Легенда о футурологе Бочкине


Легенда о футурологе Бочкине
Легенда о футурологе Бочкине.

  Профессор Бочкин был специалистом по будущему. Предмет, который он преподавал на старших курсах, так и назывался — футурология.
  Его ввели в программу университета недавно, и на кафедре философии долго думали и обсуждали: кому вести эту неудобоваримую дисциплину.
  Сначала поручили это молодому и многообещающему доценту Гаджиеву, темпераментному кавказцу с глазами задумчивой серны. И не ищите здесь , пожалуйста , несоответствия между темпераментом и задумчивостью. Просто печальная задумчивость привлекала к нему внимание студенток, после чего проявлялся его бурный темперамент.
  Но, когда среди студентов, а потом, естественно, и среди преподавателей, стали ходить анекдоты о нашем будущем, рассказанные Гаджиевым во время его лекций, на кафедре задумались: а правильно ли мы выбрали специалиста по такому важному предмету?
  На заседании кафедры, на котором присутствовал сам ректор, возмущенный легкомысленностью доцента Гаджиева, разгорелся горячий диспут не только о личности преподавателя, способного донести до сознания студентов перспективы нашего будущего и открыть перед ними его сияющие горизонты, но и о сущности самой футурологии. Дело в том, что одна половина коллектива кафедры считала: на смену нынешнему времени идет прогресс и процветание. Другая, наоборот, считала, что будущие поколения ждет Содом и Гоморра.
  Ректор терпеливо выслушал всех участников дискуссии и сказал веско и кратко:
- Не нам это решать...
  Потом достал из кармана какие-то бумажки, долго копался в них и неожиданно обратился к профессору Бочкину:
- Артемий Сергеевич, какая у вас была тема кандидатской диссертации?
  Бочкин покраснел, так как ему было неудобно вспоминать об этом.
  Но он все-таки ответил с достоинством, готовый поспорить с самим ректором о временах застоя:
- «Перспективы развития советского общества на основе решений XXVIII съезда КПСС»
  Ректору вероятно, понравилась и тема диссертации и и тон профессора, которым он ее сообщил, потому что он неожиданно сказал:
- Ну, вот видите: перспективы... Так сказать, будущее... Вот вам и карты в руки.
Отказаться Бочкин не посмел, хотя он и понимал, сколько возни будет с этим новым предметом.
  Сначала он покопался в Интернете, но не нашел ничего, что могло бы привлечь внимание его и студентов. Древние футурологи, большинство которых были утопистами или просто-напросто астрологами — предсказателями, показались ему наивными и слишком далекими даже от нашего настоящего, не говоря уже о далеком будущем.
  И тогда он решил плюнуть на опыт прошлых поколений и создать свое, бочкинское, учение о будущем.
Не буду вдаваться в его подробности и аспекты, но сущность футуристических положений теории Бочкина состояла в том, что, завершив техническое перевооружение окружающего мира, накормив человечество генномодифицированными продуктами, завоевав Космос, люди обратят взоры к своей душе, ужаснутся и примутся за ее совершенствование. Они вернутся к Льву Толстому и Чарльзу Диккенсу, к Петрарке и Пушкину, к Моцарту и Чайковскому, Рубенсу и Шагалу... Они будут открывать их как нечто совсем новое и неизвестное им, удивляясь и радуясь...
  Не думайте, что учение Бочкина было сплошной утопией или скоропалительным бредом человека, затурканного беспрестанной работой и заботой о неустроенным быте, мечтающего о пище, как насущной, так и духовной.
  Нет, Артемий Сергеевич обосновал свою теорию со всех сторон: экономической, технической, экологической, психологической и даже медицинской и метеорологической. Было потрачено много времени и сил, но результат превзошел ожидания. И не только самого Бочкина, но и всей университетской общественности. Студенты полюбили новый предмет, и на его лекции приходили даже с других факультетов, где футурология не велась.
  И, если кто-либо из студентов предлагал: «Давайте сегодня «футуру» двинем!», на него смотрели как на недоразвитого.
  Бочкину было приятно такое внимание к его предмету, но, будучи человеком не тщеславным и отнюдь не восторженным, он относился к своему успеху спокойно, без эмоций.
  И вот здесь самое время обратиться к портрету нашего героя, тем более, что он этого заслуживает.
Артемию Сергеевичу недавно стукнуло пятьдесят пять лет, он был красив, высок и строен. Ранняя седина уже сплошь серебрила его голову, но это и понятно: у него были полуголодные студенческие годы, битва за аспирантуру, очень трудная защита двух диссертаций, кандидатской и докторской, он дважды и неудачно женился. Несмотря на свою импозантную внешность, успехом у женщин, особенно университетских, он не пользовался: все считали его занудой и жмотом, что было совсем несправедливо. Например, первую свою жену он пленил тем, что играл на гитаре и пел песни Окуджавы, почти, как сам автор. Потом он ходил в лес и приносил оттуда своей возлюбленной огромные букеты цветов, так как на покупку их у алчных бабулек денег у него не было.
  Это его и сгубило. Когда жена пришла, чтобы поселиться навеки в его однокомнатной квартирке, она увидела там такую нищету, что сразу поняла: выбраться из нее будет очень трудно, а, скорее всего, невозможно. . А она была совсем еще молода и сказочно красива, и спустя три месяца после ЗАГСа ушла от него к университетскому завхозу Мухину, который был у них на свадьбе посаженным отцом.
  Вторая жена, напротив, клюнула на его автомобиль. Бочкин два года читал лекции в в одном из университетов США и привез оттуда пусть и подержанный, но, по тогдашним понятиям , роскошный автомобиль «Форд».
  Однажды он подвез домой с работы секретаршу ректора, красавицу и законодательницу мод в университетской дамской среде, Тоню, и … остался у нее на ночь. Естественно, будучи глубоко порядочным человеком, Бочкин женился на ней ровно через месяц после случившегося . А спустя шесть месяцев Тоня получила права на вождение автомобиля, перекрасила его машину в неприлично красный цвет и укатила на отдых в Ялту. Оттуда он получил от нее телеграмму: «Тёма зпт со мной случилось несчастье двтч я разбила машину и полюбила другого человека тчк».
  Бочкина возмутил не столько текст телеграммы, сколько эти «тчк», «зпт» и «двтч». Но потом он понял , что это у нее чисто профессиональное.
  Именно после этого он замкнулся и перестал обращать внимание на женщин, что и дало им повод считать его занудой.
  Но став признанным футурологом, Бочкин начал подумывать и о своем будущем, правда, не о таком далеком, о котором он читал лекции студентам.
  Он сделал в своей квартире, все той же, однокомнатной, европейский ремонт, купил новую машину, на сей раз японскую «Хонду, но тоже подержанную, и стал ходить в филармонию на концерты симфонической музыки. Ему почему-то казалось, что, если он познакомится с женщиной там, то она никогда не сможет поступить с ним так, как поступили его две первые жены.
   Но судьба рассудила иначе.
  Перед зимней сессией он принимал зачеты у студентов — досрочников. Это были сплошь отличники, аккуратные во всем и уверенные в себе. Принимать зачет у них Бочкину было совсем неинтересно, да и чувствовал он себя в этот вечер неважно, температурил и сморкался.
  На улице мело, снег задувало даже в щели окон кабинета, в котором он обосновался, и от этого Бочкин чувствовал себя еще неуютнее. Иногда он подходил к окну и смотрел на свою машину, припаркованную внизу.
  «К концу зачета мне придется откапывать ее из сугроба», - подумал он и решил уже собрать у всех этих отличников зачетки и расписаться в них без всякого опроса.
  Но тут в кабинет вошла девушка и прямо с порога задала ему странный вопрос:
- А можно я буду отвечать не по вашим лекциям?
  Артемий Сергеевич поморщился : «Господи, когда же они поймут, что футурология — это не мечты о прекрасном будущем, а наука, сложная противоречивая, как и любая другая?»
  Но ответил он студентке несколько игриво и чуть насмешливо:
- А по чьим же лекциям вы хотите мне отвечать, милая барышня?
  Девушка покраснела, но к столу подошла очень решительно, припечатав к нему свою зачетную книжку:
- А не по чьим... У меня есть своя концепция будущего... Правда, толчком к ее созданию послужили именно ваши лекции, но во многом я с вами не согласна...
- Замечательно! Именно за это я ставлю вам зачет, а могу прямо сейчас поставить оценку и за экзамен, который вам сдавать через две недели. «Пятерка» вас устроит?
  Девушка растерялась:
- Вы шутите?
- Ничуть.... Раз вы в чем-то не согласны со мной, значит, хорошо изучили мои лекции, и, следовательно, знаете предмет на «отлично».
  Он открыл зачетку и сделал то, о чем говорил: на одной странице написал: «Зачтено» и расписался, на другой красиво вывел «Отлично» и тоже расписался.
- Вы свободны, Юлия Валентиновна, - сказал он девушке, подавая зачетку.
- Не-е-е-т, - жалобно протянула студентка. - Я хочу отвечать. Я три дня готовилась к этому, даже ночью не спала.
- Вот и прекрасно! - улыбнулся Бочкин. - Прямо сейчас и выспитесь... Только не забудьте положить зачетку под подушку. Говорят, что тогда, во-первых, все остальные экзамены тоже будут сданы на «отлично», а, во-вторых, приснится чудесный сон....
  Но тут произошло непредсказуемое: девушка плюхнулась на стул и... расплакалась.
- Я никуда отсюда не пойду, - говорила она сквозь слезы, - пока вы меня не выслушаете!
  Бочкин растерялся: такое случалось с ним впервые: он сходу, нарушая все инструкции, поставил студентке зачет и оценку за экзамен, а она плачет. И отнюдь не от счастья...
- Давайте сделаем так, - внезапно для самого себя предложил Бочкин. - Здесь уже изрядно холодно, да и время уже позднее, зачет у меня был назначен до девятнадцати ноль-ноль. Я сейчас откопаю из сугроба свою машину и отвезу вас домой. А по дороге вы вкратце изложите мне свою концепцию будущего.
  Студентка мгновенно перестала рыдать, и подняла лицо, которое стало вдруг настороженным, а оттого совсем несимпатичным.
- На машине? С вами? Ко мне доиой? - задала она сразу кучу вопросов.
- Да на моей машине, со мной, к подъезду вашего дома, - ответил Бочкин, улыбаясь.
  Девушка подумала и сказала каким-то холодным официальным тоном:
- Мне мама не разрешает садиться в машины с чужими мужчинами.
  Здесь уж профессор откровенно рассмеялся, и смех его был настолько заразительным, что студентка тоже улыбнулась, вытирая недавние слезы.
- Мы сейчас позвоним вашей маме и спросим ее, не будет ли она возражать если профессор Бочкин, подвезет домой ее дочь, которая задержалась в университете на зачете по футурологии и к тому же он хочет поделиться с профессором своими соображениями по поводу будущего. Идет?
- Не надо, - все еще улыбаясь, махнула рукой девушка. - Это я глупость сморозила... Ну, какой же вы чужой, если мы все вас так любим...
  Услышать такое Бочкину было очень приятно, и он растроганно захлопал своими длинными ресницами и и захлюпал носом... Но это уже скорее от простуды....
  Девушка жила далеко, в новом микрорайоне с распространенным по всей стране названием «Черемушки». Поэтому она смогла ознакомить его со своими мыслями о дальнейшей жизни на Земле, причем совсем не так, как он думал. Никаких общих фраз и скоропалительных выводов он не услышал Студентка взяла за основу самую злободневную, на ее взгляд, сторону развития общества, а именно, экологию, и нарисовала ему картину жизни на планете через много-много лет. Она была уверена, что люди, наконец, поймут необходимость бережного отношения к природе, поздно, но поймут. И сделают все возможное, чтобы спасти ее. Правда, при этом они многое потеряют. Исчезнут тысячи видов животных и растений, уйдет под воду Гренландия и множество островов, питьевую воду можно будет купить только в магазинах, причем, по очень дорогой цене, воздух на планете будет сильно разрежен и отравлен, но человечество привыкнет дышать и таким. И что особенно тронуло Бочкина, так это ее мысль, что люди полюбят читать книги о природе: Аксакова и Пришвина, Паустовского и Бианки, Моуэта и Даррелла. Они будут читать их и удивляться: неужели все это было?
  Эта ее мысль полностью совпадала с теорией Бочкина, и он впервые взглянул на девушку с интересом: неужели это родство душ?
  И, расставаясь с нею у подъезда «девятиэтажки», где она жила, он, сноап неожиданно для себя, спросил:
- Можно, я буду называть вас «Юля»? Не «студентка Позднякова», как у нас принято, а просто «Юля»?
- Конечно, - легко и беззаботно ответила она и убежала, скрывшись в пурге...
  Теперь входя в аудиторию, он первым делом пытался отыскать ее лицо среди десятков других и, найдя его, радовался, еще неизвестно чему....
  Прочитав ее курсовую работу, Бочкин, естественно, поставил ей «пятерку» и спрятал папочку с ее оригинальными мыслями в в ящике стола. Иногда он доставал ее оттуда и перечитывал этот трактат, как любовное повествование. Но ему и в голову не приходило, что это как-то может сказаться на его личной жизни.
  Все произошло опять-таки нежданно и необъяснимо для него.
  На лето у него была запланирована поездка в Арабские Эмираты. Университет в Дубае пригласил его принять участие в конференции по проблемам развития стран Аравийского региона в случае истощения нефтяных запасов. Но там случилась очередная заварушка с применением тяжелых вооружений, и Бочкин остался не у дел.
  И в самый разгар летней жары, когда Артемий Сергеевич стал подумывать о санаторном отдыхе на Черноморском побережье его вызвал к себе ректор и предложил ему возглавить делегацию университета на Всероссийском форуме студентов — экологов, который будет проходить в горах Кавказа. Бочкин согласился, не раздумывая, так как очень любил горы и не был там со времен своей молодости.
  Надо сказать, что после того, как он перестал видеть Юлю на лекциях, ее образ стал постепенно стираться в его памяти и приятные воспоминания о встречах с нею посещали его все реже и реже. И он очень удивился, когда встретив ее фамилию в списках участников форума, он испытал вдруг какую-то непонятную радость и полдня ходил, как потерянный, волнуясь перед предстоящей встречей с нею.
Но первая встреча разочаровала его. Поздоровавшись с ним у дверей автобуса, Юля тут же запрыгнула в салон, причем, ей помог это сделать широкоплечий парень с нахальными глазами, бесцеремонно прихватив ее за талию.
  В пути она беспрестанно щебетала о чем-то со своими подругами, потом звонко распевала с ними песни о горах и альпинистах, не обращая на Бочкина никакого внимания. Ему было обидно, но лишь слегка, потому что он никогда не преувеличивал своих достоинств, которые могут привлечь внимание женщин, к тому же, таких молоденьких, как Юля. Ему было только жаль, что он так радовался предстоящей встрече, а радость оказалась напрасной.
  Разместили их на прекрасной турбазе в предгорном лесу, с соснами и пихтами,. Каждой делегации был выделен двухэтажный деревянный коттедж с четырехместными номерами, а руководитель жил в отдельной комнате с балконом на втором этаже. Других помещений там не было, и Арсений наслаждался чудесным видом с балкона и тишиной, так как весь шум и гам происходил внизу.
  В первый же вечер после приезда профессор , разместив группу и раздав им талоны на питание, спустился к горной реке. Солнце быстро ушло за горы, на небе засияли звезды и взошла ущербная рогатая луна.  Становилось холодно, и Бочкин, собрав валежник, выброшенный рекой на берег, разжег костер.
  Впервые за много лет он наслаждался таким покоем. Тепло костра согревало его, вдалеке белели вершины гор, неумолчно шумела горная река. Поэтому он и не услышал, как кто-то спустился по каменистому склону и стал за его спиной. Потом он заметил чью-то тень на камнях и обернулся.
  Перед ним стояла Юля, глядя на костер и зябко подрагивая плечами.
- Как хорошо здесь, - сказала она. - Когда я увидела сверху костер, я сразу догадалась, что это вы …
- Садитесь, - пригласил он, подвинувшись на бревне, на которое он положил свою штормовку.
  Она села рядом, охватив себя руками за плечи, и он почувствовал, как она мелко дрожит от холода. Тогда он снял с себя пиджак и накинул на нее.
- Спасибо, - робко сказала она. - Я никогда не бывала в горах и не знала, что здесь бывает так холодно в самый разгар лета.
  Потом они долго сидели молча, глядя на языки пламени и слушая говор реки.
- Артемий Сергеевич, - неожиданно сказала Юля, - а почему вы избегаете меня?
- Я? - удивился Бочкин и после довольно долгой паузы продолжил: - Просто после сессии я был занят делами.... И вы мне как-то не встречались... А сегодня у автобуса мне показалось, что вы совсем не рады видеть меня... Вот так и получилось...
- Я очень хотела встретиться с вами... Мне надо было многое рассказать вам, посоветоваться.. Но мне сказали, что вы уезжаете в Эмираты, и мне стало как-то очень одиноко... Ужасно одиноко... А сегодня утром я просто притворялась... Как будто мне весело и интересно и без вас....
Бочкин впервые в жизни слушал такие взволнованные признания, и ему стало как-то не по себе. Поэтому он сделал попытку перевести разговор в другое русло:
- Ну, а как ваша концепция будущего? Вы продолжаете работать над ней?
- Нет, - ответила девушка , - бросила. А зачем? Курсовую я сдала, экзамен тоже. Теперь впереди последний курс, надо думать о будущей работе, изучать проблемы понасущней...
- Например?
- Например, менеджмент, маркетинг, дилерство, брокерство...
- Но вы учитесь на факультете философии... Зачем это все вам?.
- Философия научила меня правильно подходить к общественным явлениям. Оценив их с точностью до одной десятой, я смогу свободно ориентироваться в окружающем мире и... выбрать свою стезю в сугубо материальной сфере... Например, открыть свою туристическую фирму или фабрику по пошиву модельной обуви ...
- Не думал, что вы так прагматичны... Честно признаться, я видел вас ученым... Увлеченным и знающим, смелым в своих выводах и стремящимся к истине...Ничто не может сравниться с этим призванием, призванием первопроходца...
  Юля повернула к нему свое лицо, и он увидел, что она плачет.
- Какой же вы, Артемий Сергеевич, жестокий человек! - сказала она сквозь слезы. - Когда я начала рассказывать вам, что пережила без вас, вы прервали меня, чтобы спросить меня о деле. А когда я начала придумывать всякое о своих будущих планах, вы называете меня прагматиком и сожалеете о том, что я не стану вашей соратницей... А я и хотела поговорить с вами о своих раздумьях над будущим человечества... И знаете, о чем именно? Я обнаружила, что вы нигде в своих работах не говорите о любви... Или как это ученые называют... Взаимоотношения полов? Что будет с нею в будущем? Не с семьей, ячейкой общества, а, именно, с любовью? Ведь уже сейчас все чаще и чаще мы слышим, что ее нет вообще... Даже само слово «любовь» звучит реже, чем «секс»...
- Я думал об этом все последнее время, - медленно сказал Бочкин, и сказанное им было правдой. - А начал я думать об этом после того метельного вечера, когда подвозил вас домой...
  Такое с ним случилось уже в третий раз за последнее время: будто какой-то другой человек, сидящий в нем, подсказывает ему говорить слова, которые он еще не готов сказать.
- Вы знаете, я приехал домой и подумал: ведь в моей теории не хватает главного... Любви … А потом удивился: а почему мне пришло голову именно сейчас? И тогда я понял, что люблю вас...
  Он замолчал и посмотрел на небо, как на последнее пристанище, где можно спастись от того, в чем признался...
- Вы шутите? - тихо произнесла Юля фразу, которую он услышал от нее при первой встрече и которую она повторяла очень часто.
  Он не ответил на ее вопрос, а только посмотрел в ее глаза, где увидел то, что хотел увидеть.

  Они поженились спустя три месяца после того, как Юля окончила университет. Ее родители были настолько убиты этим браком, что даже не пришли свадьбу, хотя и подарили им шикарный мебельный гарнитур, который никак не мог влезть в однокомнатную квартиру Бочкина, и он отвез его на дачу своего друга, профессора географии Бероева.
  Вся университетская братия дружно осудила его за неравный брак, назвав его совращением неопытной студентки, но это мало волновало молодоженов, потому что они были счастливы.
  Юля поступила в аспирантуру, досрочно защитила кандидатскую диссертацию .
  Потом у них пошли дети. Сначала близняшки, Рома и Тёма. Потом девочка, Юля.
  Ждали четвертого, Мишку, и Бочкин был по горло занят домашними делами: убирал их новую, уже трехкомнатную, квартиру, готовил еду для всей семьи и гулял с детьми.
  Однажды в парке он встретился с ректором, который сосватал его на преподавание футурологии. Тот был уже на пенсии, и парк стал основным местом его времяпровождения.
- Артемий Сергеевич! - воскликнул он, завидев Бочкина, катившего перед собой коляску с маленькой Юлькой. - Как поживаете? Как там проблемы с будущим?
  В это время к ним подбежали двухлетние Ромка и Тёмка. Бочкин вытер им носы, взял на руки, чтобы они смогли посмотреть на сестренку, и сказал:
- Вот наше будущее, дорогой Иван Петрович... И мне сейчас нет дела до того, что футурология предскажет нам о будущем человечества через тысячи лет... Потому что в данный момент мы живы и счастливы ...





Рейтинг работы: 8
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 279
© 19.05.2015 Борис Аксюзов
Свидетельство о публикации: izba-2015-1343390

Рубрика произведения: Проза -> Рассказ











1