Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Город ее грез


Город ее грез
...А когда я повзрослею в этих старых зеркалах
Ты придешь ко мне внезапно – непрожитый детский страх.


Она всегда бежала по лестницам и эскалаторам – вниз, или вверх, до машины, от машины до входной двери, по коридору между кабинетами. Всегда. Не потому, что торопилась, просто это стало привычкой – бежать. Бежать от себя, от проблем, от назойливых мужчин, от депрессии, плохой погоды, плохого настроения начальника, и даже – от перемен. Перемены больше не нравились Нике. Они всегда привносили в ее жизнь привкус некоего страха и неожиданности, к которой нет привычного подхода.
     И – от того ли, что она боялась – результат перемен часто разочаровывал, или расстраивал. Наверное, поэтому Ника предпочитала даже в отпуске ездить в изученный Белек или Родос. Здесь она знала – чего ей ожидать. Под маской видимой безопасности она выбирала изученные уже экскурсии, или просто лежала на пляжу, отдав себя во власть солнца, на него не распространялись ее страхи. Ее холодный взгляд из-под полуопущенных век привлекал мужчин, она знала это. Поэтому на отдыхе почти не снимала солнечные очки. В ее планы никогда не входило создавать вокруг себя толпы поклонников.
     У нее не было подруг, мужа, детей и родителей. Ника любила одиночество, и оно было сознательным. Ее коллеги почти ничего не знали о ней, и этот ореол загадочности иногда порождал самые невероятные слухи.
- Видела сегодня Веронику Сергеевну?
- Да, а что с ней?
- Да как обычно, рычит с самого утра.
- Ну она же фин.директор, ей положено рычать.
- Ты про нее что-нибудь знаешь? Она такая скрытная, глаза вечно спрячет за очками, а уж как посмотрит... Я под землю провалиться готова...
- Говорят, ее муж погиб на войне, а ребенок – умер в младенчестве, потому она и ходит с такими ледяными глазами – египетского сфинкса. Я даже смотреть в них боюсь.
- Да? Я тоже слышала, что она потеряла ребенка и не может родить.
- Она ни с кем никогда не общается. Хотя работает у нас – года 3, кажется? Ты не помнишь?
- Мне кажется – даже больше трех лет. Она – то ли – бывшая актриса, то ли – какая-то родственница директора.
- Разве? Он спрашивал у меня недавно – когда ее день рождения.
- Ну, может, забыл. Сколько, интересно, ей – лет?
- Мне кажется, что лет 40.
- Да? У нее и морщин-то нет почти, я думала, что ей лет 35. А уж одевается... Что ни костюм – то легенда, где она достает такие, интересно?
- Странная она. Даже здоровается странно – как будто сквозь тебя смотрит.
- Мне кажется – она слегка «чокнутая». Ни мужа, ни детей – кто ж выдержит...

     Когда Алексей – генеральный директор – сказал, что во вторник ей предстоит недельная командировка в Питер, Ника внутренне съежилась. От неожиданности и своего вечного страха перед переменами. Но было еще кое-что, заставившее в одну секунду похолодеть ее руки до ледяных пальцев. Это был город ее прошлого. Город, в котором она была счастлива. Иногда ей казалось, что то – прошлое – происходило вовсе не с ней. Просто она однажды ночью смотрела фильм по телевизору. И никак не могла вспомнить его названия.
     Перед отъездом Ника опять задержалась в офисе, не смотря на ночной рейс. Нужно было подготовить отчет к совещанию, проверить баланс, подготовленный Людой. Работа заместителя по финансам – накладывает определенные обязательства – ей было не привыкать «вечерить». Вечерний офис нравился ей даже больше дневного – с его тишиной, пустотой и камерностью. Никаких неожиданностей, и этих вечных глаз и шепота вокруг. Такое ощущение, что людям своя жизнь интересна гораздо меньше чужой – только бы посплетничать. И даже когда ничего не знают о предмете сплетен – все равно «чешут» языками, как будто занятий интереснее нет и не было на свете. Ника подумала про Питер, и пальцы снова похолодели. «Тише, обычная командировка. Проверка, совещание, все – как обычно, ничего непредвиденного», – успокоила она сама себя, включила автозапуск и, освежив коралловый цвет губ, поспешила к лифту. Спать ей осталось часа 2 максимум, но Ника привыкла к вечному недосыпу.
     Санкт-Петербург встречал ее солнышком – как свое любимое блудное дитя.
«Я здесь выросла и совсем не помню солнца. Привет, Альма-Матер. Оказывается, ты такой ошеломительно-красивый, когда оно светит» - Ника ехала в такси, улыбалась сама себе и разглядывала город. Серые фигуры зданий, наполняющие улицы архитектурным изяществом. Шпиль Петропавловской крепости сверкающей остроносой пикой смешивался с белыми облаками на неожиданно голубом небе.
Мужчины 3 раза подхватывали и доносили ее чемодан по лестницам, а Ника очень удивлялась – в Москве такого просто не может быть. Гостиница ее была недалеко от центра – в одном из старинных зданий с видом на небольшой собор. Прошлое – разрозненными картинами стало настигать ее. Ника не знала – куда ей бежать от этих картин. Совещание начиналось в 15.00, она открыла ноутбук и сосредоточилась на работе.
Первый раз она почувствовала неладное после совещания. Оно прошло не совсем так, как она планировала, после совещания она разбирала отчет с их генеральным, осталось много вопросов, которые нужно было решить вечером. Жутко хотелось спать, голова отказывалась думать. Дорога к метро от Санкт-Петербургского офиса их фирмы была довольно длинной. Она раздумывала – взять такси до гостиницы или прогуляться и доехать на метро, и выбрала прогулку. Солнце светило так же ярко, не смотря на близость вечера, но теперь раздражало Нику, она все время щурилась, от того спать хотелось еще больше. И в какой-то момент она необъяснимо почувствовала спиной, что за ней следят. Несколько раз она оборачивалась – разглядывала людей, витрины магазинов и шла дальше. Доехав до Владимирской, она поднялась на длинном эскалаторе, вышла на улицу, быстро дошла до гостиницы, еще раз обернулась и, успокоившись, поднялась в номер.
- Нужно составить расписание, а потом – спать. Иначе я ничего не успею, сказала Ника сама себе. Заведу будильник на вечер. Может быть, сходить погулять, пока есть такая возможность? Нет, только не сегодня. Я здесь еще неделю, прогулка никуда не денется.

     Следующие два дня пролетели как под копирку. Ника еле успевала поспать. И то же ощущение неотвязной слежки, хотя она оборачивалась неожиданно несколько раз, но никого подозрительного так и не обнаружила.
И вдруг – это был уже четверг – она потеряла паспорт. Она даже не понимала – где она могла его потерять. В офисе? По дороге? В метро? Ощущение неизбежной трагедии и выбитой из-под ног почвы – рассеяло все мысли, все насущные дела и всю запланированную жизнь. Ника глубоко вздохнула и позвонила ассистенту. Паспорт – не ключ, не сумка, не кошелек – не сделаешь дубликат. Как возвращаться домой? Паника накрыла весь ее разум тысячами муравьев, копошившимися в голове. Ника не придумала ничего лучше – чем поехать в центр.
- Я просто погуляю. Постараюсь успокоиться и отвлечься. Может, он просто остался в офисе. Завтра я все решу. Нельзя раскисать, Вероника Сергеевна, это не самое страшное, что происходило в твоей жизни.
Ей вдруг отчаянно захотелось курить – от этого безысходно-неисправимого состояния безнадежности. Она бросила курить, кажется, лет 10 назад и, ведомая чем-то, купила Vog с ментолом и закурила. Почти не закашлялась, и, хотя вкус показался ей неприятным, медленно затягивалась и смотрела на воду.
- Извините, пожалуйста, Вы, кажется, потеряли паспорт.
Ника вздрогнула от этого голоса, сжалась и закрыла на секунду глаза.
- Откуда вы знаете? - холодно спросила она, не оборачиваясь.
- Я шел за Вами от Ленинского проспекта, он выпал из сумки, когда Вы покупали жетон в метро.
Она обернулась, стараясь дышать ровно.
- Возьмите, Вероника, я посмотрел – как Вас зовут.
- Почему Вы так долго шли за мной? – Она быстро посмотрела на мужчину – короткие темно-русые волосы, подернутые сединой, проницательный взгляд карих глаз из-за очков. Серая в мелкую клеточку рубашка, черные брюки Он протянул ей паспорт.
- Возьмите. Я шел за Вами, потому что думал, что мы знакомы. Вы очень похожи на одну девочку из моей юности. Но у нее было другое имя. Ее звали Вера.
- Спасибо, Вы обознались, я – первый раз в Петербурге.
- Да, я вижу, вы моложе ее, судя по паспорту.
- Вы успели все страницы посмотреть? – она начинала злиться.
- Нет, только имя и возраст. Вру, еще я посмотрел – вы не замужем.
- Да Вы настоящий шпион. Или следователь. Все? Вам нужны деньги? Сколько?
- Нет, вы не поняли. Я просто хотел вернуть Вам паспорт. Вы не хотите узнать мое имя?
- Нет, благодарю. Я Вам очень признательна, больше, чем Вы можете себе представить, но у меня нет времени для знакомства и общения. Я – в командировке.
Ника положила паспорт в сумку, выбросила сигарету и быстро зашагала к метро.
Сердце бешено колотилось. «Надеюсь, что он не узнал меня. Как?! Как это может быть?»
Прошлое настигало ее семимильными шагами, захватывало, уничтожало...
«Что теперь делать? Успокойся, паспорт на месте. Ты – все та же – финансовый директор Группы компаний «Союз» Вероника Сергеевна Павлова. Сейчас просто нужно лечь поспать.»
Выйдя из метро, Ника закурила вторую сигарету.
«Кошмар. Я курю на улице, второй раз за вечер. Надо купить афобазол. Совсем нервы ни к черту».
      В номере было прохладно, она выключила кондиционер, сходила в душ и, устало упав на двуспальную кровать в синей атласной пижаме, почти сразу уснула.

     Будильник прозвонил в 6, как обычно. Она вызвала такси и поехала в Питерский офис. День принес несколько новых проблем. Аудиторская проверка окончилась штрафом. Нужно было понять – кто виноват и что делать. Один заказчик отказывался сдвигать сроки поставки оборудования. Второй заказчик – требовал положительное заключение экспертизы. Подрядчик – отказывался продолжать работать без доп. соглашения. Ника никак не могла придумать компромисс, который бы всех устроил. Экспертиза проекта – затягивалась, и решение вопроса в голову не приходило. Ника подумала, что все эти вопросы – не в ее компетенции и в эту поездку логичнее было бы отправить технического директора – Артема Вячеславовича. Командировка незапланированно становилась длиннее. От безысходности вечером она опять отправилась на Невский проспект. Заказав ужин в первом попавшемся кафе, Ника бессмысленно разглядывала прохожих.
- Вы, наверное, не поверите, но я совершенно случайно шел мимо, и увидел Вас.
- Не поверю, - Ника подняла глаза.
- Борис. Я все-таки решил представиться. Вчера Вы не позволили мне это сделать.
- Очень приятно, Борис. Я не искала компанию. У меня был напряженный день.
- Разрешите угостить Вас ужином. Мне бы хотелось сделать Ваш день приятнее.
- Потому что я похожа на какую-то там Вашу знакомую?
- Потому что Вы мне понравились, Вероника.
Ника поискала глазами официантку и начала нервно искать в сумочке телефон.
- Хорошо, но я не обещаю Вам приятной беседы.
- Не могу избавиться от ощущения, что знаю Вас.
Ника нашла телефон, достала сигарету и закурила.
- У каждого человека на планете есть двойник, возможно – даже не один. Ваши ощущения – это только Ваши ощущения, Борис.
Он занял кресло слева от нее.
- Не убегайте. Мне хотелось бы поговорить с Вами.
- Некому излить душу?
- Может, и так. Вам же нужно отвлечься от работы? Вы очень много работаете, Ника, почему?
- Откуда Вы можете знать это?
- Я умею хорошо читать по глазам женщины – чем она живет. У Вас – взгляд деловой женщины, которая контролирует каждый свой шаг и всех вокруг.
- Интересно то, что летом в Питере тысячи одиноких и красивых женщин гуляют по Невскому. А Вам нужна именно я для каких-то меморабельных бесед.
- Вы пытаетесь меня уязвить?
- Я пытаюсь понять – Вы маньяк, или просто притворяетесь.
- Я - мастер спорта по айкидо, и офицер – в отставке.
- А я не готова к откровениям. Пока. Или всегда.
- Не тяжело носить все в себе?
- Вы еще и психоаналитик по совместительству?
- Моя бывшая работа предполагала разные умения. Смиритесь, Вероника. Вы же сейчас отчаянно протестуете. Чего Вы так боитесь?
- Я хотела побыть наедине со своими мыслями, а Вы – вторгаетесь – второй раз уже, при чем.
- Вчера я просто вернул Ваш паспорт, сегодня – хочу угостить ужином. Наедине с мыслями Вы еще побудете – вся ночь впереди. Не бойтесь меня. Вы все больше напоминаете мне Веру.
- Если Вы будете вспоминать все время какую-то Вашу знакомую, то я уйду. Это все...
- Не может Вами управляться, так? – Борис завершил ее фразу, подражая ее тону – Вероника рассмеялась.
- Да, Вы угадали. – Ника улыбнулась.
- Так гораздо лучше – Вам идет улыбка. Хорошо, я не буду вспоминать о Вере. Как Вам понравился Санкт-Петербург?
- Я мало знакомилась с городом, честно сказать.
- Разрешите восполнить Ваши впечатления? После ужина, разумеется.
- Вы приглашаете меня на экскурсию?
- Совершенно верно. Небольшая экскурсия для столичной гостьи. Это будет интересно.
- Нева – в нее входит?
- Конечно, как без нее – Борис улыбался. – Вы уже не так отчаянно меня боитесь, Ника?
     Она поперхнулась соком.
- Нет, не так отчаянно. Скорее – бессознательно.
- Значит, вечер обещает быть изумительным. Я украду всего пару часов из Вашей жизни.
- Сама себе не верю. Что я согласилась.
- Вы не знакомитесь на улице?
- Нет, я вообще знакомлюсь только по работе. Давно.
- Наверное, пришла – пора перемен. Я не буду отвлекать Вас от ужина, разрешите отлучится – мне нужно позвонить.
- Конечно.
     Борис вышел на Невский и разговаривал с кем-то минут 5. Ника ела морепродукты и наблюдала за ним. «Может, удрать отсюда? Почему так? Большой ведь город, и чтобы – вот так – встречаться в нем второй день подряд... Или он следил за мной.»
- Вы успели соскучиться?
- До кончиков пальцев. – Ника смеялась.
- Вы мне нравитесь, Вероника.
- Это потому, что Вы меня не знаете, – она хохотала еще больше.
- Хорошо, я попробую Вас угадать. Вы – одиноко-живущая 43-летняя (судя по паспорту) женщина, чрезвычайно загруженная работой и карьерой и не видящая себе иных вариантов жизнепрепровождения.
- Все почти в десятку. И, кроме всего перечисленного – похожая на Вашу знакомую из прошлого – Веру.
- Которая была старше Вас почти на 10 лет. Но похожа невероятно.
- Может, Вас просто подводит память? Вы давно с ней встречались?
- В юности. Нам было по 22 года. И мы любили друг друга.
- То есть – 30 лет назад. И Вы – ничего о ней не знаете, но решили, что я – это она.
- Она просто взяла и исчезла тогда. Я пытался ее искать, неоднократно. Вы мне очень напомнили ее, я пошел следом и нашел Ваш паспорт. Только представьте, что было бы с Вами, Ника, если бы паспорт нашел – не я.
- Даже представлять не хочу. Но спасибо еще раз. Вы ждете какой-то особой благодарности? Ее не будет, если только – материальное вознаграждение.
- Нет, вы меня не поняли, не будем об этом. Вы говорили, что никогда не были в Санкт-Петербурге, как Вам – здесь?
- Очень красивый город со своей особой аурой. Почему Вы сейчас не проводите время со своей семьей, Борис? Ведь у Вас же есть семья?
- Да, есть. Но мне сегодня очень хочется быть с Вами.
- Семья и много детей сегодня не в приоритете?
- У меня нет детей. Дочь жены – Лиля. Я воспитывал ее почти с рождения.
- Они Вас не ждут? Или Вы придумали себе работу на вечер, чтобы освободить личное пространство?
- Ждут. Но Вы же уедете. И я пожалею, что не показал такой очаровательной гостье наш красивый город, пока у меня была такая возможность. Наша жизнь – состоит не только из обязанностей, разве Вы этого не знаете, Вероника?

     Поужинав, они пошли гулять – вдоль каналов, так часто встречающихся в фильмах, что они вызывали ощущение «де-жа-вю». Вечернее солнце ласково покрывало золотистым светом холодные стены зданий, отражавшиеся в водах канала Грибоедова – оттого они казались почти живыми. В эту непривычную для Петербурга погоду – солнечную и по-летнему теплую – город казался сказочно-прекрасным. Город, в котором сбываются грезы и возвращаются детские страхи. Даже если они давно забыты. Люди вокруг шли и улыбались. Ника настолько привыкла к своему эмоциональному затворничеству, что не могла поверить, что эти незнакомые люди действительно улыбаются ей.
     Борис повел ее на Дворцовую площадь. Столько драм и торжеств видели эти серые плиты? Проникнутые исторической монументальностью здания – почти осуждающе взирали темными окнами на толпы прохожих, увлеченно разговаривающих о насущном и не очень. Молодежь, беззастенчиво поющая какие-то аморально-нелогичные песни, периодически разбавленные гитарными соло. Хохочет девушка, которую парень кружит, подняв на руки. Не прекращающееся движение людей отвлекало от мыслей и создавало какое-то праздничное ощущение – массовой эпидемии вечерней радости. Не хватало только салюта. Все вокруг, казалось – бесстыже счастливы – опьяненные этими теплыми летними днями. Чьи-то сбывшиеся мечты парили в воздухе, благоухая над головами свежестью с примесью терпковатых пряностей. Если бы только было возможно – вспомнить, что жизнь состоит не только из долга и законов разума... Вылезти из своей коробочки, как бабочка из кокона, и полететь, расправив крылья с фантастическим ярким рисунком. Если бы было только возможно – заразиться всем этим – как простудой. Если бы, если бы...

- Эта площадь видела много событий – Кровавое воскресенье, Февральскую революцию 1917 года. Ансамбль площади формировался постепенно, каждый правитель вносил свою лепту, но, несмотря на это, он поражает воображение гармонией, целостностью и масштабностью. Адмиралтейская колонна – как один из символов победы над Францией в войне 1812 года. Место прогулки царственных особ и общественных развлечений. Место проведения множества военных парадов и смотров. Место проведения массовых демонстраций трудящихся. И при этом – она такая невинно-величественная в наши дни. Как Вам нравится, Вероника – быть гостьей на этом историческом месте, впитавшем ужасы и кровь погибших тут людей? Вы знаете, что она в 2 раза больше всемирно известной Красной площали?
- Спасибо за напоминание исторических сведений, Борис. Сейчас она больше похожа на место для общественных развлечений, экскурсий и фотосессий.
- Вы не были здесь раньше?
- Я же говорила, что впервые в Санкт-Петербурге. Зачем Вы все время пытаетесь убедить меня в обратном?
- Вы так уверенно держитесь, как будто хорошо знаете город.
- Возможно. Он не кажется мне незнакомым, хотя я и не могу это объективно объяснить.
Они прошли к дворцовой набережной, мимо Разводного сада, постояли на Дворцовом мосту, затем – мимо Эрмитажа, сделали круг и вернулись к метро.
- Разрешите проводить Вас до гостиницы, Вероника? Или Вы хотите посмотреть разводные мосты?
- Разводные мосты? Не сегодня, точно. Хорошо, проводите, только я не приглашу Вас на вечерний кофе, Борис, предупреждаю сразу.
- О нет, я не заглядывал так далеко, – он улыбнулся.
Они дошли от метро Достоевская по Загородному проспекту до ее отеля. Борис приоткрыл дверь гостиницы, зашел в холл следом за ней и протянул руку.
- В темноте мне еще больше кажется, что мы с Вами – встречались раньше, Ника.
- Это просто Ваши фантазии и сумерки, – ей было страшно прощаться с ним в полумраке холла, и она еле сдерживалась, чтобы не побежать, проигнорировав эту опасно протянутую руку.
Ника все же решилась ее пожать. И пронзивший их обоих электрический разряд, от которого резко забилось сердце – так, что казалось громким его стук в пронзительной тишине коридора гостиницы – заставил одернуть ее.
- Вы так на нее похожи! Что это кажется невероятным! Я любил ее – единственную женщину, которую я смог полюбить в этой жизни. Никогда не забуду нашу последнюю встречу... У Вас есть дети, Вероника?
- У меня нет детей. Спокойной ночи, Борис. Мне нужно идти.
Ника резко шагнула в направлении к лестнице, Борис обхватил ее сзади двумя руками, прижал к себе и вдохнул запах ее шеи, чуть ниже волос.
- Это ее запах. Перестань меня мучить... Вера, скажи, что это ты...
     Ника вырвалась и побежала вверх по лестнице – молча, громко стуча каблуками по бетонным ступеням, думая лишь о том, чтобы он не побежал за ней следом. Входная дверь хлопнула – кто-то зашел. Борис, успевший пробежать всего один лестничный пролет, посмотрел на вошедшую пару, остановился, затем развернулся и вышел на улицу.
     Ника практически ворвалась в номер с бешено бьющимся сердцем и думала-думала – как ей теперь выкинуть все случившееся из памяти. Как ей не думать о той больнице, где они с Борисом вместе – убили их общего ребенка. Малодушно, трусливо и не думая о последствиях. Единственного ребенка, которого жизнь подарила Нике. А потом она просто сбежала от него – без объяснений и писем, и прочих душещипательных сцен. Ей было легко это сделать. Родители погибли в авиакатастрофе за 2 года до этого. В этом городе ее ничего не держало. Зачем она тогда согласилась с ним? Почему не решилась родить?
     Так долго выжигаемые из памяти вопросы и события... Как ей не вспоминать теперь о том прошлом, которое так безжалостно настигло ее в этом городе, в котором она похоронила все свои мечты, и даже – свое имя и биографию. Был человек – и нет человека. Есть москвичка Вероника Сергеевна – новый паспорт, новое имя, новый город и муж. Замечательный муж. Ника заплакала еще сильнее, вспомнив о нем: «Он старался сделать меня счастливой. Если бы его не убили во время Второй Чеченской компании… ».
     Он подорвался на мине, ей так сказали. Не мучился. Наверное, это должно было утешить ее – к тому времени уже достигшую высот в управлении финансами. А ей просто потом стало все равно. Все равно – как закончится ее жизнь, что в ней будет происходить. Единственное, что осталось у Ники – это тот уровень жизни, к которому она привыкла. И невидимый барьер между ней и всем окружающим обществом. Барьер – толщиной с Великую китайскую стену. Контроль каждого происходящего процесса. Каждого приближающегося к ней человека. И – одиночество – такое, что Ника с трудом вспоминала – была ли у нее семья – вообще – когда-нибудь... И тут – эта командировка. И возникший призрак из прошлого, которому она никогда не признается в том, что она – Вера.





Рейтинг работы: 49
Количество рецензий: 3
Количество сообщений: 5
Количество просмотров: 334
© 12.12.2016 Мария Листова
Свидетельство о публикации: izba-2016-1854053

Рубрика произведения: Проза -> Рассказ


Пишет Маруся       18.10.2017   11:21:15
Отзыв:   положительный
Машуль, с удовольствием прочла, спасибо!
Мария Листова       18.10.2017   13:39:26

Очень приятно, что тебе понравилось, Марусь ) Прям бальзамчик такой - схожести нашей )
РАДА       21.02.2017   15:11:04
Отзыв:   положительный
ЗАМЕЧАТЕЛЬНЫЙ РАССКАЗ!
БлагоДАРЮ, МАРИ!
Счастья Вам, радости, и новых творческих открытий!
С теплом, Надежда.


Мария Листова       22.02.2017   20:20:14

Спасибо большое, Надежда! Мне очень приятно, что Вам понравился мой маленький экспромт )
Обязательно забегу в гости, немного зашилась с работой и делами )
Желаю Вам весны, любви и благодати Божьей!
С сердечным теплом, Машуля )


Виктор Петроченко       13.12.2016   09:04:41
Отзыв:   положительный
Добрый день, Мари! Сильная получилась вещь. Читал с большим удовольствием.
С теплом, Виктор.


Мария Листова       13.12.2016   13:10:48

Спасибо, что читаете, Виктор! И за такой прекрасный отзыв! Очень приятно ) Желаю Вам солнца, радости и зимних чудес! И творческих успехов, конечно же )
С теплом и сердцем, Машуля )


















1