Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Культура против инферно


Сергей ЧЕРНЯХОВСКИЙ,
доктор политических наук, профессор

Что нужно четко понимать государству при выработке любой стратегии в области культуры.

В самом общем плане культура — это все то, что создано человеком. И в этом смысле она неоцениваема: все, что создано, — равноценно и равнозначимо. И должно быть ценимо и сохранено. На первый взгляд.

Но в свое время крупнейший советский фантаст и философ Иван Ефремов ввел понятия «инферно» и «прорыва из инферно». Строго говоря, само инферно — это сфера зла, преисподняя. В конструкте Ефремова «сфера низменного» такое состояние человеческого общества, когда над людьми властвует их «низменное», то есть животное, начало, подчиняющее себе их человеческую сущность.

Задачу культуры, как и содержание социального развития и суть исторического прогресса, он видел в том, чтобы сбросить «крышку инферно», прорваться из сферы низменно-животного в подлинно-человеческое. Культура в большей степени способна провозглашать и утверждать идеал не через нотационную декларацию должного, но через эстетическое ощущение соотношений с идеальным — именно так она утверждает эти образцы, становящиеся реальными алгоритмами поведения.

Сам человек, как и его творчество, есть отражение той реальности, которая существует вне его. Все, что человек создает в процессе своего творения, он создает, вкладывая в это свои представления об идеальном и идеалах, свою оценку мира. Как в плане его достраивания для улучшения условий собственного существования, так и в плане образов идеального — каким бы он хотел видеть мир и свои отношения с ним. Свои оценки того, что должно и что не должно иметь место в мире, свои пожелания самому себе. То есть реализует свою способность к идеальному альтернативному конструированию. В этом отношении политическое и художественное творчество всегда имеет срез-плоскость своего единства как представление и пожелание создания лучшего, а культура выступает уже не только как совокупность созданного и сохраненного, она выступает в большей степени как процесс воздействия на человека в его реальном поведении.

С точки зрения задачи «преодоления инферно» — если мы говорим о процессе создания идеала и утверждения его в реальной деятельности человека, изменяющего мир и ощущающего себя как нечто большее, чем физиологическое существо, мы должны признать, что культура в своей действительности есть среда и отношения, возникающие в процессе возвышения человека, прорыва его из подчиненности низменному и обретения ценности и способности к возвышению.

И в этом выборе между подчинением себя животному или подчинением себя человеческому все время играет роль та постоянная борьба человека с сидящей в нем обезьяной, о которой писал в последние годы жизни Борис Стругацкий. Культурная среда обладает способностью изменения человека и формирования алгоритмов его поведения, но направленность этого изменения и этого формирования образцов поведения может быть разной: расположенной как на кривой восхождения, так и на кривой нисхождения; формирующей как позитивно-деятельностные навыки созидания и утверждения образцов возвышенного, так и негативно-деятельностные навыки разрушения и утверждения образцов низменного.

Разница в итоге в том, что оказывается реализуемым приоритетным образцом: животное или собственно человеческое. Емко дилемма обозначена у Шекспира словами Гамлета: «Что значит человек, / Когда его заветные желанья — Еда да сон? Животное — и все».

Вопрос в том, что провозглашается приоритетом: потребление или созидание, низведение сущности человека к удовлетворению материального потребления (без которого человек, разумеется, существовать не может) или к удовлетворению потребности в созидании и преобразовании мира, без которого человек, казалось бы, существовать может, но перестает быть человеком и достаточно быстро опускается до уровня обезьяны, причем в буквальном смысле слова.

В более конкретном смысле речь идет о роли «деятелей культуры и искусства», их внутреннем ощущении того, кто они, как формируют установку человека в отношении к жизни. То ли в форматах «Жить прекрасно», «Жить трагично, но героично», «Жить трудно» — что всегда делало классическое искусство и классическая культура и что так или иначе предполагает человека как субъекта, способного к возвышению себя и мира. То ли в формате «Жить противно» — что предполагает человека, детерминированного собственной низменностью и слабостью, что подчас гордо именует себя «современным искусством». То есть снова главный вопрос культуры и искусства — соотнесение данной сферы с проблемой «инферно». Способствуют они прорыву человеческой цивилизации из его плена либо еще больше погружают в этот плен.

Как представляется, любой конструкт культуры и любое произведение искусства так или иначе находится на линии соотнесения с идеальным, то есть все время позиционирует себя в оппонирующих эстетических категориях: прекрасное — безобразное, возвышенное — низменное, трагическое — комическое. И — как вывод — человеческое или животное. Любой «деятель культуры» так или иначе отвечает в своих действиях и творчестве на не новый вопрос, что уже для него приоритетно: он в культуре или культура в нем.

Ровно так же и государство отвечает на вопрос, в чем оно видит свои задачи и стратегию в сфере культуры: либо институт, обслуживающий интересы художественно-коммерческих производителей зрелищ и модных актеров, которые приглашаемы на элитные корпоративы; либо субъект, осознающий свою задачу создания условий утверждения и развития культуры как сферы и процесса обеспечения возвышения человека, освобождения его из-под власти инферно.

Источник:
https://portal-kultura.ru/articles/opinions/325996...





Вернуться к списку
















1