Литературно-художественный портал
chitalnya
       
Забыли пароль?

Пока не видит солнце. Глава 1

[Инесса Давыдова]   Версия для печати    

Сработал электронный таймер будильника, настроенный на местную радиостанцию, и из динамика полилась популярная мелодия, уже набившая оскомину. Не открывая глаз, Клара нащупала прикроватную тумбочку и под недовольное ворчание мужа наотмашь накрыла будильник ладонью. В комнате снова воцарилась тишина. Через минуту Клара блаженно потянулась, затем с неохотой поднялась с кровати и подошла к эркерному окну, на ходу набрасывая на плечи шелковый халат. Распахнула занавески – утреннее октябрьское солнце радостно ворвалось в спальню.

Через открытую форточку в комнату тут же просочился увлажненный морем воздух. Клара глубоко вдохнула утренний аромат и задержалась у окна, разглядывая безлюдную аллею и вереницу припаркованных вдоль многоквартирного дома машин. Аркадий что-то недовольно пробормотал, повернулся на другой бок и демонстративно накрылся одеялом с головой. Клара собрала свои длинные каштановые волосы в пучок, одарила мужа отчужденным взглядом и пошла в ванную.

Вчера за ужином между ними состоялся напряженный разговор. Аркадий получил назначение на новую должность в Элисте. Кларе ехать в этот город совсем не хотелось, о чем она заявила мужу в категоричной форме. Это был бы уже третий переезд за последние пять лет. Переезжать не хотелось по многим причинам: во-первых, именно здесь, на побережье Черного моря, у единственной дочери Полины нормализовалось здоровье; во-вторых, год назад Кларе посчастливилось встретиться с очень талантливым человеком, бывшим участником знаменитой джазовой группы, и уговорить его прослушать дочь. И в самых смелых своих мечтах она представить не могла, что он изъявит желание сам обучать Полину. Третьей причиной, препятствующей переезду, Клара считала только что открытый ею маленький магазинчик по продаже цветов с тривиальным названием «Букет от Клары». После открытия не прошло и месяца, а уже появились постоянные покупатели; бизнес медленно, но верно набирал обороты.

Все это она подробно изложила мужу, но он назвал эти аргументы малосущественными и разговор зашел в тупик. Ложась накануне спать, она наивно полагала, что это было просто дурное настроение, и утром муж согласится с ее доводами и откажется от должности. Но, увидев его за завтраком, поняла, что мысль об отъезде прочно засела у него в голове. Аркадий продолжал демонстрировать свое недовольство, практически не смотрел в ее сторону и только изредка отвечал на вопросы дочери.
Полина решила поддержать позицию матери и доставала отца расспросами.

– А в том городе есть музыкальная школа? – с вызовом спросила она и хитро прищурилась.
– Есть, – буркнул недовольно Аркадий, не поднимая глаз от тарелки с яичницей.
– И там есть такой же преподаватель, как Юлий Моисеевич?
– Не знаю.
– Мне очень нравится заниматься у Юлия Моисеевича! Он добрый и веселый! А еще он рассказывает маме анекдоты! – воскликнула Полина, наивно полагая, что привела весомые аргументы в пользу преподавателя.
– Вот как?! – злобно блеснул глазами Аркадий. – Теперь понятно, почему мама не хочет переезжать! Где же еще найдешь такого трубадура-весельчака?
Скорчив недовольную гримасу, Клара резко вскочила из-за стола, сложила грязные тарелки в раковину и начала мыть посуду. Уголки ее рта нервно подрагивали, она в любой момент была готова взорваться, но при дочери из последних сил сдерживалась.
После завтрака Аркадий поцеловал дочь и, не попрощавшись с женой, ушел, громко хлопнув дверью.
«Как всегда в своем репертуаре, – подумала Клара о муже, – хоть бы ради разнообразия повел себя иначе!»

Она собрала ноты в портфель дочери и повела ее к репетитору. Всю дорогу Полина с растерянным видом поглядывала на мать, пытаясь угадать ее настроение, но лицо Клары было непроницаемым. За двенадцать лет семейной жизни Аркадий не раз проявлял категоричность в решениях и Кларе пришлось научиться скрывать свои обиды, чтобы избегать скандалов.
Многоквартирный дом Юлия Моисеевича располагался недалеко от пляжа. В хорошую погоду Клара обычно оставляла дочь на занятии и шла гулять вдоль Приморской набережной, вдыхая морской воздух, пропитанный ароматом вечнозеленой хвои и экзотических растений. Плеск прибрежных волн наполнял ее энергией на весь оставшийся день. Иногда во время прогулок Клара обдумывала предстоящие дела или обзванивала подруг. Приятельниц было много, но настоящей и единственной подругой для нее стала Лиля. Она была первой, кто поддержал Клару в новом начинании, а затем всячески помогала при открытии цветочного магазина. Даже утренние прогулки по набережной были возможны только благодаря Лиле, которая каждое утро сама открывала их маленький уютный магазинчик и отвечала на звонки клиентов и поставщиков до прихода владелицы.

Клара подошла к двери, нажала на кнопку звонка и услышала шаркающие шаги; через минуту дверь открыл пожилой мужчина невысокого роста с кудрявой седой шевелюрой. Мужчина дружелюбно взглянул на посетительниц и жестом пригласил их войти.
– Здравствуйте, Юлий Моисеевич! – произнесла дежурную фразу Полина и побежала к роялю, на ходу снимая с себя пальто.
– Доброе утро, – поздоровалась Клара.
– Приветствую вас, барышни! – любезно произнес Юлий Моисеевич и, вглядываясь в лицо Клары, спросил: – Чем это, Кларочка, вам не угодило сегодняшнее утро?
Пока Клара собиралась с мыслями для ответа, Полина с важным видом уселась на табурет перед роялем и воскликнула:
– Она не хочет переезжать в другой город! Папа на нее из-за этого сердится!
– Вот тебе новость! – встревоженно воскликнул Юлий Моисеевич и всплеснул руками.
На лице репетитора отразилось беспокойство, он прошел к инструменту, выбрал из стопки нотный сборник для детей и протянул Полине.
– Начни пока с этого, а мы с твоей мамой попьем чайку.
– Ой, не надо, Юлий Моисеевич! – запротестовала Клара. – Мне неудобно отрывать вас от занятий.
– Возражения не принимаются! – провозгласил репетитор и жестом позвал Клару на кухню.

Он залил чайный пакетик кипятком, щедро сдобрил чай сахаром и протянул кружку Кларе. От сахара Клара отказалась еще несколько лет назад, черный чай не любила, но сказать об этом Юлию Моисеевичу постеснялась. Его переменившееся настроение она прекрасно понимала: если они уедут, репетитор может лишиться солидной прибавки к пенсии
– Итак, что задумал ваш муж? – серьезным тоном спросил Юлий Моисеевич.
– Его повышают в должности и переводят в Элисту. А мне все эти переезды порядком надоели, я, как жена военного, всегда на чемоданах.
Клара села на предложенный ей стул и с грустью посмотрела на морской пейзаж за окном. Ну как можно отказаться от такой красоты?
– Н-да, переехать из курортного Сочи в степи Калмыкии, скажу я вам, приятного мало. В советские времена этот город назывался Степной – подлинно красноречивое название, – философски произнес Юлий Моисеевич и, услышав, как Полина фальшивит, внезапно вскочил на ноги и вскричал: – Не ходи по соседям! Ре минор, опять на том же месте! Будь внимательна!

От резкой смены интонации Клара вздрогнула и с удивлением взглянула на репетитора: она и предположить не могла, что за обычной сдержанностью Юлия Моисеевича может скрываться такой кипучий темперамент. Полина дважды сыграла отрывок, на котором спотыкалась, и репетитор с умилением воскликнул:
– Мазаль тов ! Говорю тебе это не за красивые глазки твоей мамы! Нужно стараться – и все получится!
Когда внимание Юлия Моисеевича снова вернулось к Кларе, она продолжила:
– С открытием магазина я чувствую, что дарю кусочек красоты и радости окружающим. Мне так нравится моя работа!
– Кстати, как магазин? – переключился на любимую тему репетитор.
– Хорошо. Закончили оформление павильона. Получился салон в стиле прованс. Дали объявление в газеты. Потихоньку набираем клиентуру, – быстро произнесла Клара и рассмеялась, – нами даже заинтересовались конкуренты.
– Вот как?! Кто же это?
– В основном, сетевики, – ушла она от конкретного ответа.
– Надеюсь, они вам не угрожали? – заволновался Юлий Моисеевич.
– Пока нет, но глазами злобно сверкали, – сказала Клара и улыбнулась.
– И когда вы должны будете переехать?
– Муж сказал, что ответ нужно дать не позднее конца этой недели, но я даже думать об этом не хочу.
В гостиной наступила тишина, и через минуту послышался робкий голос Полины:
– Я закончила, что мне дальше играть?
– Пойду, проветрюсь, – сказала Клара и вышла из кухни.
Она взяла сумку, поблагодарила Юлия Моисеевича за чай и поспешно покинула квартиру.

Прогулявшись по набережной, она спустилась к пляжу и пошла вдоль берега, усыпанного галькой. Погода стояла безоблачная, и Клара, сняв очки-капли, подставила лицо осеннему солнцу. На берегу практически никого не было, что было необычным для этого времени суток.
Клара прошла до конца пирса, полюбовалась прекрасным видом и повернула обратно. Вдалеке она увидела мужчину лет пятидесяти, который снял туфли и подошел к воде. Одет он был изыскано – таких щеголей редко встретишь в Сочи, а если и встретишь, то непременно окажется, что он либо иностранец, либо имеет какое-то отношение к моде. Взгляд незнакомца тщательно ощупал горизонт и остановился на проплывающей мимо барже. Губы мужчины непрерывно шевелились, а пальцы левой руки нервно отбивали ритм. Через несколько минут мужчина закатал штанины брюк и вошел в воду по щиколотку.

Громкая мелодия мобильного телефона заставила Клару вздрогнуть от неожиданности и ответить на звонок.
– Привет! Ты не поверишь, за утро мы получили три заказа с сайта! – возбужденно воскликнула Лиля.
– Здорово! – обрадовалась Клара, но потом вспомнила про переезд и с тревогой в голосе добавила: – Мне нужно с тобой сегодня поговорить.
– Ты во сколько приедешь?
– Через полчаса заканчивается урок у Поли, я отвезу ее в школу и сразу приеду в магазин.
– Хорошо, а то мне нужно сегодня пойти к врачу, – загадочным тоном произнесла Лиля.
В ее словах чувствовался скрытый смысл и Клара спросила:
– Ты заболела?
– Нет, но у меня задержка, – таинственно произнесла Лиля.
– Поздравляю! – воскликнула Клара, представила лицо подруги и добавила: – Я по телефону чувствую, как ты улыбаешься!
– Рано поздравляешь, сначала нужно сделать УЗИ. Увидимся в магазине, тогда и поговорим.

Клара уже хотела уйти с пляжа, когда увидела в десяти шагах от себя аккуратно сложенную стопку вещей. Это была толстая кожаная тетрадь бордового цвета, мужские почти новые туфли, черный кожаный бумажник с логотипом знаменитого модного бренда и записка, прижатая камнем. Подойдя ближе, неожиданно для себя Клара взяла записку и прочитала: «Чувство вины сжимает грудь. Без нее моя жизнь пуста и не имеет смысла».
Оглядевшись по сторонам, Клара заметила того же мужчину, но уже по пояс в воде. Странным было не то, что он собрался купаться в октябре – таких смельчаков, особенно подвыпивших, хватало; ее поразило то, что он был в одежде. Она закричала ему что есть силы:
– Мужчина! Что вы делаете?! Что бы с вами не случилось, все можно поправить!
Он даже не обернулся, и когда его плечи погрузились в воду, она снова крикнула:
– Эй! Вы меня слышите?! Я хорошо плаваю!
– Кому ты кричишь?

Клара обернулась и увидела двух алкашей с заплывшими красными лицами, сидевших на скамейке; между ними стояла бутылка водки и два импровизированных стаканчика, вырезанных из пластиковых бутылок из-под воды. Вокруг, кроме них, никого не было, и Кларе ничего не оставалось, как обратиться к ним за помощью.
– Помогите мне, этот мужчина хочет утопиться! – крикнула она, подбегая к ним ближе.
Клару окутал неприятный запах, словно она находилась рядом с помойкой у общественного туалета.
– Я не понял, мужик топится, а ей помощь нужна? – обратился к собутыльнику один из алкашей.
– Пусть топится! – решительно заявил второй.
– И ничто ему не помешает, и никто его не остановит, – философски добавил первый.
– Помогите его вытащить! – повторила свою просьбу Клара.
Второй собутыльник громко икнул и, тряхнув слипшимися грязными волосами, пьяным голосом театрально произнес:
– Ну и пусть топится! Может, у него жизнь такая, может, у него выбора нет! Вот я сейчас тоже пойду и утоплюсь вслед за ним.
Клара в недоумении отшатнулась. Мужчина неуклюже поднялся и, шатаясь, побрел к воде. Его приятель приподнял недопитую бутылку водки и громко воскликнул:
– Давай еще по одной, а потом пойдешь топиться!
С неподдельной тоской мужчина взглянул на бутылку, погрозил указательным пальцем собутыльнику и сказал:
– Ты прав, нужно еще выпить для храбрости!
Качающейся походкой он прошел мимо Клары и, обдавая ее терпким запахом перегара, сказал:
– Что? Это храбрый поступок! Не каждый на такое решится, вот он решился, он храбрый! – мужчина указал рукой в сторону моря и уже тише добавил: – А мне надо сначала выпить.

Приятель с готовностью протянул ему емкость, наполовину наполненную горючей жидкостью, и огурец. Клара поняла, что помощи от них она не добьется, и с тревогой осмотрела водную гладь. Мужская голова скрылась под водой и на поверхности стали появляться пузырьки воздуха. Она решительно сбросила с себя болоньевую стеганую куртку, кроссовки и забежала в воду. В этот момент она не думала о последствиях своего поступка, она думала только о человеке, который решил вот таким образом свести счеты с жизнью.
Как только Клара приняла решение, на небе начало происходить что-то невероятное. Тучи багряного цвета, словно в ускоренной съемке, заволокли небо и полностью закрыли солнце. В воздухе запахло дождем. Вода была холодной и мутной. К горлу подступил страх, от чего женщину начало подташнивать. Клара быстро подплыла к месту, где видела мужчину в последний раз, сделала глубокий вдох и нырнула под воду. После нескольких безуспешных попыток она хотела уже вернуться назад, но тут в десяти метрах от нее на поверхность всплыл большой пузырь воздуха. Клара быстро поплыла в ту сторону и, сделав глубокий вдох, снова ушла под воду. Темный мужской силуэт виднелся на самом дне, это было странно, но Кларе показалось, будто мужчина просто шел по дну, пока у него на это хватало сил и воздуха. Ее рука почти достала до его головы, но он сделал резкий рывок вперед и пальцы лишь коснулись волос, извивавшихся в воде, как водоросли.

Клара вынырнула, еще раз набрала в легкие воздух и хотела снова уйти на глубину, но кто-то схватил ее за пояс джинсов и вытянул на поверхность. Вода застилала глаза, и Клара встряхнула головой. Перед собой она увидела одного из пляжных собутыльников. Он показал ей рукой в сторону берега и закричал:
– Греби к берегу! Ты его не вытянешь!
Второй мужчина стремительно приближался к ним.
– Он здесь, на самом дне! – крикнула Клара, пытаясь отдышаться.
– Мы сами! – закричал мужик уже протрезвевшим голосом.
Он набрал воздуха в легкие, нырнул и быстро поплыл на дно. Только в этот момент Клара ощутила, как сильно она замерзла: губы посинели, озноб бил с такой силой, что, казалось, зубы сейчас раскрошатся на мелкие кусочки. Она посмотрела на берег и увидела, что на пляже стали собираться люди. Руки и ноги немели от холода, женщина из последних сил доплыла до берега. Когда она вышла из воды, вдалеке послышалась сирена «Скорой помощи».

С минуту Клара откашливалась и восстанавливала дыхание, затем сжала волосы двумя руками и стряхнула с них воду. Ее куртку ветром отнесло к пирсу, она подбежала к ней и быстро накинула на плечи. Со стороны набережной послышался крик дочери: Клара подняла глаза и увидела, что к ней бегут Полина и Юлий Моисеевич.
– Мама! – закричала в очередной раз Полина. – Что случилось?
Добежав до матери, девочка бросилась к ней и испуганным голосом запричитала:
– Юлий Моисеевич случайно увидел через окно, как ты забегаешь в воду, и мы сразу побежали сюда! Что случилось?
– Успокойся, Поля, все в порядке, я просто хотела спасти мужчину, который тонул, – сказала Клара и сжала дочь в объятиях.
– Вы что, совсем с головой не дружите?! А что с инстинктом самосохранения? Вы что, с ним поссорились? Зачем вы бросились в воду?! – с ужасом на лице засыпал Клару вопросами подбежавший репетитор.
Клара хотела ответить, но в этот момент толпа загудела, указывая руками в сторону двух бомжей, которые плыли к берегу, придерживая голову утопленника. Им навстречу бросились два парня. Вместе они вынесли мужчину на берег и начали делать искусственное дыхание. В этот момент багровые облака резко сменили окрас на угрюмо-серый, и ветер быстро погнал их на север – к горам.
Скорая помощь подъехала к месту происшествия, и два врача устремились по лестнице вниз. Выбежав на пляж, они подскочили к пострадавшему и сразу приступили к реанимации, но, увы, мужчину не удалось привести в сознание. Врач зафиксировал время смерти, и утопленника накрыли простыней.

Через полчаса Клара, укутавшись в одеяло, сидела в машине «Скорой помощи» и давала показания следователю Уварову. Это был высокий, спортивного телосложения брюнет лет тридцати с карими глазами и притягательной улыбкой. Едва увидев симпатичную свидетельницу, он заметно оживился и не отходил от нее ни на шаг. Следователь подробно расспросил о том, что она заметила, о разговоре с двумя выпившими мужчинами, которые впоследствии вынесли тело утопленника на берег, и о том, как она вообще здесь оказалась.

Через несколько минут «Мерседес» Аркадия припарковался рядом с каретой «Скорой помощи». Испуганная Полина бросилась к отцу. Заметив мрачное лицо мужа, Клара обратилась к следователю:
– Я вам уже все рассказала, телефон мой вы записали. Мне пора, за мной приехал муж. Я должна срочно принять горячую ванну и переодеться, иначе заболею.
У следователя сразу изменилось настроение: он одарил Аркадия ревнивым взглядом и, словно пружина, выпрямился во весь рост.
– Лады. Вот моя визитка, завтра вам нужно приехать в отделение полиции и подписать свои показания.
Уваров попрощался, взъерошил и без того лохматые волосы и тоскливо посмотрел Кларе вслед. Тем временем Аркадий, подхватив на руки дочь, быстро проследовал к жене. Увидев мокрую одежду и волосы, он возмущенно спросил:
– Ты что, сдурела? Зачем ты полезла в воду?! Ты ведь сама могла утонуть! А о дочери ты подумала?! Да что с тобой такое творится?!

Клара устало посмотрела на мужа, ничего не ответила и, виновато опустив голову, пошла за ним к машине. Он был прав: о дочери в тот момент она совсем не думала. Открывая дверь автомобиля, она почувствовала на себе пристальный взгляд, подняла голову и встретилась взглядом со следователем.
Аркадий заметил их взаимный интерес и раздраженно прокричал:
– Ты садишься или как?!
Клара вздрогнула и поспешно села в машину.
– Теперь все сиденье будет мокрое, а мне сегодня с шефом нужно ехать на совещание! – со злостью сказал Аркадий и добавил: – Он меня с утра еще предупредил, а ты как нарочно!

***
На следующий день Аркадий подвез Клару к городскому управлению полиции и припарковал машину. Ему не хотелось оставлять жену наедине со следователем, поэтому он деловито последовал за супругой в здание. А между тем всю дорогу возмущался, что опаздывает на важное совещание. Внезапная ревность мужа удивила Клару и даже немного позабавила. Она еле заметно усмехнулась, но вслух не стала комментировать его порыв.
Супруги прошли по длинному оживленному коридору и постучали в кабинет следователя. Дверь тут же открылась, как будто их поджидали. Уваров с сигаретой в зубах пригласил их войти.

Как только Клара зашла в кабинет, она сразу подметила тщательно отутюженную белую рубашку, гладко выбритое лицо и зачесанные назад волосы следователя. Его масленый взгляд жадно ощупал Клару с головы до ног и остановился на декольте. Клара смущенно поправила блузку и с опаской взглянула на мужа.
Нервным движением следователь приоткрыл окно и затушил сигарету в керамической пепельнице в виде футбольного мяча, выдававшей в нем футбольного фаната.

Кабинет был настолько тесным, что в нем еле умещались два рабочих стола, несколько стульев и сейф. Следователь, явно разочарованный присутствием Аркадия, указал на стулья и сказал:
– Добрый день. Присаживайтесь.
Когда супруги разместились, Уваров придвинул листок и сказал:
– Клара Владимировна, это ваши показания, прочитайте их внимательно и, если вспомнили что-нибудь еще о происшествии, допишите своей рукой.
Бегло пробежавшись по тексту, Клара подняла глаза и сухо произнесла:
– Мне нечего добавить.
– Тогда допишите в конце: «С моих слов записано верно, мною прочитано». Подпишитесь и поставьте сегодняшнее число – двенадцатое октября 2012 года.
– Вы думаете, я не знаю, какой сейчас год? – съехидничала Клара.
– И такое бывает, поверьте мне, – улыбнулся Уваров.
Клара дописала дату, поставила размашистую подпись и вернула листок следователю.
– Вы установили личность утопленника? – спросила она с интересом.
– Да. Это американский гражданин русского происхождения. Тихонов Петр Иванович. Пять лет назад выехал на постоянное место жительство в США. Сейчас мы связываемся с американским посольством и прогоняем его отпечатки по базе. Он месяц снимал квартиру неподалеку от места происшествия.
– А вы выяснили причину его самоубийства? – из любопытства спросила Клара.
Ее вопрос вызвал бурю эмоций у мужа, что сразу отразилось на его округлом лице. Следователь пристально следил за мимикой супругов, с задумчивым видом перекатывая по столу авторучку.
– Пока нет, – ответил он, прочитал показания Клары еще раз и спросил: – Значит, вы утверждаете, что в его личных вещах была бордовая тетрадь?
– Да. Толстая бордовая тетрадь. Она лежала под его туфлями и бумажником, – уверенно отозвалась Клара и закивала головой.

Уваров одарил ее пронзительным взглядом и слегка прищурился.
– Странно, только вы утверждаете, что у него была тетрадь. Никто, кроме вас, ее не видел.
– Может, кто-нибудь стащил ее, пока толпа занималась утопленником? – раздраженно предположил Аркадий и обеспокоено посмотрел на часы.
– Тогда почему не украли бумажник? – тут же парировал Уваров и снова остановил взгляд на Кларе. – Попытайтесь вспомнить: вы видели тетрадь после того, как вышли из воды?
Клара прокрутила в памяти события прошлого дня, подняла глаза на следователя и уверенно произнесла:
– Тетрадь была на месте, под туфлями.
– Ни дать ни взять загадка, – подметил Уваров и шутливо спросил: – Как там говорится? Кто загадку разгадает, тот слезы проливает?
Клара пожала плечами и с мольбой посмотрела на мужа. Аркадий тут же встрепенулся и сказал:
– Если у вас все, то мы пойдем. Нам всем нужно на работу.
– Вопросов больше нет, вы можете идти, – официальным тоном резюмировал следователь и приобщил показания свидетельницы к делу.

Когда Клара и Аркадий выходили из отделения полиции, к центральному подъезду подъехали журналисты и стали расставлять камеры и осветительное оборудование.
– Что здесь происходит? – спросила Клара.
– Не знаю и знать не хочу, – недовольно буркнул Аркадий и помог жене сесть в машину. – Вечером я предлагаю пойти куда-нибудь поужинать и обсудить наш переезд.
Он обошел машину и сел за руль.
– Сегодня озвучили оклад, который мне предлагают в новой должности: это в два раза больше нынешнего плюс проценты от оборота отделения. Это даже больше, чем я предполагал. Думаю, для нас данное предложение очень выгодно, его нельзя упускать.
Клара не слушала мужа: она не сводила глаз с журналистов. Ее распирало любопытство: по какой причине они столпились перед дверями управления полиции? Уж не из-за утопленника ли? Тогда в деле явно произошел некоторый прорыв, о котором Уваров не посчитал нужным им сказать.
Аркадий несколько секунд ждал от нее ответа, затем бросил на супругу недовольный взгляд и резко нажал на педаль акселератора.

***
Вечером того же дня семья Клары вышла из дома и направилась в сторону любимого ресторана. Путь пролегал через набережную и, когда они поравнялись с местом вчерашней трагедии, Клара увидела нескольких репортеров, разместившихся на пляже и снимавших репортаж на фоне моря.
На работе у Аркадия весь день только и говорили о происшествии на набережной, а когда узнали, что его жена была свидетельницей, то завалили вопросами. Целый день вокруг его стола собирались группки коллег и выдвигали различные версии самоубийства Тихонова. Даже шеф вызвал его в кабинет и поинтересовался подробностями трагедии с американским бизнесменом и меценатом. Повышенное внимание импонировало Аркадию, поэтому, уловив пытливый взгляд жены, раздражения он не испытал.
– Вчера днем на этом месте было замечено странное явление – красные облака. Многие сумели снять их на телефон и выложить в интернет.
– А как утопленник заходил в воду, нет видео? – с надеждой в голосе спросила Клара.
– Нет. Народ заметил утопленника на берегу, когда тучи развеялись.
Администратор ресторана разместила завсегдатаев в центре большого зала и принесла меню. Как выяснилось, любимый официант Аркадия уволился, и настроение мужа мгновенно испортилось: он начал придираться к меню и грязным салфеткам. Персонал лихорадочно засуетился вокруг их столика, пытаясь угодить взыскательному посетителю. В такие моменты Клара всегда чувствовала неловкость, а сегодня восприняла реакцию мужа еще болезненнее, и от стыда готова была сквозь землю провалиться.

Полина попросилась в туалет, и Клара чуть не расцеловала дочь. Куда угодно – лишь бы не видеть, как муж разыгрывает из себя напыщенного индюка. Она схватила дочь за руку и повела по узкому коридору.
– Мамочка, я так не хочу уезжать! Здесь мои друзья и школа!
– Вот и скажи об этом папе.
– Я скажу, только ты его тоже попроси, – взмолилась Полина.
– Попрошу, – ответила Клара и тяжело вздохнула.
Возвращалась с дочерью к столику, она заметила рядом с мужем возбужденную брюнетку лет тридцати с бледным как известь лицом. Та протягивала ему визитку и что-то настоятельно предлагала. Аркадий отмахнулся от ее руки и категорично заявил:
– Мы не заинтересованы в вашем предложении.

Женщина недовольно хмыкнула, посмотрела на него с вызовом и бросила:
– Это вы зря! Хороший шанс попасть в прессу.
Аркадий одарил ее испепеляющим взглядом, который был красноречивее слов. Женщина поняла, что его ответ окончательный и пересмотру не подлежит. Когда она покинула зал, Клара спросила:
– Кто это?
– Репортер.
– А что она хотела?
– Узнать детали вчерашнего происшествия, – и посмотрев на мужчину, который приближался к их столику, Аркадий скороговоркой добавил: – Похоже, сегодня нам не дадут спокойно поесть. Забери наши пальто из гардероба, я расплачусь за ужин и скажу, чтобы упаковали еду на вынос.
Молодой мужчина с шарообразной фигурой в сером костюме приблизился к их столику с победоносной улыбкой на лице. Пока мужчина шел, он то и дело смахивал платком пот с лица. Приблизившись к столику, шарообразный манерно поклонился и заговорщицким тоном произнес:
– Сколько бы вам не предлагали наши конкуренты, мы дадим больше. Интервью на первой полосе с большой фотографией Клары.
– О Боже, они уже узнали мое имя, – испугано прошептала Клара.

Аркадий быстро избавился от навязчивого репортера и попросил официанта принести счет. Администратор ресторана не переставала извиняться за причиненные неудобства. Лицо Аркадия было пунцовым от гнева. Когда еда была упакована, их вывели на улицу через кухню.
Вечер был безнадежно испорчен. Аркадий планировал в спокойной атмосфере утрясти с женой вопрос о переезде, но ему постоянно кто-то мешал. На такси они доехали до дома и расположились в гостиной. Пока Клара сервировала стол, Полина включила телевизор. По местному каналу передавали новости, и девочка прибавила звук.
Диктор говорил:
– Напоминаем нашим телезрителям, что вчера в десять часов утра на набережной покончил с собой известный американский бизнесмен и меценат, пятидесятидвухлетний Петр Тихонов. Пять лет назад он эмигрировал в США и сколотил за короткий срок миллионное состояние. Причины самоубийства пока не выяснены, полиция проводит расследование. Мы, в свою очередь, просим очевидцев позвонить нам в редакцию по телефонам, которые вы видите на экране.

Полина схватила фломастер и записала на уголке журнала номер. Аркадий усмехнулся и спросил:
– Ты что, собралась звонить на телевидение?
– Да! Я же свидетель, – серьезным тоном произнесла Полина.
– Поля, тебе нельзя звонить на телевидение, – назидательно произнес отец. – Вот когда вырастешь – тогда и будешь самостоятельно принимать такие решения.
Полина надула обиженно губы и скуксилась. Чтобы разрядить обстановку, Клара поспешно произнесла:
– Садитесь за стол.
Во время ужина тишину прерывал только лязг столовых приборов о фарфоровую посуду. Никто не решался начать неприятный для всех разговор. После ужина Аркадий откупорил бутылку вина, разлил напиток по бокалам и сказал:
– Нужно снять напряжение.

Клара пригубила вино и отставила бокал: она поняла замысел мужа и намеревалась предпринять еще одну попытку его отговорить. Сделав несколько глотков, Аркадий выдохнул, откинулся на спинку стула и сказал:
– Откладывать разговор нет смысла. Я вчера специально для вас собрал информацию о городе, в который нам предстоит переехать, и распечатал фотографии служебной квартиры, в которой мы будем жить.
Из портфеля он вынул папку с фотографиями и стал поочередно протягивать их жене.
– Элиста – столица Калмыкии. Это центр буддийской культуры России. Наша квартира расположена в элитной новостройке, рядом со школой и торговым центром. Мне выделяют машину и личного водителя, поэтому ты можешь не беспокоиться и спокойно заниматься своими делами, Полину отведут и заберут со школы. В нашем подъезде есть консьержка, ее зовут тетя Валя, с которой можно договориться, чтобы она присматривала за Полей. Мой предшественник так и поступал. Она может покормить Полю, сделать с ней уроки и даже остаться на ночь, если мы решим сходить куда-нибудь развлечься.

Когда фотографии были внимательно изучены, Клара протянула их дочери. Полина с недовольным видом отшвырнула снимки и закричала:
– Я не хочу жить в степях! Не хочу! Вы не можете меня заставить!
От обиды ее губы задрожали, на глаза навернулись слезы. Полина соскочила со стула, побежала в свою комнату и громко хлопнула дверью. Резкий хлопок заставил Аркадия вздрогнуть.
– Вот в кого она такая?
– Ты серьезно? Не замечаешь никакого сходства? – съехидничала Клара.
Аркадий снял галстук и повесил его на соседний стул, затем расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке, взял свой бокал и подошел к окну. Его взгляд блуждал по набережной, по которой не спеша гуляли горожане.
– Я все понимаю, тигренок, жаль терять такой вид из окна, друзей, которых мы здесь приобрели, но выбора нет, нужно ехать, и как можно быстрее. Через две недели я уже должен буду вылететь в командировку, а до этого момента нужно еще принять дела, сделать аудит, познакомиться с коллективом.
– Не поняла, – грубо прервала его Клара. – Что ты хочешь этим сказать? Мы что, по-твоему, должны собраться за две недели?
– За одну. Скорее даже, за пять дней.
– Что?! Ты что с ума сошел?! – негодующе воскликнула она и соскочила со стула.
– У нас нет выбора, – вкрадчиво повторил Аркадий. Ему сейчас совсем не хотелось ругаться с женой, поэтому он вынужден был проявлять несвойственное ему титаническое терпение. – На мою должность назначен новый человек, и мы должны освободить служебную квартиру уже к выходным.
– Но это невозможно! Как, по-твоему, я за пять дней соберу все вещи, упакую мебель и закрою бизнес? У меня за три месяца вперед по договору оплачена аренда. Заказы набраны на две недели вперед. У Полины только начался учебный год.
Муж стоял к ней спиной, и Клара не видела, как на его лице промелькнула мучительная гримаса. Он счел нужным прокомментировать только последний аргумент:
– Вот именно, он только начался, она не будет учиться от силы пару дней, пока мы будем распаковывать вещи.
– Какой молодец! Я вижу, ты уже все продумал! Важна только твоя работа! Моя в счет не идет! – обижено выпалила Клара и выскочила из гостиной.
– Да, черт возьми! Потому что только она нас кормит! – крикнул он ей вслед.
Она резко обернулась и закричала:
– Тогда зачем ты содействовал моему обучению и помог открыть бизнес?!

В холодном и несколько надменном взгляде мужа она прочитала слова, которые он любил повторять в дружеской компании: «Женщина – как кошка, ее всегда нужно занимать очередной игрой, но надо учитывать, что ее внимание быстро притупляется и игру периодически нужно менять». Вот чем был ее бизнес в его глазах – игрой!
Умыв лицо в ванной, Клара немного успокоилась и пошла к дочери. Полина лежала на кровати, закинув руки за голову, и смотрела в потолок. При появлении матери она демонстративно отвернулась и сжала кулачки, всем своим видом демонстрируя обиду.
– Поля, ну чего ты так расстроилась? Ты в эту школу только пошла, еще не успела привыкнуть. Друзей еще не нашла. Это мне надо расстраиваться. Я только открыла магазин и придется его закрывать.
– Предложи его Юлию Моисеевичу. Он его купит, – с важным видом произнесла Полина.
Клара оторопела от неожиданности.
– Ты меня удивляешь Поля, – сказала она и погладила дочь по голове, – откуда у тебя эти мысли берутся?
– Из мозга, – весомо произнесла Полина и, повернувшись к матери, добавила: – Он сам сказал, что если мы надумаем переехать, то он с радостью купит у тебя магазин.
– Я, конечно, подумаю над его предложением, если у меня не останется другого выхода, но уезжать отсюда я, как и ты, не хочу.
Полина с присущим ей драматизмом вздохнула и потрясла кулачками в воздухе.
– Ну почему взрослые такие сложные? Почему вы не живете, так как хотите? Вот, например, ты – всю жизнь любила цветы, но только в прошлом году выучилась на ландшафтного дизайнера и, если бы не тетя Лиля, магазин бы никогда не открыла. Это ведь она нашла первый заказ на свадебные букеты и уговорила тебя позвонить и предложить свои услуги. Или вот, например, мой папа – не любит свою работу, но каждый день ходит в офис. И теперь из-за этой нелюбимой работы мы должны переезжать.

Клара взглянула на часы и сказала:
– Дорогая, тебе уже пора ложиться спать. Завтра в восемь утра занятие у Юлия Моисеевича.
– Вот так всегда: когда взрослые не хотят признавать свою неправоту, они меняют тему, – назидательно произнесла Полина и с важным видом пошла в ванную.
Клара бросила вещи дочери в стирку и наглухо закрыла шторы. Сняла покрывало с кровати и сложила его на кресле. Затем подняла подушку и оторопела от удивления. Перед ней лежала та самая бордовая тетрадь, которую оставил на пляже утопленник. В этот момент Полина вышла из ванной комнаты, увидела тетрадь в руках матери и от испуга округлила глаза.
Взяв себя в руки, Клара немного успокоилась и спросила:
– Откуда это у тебя?
Полина виновато опустила голову.
– Сколько раз тебе говорить, не бери чужих вещей без спроса! Как она к тебе попала?
– Я взяла ее, когда ты сидела в «Скорой помощи». И это не тетрадь утопленника, эту тетрадь писала женщина! – выпалила Полина и заплакала.

Клара открыла тетрадь и бегло пробежалась по первой странице. С первых строк было понятно, что это женский дневник. События с которых начиналось повествование, были детскими воспоминаниями.
– Ты понимаешь, что ты наделала? Ты украла с места происшествия улику. Я сегодня в полиции подписала свои показания, и там ничего нет о том, что моя дочь забрала тетрадь. Выходит, что из-за тебя я солгала следователю и тем самым нарушила закон.
– Мамочка, я так больше не буду! Я не знала, что она так важна для тебя, – взмолилась Полина.
– Не для меня Поля, а для следствия. Им нужно установить причину самоубийства. Эта тетрадь может дать ответы.
– Ничего она им не даст, – тут же отозвалась Полина и махнула рукой, – там женщина описывает свою тяжелую жизнь.
– Ты что, читала ее?
– Не всю, только несколько страниц, – смущенно ответила дочь.
– Поля, я не узнаю тебя! Как ты могла так поступить? Раньше ты себе такого не позволяла!

Полина снова захныкала. В последнее время дочь часто совершала поступки, которые ей раньше были несвойственны, и Клара не могла найти этому объяснений. Как не хотелось ей сейчас обращаться к мужу, но выхода не было. Ей нужна была его поддержка и участие. Немного успокоившись, Клара подошла к двери и сказала:
– Ложись спать, завтра после школы мы с папой поговорим с тобой.
Затем Клара вышла из детской и протянула мужу бордовую тетрадь.
– Посмотри, что я нашла под подушкой у Полины.
Проблемы с дочерью не раз растапливали лед между супругами, вот и сейчас Аркадий решил воспользоваться этой ситуацией и наладить диалог с женой. Он взял тетрадь и пролистал несколько страниц.
– Что это?
– Это та самая тетрадь, о которой меня спрашивали в полиции.
– И как Поля это объяснила?
– Она взяла ее почитать, пока я сидела в «Скорой».
– Это чьи-то воспоминания, – констатировал Аркадий, выборочно пробежавшись по тексту.
– Ее звали Тамара. Не знаю, как эта тетрадь оказалась у утопленника, но, видимо, она для него что-то значила, раз он ее оставил рядом с предсмертной запиской. Что нам делать, Аркаша? Надо ее отдать следователю.
Перспектива новой встречи со следователем Аркадия не радовала.
– Ой, ну не сгущай ты краски, – равнодушно махнул рукой Аркадий, – кому нужна эта тетрадь? Выбрось ее. Мы все равно переезжаем, и все это уже через неделю будет не важно.
Пролистав еще несколько страниц, он выборочно прочитал по абзацу с каждой и добавил:
– Но на всякий случай я бы прочитал его. Вдруг она там сообщает какую-то важную информацию?
– А если я действительно найду там что-то важное?
– Тогда и будем думать, что делать дальше, – сказал Аркадий и пошел в спальню. – Ты идешь спать?
– Нет, я пока не хочу. Ты иди, я присоединюсь позже, – ответила Клара, расположилась на диване и открыла бордовую тетрадь.

http://www.idavydova.ru/
книгу вы можете скачать по ссылке
https://www.litres.ru/inessa-davydova/poka-ne-vidit-solnce/



Эта реклама видна только НЕЗАРЕГИСТРИРОВАННЫМ пользователям. Зарегистрироваться!

Рейтинг работы: 0
Количество отзывов: 0
Количество просмотров: 16
© 25.11.2016 Инесса Давыдова

Рубрика произведения: Проза -> Мистика
Оценки: отлично 0, интересно 1, не заинтересовало 0




<< < 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 > >>












© 2007-2016 Chitalnya.ru / Читальня.ру / Толковый словарь / Энциклопедия литератора
«Изба-Читальня» - литературный портал для современных русскоязычных литераторов.
В "Избе-читальне" вы сможете найти или опубликовать стихи, прозу и другие литературные разные жанры (публицистика, литературная критика и др.)

Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются действующим законодательством. Литпортал Читальня.ру предоставляет каждому автору бесплатный сервис по публикации произведений на основании пользовательского договора. Ответственность за содержание произведений закреплена за их авторами.


Сообщества