Литературно-художественный портал
|
Литературно-художественный портал
|
Эпилог (Заратустра-2 гл 26). |
|||||
… Исаакиевская площадь. Пётр на коне. Морозец и поздний вечер. Рыхлый снег валил хлопьями, мокрый и холодный ветер пронимал до костей, рвал шляпу и шинель. Кучер, едва видя на шаг вперёд, щурясь от снега и наклоняя голову, кричал нечеловеческим голосом: “Разойдись, зашибу”! Сани поравнялись с Цепным мостом, мелькнул Летний сад, вот и поворот во двор бывшего дома Кочубея, а вот и тот самый флигель. Жандарм у входа вызвал чиновника, который, доложив, вернулся и просил следовать за ним. Вошли в ярко освящённый кабинет, где за большим столом сидел маленький нахохлившийся человек. Вылитый пан Сойка! Бывают такие совпадения. Куда же подевался тот прежний, худой и седой старик со зловещим лицом и звездой на сюртуке? Наверное, уже ответ держит перед Господом? Маленький человечек для важности дочитал какую-то бумагу, игнорируя вошедших (они от меня зависят, а не я от них!), потом, в отличие от своего предшественника, кряхтевшего и щёлкавшего по любому поводу и без своими суставами, быстро вскочил и расплылся в деланно-приветливой улыбке. - Рады вас приветствовать на родной земле, дорогой Павел Ильич! “Я его впервые вижу, а он меня по имени-отчеству величает. Ишь ты, какие вежливые стали”! - Привезли что с собой, дорогой вы наш? - Конечно. Вот извольте взглянуть: топографические съёмки, отчёт и тибетская рукопись. - Очень хорошо-с! – причмокнул “сойкообразный” господин и потёр руки. – Отлично-с! - А вот на вашем месте ранее был такой пожилой господин, – поинтересовался Павел Ильич, передавая трофеи, и случайно коснувшись холодной и потной руки чиновника (Фу ты, как у лягушки!) - Где же он? Никак, на повышение пошёл? - Ах, Клавдий Семёнович, царство ему небесное, - перекрестился “скороговоркой” чиновник. – На самое, самое, что ни на есть, “повышение” и пошли-с, то есть на Небеса, - выше не бывает! Уж с полгода тому, как преставился, сердешный. Да-с! Старательнейший работник, старейший…Что поделаешь, в преклонных летах были, а на пенсион уходить не желали, да всё, бывало, приговаривали: ”Вот, как уйду на покой - Она с косой и пожалует”. Так и вышло-с… «А чиновник-то с чувством юмора, - удовлетворённо отметил Пащенко, - Ишь, как насчёт «повышения» прошёлся, – другой бы вспылил: какое, мол, кощунство, да что вы себе позволяете, а ещё в присутственном месте! Жаль вот только, что руки у него такие мокрые. Нервный, видать». Чиновник бережно пощупал и развернул драгоценный свиток - в глазах его забегали восторженные огоньки. - Так это пергамент? - Нет. Древесная кора. - А на каком языке? - На санскрите. - Я думаю, Их Императорское Величество будут очень довольны, – они давно мечтали заполучить эту диковинку! - Так, о существовании рукописи знал и сам Государь? – удивился Пащенко. – Откуда же? Ведь эта вещица… - Вы, кажется, сказали, что женаты? – перебил неожиданным вопросом чиновник и расплылся в улыбке. - Я не говорил, но это так, - насторожился Павел Ильич, не понимаю, куда он клонит. - Жаль, что мы прежде не знали этого.… Впрочем, лучше поздно, чем никогда. «Речь идёт о какой-то денежной дотации?» – подумал визитёр, но его надежды не оправдались, – аудиенция поспешно завершилась. - Я не смею дольше задерживать вас, Павел Ильич, и желаю хорошо отдохнуть с дороги, а о дальнейшем мы вам сообщим. По-лягушачьи влажная и холодная ладошка «официального лица» вновь коснулась сухой и тёплой ладони визитёра. Откланявшись, Пащенко ещё долго ощущал на руке эту болотную сырость, символизировавшую, как он подумал, зыбкость всяческих надежд и добрых ожиданий, когда имеешь дело с людьми подобного рода. На обратном пути чувство брезгливости стало постепенно рассеиваться. Сани, сквозь всё усиливающиеся метель и ветер, понесли его домой, к жарко натопленной печке, о которой он не раз вспоминал там, в стране, где печку целиком заменяло, пылавшее круглый год, раскалённое солнце. Павел Ильич и супруга грустно сидели за столом, вспоминая былое. Семья поубавилась, – батюшка скончался, не дождавшись возвращения сына, а за ним и матушка поспешила. Весьма подросший малютка играл в свои незатейливые игрушки, любимой из которых был гипсовый слонёнок по имени Дэмби. «На таком твой папа там катается», – объясняла мама, указывая рукой куда-то за окно, в сторону Финского залива. «Так далеко»? – удивлялся уже, начавший говорить, мальчик, и начинал канючить: – «Я хочу вместе с ним покататься»! «Вот подрастёшь, тогда и покатаешься, – мал ещё». «А я сейчас хочу! У-у-у…» - и дело всегда заканчивалось слезами. «В кого ты такой капризуля»? – мать брала на ручки чадо, и оно постепенно забывало о своём несбыточном желании. Сейчас малютка стеснялся загорелого лысоватого дяденьку (с париком и с пенсне учёный с радостью расстался по прибытии – и то и другое утопил в батумском порту), про которого мать говорила: «Это твой папа. Не узнаёшь»? Да, где там было узнать, ведь, когда папа уезжал он был ещё несмышлёнышем, даже и под стол пешком не ходил, а покорно лежал спеленатый и тихо хныкал. Ну, а раз сказано, что «папа», значит, так оно и есть и надо потихоньку привыкать, что он и делал, поглядывая на «дядьку» из укрытий: то из-под стола, то сквозь дверную щель, то из-за шкафа, то ещё из какого укромного местечка – приближаться, пока боязно, а вдруг.… Говорили супруги мало, – будто и не расставались вовсе, - только глядели друг на дружку глаза в глаза, точно наглядеться не могли, да поглаживали руки и пальцы переплетали. Так сидели долго, словно в забытьи, пока кто-то не рванул звонок у входной двери, отчего вздрогнули и «спустились с облаков». Сильно завечерело, и гостей не ждали. - Кто это, на ночь глядя? – встрепенулась жена и позвала домработника. – Матвей, сходи посмотри! - Слушаюсь, барыня! - кряхтя и охая, (тоже не молод, да и ростом не ахти) мужичонка поплёлся к дверям. В комнату, гремя саблей и шпорами, влетел жандармский офицер и стал немедленно извиняться. «Он не мог думать, не подозревал, не предполагал, что дама, что дети… чрезвычайно неприятно, что нарушил, но долг службы…» - Как известно, русские жандармы всегда являлись «цветом учтивости», что вы и подтверждаете своим визитом, - встретил непрошеного гостя саркастической улыбкой Павел Ильич. – Если б не служба, то играли бы вы себе целыми днями в детской песочнице, не правда ли? Сказанное оказалось слишком сложным для простого ума служивого и он, ничего не поняв, выпалил: - Вас просит к себе их превосходительство! - Когда? - Немедленно, сейчас, сию минуту! - Помилуйте, что за спешка в десять вечера? – вспылила жена. - Так, значит, надо, дорогая, - муж нежно обнял её за плечи. – Не волнуйся, поеду и выясню… Матвей, подай шинель! Одевшись, пожал руку жене – на лице у неё появились пятна, а рука ледяная; поцеловал в лоб малютку, который настолько осмелел, что позволили «дядьке» сделать это, и пошёл вслед за жандармом. «Всякое может быть у нас вместо благодарности, - подумал, усаживаясь в холодные сани и укутывая ноги стеганой накидкой. – Здесь не Индия»! * * * - Мне очень жаль, что вырвал вас в столь поздний час из домашнего уюта и тепла, но повод приятный: граф требует вас завтра в восемь часов утра к себе для объявления Высочайшей Воли! – генерал широко улыбнулся, светясь доброй расположенностью. – От себя лично я тоже хочу поблагодарить вас за отлично выполненную задачу! Благодаря вашей деятельности, наши интересы в Индии теперь более определённы и уже не будут строиться на ложных сведениях, кои поступали к нам прежде. Так же, вам отдельная благодарность от Комитета Железных дорог – им многое стало ясно по поводу дальнейших планов прокладывания путей! И огромнейшее спасибо от Министерства Земледелия и Сельского Хозяйства за доставленные чайные образцы! Благодарят вас также и военные за подробные карты важнейших объектов! («Не слишком ли много благодарностей? Захвалили, что живого места нет! – насторожился учёный, неизбалованный подобным отношением.) Но особенно порадовался Государь! Их Императорское Величество в восторге от тибетского трактата! («Никак и санскритом владеет, раз такими древностями интересуется? Какой, оказывается, у нас просвещенный монарх»!) Ему есть теперь, что подарить герцогу Эдинбургскому, так как планируется в скором будущем визит в Англию. А то, говорят, они испереживались – не ехать же с пустыми руками? («Вот и холодный душ последовал! А я: просвещенный монарх, санскритом владеет! Вот тебе и владеет, – не успел получить, как избавляется, даже не понимая бесценности, того, с чем хочет расстаться. Хотя бы поинтересовался, сколько она может стоить, раз о науке и речи нет! Да надо ли её ценой человеческих жизней вырывать из рук англичан, чтобы она снова к ним вернулась»?). - Ну что ж, разрешите на прощанье ещё раз пожать вашу мужественную руку, наш дорогой «Заратустра»! – генерал встал из-за стола. – Чуть не забыл, – вот память стала… Вам прощаются все прежние прегрешения, – с кем не бывает по молодости лет, - и даже, более того, вас ждёт награда, но о ней сообщит завтра сам их сиятельство! - А почему вы, ваше превосходительство, назвали меня «Заратустрой»? –переступая порог кабинета, всё же спросил Павел Ильич. - Ха-ха-ха! Надеюсь, вас это не обидело? - Совсем нет, но почему? - Именем пророка - сейчас об этом можно заявить открыто - мы назвали выполнявшуюся вами операцию. «Операция «Заратустра»! По-моему, звучит красиво.… Да вы сами нас натолкнули на это название, работая над темой древних ариев. Сани снова понеслись в темноту. Всё покрыто глубоким снегом, ветер завывал, и пронизывал ездока и возницу, слепя липкими комьями глаза. «Вон, как успело навалить, пока я был у него, - думал Павел Ильич, поднимая воротник шинели. – Что и говорить, здесь далеко не Цейлон»! Одинокий Пётр на коне мрачно и грозно вырывался из темноты. Купол Исаакиевского собора величественно и печально поблескивал в вышине, улавливая скорбный свет нечастых петербургских фонарей, но не поддававшихся мраку и метели. «Эх, вот бы снова в тёплые края»! Рейтинг работы: 0 Количество отзывов: 0 Количество просмотров: 15 © 10.09.2011 georg alba Рубрика произведения: Проза -> Исторический роман Оценки: отлично 0, интересно 0, не заинтересовало 0
|
|||||
|
© 2007-2012 Chitalnya.ru / Читальня.ру / Толковый словарь / Энциклопедия литератора «Изба-Читальня» - литературный портал для современных русскоязычных литераторов. В "Избе-читальне" вы сможете найти или опубликовать стихи, прозу и другие литературные разные жанры (публицистика, литературная критика и др.) Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются действующим законодательством. Литпортал Читальня.ру предоставляет каждому автору бесплатный сервис по публикации произведений на основании пользовательского договора. Ответственность за содержание произведений закреплена за их авторами. |
|
