Литературно-художественный портал
|
Литературно-художественный портал
|
Как бы японские историйки с глубоким содержанием |
|||||||||
Как бы японские истории Старый слабый тигр, осторожно выглядывая из зарослей, заметил пасущуюся на лугу жирную корову, обжиравшуюся сочной травой и пускавшую ветры от сытости. «Неплохо бы разжиться говядинкой!..» - подумал голодный тигр и, еле перебирая дро-жащими лапами, ринулся на жертву. Корова, невзначай махнув хвостом, сшибла хищника с лап.Валяясь среди густой травы и с обидой прислушиваясь к бурчанию в животе, тигр с горечью убедился в верности пословицы: «Сытый голодного не разумеет!» Муравей, взобравшись на самую вершину былинки, довольно созерцал раскинувшу-юся перед ним восхитительную панораму безбрежного зеленого моря. Слабый порыв ветра сбросил размечтавшегося верхолаза с этой природной топ-мачты. Стремительно приближаясь к земле, храбрец тонко заметил: «Если б меня видел дедушка Крылов, он бы не лишил мою натуру романтических порывов, как то следует из переложенной им басни Лафонтена «Цикада и муравей»! Секунду был я почти князь – порывом ветра сброшен в грязь!» Оскорбленный самурай напряженно размышляет: "Что же делать? Снести обидчику голову - слишком просто и невыгодно: тогда у меня не будет настоящего врага!Сказать:"Сам дурак!" -слишком примитивно... "От дурака слышу!" -унизить себя, опорочив общением с недалеким существом.Остается один достойный выход из положения -харакири! Но его, дурака,вряд ли заставишь,придется делать самому себе..." Самурай у дома обидчика делает себе харакири. Кишки неторопливо вываливаются наружу. Самурай с удовольствием созерцает свой старательно распоротый живот и зал-ивается довольным смехом: - Я достойно отомстил врагу! Цветет сакура, зеленеет трава на могильном холме. О, радость небытия! В траве шуршит мышь. Кот чутко шевелит ушами. Вот-вот в природе станет одним милым существом меньше… При свете луны рыболов тихо крадется к реке. В воде гулко плюхает рыба. У рыб-олова жадно бежит обильная слюна… Полный надежд рыбак швырял приманку в воду. Полная вожделения рыба жадно разевала рот…Вернувшись домой, счастливый рыбак кидал весело плящущую рыбу на раскаленную сковородку. Ему казалось, что и рыба была очень довольна. Как обманчи-вы внешние впечатления! Попавшаяся на крючок крупная рыба отчаянно сопротивляется, пытаясь оборвать леску. Рыбак упирается. Вскоре кого-то постигнут уныние и печаль, и этот несчастный будет мрачно биться скорбной головой об ближайшую сакуру… Два крестьянина с удовольствием пьют саке. Кувшин пустеет. На заброшенном поле буйно зеленеют могучие сорняки… Третий день непрерывно льет дождь. На душе неспокойно, дом пуст и холоден. О, почему так быстро закончилось саке? Огромное как пятак восходящее солнце, дойдя до зенита, превратилось в блестящую крохотную монетку, а на закате опять раздулось и потускнело. Выпив чашечку прохла-дного саке, монах задумчиво икнул: -Как милостив всевышний, что днем согревает меня снаружи, а вечером – изнутри! - Перед молнией всегда гремит гром! – сделал вывод мудрец, пустив ветры и собравшись отмывать портки.- Но мы не всегда обращаем на это внимание! Разбросав зерна, крестьянин надеялся на обильный урожай. Но его ожидала и саран-ча… - Пуля дура, а штык молодец! – сделал вывод отставной самурай, обменяв свой меч на кувшин саке. Альпинист карабкается в гору. Вершина еще далеко. А конец жизни, может быть, уже близок… - Превратности судьбы формируют характер! –помыслил самурай, ударом меча снося голову противнику. Император посетил сад камней. Тот был пуст. «Пора разбрасывать камни»,- решил венценосец. Увязав наступление утра с предыдущим кукареканьем, петух страшно возгордился собой. «Уже утро, пора готовить лапшу из петуха.» - подумала проснувшаяся от крика птицы хозяйка. Прежде чем прокукарекать, подумай, к чему это может привести. «Все течет, все изменяется…»- подумал тоскливо самурай, видя, как пустеет бутыль с саке. «Как прекрасен этот мир!» - восхитился самурай, избавившись от длительного запора. «Самураи денег не берут!» - обиделся самурай после визита к гейше на ее открове-нный вопрос: «А деньги?..» Дряхлый козел, уныло наблюдая за резвыми прыжками молодого козлика, с завистью осуждающе проблеял: "Каков ты, таковы и твои пошлые мыслишки!Нет, чтобы спокойно думать о вечном и готовиться откинуть копыта!"("Потому что каковы мысли в душе его, таков и он" ("Притчи, 23:7") Паучиха, получив в общении с самцом нескромное удовольствие, томно молвила па-уку: -Кончив дело, гуляй смело! – и торопливо прикончила кавалера, не в силах справи-ться с на диво разыгравшимся после успешной копуляции аппетитом. Самурай, заметив несущуюся на него волну цунами, отважно выхватил меч и пору-бил ее в капусту, в очередной раз неопровержимо подтвердив верность народной муд-рости: «Броня крепка, и танки наши быстры!» Самурай, бродя в поисках приключений, высоко в горах обнаружил снежного чело-века. «Йети, твою мать, сдавайся!» - приказал он чудищу. Йети плохо понимал по-япон-ски, и, оскорбившись за матушку, мигом открутил самураю голову, каковой прискорбный случай в очередной раз неоспоримо доказывает очевидную пользу изучения иностран-ных языков… Гейша хорошо разбиралась в музыке, поэзии, науках, но была страшна как смертный грех, по каковой причине, за неимением лучшего, частенько уныло грызла окаменевшие сухари с заплесневелой морской капустой, в то время как симпатичные товарки купа-лись в довольстве и благополучии. Возвышенная душа гейши глубоко скорбела: «Зачем вы, самураи, красивых любите!..», но печаль не делала ее краше… Неся, в соответствии с древним незыблемым обычаем, на закорках престарелого от-ца к заснеженной горной вершине, сын заботливо приговаривал: «Ничё, батя, человек без пищи может прожить аж тридцать дней! Радуйся, через месяц будешь в раю! А нам еще здесь мучиться и мучиться…» «Почему в Ниппон не обитают львы?- сердито горевал самурай.- Я бы мог просла-виться, как Дон Кихот или Тартарен, героически одолев хотя бы одного из них!» «Семь раз отмерь, один раз отрежь!» - деловито прикидывал самурай, выбирая самый лакомый кусочек на теле жертвы (Самураи пожирали печень убитого врага). «Большому куску и рот радуется!» - воспрянул духом изголодавшийся самурай, жадно засовывая в рот сухую навозную лепешку, очень кстати найденную им на пустынной дороге. Улитка, тихо ползущая по склону Фудзи, тяжко вздохнула: «Дорогу осилит идущий... И какой осел это только придумал?» «Нет порока в своем отечестве…» - угрюмо позавидовал самурай привычке героев Ильфа и Петрова плясать голыми при луне. «Ну что тебе сказать про Сахалин? На острове прекрасная погода…» А у нас «На границе тучи ходят хмуро…» - тоскливо заметил самурай, наблюдая с горы Фудзиямы утраченные северные земли. «Сколько веревочке ни виться, а концу быть…» - решился самурай, робко всовывая голову в петлю из собственноручно свитой веревки. «Паршивая овца все стадо портит!» - Волк заботливо присматривался к овцам, радея о правильном ходе естественного отбора и торжестве идей Дарвина. Бродячий самурай, угодив в крестьянскую засаду, удачно получил оглоблей по голо-ве. «Фи, какое нарушение кодекса бусидо! Так же драться неприлично!» - высказался он, драпая во все лопатки. «Чтобы было завтра «Семь одежек, и все без застежек!» - приказал ленивый самурай гейше, готовясь к следующему свиданию. «Умный в гору не пойдет, умный гору обойдет!» - ликовал самурай, несясь вместе со снежной лавиной в пропасть. «Два кольца, два конца, посредине гвоздик… Что бы это могло быть?» - упорно раз-мышлял самурай, с недоумением рассматривая свой пострадавший в битве орган. «Ну, Лем, ну, погоди!» - гневался начитанный самурай, укладывая «Кибериаду» на по-лочку сортира. Японский рыцарь только что после годичных издевательств прикончил «Дон Кихота», и теперь настала очередь польского охальника ответить за свои развяз-ные насмешки над славным рыцарством. Последний японский солдат встретил в джунглях отощавшего последнего динозавра. «Что-то ты, братец, зажился на белом свете! – возмутился голодный вояка. –Добровольно вымрешь, или мне стоит подсобить комете?» Голодный тигр выскочил на дорогу перед самураем и свирепо зарычал. «Но-но, кис-ка, тигры в Ниппон не водятся! Сгинь, призрак!» Тигр стыдливо махнул хвостом и рас-таял как дым. «Знание – сила!» -возрадовался кичливый самурай, восхищенный своей вы-сокой образованностью Крестьянин ожесточенно махал мотыгой на своем клочке земли, едва успевая выти-рать градом катящийся пот. Отдыхающий под тенистым деревом самурай лениво сле-дил за трудолюбивым селянином. «В чем-то мы с ним схожи… Он уничтожает плеве-лы на поле, я –среди людей. Только он вкалывает ради примитивной цели – прокормить-ся, а я – из высоких идейных побуждений!» Яблоня прогибалась под тяжестью спелых плодов. Сочное яблоко, угодив самураю в темечко, дало ему повод желчно высказаться: «Не дождешься, дерево, я тебе не Ньютон какой-то, чтобы всякой ерундой заниматься! Голова самураю дадена не для производст-ва никчемных мыслей, а для почетного ношения рыцарского шлема!» Самурай с недоумением следил, как простолюдины примитивно развлекаются, запус-кая под облака воздушного змея: «Что их, убогих, так тешит? Какая-то раскрашенная бумажка болтается на веревочке высоко в небе, так что ничего и не углядишь… Ну и что? То ли дело голова врага на острой длинной пике! Ле-по-та!» Заметив симпатичную поселянку, самурай ощутил к ней сердечное влечение. «О, де-ва, - пылко возопил он,- давай совместно вознесем молитву солнечной богине Аматэрасу!» - «А как это?» - спросила невинная дева.- «Я тебя сейчас научу!» - пообещал добр-ый самурай, срывая с девы кимоно. – «В этом и состоит молитва солнечной богине?» - недоумевала вскоре бывшая дева.- «Твоими устами глаголет сама истина! Но богиня далеко от нас и плохо слышит… чтобы молитвы дошли до нее и пробились в ее уши, мы должны не жалеть усилий и вкалывать как следует!» - «Так продолжим же наше святое моление!» - горячо молвила дева, ощутившая непреодолимый религиозный экстаз. Самурай, лениво передвигаясь к месту свершения очередного насточертевшего под-вига, обнаружил колонну муравьев, движущихся с той же целью. «Что вам дома не си-дится, ребята, шило в жопе покоя не дает?» - доброжелательно поинтересовался он у за-нятых насекомых. Несколько шустрых муравьев, не посчитавших за труд отвлечься от основного дела, ловко цапнули его за мягкое место. Самурай, взвизгнув, пулей понесся прочь, несомый крылатым выражением «шило в жопе», кое до сих пор он понимал смутно и отвлеченно. Парящая в небе цапля случайно нагадила самураю на голову. Стряхнув нежеланный неблагоуханный подарок с затейливо уложенных волос, он философски заметил: «Одна-ко, хорошо, что это не небесный камень, а то бы мне пришлось опять потратиться на прическу!» Пожилой самурай, узрев свое неприличное отражение в воде, шумно возмутился: «Что ты себе позволяешь, лживая жидкость! Когда я в прошлый раз, двадцать лет на-зад, смотрелся в тебя, это зрелище наполняло мое сердце гордостью и благодатью! А сейчас меня гложут печаль и отвращение при виде моих седых спутанных волос, впа-лых щек, рваного халата, ржавого меча… О, издевательская насмешка Кроноса, о, прокля-тье Гераклита!» Отходя ко сну, самурай озабоченно подсчитывал, скольких врагов он сегодня усерд-но жизни лишил: «Дюжина – много это или мало? Что есть куча – шесть зерен или же семь? Подтвердил я сегодня зверствами жестокими звание свое самурайское или осра-мился навеки? Почему нет по этому вопросу четких установлений, инструкций, руково-дств, регламентов и строгих законов? Вот и маюсь бессонницей, коллизию сию умоисс-тупленно силясь разрешить: зверь я лютый, мастеровитый, или ангел небесный, безвест-ный…» Впервые в жизни сумев осилить литр саке за один прием, самурай был поражен, насколько приятен результат такого обильного сакеупотребления. «Что же я раньше-то этого не знал? –выговаривал он Зеленому Дракону, выползшему из пустого кувшина и с недоумением созерцающему собеседника. – Даже из гейши Чио-Чио-сан я не мог из-влечь столько удовольствия! А ты кто такой будешь? Дух кувшина? Что ж ты весь та-кой зеленый и тщедушный? Посмотри-ка на меня!» И крепкий самурай, поиграв мышцами, проткнул пальцем ствол сакуры. «Э-э, дядя, увидим, что будет через пять минут! – парировал Дракон.- Да я тебя од-ной левой уложу!» И точно – через пять минут поверженный самурай блаженно храпел, а Дракон гор-деливо озирался по сторонам: «У нас, Драконов, слово не расходится с делом!» Если знаешь в пьянке меру, не сразить тебя химере… Самурай, в пучине озерной замызганные телеса отмываючи старательно, обнаружил местного хищного гада, в тех водах обитающего, что, алчно на него посматриваючи, вкусить от тела самурайского фанатично возжелал. «Но-но, ты это брось! –предостерег зарвавшегося жруна отважный самурай. –Со мной шутки плохи, сам от кого угодно вкушу! Вали подобру-поздорову, пока у меня аппетит не разыгрался!» Гад, возрыдав, не солоно хлебавши отправился сочинять слезную жалобу на строп-тивого вояку в местный «Комитет по сохранению редких и исчезающих зверей», отку-да вскоре пришло грозное постановление впредь самураям гадов зря не искушать тель-цем своим зело привлекательным, а держаться подале от вод, гадами населенных. «Что ж нам теперь, обгаженным годами по белу свету шляться?» -роптали самураи, от ароматов смрадных своих задыхаючись. «А нечего при виде противника полные штаны накладывать!» -возражали властные комитетчики. Так и влачили жалкое существование свое с тех пор самураи, пока с горя, что их к водам не подпущают, не вымерли; и гады копыта откинули с голодухи, ибо питаться самураями были привычные… Балабол со Словомолом, два самурая закадычных, в перерыве между подвигами друг друга историями затейливыми, с ними приключившимися, потешали. Балабол похвалялся: «Я мечом как махну булатным, по вые как ахну тонкошеей – голову вражины потом только у Киото находят!» - «Я стрелу как метну каленую, в око как уязвлю меткопопадательно, сиречь смертоубийственно – мозги вражьи вмиг среди облаков расплескиваются!» -Словомол в словоблудии изощрялся, от дружка в доблести отстать не желая. Богиня солнца Аматэрасу, по небу хаживая, от смеха чуть животик свой девствен-ный не надорвала, речам этим хвастливым подвигоделов внимая: зрела она подвиги их неописуемо великолепные: один курице башку отгрыз, гладом побуждаемый, и сырой ея потребил, а второй ворону зашиб из тех же побуждений и с теми же последствиями благими для брюха… Частенько под пышной словесной шелухой трудно сыскать тощий початок истины.. Балабол: -Ай, языком пошевелить не могу! Клянусь Фудзиямой, морозом прихватило к гортани, однако! Словомол: - Ой, я тоже не могу! Язык, должно, с перепою, присох к горлу! У дюжины причин итог, быват, один… «Наделала синица славы, а море не зажгла» (И.А.Крылов «Синица») «Не зная броду, не суйся в воду!» Прослышав о неисчислимых подвигах доблестных самураев Балабола и Словомола и пребывая от того в восхищении, ниппонский император всемилостивейшее им пове-леть соизволил немедленно предать полному разорению и усиленному грабежу сосед-нюю страну Голопопию, которая давно у него в горле костью стояла. -Отдаю, добры молодцы, вам на всемерное поругание и безмерное гореучинение го-лопопых лиходеев премерзких и пакостнопротивных! Обоснованно рассчитываю на оби-льную добычу и щедрое пополнение казны нашей по возвращении вашем победном из прогулки сей зело увеселительной! -Рады стараться, ваше высокосветлоблагородие! Никакой поблажки ворогу не дадим! По миру гадов пустим! А ежели кто из них не обобран останется, то такого не может быть никогда! -Мечи востры ли ваши, метки ли стрелы, длинны ли копья, соколики? – не мог на-любоваться на верноподданных император. -Ох, и востры, ох, и длинны, твое ниппонское великолепие! – браво гаркнули неисто-вые самураи. – Не изволь сумлеваться, всех ворогов перережем да переколем! На одну ладошку посадим, другой прихлопнем – и нету Голопопии! -Ну, тогда с богом, как говорится! Как вернетесь с викторией, быть вам кавалерами ордена «Ниппонский ох, храбрец, ох, удалец!» Самураи, взвыв от нестерпимой удали и душераздирающего рвения, расторопно ри-нулись исполнять царственное повеление. Друг Зеленый Дракоша всего за кувшин ординарного саке любезно подбросил их прямо в логово голопоповское. Грозно потрясая мечами, воодушевляя себя свирепыми криками «Банзай!», Балабол и Словомол приступили к штурму дворца местного владыки. Светало, свежий ветер с гор слабо шевелил поникшие дворцовые стяги… Сонная стража с удивлением взирала на беспокойных чужаков, смертоносной ла-виной «сам-друг» несшихся на приступ твердыни его Голопопия. -Ребята, вы куда? – полюбопытствовал оборванный копьеносец, торчавший у распах-нутых ворот. – Думаете, там медом намазано? Да и завтракать хозяину рановато… -Куда надо! – грубо ответствовали самураи на бегу.- Не лезь не в свое дело, обор-ванец! Видишь, люди заняты! -Ну, как знаете… Мое дело предостеречь… -и он предупредительно посторонился. Влетев в тронный зал, доблестные самураи узрели пустой трон, зато рядом на ог-ромном покрытом цветными циновками помосте, вольготно развалившись, храпел разо-жравшийся дракон. Самураи недоуменно переглянулись. -А где… царь? –вежливо поинтересовался Словомол. -Должно, в опочивальне от смерти прячется! – трезво предположил Балабол. Храп прекратился. Дракон, приоткрыв один глаз, недовольно уставился на назойли-вых пришельцев. -Кто такие? Почему без доклада? Зачем шумим? Как стоите, канальи, перед повели-телем? Почему не на блюде? Я, что ли, жарить вас должен? -На каком… блюде? – упавшим голосом спросил Балабол. -Эх, темнота! Блюде, на котором мне печеных самураев на завтрак подают! И дракон, лениво рыгнув, неторопливо почесал толстое бурчащее брюхо. -Значит, так, ребятки… Быстро на кухню, и чтоб через полчаса вы были запечены в соевом соусе, с корешками женьшеня, цветками сакуры, с гарниром из морской капусты и пареного риса! Исполнять бегом, а то уже чую, как при вашем, даже сыром, виде у меня аппетит неудержимо разыгрывается! Ух, люблю ниппонских самураев! Особенно тех, что сами приходят! Самураи, затрепетав, смело ринулись прочь – но не в кухню!Бесстрашно мчась через распахнутые ворота, они услышали, как копьносец-оборванец сочувственно кричит им вдогонку: -Я же сказывал давеча, что вам там не понравится! «Дракона» Е.Шварца не читыва-ли ли? Есть шикарный ниппонский перевод! Дракон этот к нам на царство недавно пе-ребрался! Балабол, злобно сопя, укоризненно заметил Словомолу: -Говорил же я тебе, что не саке ведрами нужно было жрать, а иероглифы усердно учить! А ты все: на х… они нужны, и без них грамотные владыки Вселенной! Ты гля-ди, дракон этот подлюка какая – сырых самураев не жрет, брезгует! -Да, сволочь он! Не люблю, когда меня женьшенем обкладывают да петрушкой по-сыпают! -Что дома говорить-то будем про Голопопию эту проклятущую?.. -Ничего! Рванем в Поднебесную на заработки! «Хоть говорят, что бедность не по-рок, но все уж коль терпеть, так лучше от богатства» (И.А.Крылов «Откупщик и сапожник») БРАЧНОЕ ОБЪЯВЛЕНИЕ САМУРАЯ Молодой самурай зрелого возраста приятной и оригинальной наружности ( все на нужном месте, стандартных размеров и количества), в хорошем состоянии (имеется вол-осяной покров, различные замечательные органы и энергичные способности), желает свести знакомство с энергичной особью противоположного пола естественного происх-ождения ( желательно приличной девицей) для возвышенных любовных отношений – во славу Гимера и Гименея, а также плотских утех -приношений Эросу. Кровом, кормами, источником доходов обеспечен. Склонен к систематическому пре-быванию на природе и напряженным умственным потугам на наукообразные темы. Га-рантирует будущей супруге нежный уход и ласку, а при ее желании и таску. При дос-тойном ее поведении (без блядства!) обязуется не предавать женскую особь непосиль-ным побоям, то есть гарантирует нечленовредительство и отсутствие летального исхода. Содержание вовлеченной в брак – за ее счет, дабы не повредить ее гордости и чувству этой, эмансипированности… Исполнение супружеских обязанностей – по научно обоснованным нормам, в тради-ционном стиле, без диких зверств и дурацких новшеств, по обоюдной договоренности. Попытки привлечения к сельскохозяйтсвенному труду и уходу за домашними и пр-очими животными встретят отпор в мордобойном аспекте. Прирожденный образ мыслей – классический, наличие пороков и недостатков – не за-фиксировано, нрав – достойный восхищения и непрерывного восхваления, запросы – непр-ихотливые, физические характеристики – современный Аполлон, дипсомания – отсутству-ет, способность выражать свои мысли, а также просто выражаться – замечательная! Требования к бракостремящейся: приятная внешность, не внушаюшая ужаса и не понуждающая созерцающего к торопливому суициду из-за краха неустойчивой психи-ки; врожденная непрерывная добродетель; мирный доброжелательный характер; дар речи не требуется – досточно способности к звукоподражанию на уровне скворца; присутст-вие намека на умишко желательно, но не обязательно; наличие хозяйственных наклон-ностей (как-то: отчаянная любовь к стирке, кулинарии, мытью полов, колке дров и дру-гим приятным и полезным занятиям). Необходимые особенности внешности: пышные афедрон и высокохудожественный привлекательный естественный бюст ( но отнюдь не вымя!), длинные стройные органы передвижения, маленькие и розовые ушки, обильный волосяной покров – только в обще-принятых местах, глаза – не глазенки, но и не фары!; ласкающие глаза телесные округ-лости. При необходимости намерен укреплять добродетель супруги путем воспитательных грозных телодвижений… (Дурак, силясь понять смысл немудреной шутки, обиженно заметил: «Сурьезней надо быть, сурьезней… Чай, «Изба-читальня» у нас, а не «Окна РОСТА»!» «…расточать же свое искусство глупцам, выносить свои творения на варвар-ский суд болвана – это, на мой взгляд… несносная пытка» (Ж.-Б. Мольер «Мещанин во дворянстве») Рейтинг работы: 0 Количество отзывов: 1 Количество просмотров: 80 © 06.04.2011 Сергей Пошевеля Метки: Самурай, Рубрика произведения: Разное -> Анекдот Оценки: отлично 0, интересно 0, не заинтересовало 0
Добавить отзыв: |
|||||||||
|
© 2007-2012 Chitalnya.ru / Читальня.ру / Толковый словарь / Энциклопедия литератора «Изба-Читальня» - литературный портал для современных русскоязычных литераторов. В "Избе-читальне" вы сможете найти или опубликовать стихи, прозу и другие литературные разные жанры (публицистика, литературная критика и др.) Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются действующим законодательством. Литпортал Читальня.ру предоставляет каждому автору бесплатный сервис по публикации произведений на основании пользовательского договора. Ответственность за содержание произведений закреплена за их авторами. |
|
