"Чуть-чуть фантастики…" -сериал-


С. Васильев

Чуть-чуть фантастики…



Приходится жить в диффузном слое между прошлым и будущим.


Цепочка рассказанных почти по порядку ма-а-леньких историй:

    *Немного губной помады
    *Упрощение редактирования
    *Семейный вечер
    *Маленькая месть
    *Уличное освещение в городке Стра́тфорд-на-Э́йвоне
    *Философский кирпич
    *Долой науку!
    *Имейте совесть!
    *У-ф-ф…
    *Профсоюз изображений

*** *** *** ** *** *** ***



    Немного губной помады

    Н.П. старательно крепил самодельный плакат:
    «Любой разум должен содержать хотя бы крупицу разумного!»
    Лаборатория буксовала и для преодоления потенциальной ямы все средства были хороши.
    - Можете идти, – закончив работу, сказал стремянке Нил Петрович, и та с достоинством удалилась на своё место. Она была любимым детищем завлаба и единственно разумной в той степени, когда это можно демонстрировать на симпозиумах.
    - Какие будут предложения? – совсем неоригинально начал планёрку Н.П.
    - Э… - приподнявшийся Спиридон Матвеевич почувствовал иронические взгляды коллег. - Да, я опять про туалетную бумагу! У лаборатории материальные трудности, а это каждый может принести из дома в жертву науке!

    Давным-давно, ещё в кандидатской, Нил Петрович убедительно доказал сам себе, что робототехника является тупиковой ветвью, а вживление искусственных систем даже насекомым - ещё и морально ущербной. Он предлагал не пыхтеть над проектами членистоногих устройств, напичканных электроникой, а наделять некоторой сообразительностью уже существующие предметы. Для окончательной победы не хватало финансирования. Отсутствие качественных ингредиентов привело к тому, что сначала лабораторию, а потом и весь институт, заполонили стулья, которые норовили уйти, когда на них собирались сесть; чашки, выливающие кофе, если не на штаны, то в цветочный горшок; пепельницы, выкуривающие оставленные без присмотра сигареты… Малосознательные молодые сотрудники перетаскивали брак в другие помещения, стараясь завладеть предметами с не травмированной психикой. Вещи расползались по научному учреждению, порождая бесконечное множество докладных.
Завхозы увольнялись два раза в неделю.
    Утомлённый раздражающими неудобствами, зам по науке даже приглашал батюшку окропить, освятить и изгнать. Части оборудования это помогло.
    - Я прошу сотрудников, - Н.П. выразительно посмотрел на Михаила, - не использовать для экспериментов инвентаризированные предметы.
    - А не инвентаризированные?
    - Нужен заметный, положительный результат! – завлаб игнорировал провокационный вопрос. – Предлагаю собрать средства на закупку…
    - А я весь аванс вчера потратила на косметику, – вздохнув, шепнула Мишке Лилечка.
    - Зря. Если появились у руководства идеи… Ладно, я за тебя сдам. Не лезь, - Миша отогнал настырную настольную лампу, заглядывающую к нему в кошелёк.
    - А крупица, это сколько? – не отставала Лилечка, рассматривая плакат над столом завлаба.
    - Откуда я знаю. Посмотри в справочнике или у Матвеича спроси. Знаешь, на чём он докторскую соорудил? Предлагал, для удобства пользования телефоном, выращивать на ушах дополнительные пальцы.
    - А что, действительно было бы удобно… - по сморщенному лицу Михаила Лилечка поняла, что сказала глупость и попыталась исправиться. - Только не очень симпатично.
    - Так что, коллеги, возьмёмся за дело засучив рукава! – наконец завершил свой манифест Н.П.

    Очень трудно девушке в коллективе, состоящем из гениев. Даже если она симпатичная и привлекательная… или это одно и то же? И спросить нельзя – опять отправят смотреть в справочнике. В общем, трудно.
    Во-первых, практически не обращают внимания и думают только о науке.
    А во-вторых, угнетает боязнь сказать что-нибудь неумное.
    Лиля обиженно надула губки.
    Кроме всеобщего невнимания, на её долю выпало составление рабочих растворов из всякой гадости.     Н.П. был убеждённым сторонником вековой мудрости. Он откапывал старые фолианты с рецептами и заклинаниями, редактировал, усиливал КПД разными излучениями и надеялся на положительный результат, то есть занимался фундаментальными исследованиями.
    Сегодня по лабораторной карте требовалось почистить и сварить свиные хвостики в дёгте и щёлочи, а потом добавить очистки и разбавить царской водкой.
    Поместив кюветы в автоклав, Лиля стала листать обрывки страниц в неинтересной книжке без картинок.     Мишка говорил, что работа с первоисточниками крайне полезна. Где-то в середине тома её взгляд зацепился за пометки между строк. Перестав вздыхать, Лилечка несколько раз перечитала и, сканировав, вывела страницу на экран.
    Кажется, появилась надежда!
    Дождавшись, когда мужчины уйдут на перекур, она покопалась в сумочке и занялась установкой. В фокусе ионного излучателя расположились: губная помада, несколько зеркал, капельница с желчью старого алкоголика и далее по списку. Всё крепилось потерявшей вкус жевательной резинкой. Лиля, зажмурившись, включила высоковольтный контур и авточиталку заклинания. Взвыл вытяжной шкаф, а противопожарная система настороженно развернула раструбы к месту событий. Через пять минут на столике лабораторного штатива осталась только помада. Она немного светилась.
    По технике безопасности активированные предметы личной гигиены полагалось проверять на мышах, но      их боялась. Из подопытных объектов в её распоряжении была только она сама. Немного посомневавшись, Лилечка накрасила губы.
    Помада не позволяла говорить глупости.
    При малейшей попытке губы склеивались, и молчание становилось умным, даже значительным.     Постепенно мужчины начали прислушиваться к Лилии Викторовне и спрашивать совета. Все её рекомендации были исключительно разумными. Ей даже хватило выдержки никому не рассказать о своём открытии… Или это заслуга губной помады?

*** *** *** *** *** *** ***

    Упрощение редактирования

    Когда-то Виссарион Григорьевич любил читать. Давно. До того, как стал редактором. А когда он дорос до завотделом…
    Шеф окинул подчиненных строгим и мудрым взором.
    Светочка жалобно смотрела на бучащий системный блок, где-то там многоядерный процессор пыжился открыть текст с иллюстрациями. Петрович разогревал кофе на раскалённом принтере. Надежда Ивановна, допив упаковку пенталгина, погрузилась в очередной шедевр. Ещё в штате числились отпускники, отпросившиеся, заболевшие…
    Точное количество сотрудников знал только бухгалтер.

    - Всем привет! Опять завал? – в дверь просунулась голова Медузы Горгоны. Как-то сложилось, что компьютерную технику от неразумных пользователей брались защищать либо лохматые, либо лысые. Sysadmin с нормальной растительностью - явление редкое.
    - Константин Сергеевич, вы опоздали на полтора часа!
    - Так в первый раз, Виссарион Григорьевич! – широко улыбнулся Костик.
    - Как в первый?! – шеф даже растерялся.
    - На полчаса опаздывал и на два многократно – признаю. А на полтора в первый раз. Прошу помиловать. Свете, пора систему переустанавливать, – затараторил молодой нахал, чтобы руководство не успело отреагировать.
    - Кажется, завис, - в голосе Светы чувствовалась надежда. Переустановка избавляла её на пару часов от просмотра почты, а если - с настройками, то вполне можно отпроситься в магазин.
    - У нас серьёзный научно-фантастический журнал… - не сдавался шеф.
    - Угу, - кивнул Петрович. - Юрисконсульт заявил, что закон Ома не вступит в силу, пока его не подпишет президент.
    - …И наш отдел должен соответствовать! - закончил руководитель.
    - Виссарион Григорьевич, да отпустите вы Светочку. Девочка третий день не в курсе поступлений в торговую сеть. Это негуманно, – Надежда Ивановна сняла очки.
    Шеф махнул рукой, и Света тут же дематериализовалась, оставив после себя лёгкое ароматическое облачко.
    - А ещё я раздобыл замечательную штуку! Сама редактирует, – сисадмин плюхнулся на освободившееся место.
    Помассировав переносицу, шеф несколько раз сильно зажмурился, прогоняя усталость. Число пишущих росло не по дням, а круглосуточно - и повышение уровня образования в этом неповинно. У образования было алиби. Скорее, виноваты безработица, спад производства и, как следствие, улучшение уровня жизни. Парадоксальность, а вовсе не отсутствие логики определяла уровень подъёма «воды» при очередном «приливе». Сейчас отдел «затопило». Присылали всё: от детских считалок до проектов конституции вселенной.
    - Так что, Костя, у тебя за «panacea» на нашу голову? – зевнул Петрович.
    - Мишка… мой друг в «неоткрытом» НИИ… - сисадмин быстро понажимал кнопочки и дождался рекомендации «откиньтесь в кресле».
    - Это как?
    - Ну, есть «закрытые», про них все знают. Есть просто НИИ – они никому неинтересны. А есть ещё «неоткрытые»…
    - Это молодёжь так шутит, – пояснила Надежда Ивановна.
    - А-а-а… - кивнул Петрович. - И чем они занимаются?
    - Сиё загадка… а где моя флешка? – Костя начал исследовать карманы. - Маленькая такая… только вчера купил.
    - Нужно было гирю прицепить.
    - Зачем?
    - Чем меньше флешка, тем больше брелок.
    - Это старшее поколение так шутит, - пояснила Надежда Ивановна.
    - А-а-а… Так вот, - Костик извлёк из сумки аэрозольный баллончик. - Мишка говорит, что эта штука может объективно оценивать любой текст на предмет смысла. Ему для кандидатской гору литературы нужно было перелопатить, а после обработки от некоторых не то, что оглавлений даже и названий… тю-тю!
    - И как это действует? – поджал губы шеф.
    - Просто побрызгать. Буковки начинают соображать, куда влипли и часть дохнет… наверное, от расстройства. Надежда Ивановна, дайте текстик.
    - Нет уж, увольте.
    - Давай попробуем, – Петрович протянул забитый буквами лист.
    Константин выдвинул стул, деградировавший до уровня табурета, положил объект и слегка побрызгал.
    - Запах, как у аmaretto, а тара от дихлофоса.
    - С финансами у них туго, вот и прут из дома на работу что не очень жалко…
    Мужчины напряжённо гипнотизировали лист. Буквы начали шебуршиться, подпрыгивать, но быстро успокоились, попадав, где пришлось. Костя аккуратно ссыпал мусор в корзину. Осталось всего несколько строк:

        «- Причём тут ЭТО? – спросил Читатель.
        - А как без ЭТОГО?! – возмутился Автор.
        И оба оказались по-своему неправы.
        По-своему, прав был только Редактор.
        Он один знал, чего хочет читатель и что должен автор…»

    - Верное замечание! – Петрович повесил первый результат рационального редактирования у себя над столом.
    Есть польза от науки и для научно-фантастических журналов!
    Шеф раскладывал листы, Константин орошал, а Петрович пылесосом собирал безжизненные крошки чьих-то мыслей. Только Надежда Ивановна сторонилась прогресса, терпеливо вчитываясь в присланное. К обеду «наводнение» ликвидировали. Завотделом даже подумал, сократить штат или напоминать некоторым, что отпуск - это конечный промежуток времени.
    Оставалось отработать то, что цепко держалось за бумагу.
    Шеф был нежадным человеком, и оставил себе совсем немного.
    - Костя, иди, посмотри, почему эти, как приклеенные? - Виссарион Григорьевич с интересом смотрел на слабые попытки букв оторваться от листа.
    - Потому что приклеены, - Константин неожиданно смутился. - Чтоб не свалились. Это мой рассказ.
    Сисадмин потупил взор и покраснел.

*** *** *** *** ** *** ***

    Семейный вечер

    Чем мерзопакостнее погода, тем милее домашний уют. Главу семейства переполняли самые добрые и нежные чувства.

    - Что нового? – поинтересовался он у супруги, устраиваясь поудобнее в соседнем кресле.
    Ведущий, вспотев от натуги, пытался достичь нужного уровня тревожности – опять видели пришельцев. Их следы всё чаще обнаруживались то там, то сям. С одной стороны это позволяло обеспечить работой журналистов, а с другой – списать часть проблем на внешних недоброжелателей.
    - Сколько можно - одно и тоже… - жена, скучая, зевнула и перебралась к мужу.
    - Да, милая, эти двуногие совсем зациклились на своих бреднях. Их скудного умишки, подавленного опухолью собственной переоценки, не хватает для понимания того, что пришельцы – это они! Они единственные э-э… особи, порождающие отходы, не усваиваемые биосферой нашей планеты!
    Супруг был особенно хорош в моменты исторжения праведного гнева.
    - И ведь никакие напасти их не берут! Ни потоп, ни чума, ни холера, я уж молчу про ледниковый период, – поддакнула суженая, с обожанием глядя на мужа.
    - Да… Живучие твари! Но абсолютно неспособные накапливать информацию в себе. Носители им, видите ли, необходимы! Ни о какой эволюции у них и речи быть не может. Для развития каждого последующего индивидуума требуется учёт этим самым индивидуумом опыта всех предшествующих поколений! Всех! А они не помнят, где вчера бросили галстук! – оратор гневно покосился на хозяина квартиры.

    Спиридон Матвеевич привычно похрапывал, слегка приоткрыв лишённый вставных челюстей рот. Последнее время научная работа стала его утомлять – столько чая и кофе в этом возрасте усваивались с трудом, а длительные перекуры уже не развлекали.

    - Вот мы действительно коренное население планеты! Пришельцы! Это их занесло сюда! Примитивные создания! – глава семейства с трудом удерживал себя от более грубых выражений.
- Сколько мы от них натерпелись! – вздохнула супруга, в памяти которой, как титры в укоренной прокрутке, начал мельтешить список безвременно ушедших родственников.
    - Единственно, чего они достигли за тысячелетия, так это уменьшение площади поверхностей, покрытых волосяным покровом!
    - Милый, ты, наверное, проголодался?
    - Да, пожалуй. Дети уже поужинали?
    - Не волнуйся, конечно, поужинали.

    Дружная семейная пара направилась в сторону дивана.
    На экране нарисованные метеориты бомбардировали нарисованную Землю, но супругам было совсем нестрашно, в эволюционном столбе информации встречались картинки похлеще, причём реальные – за многие миллионы лет клопы повидали всякое и твёрдо усвоили, что правильное питание должно быть на первом месте.

*** *** *** *** *** *** ***

    Маленькая месть

    Иной зам по науке важнее директора института, особенно, если шеф в командировке. Нил Петрович пятую четверть часа ожидал аудиенции, скромно пристроившись на краешке кожаного дивана. Садиться глубже Н.П. опасался, что-то подозрительное было в этом осколке старого официоза.

    Селектор промычал распоряжение, и секретарша, не утруждая себя сложноподчинёнными предложениями, указала глазами на массивную, обитую дерматином дверь.
    - Разрешите? – Н.П. заглянул внутрь кабинета.
    - Заходите. Садитесь.
    - Спасибо, я постою.
    - Опять жалобы на вашу лабораторию.
    - На этот раз от кого?
    - На этот раз, уважаемый Нил Петрович, от соседней лаборатории сопоставления и анализа сновидений! – зам по науке Б.М. Пухликов раскалил металл в голосе до температуры, предшествующей плавлению.
    - Не припомню, чтобы мои ребята у них чего-нибудь свистнули. Там же всегда закрыто и свет выключен…
    - Везде своя специфика. Вы думаете, легко просмотреть соответствующее предзнаменование, если за стеной всё время вопят и роняют тяжёлые предметы? – Пухликов сурово посмотрел на подчинённого.
    - Понятия не имею, – Н.П. косился на кресло, в которое ему предлагали сесть, и старался ничего не упустить из длинного списка претензий для серьёзного разговора с Михаилом. – Может, и недоглядел чего.
    - А я имею! Я заведовал этой лабораторией! До конца года у коллектива по плану проверка толкований 53-х сонников! Вы даже не представляете, сколько нужно проспать, точнее, внимательно просмотреть, а потом сопоставить и проанализировать! Это договоры, контракты с издательствами, это реальные доходы института! Недоглядел!
    - Мы постараемся не шуметь, и Спиридона Матвеевича в помощь…
    - Они постараются! Кстати, вы мне сегодня приснились быстро лысеющим… - зам по науке перешёл на зловещий шёпот. На самом деле ничего присниться ему не могло по причине бессонницы. Именно из-за неё и пришлось двигаться вверх по карьерной лестнице с тёплого и спокойного места. Двигаться, пока коллеги не уличили в фальсификации результатов исследований.
    - Это к чему?
    - Полагаю, к уменьшению премиального вознаграждения сотрудникам вашей лаборатории, – зловещий шёпот сменился язвительной злорадностью. Это была маленькая месть за полученное профессиональное заболевание, разлучившее перспективного исследователя с любимой работой. – И прекратите эксперименты по оживлению мебели! Я, как заместитель директора института по научным исследованиям, закрываю это направление и прекращаю его финансирование.
    - Без решения учёного совета?
    - До заседания учёного совета. Кстати, к этому времени подготовьте свои предложения по сокращёнию штата лаборатории. Можете идти.

    Нил Петрович, показательно понурив голову, поплёлся к выходу, зачем-то по пути подмигнув креслу, а в приёмной застрял у графика проведения учёных советов.
    Зам по науке зловеще ухмылялся – это ещё цветочки. Он им покажет летающие кровати и чавкающие подушки, они ещё сторицей заплатят ему за бессонницу! Проходя мимо кресла, Пухликов в сердцах лягнул его и развернулся на каблуках. Кресло хулигански прищурилось, сплюнуло на ковровую дорожку и от души пнуло то, чем повернулся заместитель директора по научным исследованиям.
    Зафиксировав шум падающего тела, Н.П. удовлетворённо кивнул и вышел из приёмной.

*** *** *** *** *** *** ***

    Уличное освещение в городке Стра́тфорд-на-Э́йвоне


    Рядом с двумя огромными клетчатыми сумками рыночного торговца щуплый младший научный сотрудник Михаил Викторович Щеглов выглядел несолидно и неубедительно.
    - Что, инквизиция прикрыла вашу контору? Занялся свободной торговлей?
    - Пока, Кость, только тему прикрыли. Идея с умной мебелью ретроградов не устраивает, – Мишка то ли вздохнул, то ли зевнул.
    - Умной? От меня сбежали три девушки за одну неделю! Это твоё кресло… компьютерное, чуть не охарактеризовал, всё время пыталось их обнять! В результате обмороки со скандалами… – Константин потряс шевелюрой, отгоняя воспоминания, и опять покосился на баулы. – Чем теперь занимаетесь?
    - Пишем отчёты о проделанной работе… уже месяц. Но…
    - …мыслительный процесс остановить невозможно! Чего удумал? Зачем звал?
    - Куклы…
    - Дяденька, хоть детей в покое оставьте!
    - Не… я про кукольный спектакль. Константин Сергеевич, к учёному совету нужно успеть.
    - И когда он?
    - Завтра. Да всё готово, от тебя требуется просмотреть генеральный прогон, высказать рекомендации…
    - … и сумки помочь дотащить.

    Мишка носился по сцене, создавая завихрения в поднимающейся пыли и ниспадающем откуда-то потоке сизого дыма, то ли по замыслу, то ли по недогляду постановщика. За кулисами громыхнуло пустое ведро.
    - Ну, и чё тут? - Варваре Демидовне даже не нужно было перевоплощаться для роли Бабы Яги, но она довольствовалась вампирической должностью уборщицы второго этажа административного корпуса.
    - Тетя Варь, да у нас репетиция!
    - С девками?
    - С куклами – спектакль кукольный, – устало, а может быть, с сожалением, вздохнул Мишка.
    Демидовна подозрительно принюхалась но, удалилась молча, поджав губы.

    - Нужно что-то придумать с занавесом! Что-нибудь оригинальное, чего ещё не было… - режиссёр-постановщик застыл в центре авансцены,
    - Значит, исключи то, что уже было.
    - Что было? Раздвигался, поднимался, сдвигался, опускался, отсутствовал … Слушай, а может, сделать, чтобы он растворялся? Зритель должен это запомнить!
    - Тогда лучше не растворить, а взорвать. Можно без жертв, но обязательно , с материальным ущербом!     Иначе не запомнят! – Константин выпучил глаза.
    - Не ёрничай! У меня завтра премьера!
    - Отмени.
    - Нет! В творчестве главная действующая сила – это безысходность, когда и сделать не можешь и не сделать невозможно!
    - Тогда запускай, – Костя из соображений безопасности пересел с первого в пятый ряд поближе к проходу. От передовых, но не прошедших испытание временем, достижений науки лучше держаться подальше. – А в чём тут… ээ…
    - Прямая экономическая выгода для государства – куклы играют сами и никому зарплату платить не нужно.

    Сквозь редеющий сизый туман проступили несколько внутренних ярусов замка.
    - Ну, вот… - Мишка махнул рукой, как волшебник, только несколько смущаясь.

    В нижнем холле зашевелились три престарелые скучающие тётушки, по всей видимости - ведьмы. Одна дремала, посапывая в плетёном кресле, накрывшись пледом, вторая вязала, сидя на строгом стуле с высокой резной спинкой, а третья курила длинную трубку, покачиваясь в кресле-качалке.
    Из дыма образовалась надпись «МАКБЕТ».

    Чувствовалось, что режиссер волнуется, уж слишком ерзал, пытаясь жестами подбодрить куклы, хотя те вовсе и не смущались.

    В холл вошли сам Макбет и, соответственно, леди Макбет, о чём оповестила бегущая строка на рампе авансцены. Леди Макбет сделала книксен и для тётушек, и на публику.
    - Добрый день… - Макбет вежливо откашлялся, обращая на себя внимание.
    - А, Макбет! Я помню, как у тебя резались зубки… - вторая тётушка на мгновение оторвалась от вязания.
    - Да, да… - не вынимая трубки, подтвердила третья.
    - Как ты подрос… - снова бодро защелкала спицами вязальщица.
    - Король, король… - то ли всхрапнула, то ли присвистнула первая слева старуха.
    - Да, да… - подтвердила сидящая справа.

    Леди Макбет ширнула локтём в бок супруга, тот расправил плечи и принял гордый вид. Сразу же зазвучали фанфары, но, увы, по другому поводу – прибыл король со свитой. Бегущая строка это подтвердила.
    - Эй, Макбет! Подойди-ка к своему королю.
    Дункан вёл себя весьма фамильярно, похоже, что у него было хорошее настроение.
    - Нет! Да! Тётушкам видней! – забормотал себе под нос Макбет и получил ещё один тычок локтем от супруги, которая продолжала мило улыбаться королю.
    Решившись, Макбет подбежал и пронзил короля мечом, тот, понятное дело, упал, корона покатилась по сцене мимо оцепеневшей свиты, и только лишь ловко выставленная туфелька леди Макбет остановила её.     Грациозно подфутболив символический, но бесполезный в быту головной убор, леди водрузила его на макушку супруга. Часть свиты в панике разбежалась, а Макбет, проходя вдоль оставшихся, пронзал мечом без видимых усилий, так … между прочим, тех, кто недостаточно громко кричал: «Да здравствует король!».
    Прибежало большое количество усердных слуг, которые быстро всё прибрали и организовали праздничное убранство помещений. Бегущая строка сообщала последние новости королевства.
    На втором этаже начался пир. Всё выглядело достаточно аппетитно, и даже начали мерещиться запахи всяких вкусностей.

    Константин сглотнул слюну – из-за этого новатора он не успел даже растворимого кофе проглотить.     Впрочем, и Мишка заурчал животом, подтверждая аксиому о том, что настоящее искусство нужно вытворять на голодный желудок.

    Перед пирующими вместе с шутами затеяли пляску тени призраков ранее убитых персонажей. У Макбета сразу испортился аппетит, и все попытки леди Макбет разогнать назойливых призраков оказались совершенно безуспешны. Они вели себя совершенно непристойно, можно сказать, хуже мух в сельской местности.
    Макбет в сердцах бросил салфетку и убежал к тётушкам. Старухи по-прежнему спали, вязали и курили.
    - А, Макбет! Я помню, как у тебя резались зубки…
    - Да, да…
    - Король, король…
    - Да! Я король! Но призраки мешают мне обедать…
    - Ах, Макбет… - вторая тётушка уткнулась в своё вязание.
    - …Неуязвим для тех, кто женщиной рождён! - пробормотала сквозь сон первая тётушка.
    - Да, да … кажется Макдуф-ф-ф… - третья тётушка выпустила порцию правильных колец из дыма.
    - …Мне твоя супруга подарила такую большую герань… это просто прелесть, Макбет… - не отрываясь от вязания, продолжала вторая тётушка.
    - …Несокрушим, пока в поход, Бирнамский лес деревья не пошлёт… - продолжала бредить первая старуха.
    Макбет взмахнул мечом, в знак возвращения аппетита, и убежал на второй ярус.
    - Да, да… как ночь ни длится, день… придёт… как день ни длится, ночь придёт… - старуха с трубкой сделала глубокую затяжку.

    Костя похлопал себя по карманам – сигареты вместе с кофе остались дома. Придётся воспринимать искусство без допинга. Мишка поднял указательный палец, призывая в тишине и чуткому восприятию происходящего.

    На втором ярусе всё изменилось: к Макбету со всех сторон начали подбираться заговорщики, прячась за растениями и двигая перед собой кадки с геранью. Но Макбету всё нипочём. Смеясь, он отбивался легко, можно даже сказать, непринуждённей супермена из боевика. Тут нужно было отдать должное выдержке и чувству меры постановщика, который удержался от включения в действо элементов восточных единоборств.
    Что-то вспыхнуло, и вбежал Макдуф, размахивая мечом. Бегущая строка замигала, обращая внимание на приближающуюся кульминацию. Но Макбету всё нипочём.
    - Я заклят. Смешны мне женщиной рождённые…
    - Да, Да! Нам тётушки сказали! – подбадривая супруга, провизжала леди Макбет, уподобляясь спортивной болельщице.
    - Внимательнее нужно слушать старших… до срока вырезан ножом из чрева матери Макдуф!
    Изловчившись, Макдуф всё-таки отрубил Макбету голову, а леди Макбет, не в силах пережить такой финал, упала замертво самостоятельно. Голова Макбета, стуча по ступенькам, скатилась в холл к ногам тётушек.

    За кулисами раздался грохот от упавшего пустого ведра. Судя по расстроенному взмаху режиссёра–постановщика в сценарии этого не было. Константин неприлично хихикнул, но спектакль шёл своим чередом.

    - Не верю больше я коварным ведьмам! – выпучив глаза, из последних сил прохрипела голова.
    - Ах, нынче молодёжь такая неблагодарная … - вторая тётушка расправила рукоделье, просматривая ровность вязки на свет.
    - Да, да…
    - А что случилось? – зевнула, пробудившись, первая слева тётушка.
    - Ничего особенного. У нас есть ещё племянники?
    - Нужно подумать…
    - Да, да … - кивнула третья тётушка и выпустила фигурную струйку дыма, которая свилась в надпись: «Пока всё».

    - Это твой шедевр? – Костя постарался вложить в интонацию максимальную деликатность в знак признательности за непродолжительность действа.
    - Темнота! Это пьеса Шекспира «Макбет». Краткое содержание в моей интерпретации
    - Автор не возражал?
    - Пока ещё во сне не являлся. Только не нужно прикидываться, что ты ничего не слышал о Шекспире. Его даже в школе проходят… «Ромео и Джульетта»…
    - Из «Ромео и Джульетты» мы проходили только название и то, кажется, не полностью. А зачем ты взялся переделывать, поставил бы как есть.
    - Костя, трёхчасовой спектакль ни один учёный совет не высидит. И потом это авторское прочтение… и вообще, все Шекспира переделывают…
    - Да, да… - Константин передразнил третью ведьму. – А где он похоронен?
    - Кто? Макбет?
    - Уильям Шекспир.
    - Сейчас проясним. – Мишка начал тыкать пальцем в экран своего планшета. – Там где и родился в Стра́тфорд-на-Э́йвоне. А что?
    - Вот если к вращающемуся от постоянных беспокойств, прочтений и толкований бедному Уильяму примостить подобие генератора, то он мог бы запросто обеспечивать уличное освещение в родном Стра́тфорд-на-Э́йвоне.

*** *** *** *** *** *** ***

    Философский кирпич

    
Давненько Спиридон Матвеевич так не волновался… с пятого класса. Вроде, как и не должен был бы, раз уже под семьдесят. Нет, лучше – за шестьдесят.
    По ступенькам довольно бодро спускалась столичная интеллигентная дама без конкретного возраста.
    - Привет, Ползунов.
    - Надя… - Спиридон Матвеевич, как и положено, забыл заготовленную речь. – Ты совсем не изменилась.
    - Пожалуй, нужно было тогда тебя посильнее портфелем треснуть, чтобы ты раз и навсегда отучился говорить банальности. Зачем звал?
    - Может быть, в кино?
    - Нет уж. Увольте меня от современной кинопродукции.
    - Тогда мороженное.
    - Спиродончик, за пятьдесят… - Надежда Ивановна на секунду задумалась, - пять лет ты стал настойчивей. В кафе пойдём или на лавочке?
    - В кафе … – Спиридон Матвеевич Ползунов пылал щеками как тот пятиклассник пятьдесят пять лет назад.

    Вот если из детского кафе убрать детей, то излагать свои мысли было бы легче. Ухажёр в возрасте, но без опыта, поморщился.
    - В результате удалось сотворить философский кирпич. Он практически ничто по сравнению с философским камнем, но если их сделать много…
    - А почему кирпич-то? Сделал бы что-нибудь более благовидное, – Надежда Ивановна помешала ложечкой остатки мороженого.
    - Научный совет требует продумывать практическое применение всех разработок и доход от эксплуатации. Я предложил из таких кирпичей строить дома для престарелых. Помолодеть они там не помолодеют, энергии у кирпичиков маловато, но смогут прожить ещё семь раз по столько. Я на бабочках–однодневках проверял – неделю жили себе припеваючи. Доходят до крайнего возраст и тормозятся.
    - Понятно. Значит, ты предлагаешь дожить, к примеру, до восьмидесяти и ещё 560 лет вялиться в таком состоянии?
    - Вот именно из-за увеличения государственных расходов по этой статье научный совет и не пропустил проект! Завистники! Время выждут и свиснут идейку. Но я кирпич с записями всегда при себе держу. А на свидание не взял… вроде как неудобно с кирпичом на свидание. Нужно продвинуть идею через прессу, найти спонсоров… Ты же в журнале работаешь, может, заметку какую пропихнёшь?
    - Журнал у нас литературный, по научно-фантастической тематике. А ты уверен, что этот твой… кирпич – философский?
    - Ну, во-первых – бабочки, а потом вот ещё, - Ползунов оскалился и продемонстрировал золотую коронку.     - Стальная была коронка-то. На кирпиче ненароком задремал в своём уголочке в лаборатории. У тебя же есть знакомые и по другим редакциям, а? Может Ленка Новикова?
    Спиридон Матвеевич непроизвольно почесал бок.
    - Ленин журнал специализируется на детективной литературе. Но я подумаю. Как ты сам, семья?
    - Да, всё там же – на Пролетарской. Холостяком – наука много сил отнимает. Телефончик вот, – Ползунов стал до чрезвычайности важен и протянул визитку с замысловатой аббревиатурой НИИ, но без расшифровки. – Давай провожу.
    - Нет. Спасибо, но мне ещё по магазинам нужно пробежаться, – Надежда Ивановна заторопилась, как будто вспомнив о неотложных делах. – Я позвоню.

    Домой Спиридон Матвеевич пришёл поздно – пока ещё парочку порций мороженого скушал, потом по парку прогулялся, помечтал о том о сём. Ни кирпича, ни прижатой им тетрадки в коричневой обложке на столе не было.

    - Надя, меня ограбили!
    - Поконкретней.
    - У меня украли обеспеченную старость.
    - Ползунов, ты толком говорить можешь?
    - Враги похитили философский кирпич и тетрадь с записями! Ну, с тетрадью они умоются – ты мой подчерк помнишь … И замок кодовый, и код – год рождения…
    - Ну тут ты всегда был непредсказуем.
    - Это злыдни из учёного совета! Я им коронку позолотевшую показывал. Фиг им! После третьей порции мороженого слезло то золото! Может Ленку из детективного подключить? В полицию же не заявишь, что кирпич со стола свистнули.
    - Лена в отпуске, я с ней созванивалась. Да не расстраивайся, ещё чего-нибудь придумаешь.
    - Придумаю, а что там у тебя за грохот?
    - Наверное, у соседей ремонт.

    Надежда Ивановна, укоризненно посмотрела на школьную подругу Нину и пошевелила кочергой в камине тетрадь. Коричневая обложка корчилась, отказываясь гореть ясным пламенем. Редактор детективного журнала застыла на мгновение с поднятым молотком и снова с чувством звезданула им по осколкам кирпича в старой обувной коробке, вытерла лоб и понесла полученную субстанцию в мусорное ведро.

*** *** *** *** *** *** ***

    Долой науку!

    Плесень – ладно, привыкли… а, вот откуда пауки в отсеке датчиков тяги?
    - Паук сидел в углу угрюмо, тяжёлую он думал думу… - Стэм смахнул паутину, - что жизнь устроена нелепо, поскольку раз в году лишь лето…
    - Стэм.
    - Ну?
    - Лапти гну. Один полетишь. Мирон на сессии. – Завгар становился жёстким, когда приходилось идти на нарушение инструкций. - Не косись, тебе тоже не запрещали учиться.
    - А, работать, кто будет? От этих грамотеев толку… лучше бы за техникой смотрели. Оплата?
    - Один семьдесят пять.
    - Сам лети. В одно лицо не положено. Не меньше два и два.
    - Премией добавлю – напрямую не пропустят. Загрузка полная, можешь цеплять.

    «Вновь неудачей закончился эксперимент по передаче материального объекта на расстоянии.     Незначительные травмы получили два лаборанта…» - девушка-телекомментатор хотела хихикнуть, но сдержалась - ей было известно больше, чем следовало говорить.
    - Так им и надо! – Стем подмигнул изображению. – Поразвелось умников … Без работы из-за них останешься! Всю зиму был паук не в духе, он ждал, когда проснутся мухи…
    Назойливо синий помятый контейнеровоз с надписью «Почта» на борту тащился, скрипя и чадя по знакомой межпланетной трассе. Пока не додумались, как «материальные объекты передавать на большие расстояния», без почтовой службы - у Стема был заработок. Не ахти какой, но…
    - … сезон охотничий открыв и про опасности забыв… Нужно нашему профсоюзному бездельнику намекнуть, чтобы он научному профсоюзному… собрату посоветовал почаще всякие там мероприятия организовывать. А то у них слишком много времени для размышлений остаётся. В школе рассказывали… или это мужики в курилке? В общем, когда первые машины в цехах ставить начали, то работяги бунт устроили. Прогресс! Грузовик толковый сделать не могут, а всё туда же: «Посылки без почты!»
    Поскольку второго пилота в соседнем кресле не наблюдалось, приходилось общаться с девушкой на экране.
    - … начнут летать и там и сям, на радость разным паукам! Идиот! – устало выругался Стэм, уворачиваясь от встречного корабля. – Понакупят прав... Было время, когда на маршруте две телеги в неделю встречались, а сейчас и глазом моргнуть не успеешь - какой-нибудь баран в тебя врежется. Можно, конечно, и не уступить… но, пока разберутся, придётся слесарить в гараже.
    «Столицу Луны Нью-Армстронг накрыло плотное облако смога. Движение при ограниченной видимости затруднено», - девушка опять улыбнулась.
    - Ну и чего мы всё время улыбаемся? – нахмурился Стэм. – Да, у спутника появилась атмосфера. Ура. Но из продуктов сгорания. Спасибо прогрессу, у любого недоноска, начиная с детского сада, своя леталка. Впрочем, хорошо, что эти головастики пока ничего кроме реактивных двигателей сочинить не могут.

    На сортировочной станции, как обычно не работал компьютер.
    - Рила, ну и кто мне путёвку оформит? – сердиться Сэму совсем не хотелось, но без документов будут проблемы в бухгалтерии.
    - А что ты вечером делаешь?
    - Барышня, вы новости слушаете? Теперь будут брать отпечатки сердца у ветреных девушек, которые заглядываются на женатых мужчин. Если обнаружится больше одного увлечения…
    - Дураки они, эти учёные. Лучше бы придумали компьютер, который не ломается, – Рила надула губки и принялась вручную оформлять документы.
    - Хоть правда, муха не бизон, но ведь и в мухе есть резон! Ну, может, учёные и не все дураки, но смогут ли они объяснить, откуда у меня в ракете завёлся паук?

    Константин сохранил изменения в документе «Долой науку!» и отослал в редакцию.
    - Опять не возьмут. – Пожаловался он монитору. – Журнал научной фантастики, а у меня антинаучная получилась. Дождутся – залезу к ним в программу макета. Просмотрят одно, а распечатают тираж… Бац!     Там мой рассказ. Вот шефа переклинит. Я им устрою!
    Системный администратор, подрабатывающий в редакции, мог позволить себе помечтать о мести, но поймал себя на том, что напрочь сжевал фильтр давно погасшей сигареты.
    – Стоп. Пожалуй, невзирая на зуд, как говорит Надежда Ивановна, даже в литературе лучше оставаться человеком…

        Паук сидел в углу угрюмо,
        Тяжёлую он думал думу,
        Что жизнь устроена нелепо,
        Поскольку раз в году лишь лето.
        Всю зиму был паук не в духе,
        Он ждал, когда проснутся мухи,
        Сезон охотничий открыв
        И про опасности забыв,
        Начнут летать и там и сям,
        На радость разным паукам!
        Хоть, правда, муха не бизон,
        Но ведь и в мухе есть резон!

    Пожалуй, это можно запулить в детский журнал.… И не нужно будет растолковывать, что маслянистая плесень от плохо продезинфицированных обленившимся роботом контейнеров с Юпитера, а Меркурианским членистоногим плевать на перепады температур и перегрузки…
    Константин Сергеевич выковырял из пачки новую сигарету - открывающиеся перспективы следовало хорошенько обмозговать.

*** *** *** *** *** *** ***

    Имейте совесть!

    - У вас есть проблемы? Давайте поговорим о них…
    «Ну, ты смотри какой участливый…»
    Я взял психолога за горло и выбросил в окно. Стало легче. Кстати, это моё предложение делать психологов надувными. В больших городах сразу уменьшилось количество неопознанных трупов, но автор, т.е. я, так и не дождался ничего большего, чем устная благодарность от главы департамента внутренних проблем. И односторонние стёкла тоже моя идея. Замечательная штука – в окно можно выбрасывать всё, что угодно, лишь бы пролазило и не травмировало окружающих. А с улицы в ответ ничего! Если плотно прикрыть форточку. Компания – разработчик здорово на этом нажилась, так и не вспомнив о том, чьи мысли легли в основу. Вопиющая, можно даже сказать – вопящая,несправедливость!
    Пытаясь успокоиться, я прошагал шесть с четвертью раз по периметру кабинета, мебель вежливо уступала дорогу. Жена однажды высказала пожелание, я где-то упомянул, «Стул-трест» и какое-то НИИ ухватились за предложение… Единственная выгода для семьи - уменьшение расходов на ремонт обстановки.
    В прихожей ожил, забытый у зеркала, телефон, затем раздался стук, противно скрипнула дверь и, прошмыгнувший в щель, аппарат замер передо мной в воздухе.
    - Извиняюсь, с работы беспокоят.
    - Не отвечать, но и не отключаться – это не вежливо.
    - Понятное дело. Нырнуть под подушку или перейти на беззвучный режим?
    - Второй вариант для всех – я занят. И будь под рукой.
    - Как скажете. - Телефон, мигнув экраном, спикировал на журнальный столик.
    «И кто осмелится сотрясти воздух заявлениями о том, что такие сервисные добавления излишни в общем перечне удобств?»
    Эти «бантики»… ну, если хотите, «расширения», насочинял бывший хороший знакомый, но от фирмы не получил даже благодарности.
    «Так ему и надо! Осмелился «зарубить» мой грант в комитете! Хотя... Нет, справедливость требует быть справедливым не только к себе – на благодарственное письмо, пожалуй, та контора могла бы раскошелиться».

    - Начнём-с… - усевшись за стол, я положил точно по центру белый лист бумаги - у меня там разметка, достал “Parker” и замер.
    Вообще-то, сочинять фантастику не сложно - достаточно прочитать или прослушать немного из того, что было опубликовано раньше…не факт, что придумано. Когда читать или слушать объёмные тексты недосуг, вполне достаточно просмотра парочки фильмов по беспокоящей тематике. Пропитавшись, можно приступать к внесению своего вклада. Если у кого-нибудь начнут копошиться смутные подозрения, что изложенное в свежем рассказе уже где-то когда-то встречалось… не обращайте внимания. Пользуются же многие одним и тем же, кстати, ограниченным, набором букв в алфавите. И ничего. Брюзжащее исключение из «многих», во всяком случае, они так думают, составляет лысеющее и редеющее сообщество закоренело - закостенелых, блюстителей чистоты жанра… Ну, да шут с ними.
    Аккуратно сняв колпачок, я нежно посмотрел на золотое перо. Оно ободряюще блеснуло в ответ.
    «К удаче».
    Так вот… полировать штампы, ласково именуемые традициями – занятие полезное… точнее, общественно-полезное. Проблемы начинаются, если ненароком сочинилось что-нибудь эдакое… чего раньше ещё никто не придумывал… Доказывай потом… т.е. после размещения в свободном доступе.
    «Главное вовремя застолбить идею! А лучше несколько» – вспыхнула и осталась светиться мудрая мысль. Приняв решение, ваш покорный слуга, так иногда величают себя для разнообразия, спрятал незапятнанный лист в папку, а ручку уложил подремать в бархатную коробочку.
    «Что ж, придётся читателям немного подождать… Дело, прежде всего!»
    Я растянул пошире экран монитора, один многодетный папаша придумал, и подключил вторую клавиатуру. В левой части открыл окна со своими архивами, а в правой главные страницы предполагаемых ответчиков.
    «Впрочем, не помешают и запросы в патентное бюро. Вдруг кто-то что-то из моего уже зарегистрировал как своё… среди этих большеголовых встречаются шустрые ребята… тогда нужно будет сначала воззвать к совести, если не поможет, организовать общественное порицание, а затем начать тяжбу, предварительно проконсультировавшись у юристов».
    План дозрел, понятно, что в основу легли благородные порывы.
    «Пора заканчивать с этой многовековой несправедливостью. Сколько полезных штуковин насочиняли литераторы! Особенно для лентяйского образа жизни… И никаких сведений о том, что инженеры-конструкторы, получившие кучу всяческих премий, или предприимчивые предприниматели, сколотившие на этом состояния, хоть один ломаный грошик перечислили кому-нибудь из авторов… хотя бы Верну… который Жуль. Вот если бы…»
    - Работать будем или продолжим витать в облаках? – Пискнула обнаглевшая «мышка».
    - Не хами. – Щёлкнув её по макушке, я начал перелистывать, мягко скажем, неупорядоченные, архивы.
    «Да… идей – ворох! Главное выбрать свои… Нам чужого не нужно!». Полистал ещё.
    «Вот! Все наблюдали неумолимо расползающееся… допустим, на штанах… жирное пятно… к примеру, от падшей шпротины. Пора бы уже разработать краску, которая сама покрывает поверхность любой формы ровным слоем без подтёков и пропущенных мест. Это избавило бы многих хозяйственных мужчин от проблем с покраской всяких решёток и освободило выходные для просмотра футбольных матчей».
Скопировал в правую часть экрана отрывок из «Дачных зарисовок».
    «Что ещё… Ага! Чего они там мучаются с этой проводимостью? Полагаю из-за лени и неорганизованности. Давно пора сообразить, что по процентному соотношению различных металлов в сплаве можно вывести закон о его сопротивлении… кажется, удельном… и рассчитывать проводники с заданными параметрами, как лаборант Ферапонтов в «Квадратном облаке». Неплохой, кстати, любовный романчик!»
    Мне, вообще, нравятся практически всё, что сочиняю, поэтому я скопировал не только идею, но и парочку соседних абзацев.
    «Так, дальше… Э-э-э… Ну, это догадка на уровне открытия! У теоремы Ферма никогда и не было доказательства! То, что ему пригрезилось, тоже ошибочно. Собственно из-за сомнений Пьер… кажется, так его родители нарекли… и не стал записывать - места на полях в старых книжках было достаточно!
Это аксиома! Аксиома!!!
    Иначе, толпа, в общем, неглупых людей давно всё доказала. Если теорема Пифагора является теоремой, то там уже под сотню всяких вариантов доказательств. Причём верных! Откуда это? А-а-а!.. Из первой редакции эссе о вреде перегрузок в образовательном процессе… в основном, для родителей. Теперь математическое сообщество может потратить предполагаемую премию за доказательство теоремы Ферма на другие цели… хорошо бы, не забыв про меня…»
    Скопировал.
    Без стука заглянула тёща.
    - Ужинать будешь?
    - Да-да… минут через двадцать – двадцать пять. - Я постарался изобразить что-то приветливое на лице.
«Ну, как работать, если постоянно… Стоп! А, когда был полдник?! Ладно, потребую двойную порцию…»
    Теперь сосредоточиться стало сложнее.
    «Кажется, что-то ещё очень даже интересное я придумывал… Всего не упомнишь… Муторное это дело подтверждение собственной гениальности – изрядное количество времени требуется».
    Я нервно крутил колёсико «мышки».
    «А, вот! Как быстро и надёжно склеить разбившуюся лампочку … Несущественно? Как знать… Из ерунды порой… Как это я пропустил полдник?!»
    Пора было отдохнуть, но хотелось прерваться на мажорной ноте - полезно для самоутверждения.
    «М-м-м… Кроме всего прочего, само предложение материальных компенсаций от зарабатывающих на идеях из литературных произведений, авторам этих произведений, принадлежит мне! Поэтому достойные и уважающие себя… имеющие совесть, коллеги «по цеху»… «по перу» уголовщиной отдаёт… получившие такие переводы, некоторой частью могут поделиться со мной. В размере прямо пропорциональном количеству совести у отчисляющей стороны! Именно так!»

    В прихожей раздался звонок.
    - Это к тебе. – Жена постаралась ободряюще улыбнуться и пропустила пришедших.
    В кабинет, с возрастающей степенью самоуверенности, вошли надувной психолог, участковый и дворник.     Опять будут выписывать штраф за порчу газона.
    Срочно нужны деньги! Номер моей сбербанковской карточки: 67628013 9004164855.

*** *** *** *** *** *** ***

    У-ф-ф…

    Отец Серафим вздыхал солидно - весовая категория позволяла.
    - У-ф-ф… Ох-хо-хо. Сын мой, почини ты эту чёртову… осподи, прости… машинку.
    - Что приключилось?
    В таком состоянии ремонтируемую технику Константину видеть не доводилось.
    - …осподи, спаси и сохрани! Да, во весь экран…
    - И? Только честно.
    - Окропил…
    - Оригинальный метод устранения баннеров. Ранее помогало?
    - У-ф-ф…
    - А крестом это… осенять не пробовали?
    - …осподи, прости… - удержался батюшка от соблазна ответить исчерпывающе, компьютер-то починки требовал.
    - Впредь, когда будете окрапывать…окроплять… брызгать на электропотребляющие устройства… ну, где что-нибудь жужжит или мигает, - продолжал глумиться специалист, – …используйте диэлектрические… ну, резиновые… перчатки, калоши, коврики… от греха… ну, чтобы током не того… Во избежание поражения, в общем.

    Пока лохматый безбожник препарировал убиенного и читал вводный курс по технике безопасности, отец Серафим изображал гибрид паровоза с пароходом. Сведя глаза к переносице, он усердно пыхтел, а в промежутках быстро шевелил губами. Вполне возможно, что молился… проклинать, вроде, преждевременно было.
    За окном несколько раз что-то призывно пропищало и поп, расправив складки на спецодежде, удалился. Растопыренные извинительно-оправдательно руки означали, что приходится работать в выходные дни - детишек кормить нужно. Впрочем, несомненно, и сам настоятель любил за столом сиживать со вкусом.

    На заднем дворе, подальше от любопытствующих, нетерпеливо подпрыгивая, празднично мигала разноцветными огоньками, летающая тарелка. Не сказать, чтоб большая… так, средних размеров. Отец Серафим поправил жёлтые перчатки, позаимствованные у матушки. Добавил солидности и, бормоча полагающееся по сценарию, побрызгал чужепланетный аппарат посредством предназначенной для сих целей метёлкой. Тарелка удовлетворённо поурчав юлой унеслась в интересующем её направлении. Рука батюшки непроизвольно потянулась в карман ощупывать тяжёлый кошель. Вдруг, не залётные хлопчики? Вдруг, доморощенная нечисть подъегорить решила? Нет, похоже, настоящие. Крепко держа гонорар, благостный отправитель культа помахал кадилом вслед улетающему недоопознанному объекту. Оно, конечно, с такими монетами в банк не сунешься… ну, да ладно - нумизматы, пожалуй, побольше дадут.
    - Ох-хо-хо… - успел Серафим краем глаза зацепить шевеление занавески в окне второго этажа своего скромного жилища.

    - Э…
    - Всяк своим путём к вере движется - Упредил батюшка излишнее любопытство компьютерщика. – Прошлым годе в одном НИИ бесов изгонял.
    - Всех изгнали?
    - Окромя сиюминутного удовлетворения результатами свершённого следует помнить о последующих доходах.
    - Готово. Почти всё цело. - Константин поёрзал мышкой.
    Курсор метался по экрану быстрее, чем хотелось бы отцу Серафиму. Действия специалиста намного опережали понимание пользователя.
    - У-ф-ф… Сын мой, мне бы документик один это… воскреси…
    - Восстановить? На столе был?
    - На экране, в уголочке тут вот.
    - Что там?
    - Грешен… - Поп зарделся превращаясь в Пасхальное яйцо.
    - О?!
    - …осподи, спаси и сохрани! Я это… на осьмнадцати… ресурсах… литературных… того… являюсь смиренному читателю в качестве автора. У-ф-ф… Сочинительством фантастики балуюсь.
    - А, про этих? – Костя кивнул в сторону окна.
    - У-ф-ф… какая ж, это фантастика? Это реальность. – Поучительно изрёк батюшка, но кошель на всякий случай ощупал ещё раз и подтвердил. – Реальность.

    «Вот уж действительно – пути Господни не…» Выруливая из кривого узкого переулка Константин не мог объяснить себе почему промолчал, что тоже… только на «осьми» литературных ресурсах того… являюсь читателям…
    «Из откровений отца Серафима – настоятеля на своих интересах» Константин Сергеевич отметил «галочкой» в памяти ещё один, пожалуй, заманчивый заголовок. Дело осталось за малым – сочинить сам рассказ или что-нибудь побольше…

*** *** *** *** *** *** ***


    Профсоюз изображений
    
    Часы натужно кряхтели, пытаясь сдвинуть стрелки в положение «три часа пополудни»… Тщетно. Секретарша, выбравшись из своего гнёздышка, передвинула стрелки в желаемое положение и приоткрыла классически дерматиновую дверь.

    - Таргим Феофанович, к Вам. – Оповестила она кабинет, даже не заглядывая, и кивнула посетителю. - Иди уж.

    Мишка, под торжественный бой часов, протиснулся в предоставленную щель.

    - Зиночка, сделайте нам кофе.- Попросил кто-то невидимый.
    Скорее всего, это был сам Таргим Феофанович.
    - Щас.

    «Весьма лаконично» - отметил про себя Мишка и попробовал стать Михаилом Викторовичем.
    Другое дело, что за этим коротким словом «Щас» могло скрываться, как стремление выполнить просьбу немедленно, так и категорический отказ выполнять вообще какие-либо распоряжения. Только время могло внести ясность.
    Михаил Викторович Щеглов, заложив руки за спину, неторопливо осмотрелся. Кабинет, как кабинет.     Сумрачно. Мебель казённая от «Царя Гороха». Из более-менее нового только плотно закрытые полупрозрачные жалюзи на окнах…

    - Проходите, присаживайтесь.
    Из-под стола появился хозяин кабинета, держа в руке якобы упавший карандаш.
    - Спасибо.
    – Очень рад, э… - Таргим Феофанович переложил несколько листочков, - Михаил Викторович.
    - Взаимно.
    - Так вот, Михаил… Викторович, есть идея… проект, знаете… необходимость создания одной структуры… и, соответственно, открывается вакансия. А Вашу э… лабораторию расформировывают, да и Спиридон Матвеевич Тугойков… Помните такого? Очень нелестно отзывался о молодом сотруднике… - Таргим Феофанович вновь покосился на листочек, - Щеглове М.В.
    - И зачем Вам кандидатура с отрицательными рекомендациями? Где логика?
    - Логика, Михаил Викторович, штука скорее теоретическая. На практике жизнь учит не просто слушать, что говорят, но ещё смотреть, кто говорит.

    Что-то щёлкнуло, пожужжало, крышка приставного стола сдвинулась. На её место поднялась панель с кофейником и полагающимися комплектующими. Чашек было три.

    - А, какая тема? Чем, собственно, придётся заниматься?
    - Тема? Тема, знаете ли…

    Обнаглевший луч света раздвинул полоски жалюзи и, чуть повиляв, упёрся в спинку стула напротив Михаила.

    - Этот что ли? – Ткнул пальцем в Щеглова ещё один Таргим Феофанович образовавшийся из нелинейно распространившегося пучка света. – Где ты умудряешься находить такой отвратительный кофе?

    Новый участник собеседования потянулся к третьей чашке.

    - Знакомьтесь, Михаил Викторович, это моё изображение… так сказать… – Изначальный Таргим Феофанович поморщился той частью лица, которая была обращена к Мишке. – Кто-то рождается «в рубашке», а кто-то с автономным изображением. Собственно их и воспринимают как приведения после того как прообразы того…
    - Того-того. Туда вам и… Человек это так… повод. А вот изображение! Даже просто портрет намалёванный смертным, может жить вечно! Во всяком случае, подольше изображённого.

    Второй Таргим Феофанович допил свой кофе и потянулся за следующей чашкой. Оригинальный Таргим Феофанович оказался расторопней.

    - Из кофейника вон себе наливай. Характеры у этих самых… копий, весьма… Как следствие, э… в последствии появляются легенды о дурном воспитании и множестве грехов прообразов.
    - Следствие… последствие…
    - Не перебивай. Сейчас они хотят организовать профсоюз. Да, да. Профсоюз изображений. Нужен председатель, освобождённый, с приличным окладом, записью в трудовой книжке… Вам же нужна работа? Будете представлять интересы вступивших при условии регулярной оплаты членских взносов. Да… узнаете много интересного. Так сказать, нового о старом. Если есть тяга к литературному творчеству, сможете ещё на романах исторических подзаработать…

    Дубликат Таргима Феофановича, выпив всё, что было в кофейнике, взял чашку Михаила.

    - Долго думаешь, кофе уже остыл. Работа не пыльная, но нервная. Некоторые предпочитают являться с претензиями лично и в любое время суток. Этот вот Регистратор… совсем обюрократился. Приёмные часы ввёл. А, если желание поскандалить возникает не в приёмные часы? Что, ждать что ли?
    - Такова общепринятая практика. – Таргим Феофанович покосился на Мишку, ища понимания и поддержки.
    - Можно ввести круглосуточную видеозапись обращений, а рассматривать в рабочее время. – С ходу выдал рацпредложение Щеглов М.В.
    - Во! Ещё не председатель а, формализма бюрократического уже выше крыши. Отложенный скандал противнее шампанского без пузырьков.
    - Почему обязательно именно скандалить? Множество разногласий можно уладить мирными способами… Это же возможно? – Мишка попытался посмотреть в глаза хозяину кабинета. – А почему Вам самому не возглавить этот профсоюз?
    - Видите ли… Остальные изображения убеждены, что я лоббирую интересы своего двойника. А этот… поглотитель кофе… считает, что я ущемляю его права. Даже в должности простого Регистратора. Для профсоюза требуется совершенно нейтральный кандидат, не падающий в обморок при встрече с явлениями, отторгаемыми классической наукой. Кстати, у Вас ещё и кредиты непогашенные остались?
    - Остались.
    - А мы Вам «подъёмные» организуем.
    - Закуривай. – Второй Таргим Феофанович протянул Мишке его же пачку сигарет. – Чего тормозишь? Молодой, здоровый! Тебе ж ещё есть что терять!

    Сам дубликат уже дымил, стряхивая пепел в кофейную чашку. Кандидат на должность председателя профсоюза непроизвольно начал хлопать себя по карманам.

    - Не жадничай. Регистратор вон «подъёмные» тебе обещал.
    - Значит, все-таки привидения… то есть изображения материальны?
    - Материальны, духовны… В процессе выяснишь и компоненты, и процентное содержание, и внутреннюю структуру.
    - Все исследования в свободное от основной работы время. – Таргим Феофанович пододвинул Мишке листочек готового заявления. – Вот, Михаил Викторович, подпишите. Чистой воды формальность… порядок делопроизводства, знаете… Эти пыльные личности в отделе кадров… Нужно же провести Вас по всем правилам, чтобы стаж не прерывался. Мы переводом постараемся…

    Мишка пытался вчитаться. Стандартное заявление: «Прошу принять…» и т.д.

    - Ну, что-ж-ж-ж…

    Перед принятием окончательного решения Щеглов Михаил Викторович соорудил на лице максимально сосредоточенное выражение, извлёк шариковую ручку из внутреннего кармана пиджака и… поставил автограф в указанном месте.
    Таргим Феофанович, облегчённо вздохнув, промокнул подпись тяжёлым пресс-папье.
    В тот же момент жалюзи прошили десятка три извилистых лучей и кабинет наполнился желающими что-то изложить новоявленному председателю. Никакой очереди они не соблюдали.
    В памяти у Мишки мелькнул кусочек фразы «… провести Вас по всем правилам».
    Да… иногда приходится пожалеть, что согласился на какую-нибудь работу. Обычно просветление наступает после совершения необдуманного шага.
    Впрочем… Ещё чья возьмёт!

*** *** *** *** *** *** *** ***


P.S. Продолжение последует… как в любом сериале… неотвратимо. :-)

С. Васильев








Рейтинг работы: 46
Количество рецензий: 1
Количество сообщений: 4
Количество просмотров: 270
© 14.05.2016 С. Васильев
Свидетельство о публикации: izba-2016-1675849

Рубрика произведения: Проза -> Юмор


Студент       06.04.2018   08:03:05
Отзыв:   положительный
Оставил вроде бы отзыв, но почему-то он исчез. Получил массу удовольствия от прочтения. Параллели со Стругацкими несомненны, но и своеобразие имеет место быть. Читается легко. Умничать не буду, это - на откуп профессионалам от литературы.)))
В реданонс.
С. Васильев       06.04.2018   08:57:53

Огромное Спасибо!
Я немного "застрял" с этим "сериалом№...
Теперь появилось настроение доделать ещё несколько набросков.
Студент       06.04.2018   09:14:46

А Вы не ориентируйтесь на читателя.)) Пишите для себя, что самому по душе. А читательские симпатии придут сами, когда-нибудь.... )))
С. Васильев       07.04.2018   09:11:29

Так... но - https://www.chitalnya.ru/work/2052312/










1