Литературно-художественный портал
chitalnya
       
Забыли пароль?

Кафе Афродита

[Андрей Оредеж]   Версия для печати    

Кафе Афродита
Я припарковал машину возле кафе. Кафе «Афродита», как гласила вывеска. Почувствовал, что если не выйду из-за руля, то просто провалюсь в сон или сделаю какую-нибудь глупость. А шоссе, как известно, глупостей не прощает. А уж наше Выборгское, узкое, извилистое и в любую погоду грязное и подавно. Иной раз стыдно перед приезжающими к нам финнами, за то, что у нас такая дорога, соединяющая границу со вторым по размеру городом в стране. Хотя, с другой стороны, чего стыдиться, у нас ведь страна большая, сколько всяких проблем, это им там хорошо в Финляндии рассуждать. Им ведь не надо ни энергоресурсы добывать, ни промышленность поднимать, ни с коррупцией бороться и врагов у них столько нет, сколько у нас. Не говоря уже о войне, которую мы пережили. Строй себе дороги, да благоустройством занимайся, сколько влезет. Могли бы и нам трассу нормальную построить, сами же ездят. Да, что там говорить. Повезло им финнам, живут на всем готовом. Хотя, конечно такой цены на булочки и кофе, как у нас, у них не найти и бензин там дорогой.
Я взял себе булочку с изюмом и стаканчик капучино и присел к окну. В кафе никого не было, только узбечка за стойкой. «Афродита-это, наверное, она», - усмехнулся я про себя.
На зубах захрустели косточки от изюма. Я, сначала выплюнул одну, потом другую.
Потом повыковыривал изюмины, из булки, а потом и вовсе отложил булочку в сторону, залпом выпил, то, что называлось капучино и собирался уходить, как вдруг в зале нарисовался полный, круглолицый мужчина, лет пятидесяти.
- Может разогреть вам булочку? - улыбнулся он.
-Спасибо, косточки в изюме ведь не расплавятся?- улыбнулся я в ответ.
-Я, Юрий, хозяин вот этого всего безобразия, - он обвёл руками зал и продолжил:
-Раньше булки финские были. Мне их замороженными привозили, но при нынешнем евро это дорого. Вот стал наши брать. Поддерживал, так сказать, отечественного производителя. Так что, если хотите, можете взять, ещё с маком. Мак точно без косточек.
-Мак снотворный, а мне ещё почти две сотни пилить.
-Ну, если есть время, могу предложить отличный способ взбодриться,- он ухмыльнулся,- хотя время займёт совсем немного. Он кивнул на плакат на стене.
«Пятнадцатиминутная суперсауна всего за 200 рублей - отличная бодрость на всю дорогу!»
-Моё ноу-хау,- его мясистое лицо, обрамлённое седыми кудрями, расплылось в улыбке.
Наверное, из-за того, что я как - то странно посмотрел на него или на его продавщицу, он вдруг добавил:
-Вы ничего такого не подумайте. Просто это очень сильно нагретая сауна, сидите минут 10, а некоторые всего пять, кто сколько может, один заход, кстати, сердечко у вас как?
Я пожал плечами.
-Вот и отлично, потом ныряете в ледяной бассейн, ну он довольно просто у нас устроен. Громко сказано, что бассейн, потом насухо вытираетесь, и идёте сюда. Выпиваете крепкого чаю и порядок. Сможете после этого проехать ещё и двести и триста.
Главное не перепариться, а то подействует наоборот.
-Ну что ж, попробуем.
Когда, я вошёл в парилку, понял, что так напарить её мог или человек очень любящий сауну или просто псих. Градусник завис на ста сорока градусах. Но на самом деле, наверное, было все двести. Кожу на плечах моментально начало жечь. Я чувствовал, даже как мои веки нагрелись.
Осторожно дыша, прикрывая рукою рот, я залез на верхнюю полку и огляделся. Отделано всё было просто, осиновая досочка, местами потрескалась, от жары. Электрическая печка явно была рассчитана на сауну втрое большей площади, видимо это и создавало такую температуру.
Бассейн действительно без изысков, просто оцинкованная цистерна, с которой был срезан верх, и в которую вела стремянка.
Сердце на секунду замерло, и голова, бывшая до этого в каком-то в тумане от нескончаемой дороги, и вправду, прояснилась. Скорее всего, сосуды расширились, а потом сузились и дали хороший приток крови по всему телу.
В кафе мне тут же был подан стакан чая в подстаканнике.
-Ну, как? – спросил Юра.
-Действительно, внушает,- улыбнулся я,- как только не разоритесь на электроэнергии?
Юрий усмехнулся, присаживаясь ко мне за столик.
-Есть, конечно, хитрости, да и с электриком местным дружу. Здесь вообще надо уметь дружить. Я ведь тут не сразу так всё обустроил. Поначалу полная разруха была, когда я это здание выкупил. Сейчас вспоминаю, как я впервые сюда вошёл. Страшно было. Сколько ему лет? В документах сказано, что 1952 года, но это только по документам. Местные говорили, что оно старше и чудом уцелело в войну. Действительно в старом кирпиче до сих пор и осколки, и пули. Болтали, что тут был штаб Маннергейма. Но у местных тут любой старый дом – это или штаб Маннергейма или дача Маннергейма. На самом деле тут был склад финского фермера. Потом после войны контора лесхоза, потом магазин. А когда рядом проложили новое шоссе, то какое-то время тут был пост ГАИ. Потом гаишникам построили новый пост, километрах в пяти отсюда. А тут уже открылось кафе, ненадолго. Потом закрылось, и лет десять дом стоял, словно ничей. А я сразу решил, раскручу тут кафе. Пусть предыдущему хозяину не удалось, а мне удастся. Кем был этот предыдущий хозяин? Простым деревенским парнем, а у меня, как - никак есть высшее образование, что-то оно может всё-таки дало? И самое главное, я представляю, каким должно быть настоящее придорожное кафе, на международной трассе. Я уверен, что финны будут останавливаться тут, чтобы поесть или выпить кофе, наши туристы, что в Финку жмут. Вон какую экспресс – сауну я придумал. С врачом советовался, между прочим.
-Ну и как, клиенты то есть?
-Да, я собственно и не из-за денег всё это начал, - Юра не ответил прямо,- Деньги у меня были. Квартира, жена. Теперь ничего нет. Только это кафе, да мечта. Всё та же мечта, которая и привела меня сюда.
-Мечта?
-Да.
Юрка, как я стал про себя его звать, замолчал и я решил, что разговор, как бы закончен, и выложил на стол деньги, чтобы рассчитаться за его гостеприимство
-Жаль, что вы за рулём? – покачал он головой, - А то выпили бы, поболтали. Поговорили о мечтах. И об их вреде.
-Вреде? Мечты - это же здорово. Какой же от них вред?
-Нет, нет. Только те, которые осуществились, и принесли, то чего от них человек ждал. Иной раз ведь человек и сам того не знает, что принесут ему его мечты. Думай о чём мечтаешь, маленький Мумба, - засмеялся Юрка.
-Почему Мумба? – спросил, я, тоже с улыбкой.
- Это я тут прочёл один рассказик, про негритенка. Дурацкий рассказик, но что-то в нём есть.
-А по-моему это будет уже не мечта, а прагматизм сплошной. Мечта должна быть немного безумной, немного нереальной и абсолютно непредсказуемым путь, куда она ведёт. Тогда она украшает жизнь.
-Вот меня она и привела сюда.
-Но у вас тут всё здорово. Если изюм будет без косточек, то и вообще прекрасно,- пошутил я.
-Изюм без косточек? – Юра вдруг посерьёзнел, Весь переменился, ощетинился, словно собака, внезапно почуявшая опасность. - Откуда ты такой взялся!? Изюм без косточек ему подавай. Разбирается он в мечтах! Кто ты такой? Психолог что ли? Или философ? Как ты можешь советовать в том, чего не знаешь? У меня раз в банке вишнёвого варенья, импортного, в Финляндии, между прочим, в «Лидле» купленном, косточка попалась. Есть разница? Вишнёвая покрупнее будет и покрепче. Что мне теперь об этом на весь мир трубить?!
Лицо его искажалось прямо на глазах. Я уже пожалел, что начал шутить по поводу этих проклятых косточек.
-Знаете, я, пожалуй, поеду. Конечно, я могу ошибаться. Вы уж извините меня. В конце - концов, у каждого свой путь и жизненный опыт. Да и мечты тоже.
-А чего это ты сразу на попятный?! Не хочешь поспорить? Отстоять свою точку? Почему? Ты что трус? Боишься меня?
-Да нет, просто не хочу спорить, спорить то нам не о чём и зачем портить так приятно проведённый у вас час. Надеюсь, что буду всегда здесь останавливаться и посещать вашу сауну…
Я встал и решительно направился к двери, но сильный удар в плечо просто сбил меня с ног. Я полетел в угол.
Узбечка у прилавка что-то запричитала, потом с криком:
-Юрка, ти что! Опять начинаешь! -выскочила за дверь.
Юрка подошёл к двери и закрыл засов.
Я уже пытался встать, но он пнул меня ногой и я снова полетел, увлекая за собой стул.
Даже не верилось, что это всё происходило. Если до этого ситуация просто была неприятной, то теперь я понял, что имею дело с агрессивным психом.
Я вскочил и уже замахнулся на него, пытаясь вложить в удар всю силу, но прямо перед ним остановился, на меня смотрело дуло воронёного револьвера, довольно большого калибра.
-Только дёрнись, ублюдок. Только дёрнись,- прошептал он.
Теперь казалось, что всё происходящее было просто сном. Однако, довольно, страшный сон. Только теперь я обратил внимание на его глаза. И как я раньше не насторожился? Его добродушная внешность этакого Винни-пуха, была обманчива. Ведь толстяки, как правило, весёлые добряки. Однако блеск его глаз выдавал истинный его характер.
Наверное, он был из породы злых толстяков. А злой толстяк - злой по-настоящему.
-Ну и что ты хочешь? – спросил я, пытаясь придать голосу необходимую твёрдость,- что тебе надо?
-Посидим, поспорим. Мне ведь тут и поговорить то не с кем.
-Что ж, нет друзей?
-А кто тут? Деревенские придурки, алкаши. Или Зурна? С кем говорить то?
Он зашёл за стойку и, не спуская с меня глаз, достал из холодильника открытую бутылку водки, налил себе полстакана и тут же опрокинул в себя. Потом налил в этот же стакан ещё водки и принёс мне.
-Садись, - приказал он, ткнув меня стволом в бок.
Я опустился на стул. Юрка поставил стакан передо мной.
-Пей
-Я за рулём.
-Пей, скотина, после сауны ведь так хорошо выпить, А за руль ты теперь не скоро сядешь и вообще не понятно, сядешь ли?
-Что ж, ты меня застрелишь?
-А почему бы и нет. Во дворе у меня алабай в вольере, сожрёт твой трупешник за милую душу, и никаких следов.
- А за что застрелишь то?
-За то, что поговорить со мной, по душам не хочешь. Брезгуешь, сука. С народом брезгуешь поговорить.
-Я не брезгую. Просто не привычно, это сейчас, по душам. Сейчас у каждого своё на душе и что там, лучше не бередить.
-А что плохого в разговоре? Просто ты, вон какой, интеллигентный. Ты вот кто по профессии?
-Я, да я никто. Я безработный.
-Безработный на новеньком авто едет за границу, - сгримасничал Юрка, -Вот портрет современного безработного. На какие деньги живёшь?
Юра снова вскинул револьвер и в моё лицо уставилось дуло.
-Отвечай! – заорал он.
-Ну, я не всю жизнь был безработным. А машина в кредит взята. Ну, бывают халтуры, всякие время от времени, в агентстве недвижимости ещё подрабатываю, а по большому счёту, действительно безработный…
-Потому что чёртов интеллигент. Вас за версту чую. Самая паршивая порода людей. В революцию вас выводили, Сталин выводил. Так нет, всё равно размножились как плесень. Какой от вас толк? Делать ничего не умеете. Только ноете. Поэтому и безработный. Что ты умеешь делать руками? Штукатурить? Плотничать? Может стрелять? Ничего. В агентстве он работает. Ты что, что ни будь производишь в агентстве этом? Ты пытаешься нагреть руки на том, что один человек, хочет продать квартиру, или скажем, дом, другому человеку. Что может быть тупее этого занятия? Ну, только хренов, ничего не умеющий интеллигент, может работать в агентстве по недвижимости и называть это работа. Наверное, сами себя риэлторами называете или ещё как-нибудь красиво.
Я хотел было сказать ему, что неплохо готовлю и один раз от начала до конца построил сарай-пристройку к нашей старой даче, да и в армии был, а до перестройки на заводе работал, который экскаваторы делал, но смолчал.
-Но мы же никому не мешаем,- лишь возразил я.
-Как и все паразиты, на первый взгляд, безобидные. А ну выкладывай на стол мобильник, ключи от машины. Быстро!
Я послушался.
Юрка схватил со стола и швырнул мобильник и ключи на стойку.
-Какого хрена едешь в Финку?
-Ну, погулять.
-За кофиём, за «Фээри»?
-Да нет, друг у меня там. На рыбалку собрались.
-На рыбалку? А что тут рыбалки нет? Те же самые озёра, та же самая Финляндия, только бывшая. Дурдом. Не понимаю я этот дурдом. Едут по двести, триста километров трясутся. Для чего? По лесу гулять, рыбу ловить, на лодке кататься, на великах. Совсем люди с ума посходили.
Я вспомнил пешеходно-велосипедные лесные тропы с местами для отдыха, чистые, на которых за день можно встретить лишь нескольких добродушных людей и улыбнулся. Да, действительно. Многие едут туда за простыми человеческими радостями, которые можно было бы устроить и здесь, но их тут нет.
-А я свой загранпаспорт сжёг. Вон в той печке. Чтобы и не было. Никаких чтобы не было ни идей, ни мыслей никуда ехать. Там даже шенгенская виза была открытая, когда я его жёг.
Будь проклят тот день, когда я вообще за границу поехал. По всей Европе проехался, посмотрел, как люди живут, а по приезду, когда понял, то что мы здесь никогда так жить не будем, выпил крепко, взял и сжёг.
-Ну, можно иногда съездить, посмотреть как там, привезти себе чего- нибудь. Одеться подешевле. Отдохнуть. Почему нет?
-А ты чувствуешь, что отдохнул, когда там бываешь?
-Ну, вроде…как… да. Ненадолго конечно.
-Вот именно ненадолго. А я когда принял решение, что никогда больше ездить туда не буду, когда понял, что я ненавижу эту Европу, стал счастлив. Потому что мы- великий народ, а всякие там финны-шведы-немцы это всё мразь. Мелочная расчётливая мразь. Это всякие интеллигенты, вроде тебя, напевают постоянно о превосходстве Европы.
-Ну, можно же и в Азию ездить, если Европа не нравиться?
-Азия? Мне её дома хватает,- усмехнулся Юрка. – Вон одна Зурна чего стоит. И плов, и танец, и массаж, и курорт,- В Азию ехать не надо, она сама к нам приехала.
-Ну, так значит у тебя всё хорошо. Ты счастливый человек. А я бы поехал, я ведь ничего плохого тебе не сделал.
- Сиди, - Юрка приложился к горлышку бутылки и опустошил её. Открыл холодильник и вынул ещё одну бутылку. Свернул ей пробку и сделал несколько глотков, вслед отправил в рот кусочек лимона, из тарелки, стоявшей на стойке.
-Ну, где ещё так классно можно выпить и поболтать с другом, как не у нас,- он нацелился на меня из своего револьвера:- Классная штука, хотя я не часто её использую. Последний раз зимой, прибил я двоих: одного замерщика кухонной мебели, другого сборщика. Кухню у них заказал. Говорю, сделайте братцы попроще, но понадёжнее, для кафе, не для квартиры же. Сделали, уроды. За каждый шаг доплату требовали, у них даже за ручки и саморезы отдельно платить надо. Договор такой состряпали… суки, одним словом. Всё -таки хуже всех людей, хуже интеллигентов и иностранцев только изготовители кухонь на заказ и сборщики этих долбанных кухонь. Их надо отстреливать как диких собак. Более жадных и тупых мразей, чем кухонщики, я не встречал. Ну, хоть отвёл душу. Зурна мозги три дня от стен отмывала. А с трупами зимой тут легко, на снегоходе везёшь на озеро, бензопилой прорубь сделал и туда их голубчиков. Главное груз надёжно прикрепить, чтоб не всплыли. Льдину, что выпилил, потом на место. В мороз она через несколько часов уже никуда не денется. А летом, зато клёв в этом месте обалденный. Я так и называю: рыбка на заказ.
Мне становилось не по себе. Нервы не выдерживали, стало крутить в животе, тошнило, но я понимал, стоит мне сорваться, он пустит в меня пулю.
- Эти уроды так меня достали, что я просто взбесился. А потом прикончил их. Сначала сборщика Витю. А потом и того кто приезжал на замер, лживого ублюдка Диму. Теперь уже оба на дне. Рыбка Дима, рыбка Витя.
-Они, что были интеллигенты? - на кой то чёрт спросил я, хотя тут же пожалел об этом.
Юрка вдруг заорал:
-Нет, не были! В том то и проблема, сукин ты сын, что не были, они были простые ребята, вроде меня, но я вынужден был их пристрелить, потому что превратились в мразь, которая не должна жить на свете. Это просто ворьё. Вопрос в том – почему они стали такими? А? Не знаешь? А я знаю. Потому что это, такие как ты, прозападные интеллигенты привили им мысль, что надо жить лучше. Надо заработать, чтобы жить как на западе. Не нужна советская уравниловка. Нужно больше работать. Это западная модель общества с жадностью и завистью к более успешным, сделала и этих сборщиков мебели и сотни других сборщиков мебели такими, какие они есть. Бездушными, жадными хамами, против которых возможно только одно - пуля. Словно оборотни, они переродились, и их пришлось убить. Это грустно, но пришлось.
Он присел на стул и, снизив тон продолжил:
-Потому что мы другие, и на наши неокрепшие и, не побоюсь этих слов, светлые и духовные натуры, обрушилось злое и расчётливое западное мировоззрение, вот это и родило таких монстров, как сборщики мебели. У меня даже родилась мысль, надо перебить всех изготовителей мебели на заказ. Начать с кухонь, а потом перейти к шкафам, и так далее.
-Но их миллионы. Миллионы людей обкрадывают другие миллионы, как с этим справиться? Они тоже будут защищаться,- возразил я, - по крайней мере, тебе одному их не одолеть. И кухонщики и установщики дверей и окон и автомеханики в автоцентрах-дилерах и маляры-штукатуры и сантехники и электрики. Все хотят сделать меньше, заработать больше, а значит украсть у своего ближнего, ты, что убьёшь всех?
Не знаю почему, но я перестал его бояться, не верилось, что он может вот так взять и выстрелить в меня, а если и сможет, то, что я могу сделать, кроме того, как переубедить его.
-Убью, сколько смогу, - буркнул он, кажется, понимая абсурдность собственных мыслей.
-Но ведь я, к примеру, не сборщик мебели. Да и вовсе не прозападный интеллигент. Я простой безработный. Ну да, не умею ничего особенного руками делать, или не пытаюсь, но какой от меня вред? И вообще я думаю, что это те у кого есть власть сделала людей такими. Так вот ивоюй с теми, кто портит нам жизнь, кто разворовывает страну, кто оболванивает людей. Интеллигенты, по-твоему, что наслаждаются нынешней жизнью? Почему ты ополчился на них?
-Потому что именно они, в своё время, поддержали эту власть, о которой ты говоришь, в создании модели нынешнего общества. Но им тоже не повезло. Эта модель сожрала и их. Вас то есть. Поэтому ты сейчас и сидишь тут и ноешь, что ты безработный, грёбанный придурок, скорее всего – тебе даже нравиться быть безработным. Подрабатываешь в сраном агентстве по недвижимости за полтинник, который тебе перепадает раз в три месяца, стонешь о том, что нынешняя экономика не дает тебе никакой возможности жить и развиваться, и что у нас, при нашей безработице всё вокруг китайское. А не думаешь о том, чтобы взять и начать делать что-то полезное.
-Я бы может и хотел, только что? Этот кризис не только у нас. В мире всё уже есть. Кризис из-за того, что у всех всё уже есть. А ничего такого особенного, я к сожалению делать не умею, как и тысячи других, так причём тут интеллигенция? Просто никому ничего не надо.
-И ты в это веришь? В двух километрах отсюда деревня, где вообще нет воды. Есть колодец с вонючей торфяной водой, а питьевой нет. Так что, у этих людей всё есть, по твоему? Они просто не могут позволить себе пробурить артезианскую скважину из-за жадности.
-Им жалко денег на скважину?
-Ну, это одна сторона жадности, - Юрка снова прихлебнул из бутылки, и даже улыбнулся,- Наш человек, часто готов жить как свинья, лишь бы не переплачивать. Это одно из свойств его души, загадочной, но я не об этом. Я о жадности тех, кто берёт за эту скважину триста тысяч рублей, это при том, что у людей из этой деревни доход, как у тебя двадцатка-тридцатка в месяц, и из-за жадности своего начальства, они не могут заработать больше. А бурильщики не могут сделать скважину дешевле, потому что тоже жадность им не даёт, они не могут купить дешевле трубы или там какие-то свои буры, поэтому это не даёт сделать жадность тех, кто продаёт эти трубы. Жадность директора этого трубного завода у которого на одного рабочего раздуто пять управленцев, которые тоже жадные. Жадность того, кто, сдаёт квартиру этому рабочему трубного завода или какому-нибудь бурильщику скважин. Он почему сдаёт квартиру? Потому что сам работать не умеет и за счёт этой квартиры присосался к тому, кто умеет. Разве это справедливо? Ни хрена не уметь, а деньги получать. Вот и получается, что вокруг идеология жадности. Жадности лишних людей. Вот и выход напрашивается.
-Какой?
Юрка как то вдруг преобразился, оскалился и заржал:
-Отстрел! – Он взмахнул револьвером, и выстрел оглушил помещение кафе, у меня зазвенело в голове, а его слова звенели, ещё громче: - Отстрел тех, кто ничего не производит, ничего не умеет и при этом что-то хочет получить. Свой кусочек пирога. И начать надо со сборщиков кухонной мебели, а закончить такими как ты. Полуграмотными жадными мелкими кровососиками.
Хотя это и глупо, но у меня невольно в душе появилось какое-то облегчение от того, что всё - таки я в самом конце Юркиного списка. Блеснула надежда. Хотя после выстрела я почувствовал себя уже не так уверенно.
Дымок от выстрела попал в мои лёгкие. Я продолжил сквозь кашель:
-А как же любовь? Любовь к людям. То, что ты предлагаешь бесчеловечно. Да и те, кого ты хочешь перестрелять, будут защищаться? Это будет война.
-Вот и здорово, бойня или война –похожие слова,- так что скорее бойня. Мы просто перебьём бесполезных, вот и всё.
-Но нужен суд, как иначе вы поймёте, кто бесполезен? Вы можете ошибиться? Да и кто это вы? Пока, то ты один. Может другие окажутся добрее и миролюбивее?
-Ааа! Вспомнил о любви? О любви к ближнему
-Ты сам говорил, что тебя привела сюда мечта. Разве об этом ты мечтал? Перебить всех сборщиков мебели?
-Мечта, значит, говоришь… Мечта,- Юра снова сделал глоток в полбутылки и снова
отправил в рот пару кусков лимона, - Может ещё любовь?
-Ну, любовь тоже движущая сила общества, без неё тоже нельзя,- я пытался поддерживать видимость беседы. - Много дел в мире сделано из-за любви. И хороших и плохих. Не убивать же ещё и из-за неё?
-Вот именно. В этом то и её ужас. Когда тебя охватывает любовь - это значит, боги прогневались на тебя. Афродита и Эрот, страшные боги, не менее жестокие, чем другие, хотя, вроде бы несут людям счастье и сладкие страсти. Вот ты думаешь, наверное, что кафе Афродита - это в честь богини любви?
Я кивнул.
-Отчасти это так, конечно. Но дело в том, что так звали одну девчонку, мою одноклассницу. На самом деле, конечно, нет, звали её обычно, как и у всех, у неё было простое советское имя, но прозвище было - Афродита, В пятом классе её так прозвали, потому что она самая красивая была, и её все любили. Но я, сильнее всех. А потом, в восьмом, мы гуляли вместе. Всего лишь гуляли, не торопили отношения. В те годы так можно было, просто гулять. Просто ухаживать и делать знаки внимания и быть счастливым уже от того, что эти знаки внимания нравятся ей.
Потом школу закончили, расстались. Время, прошло, конечно, всё забылось. Я женился. Пролетели годы. Жена превратилась в какого-то требовательного Цербера. Сынок пошёл по своему пути, всё отрицая и не слушая, чему я учил его. Всё как-то не так.
А тут вдруг, Альберт, наш главный выдумщик, придумал всех собрать на вечер встречи одноклассников. Так что ты думаешь? Мой Цербер попёрся со мной! Все пришли сами по себе, а я, как дурак, с женой. Знала она про Афродиту, знала, что та будет там, но ведь столько времени прошло. Чего меня пасти?
Афродита была там, конечно. Всё такая же красивая и нежная. И шикарная, в белом пальто. Поздоровалась со мной, конечно, и всё. Ну а что ещё могло быть? Тем более, что я пришёл с женой.
Юрка схватился одной рукой за голову и вскрикнул всхлипывая:
-До сих пор не могу спокойно вспоминать об этом! Как стыдно!
На глазах его появились слёзы.
Он подошёл к стойке, снова сделал глоток, потом ещё один и ещё. Бутылка кончалась. И Юрка становился не такой, как был. Будто и его злость кончалась. Хотя я помнил о его резких переменах и о том, что от него можно ждать всего, что угодно. Это была словно передышка. Он достал из холодильника бутылку пива и приложился к ней. Сам не знаю, почему я, почему-то, подумал о том, как глупо, когда взрослый человек, бессмысленно заливает в себя литры жидкости, ради того, чтобы перестать мыслить. Чтобы отключить способность, выгодно отличающую его, от других существ. Хотя надо было бы думать не об этом, а о том, как выбраться отсюда.
-Ну вот, после этого вечера встречи одноклассников, я решил, всё. Хватит. Хватит этой жены, хватит этого ссына. Хватит тупой работы за гроши, хватит.
Нашёл это здание и купил на всё, что у меня было. Да ещё занял. Ну и назвал так кафе, в честь неё. В честь великой богини любви, что прошла через мою жизнь.
Тогда, на этом вечере встречи, она сказала, что у них с мужем дача в Финляндии. Я подумал, значит, она часто, может быть каждую неделю, ездит тут. Видит эту вывеску и может когда нибудь остановится, выпить кофе, и увидит меня. А может даже посетит мою сауну? И что ты думаешь? Так почти и случилось. Но вышло всё глупо.
Подъехали они с мужем на своём белом мерсе-купе, купили банку энергетика и умчались в свою Финляндию, словно и впрямь Афродита свалилась на несколько минут с небес и умчалась назад к себе, в свой мир. А я как стоял за стойкой, так и остался. Она даже не узнала меня, вернее даже не взглянула, а я не признался. Вот тебе и мечта. А мечта была просто о том, чтобы она приехала, села за столик, я принёс бы ей кофе или чай или даже бокал вина и рассказывал, рассказывал бы ей о своей жизни, вспомнили бы о том как гуляли, о том, как любил её, как убежал от Цербера. Как строил это кафе. А вместо этого что? Пустота одна. Как теперь продолжать жить? Ради чего?
Мне захотелось, как-то успокоить, утешить его, сказать, что нельзя жить прошлым, что она изменилась, и он изменился, прошло страшно сказать, сколько лет, и что нельзя жить какой-то выдумкой, и нельзя возвращаться назад, ведь мы, когда мечтаем встретить кого-то из прошлого, не учитываем, что люди изменились, и это причина разочарования. Лучше оставить всё как есть, как было…
Но я ничего не сказал , ведь, передо мной просто пьяный, озлобленный на весь свет человек с револьвером, хотя я испытывал к нему жалость. Наверное, это и называется стокгольмский синдром. Допив пиво, он просто рухнул. Лёг у стойки, прислонившись к ней спиной, словно к забору, лицо его бессильно упало на пол. Но рука всё ещё сжимала револьвер.
Я медленно встал и крадучись, забрал со стойки ключи от машины и телефон. Юрка храпел. Невольно пронеслась мысль обрушить что-то ему на голову или вынуть из его руки револьвер и всадить в него пулю, но я отогнал эту мысль.
Я подошёл к двери, отодвинул засов и вышел на воздух. Откуда-то возникла Зурна.
-Не визивай полиций, - запричитала она, -Он муха не обидит. Он, этот, пистолет не настоящий. Он просто пьяница. А так добрый человек. Просто нервный немного. Жизнь тяжёлый у него…
«Не настоящий?» - Я вспомнил, как пуля просверлила стенку над моей головой, когда Юрка выстрелил в стену.
-Не визивай, очень прошу. Хочешь водки принесу, хороший кусок свинина мясной? Что тебе ещё дать?
Я молча сел в машину и поехал в сторону границы.


Андрей Оредеж
21.03.15




Эта реклама видна только НЕЗАРЕГИСТРИРОВАННЫМ пользователям. Зарегистрироваться!

Рейтинг работы: 0
Количество отзывов: 0
Количество просмотров: 10
© 27.11.2016 Андрей Оредеж

Рубрика произведения: Проза -> Рассказ
Оценки: отлично 0, интересно 0, не заинтересовало 0




1 2 3 4 5 > >>












© 2007-2016 Chitalnya.ru / Читальня.ру / Толковый словарь / Энциклопедия литератора
«Изба-Читальня» - литературный портал для современных русскоязычных литераторов.
В "Избе-читальне" вы сможете найти или опубликовать стихи, прозу и другие литературные разные жанры (публицистика, литературная критика и др.)

Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются действующим законодательством. Литпортал Читальня.ру предоставляет каждому автору бесплатный сервис по публикации произведений на основании пользовательского договора. Ответственность за содержание произведений закреплена за их авторами.