Сказки кофейного фея. Эпилог.


Сказки кофейного фея. Эпилог.
- Анька, черт, убери, на фиг, эту удавку! – сердито сопит Ворохов,и крутит головой, стаскивая галстук- бабочку с шеи. – Дышать не могу, блин, кто это все придумал – парад - фасад, крем - брюлле…
- Миш, Мишенька, ну, презентация же.. Открытие. Официально, сказали, вроде, и  мэр будет. – Аня растерянно всплескивает руками в синем гипюре.
-Да хоть бельгийский король. – Мишка сердито приглаживает растрепанные вихры.
-Почему бельгийский? – В дверь маленького кабинета в нашей городской квартире осторожно заглядывает фей.-

Миша, бельгийский, он старый, он не приедет, болеет. Еще этот скандал с его внебрачными детьми или внуками.. – Я уже запуталась, не помню..Ему не до нашей галереи сейчас… Может, тайский приедет? – Фей входит в комнату и начинает что то передвигать на столе и складывать книги в шкаф, будто не видя в стеклянном блеске дверец изумленное лицо Ворохова, присевшего в растерянности на банкетку.
-Ваша милая фейность, Ланушка, я же пошутил! – Мишка разводит руками. – Ну ты даешь, Ланка! Правда что ли, приедет?

-Не знаю, Мишенька. Я ему приглашение послала и еще графу Бергамини, по интернету. Тайский король он старенький тоже, но он такой активный и очень живо интересуется всеми галереями по миру. Недавно книгу написал о кошках и весь гонорар отдал в защиту бездомных животных....  А Бергамини.. Это потомок семейства Галлерани.  Молодой человек еще.. Тридцать с небольшим. Мое приглашение зарегистрировано в электронном секретариате, а вдруг.. Не приедет, но мы можем получить письмо приветственное. Такую.. как Горушка? эпиграмму…? Как называется?

- Ласточка моя, я забыл! – Кусая губы от смеха и восхищения -  одновременно, я таращу глаза на фея, забыв надеть носок. –Эпистола, кажется. А английской королеве или герцогине Кэтрин Кембриджской ты не написала, случайно?

- Написала. – Совершенно серьезно отвечает мне фей. – Мне ответили, что очень признательны, и что наша галерея будет внесена в европейский каталог частных музеев, как обладающая редкими экспонатами и подлинниками. Я только не распечатала, не могу порт принтера подключить без тебя.. Надо же письмо то будет показать, а принтер опять не работает. Ноут его не опознает… И ты, Мишенька, как без галстука будешь? Ну, вдруг же эпистолу эту читать придется?.

Фей закидывает ручки за голову, потягивается на цыпочках и шумя своим серебристо серым платьем, с блестящей нитью, канители, бежит к дивану, на котором я, в ошеломлении, позабыв про все на свете, сижу открыв рот, в попытке переварить информацию, которой трудно поверить. О нашей скромной галерее уже знают в Европе, а мы еще не открылись.

-Солнышко, какой каталог? Откуда они знают про наши экспонаты? Да и что у нас там такого, кроме Леонардо и Вермеера?


- Как это - что? – Возмущенно взмахивает ручками фей. – А дневники этой фройляйн? Ты думаешь, в каждом музее есть подлинные свидетельства времен третьего рейха?. Или вазы ручной работы мейссенской мануфактуры? Или - офорты Дюрера? Паола Даниловна написала в Петербург, профессору эксперту Дольскому, тот точно приедет, с коллегой из Кракова. Смотреть на Галлерани..

Даже если это - авторская копия. А тут некоторые личности не хотят галстуки надевать.. И носочки. – Фей хитро прищуривается и смотрит на меня. – Мальчики, давайте побыстрее, еще кофе надо выпить, а уже пять. Мы откроемся к семи если, то - слава Богу. Ну, Горушка, надевай.. Это хорошие носки, теплые, я сама выбирала, пятка тянется, тут немного. – Фейные пальчики натягивают носки на мои огромные ступни. – Какой ты большой мальчик и упрямый..

- Ну, конечно! – давится от хохота на банкетке Ворохов, давая смеющейся тихо Ане полную волю в застегивании манжет и пуговиц белоснежной сорочки.- И мальчику - почти полста, и он в машине горел перевернутой, и Карвера перевел на целый том,и Одена с де Ренье, и Адриана…

- Я знаю, Мишенька. – До Горушки никто святого Адриана еще не переводил.Пергаменты почти выцвели… - Весомо роняет фей.

Душа моя, шаткая, ласковая. И не пошутишь,
Как любишь, птенцов огня поймав и вбив под ребра,
Пообещав молиться обо мне… В час смертный мой..*

- Нежно выпевая черновые строки перевода, фей осторожно подтягивает носок на моей лодыжке.
- Удобно? Не маленькие? Ты должен знать, что я люблю тебя. Всегда. Ничто не выражает это яснее слов и жестов. Потому - мальчик… Мой мальчик. – Она светло улыбается, откидывая пушистые волосы со лба.

- Милая, я знаю. Всегда – потрясенно шепчу я, беря фея за подбородок. – Но ведьна второй строке Адриан оборван..откуда ты..

- Горушка,это я -просто так… Мне показалось, что так -по смыслу.. Там буквы, очертания- похожи были.. Ты можешь так- не записывать… - Фей пожимает округлым плечиком. И поворачиваясь к двери, ласково зовет, чуть повышая голос:

- Ника, Никуша, иди сюда, детка, что же ты прячешься? Поможешь папе запонки застегнуть. Ты уже оделась?
- Да. В дверь просовывается пышнокудрая, светлая головка Ники. – Мамочка, там эта коробочка, у папы в кабинете щелкнула и два листика на пол упали. Я подняла, но я не знаю, что это.. Письмо какое то,  на сказочном языке.От Снежной королевы, наверное? Папочка, вот… - Ника, подбегая к дивану, протягивает мне листы. - Прочитай?

- Сейчас.- я, с легким недоумением, беру из рук Никуши белые листы, с вензелями английского королевского дома и изображением гербового льва со штандартом в правом верхнем углу – Почему от Снежной, детка?
- На улице снег пошел.. Значит, от Снежной.. –

Ника подбегает к банкетке, на которой сидит Мишка, с готовностью расставив руки, в ожидании драгоценной ноши, и тотчас же забирается к нему на колени, целует.
- Дядя Миша, а мы на дачу еще поедем?Там же мой мишка остался и пластилин.
- Поедем, солнце, только уже завтра. Ну и что там нам Ея Британское  Величество пишет, Грэг? – совершенно серьезно басит Мишка, только глаза его безудержно искрятся смехом.

«Офис и канцелярия Ее Светлости и Королевского Высочества Герцогини Кэтрин Элизабет Кембриджской от имени Ее Королевского Величества Елизаветы Второй и лично Его Королевского Высочества Принца Уэльского и Герцога Кембриджского Уильяма - Артура, имеют честь искренне благодарить мистера и миссис Яворских за приглашение на открытие  частной галереи «Дом Галлерани» на Театральной площади, города N и сообщают, с признательностью, что содержимое присланного каталога данной галереи внесено в европейский реестр частных собраний, с редкими экспонатами и подлинниками шедевров искусства.. – чуть врастяжку, с паузами неподдельного удивления, читаю я с листа. – Подпись: с искренним уважением – секретарь такой то… Талбот, Тэлбот… Факсимиле Герцогини, ноябрь… Лондон. Кенсингтон – пелас.»

- Офигеть, королева! – присвистывает ошарашенно Ворохов- взглянуть хоть можно?- не выдыхая Мишка берет у меня из рук два тонких листа с факсимиле и вензелями.. Ну вот я , под сороковник, сподобился увидеть льва британского, рыкающего.. Смотри ка, Анют? – Мишка чешет в затылке. – Что бы мы про них не писали, а они же все трепещут перед великим, как ни крути! Особливо ежели великое это - денег стоит. - Мишка довольно и энергично потирает ладони, пока Аня с любопытством рассматривает королевское послание.

- Да, Ланка, здорово! – Аня в неподдельном изумлении качает головой. – Может, мы и от тайского короля что – нибудь получим?

В ответ на эту тираду в дверь напряженно и настойчиво звонят, и спустя десять минут я забираю из рук посыльного в форменной, темно синей куртке с лацканами, объемистый пакет, заляпанный сургучом Сургуч явно - не королевский, но достоинство его не меньше графского.
И именно граф Бертольдо - Паоло Бергамини с изысканной любезностью извещает синьору Лану Яворскую, что, к великому сожалению, не может попасть на открытие нашей галереи вовремя. В качестве извинительного сувенира в адрес нашей галереи посылается альбом каталог родового замка Бергамини и фотокопия письма Да Винчи синьоре Чечилии. Начинающиеся ни много ни мало словами: «Моя возлюбленная богиня..»…
****
Фыркая и смеясь от восторга, я показываю почтовое подношение фею, и под его музыкальное аханье и щебет, мы пьем кофе, разогреваем треугольные сэндвичи с бужениной, укладываем в объемистый баул электрочайник, , два разрозненных сервиза на двенадцать персон и ложки с кастрюльками для рабочих чаепитий в подвале галереи. Беспрерывно звонит телефон и фей, своим музыкальным голосом, терпеливо объясняет кому то из наших коллег и студентов, как проехать к зданию галереи и где удобнее парковаться.

Время от времени трубку из ручек фея вырывает Мишка и дает более подробные пояснения. В машины мы грузим заказанные торты, Анины кексы с изюмом, коробки с лимонадом и минеральной водой, шампанским и домашним яблочным вином – сидром, сделанным Анечкой по старинному бретонскому рецепту…

****

…В подвал галереи, в помещение кухни, где уже пытается хозяйничать Таня Литягина, при помощи Ильи Муравского и вездесущего Антона, мы тоже сгружаем все довольно быстро, но тратим минут пятнадцать только на то, чтобы подключить к утопленным в кафельных панелях розеткам, старенький тарахтящий агрегатом,холодильник «Памир». Его источник питания дружить с евророзеткой никак не хочет и Мишка с Ильей, беззлобно ворча, мудрят над проводами.

- Е – мое, Ань, надо было нашу двухкамерную «Бирюсу» сюда притаранить, она все равно в гараже ржавеет.
Аня тихо пожимает плечами.
– Да? Ну ладно, здесь же можно и два поставить, привезем, на днях..
- Два. А то и три. - Согласно киваю я.

Фей, стоящий у стола и нарезающий что то аккуратно для тартинок, на пару с Таней, вдруг фыркает и разражается переливами смеха.

- Ласточка, что ты? – я выныриваю из недр «Памира», с любопытством глядя на нее.
- Вспомнила тут.... Сейчас расскажу. Папа уже болел, а у нас на кухне кран потек. Вызвали водопроводчика, менять.. Кухня пятачковая, три на три если – хорошо, ты же видел, Горушка, еле развернешься..
- Ну, да,-киваю я.- Кто только их придумал, такие? Издевательство над людьми!

- И вот он - пришел… И говорит, надо подвинуть наш «Атлант». Мама расстроилась: подождите, говорит, я продукты выложу. А он рукой машет: « да не надо, мы его сейчас, легонько так, и подвинем!».И пытается двинуть. Холодильник мертво стоит. Он открывает и, ахает, так, протяжно, глядя на эти полки, забитые: »Ой, нет, хозяйка, не подвинем мы его!»- Мама моя еле от смеха удержалась. … И как чуть что такое кто говорит, : «Сейчас мы быстро это или то», я и вспоминаю: »Ой, нет!».. У него такое удивление было в голосе, он же, наверное, думал, что у нас холодильник то пустой и мышь там повесилась…

***
Мишка и я, хохочем безудержно… Аня фыркает, роняя ложки в раковину, Лешик и Ника, вытаскивающие из коробок кексы, смеются так, что звенят стеклянные полочки в пустом навесном шкафу. Ребята, хохочут до кашля, ероша руками волосы.

-Мишка, ребята, ну, правда, у нихв семье не принято – холодильник пустой: вечно там еды на полк или дивизию… - смеюсь я. – И варенья всякого, и соленья.Татьяна Андреевна такое какао варит на цельном молоке, язык откусишь. Я когда приехал, меня у них в доме поразили четыре вещи: полный холодильник, из которого все всегда- падало, кошка, белее снежинки, нежная, как наша Ланушка, цветы в вазах по всему дому, и на окнах, и библиотека огромная. Все. Ни хрусталя, ни картин, ни шикарности какой то.. Просто уют. И старые ковры на полу. Весь пол застелен. И эта кошка, ангорская… И Татьяна Андреевна, маленькая и худенькая, для виду ворчит: « Ах эта Ума, как я устала ее шерсть везде подбирать!» - а стоит сесть Татьяне Андреевне, как кошка возле нее, руку обнимет замком и лежит на руке… И весь дух дома в этой кошке: и красота, и нежность,и тепло. .. Фей только там и мог появиться. В таком доме. В такой семье.- Я ставлю на полку холодильника последнюю бутылку сидра, беру из рук Лешика пирожные, и тоже кладу в холодильник, плотно закрывая дверцу..

Поворачиваясь к окну в нише стены, выходящему на пологую крышу подвала, вижу, что фей улыбается, смотря на мой профиль в окружении вечных вихров:

- У нас Ума это -пятая кошка.. Всегда кошки были.– Ланочка подходит ко мне сзади, прижимается головкой к моей спине и тихонько шепчет:
- Спасибо. Я и не думала, что ты так любишь мой дом. Что он так нравится тебе… И Ума. И - мама… - Ланочка светло улыбается. Как то особенно, солнечно.
- Мне нравится все, чего касаешься ты. Все, где есть частица тебя.Души твоей. Твоего сердечка. Я осторожно усаживаю Ланочку на табурет, возле Илюши Муравского, разбирающего коробки с посудой.- Передохни тут немножко, а?.. Уже полшестого. К шести откроем, наверное.

- Папочка, а ты гитару тети Ани не забыл взять?- вдруг озабоченно трет обе ладошечки Никуша.
- Нет, детка, а что?
- Мне тетя Аня обещала песню спеть про розового слона. Мне и Лешику.
- Эту, что ли? – и фей легко напевает мелодию старой, прелестной детской песенки:

…. Где баобабы
Вышли на склон,
Жил на поляне
Розовый слон.
Много весёлых
Было в нём сил,
Скучную обувь
Он не носил.
Львы, да и тигры,
Глупый шакал
Двигались тише,
Если он спал.
Был он снаружи
Чуть мешковат,
Добрые уши,
Ласковый взгляд.

Ника восторженно хлопает в ладошки:
- Мамочка, ты эту песенку знаешь, да? А спой еще, а?Ну что нибудь… У меня мама всегда пела про дождь. Ты знаешь про дождь?
- Про дождь много песен, детка… Вот эта, например.. И фей начинает напевать какую то нежную немыслимость, которую ни я, ни Мишка, ни Аня не знали до сих пор:

Мадам, дожди… Сиреневая стынь,
И стекла мокнут… Не слезами. Пылью.
Мадам, люблю.. И ретушь чувства вылью,
На смятый лист..Простите мне! «Аминь.»
Мадам, дожди.. Сиреневая пыль
Остывший кофе облаками вспенен.
И дождевая, призрачная быль,
Раскрыта книгой на моих коленях…

   Ланка, подожди , я хоть запишу! – роняет на пол блюдце, разбивая его на кусочки и сверкающие брызги, растерянная Аня. Хлопая себя по карману бархатных брюк в поисках карандаша.

- Вот, -Танечка Литягина, тихо кашляя и моргая, протягивает Ане гелиевую ручку, роняя колпачок на пол. – Пишите, скорее, она опять что нибудь забудет…
Аня кивает и царапает наспех нотный стан прямо на клочке оберточной бумаги из под пирожных.

Илья ошарашенно чешет подбородок и трогает меня за локоть:
- Георгий Васильевич, дайте ключи, я гитару принесу. Она в машине.

- Да. Вот, держи! – в тихом ошеломлении, я протягиваю Илье ключи, и он выходит из помещения, чем то напоминающего мне в эту минуту своды аидовой пещеры, где мраморно- слепой, державно карикатурный бог – сатир, прятал притихшую Эвридику. Ступени из подвала наверх немыслимо, мраморно холодны и круты… И одно только утешает – мой фей, маленький, озябший, легкий, неповторимо – странный, как радужная полоса, переливающаяся в воздушно жемчужных каплях дождя, дня, Бытия-жив, осязаем,насущен, здешен, не- лишен,и я отчаянно желаю, жажду и могу, просто,человечески- могу, согреть ее тонкие ладони своим растерянным, жгучим дыханием… Слава богу!


***
Мне не хотелось бы казаться занудным, но вот такова, вкратце, история этих сокровищ чердака, каморки, столпа Минотавра… -я, немного отступая от края алой дорожки в зале где толпится вся эта изысканная и шумная публика, с фотоаппаратами, гаджетами, планшетами и смартфонами, поднимаю бокал с сидром и прижимаю крепче к себе локоток фея, хотя с другой стороны его прочно держит Ворохов.

- Ну, столп, не столп, а античный сундук сокровищ Тесея, это точно.. – Смеётся мой друг, сверкая улыбкой во все тридцать два зуба. – Знаете, если подумать серьёзно, то в этой коллекции соединилось несколько эпох и времён, одной линией, лентой, как бы: Кватроченте Возрождения, Северный, голландский ренессанс, пышность ампира девятнадцатого столетия и зловещий оскал империи Третьего Рейха. Все эти стэки, бинокли, винтовки, дневники с готическими шрифтами..

-Будут ли они расшифрованы,профессор? – задает вдру г мне вопрос, кто то из журналистов, включая диктофон.

- Пока не знаю. Будем стараться. К работе над дневниками фройляйн L подключена в полном составе романская группа моей кафедры, во главе с Паолой Даниловной Вольф. –

Я киваю в сторону статной, несмотря на грузность и возраст женщины с ясными и живыми глазами, в которых играет янтарный луч, словно ослепляющий сердце и душу изнутри.
- О, да! – улыбаясь и солнечно играя перстами и браслетами делает над головой изящный и  переопределённый жест наша неугомонная, светлая Паола, в белом брючном костюме и немыслимой петле тонкого цветастого шифонового шарфа на вороте. – Если Бог даст нам веку,а Ланушке нашей -сил духовных и здравия, то, думаю, из перевода получится замечательный роман времен Евы Браун и чёрного мессира Адольфа…. Это будет сенсация.
Фройляйн L ведь была почти соседкой фрау Гитлер. Их вилла находилась рядом с виллой Гиммлера.. Или Геринга, не к ночи будь они помянуты оба! – фыркает смешливо мадам Вольф, и ей вторят все, кто находится рядом. Пан Вишневецкий, обращается вдруг Паола  к высокому и худому старику, похожему отдалённо, чем то на дирижера симфонического оркестра или на ворона отбившегося от стаи. – а что Вы думаете по поводу открытия леонардовского шедевра здесь, в этом городе, среди скифских курганов и речных ветров?

- Думаю, моя пани, ясно, что то есть - велика удача и для място Вашего и для люда… И тайна велика есть, как полотно любви… milochi, как это есть сказать. Профессор Вацлав Вишневецкий в нетерпеливости восторга взмахивает руками и вытаскивает из кармана парадного фрака длинный узкий конверт, протягивая его мне. Вот тут, есть честь для Яггелонского университета Кракова пригласить вас, пан мой, и паниЯворску на конференцию искусства, chrez sem dney– Вишневецкий поворачивается в сторону фея, и делает изящный жест, склоняясь к ее запястью.Panie dast ty milosh?
- В растерянности, вспыхивая румянцем, фей восторженно смотрит на седовласого галанта и пожимает его сухую, горячую ладонь нежными пальчиками:

- Dzjakuy. Vje ja budu radaja silno. No…

- Ласточка, не волнуйся. – шепчу я ей на ухо.. На три дня мы с тобой вполне можем от всех сбежать. Никто не заметит. Я подмигиваю моему растерянному, прелестному от волнения фею.
- Но Никуша… - бормочет фей и смотрит на витрину с фарфором, у которойстоят дети, Лешик и Ника, взявшиеся за руки, оба непривычно серьезные и очень красивые в своих нарядных костюмчиках.
-Она побудет с Мишей и Аней.Или поедет с нами. Я думаю, это нетрудно – взять с собой дочь. На детский билет- наскребем. – Я осторожно обнимаю фея за плечи, отдав наши пустые бокалы официанту, скользящему мимо. Уже и вечерний, праздничный фуршет в полном разгаре, а мы и не заметили. -
- О, да, да – кивает головой пан Вацлав.. – Совсем легко есть.. Семейный отель. Это просто.Прелестное дитя и так похоже на Вас, moja panie..Ей есть четыре?
-Почти пять, – гордо, по матерински,светится фей, сжимая мой локоть.
- И такая милая девочка – осторожно трогает за локоть краковское светило Паола. – Сочиняет сказки и рисует. Вся в маму. И папу. – решительно заключает профессор Вольф и стремительно отходит в сторону от нашей группы, увидев кого то из знакомых в толпе.

***
Вглядываясь в поток людей, медленно заполняющих залы и холл галереи я внезапно вижу у входа в голландскую экспозицию кресло коляску с худенькой, коротко остриженной женщиной в узких очках и сиреневой кофте с шалевым воротником. Кресло катит .. осторожно и с паузами отдыха, давая его обитательнице осмотреться, капитан Стрельников. Я обращаю на необычных посетителей внимание фея, и всплеснув руками, и извинившись, она тотчас бежит вместе со мной,– приветствовать гостей.
- Мария Михайловна, Павел Дмитриевич, как же мы рады! – Фей присаживается моментально на корточки перед инвалидным креслом, гладит руку женщины.
– Вы поднялись хорошо? Лифт удобный?- расспрашиваю я Павла, пожимая его руку и раскланиваясь перед креслом пожилой дамы.

- Да. Да, спасибо.Все замечательно просто. – сияет Стрельников.Нас Михаил там встретил. Он сейчас у входа, ждет еще таких гостей, с экипажем, как мы… Сказал, что куплено было пять билетов таких, со скидкой…
- Да, Горный Кирилл должен привести сестру и кто то из музыкального колледжа. Там учатся такие ребята, скрипачи. Пойти помочь? – Я вопросительно смотрю на фея.
- Там ребята из группы: Антоша, Леня, Илюша, но - пойдем!- тотчас стремительно выпрямляется фей. – Всегда приятно, когда тебя встречают, да?
***
…Коляски свободно поднимаются и проходят в залы, не привлекая чьего то, излишне назойливого и бесцеремонного внимания, напротив, люди дружелюбно приветствуют необычных посетителей и бережно предлагают помощь в сопровождении, расспрашивая, ободряя и интересуясь даже, где можно приобрести такой необычный транспорт для пожилых или больных людей.

Машенька Горная, всплёскивая руками и нервически вздергивая подбородок, немного румяная от волнения, рассказывает пожилой даме в белой косынке китайского шелка, о том, какие удивительные акварели своих сокурсников она увидела в холле галереи.

- Кира, - то и дело тормошит она брата и старушку, -Ба, ну вы вот представляете, эту прелесть еще и купить можно?! Я не думала, что можно так прекрасно рисовать обычной гуашью.. Ангел, как нарисован, ба, ты видела? Путанными петельками волосы, росчерк кистью или пером, а как живой.. И так капельку, капельку -на рафаэлевского похож, правда  же, Михаил Николаевич? -обращается она к подошедшему к ее креслу Ворохову.
- Да, ты знаешь. что - то есть – Мишка улыбается довольно. - . У тебя, Машенция, глаз хороший. Профессиональный. И ты связь времен видишь. Это здорово. Такое не каждому дано. Что не было ответа из Адлера еще?.
- Нет, Михаил Николаевич. Обещали в конце ноября. Там, в закрытый дельфинарий уже все разобрали, не успели мы с Кирой.
-
- А как твои занятия с пони, Машенька? – любопытствует тактично фей. –
- Ух, здорово, Светлана Александровна! – сверкает улыбкой Маша. Я уже научилась сидеть в седле. Крепко.
- Она у меня молодчина. Амазонка настоящая. – вступает в разговор подошедший Кирилл, пожимая мне и Мишке руки. – Врач говорит, динамика в пальцах есть и позвонки укрепляются.. Еще вот в дельфинарий рванем… И вовсе побежим, правда, Машуня? - Кирилл подмигивает сестре. Осторожно поглаживая ее локоть и накидывая на ее хрупкие плечи газовый шарф….

*****
Нестройно звучат в полутемном лекционном зале скрипичные аккорды, настраивается маленький рояль - спинетто, над которым, я видел, краем глаза, усердно колдовали Аня и и Литягина, раскладывая ноты… Чуть позже я отчетливо слышу, как Аня настраивает гитару, берет первые аккорды, в залах полностью гаснет верхний свет и хрипловатое контральто взмывает вверх, мягко, прочно, в звенящей струне средневекового гимна
«Salve, regina». Скрипки мягко вплывают, как тонкое амбре вечера, как жжение на языке вишневого ликера, как смелая ночная соловьиная трель, как промельк крыльев бабочки или стрекозы в траве или перед резным узором листвы. Или в жаркий полдень у воды…

Звуки качаются и замирают. Аня поет.. Что она еще поет?… «Stabat muter” и начало « Антифоны» Хильдегарды фон Бингем.

...И скрипичная трель взвивается выше, куда то под потолок, в мягкий контур электрических канделябров, в их силуэты, расплывшиеся нежно и нечетко очерченные, как профиль моего непостижимого сердцем фея, сидящего в полутьме зала, около Ники и Лешика, . Я тихо усаживаюсь рядом и кладу ладонь на талию фея, помогая держать спину прямо. Через один ряд кресел от Ланушки - сидит мэр – седеющий, светский лев, с квадратно скошенным подбородком и крупным,. крючковатым носом, смутно похожий на Юрия Нагибина, метра советской прозы, с которым мы мимолетно встречались во время моих аспирантских лет в союзной столице.. Вспоминается мне и тонко прочерченный, карандашно – воздушный, ломкий  и  неповторимый силуэт Беллы рядом с ним…

Беллы с ее неправильным профилем и запахом итальянских карандашей и пудры.. Будто бы добрый гений Беллы незримо присутствует здесь, хранительно обходя зал и согпасно улыбаясь, кивая строфам, которые, поднявшись на сцену, ясно, но серебряно - тихо читает Ланочка: …

Архаика в свободе ассонанса…
И рифму допекли чуть – чуть дожди.
Голубка, карандаш грызи, не жди,
Что потекут свободного романса,
Благие воды, трели. Или – чушь?
И кислой апельсиновою долькой
Растает вдохновение во рту….
И леденец Венеции сомнется,
Горчинкой мяты в неглубоком сне,
И рифмы, как киты, замрут на дне..
И шар луны медлительно качнется…
И мы поговорим начистоту.
В чем крест строфы… Не подводи черту!
___________________________________________


***


- Последней черты в искусстве не существует.. Искусство вечно строит мост через бездну, какой бы огромной она не казалась нам, - снова вступает в разговор Паола Даниловна, тенью большой пестрой птицы мелькнув перед экраном, на котором огромный портрет " Дамы с горностаем"… Мы умираем, нам кажется, и противоречия споров раздирают нас, и войны, и беды, но в определенный миг – тоска ли это или отчаяние, неважно, встает над нами, как некое исходящее свыше. Встает в нас по разному это видение прекрасного, и мы – замираем от восторга и трепещет наша душа и ищет ответы на вопросы и побеждает черноту тоски и обретает силу…

А какая была сила, в этой женщине, внешне похожей на тихого ребенка, изнеженного пребыванием в монастырях, дворцах Сфорца, на террасах неаполитанских и флорентийских вилл? Однако, сила была.

Она нашла в себе мужество отпустить непостоянного синьора Моро, герцога Людовико, так обожаемого ею, что едва дышала в его присутствии, к другой женщине, и принять ее ребенка, как собственного, и воспитывать, и холить, и улыбаться, и пережить собственного сына, Чезаре, так и не возведя его в кардинальский сан.. Все гасло, гасло, как миланский чеканный золотыми красками закат.. А силы были.

И на портрете леонардовском, тайно пышущем страстью и поклонением, она не боится повернуть голову в сторону любимого, который пишет, чертит волшебной кистью ее портрет.. Кругом -завистники, любопытные, доносчики, ханжи, шпионы двора Габриэлы Сфорца, Чечилия рискует быть в любою минуту  отравленной, утопленной в сточной канаве, заколотой кинжалом, а она смотрит и смотрит в сторону двери, где таится художник, любящий так, что пишет каждый день по письму.. Письма перехватывают, читают посторонние. Сминают листы, брезгливо … Лениво возвращают.. А он не боится писать ей:"Моя возлюбленная богиня", чтобы – поддержать, согреть, вдохнуть дух живительный…

И, наконец, ее отлучают от двора… Прячут во дворце даруемом Сфорцей, брошенном, как кость под ноги докучивой комнатной собачонке – В этом месте Паола презрительно щелкает перстами в перстнях и бирюзовый кабошон, сверкает медленно тающей искрой внеярком свете канделябра.

В этом дворце она принимает поэта Бьянделло и чарует его своим обхождением так, что он пишет о ней в своей новелле, давшей потом сюжет для трагедии Шекспира "Ромео и Джульетта".. Кто теперь скажет точно, может быть, в образе веронской девочки есть черты дамы Галлерани? Ведь и она хранила в себе это дыхание, облаком, вечно юной, как Примавера, девы..

И мы смотрим на нее и в этой длине ее жеста, угадываем каждый – свое, тайное, сокровенное. Чудное. И она смотрит на нас из колодца времени, и этот мост над страшащей нас бездной – колышется, качается, но - не падает… И он никогда не может упасть, звенья его - прочны, ибо скреплены новой тайной постижения, ожиданием нового чуда и открытия. У каждого поколения оно -свое.. Будет своим… Картину крали, марали, пытались уничтожить, осмеять, не понять и пинать этим непонятием.. Но каждый раз находился чей то терпеливый перст, пытливый ум, сострадавшее сердце, чтобы найти, возродить, очистить,Понять. Любить. Не предать. Воздать хвалу. Подражать, продолжать. Запомнить.

*****
Мы все запоминаем этот вечер надолго.. Выходя из галереи веселой оживленной, говорливой толпой натыкаемся внезапно на человека в мягкой фетровой кепке, надвинутой на лоб. Он протягивает мне ифеюстаринный гравированный альбом с надписью по латыни "Krakov. Polska.". Альбом довольно тяжел, бережно упакован в мутный целлофан. Прежде чем я успеваю что то спросить, удерживая под локоть фея иза руку Никушу, фей подхватывает из рук бродячего продавца довольно объемную ношу, участливо наклоняясь к нему:
- Что Вам угодно? Мы можем Вам помочь?
- Пани, я слышал, здесь профессор из Кракова. Я хотел бы показать ему.. Это очень ценный альбом, там гравюры и фото довоенного Кракова. И еще знаете, там есть план старинного замка с сокровищами одной знатной дамы… Может ли профессор взглянуть? Я звонил и мне сказали, что он присутствовал на открытии..

- К сожалению, профессор уже уехал.. -быстро оценив ситуацию вмешивается Ворохов, вытаскивая из кармана пальто конверт. – Быть может, Вы хотели бы продать Ваш альбом? Мы внесем его в экспозицию музея. Как редкость. В конверте моя визитка и… - тут Мишка подмигивает незадачливому продавцу левым хитрым глазом.. и кое что, что должно Вас устроить… Позвоните мне завтра утром, хорошо?


Старичок вскрывает конверт дрожащими пальцами.Он явно – доволен. От него немного пахнет дешевым портвейном.
- Нет, нет, Вы можете альбом взять прямо сейчас.. Пусть будет как дар. Я одинок, моим родным не нужны те сокровища души, что собраны мною – Старик прикасается к левой стороне груди., вытаскивая из нагрудного кармана клочок бумаги. Здесь мой адрес. Вы можете приехать в любой день, спросить Федора Туманова и я с радостью покажу Вам свою коллекцию.. Пластинки, офорты, гравюры.. Есть даже подлинная Патти и Панина
Мишка кивает и отводит продавца в фетровом кепи в сторону о чем то шепчась с ним. Любую, самую неожиданную историю Ворохов умеет смягчить, округлить, обратить на пользу, быстро и ненавязчиво. Красивая старинно – тяжелая вещица остается в руках фея и я стараюсь быстро довести ее до машины. Сквозь толпу репортеров из вечерних газет, которые терпеливы, по вороньи, и ждут у входа.

- Вы допускаете такие приобретения в коллекцию, профессор? Они  - этичны? – выкрикивает кто то из них.
- В наше время? Вполне. Государству, допустившему бездну без моста должно быть неудобнее меня в сто крат, за те нищенские гроши, что оно выплачивает ветерану труда, вынужденному продавать свою коллекцию раритетов.- Я пожимаю плечами. – Судя по возрасту, он дитя войны. В Германии, к примеру такие почтенные старцы получают приличный пенсион, путешествуют и пополняют свои собрания, а не продают их. А ведь Германия – проиграла войну. В отличии от нас с Вами.

****
Нас нещадно фотографируют, блики фотовспышек делают ранние сумерки еще гуще и чернильнее. Холодает.
- Ланочка, накинь капюшон, -  Привычно, ненавязчиво суетится возле фея Аня, пока я усаживаю обеих своих волшебных дам в машину. Ника, нырнув в объятия матери, тут же засыпает у нее на коленях, прильнув щечкой к ее плечу. Я вижу, как Ланочка нежно дует на волосы девочки и пытается освободить ее пышные кудри от банта.

- Милая, не надо. – Я мягко улыбаюсь в зеркало переднего вида. – Приедем, снимешь  тихонько. Не буди. Устал ребенок. Лешку тоже Миша на руках в машину отнес. Большой сегодня день, да?
- Да – смеется неслышно фей. –Все умаялись. – Я сама не прочь вздремнуть, пока едем.- Она откидывает голову назад и смежает ресницы.

В тишине салона передо мной медленно проплывают в очертаниях сумерек огни площади, бульваров, второго кольца развязки автострады, сквер Победы,здание родного университета и набережной. Маленький, не очень чистый, но, по своему, уютный город, место ссылок для непокорных и вольнодумцев, физиков и музыкантов, писателей и мыслителей…

…****
Пять с небольшим лет назад я вернулся сюда из мароканских степей и не сразу почувствовал различие.. Да и было ли оно? Есть ли? Тот же неукротимый внезапный ветер, пыль. Резкая смена семи погод на дню, ливни и дивно -невозможная жара… Все привычно. Крики муэдзина на минарете, прохлада ночи, стоикий запах полыни, прилетающий из соседней степи.


…Все привычно, кроме пожалуй,одного.

Аромата духов женщины, сидящей сейчас на заднем сиденье моего авто и держащей на руках нашего ребенка.Она так часто меняет их, что я не могу привыкнуть, разгадать, понять… И пытаюсь, и влекусь, и чаруюсь… Снова и снова. Годы прошли, а аромат - все манит и манит, обещая нечто новое, непостижимое.тайное, желанное Заветное…Кто знает, что именно? Кто может угадать?
Разве, что – вездесущий мой, нежный и непостижимый фейный бог, нервно дремлющий на заднем сиденье?...







Рейтинг работы: 83
Количество рецензий: 9
Количество сообщений: 9
Количество просмотров: 528
© 22.05.2015 Madame d~ Ash( Лана Астрикова)
Свидетельство о публикации: izba-2015-1345582

Метки: фей роман сказки эпилог. галерея краков.,
Рубрика произведения: Проза -> Психологический роман


Светлана Мельникова       16.01.2018   00:29:10
Отзыв:   положительный
Ах, как жаль, Светлана, что ваш фантастически увлекательный
роман всё же закончился. Жалко расставаться с его замечательными
героями, добрыми, порядочными, талантливыми людьми, потому что
оставаться в любой ситуации человеком - большой талант.
Открытие галереи - их заслуженная награда! Спасибо огромное за
подаренное удовольствие и Ваш писательский талант!
С прошедшими Вас январскими праздниками и наступающим
Крещением Господнем! Счастья, здоровья, удачи и вдохновения!
С сердечным теплом!


Madame d~ Ash( Лана Астрикова)       16.01.2018   08:22:00

Спасибо...
Ольга Сысуева       31.03.2016   15:14:59
Отзыв:   положительный
Замечательный эпилог, Светлана Анатольевна! Сколько нежности, чувства, интонации. Очень тепло и чувствуется душа автора.
Очень понравилось
Ваша Оля
Madame d~ Ash( Лана Астрикова)       01.04.2016   08:02:07

спасибо огромное..
Сергей Дзюба2       24.07.2015   16:55:16
Отзыв:   положительный
Интересная полчилась вещь.Прочитал задумался.С Большим Уважением Сергей.
Madame d~ Ash( Лана Астрикова)       25.07.2015   09:19:39

благодарю...
Нагибина       27.05.2015   09:21:50
Отзыв:   положительный
Очень талантливо!!! Мне в так уютно было читать детали и красиво выписанные сюжеты- ведь на самом деле вся наша жизнь состоит из таких сюжетов. Как мы сами из несчетного количества нюансов и противоречий. Когда уходя в деталь, такую несущественную, открываем в себе дверь Незнакомой комнаты, где столько всего о нас, вокруг нас, про нас :)Спасибо Вам, Светлана-светлый Вы-Человечище!

Madame d~ Ash( Лана Астрикова)       27.05.2015   09:28:04

СПАСИБО... Я В ИЗУМЛЕНИИ,
Елена Талленика       26.05.2015   02:23:22
Отзыв:   положительный
…Все привычно, кроме пожалуй,одного.Ароматьа духов женщины, сидящей сейчас на заднем сиденье моего авто и держащей на руках нашего ребенка.Она так часто меняет их, что я не могу привыкнуть, разгадать, понять…(С)

Очарована Вашими стихами...а проза раскрывает Вас еще больше, Светочка!браво!!
Madame d~ Ash( Лана Астрикова)       26.05.2015   08:46:03

Спасибо.. Творчества и добра...

Флярик       24.05.2015   14:00:24
Отзыв:   положительный
...Все привычно, кроме пожалуй,одного. Аромата духов женщины, сидящей сейчас на заднем сиденье моего авто и держащей на руках нашего ребенка.Она так часто меняет их, что я не могу привыкнуть, разгадать, понять... И пытаюсь, и влекусь и чаруюсь... Снова и снова. Годы прошли, а аромат - все манит и манит, обещая нечто новое, непостижимое, тайное, желанное. Заветное... Кто знает, что именно? Кто может угадать?(С)

КАКАЯ КРАСИВАЯ ФОРМУЛИРОВКА ВОПРОСА О ВЕЧНОЙ ЖЕНСТВЕННОСТИ. ЧТО Ж... ВЕЧНАЯ ЖЕНСТВЕННОСТЬ - ОДНА ИЗ ТАЙН ЛИРИЧЕСКОЙ ПОЭЗИИ.... НЕТ... ЕЁ ГЛАВНАЯ ТАЙНА.

СПАСИБО, СВЕТОЧКА!

ЖДУ КНИГУ!

С ТЕПЛОМ К ВАМ. ОЛЯ


Madame d~ Ash( Лана Астрикова)       24.05.2015   14:07:19

Это Вам спасибо... Низкий поклон за все отзывы...Благодаря им книга как то по иному осветилась и воспринимается многими...

Инна Филиппова       22.05.2015   23:00:00
Отзыв:   положительный
Очень понравился эпилог.
Счастлива за тебя, твоих героев...
Мне кажется ты нашла ту единственно верную интонацию, на которой хорошо закончить.
Но как-то даже жаль, что поставлена точка.
Будем ждать выхода книги...

Обнимаю ))


Madame d~ Ash( Лана Астрикова)       23.05.2015   07:11:06

этоРэм...:)))))))))))))))))))))))))) Спасибо, моя родная... За все. За сердце...

Валентина       22.05.2015   16:06:27
Отзыв:   положительный
Было шумно,весело,серьёзно и торжественно.И во всей этой круговерти нежность фея и прелестных детей....и теплота семейных и дружеских отношений,и забота и доброта.И даже я немного устала от этого фейерверка информации,новостей,событий...И тишина...И снова хочется окунуться в это действо....вдруг что-то пропустила?....или вновь пережить какой-то эмоциональный момент?Спасибо Вам,Светлана.Вы дарите незабываемые эмоции своим творчеством.Просто кланяюсь.

Madame d~ Ash( Лана Астрикова)       22.05.2015   17:03:15

благодарю. искренне. искренне...

Ди.Вано       22.05.2015   16:02:31
Отзыв:   положительный
И дождевая, призрачная быль,
Раскрыта книгой ...

Книгой, прочитанной и пропущенной через осознание, но
больше через сердце.
Здесь богатство интеллектуальной роскоши,
искренности и глубокого видения того, что на самом деле есть настоящее.
Именно так и выглядит ТАЛАНТ.
Сердечная признательность и самые добрые пожелания...БЫТЬ!!!
Обнимаю.
Madame d~ Ash( Лана Астрикова)       22.05.2015   17:05:02

и я вас обнимаю... и спасибо,, что Вы читали.. И понимаете то, что вложено... Спасибо.









1