Она должна была привезти почту с Земли, а на обратном пути доставить группу стажеров Института на учебный стартодром для проведения практического занятия.
Было очень холодно, минус 50. Ноги легко проламывали тончайшую ледяную корку, за ночь покрывшую знаменитые марсианские пески.
Остановившись у посадочной площадки, курсанты несколько минут ждали, запрокинув головы к черному небу.
Послышался нарастающий рев. Напоминая колесницу бога Гелиоса, с неба спускалось огромное, сверкающее струями плазмы и почти невидимое за облаками горячих газов тело.
Когда осел песок, взметенный двигателями при посадке, планетолет открылся во всем своем великолепии.
Курсанты восхищенно рассматривали этот оснащенный самыми современными двигателями, лучшей автоматикой плазмолет «Аист». Плазменные межпланетные корабли они изучали как машины будущего, на которых им, курсантам, предстояло работать и жить.
Некоторые из курсантов Института лелеяли даже мечты о завоевании Дальнего Космоса. В своих мыслях они бесстрашно преодолевали барьер Менгу и стремили бег своих плазмолетов к Урану и еще дальше…
Экипаж плазмолета по магнитным трапам спустился вниз. Командир корабля держал в руке заранее приготовленную пачку писем для курсантов ИПК. Они были его старыми знакомыми, и он всегда был рад вручить им переданные телепочтой желанные весточки.
Стажер Сергей Стрельников, услышав свое имя, жадно схватил тонкий хрустящий конверт. Да, почерк был ЕЕ, бегущий, нежно-небрежный. Задрожавшими пальцами надорвав бумагу, Сергей вытащил сложенный вдвое линованный листок. Парень долго ждал письма и очень волновался сейчас.
Месяц назад он написал ей: «Сделать это необходимо. Мне не хочется сорить словами, но… Я очень изменился за этот год. Мне так хочется, чтобы ты каждую минуту была рядом со мной, что я думаю о тебе все время.
До тебя всего две недели рейсовым, и это расстояние кажется мне иногда слишком ничтожным. Я не могу так, девочка. Что-то все-таки внушает мне надежду – ты, возможно, знаешь, сколь сильно это чувство развивается у работающих в космосе. Прошу тебя, ответь мне, ответь искренне…»
Вдруг Стрельников пошатнулся, словно его грудь пробила пуля. Ослепнув и оглохнув, он опустился на ледяной песок и вцепился руками в мерзлую корку. Ничего теперь не имело и не могло иметь значения.
«Сережа! Извини, но я скажу тебе не то, что ты хочешь услышать, то, что причинит тебе боль. Я поняла, что ты способен на сильное чувство. Но, прости меня, ты так еще юн и наивен. Я не чувствую к тебе ничего, кроме дружеской симпатии. Прими поэтому мой дружеский совет – мне писать больше не нужно. На твою любовь ответить я не могу».
Сергей не заметил, сколько он просидел так на промозглом ветру. Время для него потеряло всякий смысл. Нет, оправиться он не сможет. Эти годы поглотили все, чем он горел, все, чему он радовался, и нечем было заменить все это.
Его нашел одногруппник Марк Огнев. Заметив неподвижного, уже припорошенного снежной крупой друга, Огнев испугался. Подбежав, потряс его за плечи: «Что с тобой?» По его лицу хлестнул страшный, полный невыплаканных слез взгляд. Губы Сергея, спаянные морозом, с трудом приоткрылись, но не произнесли ни слова.
Огневу некогда было задумываться над этим. С плазмолета махали руками и кричали: «Скорее!»
Схватив Сергея за руку, Марк рывком поднял его и потащил за собой. «Сейчас стартуем!» - задыхаясь, крикнул он. Из руки курсанта выпал и умчался, гонимый ледяным ветром, смятый листок.
В полете стажеры оживленно переговаривались, через иллюминаторы наблюдая за звездным небом. Когда чернота Космоса стала абсолютной, группа отправилась осматривать корабль. Стрельников, сославшись на нездоровье, угрюмо нахохлился в своем кресле, глядя куда-то в пространство. Он потемнел, сгорбился, обмяк…
Планетолет пришвартовался к учебному стартодрому N 1. Товарищи увлекли Стрельникова за собой, и он машинально подчинился им…
Сергей стоял в цилиндрическом туннеле станции и смотрел вслед уходящим друзьям. Когда они скрылись за поворотом, стажер, ведомый смутным, но уже решением, повернулся и пошел назад по коридору.
Он вошел в отсек управления старого атомолета «Норд». Это был второй после «Орлана» корабль, достигший орбиты Марса. Но, в отличие от «Орлана», еще и севший на его поверхность. Списанный, еще десять лет назад он был передан ИПК.
Мозг Стрельникова был приучен к инициативному, упреждающему мышлению. В нем, как на листе бумаги, выползающем из-под каретки пишущей машинки, уже печаталось неумолимое и дерзкое его решение.
Одно из тех, на которые были способны в его группе только он и, может быть, еще Марк Огнев. Охваченный недобрым вдохновением, Сергей подумал: «Это лучший выход. Что же делать, если отнята надежда?!»
Надо было спешить. Взглянув на пульт управления, Сергей улыбнулся. Все шло как по заказу: в баках достаточно жидкого водорода, модуль прочности в норме. Сергей уселся в потертое пилотское кресло, запустил двигатель и уверенно повел «Норд» вперед.
Стартодром вдруг покачнулся, заставив курсантов вздрогнуть. Наставник слегка встревожился и вызвал дежурного по стартодрому. Тот растерянно сообщил, что неожиданно, без всякого оповещения, стартовал «Норд».
Наставник еще больше встревожился и спросил, куда идет корабль. Секунду помолчав, дежурный уже испуганно сказал, что атомолет летит в направлении барьера Менгу. Курсанты огляделись и увидели, что с ними нет Сергея Стрельникова. Наставник оцепенел. Вперед вышел Марк Огнев.
- Его надо догнать, - уверенно сказал он. – Возможно, Сергей не справился с управлением. С барьером шутки плохи!..
- Да-да, - быстро сказал Наставник. – Скорее на плазмолет!
Вскоре плазмолет «Аист» уже нагонял «Норд». Конечно, он имел подавляющее преимущество в скорости, пять к одному. Но находившиеся на борту «Аиста» видели, что время, выигранное Стрельниковым, позволит ему достигнуть барьера прежде, чем они успеют этому помешать.
Отчаянные призывы остановиться эффекта не имели: «Норд» на своей предельной скорости тридцать километров в секунду приближался к барьеру Менгу.
Вскоре плазмолет был вынужден начать торможение. Всякий корабль, подошедший к барьеру ближе чем на двадцать тысяч километров, навсегда оставался в его смертельных тисках.
Делая последнюю попытку, к Сергею Стрельникову по радио обратился Марк Огнев:
- Сергей! Если ты сейчас же не начнешь тормозить, ты врежешься в барьер и погибнешь. Не знаю, какая причина побудила тебя к этому, но подумай о тех, кому причинит боль твоя смерть. Ведь это бесполезная гибель.
Некоторое время радио по прежнему молчало, и казалось, что все уже кончено. Но Стрельников не хотел быть жертвой несчастного случая.
Он стремился декларировать свое решение, оправдать себя принадлежащими уже только ему одному словами. Вспыхнула лампочка «Прием», и голос Сергея спокойно сказал:
- Мне не о ком думать, Марк, вот в чем причина. Спасибо за совет, но на «Норде» уже нечем тормозить. Я взорвал вспомогательные двигатели, поскольку я лишь слабый человек, ха-ха-ха! – страшный смех раздался в динамиках. – Отворачивать поздно, и я не хочу. Как знать… Непреодолимых препятствий не бывает. Счастливо, стажеры!
Одиннадцать лет спустя Марк Огнев, начальник Двенадцатой межпланетной экспедиции Луна – Юпитер, поведет свой плазмолет «Смерч» в шестую и последнюю атаку на барьер, который с этого момента будет называться барьером Менгу-Огнева.
В огне брода нет. Память о друге не давала ему отступить. Марк верил в мощь своего корабля, верил своему экипажу. Он должен был пройти!
Но барьер пока был силен. Тогда, истекая кровью, раздавленный переборкой Марк скажет врачу команды: «Ничего, барьер обязательно возьмут. Жаль лишь нашу мечту…»
В последний момент Сергей по приборам понял, что следующего мига уже не будет. Ему оставалось лишь, не опуская головы, принять смерть, и он сделал это. Последним видением Стрельникова было ЕЕ лицо, глаза, смотрящие с презрительной жалостью.
Обзорный экран озарился клубком яркого света, который быстро вспучился и исчез. До плазмолета донеслось эхо необычайно сильного взрыва. Чуда не произошло. «Норд» погиб при столкновении с барьером Менгу.
Что бы там ни было, всегда наступает новый день. Ранним утром этого дня Марк Огнев, понурив голову, сидел за столом в курсантском общежитии. Тяжкие мысли не дали ему всю ночь сомкнуть глаз: «А не виноват ли я в том, что Сергей погиб? Ведь я что-то заметил, но не спросил, не помог…»
Дверь в комнату отворилась, пропустив маленького мальчика – сына одного из колонистов, приятеля Марка. ПахнУло снегом.
Мальчик улыбнулся замерзшими губами и протянул Огневу зажатую в теплой варежке бумажку:
- Дядя Марк, мы в снежки играли, посмотрите, что я нашел.
Марк, тоже с улыбкой, взял этот линованный листок. Кое-где на бумаге виднелись мокрые пятна, похожие на следы слез, но это был всего лишь растаявший снег. Отдельные слова расплылись, но остальное прочесть было можно.
Потрясенный человек Марк Огнев глянул на стоявшего перед ним мальчика, и в его взоре было столько рыданий и неистовой ругани, что тот подался назад. Но завтрашний космолетчик Марк
Огнев сдержал наворачивающиеся слезы и прижал мальчика к себе.
«Теперь я обязан взять его», - думал стажер.
Он упал по ЭТУ сторону стены, сделав все возможное и невозможное, чтобы пробить ее.
Но люди не изменяли себе. И уже жили среди них те, кто обуздает горячие ионы в новом порыве. Спираль вилась неостановимо, и все выше вздымались ее кольца…
Прошло еще одиннадцать лет, и люди в поисках Истины шагнули к новым, неизмеримо более высоким барьерам.
19.08.86-4.01.87-26.08.87-3.09.91
Примечания.
ИПК – институт подготовки космонавтов.
Дальний Космос – пространство от орбиты Марса до орбиты Плутона.
О Марке Огневе см. «Возвращение экспедиции» -
Под впечатлением от этого произведения Таня Тарханова написала прекрасное стихотворение "Я вернусь" -
Пиркс был тронут.
Нечаянно потерял фото...
Нет, Пиркс , ты затеял такое, , что несешь колоссальную ответственность за свой проект...
В конце концов, я те6я предупредил, ТЫ ПИРКС, - И ЭТО ВСЕ, ЧТО Я ХОТЕЛ ЗНАТЬ.
Проект....
Интересный рассказ, Пилот! Конечно, как сказал Сергей, безрассудная любовь бывает губительной для организма...И последствия бывают совсем не весёлые...Но без такой было бы ужасно скучно жить...
Две абсолютно разные смерти - одна - самоубийство, другая - в результате осознанного риска, одна - слабого человека, другая - сильного. Впрочем, лучше, чем сказал Муса Джалиль, сказать трудно.
Одно неясно - на такую работу всё-таки берутся люди исключительного самообладания - недосмотр комиссии(?), или всего учесть невозможно(?).
Елена Бланкет
04.11.2010 21:58:29 Отзыв:положительный
Люблю фантастику!
Хочется верить, что сбудутся все научно-технические предсказания, а люди будут людьми, будут любить, дружить, надеяться, верить :)))
Спасибо Вам, Пилот!
С улыбкой, Лена
И все-таки он оказался слаб. Ведь, не из-за того пытался пробить барьер, что сильно желал этого, а из-за отвергнутой своей любви. Такой поступок, как грудью на баррикады ,в данном случае, должен был быть подготовлен, а не так ...эх!!!
Давно не заглядывала, переездом занималась, да и сейчас время не позволяет засиживаться в гостях надолго, но буду заходить! Не пропадаю насовсем!
Автор не спорит, что человек слаб...:) Ниже уже шла речь об этом...:) У каждого своя судьба, и нить жизни прерывается в предопределенное время...с этим ничего не поделать. Поздравляю с переездом. Буду ждать визитов...:) Большое спасибо, Женя!
Алексей Фошин
31.10.2010 17:58:29 Отзыв:положительный
Да, наверное так и будет - полёты межпланетные, а страсти - земные. И иначе никак... Здорово!
Несколько слов, написанных на бумаге, могут изменить жизнь человека, и даже отнять ее.... Грустно. Но это так. Спасибо, Пилот Пиркс! Мне очень понравился Ваш рассказ.
Спасибо за отзыв, брат! Мне сегодня перестали приходить уведомления о рецензиях и новых произведениях друзей, поэтому не обижайся, если не прихожу вдруг...:) И пусть не обижаются все, кто прочтет эти строки.
Да, взрывоопасное вещество - всепоглощающая любовь...Драматично и романтично...И даже отлично ( хотя и глубоко сопереживательно), что покоряющие галактическое пространство - не роботы, а человеки с горячей кровью. Сева, очень здорово написано, держишь струны души на поводьях захватывающего сюжета! С ещё не успокоившимся после драматизма сердцем, Людмила.
Большое спасибо, СИрена! Прямой путь ко мне - через комментарии к произведениям... я давно знаю, что не идеален, но такова и "спортивная жизнь" на этом сайте...:) Заходите, всегда рад.
Да уж, Сева... Женщины и космическим миром правят тоже!
Ох, уж эта всекосмическая любовь! Ты Сева тоже
несправимый романтик, чему я очень рад! А эмоции пробуждаешь
самые земные...
с теплом, Валера
Огромное спасибо, дорогой Валера...романтик романтика видит издалека...:) Да, любовь зла...Не люблю делать из людей схемы, железных роботов без страха и упрека...а жизнь многогранна, главное - не сбиваться с магистрального направления...то есть - Барьер все равно преодолеют...:)
Очень хорошо,интересно пишешь, Сева.
По времени слишком близко всё это планируешь, видимо, хочешь застать все эти полёты.
Удачной подготовки к очередному полёту!
Большое спасибо, Владимир!..может, и тот, действительно - забираю в копилочку...:) А увидеть, объективно, мы сможем марсианскую экспедицию (наверное), и то не 100%...надеюсь...дат ведь там у меня не стоит...:) писалось давно, тогда казалось - будет раньше...
Евгения Зенюк
28.10.2010 20:41:15 Отзыв:положительный
Командор! Вы же врач! Я не одобряю поступок Сергея...жалко человека... сочувствую только...и то не ему...
Вынудил девушку правду сказать...слабак...проще быстро и красиво умереть, чем сделать выводы...о себе...
Слабонервный и истеричный космолётчик? Откуда такое? Это фантастика...
А Огнев - МУЖИК, то, что надо!!!
И, вообще, мне давно домой хочется, у меня масса непоняток там, но от этого же не должны страдать нервы и желудки экипажа...
Да, так, что на ужин приготовить команде?
Удачи и любви!
Большое спасибо, Женя! Это же не автор слабак...:) а в жизни разные мужики встречаются, да и космолетчики тоже...:) тем более космолетчиком он так и не стал, не успел...По Огневу меня тоже критиковали - мол, тупой фанатик, долбил шесть раз, пока не разбил корабль нахрен...Дело еще в том, что практически дальнейшая история человечества зависит от этой истории...домой летим и так в два раза быстрее жидкостного реактивного, но быстрее атомного огня из сопел долететь не можем...:)
(Кухня "Норда")
Приготовить командир бы желал макароны по-флотски...:)
Очень интересно, Командир Пиркс!...И если учесть, что рассказ написан почти 20 лет назад, значит твоя мечта жива и по сей день. Пусть так и будет навсегда!
Здравствуйте, Командор! С таким удовольствием прочитала это Ваше увлекательнейшее повествование! Спасибо Вам за него! В нем столько любви и веры! Великолепно!
Пилот Пиркс (командир ЭЗМ-2)
Вы первый протянули мне руку помощи. Это, очевидно от Вашего космического браства. Я знаю цену братству. Живу в военно-морском городе подводников. Они тоже без этого не могут. Как и не могут, чтобы их не ждали из далекого плавания. А значит любовь нужна всем.
Я знаю, в сто десятом измерении,
Я полюблю тебя, когда наступит час...
Ну а пока, с неистовым волнением
Молиться буду Господу о нас.
Его прошу с тобою познакомить
Он выше всех. И ближе всех к тебе.
И в Высшем храме этом - в Божьем доме.
Соединит он руки нам в судьбе.
Я ВАс обожаю...
ВСЕВОЛОД,твоя фантастическая мысль бежит впереди цивилизации! "В огне брода нет. " верно подмечено!Просто СУПЕР!
Спасибо,Сева,что приучаешь меня к фантастике!С теплом и благодарностью!
Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются действующим законодательством. Литпортал Читальня.ру предоставляет каждому автору бесплатный сервис по публикации произведений на основании пользовательского договора. Ответственность за содержание произведений закреплена за их авторами.
17.11.2010 18:41:52
