Литературно-художественный портал
chitalnya
       
Забыли пароль?

Племянник

[Петр Панасейко]   Версия для печати    

К подъехавшему на автозаправочную станцию автомобилю на окраине города подошёл заправщик.
- Что так рано, Володя, на работу едешь?
- Нет, Петрович, сегодня я еду не на работу, отпросился на день. Еду в другой город. Заправь-ка мне полный бак.
- Счастливого пути!

Федеральная трасса в утреннее время была не очень загруженной, и Кожевников, включив музыку, всё дальше удалялся от родного города. Он ехал по просьбе мамы к её сестре. Тётя, отметившая накануне свой 80-летний юбилей, жила одна в однокомнатной квартире, которую она получила как вдова погибшего участника войны ещё в советское время. Замуж так и не вышла второй раз, детей не было. Из родных у неё оставалась сестра Мария и племянник Владимир. Пока позволяло здоровье, тётя никого не беспокоила, когда же его не стало, попросила отправить её в Дом-интернат для престарелых. Доехать туда сама не могла, дом находился в другой части города. Вот и обратилась она за помощью к своей родной сестре, чтобы та на денёк прислала к ней сына. Последнего уговаривать не пришлось. И маму, и тётю он любил одинаково.

Въехав в город, он быстро нашёл её дом, позвонил в квартиру.
- О, Володя, так быстро приехал? - открыв дверь, обрадовалась тётя.- У меня всё готово. На тебе мои документы, вещи у стенки стоят. Но давай по обычаю «посидим на дорожку». Они сели. Володя вспомнил, как когда-то они все жили в этом городе. Как он по пути со школы всегда заходил к тёте проведать её. Та в долгу не оставалась и как могла баловала племянника, что, разумеется, не очень-то нравилось его родителям. Потом, когда отец сменил работу, они переехали в другой город. Но племянник не забывал тётю, периодически её навещая.
- Посидели маленько, теперь поехали в Дом-интернат,- первой заговорила тётя.- Ой, как мне туда не хочется, но ничего не поделаешь, как говорил Александр Сергеевич Пушкин: «Старость – такая гадость!»

Остановив свой автомобиль возле Дома-интерната и попросив тётю посидеть в салоне, племянник, взяв документы, направился в указанное заведение. Без тёти охрана его не пускала, пришлось предъявить удостоверение журналиста. Указанной в нём газеты, охранник не знал, ибо она издавалась в другом городе, но связываться с журналистом не захотел. Стоявшая невдалеке бабушка, слышавшая их разговор, пригласила журналиста Кожевникова к себе в палату.

Она первая рассказала о своей судьбе. Жила с внуком, его родители жили за границей. Пока внук не вырос и не женился он ухаживал за бабушкой. А когда в квартиру привёл свою жену, то семидесятилетнюю бабушку «сплавил» в Дом престарелых. Сам теперь живёт «припеваючи».

Вторая бабушка попала сюда благодаря дочери. Зять поставил условие жене: или я, или твоя мать. Дочь выбрала мужа. Как она это «дело» провернула – неизвестно. Не иначе, как воспользовалась большими связями.

Третью бабушку «сдали» соседи, с которыми она по свей глупости заключила договор пожизненной ренты. Как им удалось, имея такой договор, определить её в Дом престарелых, бабушка понять не могла. Родственников у неё нет. Защитить некому.

Четвёртая одинокая бабушка попала в эту палату по воле одного бизнесмена, которому понадобилась земля, где стоял одинокий её домик. Дом был разобран, а его хозяйка оказалась в Доме для престарелых.
- Печальные истории вы мне рассказали,- пожаловался Кожевников.- А как вас здесь обслуживают?
- Плохо, сынок, - хором ответили бабушки.

Из их рассказа журналист понял, что обслуживание одиноких престарелых граждан в этом заведении находится не на должном уровне. Телевизор имеется, но они его не смотрят из-за плохого зрения, газеты поступают, но по той же причине они их не читают. По их просьбе, правда им по вечерам читают русскую классику, но с большими перерывами. На тумбочке Кожевников заметил не аккуратно лежащий третий том «Войны и мира» Льва Толстого.
- Сынок, ты нам расскажи, - попросила одна из бабушек, - за кого вышла замуж Наташа Ростова? За Болконского?

Бабушки очень сильно расстроились, когда узнали, что Болконский умер, а Наташа вышла замуж за Пьера Безухова. Но потом успокоились, согласившись с тем, что Пьер то же хороший человек, к тому же очень богатый.

Попрощавшись с бабушками, племянник не стал оформлять свою тётю в Дом престарелых, а быстренько покинул его. Когда он сел в свой автомобиль, тётя спала на заднем сидении. Будить он её не стал и тронулся в обратный путь, в свой город. Когда выехали на федеральную трассу, тётя, проснувшись, спросила: «Володя, ты куда меня везёшь? Почему ты меня не оставил в Доме-интернате?»
- Там мест нет,- последовал ответ.
- А в вашем городе есть? Там меня возьмут? А то домой мне возвращаться нельзя, квартиру я уже продала.
- Возьмут. Там возьмут обязательно.

Впереди показался родной город. Въехали на центральную улицу, затем свернули на право и подъехали к девятиэтажному дому. Остановились возле третьего подъезда.
Не понимая, куда она приехала, тётя спросила: «Володя, а меня там точно примут?».
- Не сомневайтесь в этом, - ответил племянник и повёл её в подъезд.

Поднявшись на четвёртый этаж, позвонили в дверь. Её открыла мама Володи.
- Володя, ты почему от меня скрывал этот сюрприз?- спросила мама.
- Мама, на то он и сюрприз.
Находящиеся в четырёхкомнатной квартире Владимира его жена, их два сына, десяти и пятнадцати лет, отец вышли в коридор, догадавшись, что к ним прибавился ещё один член семьи. А вот тётя этого никак понять не могла.
- Володя, что это значит? Где я буду жить?
- Здесь, тётя, в моей квартире.
- Не будите меня, пожалуйста, - со слезами попросила приезжая, - я хочу этот чудесный сон досмотреть до конца.
- Это не сон. Я не мог свою любимую тётю отправить туда, где ей было бы плохо. Здесь же Вам будет хорошо.
- Да я не против, но вам же со мной будет тесно. Вас так много.

Услышав последние слова тёти, племянник подошёл к книжному шкафу, достал том Тургенева и стал читать: «Когда при мне превозносят богача Ротшильда, который из громадных своих доходов уделяет целые тысячи на воспитание детей, на лечение больных, на призрение старых – я хвалю и умиляюсь. Но и хваля, и умиляясь, не могу не вспомнить об одном убогом крестьянском семействе, приютившем сироту-племянницу в свой разорённый домишко.
- Возьмём мы Катьку, - говорила баба, - последние наши гроши на неё пойдут, не на что будет соли добыть, похлёбку посолить.
- А мы её и не солёную, - ответил мужик, её муж.
Далеко Ротшильду до этого мужычка». Конец цитаты.

У всех присутствующих не нашлось слов, чтобы возразить Тургеневу. Все были с ним согласны. Как-никак, русский классик.




Эта реклама видна только НЕЗАРЕГИСТРИРОВАННЫМ пользователям. Зарегистрироваться!

Рейтинг работы: 0
Количество отзывов: 0
Количество просмотров: 6
© 01.12.2016 Петр Панасейко

Рубрика произведения: Проза -> Рассказ
Оценки: отлично 0, интересно 0, не заинтересовало 0












© 2007-2016 Chitalnya.ru / Читальня.ру / Толковый словарь / Энциклопедия литератора
«Изба-Читальня» - литературный портал для современных русскоязычных литераторов.
В "Избе-читальне" вы сможете найти или опубликовать стихи, прозу и другие литературные разные жанры (публицистика, литературная критика и др.)

Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются действующим законодательством. Литпортал Читальня.ру предоставляет каждому автору бесплатный сервис по публикации произведений на основании пользовательского договора. Ответственность за содержание произведений закреплена за их авторами.