Чаша Всемогущества


Хроники Амидора

(Глава из Летописи Легко и Просто 3)




Без предисловий


Я, Повелительница По Крови, иногда скучаю. Удел такой былой Императрицы. Алан в мгновения такие меня одну, скучающую, оставляет. Не развлекает.
Говорит: - Тебе со мною скучно, так скучай одна!

Но я-то знаю: он не сердится, не огорчается, а позволяет Скуке – моей дверью стать.
Еще одним моим проходом в Бескрайнюю Меня же.

К тому же Скучание – это возможность спокойно оглядеться и увидеть интересное в том, к чему привыкла.

Опа, «Кто там улицей крадется? Кто в такую ночь не спит?»*!!!
Гонзик, собственной несуществующей персоной. Вот кто мне сейчас необходим!

- Стоять, плутяра!!! Что там прячешь, что скрываешь от меня? Показывай скорее!
- Не прячу и не скрываю, а сюрприз готовлю. Фу-фу-фу. Вот сами видите, я пыль сдуваю, протираю, - пряча за пазуху, отмазывается плут. – Ну, не могу же в грязном виде сюрпризы вам преподносить. Какого мнения вы обо мне, Недостижимая-Непостижимая?!!
- Сам знаешь: я не мню, а знаю и не знаю. Тебе-то как облупленного.
Гони сюда то, что под рубахой прячешь!!!

- Вот так всегда: сюрприз готовишь, а тебе …
- Да для меня уже сюрпризом то, что ты попался, величайший лукавец и пройдоха!
Тебе сказать спасибо?!! Или рассердиться?!!

- Какая издевательская шутка!!! Сказать вернейшему из слуг: «Спасибо» – «Спаси бог»?!! Помилуйте, Владычица! – воскликнул Гонзик. – Какой же бог меня спасет, когда вы рассердитесь?!! Вот ваш сюрприз. Я рад: быть вам полезен.

*Слова из песни «Песня о краснодонцах». Музыка Василий Соловьёв-Седой. Слова Сергей Островой



Вот это да!!!

Страницы древние. И Самопишущиеся.
Я их читаю.

Когда-то в стародавних временах был славен именем своим чудаковатый Хроник.
Он освещал события не по указке, а как всё видел сам. Правителям не очень-то был мил чудаковатый Хроник. Не раз его творения сжигали, его пытались приструнить, пытали. Да и не раз убить пытались. Заговоренный, что ли, этот Хроник был.

Когда его живописание очередное в пепел обратили, он рассердился и устроил так, что его Хроники отныне себя сами пишут и не уничтожаются никак.

Живые Хроники пророка Амидора.

- Они еще и ко всему дают ответы, - мне шепчет в ухо плут. – На любой вопрос.

Какие у меня вопросы? Вопрос один.

- Как там Алан без меня? – спросила, и Хроники открыла и прочла:
«Он видит радуги расцветы
Во всем, на что посмотрит».

- Вот же ж обормот игривый! – воскликнула я. – Ни капли не скучает без меня. Видите ли, радуги он видит без меня!

Книга ответом в моих ладонях потеплела и я прочла:
«С тобой
И без тебя».



Чаша Всемогущества


- Хочу про Алана узнать побольше, - я загадала и прочла:

«В его руках живых и детских сверкнула новая игра
И Чашей Всемогущества явилась
НазвАлась Чашей ХасидИ
В Ней Сила Необыкновенная
Секреты Бытия и НЕбытья
Живое Снадобье от мыслезабытья

Та Чаша потерялась
Теперь в пути к тому
Чьи помыслы
Отнюдь не радужны, не детски».

- Как мне ее вернуть? – я задала вопрос.
- «Найди Андара, он подскажет, а я – не справочник потерь», - ответом непочтительным окрасились страницы.

Ладно, сами разберемся!

- Гонзик, Горн, вы мне необходимы срочно, - позвала я.

- Да, госпожа, - помощники явились.
- Мне Чаша Всемогущества потребна. Отправимся за Ней.

- Прямо сейчас? – уточняет Гонзик.
- Еще скорей!

- А Алану расскажем? – спрашивает Горн.
- Ни в коем случае и ни за что! Это лишь наше приключенье. Мне его моя Скука в дар преподнесла, - я взгляд плута ловлю. В нем укоризны вне всякой меры. – Ну, ладно, Скука и, конечно, Гонзик Несравненный. Ты доволен?

- Я – нет, - Горн комплименту Гонзику ответил.
- Я – да!!! – обрадовался плут.


Мы в поиске


- Я ничего не знаю, - Андар ответил и, глянув на меня, добавил равнодушно. – И смерти не боюсь. Не жду, не убегаю, не гонюсь,.
- Алана работа, его слова! – я покачала головою. – Мы бы не побеспокоили тебя, но Хроники Живые Амидора к тебе направили нас.

- Вот это да!!! – воскликнул оживленно наш строптивец. – Не врете?

Я показала надпись и прочла добавленное только.

- Привет, Андарик!!! Рад Тебе!!!
- А я как рад!!!

Андар в моих руках погладил Книгу и пообещал нам, исчезая:
- Дам знать, как только буду знать.

- Дай знать, когда что-то узнаешь, - махнул на прощание Горн.
- Дай знать, когда что-то узнаешь. Дай понять, когда что-то поймешь, - поддакнул Гонзик.

Похоже, им тоже понравилась живая тавтология андаровских ответов.



Я забавляюсь с Книгою. Вопросы задаю. Она не против. Ей для чего-то было надобно нас подтолкнуть к Андару, поэтому и заупрямилась она.
Вопросы задаю те самые, ответы на которые я точно знаю. Проверяю Хроники и развлекаюсь.

- Кто Алан? Бог, знающий, адепт, колдун …?
- «Ребенок», - Книга отвечает и мой вопрос предупреждает. – «А это означает ВсеМогущество».

- Ребенком быть – быть всемогущим? – спрашиваю я.
- «Не всемогущим», - Книжка снова поправляет. – «А ВсеМогуществом».

- А кто тогда есть я?
- «Ребенок. А это означает … », - похоже, Хроникам не чуждо чувство юмора.

Тут все понятно. Захлопываю Книгу.



- Чаша у Анкора, - обрадовал нас Андар, подавая фрукты-угощенье.
- Что за штрих? – тут же отозвался Гонзик, жуя тикою.

- Здесь богом почитается. Создателем Анкоры. Ее единственным творцом.
- Ух ты, та самая Анкора! - присвистнул Горн.

- Что ж вам пора и мне пора, - Маг усмехнулся. – Пора-пора-порадоваться!!!

Андар захохотал и испарился в смехе.



- Дело глухо, - мне Гонзик поклонился. – Там все запутано донельзя. Без Алана не справимся.
- Ерунда, - ответила надменно я. – Я – Повелительница По Крови. Есть кровь у жителей Анкоры? Раз есть – они мои.

- А если нет у них кровИ?
- Тогда подобным неподобствам нет места в любом месте, - небрежно я ответила. – И уж тем более хозяйничать над Чашей Всемогущества – не удел бескровных.
Разговор окончен.

Горн кивнул.

- В общем-то, Анкору, Анкоре и анкорцам – хоть так, хоть так – конец, - шепнул ему на ухо Гонзик.

И Горн опять кивнул в ответ.



- Позвольте мне заняться проникновением в дворцовые покои, - взмолился Гонзик. – Не стоит разрушать такой красивый замок!

Я рукой махнула: валяй, не жалко. Дворец и, правда, был красивый. А Гонзик уже раньше видел, как я штурмую бастионы. И как безжалостно стираю в пыль преграды на своем пути.

- Да, замок мощный! – насмешлив плут. – Полно защитных заклинаний и заслонов.
Всё по-серьезному, без недогляда. И мышь не проскользнет.
Но мы – не мышь.
- Ну, что ты возишься? – Горн подгоняет болтуна, торопит. Чтоб перья сильно не пушИл.

- Есть тайный ход, - обрадовал нас Гонзик. – Сейчас воображу.
- И где твой ход? – Горн неуемен.

- Сейчас воображу и покажу.

В скале дверь появилась. Плут языком прищелкнул.

- Вообразил и мудростью своею поразил. Готово!

- Отличная работа! – похвалила я.

Горн ткнулся в дверь. Нажал плечом. С размаха врезал.
И ничего.

- Тоже мне, воображала, тут тупик! – повернулся воин.
- Не тупичок, а дверь секретная. И как положено таким дверям, приоткрывается она секретным кодом. Художественным пуканьем, - смеется Гонзик. – Необходимо пукнуть.
Пукни, Горн!

- Да хрена с два!!! Сам пукай!!! И давай поаккуратней, тут и так тяжелый дух и затхлость.
Тут что, до нас уже прошли? Кто-то активно пропердел себе дорогу?

Плут засмеялся, пукнул, и сразу ароматами запахло. Дверь приоткрылась. Сад красивый появился, фонтанчики и все такое. Оранжерея.
Птички услаждают слух чудесным пением. Жужжанье насекомых ублажает.
И нам перехотелось уходить.



Мы в травке средь цветочков млеем.

- Ты с ароматами не перестарался, - лениво спрашивает Горн, от благоуханий расслабляясь всё сильнее и сильнее.
- По ходу, да, - баламут кивнул. – По-видимому, я закинул нас в УтехКрая.

- Не торопись, побудем здесь еще немного. Совсем немножко, - воин зазевал.

Я в тонких запахах и звуках уплываю в звон хрустальный. Так здорово!!!
Прощайте чаши всемогуществ, андары, амидоры. Првивет УтехКрая!
Так здорово!!!
Но так ли здорово мне здесь, как с Аланом? Да черта с два!!!

Моя несокрушимость распрямила плечи. Я рявкнула:
- А ну, подъем!!! Гонзик, а ну-ка быстро в замок нас доставил!!!



Пока мы шли по потайному ходу, эти двое неустанно препирались.
Но меня развлекала их болтовня.

- Анкор* – обозначает, по-французски слово «еще», - смешливо умничает Гонзик. – Выходит-получается (какашка), что он – неудовлетворенный. И озабоченный мерзавец.
Ну, что нам на таких везет!!! Нет, чтобы владетельница Чаши была бы девушкой прекрасной. Такой сюжет по мне …
- Как случилось, что тебе французский ведом? – перебил словесные потоки балабола воин.

Пройдоха мелкий смерил высокомерным взглядом Горна.

- Я парень хоть простой, но утонченный. Такие вещи знаю, - самодовольно отозвался плут.
- Где тонко – там и рвется, - земной пословицей ответил ему Горн.

- Как это показательно, - спокойно согласился Гонзик. – Народной мудростью – французским изыскам ответить. Уж лучше б пёрнул, что ли.
- По этой части ты – умелец.

- Пришли, - из спора выключился баламут и во внимание включился.

*«Анкор» – русская транслитерация французского слова encore [фр. encore еще], может обозначать также – еще, пока; пока еще; пока что.

Мы оказались у портьеры и осторожно выглянули из-за нее.

- Что за павианы расфуфыренные? – толкнул Горн в бок Гонзика.
- Это Мудрецы Анкоры, - ответил Гонзик. – Мудрейшие из Мудрых. Короче, мудряки.

- А чего они вылупились на картину с небом?
- Откуда знать мне?!! – плут дернул плечом нетерпеливо. – Я высматриваю Чашу. Чаши мне пока не видно.

- Давайте тщательно дворец обыщем, - предлагаю я.
- Стойте! – предупредил мой выход Горн.

- Мудрилы пали ниц!!! Мольбы возносят небу на картине. Впервые вижу, чтобы молились не изображениям богов, а небу. На картине!!! Выйди во двор и поклоняйся настоящему.
Придурки!!! И где Анкор, бог их? – Гонзик вдруг от неожиданности подскочил. – И ни хрена ж себе!!! Какого хрена?!! Что это?!!
- Анкор снисходит с нарисованного неба. Вот это да!!! – ответил Горн.

И вправду, появился местный бог. Он снизошел с сияющего небосвода на картине.

- Дешевый трюк, - заметил Гонзик, поджав губы. – То ли дело открывающаяся пуканием дверь.

А тем временем Анкор всё еще спускался величаво. В руках его сверкала Чаша Всемогущества.

- Вот она, - я напряглась, готовясь выйти.
- Может, послушаем-посмотрим – глядишь-услышишь, что-нибудь узнаем, - предлагает Гонзик. – О Чаше. Как использовать ее, к примеру. Или как к богу-картинке она попала.

- Анкор, тебе нет равных!!! – возопили мудрецы. – Ты – всемогущественный!!!

- Ага, легко быть всемогущественным, когда есть такая чашка, - прыснул Гонзик.
- И пока Реальное Всемогущество не объявилось, - подтвердила я.

- Довольно славословий! – оборвал хвалебный хор Анкор. – Я желаю знать о силе Чаше.
- И мы желаем, - шепчет Гонзик. – Ой, как же мы желаем!!!

Вот баламут!!! Я еле сдерживаюсь, чтоб не рассмеяться.

Только лишь Анкор прикрикнул на знатоков своих, те важно замолчали и слово взял старейшина из них.

- В руках нашего господа Чаша ХасидИ.
Хасиди в переводе с древнемудрого – обозначает, Всевозможность (Хас – Всё, Иди – Возможно).
Ее еще порою называют Чашей Всемогущества. Она состоит из двух частей – двух Чаш.
Чаши Жизни и Чаши Смерти.
Чтоб различить какая Чаша где, необходимо разбираться в символах.
В Чаше Жизни на дне изображение креста с равновеликими пересечениями-перекладинами в круге, а в Чаше Смерти в дно впечатан шестигранник с окружностью внутри его.

Тут молодой мудрец прокашлялся и говорит почтительно, но непримиримо:
- Точнее будет называть ее – не Чашей Жизни, а Чашею Рождений. И даже Чашей Бытия. А Чашу Смерти – Чашей НЕбытья.
А вместе – Сосудом Появления и Ёмкостью Исчезновения.

Старик, главенствующий над мудрецами, воспламенился ненавистью, но тон сдержал, Анкору поясняя.

- Не слушайте юнца, Владыка. Молодость неопытна и непочтительна.
- Мне безразличны тонкости названий. Как Чаша Хасиди работает?!!

- Но это важно!!! – парень запротестовал. – Чтоб обращаться с Чашей – знать необходимо точно …
- Довольно!!! – рявкнул старец. – Мой властелин, Чаша Жизни и Чаша Смерти – не разные. Они – одно. Зовущееся Чашей Всемогущества, - дедок взгляд адресовал парнишке злобный.– Чаша Хасиди исполнена в виде двух соединенных основаниями чашек. Одна из них дарует Исцеленье. Хлебнувший из обратной – тот час же испускает дух.
Если Моему Господу захочется какую-нибудь планету покорить, достаточно могущество свое явить народонаселеньям той планеты.
Достаточно в мир Чашу принести. Поставить наземь Жизнью кверху и с первой каплей водной в Чашу – планета тут же расцветет. Но стоит дать Сосуду Смерти находиться сверху – то с первой каплей водной жизнь уйдет. Конец всему, да и планете тоже наступает.

Теперь ты властвуешь над судьбами всех человечеств, Мой Владыка!!!

Я пошевелилась.
Ах, Алан!!! Сам же меня увещевал: не вмешиваться в человеческие судьбы, и предоставить им самим: возиться в их навозных кучах. Мне говорил одно, и тут же Чашей Всемогущества миры кроил, мирам людским Ее доверив.

- Пора явить мирам могущество свое! Начать с Земли или с Хасидии, к примеру. Как это символично – Чаша Хасиди убьет Хасидию! – скривил лицо в гримасе самодовольства бог Анкоры. – Посмотрим, Алан Лига, как Легко и Просто ты без этой Чаши обойдешься!!!
- Так эта Чаша из рук Дитя по Сути?!! – воскликнул паренек. – Тогда совсем другое дело! Будьте осторожны, Повелитель!!! Чаша не забывает тепло рук Ребенка. Ее лучше вернуть.
Иначе она сама себя вернет Ребенку. Тем способом, который не понравится вам.

- Довольно глупостей! Стража, взять смутьяна, - гаркнул повелитель. – На дыбу его. Выяснить: кто подослал. Мне невтерпеж сейчас же выяснить другое: на что теперь способен Алан Лига!
- Наш выход, мальчики, - я объявила Гонзику и Горну, и объявилась наконец-то. – Выясни, Анкор, на что способна я без всяких чашек, вилок, ложек!
Узри могущество без посторонних причиндал.
Реальное Могущество.



За бороду схватила я Анкора и поволокла.
Потом немножко раскрутила и отпустила-бросила.
Анкора в небо кинула. То есть в его картину.
А за картиною стена.
И каменная, а не гипсокартоновая.

Да-а-а.
Вот смотрю я: не всем полеты по нутру. Недолго мучиться пришлось Анкору в небе.
Отныне на картине неба бог запечатлен. Куском зловонным, разлагающимся, в ярко синем небе. Не смыть, не отодрать его от нарисованной искусно синевы.

А где еще быть богу, если не на небе?



- Где моя Чаша? – вломилась я и сходу к делу.
- Стража!!! Стража!!! – вопят мудрилы в страхе.

А я Чашу подняла. И оглядела.

- Стража не страшна, - Горн потянулся с хрустом. – Не отвлекайтесь, Повелительница.

И принялся он стражу бить. Ее же алебардами. А Гонзик тот допрашивает мудрецов. Пинками в кучу загоняет. Допытывается всех подробностей.

- Мы больше ничего не знаем, - божатся мудрецы именем былого повелителя Анкоры и прикусывают языки. Пятно на стенке к клятвенности им не очень-то располагает.

- Вернуть парнишку, - распорядилась я. – Похоже, он куда толковей этих.



- Это символ света, а это символ тьмы, - рассказывал охотно парень, тыча в чаши, и радовался. – Как хорошо, что вернется Чаша – игрушкою к Ребенку!

Тем временем мои помощники Мудрейшему Совету объясняли: кто отныне главный перец. По их словам – я, а паренек – наместник мой, над ними главный.
Командующий всей Анкорой.

- Запомни накрепко, - напутствовал Горн старейшину мудрил.
- Да, чтоб зад твой помнил, - поддакнул Гонзик. – Вот тебе пинок под сраку!



Я Хроники листаю, никак не оторвусь от Книги. В Них-Ней так много интересного. Былого и того, что впереди.

- Что читаешь? А, Хроники Помидора, - рассмеялся мой любимый, целуя и заглядывая мне через плечо.

- Что так, неуважительно-то? – вступилась за документалиста я.
- Отчего ж неуважительно?!! Я помидоры обожаю. И очень трепетно люблю.

- Ты их читал?

Он смотрит на меня смешливо. Я, усмехнувшись, уточняю.

- Не помидоры. Хроники.
- Читал давно когда-то.

- И как тебе?
- Напыщенно, велеречиво и слащаво.

- Но ведь правдиво?
- О, да. Тут не поспоришь. Всё правдиво.



Теперь разглядываю Чашу. Таится сила в Ней, я точно ощущаю. Доныне неизведанная Мощь.
Пора бы Алану вернуть сей артефакт, пусть сам с ним возится, но я не тороплюсь с отдачей. Неужто ВсеМогущество, не меньше?!!

Раздался шорох Хроник. В страницах надпись появилась: «Владычица По Крови Чашу держит. Что будет с Чашей? С человечеством? Вселенными?».

- О, вот где ты, моя чашечка! – воскликнул Алан. – Где ты болталась чашка – потеряшка? Где обиталась без меня?!!

Я резко обернулась (неужели Алан обнаружил Чашу Всемогущества). Нет, он свою рассматривает кружку. Цветастую, пузатую, большую.
Сейчас чай будет пить.

Чего тянуть кота за хвост (всегда была удивлена: причем тут котик?!!). Я подступаюсь к Алану.

- Так это правда? – намереваюсь я спросить: действительно ли Алан – обладатель артефакта, его хозяин, господин. Небрежный Повелитель Жизней и Смертей Людских. Протягиваю Чашу.
- Ну, наконец-то, моя ручка отыскалась!!! Где, милая моя, ее нашла? Давно мне приглянулась симпатичная дверная ручка, хотел ее я прикрутить к двери – она пропала. Я даже дырку просверлил.

- Дверная ручка?!!
- Да, смотри.

Маг открутил отверткой крестовою болт, в другую руку гайка выпала и чашечки разъединились. В уже просверленное ранее отверстие он Чашу Жизни болтом вставил и в Чаше Смерти гаечку ко дну прижал.

- Опа-ча, - сказал, болт завернув. – Любуйтесь, восхищайтесь. КАКАЯ КРАСОТА!!!

Я Хроники открыла, там запись появилась-написалась:
«И стала Чаша Хасиди снова дверной ручкой Двери, Ведущей в Храм Блаженства Пустоты».



- Как Амидор устроил, что его Хроники живут своею жизнью?
- Он сжечь себя позволил вместо Хроник, и на костре пророчество такое произнес, что, дескать, те страницы Хроник неуничтожимы будут, раз уничтожили его.

- Ты знал его?
- Был им когда-то, - улыбнулся Алан. – Когда цветасто и замысловато выражался. И облагодетельствовать всех пытался. И может быть, поэтому меня в ответ пытали?
У человечества и Счастья – разные пути.

Я Хроники открыла и прочла:

«За именами Суть не спрячешь. В мирах стареют все, стареет всё, но Истина не просто молодеет, Она – есть сама Молодость и Свежесть.
И тот, кто был одним из самых обстоятельных Пророков-Хроников, кто силу Книге дал, уйдя в костер – теперь Ребячество само, не ведающее обстоятельств.
Малыш Восторженный, играющий лишь иногда в серьезность».

- Пора-пора-порадоваться, - пропел Алан.

Я с подозрением кошусь. Что за напевы у любимого, совсем как у Андара?!!

Но Алан уже меня целует, и Книга вот-вот выскользнет из рук, и ускользает подозрений суть.
У Алана ТАКИЕ поцелуи. Какие остальные вещи? Не до них!!!



- Пора-пора-порадоваться!!!

Любимый Книгу в руки взял, и в его взгляде спокойно заплясали языки костра. Сгорало в пламени том прошлое-былое или сгорали поджигатели его?
Вот это СИЛА!!! РЕАЛЬНОЕ ВСЕМОГУЩЕСТВО!!!

Я шумно выдохнула воздух.

Алан погладил Хроники и уронил слезу давнишней боли. И улыбнулся былому озорству.
Потом махнул рукою.
И рассмеялся Нынешнему


Алан Лига Легко и Просто
http://legkoiprosto.ucoz.ru/







Рейтинг работы: 0
Количество отзывов: 0
Количество просмотров: 177
© 24.01.2015 Алан Лига Легко и Просто

Рубрика произведения: Проза -> Мистика
Оценки: отлично 0, интересно 0, не заинтересовало 0














1