Литературно-художественный портал
|
Литературно-художественный портал
|
Адепты. ч.3 гл. 5. Епархия Гэ. |
|||||
5. Епархия Гэ. Он медленно брел меж деревьев, не понимая, куда идет и как попал в это место. Солнце сильно припекало; не спасали даже деревья, довольно плотно стоявшие в этом лесу. Или не лесу? Он даже не знал, что видит вокруг, просто передвигал ноги, перемещаясь по неизвестной местности неизвестно куда. Он не знал, как долго бродит в таком состоянии. В каком состоянии? Он не понимал в каком состоянии сейчас, да и, в принципе, в каком состоянии должен быть. Что с ним происходит? Он пытался ответить на этот вопрос, но ответ не появлялся, в голову мало, что приходило. Он с изумлением смотрел на стволы, между которыми гулял, и с интересом слушал пение птиц, не врубаясь, что это такое. Хотелось что-то сообразить, но ничего не выходило, мозг отказывался концентрироваться для нормальной работы. Прошло еще несколько часов, он продолжал заглубляться в лес, не контролируя себя. Пытался растолкать мозг, хотя не осознавал, что такое мозг и для чего его нужно расталкивать, но навязчивое желание стало усиливаться с каждым шагом, будто кто-то подталкивал к этому. Давление становилось все сильнее и сильнее, не давая покоя, заставляя начинать думать. Вдруг в голову резко ворвался поток воспоминаний, сразу же давая представление о том, кто такой Дюрер, что с ним было, что делал в последнее время. Голова мгновенно заполнилась картинками, проясняющими недавние события, вернулось осознание всего, но Дюрера больше волновало то, что ввело в такое состояние. Он тут же вспомнил, как противостоит ребятам Измарагда, потом уничтожает сигнализатор и бежит по винтовой лестнице вверх, подвергаясь первой серии ударов. Перебегая через второй этаж, спускается в холл, получая еще серию ударов. Видит на полу бесчувственную Дию, валяющуюся в разорванной одежде и некрасивом положении, говорящем обо всем, что с ней делали. Сначала хочет забрать ее с собой, но, получая удар, еще мощнее предыдущих, и практически ничего не понимая, выбегает из здания. Неожиданно в голову приходит странная идея, которую мгновенно использует, не думая о последствиях. Терять все равно нечего. Дюрер никогда не слышал о таком, даже не знал, как это пришло на ум, но ни преминул этим воспользоваться. Он дает мозгу задание, чтобы тот через некоторое время начал действия по восстановлению, и тут же переводит в такое состояние, чтобы удары сигнализатора никак не отразились на нем. Словно рвет связь между чем-то и чем-то, что сам не может объяснить. С этого момента не помнит ничего и не знает, как тело забрело в лес. Восстановив все события, Дюрер остановился и оперся о дерево, не веря своим воспоминаниям, сомневаясь, что провернул что-нибудь подобное, а больше склоняясь к тому, что не обошлось без далекой воли Малха. Как ни пытался, не мог объяснить, что сделал с собой. Попробовать повторить, боялся. То, что получилось в первый раз, не факт, что выйдет во второй. Стоя, прислонившись к дереву и любуясь на голубое небо, проглядывающее сквозь ветви деревьев, вкушал аромат природы и радовался тому, что, вообще, остался жив, а уж тем более с нормальными мозгами. Теперь эти нормальные мозги говорили, что нечего стоять – надо идти дальше. Дальше. К епархии Гэ. Посмотрел на навигатор, висевший на руке, тот показал, что Дюрер находится недалеко от одного из сетки озер. В безмозговом состоянии он протопал довольно приличное расстояние по лесу, приблизившись к озерному участку. Испокон веков здесь разлилось множество водоемов, различных по размерам и глубинам, взаимосвязанных друг с другом. Среди воды торчали островки, либо густо заросшие деревьями, либо голые, как коленка. На одном из таких островов, не самом большом, но и не маленьком, был старый монастырский двор, в котором и обосновался архиепископ Гэ. Монастырь разрушили несколько десятилетий назад, но не до основания. С появлением в Радазии патриарха Гудийра двор принялись реставрировать, как и многие другие, находящиеся в подобном состоянии. Быстрее дело пошло, когда сюда перебрался архиепископ Гэ, едва получив сан. Прикинув по навигатору, Дюрер определил, что до монастыря еще шлепать и шлепать. Предстояло доставать ворота потому, что за период, пока неосознанно шастал по лесу, силы значительно истощились. Дюрер выбрал точку поближе к острову; чуть в стороне, где тот небольшой перемычкой соединялся с основной землей. Ворота проглотили Дюрера и выплюнули в обозначенном месте. Здесь деревья плотно смыкались друг с другом, скрывая его от глаз тех, кто в данный момент бродил по периметру острова. Там были какие-то рабочие, таскавшие носилки и катавшие различные тачки, среди них промелькивали люди в несколько странной одежде: на одних камуфлированная форма, на других – военная, старого образца. Ноги обуты, кто во что горазд: кроссовки, ботинки, козаки, сандалии. Насчет обувки эти вояки, непонятно что делающие в монастыре, особо не заморачивались, ходя, в чем угодно. Дюрер находился не очень близко, но ему удалось разглядеть все детали, учение позволяло пользоваться глазами, как биноклем, настраивая на разные расстояния. Остров представлял из себя природно-сделанный круг, диагональю около полутора километров, по периметру которого высилась каменная стена, служащая второй преградой. Первой было само озеро. Остров и землю соединял искусственный узкий перешеек, протяженностью около пятисот метров, упирающийся в ворота, сделанные в каменной стене, около которых стояло четыре молодца в странной форме. Дюрер решил дождаться темноты, а потом переместиться на остров. Лазить по незнакомой местности при свете дня, у всех на виду, не очень хотелось. Чтобы время прошло быстрее, решил поспать, что, в принципе, было необходимо после столкновения с сигнализатором и непонятных опытов с мозгом. Дюрер настроился на время, когда нужно проснуться, присел, уперевшись спиной в ствол, и закрыл глаза. Все сработало, как надо – проснулся, когда на улице достаточно стемнело, почувствовав себя хорошо выспавшимся человеком. Глянув на остров, Дюрер отметил, что кое-где, на каменной стене, горят огоньки, но, в целом, монастырь в полумраке. У ворот продолжало стоять четыре человека, уже других, в форме, отдаленно напоминающей УЧИБовскую. Выходило, что те непонятные молодцы отвечали за охрану в светлое время суток, а темное предоставлено другим. Но, может, было и не так. Дюрер вытащил цилиндры, намереваясь перейти на остров. Воткнув ворота в землю, шагнул в них, но почему-то уперся в незримую преграду, оттолкнувшую обратно. Не поняв, что получилось, попытался еще раз. Тот же эффект. Первое, что родилось в голове, ворота вышли из строя в тот момент, когда уничтожался сигнализатор, но, поразмыслив, решил, что тот вряд ли мог повлиять. Перенастроив их на другую точку, Дюрер спокойно прошел, оказавшись в нужном месте. Уверившись, что с воротами все в порядке, вернулся обратно. Вновь нацелив шесты на остров, попробовал войти, однако, там опять была незримая преграда. Дюрер подумал, знал ли об этой преграде отец Вит и, если знал, почему не сказал. Получалось, что архиепископ Гэ сделал как-то так, что на остров стало невозможно проникнуть при помощи цилиндров. Он заблокировал доступ индивидуальных ворот в свою епархию. Простейший способ проникновения на остров не удался, лезть по ночи в воду не хотелось, оставалось одно – идти напролом через главный вход. Это был не лучший вариант, Дюрер не имел понятия о возможностях Гэ, количестве и способностях его людей. Сложив ворота и убрав в карман, он двинулся в сторону перешейка, обдумывая, что будет делать с охранниками. Уничтожать не хотелось, но если станут вести себя не должным образом, то придется. Скрываясь за кустарником и деревьями, добрался до перешейка. Дюрер еще ни разу не пробовал воздействовать на людей с расстояния в полкилометра. Тем более там был не один человек, а четверо. Выбравшись из-за кустов, сконцентрировал всю свою волю на четырех противниках и, выйдя на перешеек, зашагал в их сторону. Он не знал, сработало или нет; по реакции людей понять не получалось. Те спокойно смотрели в его сторону, ничего не предпринимая. Может, они и должны стоять абсолютно спокойно, пока к ним не приблизятся, а, может, воздействие имело силу, и охранники не видели, что кто-то идет к воротам. Где-то за сто метров до них Дюрер наконец-то услышал голоса. Стражи негромко переговаривались меж собой, но слова долетали. -Черт, такое ощущение, что на меня кто-то смотрит. -Да ладно, не дури. Кажется тебе это. Я ничего не ощущаю. -Ты никогда ничего не ощущаешь. Надо было попросить, чтобы нам одного иеродьякона сегодня прислали, а не этих двух долбоклюев, ничего не умеющих. Расслышав это, Дюрер сообразил, что стоят простые люди, не подвергавшиеся обучению, наверно, одни из тех, что сновали по острову днем. Он порадовался, что с ними, действительно, нет ни одного иеродьякона, тот понял бы, что на него кто-то воздействует и, возможно, давно почувствовал бы приближение постороннего. А так, это была обычная охрана, ничего не умеющая делать. Дюрер уверенно шел на них, точно зная, что четверка не видит его вовсе. Заботило другое, до ворот, практически, дошел, но они-то закрыты. Самому открывать – обнаружить себя. Решение пришло само, но довольно неожиданно. Створка ворот открылась, оттуда вышел человек в натуральной УЧИБовской форме иеродьякона. Дюрер не успел переключиться на него, как тот уже заорал на охранников: -Вы чего тут стоите? Слепые, что ли? У вас под носом ходят, а вы не видите! После крика иеродьякона охранники засуетились, но не знали, на кого нападать потому, что противник до сих пор был невидим. Он держал фокус на них, чувствуя, как иеродьякон пытается воздействовать на него. Эти детские попытки не могли помешать Дюреру продолжить свой путь. Вскоре и иеродьякон попал под волю, перестав замечать врага. Он все еще пытался бить наугад, но, не видя цели, не мог применить учение в нужном направлении. Дюрер понял, если сейчас не прекратит с охранниками, то неминуемо начнется переполох, и действовать придется по-другому. Искать главу епархии в суете не хотелось. Дюрер вздохнул, как бы не соглашаясь сам с собой, и сделал с пятерыми, примерно, что и со Смарагдом, но без получения информации. Тела грохнулись на землю; в воздухе повисла тишина и спокойствие. Трупы вскорости должны обнаружить, но он был уверен, что ему хватит времени найти архиепископа. Только сейчас Дюрер пожалел, что ничего не стал выведывать у этих людей, уж иеродьякон-то мог знать, в каком из зданий следует искать Гэ. Пройдя за ворота, Дюрер быстро осмотрел местность, освещенную только Луной, и юркнул в тень, чтобы никто не успел заметить. Справа от входа тянулась каменная стена, уходившая далеко в темноту, прямо перед Дюрером стояло невысокое здание местами трех- местами четырехэтажное. Кое-где в оконцах мерцали огоньки, видимо, от свечей. Влево от здания и почти перпендикулярно стояло еще одно – подобное, но повыше. Постройки создавали собой двор, а внутри находился собор, один из куполов которого и видел Дюрер, переезжая по эстакаде через железную дорогу. То здание, что слева, с лицевой стороны уставлено строительными лесами. Видимо, к нему и от него ходили поутру люди с тачками и носилками. Что было дальше этих двух сооружений и собора, Дюрер не мог разглядеть из-за плохого лунного освещения и отсутствия обзора, и еще раз пожалел, что не узнал у иеродьякона о местонахождении Гэ. С наступлением темноты монастырский двор словно вымирал. Все люди, суетившиеся с утра в огромном количестве, теперь попросту исчезли из вида. Царила абсолютная тишина, поэтому Дюрер подумал, что прятаться особого смысла не имеет. Он уже практически покинул тень, когда из двора между двумя зданиями появилось две фигуры, направляясь навстречу. Пришлось замереть. Парочка, не дойдя до него, свернула и пошла меж каменной стеной и зданием, а приблизившись к небольшому холмику, чем-то скрипнула, скрывшись в чреве насыпи. Только когда двое вошли в холм, Дюрер заметил, что там имеется деревянная дверца. Сейчас его больше волновало другое: один из людей, по комплекции и походке, был очень похож на отца Вита. Но, что здесь мог делать отец Вит, и даже, если он и был здесь, то почему разгуливал по острову с такой легкостью, ведь утверждал, что ему заказана дорога к архиепископу? Дюреру решил, что ошибся, и захотев проверить это, перебежал по тени к незаметной двери, все-таки продолжая вести себя осмотрительно. Нет-нет, но по двору все же проходили. Добравшись до двери, попробовал открыть ее. Не получилось. Дюрер тянул её на себя и толкал от себя, но та не поддавалась ни под каким предлогом. Этот ход был закрыт. Не зная полной картины острова, он надумал подняться к куполу собора, чтобы оттуда изучить всё. Пройдя меж постройками, откуда вышли два человека, попал на приличный дворик, огороженный с четырех сторон, чуть ли не одинаковыми зданиями. В центре стоял собор. Везде валялся строительный мусор: кирпичи, бревна, доски, осколки камней. Найдя вход в собор, зашел внутрь, сразу же уперевшись в строительные козлы. Просочившись мимо них, обнаружил, левее от огромного зала, небольшой проходик, в котором начиналась лестница, ведущая наверх. Она была достаточно узка, с побитыми ступенями и кое-где отсутствующими перилами. Глаза достаточно привыкли к темноте, и Дюреру удалось разглядеть все это. Надеясь, что это именно та лестница, которая нужна, аккуратно переступая, двинулся по ней вверх. На каждом следующем этаже все обстояло, как и на первом. Всюду козлы, а под ногами что-то настойчиво хрустит. Сперва Дюрер считал ступени, но потом, отвлекшись на какой-то непонятный шорох, сбился и перестал. Не обнаружив причину шороха, продолжил подъем. Миновав еще несколько этажей, приметил мерцание света, исходящее с этажа выше. Осторожно переступая и пытаясь не хрустеть тем, что валялось под ногами, поднялся на этот этаж. На небольшой площадке рядом с лестницей стоял пустой стол с одиноко горевшей свечей. Рядом пустой стул. Дюрер остановился у стола, огляделся по сторонам, пытаясь высмотреть того, кто мог зажечь свечу. Может, именно он шуршал несколькими этажами ниже. Простояв несколько минут, уверился в тщетности намерений и стал подниматься дальше, но, пройдя всего лишь пару-тройку ступеней, услышал оклик: -Куда идешь, сын мой, не спится? Дюрер замер и обернулся. За столом сидел человек в настоящей монашеской рясе с клобуком на голове. Не та пародия, которую носили в УЧИБе, нет, здесь вся одежда на человеке соответствовала именно тому месту, в котором он находился. -Что вы спросили? – обратился к нему Дюрер, обдумывая, как человек бесшумно появился за спиной. -Я спрашивал, зачем ходишь здесь, сын мой? -А вы откуда здесь взялись? -Я здесь сижу. Всегда. -Ничего подобного. Только что вас не было. -Я здесь всегда. Тебе нечего делать наверху. Уходи немедленно отсюда. Дюрер, с огорчением, пришел к выводу, что с монахом начнутся проблемы, поэтому решил его устранить. Сконцентрировавшись, ощутил, что не может зацепить монаха ничем. Выходило так, будто боролся с пустым местом, посылал свою волю, но не чувствовал куда. Разбираясь с этой проблемой, Дюрер неожиданно получил удар, в то место, куда бил сам. Следом накатила еще серия ударов. Не удержавшись на ногах, он рухнул на ступеньки, но все же успел защититься от нападения. Быстро восстановившись, вскочил на ноги, намереваясь броситься на монаха вручную. Стул вновь пустовал и лишь на столе слегка подрагивало пламя свечи. Дюрера озадачило данное событие. Он не понимал, куда делся монах, да и был ли, вообще. Сложилось впечатление, что посылал удары сам в себя. Как такое получилось? Покинув это место, быстро взбежал по ступеням, миновав несколько оставшихся этажей, и вышел на верхнюю площадку. Его сразу же зачаровала красота, открывшаяся с высоты. И хоть стояла ночь, Дюрер все-таки оценил всю волшебность вида. Одна только лунная дорожка, стелящаяся по глади озера, говорила обо всем. Но залюбовываться округой не было времени. Пришлось быстро оглядеть весь двор и остров. Дальше двора шло несколько невысоких зданий, представлявших из себя клетку, левее клетки стояла церквушка, полностью обросшая строительными лесами, там же, в отдельности от нее, растянулось два барака, уходивших в небольшой лесок. Ничего особенно интересного Дюрер не приметил, но зато узнал месторасположение всех зданий на острове. Задерживаться на площадке более не имело смысла. Надо выловить кого-нибудь из иеродьяконов, или кого постарше, чтобы узнать где находится Гэ. Сбегая по, теперь уже знакомым, ступеням, Дюрер слегка притормозил у стола со свечкой. Никого не было. Дюрер пустился дальше, все громче похрустывая крошкой под ногами. Выйдя из собора, решил пойти в здание, где мерцал свет, там уж точно найдется кто-нибудь, кто сможет поведать об архиепископе. Отойдя от собора и возвращаясь к месту, откуда начал, столкнулся с одним из иеродьяконов, шедшим практически в упор на него. -Вы тоже с нами, наставник Арк? – спросил иеродьякон, разглядев, с кем столкнулся. -Да, Рувим, - ответил Дюрер. Он сразу же узнал одного из своих бывших послушников, запоминая лица всех, кто прошел через него. Этот паренек был из третьего выпуска. Вполне сносно владел учением, иногда делая такие вещи, которые не мог никто. Противостоять ему просто, только Рувим частенько принимал нестандартные решения, порой, сбивающие даже самого Дюрера. Учитель решил обмануть бывшего ученика и выведать все, чтобы не тратить время на объяснения, почему здесь и как сюда попал. -А почему я не знал, что вы среди нас? – сразу же спросил Рувим. -Я приехал недавно и еще не успел ... -Почему же вы меня не поправили? – перебил Рувим. -В чем? – не понял Дюрер. -Когда назвал вас наставником, вы же теперь – отец Вассиан. -И что с того? Вопросы Рувима начинали не нравиться, похоже, тот не был уверен в правдивости Дюрера. -То, что я должен называть вас отцом Вассианом. Нет, вы не с нами, - попятился Рувим. – Вы проникли сюда нелегально. Пять человек у ворот – ваша работа?! -Моя, - прямо ответил Дюрер. – И что ты мне сделаешь? Кто еще знает о людях у ворот? -Еще никто. Я не успел ... -И не успеешь, - твердо сказал Дюрер, формируя в сознании нож, намереваясь послать его в Рувима. Рувим тоже не стоял без дела, сотворив то, что Дюрер и не ожидал увидеть. В руках Рувима появился предмет, отдаленно напоминающий огнемет, но работающий, как надо. Из него вылетела струя огня, которая спалила бы в одночасье. Дюрер освободился от "ножа", послав наугад, не думая, что попадет в цель, и тут же погрузился в "оболочку безвоздушности". Сноп огня ударился о грудь, но тут же растворился, не обнаружив цели. Образ ножа все-таки зацепил иеродьякона – правая рука, якобы державшая огнемет, висела, как плетка. Этой малости хватило, чтобы пробить оборону и вселить панику. Рувим иногда и принимал интересные решения, но первые же неудачи выбивали из колеи, после чего он уже не мог противостоять таким соперникам, как Дюрер. Воспользовавшись этим, бывший наставник сделал-послал свой любимый самурайский меч, перерубая противнику ноги. Такое действие совсем загнало Рувима в панику. Свалившись на землю, он попытался закричать, но был остановлен Дюрером, склонившимся над ним. Поверженный валялся на земле, вытаращив обезумевшие глаза и раззявив молчаливый рот. Оставалось одно. Испуганный мозг сдался моментально, выкладывая все, что знает о местонахождении тех или иных. Что-то даже проскочило про отца Вита, но Дюрера больше интересовал архиепископ. По вечерам и ночам архиепископ проводил время в том месте, куда уводила странная дверь в холме, и теперь Дюрер знал, как ее открыть. С жалостью посмотрев на Рувима, отметил, для себя, нехорошую деталь. Последнее время все безжалостнее расправлялся с людьми, словно ребенок, ломающий игрушки, становясь похожим на Дюрера, которого они придумали с отцом Витом, больше и больше превращаясь в обычного уничтожителя. Дюрер подошел к холмику, нащупал небольшой рычажок справа, надавил. В двери что-то щелкнуло, и он, потянув ее на себя, открыл вход в подземелье. Спустился по ступенькам, оказавшись в начале коридора, кое-где слабо освещенного мерцающими лампами. Никого не было. Двигаясь по коридору, соответственно информации выуженной из мозга Рувима, приближался к цели, где должен будет встретиться с архиепископом Гэ, глаза в глаза. Дюрер еще не знал, как архиепископ воспримет встречу, каких действий ожидать с его стороны. Если Гэ получил звание, а Гудийр с Гаутом не хотели вступать с ним в открытую борьбу, то была вероятность, что Гэ способен на многое. Также озадачивало то, что не знает, как выглядит Гэ, отец Вит не удосужился предоставить фотографию. Дюрер мог просто не узнать нужного человека, а копаться в мозгах всех кого встретит на пути, если встретит, чтобы выяснить кто это, не особо хотелось. Коридор разветвился в стороны, но Дюрер знал, какой из рукавов нужен. Вскоре, выбранное ответвление уперлось в дверь, слегка приоткрытую наружу. Именно за ней находится помещение, в котором проводит время Гэ. Смутила простота, с которой добрался до интересующего объекта. Больно легко все получилось. Казалось, что существует некий невидимый подвох. Подойдя к двери, Дюрер открыл ее полностью. За ней длинная зала, продолжающая коридор, но шире в несколько раз. В некоторых местах арочные перекрытия, делящие её на несколько секций. В первой секции – стеллажи, набитые до потолка различными книгами, как очень старыми, так и недавнего выпуска. Следующую занимали точно такие же стеллажи, но вместо книг на них располагались одинаковые ящики с нумерацией, будто в библиотеке. Дальнейший пролет ничем не отличался от предыдущего – точно такие же пронумерованные ящики. Людей не попадалось вовсе. Дюрер начал подумывать, что в голове Рувима была заведомо ложная информация, и его специально направили в это подземелье. Несколько других секций выглядели абсолютно идентично со второй и третьей. Дюрер шел, все больше уверяясь, что не найдет тут архиепископа потому, что уже показалась стена, заканчивающая залу. До нее было два арочных перекрытия. Дюрер склонялся к мысли, что нужно разворачиваться для исследования оставшихся ответвлений. Ни голосов, ни шорохов здесь не раздавалось, не мог же архиепископ сидеть, как мышь. В предпоследней секции стеллажи сменились невысокими шкафчиками, напоминающими те, что обслуживали сигнализатор. Тоже какой-то пульт управления и несколько плоских мониторов. Однако, всё безмолвствовало, в отличие от рабочей обстановки в помещении передатчика. Дюрер шагнул в последнюю секцию и неожиданно уперся взглядом в человека, располагавшегося в кресле и смотрящего на него. За человеком стояло несколько столов с небольшими приборчиками, безмолвно перемигивающимися разноцветными светодиодами. Одежда сидящего соответствовала архиепископскому сану. Уткнувшись взглядом в обитателя залы, Дюрер застыл на месте. Архиепископ словно ждал, когда гость, наконец-то, придет к нему, потому что, при появлении, даже нисколько не удивился, а продолжил сидеть, как сидел. Спокойно разглядывая посетителя. -Пришел-таки, - сказал невозмутимый человек. - А я думаю, кто там топает? Наан в другую сторону ушел. Выходит все-таки ты. -Вы кто? – глупо спросил Дюрер. -По-моему, Дюрер, ты и сам видишь, кто я. -Архиепископ Гэ, - предположил Дюрер. -Правильно. -И что, всё вот так просто? Больше ничего? -А что ты хочешь еще? Тебе мало того, что нашел меня? Или надо, чтоб мы сейчас устроили битву и покрушили все внутри друг друга? -Нет, особо не желаю. Когда отец Вит посылал сюда, сказал, что добраться до Гэ не так уж и просто. -Заблуждался. Заблуждался, еще не зная, кто есть он и кто есть я. Тебе ничего не угрожает, все мы одним мазаны. Дюрер услышал за спиной скрип петель. Резко обернувшись и приготовившись действовать, увидел, что в этой секции имеется дверь. Из нее выходил Кубарь, позади которого шел невысокий отец Вит, как бы подталкивая впередиидущего. Увидев Дюрера, Вит расплылся в улыбке. -Отец Вит, не совсем понимаю, что происходит? – сказал Дюрер, удивившись, что Вит так спокойно разгуливает здесь. Выходило, что видел именно его, когда проник на остров. – Для чего ты посылал меня сюда, если сам так непринужденно тут шастаешь? -Вассиан, сейчас все объясним. -Я смотрю многие уже подгребли, - сказал Кубарь, завидев Дюрера. -Помолчи пока, - рыкнул на него Гэ. -И что хотите объяснить? – спросил Дюрер. – Неужели, думаешь, что поверю в то, что скажешь, Вит? После того, как послал сюда, уверяя, что не можешь попасть сам. А теперь? Как объяснишь присутствие здесь, чтобы я поверил в это? -Когда отправлял, не знал, кто я сам. -Чего? -Дюрер, - встрял Гэ, - мы все не те, кем считали себя. Над нами очень хорошо поработали, чтобы мы все забыли. Скажи, от какого момента помнишь свою жизнь, ведь не с рождения? Дюрер задумался, понимая, что Гэ попал в точку, но в тоже время зная, что об этом осведомлен отец Вит, могший рассказать архиепископу. Вит тоже говорил, что не помнит своего прошлого. Слова Гэ могли быть ловушкой. Хитрой ловушкой. -Да, не помню детства и юности, - согласился Дюрер. – И что же с того? -Мы все трое, как и еще многие другие, не помним определенного отрезка жизни, - сказал Гэ. – Точнее, мы с Нааном уже знаем всё, в отличие от тебя. -Кто такой Наан? – спросил Дюрер. -Я, - ответил отец Вит, – на самом деле Наан, а архиепископ Гэ – Ибсен. Мы из Сорсии. Внешняя разведка. Ты тоже не Аркадий. -А кто же? – удивился Дюрер. -Кресс, - крикнул Кубарь. Услышав его, Дюрер вспомнил, что именно это слово начал говорить Кубарь, когда он потерял сознание. Вспомнил, что Кубарь упоминал о том, что видел его в Сорсии, но все равно не хотел верить в слова Гэ. Кубаря могли послать и они с Витом. Однако, Малх говорил, что Кубарь из Тонэсии. Дюрер запутался. Не верил уже ни во что, но хотел узнать, во что можно верить. Если говорят, что вспомнили кто они, то помогут вспомнить и ему. В то же время Дюрер боялся отдаться в их руки. -Да, он прав, - сказал Ибсен-Гэ, - ты, действительно, Кресс. Феликс Кресс. -Не помню и не знаю этого. Не верю вам! - закричал Дюрер. -Ты только успокойся и не совершай глупых поступков, - размеренно сказал Ибсен. – Можем вернуть тебе память. Здесь находится архив, который Гаут стремится заполучить обратно. Те стеллажи с ящиками и есть архив, где находится и твой файл с памятью, с тем, что было до переброски сюда. Ты узнаешь, что являешься Феликсом Крессом. Дюрер стоял, молча переваривая услышанное. Всё больше склоняясь к тому, что Ибсен говорит правду, всё больше желая узнать, что же было до того момента, с которого помнит себя. -Процесс быстр и безболезнен, - подталкивал его Ибсен. – Мы вернем тебе тебя. -Хорошо, - выдохнул Дюрер, уставший никому не доверять, и всех во всём подозревать. -Сними пеленгатор и отдай Наану, - посоветовал Ибсен. -Зачем?! – испугался Дюрер. -Так надо. Он может помешать процессу восстановления. Дюрер снял прибор с руки, протянул Наану. Ибсен встал из кресла, вышел в следующую секцию; тут же зашумели вентиляторы, как в помещении сигнализатора. Видимо, задействовалось питание в шкафах. Вскоре архиепископ вернулся, неся в руках небольшой плоский прямоугольник, который засунул в один из приборов на столе. -Это твоя память, - объяснил Дюреру. – Садись в кресло. Дюрер опустился в кресло, почувствовав странное покалывание, будто тысячами мелкими иголочками. -Что это? – спросил он. -Всё нормально, так и должно быть, - пояснил Ибсен. – Это специальное кресло. Клади голову на подголовник. Дюрер прислонил голову, ощутив на затылке точно такое же покалывание. Убедившись, что пациент сел должным образом, Ибсен нажал кнопку на приборе. Дюрер ничего не почувствовал, только почему-то сильно захотелось спать, глаза закрывались сами собой, не поддаваясь контролю. -Расслабься, - словно приказал Ибсен. Дюрер отключился. Увидев несколько картинок, как бы пробежавшись по забытым снам, резко открыл глаза. Сердце бешено билось. Вокруг всё, как и прежде. Все на тех же местах, где были до того, как он отключился. -Ну как, Кресс, всё в порядке? – спросил Ибсен. – Я же говорил, что это не долго. -Я не Кресс, - ответил Дюрер. -Как это? – серьезно удивился Ибсен. -Я не Кресс, - повторил Дюрер. – Я до сих пор помню не все. Помню его, - показал на Кубаря. – Это капитан Клехо, пославший меня сюда. Но, не знаю, что я – Феликс Кресс, как вы говорите. Я – пуст. Я помню с того момента, что сижу в точно таком же кресле, но в Сорсии. Потом отправка сюда. Всё. Я не Кресс. -Что это такое? – спросил Ибсен у Кубаря. – Говори. -Я убирал у него память еще в Сорсии, - ответил Кубарь. – Мне предложил Виланд, когда был еще там. Память Кресса в Сорсии. -Зачем было сделано? – поинтересовался Ибсен. -Спроси об этом Виланда, - посоветовал Кубарь. -Но, кто же я?!! – закричал Дюрер. -Феликс Кресс, - ответил Кубарь. – Поверь мне. -Да, тебя помню, капитан Клехо. -Наан, вы втроем возвращаетесь в Сорсию. С Кубарем знаешь, что делать. Крессу нужно вернуть то, что не смогли здесь. И ты, Кубарь, это обязан выполнить! -А вы уверены, что там я узнаю всё? – спросил Дюрер. -Должен узнать, Кресс. Должен. Эпилог. -Ну что, Гаут, просрал архив? -Да, патриарх Гудийр. -Все-таки Малх откровенная скотина. Пока кто-нибудь один не пошевелится, другим до происходящего дела нет. А как только поперло у одного, то и всем остальным надо. Всё зависть. И чего теперь делать? -Думаю, что архив теперь не так важен. Запущенный процесс не остановить. Большой проблемы в потере архива не вижу. Нас уже нельзя заткнуть и уничтожить. К тому же, я позаботился о небольшой страховке. -Алло, Наан. -Да, Ибсен, - еле прокряхтел в трубку Наан. -Как дела с Крессом? -Все хреново. -Почему? -После процесса восстановления Кресс стал сам не свой. Положил весь народ в округе управления. Кубаря в том числе. Я сам еле успел огородиться. Все приборы вышли из строя. Кресс неуправляем. -Где он теперь? -Кресс пропал. Исчез из поля зрения. Будь осторожен, Ибсен. КОНЕЦ … 2003. Небольшая справочка для тех, кто немного запутался в именах. 1. Сорсия (Космва) Франц Феликс Кресс (Аркадий; наставник Арк; отец Вассиан; Дюрер) Ибсен (архиепископ Гэ) Наан (протоиерей Вит) Пал Волро (Секам; Пал) 2. Радазия (Ивек); Галунск; Тожирим Якуб (патриарх Гудийр) Герман Доллер (Виланд; Наум; архиепископ Гаут) Арон (отец Викул – длинный серьезный) Ипат (отец Вукол – полутораметровый весельчак) Малх Фирс Мина Айс Апостух Нечет 3. Тонэсия (Ланнит) Дорофей Кубарь (Клехо) Крейтлер (Измарагд) Крамер (Смарагд) Рейтинг работы: 0 Количество отзывов: 0 Количество просмотров: 93 © 19.07.2008 Владислав Владиславов Рубрика произведения: Проза -> Фантастика Оценки: отлично 0, интересно 0, не заинтересовало 0
|
|||||
|
© 2007-2012 Chitalnya.ru / Читальня.ру / Толковый словарь / Энциклопедия литератора «Изба-Читальня» - литературный портал для современных русскоязычных литераторов. В "Избе-читальне" вы сможете найти или опубликовать стихи, прозу и другие литературные разные жанры (публицистика, литературная критика и др.) Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются действующим законодательством. Литпортал Читальня.ру предоставляет каждому автору бесплатный сервис по публикации произведений на основании пользовательского договора. Ответственность за содержание произведений закреплена за их авторами. |
|
