этот дом остался позади. Никогда не вернусь в него больше, никогда!

- Мам, ну как? – Я подтянул галстук, поправил воротник рубашки и одернул края пиджака. Вроде бы всё.

- Ты будешь самым красивым выпускником! – Мама стояла в дверях и улыбалась, а в её глазах читалась гордость. Я тепло улыбнулся в ответ. Теперь всё было хорошо…

Я выполнил своё обещание, оставленное на пороге дома Валеры. Да, собственно, и выполнять его не составило особого труда – мне не к кому было идти.

Первое время было тяжело. Каждый раз, когда я проходил по этому участку дороги, к горлу подступал ком, на глаза наворачивались слёзы, а руки всё сильнее сжимали кулаки. И я, стараясь не смотреть по сторонам, как можно быстрее пробегал злополучное место. А потом меня затянул круговорот подготовки к экзаменам, выпускному – и стало легче. Мне перестали везде мерещиться веснушки, зелёные глаза и сводящий с ума шёпот, перестало щемить грудь около его дома…Кажется, я справился. Я забыл его…

Официальная часть выпускного закончилась, и началось самое интересное. В помещении от большого количества людей вскоре стало жарко, и я решил выйти на улицу проветриться. Открыв дверь, я в кого-то врезался и, смущённо извиняясь, поднял глаза на пострадавшего.

- Валера? – Это внутри-то было жарко? Да там Арктика по сравнению с моим нынешним состоянием. – Как… Зачем ты здесь?

Валера:

«Научись быть счастливым» - слова, брошенные с горечью, так и остались висеть в воздухе, и я вдруг понял, что только что совершил самую большую ошибку в своей жизни. Единственный человек, с которым я мог обрести своё счастье, только что ушёл, хлопнув дверью. И я знал, что он не вернётся.

Чашки полетели на пол. К чёрту, к чёрту всё! На глазах показались слёзы. Хватит масок, Русик! Вернее, нет – трусости. Трусости перед своими чувствами. Взгляни правде в глаза – ты с самого начала относился к этому подростку иначе, пусть он и заставил тебя вспомнить твой самый худший кошмар. Именно ему ты рассказал всё, именно ему ты доверился. Без него твоя жизнь теперь, как без воздуха! Он нужен тебе!

Виски, где виски? Только бы забыться, только бы убежать от собственных мыслей, которые набатом бьют в голове. Чёрт, почему нихрена не получается? С каждым новым стаканом я всё больше тонул в ускользающем образе этих карих глаз…Комната уже поплыла, и я снова упал на подушки, а в голове появилась новая и яркая мысль, перекрывающая все остальные – я люблю Дениса! Люблю, и сделаю всё возможное, чтобы его вернуть!

Проснулся я после этой пьянки с чётким пониманием – в моей жизни нужно что-то менять. Где-то через неделю я устроился на работу, прекращая прожигать наследство на собственные прихоти, а через месяц появилось желание восстановить дом моего детства. Всё это время я незримо присутствовал в жизни Дэна, узнавая от знакомых учителей про его успехи в учёбе, про участие в различных мероприятиях. Конечно же, я знал, когда у него выпускной, и старался, чтобы все запланированные на первое время работы в старом доме были выполнены именно к этой дате. Да, я рисковал, но риск был оправдан.

- Валера? Как… Зачем ты здесь? – И вот передо мной его раскрасневшееся и шокированное лицо, а моя речь, которую я готовил три месяца, становится вдруг такой непроизносимой от внезапности встречи. Я просто стою и не могу оторвать взгляд от его лица, разглядывая каждую деталь. Как же он красив!

- Завтра ты вступаешь в новую, взрослую жизнь. Пожалуйста, проведи её со мной… - голос предательски дрожит.

Денис выходит из дверного проёма, минуту хмурится, а потом ностальгически улыбается.

- А я ведь почти забыл…

- Тшшш, молчи… Я был таким идиотом…

Я притягиваю его к себе и крепко обнимаю, вдыхая такой родной запах его волос, тела. Дэн не остаётся безучастным – его руки уже скользят по моей спине.

- Пошли отсюда? – Наши голоса сливаются в один.

Я улыбаюсь, протягиваю ему руку, и Дэн переплетает свои пальцы с моими. Неважно, что думают остальные – сейчас в этом мире не существует ничего, кроме нашего счастья. Так мы и идём по судьбоносной дороге, взявшись за руки. Через некоторое время я останавливаюсь.

- Дэн… - на меня поднимаются любопытные глаза, полные нежности. – Именно здесь всё началось…И именно здесь всё продолжится! Знай – я люблю тебя!

Наши губы соприкоснулись. Мягко, нежно, как будто в первый раз, пробуя на вкус. От этого ощущения сносило крышу. Повинуясь секундному порыву, я подхватил Дэна на руки и понёс к своему старому дому, отпуская лишь на крыльце.

- Заходи, не бойся.

Я многое отдам, чтобы ещё хоть раз в жизни увидеть лицо Дэна, когда он вошёл. От мрачной и унылой комнаты не осталось и следа. Теперь это была просторная, светлая спальня, посреди которой стояла огромная кровать. Конечно, пока я восстановил только первый этаж своего дома, да и то, только изнутри, но на данный момент этого было достаточно.

- Всё-таки ты научился… - Тёмные глаза смотрели на меня с восхищением, и я почувствовал, как Дэн несильно сжал мою руку.

- Ты научил! – Я притянул его к себе, целуя. – Мы будем счастливыми вместе!..

Этот секс был самым лучшим в моей жизни. Трезвым, лишённым насилия, полным любви и заботы, но в то же время диким и страстным. Мне тяжело было вспомнить, как это, но Дэн помогал, направлял, и я наконец-то открыл своё сердце всепоглощающей нежности. Все окружающее пространство было заполнено стонами наслаждения, и момент нашего оргазма, кажется, слышала вся улица…

А потом мы оба погрузились в сон, приглашая новую жизнь, как можно быстрее встретить нас на пороге рассвета.

Кровавое танго под мёртвой луной.
Танцуем босыми по стёклам разбитым.
Лишь здесь ощущается то, что ты мой,
Хоть чувства уже безнадёжно убиты.

Я в танце ведомый тобой по углям:
Они прижигают порезы до воя.
Веди же меня по потухшим кострам,
Я буду терпеть. Всё, что хочешь, с тобою.

Ты кружишь меня на холодных камнях,
И вновь до крови разбиваются ноги.
Я молча терплю эту боль. Для тебя.
И вслед за тобою скольжу по дороге.

Ты бросишь меня на холодный песок.
Ведь жизнь не паркет. И безумнее танец.
Останусь лежать и гадать наперёд,
Куда по осколкам уйдёшь, мой скиталец...

P.S. Для нас с Дэном в День Святого Валентина 2017... С Днём Всех Влюблённых, Любимый!!!





Рейтинг работы: 0
Количество отзывов: 0
Количество просмотров: 132
© 13.02.2017 Человек Дождя

Рубрика произведения: Проза -> Эротика
Оценки: отлично 0, интересно 0, не заинтересовало 0













1