Литературно-художественный портал
chitalnya
       
Забыли пароль?

Мы вернёмся!.. Глава четырнадцатая

[Петр Корытко]   Версия для печати    

Глава четырнадцатая, повествующая о том, что произошло с Таней, Игорем и Андреем после того, как за их спиной закрылся вход в таинственный коридор, и наступила тьма…

- Ой! - вскрикнула Таня, когда за их спиной закрылся люк. Он опустился сверху вниз, бесшумно вдвинувшись в невесть откуда взявшийся глубокий паз в металлическом полу. Кромешная темнота поглотила их. «Как же так? – мелькнула мысль у Тани. – Ведь стенки этого облака были прозрачные? Отчего же здесь так темно?»
- Не бойся, - тихо сказал Андрей.
- Я не боюсь, - прошептала Таня, но в голосе у неё были срывающиеся напряжённые нотки, заметные даже в тихом шёпоте.
- Я не боюсь, - чуть громче повторила Таня. - Но почему же здесь так темно? Мы же сквозь это облако видели всё насквозь!
Ей не нравился тон собственного голоса: он был каким-то липким и дрожащим. Но молчать было ещё страшнее, потому что они совсем не видели друг друга. Ни малейшей тени, ни малейшего лучика света не было в закупоренном со всех сторон коридоре.
- Да, темновато здесь... – излишне спокойно подтвердил Андрей.
Ребята взялись за руки. Это было, пожалуй, единственное, что они могли сделать в такой ситуации. Могли ещё, конечно, разговаривать, но темнота была такой ошеломительно неожиданной, что нельзя было собраться с мыслями. Глаза широко раскрыты, но рассмотреть ничего нельзя. Они втроём, как по команде, даже зажмурились, чтобы быстрее привыкнуть к темноте. Постояв так, по очереди открыли глаза. Ничего не видно. Темнота была настоящей, но очень уж необычной - входили ведь в прозрачный терем! - и поэтому пугала.

Правда, входя, они видели стенки коридора... И каждый из них интуитивно предполагал, что если вход за ними прикроют, то автоматически зажжётся и освещение! Но... Ничего подобного.
Прошло несколько долгих минут. Идти - да и куда идти? - было бессмысленно. Входя сюда из светлого дня, они видели длинный и прямой коридор вперёд метров на пятнадцать. А дальше что? Чего хотят от них те существа, которые заманили их сюда? У Тани сжалось сердце. Ей захотелось домой. Или хотя бы обратно в лес. И Андрей думал примерно о том же, и Игорь. Им стало очень неуютно в тёмном чреве чудовища, о котором ещё полчаса назад и слыхом не слыхивали, и ведать не ведали, но внутрь которого неосмотрительно и глупо угодили.
- Идём куда-нибудь? – спросил, и тоже почему-то шепотом, Игорь.
- А куда здесь можно пойти?
- По коридору.
- Зачем?
- Не знаю.
- Постоим ещё.
- А зачем?
- Тоже не знаю.

Ну, хорошо, они пройдут в темноте до конца коридора. А что там? Широко
распахнутая для желанных гостей дверь? Может быть, туда и входить им нельзя. Ведь не приглашают! Вокруг тишина и темнота. Вот как невежливо их встречают! Зачем же тогда приглашали? Нет, надо подождать. Может быть, у этих существ понятие о времени совсем другое, чем у них. Может быть, для них наши четверть часа равны одному их мгновению. Или полчаса, час. Кто их знает? Не забыли же о них те шестеро, которые выплясывали свои туземные танцы! Иначе, если забыли, как им отсюда выбираться?
Нет, нет, об этом и подумать страшно.

Андрей высвободил свою руку из Таниной руки и шагнул назад, к плотно прикрытому люку. Вытянув ладони, сделал шаг, ещё один, ещё… Шажки были осторожными, наощупь, и делал он их медленно. Вытянутые вперёд ладони уперлись в …упругий воздух.
Ни металлической стены, ни металлического люка не было. Андрей развёл руки, переместился сначала влево на несколько шажков, потом вправо. Точно такая же плотная и упругая, но - воздушная! - стена продолжалась в обе стороны. Тогда Андрей подошёл к боковой стене коридора. То же самое. Их окружало силовое поле! Их не подпускали к внутренним стенкам корабля! (А в том, что это был именно космический корабль пришельцев, Андрей теперь не сомневался). Он сделал ещё два-три шага вдоль стены. И снова наткнулся на стоящих Игоря и Таню.

Он вздрогнул от неожиданности, но виду не подал, что ему страшно. Немного совладав с гулко бьющимся пульсом, он сказал:
- Они окружили нас силовым полем внутри корабля! Они нас или защищают, или – он сделал глубокую паузу, - или хотят законсервировать нас здесь, как жучков-паучков. Для своей коллекции. – Андрей попытался рассмеяться, но смех получился вымученным. - Как жаль, что эту коллекцию не увидят ни Электрон Протоныч, ни другие наши ребята...

Вот это воскресная экскурсия! Куда их занесло?..
- А что, если они нас хотят похитить? А что, если корабль сейчас взлетит с Земли? А что, если они нас на свою планету хотят забрать, чтобы там, в институтах своих и в лабораториях изучать, как козявок каких-нибудь? - Игорь пытался говорить бодрым голосом и с иронией, но это у него получалось плохо.
- Я хочу домой. – Сказала Таня.
- Я тоже хочу, - сказал Игорь, - но мы здесь оказались закупоренными, как старик Хоттабыч в своей бутылке на дне Северного Ледовитого океана.
- Волька Хоттабыча в Москве-реке нашёл, а не в океане! - Поправила Игоря Таня. - А в океане они...
Но Таня не успела договорить.

Они ощутили движение пола, на котором стояли. Над полом, кстати, никакого защитного поля не было, а стояли они на тёплых металлических пластинах. Ещё при свете они разглядели, что пластины из сине-серебристого металла имели сварные швы. Теперь эти швы ощущались под ногами.
Так вот. Пол качнулся весь, целиком, вместе с наложенными на него пластинами, и начал плавно приподниматься.
Затем со всех сторон раздалось громкое шипение. Совсем как в самолёте, который идёт на взлёт или посадку. Их стала обволакивать густая, тёплая, почти горячая воздушная масса. Дышать стало труднее, а воздушная масса стала вдруг такой упругой, что в ней нелегко было не только шаг ступить, но и просто повернуть голову, пошевелить пальцами. Ребята непроизвольно потянулись друг к другу и смогли крепко взяться за руки, но... Какая-то тайная сила стала вежливо, но с большим усилием разъединять их, и они выпустили руки, и теперь каждый был сам по себе.
«Андрей прав, они нас консервируют!» – с ужасом подумала Таня. - "И теперь мы будем похожи на компот с отдельными целёхонькими персиками или сливами... Или как лягушки заспиртованные..."

Она испугалась не на шутку. Она хотела сказать об этом, и даже попыталась выговорить несколько слов, но тщетно! – вместо слов из горла выходило какое-то противное хлюпанье, похрюкивание. Воздух не принимал звуков!
Таня испугалась ещё больше. Но всё же она услышала точно такие же звуки слева и справа от себя. «Они тоже пытаются говорить!» – подумала она. Слова, казалось, застревали в тягучем, как смола, воздухе, сразу же на выходе изо рта! Было такое ощущение, что ещё не произнесённые слова сами состоят из плотного воздуха, так их трудно было вытолкнуть за губы. И она почувствовала, как на лбу выступили капли холодного пота.
Наконец воздушная масса качнулась и поплыла вместе с ними... по нескончаемым коридорам, мягко огибая повороты, поднимаясь всё выше и выше... Металлический пол ни на мгновение не уходил у них из-под ног, он плыл вместе с этой страшной воздушной смолой, и это немного успокаивало: была уверенность, что они рядом друг с другом и что их пока не разъединили. Именно такая уверенность действовала успокаивающе, но... этого было так мало для полной уверенности, что с ними ничего плохого не произойдёт...

Впоследствии они не могли рассказать, как долго продолжалось такое путешествие, но в один голос утверждали, что оно не было утомительным. Спустя некоторое время стало даже интересно: куда их «несут»? что будет потом? увидят ли они что-нибудь в такой темноте и – что увидят? А вот во времени они ориентироваться перестали тотчас, едва произошло их «отплытие». Время, казалось, исчезло, и вялые мысли точно так же стали плавать в невесомых и вязких чувствах, как сами они плыли по необозримо длинным изгибам чужого корабля…

И вдруг движение прекратилось. Они увидели слабый мерцающий свет. Светилась сама воздушная масса. Теперь она была похожа на густой фиолетовый туман самых светлых оранжевых, но не слишком ярких оттенков. Им даже казалось, что свет исходит от них самих, потому что воздух самым светлым был вблизи от них, а далее он становился всё темнее и темнее, и они по-прежнему не видели стенок! Виден был лишь воздух!
Постепенно стало прохладнее, и только тут они заметили, что за время «плавания» вспотели так, что хоть выжимай: пот с них тёк в три ручья. Воздушный кисель редел, редел и - о, радость! - отпускал их... При этом они слышали точно такое же характерное шипение, как и вначале, но теперь воздух откачивали – и вот уже можно пошевелить рукой, переступить с ноги на ногу, повернуть голову.
Они с интересом осматривались. Теперь они стояли твёрдо и на тех же металлических пластинах – и внутри огромного, слабо светящегося шара, причем свет на расстоянии вытянутой руки был таким слабым, что они с трудом могли различить выражение лиц друг у друга. Каждый видел возле себя по две оранжево-фиолетовых расплывчатых фигуры – вот и всё.
Они знали, что это они, но разглядеть не могли. Они подносили ладони к глазам, но те были всё того же ужасного оранжево-фиолетового цвета и казались чужими, но – странное дело! – это не было огорчительно! Почему-то их не покидала уверенность, что это ненадолго, не навсегда, что их осмотрят со всех сторон и отпустят…
Пробовали говорить, но до сих пор нельзя было разобрать ни слова. Они с удивлением заметили, что оживлённо переговариваются, – и говорят одновременно, – но не могут разобрать ни собственных слов, ни слов своих товарищей. Не человеческая речь получалась, а какое-то голубиное воркование! Чудеса, да и только! Что это за воздух такой странный, в котором звуки булькают, как пузыри в кипящем чайнике? Объяснить они не могли – и смирились, приумолкли. Всё равно ведь ни слова и ни о чём внятно не сказать!

Впечатления были настолько сильными и незнакомыми, что отвлекали от привычных и земных переживаний. Ребята понимали, что новизна впечатлений должна была бы напугать их, но они не боялись! - какая-то внешняя сила не давала страху возникнуть и выплеснуться. Да и, сказать по правде, сердца стучали у них не слишком бурно, кровь текла по жилам не тёплыми толчками, а медленно и спокойно. Как будто так всё и должно было быть!

"Спокойствие, прежде всего спокойствие!.." - Почему-то с облегчением вспомнила Таня слова Карлсона, который живёт на крыше... "Да! - тебя бы сюда, Карлсон! - хотела бы я посмотреть на твоё спокойствие..."
Понятным им было только одно: всё это происходило с ними на самом деле, а не «понарошку». На сон непохоже.

...Показалось, или стало светлее?..
Во всяком случае, цвет вокруг стал, кажется, не таким ядовитым… Поблек он, что ли?.. А ещё через некоторое время они уже отчётливо могли видеть свои улыбающиеся физиономии. Да, становилось светлее! Воздух стал чистым и ароматным, наполнился лесными запахами, дышать стало легко, а вот разговаривать по-прежнему невозможно… Что за чертовщина! Как это так? Почему звуки вязнут в воздухе? И ещё интересно: говоришь, и начинает колебаться вся фиолетово-оранжевая поверхность туманного шара, в центре которого они стоят на металлическом подиуме…
Вдруг по сфере побежали чёрные полосы, а глаза ослепили яркие голубые и оранжевые вспышки внутри сферы то тут, то там. Словно кто-то настраивал телевизор, а экраном являлась вся внутренняя поверхность шара… Чёрные полосы исчезли, вспышки участились и стали ярче.
Ребята невольно зажмурились.
Стоя с закрытыми глазами, они веками чувствовали мелькание вспышек и затемнений, но вот световая феерия прекратилась, – и воцарился ровный свет. Они открыли глаза и… ахнули!
- Ух, ты-и-и!.. – восхищенно протянул Игорь.
- Ого! – сказал Андрей и рассмеялся.
- Вот это да! – воскликнула Таня.
Они даже не заметили, что снова стали нормально говорить и слышать свою речь!

Таня так быстро завертела головой по сторонам, что покачнулась, и Андрею пришлось поддержать её, чтобы, чего доброго, она не упала с «подиума» в глубину этой неописуемо красивой картины, открывшейся вдруг перед ними.
Их изумлению не было предела. Они ожидали увидеть нечто необыкновенное, и были готовы ко всему, но то, что они увидели, было абсолютно неожиданным.

Они снова увидели ту самую поляну, на которую они вышли, карабкаясь по склону холма из лесу, и тот лес, который окружал поляну. Они поняли, что теперь находятся внутри космического облака над серединой родной земной поляны! И стоят на высоте метров, этак, двадцать-двадцать пять, и всё на тех же сине-серебристых пластинах, ровненько и заботливо уложенных на пол перед ними, и на которые они осмелились ступить при входе в корабль...
Они с восторгом и – удивительное ощущение – нисколько не опасаясь осмотрелись. Никто из них не чувствовал никакого страха.
Металлическая площадка, на которой они стояли, взявшись за руки, возвышалась над лесом на несколько метров, и поэтому отсюда открывалась прекрасная панорама местности. Внизу, от центра поляны, расходились во все стороны под равными углами примерно в 45 градусов восемь глубоких рвов. Рвы уходили в лес и сбегали по склонам холма. Зачем они были нужны?..
А дальше - лес, лес, и как поле травы - вершины деревьев. Если повернуться спиной к скрывшемуся за огромной синей тучей солнцу, то справа за лесом видна ярко зелёная полоска воды. Это Карабожа. Вдалеке слева виднелось редколесье Сизого болота. А впереди, чуть левее, раскинулась большая поляна, по которой взад-вперёд сновал трактор с прицепленной к нему сенокосилкой. Он заканчивал свою работу. Оставалось пройти туда-сюда ещё несколько раз. Временами над трактором взлетало облачко дыма, но звука работающего мотора слышно не было.
Когда трактор развернулся в очередной раз в дальнем конце поляны и пошёл по направлению к ним, стоящим высоко над лесом, то они не выдержали и помахали трактористу. Но где там! Конечно же, он не мог их видеть, ведь они были внутри корабля! Но как же этот корабль мог становиться прозрачным? Причем, и со всех сторон, и изнутри! Невероятно! Они что, тоже стали прозрачными для наблюдателей со стороны? Как это у пришельцев получается?

С запада надвигалась грозовая туча. Скоро мог пойти дождь, и кроны деревьев уже раскачивались под напором первых порывов сильного ветра. Однако они не слышали ни звуков шумящего леса, ни дуновения ветра. Запахи лесного воздуха окружали их, но были какими-то... прокисшими, что ли?
«Мы дышим воздухом, который для нас приготовили пришельцы» - догадалась Таня. «А чем же дышат они сами?»

Трудно описать, настолько впечатления были незнакомым. Ага, вот с чем можно сравнить! – Как в немом кинофильме далёких двадцатых годов! Но с той только разницей, что на старой киноплёнке всегда множество царапин и повреждений, и кадры там прыгающие, а здесь – красотища-то какая! Полная реальность! Никакое кино не может сравниться с такими картинками!
Они вновь замолчали и простояли довольно долго.

Никто их не беспокоил. Таня начала уставать и осмотрелась: нет ли чего-нибудь такого, на что можно присесть. Оказалось, что есть. Как по мановению волшебной палочки за их спинами мгновенно выдвинулись из прозрачной поверхности шара - из ничего! - три удобных кресла из мягкого материала, похожего на пластмассу, но такого же странного оранжево-фиолетового цвета.
- Ребята, чего вы стоите, присаживайтесь, за нами ухаживают! - звонко рассмеялась Таня! - Не хватает лишь мороженого с шоколадом на столике перед нами!
Она села и стала раскачиваться в кресле, проверяя его на прочность. Оно было гибким и устойчивым. Сверху перед ними в воздухе возник стеклянный столик со стоявшими на нём тремя вазочками, доверху наполненными отличным мороженым с шоколадной крошкой!.. Из мороженного ровненько торчали миниатюрные пластмассовые ложечки... Фантастика!
Озираясь и не веря глазам своим, – ведь только что ни этих кресел, ни столика с мороженым не было! – мальчики тоже присели и тут только поняли, как изрядно они устали.
Но никто из них не притронулся к мороженому...
- Спасибо! - вежливо произнесла Таня, с улыбкой кивнув неизвестно кому, но даже руки заложила за спину, показывая, что угощение для них в подобной ситуации не такая уж и необходимость...

Трактор исчез. Закончив свою работу, он укатил в деревню. Как жаль, что они не в прицепе, не на душистом сене! Но что теперь поделаешь…
- Да… А мы в том прицепе домой хотели ехать… - тихо сказал Игорь.
- Подумай лучше, в каком прицепе ты сейчас оказался! – сдержанно рассмеялся Андрей.
- Что они с нами будут делать? – озабоченно проговорила Таня.
- В гости на их планету поедем в этом прозрачном прицепе! – отозвался Игорь, похлопывая ладонью по подлокотнику своего кресла. – Не в деревню же Устреку нас повезут! А, скажем, в столицу ихнего государства на планете Икс у звезды Тау в созвездии Кита. Мы же, кажется, там ещё ни разу не были? Плохо, конечно, что экскурсию туда мы сделаем без Электрона Протоныча и без нашего класса... - И закричал:
- Эй вы, есть здесь кто-нибудь?
- Мальчики, а вы не боитесь, что это может плохо кончиться?
- Нет! - быстро ответил Игорь и храбро выпятил грудь навстречу предполагавшейся опасности.
- А мне страшно. – Честно признался Андрей. – И тебе, Игорёк, я думаю, не по себе, ты только прикидываешься храбрым.
- Но ведь мы, - запальчиво сказал Игорь, - не могли же сюда попасть все вместе, всем классом, да ещё и под чутким руководством Электрона Протоныча! Ты сам подумай: стали бы пришельцы проводить на своём корабле экскурсию для двадцати учеников во главе с их учителем? Зачем им это нужно? За всеми нами не уследишь! Я, например, обязательно стащил бы какую-нибудь инопланетную штуковину, чтобы потом показывать всем, как диковину.
- Эх, ты, «штуковина-диковина!» – укоризненно покачал головой Андрей. – Несёшь что ни попадя, и сам не соображаешь, что несёшь.
- Ладно. Конечно, не соображаю... А ты – соображаешь? Ну, скажи-ка, если ты такой умный, что с нами дальше будет? Что? Нечего сказать? Вот и мне нечего сказать! Вот я и говорю что попадя, чтобы Таньку развлечь, а то смотри, она разревётся скоро от страха. Ты посмотри, как ей домой захотелось! Посмотри!
- А что, если Танька права? Может быть, надо было, когда они отпустили нас, не возвращаться обратно, а сбегать в деревню и найти Электрона Протоныча. И рассказать обо всём, чтобы и он, и все в деревне знали, где мы находимся.
- Ну да, конечно! Стали бы они ждать тебя, пока ты в деревню сбегаешь, расскажешь про них и обратно прибежишь, запыхавшись. Мол, извините, успел я или не успел? Возьмите меня с собой, меня с вами отпустили погулять по околоземной орбите, но не дальше, и ненадолго! Так, что ли, по-твоему, должно было быть?
- А хотя бы и так! Только ты про кого говоришь – «Они?"
- Про пришельцев, про кого же ещё!
- А где они?
- Здесь они! – убеждённо сказал Игорь и для верности ткнул пальцем в воздух перед собой. - Мало того. Они каждое наше слово слышат. Вон, даже мороженым угостили! - И Игорь, вскочив, шутливо раскланялся: - Спасибо вам большое! Но мы не хотим. Откуда мы знаем, из чего оно сделано, ваше угощение? Скушаем по две ложечки и свалимся с верхотуры в трюм, наполненный или крысами, или инопланетными тиграми...
- Пришельцы! - фыркнул Андрей. – А ты не думаешь, что их здесь может и не быть?
- А кто всё это проделывает? – удивленно спросил Игорь.
- Роботы! Здесь, может быть, одни только роботы и командуют! А что эти механизмы с нами, с живыми, могут сделать, этого мы не можем знать.
- Не расстраивайся, скоро узнаем, - мрачно пообещал Игорь.
- Не сомневаюсь. – Ответил Андрей и примолк.
- Да ну вас! – вмешалась в спор Таня. - Перестаньте спорить и успокойтесь. Я думаю, что роботы для нас ещё безопаснее, чем сами инопланетяне.
- Это почему же? – спросил Андрей.
- А потому что в них программа такая заложена, чтобы они не могли причинить вред живым существам, а тем более разумным.

- Это кто тут разумное существо? Андрей, что ли? Да ни один робот… - со смехом стал говорить Игорь, но не успел досказать, так как получил от Андрея увесистую оплеуху. И они тут же сцепились, вскочив с кресел.
- Мальчики! – прикрикнула на них Таня, и, когда те, опомнившись, уселись на свои места, повертела у виска. – Оба вы неразумные, не переживайте за себя! И любые роботы в этом быстро разберутся, глядя на вас. Об этом вы подумали? Они же наблюдают за нами, чтобы понять, о чём с нами можно разговаривать, а о чём бесполезно. Ясно?
- Ни о чём таком они не подумают! – заявил Игорь.
- Это почему же?
- Потому что они не такие, как мы, и у них мозги совсем не так устроены. Они, если и подумают, то все равно не так, как думаем мы.

- Нет, Игорь. – Серьёзно сказал Андрей. – Он и не думал обижаться на Игоря и говорил спокойно. - Мозги – они всегда мозгами останутся, кому бы они ни принадлежали. Неважно, пришельцы это или люди, но они всегда к двум прибавят два – и получится четыре.
- Ха! Скажешь тоже! Одинаково! – кипятился Игорь. – Да у нас на Земле нет двух одинаковых людей из шести с половиной миллиардов! Все думают по-разному! А тут пришельцы! Они по-другому должны соображать! У них свои заботы, у нас свои. Два и два, конечно, всегда четыре, но не всегда эти два равны другим двум. Тогда и одно четыре не будет равно другому. Разве не так?
- Может, и так, - неожиданно легко согласился Андрей. Ему надоело спорить попусту.
Но Игорь уже завёлся.
- У нас своя планета, у них своя. Разве могут быть они с нами одинаковыми? У нас на Земле деревья растут, а у них, может быть, точно так же растут каменные горы! Вот мы им про свои деревья станем говорить, про листья, цветы, семена, корни, а они будут слушать и про свои горы вспоминать. Горы тоже растут, но не как зелёные деревья, и не цветут они фиолетовыми цветами, и не дают они оранжевых семян, и нет у них корешков, и поливать их не надо. И если у земных деревьев есть маленькие деревца, то, может быть, у их гор маленьких "горят" или "горочек" и не бывает вовсе!
Андрей рассмеялся.
- Да, "горят" у них, конечно, нет. В этом ты прав. Зато у них Игорят, может быть, много, и все они болтуны такие же, как ты.
Теперь уже Игорь привстал, чтобы дать тумака Андрею, но Таня вскочила и усадила его на место:
- Сядь! Подумай, а что если это правда, что за нами наблюдают?
Игорь послушно сел, но не успокоился:
- А что? Как ты им расскажешь про своё? Они, может, так друг с другом разговаривают, что мы их и не услышим вовсе! Ты слышал от тех прозрачных шаров хоть одно толковое слово? Не слышал! И не услышим мы их никогда! Они, может, радиосигналами разговаривают! Тогда как?
- Тогда так. – Спокойно ответил Андрей. – Ты посмотри, какой они нам телевизор устроили. – И Андрей повёл рукой. – Будь уверен, если они захотят, то всё про всё покажут на экране. Понял? А мы будем смотреть и разбираться. Если сумеем. Что нам об этом думать, если мы у них в руках? Что захотят, то и сделают с нами. Разве мы сами сумеем отсюда выбраться? Ты с такой высоты спрыгнешь? Так что, остаётся одно – ждать. Они насмотрятся на нас и решат, что делать дальше. А если поймут, что с нами – и с тобой в первую очередь – не договоришься, отпустят, как несмышлёнышей из детского сада.

С такими доводами Андрея ни Игорь, ни Таня спорить не стали.
- Ну, тогда ты с ними и договаривайся. - Обиженно сказал Игорь и сделал вид, что надулся.
Они сидели и ждали решения своей участи, рассуждая о том, как их сейчас дома ждут, и как им попадёт в школе и дома, если удастся выкарабкаться из этой фантастической истории.




Эта реклама видна только НЕЗАРЕГИСТРИРОВАННЫМ пользователям. Зарегистрироваться!

Рейтинг работы: 0
Количество отзывов: 0
Количество просмотров: 22
© 25.11.2016 Петр Корытко

Рубрика произведения: Проза -> Фантастика
Оценки: отлично 1, интересно 0, не заинтересовало 0
Сказали спасибо: 1 автор




<< < 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 > >>





Добавить отзыв:



Представьтесь: (*)  

Введите число: (*)  









© 2007-2016 Chitalnya.ru / Читальня.ру / Толковый словарь / Энциклопедия литератора
«Изба-Читальня» - литературный портал для современных русскоязычных литераторов.
В "Избе-читальне" вы сможете найти или опубликовать стихи, прозу и другие литературные разные жанры (публицистика, литературная критика и др.)

Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются действующим законодательством. Литпортал Читальня.ру предоставляет каждому автору бесплатный сервис по публикации произведений на основании пользовательского договора. Ответственность за содержание произведений закреплена за их авторами.