_Недалеко от Земли


_Недалеко от Земли
   Симпатичная журналистка с жаром делилась свежими новостями. За пухленькими губками посвёркивали белые, влажные зубки. Блузка на груди была расстегнута чуть больше, чем нужно, по мнению зрителей старшего поколения, и гораздо меньше, чем хотелось бы молодёжной аудитории. При такой подаче любые новости становились интересными.
    «…Это недостаточно развитые предыдущие поколения, начиная с родителей и далее вглубь веков, что-то там краем уха слышали о Поясе астероидов, какой-то мифической планете Фаэтон. Сегодня престарелая общественность взбудоражена официальной дезинформации о Чёрном и Белом Фаэтонах. Планет ещё нет, но они будут! Они уже названы и названия признаны и одним, и другим враждебными лагерями! Анарх и Гарма – гордо, точно, ёмко, без всякой примитивной, давно забытой даже богами, мифологии!»
    Ещё одна пуговица, наполовину выскользнув из петельки, заставляла внимательно смотреть информационный блок на молодёжном канале «ЛюМеН».
    «… Кто сможет поспорить, что «Анархия – мать порядка!», «Гармония превыше всего!» Кто скажет, что неправы те или другие?! Они правы, потому что имеют право сами определять своё будущее!»
    Очередной энергичный посыл, и пуговица наконец рассталась с петелькой, ставя перед зрителями новый вопрос о наличии под блузкой чего-либо, кроме самой журналистки.
    Мужчина слегка качнул седой головой.
    - С такой энергетикой она скоро вообще из одежды выпрыгнет.
    - Интересная особа. Они действительно задумали собрать Фаэтон обратно?
    - Нужно внимательнее слушать, что говорят девушки, а не просто их рассматривать. Две планеты: Анарх и Гарма. Безо всяких шуток…
    - Зачем?
    Два офицера в форме международных подразделений охраны порядка внимательно смотрели на почти объёмную картинку в информационном «окне».
    - У них мечта иметь свою территорию в космосе и не зависеть от всяких ваших международных комиссий.
    - В этом возрасте все хотят независимости. Юношеский максимализм, так сказать. Могут разбалансировать систему?
    - Эксперты говорят, что вроде… как бы… скорее всего… нет… тем более планет две. Для длинноволосых и бритоголовых, диаметрально противоположные. Впрочем, специалисты всегда приводят несколько толкований, чтобы потом упрекнуть: Вот! Мы же предупреждали!
    Изображение журналистки сменилось документальной съёмкой: сотни молодых людей сновали между астероидами, как мошкара. Облепляли их, крепя какие-то тросы, сети…
    - Сколько же их там собралось?
    - Прохлопал ушами ваш регистрационный отдел, а теперь эту подвижную мелюзгу и не сосчитаешь. Пояс они поделили пополам, согласно устной мирной договорённости, но это пока…
    - Пора вводить разделительные посты? Или перебесятся? – представитель международной комиссии вопросительно посмотрел на командира соединения. Он только прибыл и ещё не разобрался в ситуации. С Земли было видно не всё, что происходило за орбитой Марса. Точнее, не так, как на самом деле.
    - Другие подрастут. Мы не имеем права их локализовать – пространство общее и вне пределов, оговоренных в инструкции. Но «рефери» нужны.
    - Без санкции не можем.
    - Так добейтесь этой санкции, пока там дело не дошло до стычек с летальным исходом.
    - Уже воюют?
    - Дальше драк пока не пошло, но пострадавших порядочно. Геройствуют. Мы переместили поближе к ним, практически на границу зон. Два госпиталя.
    Опять появилась журналистка. Скорее всего, она успела просмотреть то, что шло в эфир, поэтому развернулась к зрителям боле выигрышным ракурсом, теперь стало лучше видно то, что всех интересовало.
    «…Рискуя жизнью, тысячи сторонников враждебных идеологий делают общее дело…»
    - Откуда у них столько техники?
    - С Земли. Вот он покупает себе реоцикл или капсулу, или ещё что-нибудь… А зачем? Кататься или астероиды собирать? Или воевать? В общем, ваша комиссия этого предвидеть не смогла. У вас же всё под контролем?! Можно было отследить, сколько бортов ушло к Поясу астероидов?!
    - Практически нет. После того, как разрешили запуски частникам… плюс контрабандисты. В общем, по всему видно, что снабжают их хорошо.
    - Средства?
    - Нужно прощупать тех, кто официально на Земле жить не может. Похоже, что они не ушли от дел и не успокоились.
    - Ну, да… пока вы там будете искать «второе дно», тут дело до войны дойдёт. Одной жертвы достаточно и начнётся «кровь за кровь». Когда нам могут разрешить постоянное присутствие и контроль?
    - На следующей неделе будет плановое заседание комиссии, я постараюсь, чтобы этот вопрос вошёл в повестку.
    - Понятно. Договором моему корпусу разрешаются кратковременные экспедиции. Я планирую высылать патрули в зоны границ между ними. По мере того как будут растаскивать астероиды в разные стороны, вероятность стычек уменьшится.
    - Согласен… Согласен с тем, что увеличение разделяющего пространства уменьшит напряжённость. Давайте считать, что про патрули я пока ничего не слышал. Но раз это в вашей компетенции…
    Девушка немного переместилась и стала видна часть пульта управления. Оказывается, новости транслировались с командного пункта транспортного корабля.
    «… канал «ЛюМеН» не может находиться в стороне от исторических событий! Мы летим к Поясу астероидов! Все самые свежие и самые правдивые новости вы узнаете из наших репортажей непосредственно с места событий!»
    - Вот, барышня «не может находиться в стороне»! Сколько и чего на этом борту? Думаю, не посылки с варежками и вареньем от заботливых бабушек.
    - Хорошо, полковник, высылайте свои патрули. Ответственность разделим на двоих.
    - Я уже выслал, господин комиссар. У меня госпитали не резиновые, поэтому туда не должно поступать пациентов больше, чем выписывается.

    У привлекательной ведущей было вполне соответствующее внешности имя - Мила, или Милочка, в зависимости от ситуации. В такую дальнюю, интересную командировку её послали в первый раз. Девушка в приподнятом настроении витала где-то высоко-высоко и напоминала самой себе праздничный воздушный шарик. Вот здесь действительно настоящая работа, это не репортажи с орбитальных заводов об успехах и достижениях. Ну убрали с Земли производство – давно было пора. Что в этом героического? Тем более ещё не всё. Нет, там тоже встречались очень даже симпатичные парни, но не было ничего адреналинового. Покой, это потом - вязать свитера и шапочки Миле было ещё рановато.
    Риск и романтика не живут рядом с домом, они, как и Вселенная, расширяются, всё дальше и дальше улетая от благополучной Земли. Сейчас «ультра» на этой или противоположной стороне каменного колечка.
    Центральная база анархистов собиралась из старых орбитальных станций и списанных «транспортников» с пристыкованными как попало кораблями, шлюпками, капсулами… При подлёте это выглядело большим, разноцветным, мерцающим клубком спутанных коммуникаций на фоне серо-бурого комка неправильной формы. Он уже почти догнал по размерам саму базу и начал округляться, стараясь превратиться из зародыша в планету. Не так красиво, как хотелось бы, зато всё по-настоящему! Это не съезды «актива» молодёжных организаций в курортной зоне с речами, наставлениями, питанием и культурной программой! Миле приходилось бывать там: один раз посылали от школы и ещё, когда нужно было сделать репортаж. Оба раза пришлось долго отплёвываться от приторного привкуса «правильности».
Съёмочную группу с распростёртыми объятьями никто не встречал, да и вообще никто не встречал. Даже выяснить, где штаб и как туда пробраться, не удалось, потому что, те, кто разгружал корабль, был снаружи, а тот, кто руководил работой из шлюза, просто махнул рукой и сказал: «Отстань!»
    Наверное, спрашивать действительно было глупо, потому что с этой площадки выходил только один «рукав». Мила, на правах старшей группы, махнула своим ребятам рукой и двинулась вперёд.
    Путь был ясен только до первого разветвления.
    - Ну, и куда нам дальше? – спросил из-за спины, наткнувшийся на неё оператор.
    - Вот видишь на стене стрелка и написано «БАР!!!». Тебе с ребятами туда, а я всё-таки поищу каких-нибудь официальных представителей.
    - Ты полагаешь, что здесь можно верить надписям на стенах?
    - Шагайте, других указателей нет. Крепкого не пить, может, ещё работать сегодня придётся.
    - Всё будет в норме, шеф!
    Ребята, повеселев, удалились в единственный «рукав» обозначенный надписью, остальные пять зияли пустотой и неопределённостью. Мила взъёрошила волосы и пошла в четвёртый, если считать слева. Почему в четвёртый, а не другой? Спрашивать у девушки, оказавшейся «на распутье», об этом бесполезно. Потом были ещё разветвления и ещё…
    - Девушка ищет свою судьбу? – из бокового хода вывернулся парень в рабочем скафандре с ярко расписанным шлемом под мышкой.
    - Да… Кажется, я заблудилась.
    - Это нежилой разгрузочный сегмент.
    - А вначале был указатель «БАР», я и ребят своих туда отправила…
    - Серьёзно? И много у тебя ребят?
    - Трое - это моя съёмочная группа.
    - Всё. Я тебя узнал, ты из новостей. Захотелось испытать всё на собственной… - парень попробовал изогнуть взгляд и увидеть то, что было ниже спины у журналистки.
    - Не твоё дело, – Мила постаралась убрать подальше интересующую собеседника часть тела. – Как мне найти штаб?
    - Меня зовут Стив. Сейчас я на дежурство, а через двенадцать часов приходи в dance hall – восьмой уровень, двенадцатый сектор.
    - Посмотрим. Где штаб?
    - Пятый уровень, центральный сектор. Вот по этому проходу до лифта. Вечером жду. Пока!
    - Жди. Кто ж тебе запретит, - Милочка, неопределённо пожав плечами, пошла к указанному коридору. Пришлось-таки повернуться… Ну, и ладно, всё там вполне…

    На жилых уровнях было повеселей. Почти все доступные поверхности в коридорах разрисованы энтузиастами, местами весьма профессионально. Парни и девушки, двигаясь в разных направлениях, переговаривались, смеялись… Где-то, не обращая внимания на окружающих, целовались. В общем, картина мало чем отличалась от коридоров молодёжного общежития, разве что, время от времени встречающимися скафандрами. Да, по общежитию в скафандрах не ходят…
Мила наконец разыскала этот самый «центральный сектор». В огромном пустом зале никого не было.
    - Есть кто живой?!
    - Эй, девочка, ты проспала развод? - с третьего этажа балкона высунулась улыбающаяся физиономия. – Все наряды раздали полчаса назад. Поспрашивай, может, кто возьмёт с собой.
    - Я журналистка молодёжного канала «ЛюМеН». Вам должны были сообщить о нашем прибытии.
    - А-а-а… слышал, слышал… - парень спрыгнул прямо сверху и, прежде чем Мила успела сообразить, оказался рядом с ней. – Ром.
    - Мила. Как мне найти хоть какое-нибудь ответственное лицо?
    - Моё не подойдёт? Я начальник пограничной службы.
    - Угу, а я мама президента Франции.
    - Ром, ты выставил достаточно ребят в зонах? – с балкона высунулась ещё одна голова, узнаваемая по репортажам, плакатам и прочей агитационной продукции – это был глава анархистов, то есть собственно сам Анарх. Одни говорили, что планету назвали в его честь, другие, что он взял имя с названия планеты - на противоположной стороне Пояса ситуация была похожей.
    - По возможности. Бойцам отдыхать нужно.
    - Ром, ты мой верный и преданный друг… - вождь узнал журналистку и, приняв соответствующий вид, сменил тон.
    Вожди они тем и отличаются от обычных людей, что чувствуют разными местами, что и где нужно сказать, особенно если рядом пресса… или, на худой конец, массы.
    - Когда это ты успел?
    - Что?
    - Предать, раз я «преданный».
    - Ром, ты слишком много иронизируешь. Тем более при посторонних. Наша гостья может неправильно понять.
    - Ладно, не напрягайся, я уже ушёл.
    - Не волнуйтесь, Анарх, я постараюсь всё понять правильно. Когда вы сможете со мной побеседовать? – Миле хотелось побежать за Ромом, но цель командировки была несколько иной.
    - Наверное, завтра. Да. Завтра после утреннего совещания, – Анарх вернулся в образ и величественно кивнул.
    - Отлично! До завтра.
    Теперь можно было помахать рукой и показательно не спеша, чтобы чего-нибудь не подумали, пойти к выходу. Вдруг начальник пограничной службы не успел далеко уйти.

    Ром разговаривал с тремя парнями в тёмно-серых камуфлированных скафандрах.
    - Ребята, давайте на смену. Не задерживайтесь. На постах уже, наверное, заждались.
    - Не парься, командир, считай, что мы уже там.
    И небольшой отряд пошёл к известному им ответвлению.
    - Ром, а сам ты сейчас куда? – Мила склонила голову чуть набок, так она выглядела привлекательнее.
    - В «нейтральные воды», ребята видели бесхозный камешек, нужно и мне посмотреть.
    - Ром, возьми меня с собой.
    - А интервью с вождём?
    - Завтра.
    - Значит, занят сильно. Я и сам хотел пригласить тебя вечером в кафе.
    - Если возьмёшь с собой, то и в кафе сходим, а так я уже приглашена на танцы.
    - Это называется лёгкий шантаж. Впрочем, хорошеньким девушкам простительно. Пошли, подберём тебе амуницию.
    Даже мало что понимающей в технике Миле было видно, что капсула Рома ремонтировалась бессчетное количество раз, причём часть привычных выступов отсутствовала вовсе.
    - Она летает?
    - Ещё как! С герметизацией проблемы бывают - слишком часто реставрировали корпус. Но мы в скафандрах, так что не дрейфь, журналистика!
    - Тогда поехали, командир!
    После того как Мила устроилась в кресле второго пилота, Ром поднял руку. Створки шлюза, дёргаясь и поскрипывая, сдвинулись, открывая путь.
    - Что-то у вас тут всё… немного… не новое.
    - Лучше сказать, испытанное временем. Главное, работает! Если не нравится, дуй к «гармонистам» - у них всё аккуратно, чистенько… В общем, гармонично.
    - Успеется. Слушай, а разводы на работы, дежурства по расписанию, смены… и анархия, на мой взгляд, не очень сочетаются.
    - Читайте основоположников! Абсолютная анархия, это когда один в пустыне, а если двое, то уже требуется распределение обязанностей. Планета сама не соберётся.
    - Она большая получается?
    - Нет. Но побольше, чем у Маленького Принца.
    - У кого?
    - Вам на журфаке Экзюпери не разрешали читать? Или в детстве?
    - Очень остроумно! А ты, как я понимаю, так в этом детстве и остался?
    - Ладно, один – один, – Рому совсем не хотелось ссориться, впрочем, Миле тоже.
    - Проехали. А что такое «БАР» с тремя восклицательными знаками?
    - Большой ассенизационный резервуар. Когда набирается полный, его самоходом отправляют на Солнце. Рационально, конечно… Но делать из светила печку для сжигания отходов как-то не очень порядочно, не нравится мне. Однако альтернативных предложений пока нет.
    - Они меня убьют.
    - Кто?
    - Ребята из съёмочной группы. Я их по указателю направила. Я думала, там и вправду бар.
    - Да. У тебя только одна надежда, что коллеги не найдут дороги назад.
    - А почему ты так вольно с вождём разговаривал? Мне показалось, что это ему не понравилось.
    - Инь-терь-вью?
    - Женское любопытство.
    - Нечего хвост пушить: «…верный и преданный…». Нашёл подданного.
    - Может быть, юноша хотел произвести впечатление на девушку. А вы друзья?
    - У вождей не может быть друзей детства, они должны являться массам прямо из легенды, а не из соседней квартиры. Зачем массам знать, что его звали Аристарх и дразнили «арахисом», а сосед был поздоровее и заступался… Пока он не может без меня обойтись, поэтому терпит мешающие величию воспоминания.
    - А потом?
    - Потом избавится. История – штука не оригинальная.
    - Убьёт?
    - Откуда такая кровожадность? Я сам уйду, вот дело налажу. Плевать мне и на анархию, и на гармонию, главное, чтобы планеты появились. Чем плохо, если будет ещё две планеты? Пусть маленькие…
    - Значит, это была твоя идея?
    - Сейчас у неё столько авторов… если не очень мелким шрифтом, то список до Земли растянется. Да и какая разница?
    - Мой Маленький Принц… - почти неслышно, одними губами прошептала Мила.
    - Что ты говоришь?
    - А… ничего. Ты мечтатель!
    - Я практик. Вот он! Тонн двести, – Ром не очень культурно ткнул указательным пальцем чуть левее курса.     - Сейчас ближайших ребят оповещу.
    - И как же мы его? – Мила в первый раз видела астероид – неровную серую глыбу, скорее страшную, чем интересную.
    - Нам главное - зачалить и вызвать буксир.
    - Что сделать?
    - Прицепить тросы для буксировки. Эх, брата бы сюда!
    - А кто у тебя брат?
    - Свободный охотник!
    - Это которые старые спутники с орбит снимают? Рисковые ребята.
    - Да… как за мустангами в прерии. Нужно выследить, догнать, заарканить, укротить. А потом ещё доставить на приёмный пункт.
    - Познакомишь?
    - Ты для него малолетка.
    - Много понимаешь. Я для интервью. Лучше толком скажи, что делать.
    - Сматываться.
    - Почему?
    - Вон «белые» вывернулись, порядка десяти особей.
    - Не дрейфь, анархия! – Мила резко дёрнула штурвал второго пилота, закладывая крутой вираж в сторону спорной космической массы. - Кто первый застолбит камушек, тот и хозяин. Вперёд!
    - Ты сбрендила! Это не игрушки, здесь почти война! – Ром не успел помешать неожиданному рывку, а теперь было поздно – «гармонисты» их заметили и тоже устремились к астероиду. – Штурвал отпусти… вот и хорошо.

    Сумасшедшие девушки привлекательны, но с ними масса проблем. Ром быстро заблокировал управление второго пилота и оценил ситуацию. До цели они доберутся раньше, главное - с первого раза суметь набросить свою сеть с маячком, тогда споры должны свестись к минимуму.
    Трал удачно развернулся и мягко лёг на покрытый трещинами выступ. Капсула сделала оборот вокруг астероида, захлёстывая трос петлёй.
    - Что съели! Накось – выкуси, – Мила показала летящим навстречу конкурентам маленький задорный кукиш.
    Рому оставалось только вздохнуть и подумать о том, что влюбляться нужно было раньше и в более спокойную барышню. Драки уже не избежать.
    - Надень перчатки, шлем и загерметизируй скафандр.
    - Есть, командир! Мы принимаем бой! Ура! Вперёд!
    - Пристегнись.
    Нападавшим нужно было сбросить чужой маячок и установить свой, а Ром должен не позволить им этого. Только у бойцов с Гармы три капсулы, и четверо - с ранцевыми двигателями. К тому же теперь нельзя драться привычным, правым бортом – с той стороны сидела Мила. Оставались только гонки, манёвры и своя сторона для «контактов».
    - Если что, нажимай вот эту кнопочку и катапультируешься.
    - Что я сделаю?
    - Ничего. Держись.
    - Ром, обходят!
    - Вижу. Держись!
    Две капсулы попытались оттеснить Рома, а третья пошла за астероид, чтобы поставить свой маяк. Ребята с ранцами устремились к сетке. Увильнув от блокирующей пары, Ром выскочил на обратную сторону астероида. Причём вовремя – ему удалось отбросить разворачивающуюся сеть, оторвав от капсулы противника. Обе машины немного закрутило. Белый новенький звездолёт крепко приложило о спорный камушек, а потом отбросило в сторону.
    - Они живы?
    - Надеюсь.
    Из-за астероида с двух сторон вынырнули капсулы и замерли на мгновение. Пилоты проводили взглядами удаляющийся повреждённый корабль, кивнули друг другу и устремились к Рому. Начались гонки мести - ждать пощады не имело смысла.
    Патрульный корабль не спеша плыл по нейтральной зоне, а штурман привычно отслеживал контролируемое пространство на мониторах.
    - Командир, слева по курсу - заварушка.
    - Вижу. Рубка, включить сирены на всех их частотах. Пехота, готовьте шлюпки. Идём разнимать горячих ребят.
    Капсулы носились друг за другом, с трудом избегая прямых столкновений. Все уже были помяты и с треснувшими обтекателями. Ребята на астероиде никак не могли отцепить попавшую в расщелины сеть.

    Вдалеке показались тягач с двумя капсулами анархистов.
    - Ром, держись мы идём…
    Все переговоры перекрыл вой сирены, сверкая мощными прожекторами, приближался армейский патрульный корабль.
    - Вот и старшие товарищи, – скорее сам себе прокомментировал ситуацию Ром.
    Мила, с огромными от ужаса глазами, только успевала поворачиваться, пытаясь понять, что происходит. Вот она что-то изо всех сил закричала, показывая рукой куда-то, за спину Рому… Он попытался обернуться, но было поздно. Пришедшие в себя ребята в первой капсуле шли на таран. Единственное, что успел Ром, это нажать кнопку катапультирования кресла второго пилота. Дальше был удар в хвост, а потом удар носом в дорогой сердцу астероид. Стало тихо и спокойно, только темновато.

    В качестве лежачего больного начальник пограничной службы анархистов был в госпитале первый раз. Раньше он просто навещал своих ребят. Теперь вот пришли проведать его.
    - Командир, докладываю: Астероид - наш. Маячок они снять не успели, и «рефери» отдали его нам, да у нас и тягач был. Попробовали бы не отдать! Твою машину оттащили в ремонт, механики ещё никогда так не ругались.
    - Все целы?
     Ну, насчёт целы… - парень в скафандре, поверх которого был дежурно накинут белый халат, с улыбкой посмотрел на командира. – Все живы.
    - И то хорошо.
    - Вождь вот апельсинов передал.
    - Заботливый. А где Мила?
    - В коридоре. К тебе, как к большому и больному человеку, пускают только по одному.
    - Ну и чего тогда ты тут расселся?
    - Понял. Выздоравливай, командир. Там ребята ещё парочку ничейных камушков присмотрели. Всё, ухожу, – боец, наигранно торопясь, пошёл к выходу.

    - Ромчик, ты как? – прикрыв за собой люк палаты, виновато спросила журналистка с поцарапанным и припухшим носиком.
    - Тебе больше досталось. С таким носом, пожалуй, в эфире не покажешься – потеря трудоспособности.
    - Это всё я – дура! Нужно было сматываться.
    - Не печальтесь, девушка. Всё нормально, двести тонн нам не помешают. Не заливай мне подушку, а то подумают, что это я рыдал, – Ром попытался здоровой рукой стереть катившиеся по щекам Милы слёзы.
    - Ром, брось всё это! Мне нужен только ты. Давай улетим.
    - Нет. Если брошу, то это уже буду не я. Значит, стану тебе абсолютно не интересен, и ты увлечёшься, к примеру, вождём. У него апельсинов много.
    - Дурак! – Мила уткнулась поцарапанным носиком в щёку Рома.
    - Вполне возможно.
    Последнее слово должно быть сказано мужчиной, даже если решение принимает не он.

С. Васильев для сборника "Анарх и Гарма". (https://www.chitalnya.ru/work/1249523/)
Фото (кусочек) из интернета.





Рейтинг работы: 9
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 214
© 13.02.2016 С. Васильев
Свидетельство о публикации: izba-2016-1568468

Рубрика произведения: Проза -> Фантастика











1