Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Дневник профессора гарросса


                                                                               2005 год, октябрь

                                                                                               1
         Мотор внезапно зачихал, задёргался, словно в агонии, и заглох. Этого только не хватало! Водитель быстро выставил рычаг коробки на нейтраль и вывернул руль вправо, чтобы съехать подальше с дороги. Если придётся бросить автомобиль, то лучше сделать это в укромном месте, чтобы его не смогли сразу обнаружить. «Кадиллак Эскалейд», по инерции продолжая движение, на большой скорости проскочил обочину, углубился в лес и там, наехав на куст акации, остановился. Стоило лишь глянуть на приборную панель, как сразу стало понятно, что случилось. Бензобак был пуст, так что пытаться запустить мотор не имело смысла.
         - Вот чёрт! – недовольно выругался он и выключил зажигание.
         Затем вылез из джипа, с досадой захлопнув за собой дверь, и тут же очутился в объятиях колючего вечернего холода. Зябко поёживаясь, водитель огляделся. Ему не повезло совсем немного. Вдали в сгущающихся сумерках отчётливо виднелись огни пригорода и ярко вспыхивающие красочные рекламы респектабельных районов.
         Он понятия не имел, где находится, не знал, что за город раскинулся перед ним, и, вообще, в какую страну его занесло. Но это для него в данный момент было не важно. Всё, что сейчас было ему нужно, к чему он стремился, так это незамеченным добраться до города и найти там телефон, чтобы связаться со своим дядей. Тогда придёт конец его проблемам. Он сможет свободно вздохнуть, успокоиться и расслабиться. Хотя бы на время.
          Чтобы хоть как-то согреться, он прихватил с заднего сидения оставленные кем-то пиджак и шляпу, которая на удивление пришлась ему впору, и двинулся на огни, держась так, чтобы с дороги его никто не заметил. Он не сожалел о брошенной им машине – ведь она была не его, а гангстеров из Всемогущего Синдиката, у которых он её позаимствовал, - всё больше сокрушался, что не успел проехать каких-то полтора-два километра, и теперь приходится идти пешком и тратить на это драгоценное время.
         Вскоре, кутаясь от холода в пиджак, он уже вышагивал по мрачной и пустынной улочке пригородного района. Видно, владелец пиджака был великаном, так как был ему настолько велик, что больше походил на пальто, а для того, чтобы дать свободу кистям рук, ему пришлось несколько раз подвернуть рукава. Под длиннющей полой, засунутый за пояс, покоился пистолет системы братьев Броверз, поэтому он держался уверенно, не боясь посягательств со стороны местной братии.
         Наряд его был немного странноват – потрёпанные джинсы и поношенная хлопчатобумажная рубашка никак не вязались с дорогим пиджаком и шляпой, - но, вряд ли, значительно отличался от одеяния здешних обитателей. Быть может, армейские ботинки могли бы вызвать у кого-нибудь лёгкое изумление, но и только. Скорее всего, всех удивило бы не то, во что он одет, а то, как он одет: для столь морозного вечера он был одет легкомысленно легко.
         Ему было далеко за сорок, сколько точно – он не знал, но выглядел он намного старше. Убегая от погони, он успел рассмотреть себя в зеркало заднего вида. Когда-то чёрные, как смоль, волосы, поседели и отрасли настолько, что ниспадали на плечи, как у индейцев. За время многолетнего анабиоза у него отрасли бакенбарды и усы. А лопатообразная борода доходила почти до груди. Он был похож на старца, прожившую долгую и трудную жизнь. Возможно, если постричься и побриться, он помолодеет лет на двадцать, но вряд ли вернет свои годы. Тяжелое бремя, которое ему пришлось пережить, навсегда оставило печать на его по-мужски красивом, преждевременно состарившемся лице. Но телом и духом он был ещё крепок. Под потрёпанными рубашкой и джинсами скрывалось мускулистое, натренированное тело. И если бы кто-то надумал его ограбить или просто поглумиться, купившись на его вид, то тому пришлось бы сильно разочароваться.
         Пройдя ещё полквартала, водитель, наконец-то, наткнулся на светящуюся вывеску бара, в которой не горели три первых буквы. Какой-то умник на его входных дверях небрежно написал белой краской: «Заходи – не бойся, выходя – не плач».
         - Смешно! – оценил он эту фразу и толкнул дверь.
         В баре было полно народу. В воздухе висел густой коктейль из табака, алкоголя и человеческого пота. В глубине зала за металлической сеткой вовсю старались очумелые от собственной игры музыканты, а около них в неистовой пляске бесновалась пьяная толпа. У входа он был вынужден остановиться, чтобы привыкнуть к здешней атмосфере. Потерев нос, который защипало от нахлынувшей в него вони, он недовольно обронил:
          - Н-да, пещерный червь тут бы не выжил. Он бы сдох сразу после первого же вдоха.
         Стоявший рядом молодой метис прервал затяжку косяка и, тупо уставившись на вошедшего, спросил его заплетающимся языком:
         - Что ты там несёшь, мужик?
         Водила окинул его презрительным взглядом и, молча, стал пробираться к стойке. Метис недоумённо пожал плечами и вернулся к косяку. Больше на него никто не обратил внимание. Впрочем, он на это не обиделся.
         Уже немолодой бармен, судя по лицу, прошедший огни и воду, вздрогнул, когда перед ним неожиданно возник новый клиент, обросший и бородатый тип со шрамом на левой щеке. Странный прикид пришельца его нисколько не удивил – здешний сброд одевался и почище, - просто для столь ранних осенних заморозков он был одет слишком легко. Маленькие цепкие глазки бармена изучающе уставились на старика, словно вопрошали: «Кто ты, парень, и откуда такой взялся?». Тот не отвёл глаз и твёрдым взглядом ответил ему: «Не твоё собачье дело, старый пердун». Так они играли в гляделки несколько минут. У стойки никого больше не было, и им никто не мешал наслаждаться обществом друг друга. Первым нарушил молчание старик.
         - Мне нужно позвонить, - требовательно заявил он.
         Бармен о чём-то подумал, наверное, о том, что не стоит связываться с незнакомыми людьми, особенно, такими дерзкими, как этот, затем достал из-под стойки телефон и, молча, поставил его перед посетителем.
         - Спасибо.
         Тот поднял трубку, проверил, работает ли телефон, и, как бы, между прочим, поинтересовался у бармена, в какой стране он сейчас находится. Тот посмотрел на него, как на идиота, но всё же ответил. Старику повезло: расчеты командира со штурманом оказались верными. «Бриджитта» приземлилась на территории его родной страны. Тогда он быстро набрал код Данкары, после свой домашний номер и с нетерпением стал ждать. Скоро всё образуется, и он снова вернётся в свой кабинет, к своей работе, к своим друзьям… Послышались длинные гудки, затем щелчок. На том конце провода подняли трубку. Он напрягся: неужели сейчас всё закончится?
         - Приёмная господина Орсона, - услышал он приятный женский голос.
         «Что такое? - не понял он. – С каких это пор в моём доме появилась его приёмная?»
          - Алло! Я слушаю.
          Голос был отработанно мягким, но произнесённые слова ударили его как кувалда.
          - Соедините меня с Орсоном, - недовольно буркнул он в трубку.
          - Господин Орсон сейчас занят и…
          - Я сказал, соедините, и немедленно! – разозлился старик.
          - Ну, хорошо, раз вы настаиваете. Тогда, пожалуйста, назовите себя. Кто вы?
          - Гарросс. Тони Гарросс, - он взял себя в руки и ответил как можно спокойнее,- хозяин приёмной господина Орсона.
         Лёгкое замешательство на другом конце провода, затем растерянный голос произнёс: «Минуточку».
         Ждать пришлось долго. Бармен за это время успел дважды налить ему тоник – у Гарросса в горле пересохло от нетерпения. Наконец, на линии щёлкнуло, и до него донёсся знакомый голос его дяди, но какой-то сухой и жёсткий.
         - Слушаю!
         - Ну, здравствуй, Орсон! – он был озадачен таким тоном, и всё же не смог скрыть радость, услышав его.
         - Это кто?
         Это было уже слишком. Не узнать его! Глухое раздражение, как гремучая змея, зашевелилось у него в груди. Захотелось немедленно одёрнуть задаваку и поставить его на место. Кем там возомнил себя его дядя за время его отсутствия? И он ответил, также сухо и жёстко.
         - Это Тони Гарросс. И ты мог бы быть повежливее со своим боссом.
         Услышав последнее слово, бармен бросил на посетителя пытливый, оценивающий взгляд.
         - Так это, в самом деле, ты, малыш? – голос дяди резко изменился.
         - Я рад, что ты сразу меня узнал, - съязвил Гарросс.
         - Но, Тони, малыш… с тех пор как ты удрал из дома, прошло больше восьми лет. У тебя изменился голос. Вот почему…
         - Сколько, ты сказал, прошло? – изумился он.
         - Если хочешь, я могу сказать точно, - Орсон зашелестел бумагами. – Вот. Восемь лет, пять месяцев и двенадцать дней.
         - Подожди, - попросил его Гарросс и, зажав трубку ладонью, повернулся к бармену. – Какой сейчас год?
         - Ты что, с Луны свалился, что ли? – удивился тот.
         - Угадал, именно оттуда. Так какой сейчас год?
         - Две тысячи пятый.
         Теперь бармен знал точно, что от этого чокнутого старикашки нужно держаться подальше и поспешил на другой конец стойки, куда как раз подсели две молодые пары.
         Вот это да! Гарросс озадаченно потёр лоб. Восемь лет! Конечно, за это время мог измениться не только он сам, но и его голос. Тут дядя прав. Но ведь секретарша доложила ему, кто его спрашивает.
         - А разве тебе не сказали, что это я тебе звоню? – голос у Гарросса был по-прежнему сухим и жёстким.
         - Сказали, конечно, - отозвался Орсон, - но я посчитал, что это чья-то нелепая шутка. Ведь столько времени прошло… Но теперь я точно знаю, что это звонишь ты, и очень рад тому, Тони, что ты, наконец-то, объявился.
         - Я тоже рад тебя слышать, дядя.
         Он не лгал. Он действительно был рад услышать голос родного человека, на чью помощь рассчитывал. Но начало разговора ему не понравилось. К тому же, Джолтон наговорил столько всякого про Орсона, что не мудрено заподозрить своего родственника в нечестности. Гарросс решил разобраться в этом до конца.
         - Объясни мне, Орсон, что твоя приёмная делает у меня дома?
         - Всё очень просто, Тони, - услышал он в ответ. – Тебя не было столько времени. Не пустовать же твоему дому. Вот я и переехал на время к тебе. Но ты не волнуйся на этот счёт. Как только ты приедешь, я тут же переберусь к себе.
         Это объяснение удовлетворило его. Подозрение, возникшее было у него на счёт своего дяди, исчезло. Не хотелось верить, что близкий человек может тебя предать. Да и Джолтон перед смертью мог наговорить ему всё, что угодно о нём, лишь бы переманить его, Гарросса, на свою сторону.
         - Тони? – беспокойно напомнил о себе Орсон.
         - Мне нужно добраться до дома, Орсон, но у меня нет ни денег, ни документов. Так что мне нужна твоя помощь.
         - Ты же знаешь, Тони, я всегда готов тебе помочь, - в голосе управляющего просквозила фальшь, но тот почему-то не придал этому значение. – Ты где сейчас?
         Гарросс знаком подозвал к себе бармена и спросил у него, что это за город. Тот посмотрел на него как на ненормального, но, чтобы не связываться, ответил сразу, с некоторым апломбом, показывая этим, что такой вопрос оскорбил его:
         - Кохрана, папаша. Этот город называется Ко-хра-на. Штат Коррекода. Слыхал о таком?
         Этот город был известен всему миру своими сталелитейными заводами и находился на юго-западе страны, в двух тысячах километрах от столицы. Пожалуй, далековато.
         - Я буду там завтра, - заверил его Орсон, узнав об этом. – Встретимся в двенадцать в баре «Карпенния».  Это на западной окраине, на улице Святой Маргариты. Там нам никто не помешает.
         В это время на стул рядом с Гарроссом плюхнулся толстенный верзила, килограммов за сто тридцать весом, и бесцеремонно осмотрел его. Он был изрядно навеселе и теперь искал приключений. Увидев незнакомца, он сразу понял, что это то, что ему нужно. Предвкушая веселенькое развлечение, он удовлетворённо облизал губы и нарочито громко, чтобы слышал Гарросс, спросил у бармена:
         - Что это за говнюк такой тут объявился, а, Джо?
         - Какой-то псих, - отмахнулся тот, но тут же спохватился.
         Дерзость незнакомца ему пришлась не по вкусу, и, зная задиру Клета как облупленного, он решил с его помощью проучить старика. Наклонившись к толстяку, Джо с важным видом, словно по секрету, прошептал ему на ухо:
         - Похоже, сбежал из тюряги и теперь качает кому-то права. Называет себя боссом.
         - Боссом? – хрюкнул от удовольствия Клет: сейчас он неплохо повеселиться. – Ну-ну, посмотрим.
         Он повернулся к Гарроссу и сильно пихнул его в плечо, отчего тот едва не упал, успев в последний момент удержаться за стойку.
         - Эй ты, мерзкий старикан, кажется, я тебя здесь раньше не видел, а? Откуда ты здесь взялся такой наряженный?
         Гарросс слушал Орсона, не обращая внимания на верзилу. То, что он повидал и натерпелся на Селене, научило его подавлять в себе страх и смело смотреть в лицо опасности. Толстяк нарывался на неприятности, ну и пусть нарывается. Сейчас ему не до него, сейчас важнее уладить свои дела. Но на всякий случай Гарросс все же переложил трубку в левую руку, чтобы при случае воспользоваться правой.
         - Ну, ты, ублюдок! – продолжал доставать его верзила. – Тебя разве не учили, что на вопросы нужно отвечать? Или ты, может, такой крутой, мать твою, а? Крутой, да? Тебе наплевать на Клета Скоута, да? Ну-ка скажи мне, кто ты такой? Я здесь всех педиков знаю.
         Гарросс молчал, едва сдерживаясь, а любитель острых ощущений заводился все больше, набирая обороты. Сидящие рядом посетители бросили свои дела и с нетерпением ожидали, чем все это закончится.
         - Ты ведь педик, верно? – Скоут захохотал и снова хлопнул Гарросса по плечу.
         На этот раз тот был начеку. Он успел увернуться и через секунду в переносицу Клета уперся здоровенный пистолет
         - Нет, не верно, - услышал толстяк спокойный голос старика, - я твоя смерть.
         Верзила мгновенно преобразился, побледнел, крупный пот выступил на его жирном лице. От страха он икнул и издал характерный звук: пр-пр-р-пр-р-р. По бару, перебивая и без того жуткий запах, стала распространяться специфическая вонь. Известный всем задира Клет Скоут наделал в штаны. Бармен зажал нос и отошел подальше.
         - Я… я з-знаю, кто ты, - жалобно залепетал перепуганный верзила, сползая со стула. – Т-ты хо-о-хороший парень. И ты… ты ж-же не будешь в меня стрелять, д-даже?
         - Если только ты не уберешься отсюда немедленно.
         Подождав, когда посрамленный забияка под презрительные вопли исчез из бара, Гарросс спрятал «броверз» и вернулся к прерванному разговору.
         - Ты меня слушаешь, Тони? – в который раз переспросил его Орсон.
         - Да, я все понял, дядя. Завтра я тебя жду. Все.
          Он положил трубку и удовлетворенно посмотрел на бармена. Тот подобострастно глядел на него и прилежно улыбался. Джо всегда уважал людей, которым удавалось осадить таких беспокойных парней, как Клет Скоут, и теперь, чувствуя за собой вину, готов был исполнить любое пожелание незнакомца, даже абсурдное. Гарросс понял это и не преминул воспользоваться этим.
         - Мне нужна комната, Джо, что-нибудь пожевать и новая одежда, - он сказал это так, словно бармен был обязан ему, по меньшей мере, жизнью.
         - Сейчас, сэр, - с готовностью отозвался тот и, оставив вместо себя кельнера, повел его за стойку.

                                                                                               2
         Утром, наскоро позавтракав, Гарросс расплатился с Джо и отправился на поиски бара «Карпенния». Он знал наверняка, что его уже ищут и «кроты» и «синди», возможно, полиция тоже, и потому решил передвигаться по городу пешком. В крайнем случае, на метро. При возникновении опасности так будет легче уйти от погони. По дороге он забрёл в парикмахерскую, и хотя, как и предполагал, свои сорок лет не вернул, вышел оттуда значительно помолодевшим. Так что предстань он сейчас перед барменом Джо, тот ни за чтобы не признал в нём вчерашнего визитёра, нагнавшего столько страха на Клета Скоута.
         Шёл конец октября. Деревья стояли голыми и некрасивыми, а дома были серыми и угрюмыми, отчего улицы выглядели мрачными и неприветливыми. Было жутко холодно, но Гарросса это уже не беспокоило, как вчера. Джо поделился с ним своим гардеробом. И теперь в тёплых ботинках, пусть не в новом, но чистом твидовом костюме, в демисезонном пальто и шляпе он чувствовал себя вполне уютно и комфортно. А дующий в лицо ледяной ветер, предвещавший перемену погоды, возможно, снег, был ему даже на руку.    Натянув шляпу на глаза и подняв воротник пальто, якобы для того, чтобы укрыться от ветра, он тем самым почти полностью скрыл свое лицо от посторонних взглядов. В таком виде вряд ли кто бы смог разглядеть в нем Гарросса. Но чтобы не испытывать судьбу, при виде чёрных джипов «Икс-космос», на которых разъезжали «кроты», и «Кадиллак Эскалейд», в которых могли находиться гангстеры из Всемогущего Синдиката, а так же полицейских машин он всегда старался уйти с их поля зрения.
         В бар «Карпенния» Гарросс зашёл ровно без пяти двенадцать и выглядел как человек среднего достатка в возрасте шестидесяти лет. Место действительно было малолюдным, полицейские, похоже, заглядывали сюда редко, а вопросы здесь вообще никто не задавал. Он выбрал столик поближе к двери и сел лицом к выходу. Деньги, изъятые им у «синди», довольно быстро истощились, и, экономя их, он заказал себе только пиво.
         К нему тут же подсел тип с пропитым, изуродованным оспинами лицом. Один из тех любителей выпить на халяву, которых можно встретить в любом баре. «Везёт же мне на идиотов», - неприязненно подумал Гарросс, глядя на него.
         - Брось притворяться, парень, - без всяких предисловий начал пропойца, - я тебя сразу узнал. Понял, да? Шныря не проведешь. Ты был сегодня ночью у Форна.
         - Какого Форна? – опешил Гарросс, не ожидавший такой атаки.
         - Сукин ты сын! – возмутился тот. – Тогда о чем же вы так долго трепались, а, если ты его не знаешь? И потом, куда он тебя сразу увел? Нет, приятель, Шныря не проведешь,- он навалился грудью на стол и многозначительно зашептал. – Уж что-что, а то, что Форн не чист на руку, мне хорошо известно. Но ты не бойся, я не побегу в полицию…
         Завизжали тормоза. Кто-то подъехал к бару. Гарросс посмотрел на часы: двенадцать. Скорее всего, это Орсон. Он любит пунктуальность. Но в помещение вошел молодой элегантно одетый парень с лицом профессионального убийцы. Гарросс напрягся, учуяв опасность.
         - А что это ты вдруг побледнел, когда я упомянул полицию, а? Ты тоже с ними не дружишь, да? Ну-ну, успокойся. Тебе-то нечего бояться.
         Забулдыга не видел, как вошедший внимательным взглядом окинул зал и, немного поколебавшись, направился к их столику, и потому отнес волнение собеседника на свой счет.
         - Со мной всегда можно договориться, - доверительно продолжил он, довольный произведенным эффектом.
         Посчитав, что его жертва вымогательства достаточно запугана, он уверенно забрал бутылку пива, к которой Гарросс так и не притронулся, и, откинувшись на спинку стула, с удовольствием сделал несколько глотков.
         - Закажи мне еще выпивку и гамбургеры, - приказал он, - и я забуду про тебя, парень.
         А тем временем, не дойдя до них пару шагов, молодой человек выхватил из-под пальто пистолет с глушителем. Гарросс среагировал на это мгновенно: упал на спину вместе со стулом и откатился в сторону.
         - Что за дерьмо…
         Возмущенный вымогатель подскочил со стула, чтобы посмотреть, что это задумал его новый дружок, и тут же с простреленной головой свалился на пол, стянув со стола скатерть. Бедолагу угораздило подняться именно в тот момент, когда киллер нажал на курок. Шум от падения его тела на пол заглушил выстрел из «броверза». Пуля попала убийце в лицо и не оставила ему шанса на жизнь.
         Поднявшись на ноги, Гарросс, не раздумывая, выскочил из бара и бросился бежать вдоль улицы, расталкивая прохожих. Черный «БМВ», на котором приехал киллер, набирая скорость, последовал за ним. В нем сидело еще двое, и выражение их лиц красноречиво говорило об их профессии. Один из них, высунувшись из окна, открыл по нему стрельбу.
         Достигнув перекрестка, Гарросс свернул направо. Преследователи, игнорируя красный свет светофора, свернули следом и едва не столкнулись с грузовиком, проезжавшим перекресток на зеленый свет. Водитель грузовика хотел было начать с ними разборки, выбрав для этого самую мощную монтажку, но завидев у них оружие, поспешил убраться. Воспользовавшись этой заминкой, Гарросс прибавил ходу, чтобы оторваться от погони, но тут кто-то внезапно поймал его за руку и рывком затащил в проулок. Этим «кто-то» оказался негр, одетый в старую кожаную куртку и такие же джинсы.
         - Я все видел, - сказал он, - беги за мной.
        Негр оказался шустрым парнем и знал все подворотни. Они легко оторвались от преследователей и, пробежав еще два квартала, остановились в глухом, захламленном дворе.
         - Ну, вот и все, теперь мы в безопасности, - тяжело дыша от быстрого бега, объявил парнишка, - теперь колись: ты кто?
         - Тони Гарросс.
         Негр не смог сдержать улыбки, приняв его ответ за шутку.
         - А я тогда президент Дауслойд, - весело заявил он.
         - Меня, в самом деле, так зовут, - улыбнулся Гарросс.
         - Ты чего, мужик, с головой не дружишь? За такую шутку «кроты» враз тебя уделают. Ты что, не понимаешь…
         - Не кипятись, - дружелюбно прервал он парня, - лучше скажи, от кого мы убегали. Кто это был?
         - А разве это не твои дружки, с которыми ты забыл поделиться? - искренне удивился тот.
         Прежде чем ответить, Гарросс немного подумал.
         - Хм, пожалуй, так оно и есть.
         - Кстати, - парень достал из кармана сигареты, протянул их Гарроссу и, когда тот отказался, взял себе одну и закурил, - ты любишь читать утренние газеты?
         - Вообще-то я их читаю, но последние лет восемь мне было некогда. А что такое?
         - А то, что имя Гарросса уже не котируется. Этот чувак натворил таких дел, что «Спейс» пообещал за его голову целый «лимон». Так что, мужик, если по иронии судьбы тебе досталась такая же фамилия, то тебе лучше сменить ее.
         - Ты так думаешь?
         - Поверь мне, так тебе будет спокойнее.
         - Хорошо. Том Бромс подойдет?
         - Да хоть Дауслойд, - рассмеялся парнишка, - главное, не Гарросс. А то, услышав твое имя, кто-нибудь ненароком может пришлепнуть тебя… Ну-ка, подожди! – спохватился он вдруг и, отбросив сигарету, осторожно отвел у Гарросса полу пальто, в которой зияла дырка. – Да тебя никак уже продырявили, а?
         - Серьезно, что ли?
         Гарросс расстегнул пальто, затем пиджак и удивленно посмотрел на рубаху, пропитанную кровью. Пуля пробила левый бок и застряла где-то в ребрах. Видно он был так взбудоражен, что даже не почувствовал боли и умудрился с таким ранением на предельной скорости пробежать несколько километров. Но сейчас, немного успокоившись и увидев рану, он вдруг почувствовал жжение в боку и всевозрастающую слабость.
         - Черт! – недовольно выругался он. – Лучше бы ты не говорил мне об этом.
         - Почему?
         - Кажется, я начинаю слабеть.
         - Похоже, ты успел потерять много крови, - негр озабоченно покачал головой, - но ты держись. Я отведу тебя к своему деду. Вот тогда ты сможешь расслабиться.

                                                                                                3
         Дед, старый, страдающий какой-то неизлечимой болезнью негр, жил недалеко, на втором этаже заброшенной пятиэтажки, где еще год назад отключили и воду, и электричество, и отопление. Лет десять назад он неплохо процветал, оказывая услуги парням, по тем или иным причинам нарвавшимся на неприятности. Когда-то в молодости он долго работал у одного доктора и научился у него не только лечить насморк и принимать роды, но и извлекать из тел пули и штопать ножевые раны. Но годы брали свое, болезнь тоже, к тому же в соседнем квартале объявился конкурент, и Хирург, как его тогда называли, остался не у дел и лишь время от времени проверял, не потерял ли он сноровку, на тех, кого приводил к нему его непутевый внук.
         В квартире, куда притащили Гарросса, царил холод и полумрак. Бледные лучи солнца лишь в нескольких местах проникали в помещение сквозь уцелевшие стекла, потому как в основном все окна были забиты одеялами, которых, как и матрасов здесь было очень много. Они заменяли здесь все: и мебель, и одежду и отопление. Гарросса уложили около окна поближе к свету.
         - Кого ты опять притащил, Клайд? – недовольно пробурчал вошедший старик, одетый в импровизированное пальто, сшитое из разноцветных одеял.
         - Не шуми, дед, - ответил ему тот, - этому парню срочно нужна твоя помощь.
         - Да он еще и белый, - презрительно пробормотал Хирург и, развернувшись, зашагал прочь.
         - Я заплачу… - прошептал Гарросс.
         - У него есть деньги! – выкрикнул в спину деда Клайд. – Ты должен ему помочь, чёртов старик. Он мой приятель.
         - Ну, хорошо, Клайд, - старый негр вернулся, - раз у него есть деньги… э-э, раз он твой дружок, я посмотрю его, будь он хоть трижды белый.
         Хирург присел рядом с Гарроссом, который изо всех сил старался не потерять сознание, распахнул пальто, после откинул полу пиджака и осторожно убрал с раны окровавленную рубашку.
         - Пулевое ранение, - спокойно констатировал он, – свежее, тридцать седьмой калибр. Так… Пуля застряла в  теле. Это уже хуже. Придется оперировать.
         Он потрогал раненому лоб, пощупал пульс и сокрушенно покачал головой. Затем велел внуку развести примус и приготовить инструменты и ушел. Пока он в соседней комнате тщательно мыл руки в эмалированном тазу, Клайд извлек из-под кучи матрасов армейский нож и стал прокаливать его на огне примуса. Через несколько минут дед вернулся с поднятыми руками, как заправский хирург.
         - Инструмент готов? – спросил он внука.
         - Готов! – ответил тот.
         - Тогда принеси джина. У меня там осталось немного.
         Клайд убежал, а Хирург присел около раненого.
         - Не волнуйся, приятель, - сказал он Гарроссу, - все будет хорошо. Ранение пустяковое, так что нечего переживать. В Анголе я помогал профессору Дювалье. Тогда мы спасли жизни не одной сотне солдат. И скажу я тебе, мы многих буквально вытащили с того света. Твоя рана, парень, по сравнению с тем, что мне приходилось штопать до сих пор, - мелочь. Так что успокойся и расслабься.
         В это время вернулся внук с початой бутылкой джина «Прекрасная Джерри». Больше половины ее содержимого он влил в рот Гарроссу, а остальное вылил на рану и руки деда.
         - Наркоз! – скомандовал Хирург.
         Клайд от души врезал раненному по челюсти, и тот отключился.
         - Готово, док!
         - Тогда приступаем.
         Старик взял в руки нож и внимательно осмотрел его на свет…

                                                                                            4
         Операция прошла успешно. Пуля была извлечена, рана зашита и забинтована. Когда Гарросс открыл глаза, Клайд снова влил в него джина и набросил сверху еще пару одеял.
         - Спи, Том Бромс, - сказал он ему, - теперь тебе надо много спать. Большая потеря крови – это тебе не шутка.
         Гарросс боролся со смертью две недели и победил. Но подниматься старик ему все равно пока не разрешал. И он продолжал валяться в постели, обдумывая план спасения Земли. Днем к нему наведывался Клайд и подробно рассказывал ему свежие новости. Оказывается, несколько недель назад в пустыне Фитра, штат Хозамага, всего в двухстах километрах от Кохраны был зарегистрирован неизвестный взрыв очень большой мощности. Приехавшие на место взрыва полицейские обнаружили там останки нескольких легковых автомобилей и какого-то неизвестного летательного аппарата, похожего на НЛО, и зарегистрировали повышенную в несколько раз радиацию. Сенат штата хотел направить туда для расследования свою комиссию, но Космическое Общество запротестовало этому. Оно предположило, что произошло столкновение спускавшегося космического аппарата с проезжавшими машинами, а это было уже по их части.
         С наступлением сумерек Клайд запихивал за пояс шестизарядный «кольт» и до утра исчезал из жилища. Чем он занимался, Гарроссу лишь оставалось только догадываться, но только деньги у него водились всегда. Не значительно, правда, но достаточно, чтобы прокормить троих.
         Когда Гарросс смог подняться и по стенке осторожно добраться до окна, то увидел на дворе снег, заваливший весь мусор и сделавший двор более привлекательным. Тут он вспомнил о кейсе, где хранились документы, способные превратить Землю в пепел. Это ради них он рисковал жизнью, боролся со смертью и стремился выжить. Эти документы обязательно нужно было обнародовать. Только тогда планета Земля будет спасена.
         - И Селена тоже, - вслух произнес он, продолжая свою мысль.
         Кейс, пока его окончательно не занесло, нужно было немедленно забрать и, раз он собирался переждать здесь зиму, спрятать его где-нибудь поблизости. Так будет спокойнее для него. Но сам он был еще слаб для этого, и, после долгих колебаний, он обратился за помощью к Клайду.
         - Это второй километр, - объяснял он ему, когда тот согласился, - ровно сорок пять шагов от указателя по перпендикуляру направо, если ехать в Кохрану. Затем двадцать шагов налево…
         - Прям, как на острове Сокровищ, - улыбнулся Клайд.
         Гарроссу понравилось такое сравнение, и он тоже улыбнулся.
         - Там увидишь три тополя. Они растут неправильным треугольником. На пересечении их вершин закопан кейс.
         - Там деньги? – оживился парнишка.
         - Нет, - разочаровал его Гарросс, - так важные документы. Очень важные. Настолько важные, что ты можешь поплатиться за них жизнью. Видишь ли, на самом деле есть кое-что дороже денег.
         - Дороже денег ничего нет! – уверенно заявил тот.
         - Когда-нибудь ты убедишься в обратном. А сейчас запомни: не пытайся открыть его, иначе тебя разнесет на куски.
         - О, боже! Ты что, агент, что ли?
         Во избежание новых расспросов Гарросс не стал разубеждать нового друга, что к шпионскому ведомству он не имеет никакого отношения.
         - И последнее, - втолковывал он Клайду как матерый разведчик, - постарайся, чтобы этот кейс никто не увидел. Иначе из-за него у тебя будут огромные неприятности.
         - Хорошо, шеф! – весело отозвался тот. – Сегодня же вечером этот опасный для моей жизни чемодан будет у тебя.
         Поздно вечером, когда в комнате царила непроглядная тьма, а Гарросс по обыкновению дремал, зарывшись в одеяла, кто-то осторожно вошел в их квартиру, скрипнув дверью. Поначалу Гарросс подумал, что это вернулся старик, уходивший куда-то по своим делам. Но обычно, когда кто-нибудь из своих заходил в дом, то всегда голосом предупреждал, что это он. Так было заведено. Для того, чтобы какой-нибудь пройдоха не проник в дом и не унес последнее, что в нем имелось. Не услышав сигнала, Гарросс мгновенно проснулся. Стараясь не шуметь, выкарабкался из-под одеял, приготовил пистолет, с которым никогда не расставался, и стал ждать. Спустя минуту он услышал как чьи-то тихие, вкрадчивые шаги медленно приближаются к его комнате. Тогда он встал около двери и приготовился. Шаги стихли. Дверь осторожно приоткрылась, и чья-то голова просунулась в щель. Гарросс тут же ткнул в нее пистолет.
         - Не дергайся, - предупредил он, говоря тихо на тот случай, если вор забрался не один. – Ты кто?
         - Я от Клайда, - так же тихо ответил незнакомец, и было видно, как в бледном свете луны заблестел пот на его черном лбу. – Меня зовут Бирго. А ты и есть Бромс?
         Это имя Гарроссу было знакомо. Клайд не раз произносил его, когда рассказывал о своих друзьях.
         - А где Клайд?
         - Там, на втором километре. Мы нарвались на «кротов». Они увидели, как мы тащили этот чертов чемодан, и открыли по нам пальбу. Клайду прострелили череп… черт! – возмущенно заорал он вдруг, не выдержав напряжения: кто чувствует себя спокойно, когда к виску приставлен пистолет? – Да убери ты свою поганую пушку, урод!
         Гарросс убрал пистолет.
         - Где кейс?
         - На, забери!
         Парень хотел зашвырнуть чемодан в угол, но Гарросс вовремя заметил это и успел перехватить.
         - Аккуратнее! Он же может взорваться!
         - Ну и что с того! – с вызовом отозвался Бирго. – Клайда все равно уже нет. А он был мне как брат.
         - Успокойся, парень, - Гарросс положил руку ему на плечо,- я понимаю, что тебе сейчас нелегко, но поверь мне, со смертью друзей жизнь не кончается. Уж я об этом знаю, - он тяжело вздохнул. – Только трусы и мямли падают духом и считают, что для них все кончено. Ты еще молод и за свою жизнь сможешь не раз совершить такое, за что Клайд порадуется за тебя на небесах.
         Бирго притих. В полумраке Гарросс не видел его лица, но потому, как тот несколько раз всхлипнул, понял, что парнишка плачет.
         - Не надо падать духом, парень, - Гарросс снова тяжело вздохнул, вспоминая своих погибших товарищей, - иногда жизнь преподносит нам такие сюрпризы.
         - Ладно, я пойду, - буркнул в ответ Бирго и, вытерев нос, направился к выходу.
         Когда вернулся старик, притащив что-то с собой в мешке, Гарросс рассказал ему о гибели Клайда, ни словом не обмолвившись о кейсе, который спрятал под матрасами, служившими постелью старику.
         - Сукин сын! – только и сказал на это старый негр. – Я так и знал, что он так кончит.
         Он ушел в свою комнату, и уже через час был пьян и пел какую-то грустную песню.
         Старик пил, неизвестно на что, несколько дней подряд. Запас провизии уже кончился, и Гарросс, живший на иждивении Клайда, не знал, как быть дальше, где взять деньги, чтобы купить еду, когда к ним снова заглянул Бирго, оказавшимся подвижным шестнадцатилетним подростком. Он без стука вошел к нему в комнату и встал в дверях. Помялся немного, а затем протянул Гарроссу деньги.
         - На вот, возьми…
         Тот непонимающе посмотрел на парнишку.
         - Бери, старик, это тебе, - буркнул тот и, спохватившись, тут же поправился, - то есть, вам на двоих. Когда мы пошли за чемоданом – будь он не ладен! – Клайд сказал, что, если с ним что-нибудь случится, то мы должны будем помогать тебе и Хирургу. Мы с Дивом дали слово. Так что держи…
         - Отдай их Хирургу.
         - Нет, он их тут же пропьет. Клайд сказал, деньги отдавать тебе.
         Гарроссу было неудобно принимать деньги у подростка, но выбора у него не было. Как только банкноты перекочевали в его руки, Бирго тут же исчез.
         На эти деньги Гарросс купил провианта на несколько дней. Проходя мимо магазина канцелярских товаров, он через витрину увидел, как родители покупали мальчику школьные принадлежности. Это навело его на одну интересную мысль. Он зашел в этот магазинчик и купил себе несколько толстых тетрадей и десять авторучек. Теперь он знал, чем будет заниматься долгими зимними вечерами.
         Возвращаясь домой, он неожиданно заметил на противоположной стороне улицы огромный баннер со своим портретом. Под ним крупными буквами было написано: «Внимание». Далее более мелким шрифтом шел текст, который он издалека не смог прочитать. В самом низу жирно красовалось число «1000000». Выходит, Клайд не врал, когда говорил, что на него открыта охота. Что же в «Спейсе» такого придумали, чтобы сделать его врагом общества? Ему было очень любопытно это узнать, но он не стал переходить улицу, чтобы прочитать текст. Теперь он должен быть вдвойне осторожным. В его руках судьбы двух планет, и он не имеет права рисковать. Надвинув на глаза шляпу, он поспешил в свое убежище. По дороге купил газету «Новости дня» и, как только оказался в своей комнате, тут же принялся ее изучать.
         Статью о своей персоне он нашел на второй странице. Прочитав то, что о нем пишут, он понял, как жестоко и изощренно действуют в Космическом Обществе против тех, кто встал им поперек дороги.
         Вечером, когда после сытного ужина старик захрапел на своем ложе, Гарросс достал тетрадь и аккуратно написал на ее обложке: «Дневник». Затем подумал и подписал: «Энтони Гарросса, профессора данкарского университета».









Количество отзывов: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 91
© 07.06.2016г. Александр Белка
Свидетельство о публикации: izba-2016-1694362

Рубрика произведения: Проза -> Фантастика


















1