Литературно-художественный портал
chitalnya
       
Забыли пароль?

На острие кинжала

[alena strigenova]   Версия для печати    
С раннего детства графу Нерону де Ганц внушали творить добро и верить людям, но как поверить если весь мир отрекся и проклял графа в отместку лишь за уродливое лицо с коим парню суждено было родиться. Нищета, голод, пытки, виселица, несчастная любовь, смерть любимых, рабство, тюрьма и многое другое - все это не сломало волю Нерона и тот в отместку за проклятие продолжает жить надеясь на лучшее, но это лучшее никак не наступает даже спустя два десятка лет. Но любому терпению рано или поздно приходит конец...
На острие кинжала


Урод.

Никто и не подозревал, что значимое событие, произошедшее в одиноком доме семьи де Ганц, обернется проклятием для многих. Мать Елена и отец Артур породили новую жизнь – крохотного мальчика. С самых первых мгновений было ясно – мальчик обречен жить в страдании и боли. Маленький Нерон де Ганц уже с младенчества отличался уродством. Мальчик почти никогда не выходил из дома, прячась от мира и колких взглядом ровесников, кидавших в него камнями. Несмотря на непривлекательное лицо и не по- детски твердую волю и крутой нрав, мальчик любил и заботился о своей семье как мог. Под уродливой маской ребенка пряталась чистая душа.

Несколько лет спустя, едва мальчику исполнилось двенадцать, он стал свидетелем страшных сор между родителями. Мальчик прекрасно знал, что мама и папа не любят друг друга и живут лишь в силу привычки. Это проявлялось в острых и колких фразах, зачастую произнесённых матерью Нерона. Отец не любил конфликтов и зачастую игнорировал скандалы жены. Взаимные оскорбления летали в воздухе, словно наточенные кинжалы, поражая чаще всего тех, кто был поблизости, то есть невинного ребенка. Вот уже несколько лет взрослые не разговаривали между собой, зато вдоволь компенсировали это ежедневными скандалами. Практически каждый день отец оставлял семью и скрывался, оставив жену в истерике крушить все вокруг. Оставшийся гнев она обрушала на сына. Уже в своем нежном возрасте мальчик имел завидное мужество, необыкновенно ясный ум и крутой нрав, с пеленок свойственный его роду. Несмотря на юность, мальчик знал, его отец - игрок, превращающий их семейные ценности в прах и это нужно остановить любой ценой.

Единственным желанием мальчика было простое семейное благополучие. Он желал видеть маму счастливой, а не в слезах; папу с позолоченной трубкой в зубах, смешно посвистывающего в кончик трубки, сидя у камина. Единственным и самым любимым развлечением мальчика было расспрашивать папу о его боевых подвигах стоя рядом с его креслом, но, не забираясь на его угловатые, грубые колени. Эти истории учили его всегда быть честным, добрым и смелым. Как считал отец, именно эти качества живут в сердцах настоящих людей и что бы ни произошло, голод, война или пытки – нужно держать голову прямо, словно прося у небес помощи. Нужно иметь мужественное сердце, ясный ум и любить родных. Ведь на то они и мужчины. Нерон любил отца и не мыслил без него своей жизни. Несмотря на ту любовь, гревшую его сердце, мальчик был вечно хмур. Его черные волосы слегка вились, а взгляд черных глаз напоминал взор разъярённого, крохотного беса. Мальчик, казалось, не умел смеяться и улыбаться и ненавидел весь мир. Это не правда. Мальчик любил свет солнца и всячески радовался жизни. По-своему. Как умел. Он забирался туда, куда не ступала нога человека, и думал, обо всем: о себе, о маме, о судьбе и о том, каким мужчиной он будет через несколько лет. Это была главная особенность их рода – неумение проявлять нежность, и эта особенность закладывалась в них уже с момента рождения и сопровождала род Ганцев до самой смерти. Вся семья искренне любила друг друга, но вела себя как кучка незнакомцев, случайно оказавшихся под одной крышей.
Едва мальчику исполнилось восемь лет, он своей детской интуицией почуял холодок, проскользнувший между родителями. В их дом стали наведываться странные личности. Они приходили с пустыми руками, уходили уже с золотыми монетами и иной драгоценной поживой, тем самым оскверняя чистый дом сиянием своих беззубых, грязных улыбок. Именно в эти момента мама удалялась в комнату. Разбросав все плохо стоявшие поблизости предметы, она убегала наверх и запиралась в спальне. Папа садился в кресло у камина и что-то злобно и глухо сопел себе под нос. Прислуга поспешно пряталась в кладовых и подвалах. Все знали нрав Артура де Ганца. Его черные глаза, всегда горели каким-то странным, бездонным пламенем. Он поражал всех одним взглядом, словно вонзал в сердце жертвы раскаленный кинжал. Черные волосы, всегда неаккуратно растрепанные производили страшное впечатление на окружающих. Однако он был относительно спокоен, рассудителен и молчалив. Мама Елена Сэлло была графиней из соседнего графства и считалась самой некрасивой женщиной в королевстве, но ее нрав придавал ей особый, пикантный шарм. Девушка была очень капризна, всегда высказывала свое мнение прямо, тем самым уничтожая собеседника. Никакой утонченности, скромности и приличий. Юная дьяволица.

Именно этот огненный союз и породил новое, загадочное существо - Нерона Селло - де Ганц. Легкое буйство матери и загадочность отца нашли отражение в этой юной душе. Свой внешний вид мальчик унаследовал от отца, особенно черный, мудрый, леденящий душу взгляд. Он не мог понять, что происходит. Мама никогда не плакала. Свою обиду и гнев она быстро растрачивала, кидаясь с кулаками на виновника их бед – Артура. Через какое-то время Артур ушел, оставив жену и сына.
В один из пасмурных дней мальчик спокойно сидел за столом, играя черным угольком, бессмысленно елозя им по белоснежной скатерти, дверь неожиданно распахнулась, и в дверном проеме возник силуэт мужчины. Мальчик сразу узнал папу и встал на ноги, намереваясь подойти к нему и поздороваться. Мама уставилась в тарелку, что-то бормоча себе под нос. Она узнала мужа, но даже не поздоровалась.
Мужчина подошел к столу. Оперся о стол обеими руками и проговорил:
- Уезжайте. - Поворотом головы он указал в сторону окна. Мальчик повернул голову и заметил в окне уже готовый экипаж.
- Что ты опять натворил? - вяло проговорила Елена.
- Все вышло не так…. Я не виноват, но я и вы в опасности. Вам нужно уехать.
- Зачем?
- Вам нужно…
Елена перебила его.
- Мы останемся здесь!
- Но мама! Папа всегда знает, что говорит. Надо послушать его, - сказал мальчик.
- Он сам ничего не может решить. От него одни беды.
Артур схватил жену под руку. Девушка закричала и вырвалась.
- Мы останемся здесь. Если ты что-то натворил, и мы пострадаем по твоей милости, пусть тебя насмерть задушит совесть!
Мальчик уже стоял в дверях и тогда уже двое мужчин стали настаивать на своем. Мальчик верил папе и знал, что все, что он говорил - крайне важно.

В течение нескольких часов двое мужчин так и не смогли отстоять свои права. Но за все это время Артур так и не сказал, что же произошло. Он сказал все мудрому сыну, едва Елена выставила их обоих за дверь. Повествование было кратким, но не менее грязным вод Евфрата. Весь род Ганцев отныне проклят и несправедливо осквернен. Граф Силени уже собирает армию, мечтая свергнуть весь их род и присвоить себе многочисленные сокровища Ганцев. Остается только бежать. Бежать как можно дальше. Прятаться от бандитов и надеяться на нормальную жизнь. Артур умалял мальчика не говорить правды, и хранить тайну в течение всей жизни. Едва Артур закончил свой рассказ, крохотная одинокая слезинка скатилась по его еще юному лицу. В первый раз за всю жизнь мальчика, он обнял сына и сказал странные слова:
- Что бы с тобой не произошло, ты не виноват.

Что он имел в виду, мальчик не знал. Малыш вернулся в дом. Отца он больше не видел.
Нерон тщательно обдумал слова, жесты отца, его оттенок голоса и слова матери относительно его изуродованной души. Мальчик пришел к страшному выводу. Отец не бросал их. Он желает уберечь свою семью, и исчезает, не желая опутывать своей отравленной паутиной еще и сына. Что-то произошло не по вине папы, но он, как мужчина, борется не за свое счастье, а за их с мамой жизнь.
Виной всему стал некий граф де Силени. Имея мстительную душу и ненасытную плоть, граф де Силени сразу невзлюбил порядочность Артура де Ганца и решил отомстить Ганцам лишь за то, что Артур попросту отравлял ему жизнь пустыми наставлениями как жить и что делать. Силени хитростью вовлек Артура к игре. Проиграв состояние, Артур отчаялся, Силени обрадовался, но Артур не оправдал надежд Силени. Артур быстро оправился от крупного проигрыша и вернул долг. Силени стал быстро придумывать иной план. Идея родилась сама по себе. Соседка Ганцев Тереза Роззи шла мимо, возвращаясь из гостей. Артур де Ганц и муж Терезы Кредо провожали женщину. Силени вовлек Артура в конфликт, оскорбляя его за то, что тот так и не возвратил долг. Артур отрицал все, уверяя, что пару часов назад долг он оплатил. В спор встряла Тереза, и Силени ударил ее. Артур рассвирепел. Он вызвал Силени на дуэль. Силени принимает вызов, но пасует в самый последний момент. Обвинив Силени в трусости, Ганц уходит. Граф Силени берет большой камень и идет вслед за ничего не подозревающим Ганцем. Артур почувствовал опасность и обернулся, но слишком поздно. Силени разбил его голову камнем, а тело оттащил и сбросил в ближайший колодец. На этом история не окончилась.

Алчность и жадность графа де Силени не знали границ. После смерти Артура, семья покойного лишилась главы семьи, и поскольку, именно Артур распределял бюджет, сопоставлял расходы и доходы семьи, после его смерти почти неграмотная Елена испугалась. Она ничего не могла сосчитать. Силени воспользовался и этим. Он решил обобрать Ганцев и при возможности уничтожить весь род. Он решил пустить лживый слух, заставив всех людей возненавидеть семью Ганцев. Он потребовал от Елены уплаты несуществующего долга. Елена рассвирепела и вышвырнула графа за дверь. Силени не стал отчаиваться. Он стал предпринимать все новые и новые попытки.

Прошло два года и единственное, что имела семья – небольшой дом без прислуги в два этажа и восемь комнат. Через пару дней после продажи имущества Ганцев, незнакомые люди вторглись в дом и увели Елену. Заметив, как мать уводят, мальчик бросился ее спасать, но его грубо оттолкнули. Мальчик ударился головой о край стола и потерял сознание. Очнувшись, он оглядел дом. Страшная тишина окутала дом. Обнаружив, что матери нет дома, малыш бросился в поле искать ее. Четыре дня мальчик искал мать, заглядывая в каждый дом и спускаясь в каждую яму; пересекая поля, переплывая реки. Вторгшиеся на следующий день игроки обыскали дворец, но мальчика не нашли. Тот забрался в проезжавшую повозку и укрылся старым покрывалом. Через несколько недель обессиленный мальчик, почувствовав, что повозка встала, поспешно вылез из нее и сел прямо на дорогу и стал звать маму. Несколько недель малыш прятался в проезжавших мимо повозках и воровал еду у купцов. Прошло несколько месяцев. Обессиленный мальчик рухнул прямо на дорогу и потерял сознание. Пробегавший мимо конь, несший молодого рыцаря в изящных доспехах, едва не подмял под себя мальчика. Красивый молодой человек по имени Несс спешился и протянул руку мальчику. Аккуратно усадив найденыша на своего коня, тот отвез его и бросил под двери голубятника Гестера.
Гестер - дворцовый голубятник сорока лет от роду, проживающий в странном месте – огромной, мрачной, каменной вышке. На вершине этой остроконечной башни, напоминавшей копье, и находилась его голубятня. Обнаружив мальчика у себя под дверью, Гестер слегка растерялся. Уж не чертенка ли ему подбросила судьба? Мальчик имел длинные черные волосы, собранные в длинный хвост и перевязанные бечевкой, губы мальчика больше напоминали открытую рану, нос напоминал клюв молодого орла.

Кем бы он ни был, Гестер полюбил странного найденыша. Гестер узнал лишь его имя, весьма распространенное тем временем. Малыша звали Нерон, фамилию мальчик не называл никому, словно скрывая ее. Каждый раз, как голубятник задавал ему вопрос относительно его семьи, мальчик замыкался, либо убегал, либо устремлялся в доступные только ему дали, в коем никому больше нет места. Устремив черные и блестящие глаза в одну точку, он не реагировал ни на какие попытки мужчины привлечь его внимание. Через полгода старик сдался и перестал расспрашивать мальчика. Прошло еще полгода, как Гестер познакомился с торговкой овощам по имени Ая Лурдская. Гестер встретил ее на рынке, и со свойственной только ему разговорчивостью, поведал ей историю. Ая всплеснула руками и попросила старика разрешения воспитать мальчика. Она не могла родить ребенка, а страстно его желала. Так Нерон стал жить в доме торговки овощами. Свою приемную мать мальчик полюбил так, что его родная мать поблекла и стала всего лишь сладко-горестным миражом, но даже ей он не сказал свою фамилию. На каждый подобный вопрос относительно фамилии, он, шутливо, отвечал.
- Не все ли равно кем я был? Главное, кем я стал. Теперь моя фамилия - Лурдской. Прошу меня называть именно так, потому что Ая Лурдская - моя мать!
Ая обожала своего сына. Уже в возрасте двенадцати лет Нерон так четко формулировал мысли, как могли люди только из высшей знати. В каждом его движение угадывалась порода. В одном Ая не сомневалась: ее сын скрывает свой титул, следовательно, это либо сын какого-либо принца, виконт, а то и граф. Если так, почему он смирился к жизни в старой, покосившейся лачуге?
В возрасте шестнадцати лет, юноша устроился работать в кузницу, расположенную буквально в нескольких футах от башни старого голубятника и в нескольких десятках шагов от замка самого короля. Проживал парень во дворце короля. Гестер подарил ему одну из дальних комнат дворца, в коей никто никогда не был. Нерон прилагал все усилия, желая спрятаться от жестокой общественности. Несмотря на юный возраст, парень отличался уродливой оболочкой, под которой скрыта необыкновенно добрая и нежная душа.

В день своего восемнадцатого дня рождения, он заметил девушку, кою за ручку вела мать - крестьянка. Девушка была удивительно хороша собой. Ее фигура, облаченная в неряшливое серо-белое платье, и ее светло русые волосы и серо-зеленые глаза пленили юношу. Лицо девушки было прикрыто полупрозрачной вуалью, закрывающей половину ее лица. Однако девушка оказалась капризной. Каждый раз, как матушка поворачивалась к ней спиной, девушка срывала маску. Очень скоро парень узнал, что девушку звали Проза, и ее прямая обязанность, прислуживать королю и всей высокой знати.

Прозерпина была единственной, кто не приходил в ужас, замечая этого темного демона, облаченного в черное одеяние, за своей спиной. Она утверждала, что чувствует всех людей, в том числе кузнеца, всем сердцем, и душа Нерона удивительно прекрасна, несмотря на грубость черт.
В течение полугода Проза и Нерон были друзьями, но рано или поздно судьба забирает счастье обратно во тьму, возвращая на его место боль и страх. Дворец имел доблестного и отважного рыцаря по имени Несс. Именно Несс, и наложил печать проклятья на всех представителей данной истории. Несс не умел уступать. Это был истинный солдат, способный на все ради свершения своей цели. Прозерпина приглянулась Нессу, и он желал присвоить ее, словно она красивая вещь. Узнав о существовании лучшего друга Прозы – кузнеца Нерона, Несс пригрозил мальчишке оставить красивую девушку ему для личных и сладострастных утех, или же он переломает ему кости. В ответ на эти угрозы Нерон отвечал с хамоватой усмешкой.

- Я тоже имею свое мнение, царский крысеныш, и я тоже его намерен защищать!
Было ясно, что парня не запугать даже угрозами смерти.

В возрасте восемнадцати лет Нерон превратился в очень высокого, крепкого юношу со сплошными черными бровями, сросшихся на переносице в одну черную линию; острыми скулами, словно у беса, и, выразительными, хитрыми, живыми глазами, подозрительно осматривающими всех вокруг. Его могучий нрав, твердый характер, большая физическая сила, вечная озлобленность, хамство, бесстрашие, отталкивали он него всех людей, кроме Гестера, матери и Прозы. Уродливого молодого человека презирали, кидали в него камни, называя «демоном», и грозились сжечь на костре. Парень лишь рычал в ответ на эти оскорбления, но мало кто знал, как глубоко они ранили его.

Изгой.

Высоте не властно время и неведома суета. Лучи солнца подобно огненной дорожке пронзали бескрайнее небо и устремлялись в вечность. Или в Рай? Птицы – неутомимые стражи небес, резвились по ветру, подставляя ему свои крохотные крылья. Только высота таит в себе бескрайнюю свободу. Так часто думал Нерон де Ганц. Черный силуэт молодого парня, подобно тени, слился со скалой. Было видно, что парень просто устал от суеты. Тот мирно сидел над пропастью, подпирая подбородок скрещёнными пальцами рук. Черный, изодранный плащ резвился по ветру за его спиной, словно дьявольские крылья. О чем он думал было известно только Богу. Солнце искрило в черных глазах юноши, а ветер трепал его, черные, завитые на концах волосы. Этот парень смотрел сверху вниз, словно контролируя отступы скал. Ручей изливал неслышную песню, далеко в пропасти.

Никто не знал его полное имя. Всеми презираемый, он жил один на свете, скрывая свое прошлое и тая в себе тайну личности. Воистину королевский характер таил в себе этот черноглазый парень, несмотря на низкую ступень общества, на коей он воссел.

На лысой земле отсутствовала зелень. Не было ничего. Даже теней. Редкие цветочки собрались в кучу и пестрили в двухстах футах отсюда. Пустая, ровная гладь, по которой мирно проходили люди, вилась до самого поселка. Их путь пролежал через мост, расположенный у врат, на коем стояли стражники, закованные в тяжелые доспехи. Парень огляделся через плечо на одиноко стоящий город, что стоял за спиной в трехстах футах от него и ушел с этого места, часто повторяя странные слова

- Почему я?

Нерон часто выходил в люди. Ему нравилось слышать людские голоса, и он не так остро ощущал своего одиночества. Летний дворец короля всегда был забит чернью и его мельтешение и голоса успокаивали юношу. Нерон где-то слышал, что через окно спальни короля можно увидеть иной мир, что находился за тройной стеной, окружающей Нововавилон от захватчиков. Глубокий ров делал город непреступным. Нерону всегда казалось, что под словом «иной мир» люди имели ввиду Райский город. Некий прекрасный Эдем, где он со своей внешностью мог затеряться в толпе и стать там своим. Даже любимым. Пыльные улицы, бесконечные шпили и колонны многочисленных башен, крутые изгибы улиц, песок, укрытые с ног до головы девушки приелись ему. Странники восхищались красотой его дома, но Нерон мечтал воспрянуть духом, встрепенуться и воспарить над летним дворцом Навуходоносора и найти то «иное место».
Прошло несколько минут. Юноша по-прежнему стоял спиной у окна. Ему не хотелось оставаться одному. Женщина стояла напротив, иногда бросая взгляд в сторону молодого человека в черном одеянии. Бабушка не отрывала от юноши глаз, сидя на скамейке в шаге от юноши. Она не боялась подростка и постоянно что-то рассказывала. Парень почти не слышал ее. Внезапно толпа зашепталась и взволнованно заметалась по сторонам.
- Пошли вон! - крикнул кто-то в толпе и люди мгновенно испарились. Через мгновение переполненный зал опустел.
-А-а... Ты, подкидыш?! - сказал мужчина, заметив Нерона у окна. - Опять заговариваешь со смердами? Почуял родную кровь?
Нерон проигнорировал вопрос. Посмотрев на него, Нерон дал знать, что не намерен слышать оскорблений.
- Что тебе угодно, Несс? - Спросил Нерон стража его величества царя, не повышая голоса.
Несс, молча, ткнул в горло подростка клинок и, нахмурив брови, произнес.
-Ты ведаешь, о чем я. Прозерпина моя. Если будешь…
- Я не буду дальше говорить с тобой, Несс. Ты знаешь мой ответ, - сказал парень, словно не замечая клинок у своего горла. Несс нахмурился и затолкал нож обратно в ножны. Нерон же рисовал узор на пыльном подоконнике. Несс узнал в этих каракулях гордую птицу. Несс не мог знать, о чем думал его враг, рисуя орла на пыльном подоконнике. Нерон же мечтал приобрести способность жить жизнью гордой птицы. Иметь крылья, чтобы перемещаться по воздуху и птичью жизнь полную свободы и безмятежности.
- Когда-нибудь все решится, Несс,- объявил он, бросив разрисовывать пыльное окно
-Я не намерен сдаваться. Так и знай, - крикнул Несс и выхватил клинок, ткнув лезвие в грудь парня.
- Пусть будет так. Только знай. Я тоже не намерен проигрывать, - Нерон не имел меча и показал Нессу кулак. Тот вновь заткнул клинок в ножны и замолчал.
Минуты две враги смотрели друг на друга с призрением во взгляде.
- Когда-нибудь твою судьбу решит поединок, - тихо, но грозно произнес Несс.
Нерон по-прежнему стоял у окна. После этих слов, он развернулся и посмотрел вдаль. Несс удивленно посмотрел в спину юноши.
- Тебе не объясняли, что рискованно поворачиваться к врагу спиной?
- Я это усвоил раньше твоего, мой друг. Если быть дуэли, так и быть. Ничто не может быть лучше, чем эта дуэль, - парень повернулся и посмотрел на Несса с улыбкой.
- Я не понял? - смутился тот.
- Так я буду вечно с тобой драться и враждовать. В случае победы, я устраню тебя. А в случае поражения мне будет все равно.
Несс странно крякнул и вытер черные усы.
- Да что ты знаешь? Тебе-то хоть двадцать есть, щенок?
- Ну и пусть, что мне восемнадцать. Мне все равно, что ты обо мне думаешь. Если я считаю себя мужчиной, то буду себя считать им всегда. Твое мнение меня не затронет, - улыбнулся парень со злорадной улыбкой.
- Будь ты проклят, щенок! Мой клинок изрубит тебя на куски. С каким удовольствием я буду любоваться твоей агонией, когда мой клинок пронзит тебя!
- Пусть вы меня прокляли, но я продолжу жить. Яд вашего проклятия не затронет меня. Я демон и мне неведомо сострадание и милость!
Глаза Нерона блеснули и Несс отшатнулся, убирая клинок.
- Тебе не испугать меня, демон! – испуганно проговорил Несс, пятясь назад. – Скоро я омою свой клинок твоей дьявольской кровью!

Волк, воющий на луну.
Двумя днями ранее.

Едва появился первый луч солнца, старый голубятник Гестер спустился со своей каменной вышки и остановился, не зная, чем себя занять. Громкий стук, раздававшийся из кузницы, говорил о том, что ее владелец уже давно при деле. Скучающий голубятник несмело зашел внутрь. Нерон завороженно рассматривал, раскалённый добела, кусок металла, по форме напоминающий неправильную и криво согнутую подкову. Лицо парня пылало от жара кузнечной жаровни и он, изорвав старый мешок, перевязал грязной тканью лоб, не давая поту заливать глаза. Заметив голубятника, тот улыбнулся и выбросил кривую железку в холодную воду, затем с интересом уставился на шипящий поток воды, остудивший, раскаленный добела, металл. Нерон махнул рукой в сторону старого ящика, крытого мешком. Голубятник понял, что его просят присесть. Юный кузнец вытер пот со лба и встал подле старика.
- Вы по делу?
- Вам приходят только по делу, или же мне можно просто навестить вас? Мне уходить?
- Нет, оставайтесь, если вам не слишком жарко. Я уже привык к этой температуре, но я боюсь за вас. Вы обязаны выйти на воздух, если вам станет дурно.
- Обещаю. Я пришел узнать у вас как проходят дела.
- Все хорошо.
Нерон ущипнул себя за кофту, состоящую из плотной ткани, и стал отстранять от себя свое изодранное тряпье, словно это ткань его обжигала. Парень смочил руки и лицо холодной водой из таза.
- Вы, если желаете, можете снять эту плотную материю с вашего тела. Здесь невыносимо жарко, а так вам будет чуть-чуть прохладней.
Парень поблагодарил голубятника и быстро снял с себя верхнюю одежду, затем вновь взял уже остывшую, кривую железку и осмотрел ее, подобно художнику созерцающего свою работу. Только он один и знал, что получиться из этого металлического бруска.
Гестер привстал от удивления. На груди парня висел странный медальон из чистого золота, с изображением волка, воющего на луну. Такие же медальоны носят исключительно высшие слои людской общественности. Гестер подозрительно осмотрел юношу, словно высматривал грех его загадочной души.

"Если этот парень и в самом деле князь, герцог, а то и граф, то почему же он скрывает свою фамилию? Ему есть что скрывать?"

Парень совсем забыл о медальоне и даже не мог подумать, что загадка его личности уже раскрыта. Такой символ имел только один род, и, как уверял себя Гестер, темный род, сравненный с землей еще при жизни.

Откланявшись, старик вышел во двор и бегом пустился в сторону библиотеки, едва не сбив с ног повара. Там он раскрыл все документы и узнал все об этом человеке. Чем больше мужчина узнавал о родне этого человека, тем больше его кровь стыла в жилах от сплетен, пересудов и лжи. Нерон единственный представитель своего погибшего рода, и если его тайна раскроется, парень погиб. Спрятав документы, старый голубятник постарался забыть о том, что он узнал о странном роде де Ганц.

Запретная любовь дьявола.

Мягкий свет от единственной свечи освещал силуэт обнаженного молодого мужчины, стоявшего перед зеркалом. Скинув свой черный, изодранный мундир Нерон провел указательным и средним пальцем по многочисленным ожогам на своей обнаженной груди. Наклонившись вперед, тот внимательно осмотрел свое лицо; осмотрел шрам на правой щеке, тянувшийся от подбородка до самого уха; взглянул в свои же черные глаза, блестевшие от ярости.
- Я демон.
Неожиданно в глазах молодого человека загорелся сладкий огонь. Прямо перед собой он обнаружил Прозу. Ее белокурые волосы сладко развевались по ветру, и та придерживала их рукой. Девушка смеялась, смотря куда-то мимо него. Парень открыл глаза, и образ девушки исчез.
Нерон вздохнул.
- Она ангел.
Нерон вновь взглянул на уродливого незнакомца в зеркале.
- Ты проклят. Мы прокляты.
Громкий стук в дверь прервал мысли Нерона.
- Кто?
- Я! Вам письмо.
Нерон узнал голос Елизаветы.
- Оставьте его под дверью.
Едва легкая переступь молодой девочки затихла в конце коридора, Нерон вышел из комнаты. Прямо у его ног лежал конверт.
«От старого друга»
Заинтриговавшись, Нерон взял письмо и прошел в комнату. Добравшись до свечи, тот осветил послание.
«Привет, уродец. Ты, возможно, забыл меня, но я никогда не забуду твоей уродливой физиономии. Это было так давно, что ты наверняка все забыл, но я твой друг и вежливо напомню тебе. Ты наш, ублюдок. Мы знаем, где ты. Прошло много-много лет и натекло немало процентов. Вспомнил, что ты и твоя гулящая мамаша должны нам денег? И мы получим свое. Если у тебя нет денег, заплатишь нам своей кровью!
Силени
Забыл сказать. Я нанял благонадежных ребят, и они уже идут к тебе. Прячься от нас или нет, мы все равно отыщем тебя, ублюдок»
Нерон не мог поверить. Несколько минут он глупо таращился на листок, не в состоянии понять смысла написанного. В дверь постучали. Нерон, не выпуская листка, посмотрел на дверь.
- Кто?
- Я! – ответила Елизавета. - Прости меня, Нерон. Я прочла послание и очень испугалась за твою жизнь. Кто такой Силени? Много ли ты ему должен вернуть?
Нерон опомнился и быстро натянул мундир. Отворив дверь, тот впустил Елизавету. Девочка была бледна и испуганно озиралась.
- Я ухожу, Елизавета. Скажи Прозе, что я ухожу на другой конец земли. Я стал опасен для общества. Не говори ей о послании.
Елизавета кивнула и ушла, но не прошло и минуты, как Лиза передала смысл послания Прозе.
Нерон вернулся в свою спальню и стал собирать вещи в грязный мешок. Собрав скудные вещи, он бегом выбежал из дворца и скрылся в кузнице. Через несколько минут он бросился вон из кузницы, но его остановил Гестер.
- Сынок. Ты куда собираешься?
- Ухожу, - невпопад ответил Нерон.
- Далеко?
- Нет. Я сбегаю отсюда навсегда.
- Так в чем причина?
Нерон хотел отпихнуть старика в сторону, но Гестер стоял, на удивление, прочно.
- Сядь и объясни.
- Я достаточно взрослый, что бы решать…
- Нет. Ты еще слишком глуп для принятия столь важных решений. Прозерпина мне все успела передать. Несколько минут назад, она вбежала ко мне домой, будучи почти нагой. Она была испуганна, словно за ней гнались псы. Она не желает, чтобы ты страдал. Она сказала мне, что ты уходишь на конец планеты. Она не желает этого. Останься ради нее. Постарайся быть счастливым, и тогда она будет счастлива.
- О, Вы так говорите, словно я ей дорог! Мы лишь друзья, - осклабился Нерон.
- О, да!
- Не так! Женщины любят красивых, подтянутых офицеров, а не нищих оборванцев, у которых нет ни средств, ни эффектной внешности!
- Она любят в вас тайну!
Нерон расхохотался так, что Гестер побледнел от страха.

«Я проклят. Прозерпина не должна нести на своих плечах мое проклятие»

- Полюбуйтесь на меня! Какая женщина может полюбить ЭТО! - Нерон порвал на себе черный, разодранный мундир, оголяя страшные ожоги. Затем он указал на свой птичий нос, затем обеими руками прочертил свою форму лица с широкими скулами и квадратным подбородком,
- Любят не только за лицо, но и за душу.
- Вы безнадежно устарели в своих суждениях, Гестер. Сейчас востребовано только то, что является хорошим товаром. Красота тоже товар и он востребован многим больше, чем уродство.
Гестер сдался.
- Отойдите. Я ухожу.
Гестер упорно преграждал Нерону путь.
- Вы хотите ее убить?
Нерон встал на месте, открыв рот.
- Кого? Прозу? Как?
- Вы убиваете ее. Она вас очень ценит и … любит.
Нерон выронил мешок из рук. Он стал страшно бледен.
- Любит….
«Я проклят! Проклят!»
- Она желает видеть вас, пока ее не увезет ее будущий супруг. Дождитесь момента, тогда и беги прочь.
- Это ей на пользу.
Нерон быстро схватил мешок, и понесся прочь, пихнув Гестера. Гестер успел поймать Нерона, ухватив за одежду.
- Подари ей эту неделю. Только неделю…
Гестер развернулся и ушел. Нерон остановился.
«Я дам ей неделю. Я сделаю такое, что она не сможет меня забыть. Затем я уйду очень далеко. А если к этому времени меня обнаружат?»
Нерон вытащил заткнутый за пояс кинжал и внимательно осмотрел его. Этот шедевр Нерон создал сам. Черный дьявол вытягивал вверх свои когтистые лапы, словно пытался дотянуться до неба.
«Если меня обнаружат, этот демон пронзит мое еще бьющееся сердце»

Несколько минут спустя в голубятню Гестера заколотили. Голубятник вздрогнул.
- Кто?
- Нерон!
Не дожидаясь разрешения, девушка влетела в комнату.
- Он ушел?
Гестер улыбнулся, и погладил ее по голове.
- Он здесь. Он остался.
- Слава богу. Я пойду к нему.
- Иди.
Проза, как и обещала, направилась в кузницу, затем в комнату Нерона. Пусто.
- Неужели ушел.
Девушка заплакала, и стала беспорядочно бегать по двору, дворцу, пристройкам. Она заглядывала в каждую комнату, подвалы, чердаки, крыши, сараи и многое другое. Даже дома соседей и их участки были осмотрены. Через несколько часов, девушка, рыдая, вернулась к себе в комнату.
- Он все же ушел!
Девушка прошла в свою комнату (лишь ее девушка не осматривала) и там столкнулась с Нероном. В его руках был цветок и тот крутил его, опустив глаза.
Девушка заплакала навзрыд. Нерон выкинул цветок на пол, подумав, что девушка напугана, затем схватил ее за плечи.
- Что произошло?
Девушка не ответила. Она опустила лицо в грудь кузница. Тот вздохнул и опустил руку ей в волосы.
- Я не оставлю тебя ему на растерзание. Я узнал, что если я похищу тебя, меня казнят, но я готов рискнуть. Ты согласна?
Девушка так энергично замотала головой, что Нерону показалось, что она оторвется от плеч.
- НЕТ!
- Но все же…
- Нет!
- Тогда…
Нерон поднял смятый цветок и протянул ей.
Девушка удивилась. Она взяла цветок.
- Я прокляну каждого, кто назовет тебя эгоистом, колдуном или бездушным демоном! - закричала она.
- Я живу в аду, и единственный ангел, кто понимает меня, так от меня далек, что его никак не достать никакими силами. Я не такой, каким меня все видят. Я ношу маску, и ты единственная, кто сумел меня разглядеть. Я сторонюсь людей и есть на то причина. Я не скажу тебе ее. Прошу тебя. Нам нельзя видеться. Через неделю мы разлучимся. Ты приобретешь мужа, я вечное скитание.
- Что нам делать?
- Тебе это известно. Смириться. Как же я всегда боялся этого слова!

Вестник и Цирцея.

Нерон, не желая попадаться кому-либо на глаза, растворился в тени каменной арки. Данная арка расположилась в самой нелюдимой части замка. Голубь воссел величественно на каменную арку, оставляя парня наедине со своими мыслями. Прошло более двух лет с тех пор как голубь не покидает этого места, ставшего для Нерона почти своим. Только здесь он мог сбежать от гнева разъяренной толпы. Нерон прислонился спиной к каменному монолиту и закрыл глаза.
- Порой даже уродство может быть желанно. Он тому доказательство.
Нерон открыл глаза и обнаружил старого голубятника. Запрокинув голову, тот смотрел на одинокого голубя, сидевшего над их головами.
- Его имя Старый Вестник и в юные годы тот служил самому королю. Сейчас он стар и никому не нужен. Годы не пощадили его, как не пощадили меня.
Нерон вновь закрыл глаза, игнорируя старика.

- Более двух лет назад в мою голубятню залетела незнакомая голубка. Несчастная была тяжело ранена, но я спас бедняжке жизнь. Я дал ей имя Цирцея. С тех самых пор голубка была обезображена. Я сумел сохранить ей только один глаз; Бедняжка Цирцея полностью потеряла хвост и одна из крохотных лапок птицы срослась неправильно, причиняя птице боль. Но уродство не помешало Вестнику разглядеть в голубке очаровательное, небесное создание. Несколько месяцев они не могли расстаться ни на минуту. Каждую свободную минуту они проводили здесь, на этой каменной арке. К сожалению, счастью пришел конец. Печально известный тебе Несс решил поупражняться в стрельбе из лука и в качестве мишени он выбрал мирно сидевших на арке голубей. Цирцея погибла мгновенно, пронзенная стрелой Несса. Голубка упала на землю, а ее тело переехала телега. Вестник так и не понял, куда пропала его подруга. Вот уже два года он ждет ее, желая увидеть в толпе знакомые черты своей крылатой возлюбленной.
Рассказ Гестера заинтересовал Нерона. Тот открыл глаза и улыбнулся.
- Меня нисколько не удивляет, что и здесь достопочтенный Несс сумел натворить дел. Однако эта история говорит не о любви и верности, а о животной глупости. Птицы не способны что-либо осознавать. У них нет чувств. Голубок решил погреть свой хвост на солнышке, только и всего.
Гестер осмотрел Нерона с сожалением.
- Не стоит так говорить, сынок. Вполне возможно, что история может повториться, но на месте Вестника можешь оказаться ты или она. Нет ничего больнее, чем скучать по усопшему.
- Слишком многие желают моей смерти, - ухмыльнулся Нерон. – И только поэтому я останусь жить, чтобы ни случилось в моей судьбе!

Чернота таит в себе тайну, порой совсем не страшную.

Несколько дней спустя многочисленные враги Нерона вычислили его местоположение. Нерон получил очередное письмо от самого графа Силени. В письме говорилось, что через несколько дней граф посетит кузнеца и потребует вернуть долг, если долг не будет уплачен, армия графа убьет Нерона и всех его родных. Уже завтра Нерон должен бежать. Бежать как можно дальше. Он хотел попрощаться с любимой, но он не мог предположить, что это будет так больно. Девушка единственная, кто понимает его и кроме нее у него никого не будет. Кому нужен такой как он?

Пройдет совсем немного времени и его единственным спутником будет одиночество.

Старик Гестер собрался в голубятню. Пора кормить пернатых созданий. Время раннего завтрака. Взглянув сторону голубятни, он улыбнулся пророческой улыбкой, и сказал своей Стэвэлле, что, распушив хвост, внимательно следила за движениями губ хозяина.

- Я знал это, но думаю, что их связь или же просуществует вечно, либо канет в неизвестность в ближайшее время. Их узы уже давно сплелись, но именно они ограждали этих голубков от опасности. Пусть они и не подозревают об этом. Это парень Нерон вызывает чувство некого доверия, несмотря на безумный нрав и жесткий характер. Нет, Стэвэлла. Это не его минус. Это плюс. Кротость его послушной богини должен охранять мужчина с крепким нравом. Тайна нашей земли. Однако скоро и решиться их судьба. Очень скоро.

Гестер погладил по спине Стэвэллу, смотря на пару, что сладострастно прижимала друг друга на высоте в страстном поцелуе. Нерон завлек Прозу в голубятню, и девушка отдалась ему со всей своей страстью, обещавшей стать проклятием для обоих.

Однако поцелуй Нерона и Прозы заметил Несс. Смотря наверх, он злобно сжимал рукоять меча.

- Ты покойник, дьявол!

Несколько часов спустя Нерон шагнул в сторону дворца и вошел в его парк, бездумно гуляя среди прудов, в коих плавали черные лебеди. Он долго ходил по одному маршруту, словно стараясь догнать уходящие секунды. Перед его глазами стояла одна и та же картина. Очертания сладострастного тела его возлюбленной возлежавшей на широкой скамье голубятни. Впервые в жизни парень был по-настоящему счастлив и ради этого он готов был перенести любую кару от меча разъяренного Несса. Небо стреляло полуденными стрелами, и парень часто жмурился, не ведая слежки. Это был не Гестер, а другой свидетель их поцелуя с Прозерпиной. Несс кружился в паре со своим главным врагом по парку. Кинув взгляд в сторону Вестника, Нерон удивился, не обнаружив его на месте. Парень сел на скамью, что давала угол обзора созерцать происходящее на арке, и стал ждать прилета Вестника. Он сам не ведал причины беспокойства. Просто хотелось занять голову другим. В данный момент он сосредоточился на отсутствии Вестника.
- Ты сам решаешь свою участь, щенок.
Нерон оглянулся и увидел Несса. Тот словно играя, махал тяжелым мечом, срезая головки цветов.
- Голубятня. Не слишком ли романтично?

Нерон понял, что не миновать дуэли.

- Ты о чем, Несс? Я тоже мужчина и имею свою личную жизнь, - спокойно ответил парень. Посмотрев на врага и на его меч, он ясно передал черным, хмурым взглядом, что он для него не страшнее мальчишки, вооруженного рогаткой.
Несс с силой приземлился на скамью парня и воткнул меч куда следует.
- О вольных голубках, что нежатся в старой голубятне. О тебе и моей девушке!
- Твоей? Хм. Я не видел на ней такой таблички. Да и на лбу у нее это не было написано. Как никому мне это известно. Не на губах, щеках и нежной шее, коже я не видел этого. А я-то, все изучил и потрогал своими собственными руками. - Усмехнулся Нерон, описывая все прелести своей королевы, кои он успел собственноручно потрогать. Пошлыми жестами тот мял воображаемую грудь девушки с целью разозлить противника. Уловка удалась.
- Заткнись, дьявол! Сегодня на заходе солнца мы столкнемся в честном поединке, смерд. Будь ты проклят! – закричал разъяренный Несс и вскочил со скамьи.
- Сегодня на заходе узнаем, кто из нас проклят, а кого хранят Боги, - ответил спокойно парень, словно говорил не о смертельной дуэли, а о выпивке с лучшим другом, тихо улыбаясь врагу. Именно эта улыбка и заставляла Несса дрожать от ярости и каждую секунду лапать рукоятку меча. Несс ушел, оставив парня в одиночестве.
Очень скоро воздух донес до его ушей и трепет крыльев. Нерон вскинул голову в сторону арки и поприветствовал Вестника. Тот тихо приземлился на самый край арки и стал осматривать окрестности, словно был уверен, что именно сейчас услышит трепет столь родных крыльев. Заметив впереди поток крестьян, что шли с просьбой к царю, парень поспешно вскочил и скрылся в кузнице. Старый Вестник внимательно осмотрел толпу, словно старясь уловить в тех людях, знакомые черты своей крылатой богини.

Безумие Несса.

- Я не могу понять, Гестер. Глаза Прозерпины источают столько боли и страданий, что мне кажется, она не любит меня. Через два месяца мы будем мужем и женой, если бы не этот Нерон... Он вечно ломает мои планы на корню.
Старый Гестер и Несс сидели на скамье подле голубятни. Несс озабоченно покручивал левый ус, словно пытался этим поступком помочь своим мыслям сложиться в ровный порядок.
- Мальчишка тоже имеет свое мнение. Он такой же человек как Вы.
- Мои планы не нарушит прыщавый подросток. Я отобью Прозерпину, даже если придется прибегнуть к дуэли.
- Это крайний случай. По моему же мнению спроси мнение самой девушки. Ее мнение тоже нужно учитывать.
- Эта девушка будет только моей, и меня не будет волновать ее мнение. Она всего лишь женщина и потакать мужчинам ее прямая обязанность.
- И что вы желаете предпринять?
- Я украду ее.
Гестер посмотрел на Несса странным взглядом полным неодобрения и презрения.
- Мальчишка слишком крут. Вы выведете его из себя, Несс и тогда развязка может быть трагической, как и для нее, так и для вас, так и для него.
- Вы правы. Все же ради интереса, я спрошу ее мнение и сделаю вид, что повинуюсь ей. Однако если ответ будет против моих личных побуждений, я присвою ее силой, а мальчишку убью.
- Тогда вам предстоит взойти на эшафот. Убийство жестоко карают.
- Я сбегу с ней на край света и вы меня не найдете. Она никому не будет принадлежать. В крайнем случае, я убью ее!
- Это безумие, Несс! - испугался Гестер.
Несс прорычал в ответ.
- Спасибо вам за совет. Я волен располагать своим решением.
- Конечно.
- Я имею дворец очень далеко за пределами башни, и там я буду прятать пленницу. Я имею своих подчиненных - солдат, готовых на все, повинуясь моей воли. Они мигом усмирят мальчишку, и он будет целовать мне пятки лишь по моему желанию.
- Я так не думаю, Несс. Нерон достойный противник. Его изобретательный ум выведет его из самых жутких колец ада, да и его характер тверже скалы, глаза острее кинжала. К тому же он любит Прозерпину всей душой, и он готов принять смерть ради нее...
Несс ухмыльнулся.
- Я исполню его мечту. Он умрет ради нее...
- Нет, нет, Несс! Я не то имел в виду. Я готов поклясться на могиле своей бабушки и жизнью своей матери, что он будет биться до последнего. Его будет трудно сломать, как сложно согнуть наточенное лезвие ножа.
Несс задумался над словами Гестера.
- Не пойдет же он один против целой армии.
- Уверяю Вас, мой друг. Он пойдет. И я уверен, что, несмотря на смехотворную ситуацию, он может выйти победителем. Этот подросток больший воин, чем вы, и тем более я.
Гестер явно намекал на род де Ганц, к коему и принадлежал неукротимый юноша.
Оскорблённый Несс схватился за ножны, но быстро утих, заметив Нерона у лестницы. Парень словно парил на крыльях любви. Так плавен был его шаг. Парень, пританцовывая, кружился на пару с партнершей, кою мог видеть только он, и это было странно, поскольку более серьезного человека на земле найти сложно. Нерон прошел вглубь парка и встал около арки Вестника, поприветствовал преданного голубя и сел на скамью. Несс покрутил ус.
- Он кого-то ждет. Похоже, свидание, - улыбнулся Гестер.
- Кто влюбиться в такое чудовище? - проговорил Несс
Через минуту черный силуэт, словно черный призрак, подошел к Нерону. Этот человек натянул на голову платок черного цвета и ни Несс, ни Гестер не узнали его.
- Он кажется счастливым, - сказал тихо Гестер, смотря на юношу. Нерон слабо улыбнулся и поцеловал руку незнакомцу.
- Это женщина! - восхищенно проговорил Гестер.
- Что-то он говорит. Я желаю послушать.
- Это несправедливо, Несс. Останься здесь.
Внезапно Нерон обнял незнакомку. Зубы Несса ревностно застучали, словно он видел под платком именно свою невесту, хотя это может быть кто угодно. Нерон осмотрелся, но не заметил поодаль Несса. Тогда он берет руку девушки и застывает в этом поцелуе. Несс заскрежетал зубами. Нерон, не отнимая губ от руки девушки, вновь внимательно осмотрелся, затем приблизился к лицу незнакомки и медленно целует ее шею и плечи.
Гестер положил руку на плечо Несса, но тот отбросил руку резким движением плеча.
- Если это она, я его убью.
- Не стоит, Несс. Тебя ждет эшафот!
Несс не слушал его. Он положил руку на рукоятку меча и как таран направился на парня. Нерон что-то говорил незнакомой девушке, иногда вскидывая голову кверху, словно он желал знать мнение старого Вестника, гордо и одиноко, возвышавшегося над их головами. Несс подошел к незнакомке и резким движением снял платок.

Наступило новое утро, и Нерон пришел в опочивальню Прозерпины, но его ждал жестокий удар. Один только взгляд Прозерпины таил столько боли, что парень почувствовал себя не совсем ловко. Все раны ее сердца стали истекать свежей кровью и это отразилось на побледневшем лице.
- Оставьте нас, - приказала Прозерпина.

Подруги вышли из комнаты. Нерон подошел к Прозерпине. Девушка прошла мимо и села на кровать. Парень пал на одно калено и прижался губами к белоснежной ручке девушки, закрыл глаза и застыл в этом поцелуе. Девушка вырвала свою руку из рук юноши.
- Зачем? Ты же прекрасно знаешь, какие последствия нас ждут. Эшафот! Мы с тобой во власти греха и мы медленно приближаемся к бескрайней пропасти, разверзшей у наших ног. Я тяну тебя в эту пропасть, но ты не сопротивляешься. Ты бежишь за мной, словно слепец бежишь за мной, не видя под ногами бездны. Не стоит нам видеться! Я достойна самого худшего. Ты достоин только ангельской сласти, но ты проклинаешь небо и бежишь, желая быть достойным моего ада. Одумайся и беги от меня. Несс рядом и он может увидеть нас, тогда я увижу твою смерть. Ах, это хуже чем всходить на эшафот самой! Как приятно иногда проклинать небо, ибо оно не достойно похвал! Оно дает нам жизнь, что бы утянуть в холодную могилу. Тебя ждет эта участь. Беги! Прошу: Беги как можно дальше. Беги, словно нас никогда и не было, а я всего лишь сладостный сон, коего можно созерцать и более. Беги от меня и забудь о том, что я где-то есть и я с кем то. Я уже чья-то рабыня. Я принадлежу иному, и нет тебе места в моей жизни.
Закончив, девушка оттолкнула руку юноши и бросилась вон. Парень так и остался, приклонив колено пустой кровати. Через секунду парень вскочил и бросился вслед за девушкой. У выхода он ее настиг. Девушка стояла у окна и что-то шептала, словно говорила с тем, кого видеть может только она одна. Нерон взглянул поверх плеча девушки и заметил крошечное христианское распятие в ее руках. Девушка молилась.
Нерон осторожно потянул ее за рукав. Она обернулась.
- Пусть я и качусь в пропасть, но я считаю, нет иного выбора, и никогда его не будет. Есть только удача и смерть. Одно граничит с другим и когда удача исчерпает свой сосуд, конец наступит мгновенно и его не отвести никакой молитвой. –
Девушка поникла.
Парень осторожно стиснул ее плечи. Девушка встрепенулась. Тогда Нерон осторожно отвел ее волосы от лица и приблизил губы к самому уху девушки, не разжимая объятий. Почувствовав на лице его дыхание, девушка вздрогнула.

- Один выход все же есть. Играть на острие кинжала. А дальше что будет, того не отвести никакой молитвой.

Нерон еще крепче стиснул ее плечи и нежно поцеловал ее шею. Прозерпина встрепенулась, как птица коей оторвали перо. Она, в ужасе, отпрянула от парня, но не бежала, а, зардевшись, посмотрела на него, прикрыв руками лицо и шею.
- Что ты предпримешь? - спросила девушка.
- Выход есть и он только один. Редкие тайные свидания это все, что нам дозволено судьбой. Я знаю одно священное место. Спрячь лицо, на всякий случай, и жди меня подле арки Вестника. Это будет наше священное место.

Девушка скрылась. Нерон вышел во двор, будучи счастливым. Несмотря на мрак вокруг, его душа мерцала огненным пламенем, кой не потушить. Парень, пританцовывая, прошел в заветное место и стал ждать. Он и не подозревал, что в сотнях футов от них сидит Несс и Гестер. Он не мог их видеть, но они прекрасно видели его и контролировали каждый шаг парня. Через несколько минут вышла Прозерпина, укрывшая свое лицо черным платком. Нерон приподнялся и встретил девушку с улыбкой.
- Ты уверен, что здесь никого нет? - Нерон оглянулся, но никого не заметил. Тогда он подсел к девушке и припал губами к ее руке и застыл в этом поцелуе. Парень не видел скрежащих зубов Несса и отчаяние Гестера.
- Это святилище любви. Здесь я преклоняюсь перед ним и его Цирцеей, ибо он превратил это место в нечто большее, чем данная каменная оглобля. Бог свидетель, как я счастлив. Он тянет меня в эту грязь, но нет ничего приятнее, чем барахтаться в этой сладкой трясине. Нас никто не увидит. Один только Вестник станет свидетелем, но я уверен, он не стал бы нас выдавать, даже если бы мог. У него свой мир и нет ему до нас дела.
Парень обнял плечи девушки и припал губами к ее шее. Затем опустился ниже и провел губами по ее хрупким плечам. Он не мог видеть спиной фигуру, приближавшуюся к нему.
- Скоро все проснуться, и нас найдут. Нам нужно покинуть это место. Днем здесь небезопасно.
- Да, любовь моя.
Парень припал губами к ее щекам, не слушая того, что она говорит.
- Тогда нас увидят.
- Да.
- Нас поймают.
- Да. - Парень не вслушивался в голос девушки, даже не знал, что она говорит.
- Уже поздно.
- Да.
Девушка отвернулась и с тревогой осмотрела дворец, словно ожидая опасности. Прозерпине показалось, что она заслышала чьи-то шаги и встрепенулась. Тут она ощутила поцелуй, еще более жаркий, чем раскаленный добела металл в жаровне кузнеца.
Внезапно воздухе блеснуло лезвие ножа. Несс со всей силы ударил Нерона рукоятью в лицо. Парня отбросило в сторону. Подняв свой черный взгляд на врага, тот заметил, скрежащего зубами Несса. Парень отважно встал перед врагом и стал пристально смотреть ему в глаза. В эту же секунду появился старик Гестер. Тот встал между Нероном и Нессом, ограждая их от беды. Несс схватил старика за шиворот и как куклу отшвырнул в сторону, а сам же приставил лезвие к горлу юноши. Парень молча не отводил глаз от противника. Он не говорил ни слова, просто ждал.
- Ты что, щенок, не понимаешь что она замужняя девушка, а распутникам положена гильотина?
Парень скривил губы, точно в улыбке, но ничего не ответил. Однако его взгляд сказал лучше слов.
«Мне плевать на эшафот. Мне наплевать на тебя. Ты хочешь воины, ты получишь ее»
- Что молчишь? Нет слов оправдать преступление? - съехидничал ядовито Несс.
Нерон улыбнулся жуткой улыбкой.
- Слова есть, но они тебе не понравятся.
- Какие же?
- Ты, царский крысеныш, не стоишь и обыкновенного булыжника, хоть и возомнил себя чуть ли не королем. Ты вдоволь поиздевался надо мной и над ней. Советую тебе уйти со сцены, пока тебя не выгнали силой.
Несс издал резкое движение, и парень инстинктивно отстранился и уперся спиной в арку Вестника. Глаза Несса сверкнули, и тот впечатал юношу в стенку, схватив за горло. Несс был немного выше и сильнее Нерона, и парень обмяк в его руках, трепеща, словно птица в силках. Гестер обнял плачущую красавицу.
Парень стал задыхаться. Чем отчаянней бился юноша, тем больше разгорались глаза Несса. Прозерпина словно очнулась ото сна и стала умолять старика помочь Нерону. Гестер хотел помочь Нерону, но Несс, свободной рукой, ударил его кулаком в грудь. Старик поспешно отошел и с сожалением повел плечами. Тогда девушка сама стала царапать и толкать Несса своими слабыми ручками. Но и это ни к чему не привело. Мужчина отшвырнул девушку. Нерон отчаянно отбрыкивался, но это ни к чему не привело. Руки парня обмякли, глаза закатились. Он издавал страшные звуки, пытаясь сделать вдох. Парень уже понял, что неизбежно погибнет, как сверху послышался шум крыльев и Нерон увидел преданного голубя. Вестник сел на плечо Несса и больно клюнул его в правый глаз. Несс взвыл от боли, а Вестник благополучно скрылся в голубятне. Нерон с посиневшим лицом отошел от стены, согнувшись как сломанная марионетка, и, схватившись за горло, болезненно закашлял. Прозерпина немедля кинулась к нему. Взглянув в лицо юноши, девушка услышала короткое слово, адресованное пустующей, каменной арке. Нерон поднял взгляд в небо и прошептал сухим и болезненным голосом:
- Спасибо.
Гестер бросился к Нессу. Лицо Несса искривилось от ярости. Тогда с твердым намерением довести дело до конца, он желал выхватить меч из ножен, но ножны были пусты. Гестер продемонстрировал его меч и выбросил в ров наполненный водой. Несс взвыл от ярости.
- Как ты мне надоел, щенок. - Несс пошел на парня с намерением его убить.
Прозерпина прижималась к спине кузнеца, однако заметив надвигающего рыцаря, она выскочила и пихнула Несса в сторону.
- Уходи, - крикнула она, горестно сжимая прекрасные руки. - Не возвращайся никогда. Я никогда не буду принадлежать тебе. Никогда.
- Посмотрим. - Мужчина схватил девушку за руку и притянул ее к себе. Девушка закричала так, словно дикий и кровожадный зверь схватил ее, чтобы растерзать.
Юноша сделал шаг в их сторону, но Гестер остановил его, схватив за руку.
- Если она тебе нужна, найди ее и поскорее, - крикнул Несс. Затем он перекинул девушку через плечо и стал уходить.
Нерон бросился за ними и встал поперек дороги.
- Прекрати. Ты безумец, - кричал он скорее отчаянно, чем злобно.
Несс, словно таран, попер на парня. Нерон был вынужден отскочить. Затем он вновь нагнал их.
Несс ухмыльнулся, словно попытки парня образумить его, были забавны.
Нерон предпринял последнюю попытку. Он ударил Несса по лицу кулаком. Несс быстро оправился от сильного удара. Он утер кровь и ударил уже Нерона.

Когда парень пришел в себя, было уже далеко за полночь. Старик Гестер сидел подле него с тревожным выражением, читающимся на его лице. Едва парень открыл глаза, как старик дал ему стакан воды. Нерон резким движением рук, отстранил от себя стакан, расплескав содержимое. Оглядевшись, парень понял, что лежит на траве, недалеко от места, где потерял сознание. Гестер, желая придать парню хоть немного удобств, перетащил его с места, испещренное мелкими камнями, в сторону луга с мелкими цветами и густой зеленью.
- Куда он ее понес? - Спросил парень старика.
Старик вздохнул и кротко посмотрел на небо.
- Наверное, к себе в замок.
- Где он?
- Там.- Старик указал куда-то далеко за горизонт.
Парень вскочил на ноги и бросился в том направлении. Старик поймал его за рукав. Парень обернулся.
- Да хранят тебя Боги, - сказал он вслед парню.
Нерон быстрым шагом направился в сторону бескрайнего горизонта. Гестер смахнул слезу и украдкой его благословил.
Проходя под аркой Вестника, юноша, по привычке, поднял взор на каменную арку. Вестник сидел там. Заметив взгляд, голубь оторвался от края арки и сел на куст, стоящий подле юноши. Парень взял птицу в руки. Голубь куркнул и посмотрел в глаза юноши. Парню показалось, что голубь попытался передать ему взглядом фразу.
- Не позволь судьбе сломать тебе жизнь, как она же сломала мою собственную.
Через несколько секунд Вестник захлопал крыльями, и вновь скрылся на вершине каменной арки.

Во дворце Несса.

Дворец располагался в двухстах милях от обители царя. Не раздумывая ни о последствиях, ни о том, что его ждет на протяжении ста миль, Нерон, не собирая вещей, взяв с собой лишь свои скудные мысли обо всем этом, тронулся в путь пешком. Нечего и думать, ему не догнать Несса, ускакавшего от него на породистой кобыле, и увозившего ту, коей он дорожил.
Прошло несколько дней. За все это время парень преодолел пешком около ста миль. Едва заходило солнце, и землю сгущал непроглядный мрак, юноша останавливался, едва начинало восходить еще не совсем проснувшееся солнце, парень был уже в пути. Около недели потребовалось юноше, что бы одолеть это расстояние, разделяющее его и Несса. Однако вскоре он уже был у ворот дворца, мрачного вида.

Переплетение комнат во дворце Несса напоминало переплетение коридоров в лабиринте Минотавра. Юноша исходил весь первый этаж замка, как заметил старика - слугу Несса. Юношу передернуло. Он желал остаться невидимым для посторонних глаз.
Старик подошел ближе и поприветствовал юношу.
- Вы пришли посетить Несса? У него хорошенькая девушка, вон там, в спальне. Он немного занят.
Лицо Нерона исказилось от гнева, глаза заблестели. Старик осознал все, и лицо его злобно искривилось.
- Мне сходить за ним? - Спросил старик, явно зная ответ на этот вопрос.
- Да. Передайте ему, что пришел его давний знакомый, Гестер, - сказал Нерон. Лицо старика оттаяло, словно его опасения не подтвердились.
- Несс часто говорил о юноше с черными глазами, но его звать Нерон. Несс приказал не впускать человека с подобным именем. Он велел ввести его в комнату, из коей не выбраться, и запереть там. Потом мой хозяин его убьет. Но он говорил о Гестере как о хорошем человеке. Ждите здесь.
Старик ушел, не подозревая о том, что кузнец его преследует. Через минуту старик постучался в дверь одной из спален. Нерон остался на верхней ступени лестницы в нескольких шагах от него.
- Хозяин, к вам посетитель. Голубятник Гестер. Я видел его лицо, похоже, это очень важное дело, хозяин. Такое чувство, что у молодого голубятника рушиться мир. У него такие жуткие, черные глаза! - Старик возвел руки к небу.
- Молодой голубятник с черными глазами, говоришь? Что ж, проводи Гестера в спальню, сам знаешь какую, и запри там. Я потом его приму.
- Так это...
- Это он.
Старик кивнул и хотел уже уходить.
- Постой, - крикнул, Несс. - В соседней комнате девушка. Сторожи ее от этого черноглазого безумца.
Старик откланялся и постучался в соседнюю дверь, пройдя в шаге от притаившегося в тени, кузнеца. Нерон скрежетал зубами, если бы не скрытность, вынуждающая парня найти иной способ разрешения конфликта, он бы влетел в спальню Несса и придушил его.
- Сударыня. Вы тут?
Никто не ответил.
- Вы тут? - С тревогой спросил старик, приоткрывая дверь.
Нет ответа.
- Сударыня. Где вы? - Старик приоткрыл дверь и взглянул в комнату. Девушка сильным толчком открыла дверь и отбросила прислонившегося к ней старца, заставив старика отлететь и спиной удариться о противоположную стену. Старик быстро оправился и хотел схватить беглянку, но девушка пригрозила ему подсвечником. Прозерпина бросилась к лестнице, но Нерон опередил, перехватив ее руку. Через секунду в коридоре возник Несс. Прозерпина вскрикнула от радости, узнав спасителя, затем быстро спряталась за спину кузнеца.

Несс что-то шепнул старику. Тот кивнул и скрылся. Нерон насторожился. Он стал медленно отступать вниз, ожидая мощной атаки. Девушка пошла вниз по лестнице, не отстраняясь от него.
- Я хочу предостеречь тебя, граф рода де Ганц, - произнес Несс.
Заслышав последние слова, парень побледнел и пошатнулся. Его загадка уже разгадана.
- Я знаю все о твоей семье, и я передал, сам знаешь кому, вести о твоем местоположении. Они уже идут за тобой. Но ты хитрый парень. Ты едва не сорвал мой безупречный план. Ты представился именем старого голубятника, и я едва не отменил заказ, решив, что голубятника замучила совесть или проснулось чувство сострадания. Хорошо, что ты объявился. Я ждал тебя.
Через минуту граф де Ганц расслышал топот лошадей, людские голоса и бренчание оружия.
- За грехи отцов отвечают дети, - злобно проговорил рыцарь. Парень испуганно попятился. Он уже хотел бежать с Прозерпиной, как почувствовал, как кто-то, что-то приставил к его спине. Парень обернулся и заметил лезвие ножа в руках одного из слуг. Нижнюю ступень лестницы и коридор первого этажа окружила вооруженная прислуга, готовая пронзить кузнеца по приказу их хозяина.
- Выхода нет, - крикнул Несс.
Внезапно в замке, показалась группа людей в отрепье. Они подошли к одному из слуг. Тот кивнул и знаком указал в сторону лестницы.
Заметив за своей спиной своих убийц, Нерон зажал ручку Прозерпины и рванул в коридор второго этажа, моля небо послать ему выход на волю. Едва не падая от скорости и крутых виражей, девочка покорно следовала за ним, ничего не осознавая. Чем Нерон заслужил смерть?
Замок был создан из темного камня, освещаемого светом тысяч свеч. Парень, наугад, вбегал в одну дверь, выбегал из другой. Кружил по кругу, не зная куда идти, волоча за ручку испуганную Прозерпину. За несколько минут парень обследовал каждый угол второго этажа. Убийцы следовали за ним по пятам.
Парень нашел неосвещаемую лестницу и бросился по ней вниз, явно надеясь отыскать путь на улицу. Там он оседлает лошадь и скроется со своей спутницей. Но его мечтам не суждено было сбыться. На нижней ступени стояли убийцы, сверкая глазами и скаля свои звериные пасти, напоминающие улыбку голодного, старого, больного зверя. Для полного сходства им недоставало нескольких передних зубов.
Парень бросился вверх по лестнице, но его путь перегородил Несс и его вооруженные слуги.
- Хорошая работа, Несс. Ты получишь долю, - проговорил один из оборванцев, походивший на вожака этой вонючей стаи. В его руках был зажат топор.
Он подошел к Нерону и приветливо пожал ему руку.
- Договоримся? - проговорил тот и поклонился Нерону.
- О чем они? - спросила Прозерпина, дергая Нерона за рукав.
Из толпы бродяг вышел человек лет шестнадцати и учительским тоном начал говорить, страшно заикаясь.
- Д...дело в том, моя с...сударыня, что т...твой друг, точнее его отец, зад...должал нам д...денег.
- Его отец был азартным человеком, и это погубило его и весь его род. Нерон единственный выживший представитель данного рода. Его спасло лишь то, что после похищения матери, произведенного нами, как вы поняли, он кинулся разыскивать мать, и мы потеряли его след. Однако слухи быстро распространяются, и нам стало известно о существовании парня с крутым нравом подобного лишь нраву демона и силой воли более твердой, чем металл. Он был кузнец-найденыш без имени и прошлого, но мы уже знали кто он. Год мы следили за тобой и уже были уверены. Один твой вид, твой голос и твой медальон, что на твоей шее, говорит о том, что ты уроженец древнейшего рода де Ганц. Твой отец проиграл все состояние, но так и не вернул долг. Артур покончил с собой, понимая, что не расплатится. Тем самым он положил начало несчастьям, которые пролились как следствие его необдуманного поступка. Его мать не вернула долг полностью, и теперь она не стала нам нужна и как следствие ее уже нет в нашем мире. Твой черед, парень.
-Поступок твоего от-тца обесчестил мой р-род, - проговорил, заикаясь, парень в отрепье и с косой в руках. – Т-теперь я зараб-батываю на жизнь работая словно р-раб на своего хозяина!
Нерон слушал молча, сильно стискивая ручку Прозерпины, словно унимая этим душевную боль. Прозерпина кривилась от боли, но молчала.
- Сколько я вам должен? - Спросил Нерон, бледнея.
Заикающийся парень подошел к нему и что-то шепнул ему на ухо. Прозерпина вскрикнула. Парень стал мертвенно бледен. Нерон пошатнулся, закрыл глаза и стал падать с лестницы. Прозерпина подхватила полумертвое тело юноши. Однако, через несколько секунд парень справился со слабостью и вновь выпрямился. Тогда он проговорил, еще больше заикаясь, чем юноша, стоявший перед ним:
- Когд-да вор-рачивать д-долг.
Заикающийся парень, думая, что его передразнивают, в бешенстве закричал.
- Да к-как ты п-посмел! Д-дразнить в т-твоем положении. Д-д-да ты знаешь, что с т-тобой будет!
- Уймись, Билли, - проговорил Несс.
Несс перехватил руку девушки, та вскрикнула и отстранилась от Несса, прижимаясь к спине Нерона.
- Мы давно хотели тебе сообщить об этой истории, Прозерпина, - Несс силой притянул девушку к себе. Нерон заскрежетал зубами и дернулся, желая защитить суженую, но блеснувший нож в руках одного из слуг успокоил его. Нерон застыл неподвижно, стараясь словно прочитать мысли Несса, всматривался в его весело блестевшие глаза. Взглянув в эти бездонные и безумные глаза, Несс пошатнулся и, инстинктивно, повинуясь страху, отступил назад.
- Люби только меня, его стоит ненавидеть.
Несс посмотрел в глаза Нерона. Он заметил, что если бы не нож, упиравшийся мальчишке в спину, тот уже давно уничтожил бы его. Нерону оставалось только одно. Он стоял, смотря в глаза неприятеля, стараясь глазами передать фразу.

«Я тебя найду на любом конце света, и переломаю тебе кости!»

Однако Несс чувствовал себя вполне уверенно. Силы были явно не на стороне разъярённого мальчишки. Несс увел Прозерпину на несколько шагов назад. Нерон побагровел и заскрежетал зубами. Он резко рванул вперед, заметив, что его девушку уводят. Один из слуг, державший нож, схватил парня за плащ, и втянул обратно на лестницу. Парень желал спасти возлюбленную, и он вновь сделал попытку. Он толкнул одного из слуг и оказался в окружении двух десятков людей, и каждый был вооружен: Слуги вооружились ножами, стульями, подсвечниками, топорами. Бродяги имели косы, топоры, ножи, пики и копья. Два десятка орудий уперлись в спину и живот юноши. Тот застыл и покорно склонил голову. Тут он поднял глаза уже с мольбой. Девушка почти скрылась за поворотом. Она, не отрывая взгляда, смотрела на него, моля спасти. Парень выдал жалкую пародию улыбки, и слегка кивнул головой. Девушка все поняла. Он сказал "Жди. Я найду тебя".

Парня вывели на улицу. Прозерпина бросилась к окну и заметила Нерона. Мальчишка сидел в какой-то телеге. Его руки были связанны, и тот метался по повозке, силясь снять путы или порвать их. Он что-то кричал, но слов она не разобрала. Возница отвернулся, чтобы погладить гриву своего черного коня, словно лаская его перед тяжелой дорогой. Нерон воспользовался этим. Он соскочил с телеги и бросился во дворец, освободившись от пут. Возница вскрикнул и, бросив своего коня, побежал за юношей. Парню не повезло. Несколько бродяг, освещая коридор грязными, алчными улыбками, проходили мимо, забив в мешки серебро и иную поживу. Заметив беглеца, они отдали ношу одному из бродяг, а сами же бросились за Нероном. Парень был схвачен у лестницы. Он был в десяти шагах от Прозерпины, но так и не заметил ее. Но девушка заметила его. Она желала броситься к возлюбленному и помочь. Она побежала, оттолкнув Несса. Несс бросился следом. В коридоре он настиг ее. Девушка, прикрыв руками прекрасные глаза, молила небо дать ему, Нерону, сил. В окружении десяти-двенадцати бродяг ее любимый катался по полу, порой вскрикивая от боли и закрывая руками голову. Он не сопротивлялся. Все его силы были сломлены. Мужчины в отрепье пинали парня по лицу ногами. Кто-то схватил его за волосы, приподнял и плюнул в лицо. По лицу парня текла кровь, оба глаза были подбиты и скоро их украсят две ужасные гематомы. Нерон придерживал правую руку левой рукой, словно она была сломана. Мужчины прекратили побои лишь тогда, когда осознали, что следующий удар, попросту, убьет его. Парень лежал в луже своей же крови. Его нельзя было узнать. Лицо страдальца представляло собой кровавое месиво. Нерон сел на колени, затем, постанывая, стал массировать правую руку, по-видимому, проверяя, не сломана ли она. Только два черных глаза по-прежнему злобно сверкали. Только теперь, кроме ярости, взгляд парня затуманивал испуг или даже паника. Девушка не узнала этого неукротимого, мощного и умного человека под ногами коего горела земля. Парень был сломлен. Марионетка в руках палача. Опустив голову и, осматривая Прозу сквозь черную, бесформенную челку, он старался что-то сказать. Однако его заставляли молчать, пиная по лицу. Парень опустил голову и вновь взглянул на нее. Теперь в этих глазах смешалось все: боль, стыд, страх, подчинение. Он был обречен. Нерон опустил голову, сдаваясь на милость врагам.
Вдруг один из бродяг почесал за ухом и обернулся. Несс и Прозерпина стояли подле него. Мужчина ухмыльнулся.
- Уважаемая Прозерпина, любезнейший Несс. Вы стали свидетелями того, чего я желал все эти годы. Этот мальчишка отплатит сполна. Я думаю продать его в рабство, и оттуда он не сбежит. Я обеспечу его прекрасными кандалами. Но, сперва, я расскажу вам все, но не бесплатно. Я возьму вот этот нож с бриллиантом и жемчугом. Ах, какая прекрасная вещь!
- Он ваш, - проговорил Несс. Нерон, к тому времени лежал на полу и не двигался. О том, что он еще жив, говорило только судорожное дыхание.
Мужчина улыбнулся и заткнул нож в штаны.
- Признаться честно, любезный Несс, я сам был свидетелем падения столь знатного рода и во многом виноват. Я знал Артура много лет, и я хочу вам сообщить вот что. Оно, черт его дери, важно. У вас рты откроются от изумления!
Нерон поднял глаза на старика и стиснул зубы, сдерживая порыв гнева. Однако он не пошевелился. Вздохнул, и вновь сел на пол, беспомощно рассматривая узоры на полу.
- Говори же! - пробурчал Несс. Седой мужчина стал, не отрывая взгляда, смотреть на трубку из чистого золота.
- Берите ее, - проговорил Несс. Седой тут же спрятал вещицу за пазуху.
-Двое моих товарищей…, - Седой замолчал и тут же продолжил рассказ, - я не хочу о них рассказывать. Пускай это будут мсье А, и мсье Б.
Мсье А – очень знатный человек. Он являлся очень важной персоной Греции. Это был «черный король». В его власти были не князья и холопы, а воры, преступники, продажные девушки, продажные люди, стоящие при власти. Мсье А решил найти богатого дурака, и взять себе его богатство. Фишка пала на несчастного графа и его буйную женушку. Артур быстро сообразил, откуда ветер дует и стал защищать свою семью. Он знал обо мне все и знал, что я не отступлюсь от наших дел. Мсье А потерял очень много преданных ему людей, но богатства Артура были для него так же далеки. Артур сражался как голодный зверь, без страха, боли, колебаний.

Мсье А уже стал лютовать и проклинать столь сильного противника. Тогда он призвал мсье Б на помощь. Их общая армия сломала и уничтожила людей Артура, но и люди Артура уничтожили тысячи солдат мсье А и Б. Артур остался гол и жалок. Его армия сломана. На его совести трупы многочисленный виновных и безвинных людей. Люди мсье А и Б приодевшись греками потешались над людьми Артура. Некоторых продали на опыты и люди верили в бредни солдат, мол, их правитель выжил из ума. Если долго говорить чушь, рано или поздно, но ты сам в нее поверишь. Люди невзлюбили Артура и поползли многочисленные слухи. Ты, щенок, даже не знаешь, что твой отец сделал с нами! Мы уничтожим весь ваш род, поскольку такие раны можно излечить только кровью целой династии де Ганц! Ты прятался как щенок, думал, не найдем. Однако нас невозможно провести, мой друг. Мы нашли тебя. - Мужчина приподнял Нерона за подбородок.
- Можешь отдать нам Прозу, и долга нет, - улыбнулся мужчина. Нерон плюнул в его лицо. Седой оскалился и ударил его ногой в живот.

Жуткий вопль парня можно было услышать даже в Нововавилоне. Тот стал всхлипывать от невыносимой боли. С его тонких губ потекла струйка крови.

Нерон отдышался и осмотрел Прозерпину, бродягу и Несса. Он был ужасно бледен.
- Оставь ее! - Нерон не мог кричать и его вопль больше напоминал стон.
- Рано или поздно, он найдет свой конец. - Бродяга посмотрел в сторону Нерона. - Грузите парня в телегу, да и держите его покрепче. Больно прыткий.- Бродяги приподняли Нерона и поволокли по коридору его безжизненное тело.
Разум парня был застелен туманом от невыносимой боли. Однако он расслышал голосок Прозерпины.
- Я не буду никому принадлежа…
Девушка недоговорила. На рот девушки легла тяжелая рука Несса.

Чужой среди своих.

Здание суда расположилось в наиболее достойном для этого месте. Не было ни одной травинки или хилого цветочка. Сплошная мертвая земля. Каменные здания впечатляющих размеров, грозили раздробить в пыль хилое, деревянное сооружение. В углу строения, напротив главного королевского прокурора находилась клетка. Напротив прокурора, сидел судья. Остальную часть здания заполняли скамьи.
Судьей оказался мужчина немолодой, но и не старый – лет пятидесяти и напоминал больше зубастого, измученного волка. Его маленькие глазка оглядывали заключенного, словно перед ним не человек, а кучка мусора. Прокурором, напротив, оказался бодрый, добродушный толстяк, лет одновременно и тридцати и пятидесяти. О его возрасте можно только гадать. Он смотрел на заключенного и мотал головой, словно жалел несчастного. За спиной прокурора находилась дверь. Она вела в комнату допроса. Говоря иными словами, более точными – это была камера пыток. В первом ряду зрителей, рядом с клеткой, сидел священник.
Несчастного только что вывели из «камеры допроса». Парень не мог идти самостоятельно и его волокли через весь зал. Священник перекрестился, заметив на спине юноши страшные раны от многочисленных ожогов. Парня зверски изувечили, и тот был почти без сознания. Парень дал нужную следствию информацию, но никто не сомневался что все сказанное Нероном ложь. Ганц был слишком горд и не сломим. По словам людей, пытавших его, Нерон понял, что его обвиняют в страшном грехе, но в каком именно Нерон не мог знать. Несс же обвинил гордого подростка в извращенных отношениях с дамами, богохульстве и осквернении личности короля. Парня грубо впихнули в клетку. Нерон упал, ударившись лицом о скамью. Перед глазами парня вертелись невнятные образы, жгучая боль утягивала его обратно в бессознательное состояние, но парень не давал слабости. Он боялся. Очень боялся. Нерон лежал на полу, пока его угрозами не заставили принять вертикальное положение. Парень сел, покачиваясь от невыносимой слабости.

Нерон вздрогнул. Ему послышались слова покойного отца

«Чтобы не произошло, ты должен быть добр, храбр и честен. Ты обязан защищать слабых, ибо для этого и созданы мы – мужчины. Чтобы тебе не пришлось пережить – голод, пытки ты обязан держать голову прямо»
« О, папа! Как же я устал…»

Невыносимая боль выдернула его из обморочного сна. Один из стражников ударил Нерона по лицу.

В зале яблоку некуда было упасть. Мужчины, женщины, дети и старики толкали друг друга в бок локтями, чтобы потесниться, но все равно, некоторые, с сожалением, были вынуждены устраиваться на полу, между рядами.
Судья поднял руку, и зал тут же утих, как по волшебству.
- Начинаем слушание, - прокаркал судья. - Представьтесь, молодой человек, - обратился он в сторону клетки.
Зрители повернули голову в сторону заключенного.
В клетке сидел молодой человек со связанными за спиной руками. Его одежда уже давно превратилась в лоскутки, и были видны еще свежие раны от кнута и страшных ожогов. Заслышав вопрос, тот поднял голову и взглянул в глаза судье.
- Нерон Лурдской.
- Профессия?
- Кузнец.
Парень покорно отвечал на вопросы.
- Вы в сговоре с темными силами? Вы колдун? - спросил священник
Нерон поднял на него черные глаза и невесело ухмыльнулся.
- Нет. Я не виноват, что таким вышел в свет. Я ничем не хуже других.
- Врет! - возмутился зал. – Я сама видела, как он чем-то нечистым занимается в своей кузнице, когда все спят.
- Как вы это объясните? - спросил судья.
- Я живу в кузнице. Кузница – мой дом. Я пропадаю там и днем и ночью. Сплю на скамьях и при свете свечей. Я игнорирую комнату в замке, поскольку она рядом с кухней и там слишком шумно.
Зал загудел, словно парень нес сплошную околесицу.
- Я такой же, как все люди на земле имею и свои достоинства и недостатки. Я почитаю бога и царя, - проговорил юноша
- Но игнорируете законы, - проговорил прокурор
- Таков уж я грубиян, - ухмыльнулся граф.
Зал пожал плечами. Грубость не преступление.
- Вы знаете, почему находитесь здесь? - спросил прокурор.
- Нет.
- Я объясню.- Прокурор достал бумаги и стал читать.
- Вы не совершали никаких преступлений против страны или общества. А ваша грубость не преступление. Но все же некий рыцарь по имени…
«Опять Несс…» подумал Нерон.
- …по имени Несс заявил, что вы плохо отзываетесь о нашем государе. Это правда?
- Я свято чту правителя.
- Почему же Несс так сказал. Вы можете предположить истину?
- Мы враги с Нессом почти всю мою сознательную жизнь. Он пытается увести мою девушку, ссылаясь на свой титул. Он давно пытается свести со мной счеты.
- Вы не поделили подругу? Кто это подтвердит?
- Я думаю многие: моя мать, Гестер, Проза, Мария, Елизавета и многие другие.
Зал надолго замолчал.
Прокурор пожал плечами, сдаваясь.
- Похоже, помиловать….
Зал взорвался.
- Посадите его!
- Убейте его!
- Нет оснований. Он чист, - развел руками судья.
- Не так уж он и чист.
Нерон поднял взгляд и заметил Седого. Рядом с ним сидел Билл - его верный пес. Нерон вздрогнул.
- Во первых: он игрок и должен нам круглую сумму, но он предпочел скрываться от нас. Думал, не найдем. - Седой, в упор, посмотрел на Нерона. Парень грозно посмотрел на него.
- Во вторых он презирает наши святые законы, в том числе законы церкви.
Нерон оскалился, словно волк.
- В третьих он обесчестил служанку нашего господина царя, будучи женатым на герцогине Агнессе.
- Кузнец женат на герцогине?
Зал попадал со смеху. Седой побледнел.
- Умора! Плут!
Седой удивился, что и Нерон смеется вместе с залом.
- Нерон Селло-де Ганц граф! - возмутился Седой
- Граф я?! – Нерон попытался рассмеяться, но силы быстро покинули его. - Я всегда был графом де … как его, Селоган! Мне просто никто не верил.
Зал и заключенный расхохотались.
Седой заметил, что судья с прокурором тоже смеются.
- Вам есть что добавить? - спросил прокурор.
Седой покорно сел.
- Уважаемый граф, - обратился он к заключенному. - Все вышесказанное правда?
- Нет.
- Тогда вы помилованы.
Нерон посмотрел в сторону Седого, и мигнул ему, ухмыльнувшись.
- Отпустите его, - приказал судья.
Зал взорвался.
- Повесьте его!- все кричали как один.
- Я имею свид-детелей его приступ-пления, - прокричал Билл.
- Каких же?
- Он в сговоре с т-темными силами. Н-Нерон де Ганц… П-простите Лурдской, - поправился Билл, уловив насмешливый взгляд судьи и священника.
Священник подался вперед.
- Преступление какого рода вы подразумеваете?
- К-колдовство и наведение порчи на тех или иных жителей г-города.
Зал загудел.
- Это правда? - спросил судья, заключенного.
- Чистая ложь.
- Чем вы докажите свои слова? - спросил священник.
- Свидетели.
Из зала вышло несколько человек. Они подошли к судье и стали что-то ему по очереди шептать.
Нерон, испугавшись, бросился к прутьям решеток.
- Не верьте им!
Было понятно, что свидетелей подкупили. Нерон даже не знал своих доброжелателей.
Судья изменился в лице, когда стал выслушивать первого лжесвидетеля, когда же проговорил последний свидетель, его улыбка стала иметь сходство с волчьим оскалом.
- Ах, а этого суд не учел… Подсудимый, встаньте. Почему вы не сообщили нам, что вам не по вкусу наш повелитель? Вы не любите нашего царя.
- Свято чту и преклоняюсь перед ним, - ответил заключенный.
- Звучит не убедительно. За осквернение личности царя суд выносит приговор. Десять лет каторги в…
Судья задумался.
- Судья. Извольте графу де Ганц нести наказание в «прииске де Ганц», - вставил прокурор и улыбнулся.
Зал захихикал. Седой громко выругался и ударил кулаком по скамье.
- Приговор таков десять лет каторги в прииске рода де Ганц
Это был заключительная речь.
- Есть последнее слово? - спросил судья.
Нерон пал духом, услышав приговор и не сразу откликнулся.
- Я хочу поговорить с ней. С Прозерпиной. Служанкой нашего господина.
- Зачем?
- Я многое должен ей сообщить. Это личное.
- Например, как помочь сбежать с каторги. Говорите здесь. Прозерпина, вы здесь?
- Да, - крикнули с заднего ряда.
Нерон поднял глаза и заметил Прозу, Аю, Лизу и Гестера.
- Одно лишь я прошу. Проза, мама и папа. Не верьте им, и мне будет легче. Немного легче. - Парень склонил голову.
- Несправедливо. Боги все видят! - закричал Гестер, махая маленькими и ссохшимися кулачками.
- Вы не согласны с приговором?
- Он же невиновен!
- Докажите.
Гестер сел на место.
- Но он же невиновен! - повторил тот.
- Все понятно. Подсудимый виновен. Расходимся, заседание окончено.

«Сторожила» золотого прииска.

В большинстве случаев Нововавилон получал в свои владения золото путем торгов с различными странами, поскольку торговля Нововавилона была очень развита. Также где-то на берегу Тигра или Евфрата находились россыпи золота. Металл низко ценился, поскольку добывали его заключенные, рабы, преступники или же каторжники.
В Нововавилоне того времени царил настоящий террор. Даже безобидный крестьянин мог оказаться в петле "оказавшись не в том месте". Что же происходило с каторжниками страшно даже представить. Их жизнь ценилась ниже стоптанного ботинка или мелкого камня, коего топчут ногами. В случае болезни или травмы их просто убивали и заменяли новыми. Их морили голодом, истязали. Непосильный труд убивал даже самых стойких. Невозможно подняться, невозможно бежать, невозможно облегченно вздохнуть полной грудью и так продолжалось целую жизнь.

Парня усадили в телегу. Под бдительным присмотром трех бродяг два часа он ехал в неизвестность. Один из бродяг, заикающийся Билл, часто заговаривал с вожаком их стаи. Его звали Седой. Это был тот самый мужчина с топором, желавший продать парня в рабство. Седой мужчина и Билл весело делились нажитым имуществом Несса. Только сейчас Нерон осознал, что Несс продал его как безродного щенка. Теперь эти трое решат его участь.

Однако в телеге был и третий мальчишка. Ему было лет пятнадцать-восемнадцать. Он был рыжим, худосочным и очень прытким. Нерон уловил в его глазах искру скорби и жалость. Нерону казалось, что парень ждет подходящий момент, чтобы заговорить с ним. Дождавшись, когда все, кроме возниц, крепко уснули, мальчишка сел поближе к Нерону и оглянулся. Позади него ехали три телеги. Мальчишка взглянул в глаза парня, и тихо прошептал.
- Уснули.
Нерон не расслышал его. Он сидел, погрузившись в свои мрачные мысли.
- Билл, Седой, вы слышите меня?
Никто не ответил.
- Спят,- удовлетворенно проговорил юноша. - Как тебя зовут?
Парень не ответил.
- Правильно. Молчи. Меня же зовут Вергилий. Тебе не повезло. Тебя везут к руднику. Теперь тебе ввек не видать ни солнца, ни воздуха. Я там тоже работал, точнее, отбывал наказание как каторжник. Я когда-то бежал оттуда, поскольку там есть проход. Никто не знает о нем. Если ты скажешь, как тебя зовут, я помогу тебе бежать.
- Почему ты помогаешь мне? - Еле слышно прошептал Нерон.
- Меня грязно продала мать за несколько серебряных. Я знаю, что ты чувствуешь. К тому же я все видел. Я был свидетелем, как ты надул Несса. Видел, как ты спасал себя и Прозерпину; видел, как ты бежал из телеги. Ты храбрец и ты желаешь жить на земле, а не под землей. К тому же я такой сердечный! Ввек себе не прощу, если не помогу. Так как мне тебя звать?
- Нерон.
- Красивое имя. Так вот. Я попрошу Седого. Видишь того мужчину с седой бородкой? Это Седой, и он главный. Этот заикающийся, некогда князь Билл. Сейчас он князь бродяг,- мальчик захохотал. - Я попрошусь работать с тобой на пару. На первом уровне, под землей, есть небольшая пристройка. Там нам дают еду. Мы ее прозвали – столовая. Это пещера в пятидесяти футах под солнцем и там всегда светло, поскольку там много окошек, а ночью свечей и факелов. Ровно в полночь все старшины оставляют нас, остаются только предатели. Так мы называем тех, кто некогда был каторжником. Сейчас они охраняют нас, чтобы не сумели удрать. Они, а их немало, попросту предали нас. Они докладывали каждый наш шаг "нашим вершинам" и именно это "возвысило" их. Они получают серебро за труды, и они живут под солнцем. Признаться, я один из них, но моя миссия помочь достойным. Я вывел троих из плена, и ты будешь четвертым кого я спасу. Мечта моя, помочь всем коих продали и предали. Но ты особенный. Тебя продал твой же враг. Это не в счет. Но ты желаешь спасти эту светловолосую девушку. Ты любишь ее, желаешь спасти ее, пусть и ценой своей свободы и жизни. Ах! Это же совсем другое дело! Знаешь, что я люблю больше всего? Счастливый конец! Ты будешь свободен, но не сразу….- Тут Вергилий затих, поскольку перестал слышать размеренное дыхание Билла.
- Билл. Смотри, я трогаю твою поживу! Я забираю ее себе!
Билл не услышал его.
Мальчик осмелел и продолжил.
- Держись подле меня. Я все устрою. Ты мне доверяешь, Неро?
- Я бы очень этого хотел, - ответил Нерон.
- Ты поверишь, поскольку я твоя единственная надежда увидеть Прозерпину. Я прошу тебя. Если ты желаешь свободы, притворись напуганным и послушным. Делай все, что тебе прикажут. Не огрызайся и не лезь в драку.
- И долго так притворяться?
- Пока тебе не поверят. Поверь мне, слабаков у нас уважают. Им даже, изредка, дают погрызть печенье и попить сладкий сок. Не конфликтуй даже с такими же каторжниками как ты. В один прекрасный день, а он непременно настанет, я приду к тебе и твоим товарищам. Там будет и «предатель-сторожила». Нам нужно придумать фразу. Мм. Придумал. Я скажу всем рабочим "Возможно, сегодня будет десерт к ужину!" Это будет означать, что проход приготовлен к побегу. Остается только бежать.
Парень постарался и выдал жалкую улыбку. Вергилий пожал ему руку.
- Держись подле меня. Мы вместе.
Через несколько дней, телега остановилась. Билл помог сойти Седому. Вергилий же помог сойти Нерону. Вскоре они были у входа в пещеру.
Вергилий сразу заговорил:
- Туда требуют свежих сил. Нужно пробить туннель через эту скалу. Видите. Два старика отдали Богу свою душу и сил не хватает. Смотрите ка на него. Он силен, ловок! Он просто сокровище! Отдай мне его, Билл.
- Забирай, - сухо ответил тот. Вергилий подмигнул Нерону.
- Билл, я схожу к повару. Он просил помощи. Ты снаряди его, и направь его в правый туннель.
Билл кивнул.
Глаза Нерона привыкли к свету, и он не мог видеть, куда его вели. Наконец кто-то зажег факел и в руки Нерона полетел какой-то инструмент. Парень, инстинктивно, его поймал и увидел какое-то приспособление, напоминающее молот.
- Стой смирно, - приказал Билл. Парень мог убить Билла этой самой киркой, но он воздержался, вспомнив уговор с Вергилием.
На его ноги одели стальные колоды. Через несколько минут появились другие каторжники. Был час обеда.
-З-знакомься с приятелями, - проговорил Билл.
- Как тебя зовут, новенький, - проговорил один из каторжников.
- Это наш новый товарищ. Зовут его Неро. Мы успели познакомиться по дороге. - Неизвестно откуда появился Вергилий. Он нес свечу в своих тощих ручонках.
- Я буду контролировать его и вас всех, господа. Прошу подчиняться мне.
Все кивнули. Один Нерон молча склонил голову.
- Тогда за работу. - Вергилий повел плечами и сел подле Нерона на камень. Присмотревшись к Вергилию, Нерон узрел в его руках плеть. Он сразу понял ее назначение. Вергилий махал ею направо и налево, ни щадя никого. Получив сильный удар плетью, Нерон заскрежетал зубами и хотел раздавить парня. Вергилий отшатнулся, затем повернулся спиной к товарищам и замотал головой, что-то не одобряя. Нерон понял упрек и стал терпеть унижение и боль.

Однотонная работа, сопряженная с непосильной физической нагрузкой, медленно сводила пленников с ума. Первые дни каторги показались Нерону годом. Он утерял весь свой привычный облик. Его лицо заросло. Спина и грудь горели от кнута, по ногам стекала кровь. Из одежды на нем были только очень короткие штаны на десять размеров больше чем надо, и перевязанные по поясу веревкой. Его босые ноги резались об острые камни. Ничего Нерон не желал большего, как просто вздохнуть, почувствовать хоть какую-то крохотную часть жизни. Не чувствовать боль, страх. Но он цеплялся за жизнь. Судьба слишком непредсказуема.
Огни недалекой жаровни обжигали обнаженные спины узников, но те терпели не обмолвившись. Смирение? Ранним утром и до вечера они крошили гору. Ближе к вечеру слабые, раненые и слишком старые отдыхали на соломе. Молодые, крепкие и выносливые выносили груды камней из пещер, очищая ее. Каждому крепышу, в том числе Нерону давали корзины и привязывали их к спине. В каждую из корзин клали камни. Порой вес этих камней превышал их собственный вес. Каждые полчаса кто-то с криком падал на землю и несчастного тут же уводили. Почти тут же, в стороне, слышались крики и свист плетей в воздухе, и несчастный появлялся вновь. Однажды несчастного бросили под ноги Нерона. Парень отшатнулся и едва не выронил поклажу. Мимолетно взглянув на затылок несчастного, его прожгла невыносимая боль. Парень был совсем наг. Его длинные волосы стекали темными водопадами по плечам и спине. Нерон не мог смотреть на его раны. Его спина, шея, ягодицы и ноги представляли собой страшное зрелище. Парень или же мужчина безутешно рыдал, уткнувшись лицом в землю. Нерон встал и только открыл рот, желая утешить страдальца, как его стеганули по ногам. Нерон поник и побрел дальше. В глубине своей гордой души падший граф рыдал еще более жгучими слезами, чем данный бедняга, но он держался. Держался из последних сил. Но для чего?
Однажды Нерон оступился и упал, рассыпав содержимое корзины. Нерон поднял голову и заметил человека, смотрящего на него сверху вниз. В его взгляде смешалось все: наслаждение, усталость и гнев. Этот взгляд не сулил ничего хорошего. Нерон почувствовал дикий ужас, но был вынужден встать. Его увели в то место, коего он так боялся. Именно там, если верить крикам, узников пытали. Нерона привели в просторную пещеру, освещаемую факелами и свечами. По центру комнаты находился небольшой стог соломы. В левом краю мерцал костер. Некий тучный мужчина докрасна накаливал железку. По всей пещере были разбросаны инструменты, назначения коих Нерону были непонятны. Это были жуткие щипцы, острые ножи и иные приспособления с тонким острием. Они вселяли приступ животной паники. Тучный мужчина вежливо усадил узника на солому, затем приблизил раскаленную железку к обнаженному торсу юноши. Двое крепких парней схватили юношу, что бы тот не сумел вырваться из их лап. Заметив раскаленное железо у своей груди, парень вскрикнул и стал отчаянно дергаться, но его зажали еще крепче. Секунд пять мужчина, словно не мог прицелиться. Он направлял железо то к груди, то к животу юноши. Нерон хотел закричать, но с губ не сорвалось ни звука. Он похолодел, и по спине покатились капли ледяного пота, глаза болезненно расширились, рот открылся, будто в немом крике. В интервалах, он, словно задыхаясь, хватал ртом воздух. Мужчина повертел железкой у груди юноши и внезапно отбросил ее в сторону. Нерон застонал и, едва его отпустили, тот упал на землю, задыхаясь и стараясь унять свое взбесившееся сердце.
- Еще один промах и я буду с тобой менее сердечен. Ты мне нравишься, Неро. Ты силен, могуч и далеко не трус.
Нерон ничего не ответил. Тот безмолвно уронил голову на обнаженную грудь.
- Берите его, ребята.
Нерон вздрогнул. Трое крепких парней зажали руки беспомощному юноше. Нерон слабо вскрикнул от боли.
- Прошу работать по нашим правилам, кусок дерьма. Бросайте его на стол.
Нерон с силой ударился грудью о деревянный стол.
- Вяжите его, ребята.

Нерон был обездвижен. В глазах молодого человека застыл панический ужас. Что с ним намерены делать эти кровожадные изверги?
Наклонившись вперед, палач с улыбкой посмотрел в глаза Нерона, словно упиваясь страхом юноши.
- Обожаю свою работу! – проговорил один из палачей, позвякивая металлическими инструментами. Выбрав тонкий ножик, Палач подошел к осужденному.
- Не люблю, когда недобросовестно выполняют свою работу. - Палач дал Нерону слабую пощечину. – Делай то, что тебе велят и тогда ты, возможно, обретешь свободу.
Палач снова несильно ударил Нерона по лицу. Выражение глаз Нерона изменилось. Теперь он смотрел на палача с недоумением.
Палач выбросил нож и тот со звоном ударился о стену.
- Посиди тут. Обдумай свое положение.

Палач и его помощники покинули комнату, оставив Нерона в комнате. Несчастный граф сполз на пол и сумел доползти до небольшого стога сена. Скоро потух небольшой камин, и дьявольский холод заполнил пещеру и Нерон увидел свое собственное дыхание. Парень зарылся в стог сена, но это не помогало. Совсем скоро он перестал чувствовать кончики пальцев ног. Он отчаянно пытался согреться, растирая закованными в кандалы руками те участки тела, до которых мог дотянуться. Скоро холод стал невыносимым.
Через двое суток палачи вернулись и с недоумением осмотрели осужденного. Они не могли поверить, что жертва еще жива. Нерон сидел на полу. Его тело сотрясали конвульсии и тот, плотно обхватив себя руками, очень громко выбивал зубами ритм. Помощник палача осмотрел парня, повел плечами и разжег камин.
- Я думал вы умрете, мой дорогой раб. Никто не мог продержаться так долго.
Палач подвел осужденного ближе к огню и снял кандалы. Нерон упал на пол и потянулся к огню. Он не мог оказать сопротивления, поскольку потерял последние силы.
- Не стоит попадать сюда вновь. Не плошайте, мой друг и мы, надеюсь, никогда не встретимся.
Нерон лег вдоль камина, упиваясь теплом. Он почти не слышал слов палача.
- Вставай!
Нерон встал, но его подвели ноги. Тот рухнул вниз.
- Он обморозил конечности, - проговорил помощник палача. – Он не может встать.
- Мне все равно! - закричал палач. – Его достаточно наказали! Пусть покинет помещение.

Помощник почесал лысую макушку, взвалил Нерона на плечо и вышвырнул его за дверь.

Каторжник лет сорока шел по коридору. Минуту назад он покинул «столовую» и сейчас направлялся спать. Споткнувшись в темноте о чье-то тело, каторжник нахмурился. Взвалив Нерона на спину, тот потащил его в сторону своей спальни и бросил Нерона на кучу соломы. Сразу осознав, что парень обморожен, каторжник плотно обхватил его руками, желая отдать часть своего тепла. Лишь когда дыхание парня стало ровным, каторжник оставил юношу. Нерон так и не узнал имя своего спасителя.

Нерону снился он сам. Во сне он не видел себя, зато ясно разбирал свой собственный голос.
"Я жив и вы не сумеете меня сломить! Я держусь, и я выдержу! Я выдержу!! ЯВЫДЕРЖУВЫДЕРЖУВЫДЕРЖУ!!!!!!"
Через несколько часов Нерон пришел в себя. Некто укрыл его тело рваной тряпкой, спасая от холода.

Однажды в монотонную жизнь каторжников вошло оживление. Мужчина лет пятидесяти вдруг пошатнулся и едва не упал, теряя сознание от непереносимого жара. Его молот сорвался и полетел в сторону Нерона. Парень громко закричал и упал на колени. Молот ударил его по ноге. Рядом тут же возник «сторожила». Сторожила, с упреком осмотрел старика, затем безразлично осмотрел Нерона. Занеся кнут над головой старика, «сторожила» уже хотел сокрушить его на спину старца, как его плеть перехватили. Мужчина закрыл глаза, отважно принимая неизбежное. Через несколько секунд он удивленно их раскрыл. Нерон держал руку «сторожилы».
- Не стоит. Произошла нелепая случайность. Пусть передохнет на камне, вон там, неподалеку, и к нему вернутся силы. Я прощаю его. - Нерон узнал того самого бедолагу, что упал к его ногам. Его шрамы уже зарубцевались, а взгляд был просто переполнен болью, отчаянием, смирением к своей жуткой и бессмысленной жизни. Старик был достаточно крепок, но его стальные мышцы уже потеряли свою мощь.
- Ухты! - Откуда-то возник Вергилий. Он выплыл словно из стены. - Какое милосердие, право. Он мне нравится! Но все же прошу запомнить, Нерон. Здесь нет никакой общины. Никто не поблагодарит тебя за помощь.
- Спасибо, - проговорил старик, смотря в глаза Нерона.
- Ты вливаешь новые правила в наши скудные законы! Возможно, ты превратишь этих кротов в приличных людей, лично я не верю в это. Павел, цени товарища! - Вскрикнул весело мальчуган и всплеснул руками.
Павел кротко склонил голову. Нерон сделал шаг в сторону и рухнул на одно колено, стиснув зубы, чтобы не закричать от невыносимой боли.
- Ва! Да тут все серьезно. Несите его к нашей целительнице. Какая женщина! Длинные волосы, осиный силуэт и обворожительная улыбка. Само совершенство!
Павел и «сторожила» взяли дружно раненого, и повели его к целителю. Рядом с ними, вприпрыжку, бежал Вергилий.
«Само совершенство» встретило их у выхода из пещеры. Нерон зажмурился, поскольку его ослепило солнце. Прошли два месяца с того момента, когда он впервые ступил под землю. Оглянувшись, он заметил ту самую повозку из коей он вышел два месяца назад. Рядом с повозкой стоял трухлявый домик. Это и было жилище целительницы.

По центру крохотного домика находилась кровать. Именно туда положили больного. Парень почувствовал приятное прикосновение перины и закрыл глаза, представляя себя дома. Рядом с ним ходит женщина. Несомненно, Прозерпина. Открыв глаза, он заметил целительницу. Это была женщина лет тридцати. Ее тонкое, аристократичное лицо обрамляли длинные, черные волосы, заплетенные в косы. Ее губы было словно вымазаны алой кровью. Парень, успокоенный прикосновением перины, задремал. Пока Нерон спал, женщина осмотрела юношу, затем разбудила.
- Мсье де Ганц? Проснитесь. Вам повезло. Нога не сломана. Полежите здесь пару дней и снова за работу,- проговорила целительница красивым, но немного властным голосом. Голосом человека, привыкшего повелевать окружающими.
- Спасибо, госпожа Галатея. Но где же будете спать вы?
- В соседней комнате. - Галатея указала на второй этаж.
- Еще раз спасибо. - Вяло проговорил Нерон.
Прошло два дня. Галатеей оказалась Василиса. Все эти два дня Нерон спал, не желая просыпаться ни днем, ни ночью.
- Уважаемый Ганц. Проснитесь.
Нерон едва приоткрыл один глаз и завозился в постели. Рядом с Нероном стоял пожилой мужчина. За спиной мужчины толкались еще двое молодых парней.
- Да?
- Хорошо, что вы не спите, Ганц. Недавно я был в известном вам месте, и там некий очень приятный мужчина, вдвое старше вас и со светлыми волосами, передал мне сообщение. В разговоре я вкратце описал ваше заключение, и, похоже, этот разговор пришелся по душе мужчине. Он заулыбался и сказал, мне странную фразу. Он сказал, вы поймете. Я обязан вам передать ее:
"Проворонило сатанинское отродье своего ангела"
Нерон присел на кровати и уставился на мужчину.
- Что вы сказали?
- Вы слышали, не стану пересказывать, уважаемый. Мужчина сказал еще кое-что. Он сказал, если увидит кузнеца Лурдского, убьет его ангела. Он не намерен делиться добычей.
- Ах ты сук...
- Ну не стоит так крепко выражаться, Ганц. Не культурно. Вы знаете этого кузнеца?
- Немного.
- Так вот, долг я выполнил. Ухожу.
- А можете передать ответ?
- Увы, нет. Я не вернусь туда больше.
Сделав несколько шагов в направлении двери, мужчина резко затормозил и обернулся.
- Ах, да. Забыл совсем.
В комнату ввалились несколько мужчин. Один из них склонился над Нероном.
- Была оплачена кругленькая сумма за вас. Некто заботится о Вас, граф, и поэтому прислал друзей.
Нерон взглянул на мужчину, ничего не понимая.
- И забота заключается в том, что все годы заключения здесь о вас будут заботиться, холить и лелеять, болван!
Двое мужчин загоготали.
- Он изменит твою жизнь, выродок,- заорал один из крупных мужчин. В руке у него появился нож. - Мы ее изменим! - Мужчина воткнул нож в кровать и порезал ухо Нерона.
Нерон остолбенел и уставился на нож, не понимая, что происходит.
- Что за...
- Заткнись.- Другой мужчина вцепился руками в длинные волосы парня и рванул вверх. Парень легонько вскрикнул и замолотил по воздуху руками, стараясь ослабить хватку на голове.
- Нам рассказали, какое ты дерьмо, уродец! Твою мамашу и папашу не зря отправили на тот свет! Родили урода! Ничтожество, выродок!
- Что тако...
Удар.
Нерон отшатнулся, и его лицо окрасилось кровью. Исследовав рот при помощи языка, он недосчитался двух зубов. Еще немного и волосы разъединяться с плотью и Нерон стал предпринимать попытки ударить обидчика и освободиться.
- Не стоит тратить слова, мальчик. Не таких укрощали. Совсем скоро, по моему велению, сам будешь носить в зубах мои тапочки.
- Представь себе…
Лицо второго мужчины приобрело мечтательное выражение.
- Всю жизнь тебя будут уничтожать, преступник! Она не твоя. Но это такая малость по сравнению с тем, что твою девочку - твою судьбу! - твой же враг будет по ночам...
Нерон издал крик ярости и лягнул ногой мужчину. Тот согнулся, поскольку Нерон угодил ему по каленой чашечке.
- Щенок! - Мужчина разогнулся. - Идите сюда.
Не успел Нерон опомниться, четверо мужчин зажали его руки и ноги.
Избитый мужчина положил руку на рот Нерона.
- Ты сам натворил таких дел. Не смотри на меня так, будто не понимаешь меня!
- Целую жизнь ты наш, и мы сами решим, что с тобой делать. Веселье начинается!
Первый мужчина ударил кулаком по животу Нерона. Парень выгнулся дугой, но второй мужчина ударил парня по груди и Нерон вновь рухнул на постель. Мужчина вновь рванул черные волосы парня вверх.
- Это только начало, заморыш. Завтра будет истинный Рай! - расхохотался мужчина и ударил Нерона по лицу. Парень отключился.
Проснулся он следующим утром, оттого что его стали бесчеловечно трясти за плечи.
- Утро, пацан.
- Что такое?
Нерон присел на кровати и осмотрелся. Прыщавый подросток смотрел на Нерона, словно тот восставший из могилы труп.
- Вергилий?
- Выглядишь так скверно, что...
- Не продолжай. Объяснишь мне, что произошло?
- Да я и для этого пришел к тебе. Я думаю и так все понятно. То усатое чучело заплатило серебром, что бы "скрасить" твое существование здесь. Ты его знаешь, именно в его доме произошел твой захват.
- Понял.
- Скоро придут за тобой. Я хочу предупредить. Я не сумею тебе помочь, но буду стараться изо всех сил.
- Что ты хотел сказать?
Нерон подскочил на кровати, его сердце бешено заколотилось словно он услышал смертный приговор в свой адрес.
- Я не могу это объяснить, но монеты будут прибывать каждый месяц и трое тех мужчин...
- Молчи.
Мальчик умолк.
- Проклятье! Кто-то идет. Не должны они меня здесь увидеть. Они уже догадываются, что я прикрываю тебя.
- Тогда прячься.
Мальчик кивнул и нырнул под кровать Нерона. Дверь открылась через пару мгновений.
- Болит ноженька? - спросил мужчина, изображая сострадание.
- Да.
- Это очень плохо. На, покушай, страдалец.
Обед полетел в лицо Нерона.
- Приятного аппетита, - загоготал мужчина и скрылся.
Через несколько мгновений появился Вергилий, тот отряхивал свою одежду от пыли. Осмотрев Нерона, тот качнул головой и скрылся.
- Ты голоден, я вижу, что да, - послышался его голос со второго этажа.
Через минуту тот появился вновь, неся в руках бидон молока, хлеб и овощи.
- Еще неплохо отделался. Господи, ешь же как человек! Пережевывай пищу, лишь потом глотай.
Нерон послушался совета, и стал пережевывать еду.
- У меня дела с поваром. Я ненадолго покину тебя.
Нерон кивнул с набитым ртом.
- Остатки еды спрячь понадежней под кроватью, - посоветовал мальчишка и ушел.
Нерон не оставлял остатков. Он съел яблоко вместе с сердцевиной и семенами. Если бы была возможность, он сжевал бы и бидон из-под молока, если бы кто-нибудь сдобрил его маслом.
Прошло три дня. Все три дня обеды, завтраки и ужины летели в лицо раненому, но Вергилий всегда был с ним и приносил еду.

Рано утром его будили здоровые парни и всячески морально уничтожали. Они желали избить страдальца, но Василиса строго запретила прикасаться к больному. Вечером повторялась та же песня, но Василиса не отпускала раненого. Все трепетали при виде красавицы и всячески потакали каждому ее капризу.
Прошла еще пара дней. Нога парня затянулась, и тот уже мог ходить по комнате.
Неожиданно в дом зашел мужчина. В это время Нерон стоял у окна, осматривая дорогу.
- Де Ганц. Я хочу сделать вам предложение, от коего вы не откажитесь. Дайте нам часть своего имущества, и мы гарантируем вам свободу.
Нерон даже не раздумывал.
- Я готов подарить вам все мое состояние в обмен на свободу, - добавил Нерон.
Лицо мужчины просветлело. Он подал какой-то документ и чернильницу. Нерон описал четверть своего имущества в дар мужчине.
- Так даже лучше, - рассмеялся мужчина.- Отправляйтесь трудиться. Вы дадите нам серебро, но свободы мы вам не дадим. Вы станете управлять этой шахтой, и вам будут подчиняться. Выбирайте. Каторга или работа на хорошей должности.

Прошло два месяца с момента подписи договора. Все это время парень работал "сторожилой" своего же прииска носившего название – «прииск рода де Ганц». Ему выделили небольшой, деревянный дом рядом с входом в прииск, но Нерон проводил большую часть времени на улице, сидя на скамье подле дома и разглядывая ландшафт. Неожиданно, ранним утром, в спальню Нерона забежал запыхавшийся Вергилий. Нерон сидел на кровати подле двери, склонив голову и скрестив шатром пальцы рук.
- Получилось. Я всегда этого ждал. Как его там? Не помню, но сегодня к вечеру повар угостит нас десертом. - Вергилий посмотрел в глаза Нерона. Услыхав эту фразу, Нерон дернулся, словно его облили ледяной водой. Вергилий подошел к Нерону и стукнул его по плечу.
- Не опаздывай. Все вкусное скушают без тебя.
Нерон кивнул.

Третий туннель прииска де Ганц.

Нерону оставалось покорно ждать ночи. Ночью, когда все уснули, парень не спал, а прислушивался к малейшему шороху. Он ждал сигнала его юного товарища. Ближе к двум часам, Нерон заметил голову, промелькнувшую в окошке. Он насторожился, однако прошел час, сигнала не последовало. Ближе к трем часам Нерон заметил в окошке тощую руку Вергилия. Тот помахал рукой с мгновение и вновь спрятал ее. Нерон принял это за сигнал и бросился на улицу. Выходя на улицу, он заметил Вергилия. Тот помахал рукой и быстро юркнул в кусты. Нерон пошел в его сторону. Там он и нашел товарища.
Вергилий нашел какую-то деревянную рогатину и гнул ее, стараясь придать ей форму сердца. Величаво воссев на булыжнике, как на троне, он, забросив ногу на ногу, полушепотом распевал куплет, кой явно сочинил сам:
Что ж ты лаешь как собака
Наш могучий властелин…
Он не закончил. Заметив товарища тот встал, и почтительно склонил голову.
- Вокруг много стражей, поэтому побег будет происходить не на земле.
- Не на земле…
- Под землей, глупый. Наши «верхи» концентрируют своих часовых на поверхности, но им в голову не придет, что я и несколько моих товарищей пророют туннель, уходящий за территорию оцепления. Мы его замаскировали. Идем.

Мальчишка взял Нерона за руку, и скоро они зашли в пещеру.

Пещера имела один верхний и один нижний ярус. В глубине нижнего яруса имелись два туннеля, кои пробили каторжники. Верхний ярус служил вечным пристанищем несчастных каторжников. Там имелась пещера, предназначенная для приема пищи «столовая», и одна просторная пещера «спальня». Столовой являлась просторная пещера, сооруженная деревянными мостками, перилами и лестницами, ведущие прямиком вглубь первого яруса и на волю. Столовая, единственная пещера, освещаемая солнечным светом. Свет проходил через пробоины в потолке и освещал все предметы.
Вергилий привел товарища в «столовую». Они подошли к лестнице. Вергилий остановил товарища и указал в сторону первого яруса.
- Там никогда не было часовых, но словно назло, именно сейчас там выставили часового.
Вергилий озабоченно смотрел вниз. В глубине двадцати футов мелькал свет факела.
- Нам ждать? - грустно спросил Нерон.
- Часовой не помеха! Прячься.

Внезапно часовой пошел вверх по лестнице. Вергилий прыгнул в пустоту, затем ухватился тощими ручонками за перилла лестницы и кончиками пальцев ног оперся о ступени. Вергилий был одет в черную одежду, и он сразу растворился в темноте. Нерон был намного выше мальчишки и его полуобнажённое, бледное тело блестело в темноте, словно лунный диск в ночи, поэтому он прыгнул в пустоту и просто повис на руках, ухватившись за ступени лестницы. Когда шаги стихли, мальчишка вновь взобрался на лестницу, затем помог вылезти и товарищу.
- Туда!
Мальчишка повел парня глубоко под землю.
- Тут темно, - проговорил мальчишка и взял товарища под руку. - Не затеряйся.
Поводив товарища по узкой пещере, ничем не освещенной, Вергилий всплеснул руками.
- Вот она!
Нерон не мог понять, как мальчишка сумел отыскать это место в непроглядной мгле. Парень не видел, что делает его товарищ, но мальчишка отпустил руку Нерона и стал что-то крушить голыми руками. Через минуту в лицо Нерона ударил бледный луч света.
Первое, что он заметил, счастливое лицо повесы.
Мальчишка разбирал завал с таким лицом, словно перебирал золотые кучи. Через минуту Нерон и Вергилий разобрали завал.
Как оказалось, юный каторжник пробил одну часть стены, ведущую к третьему туннелю. Вход в этот туннель охранялся часовым, а конец имел выход, ведущий на волю. Если бы не часовые при входе, это было бы идеальное место для побега. Однако никто не может перехитрить Вергилия и его товарищей. Понимая, что выход через третий туннель невозможен, поскольку охраняется вход, они пробили центральную часть стены и спокойно вышли. Все, кроме Вергилия, кой тем же путем покинул туннель. Затем тщательно замаскировал завал.
- Теперь самое сложное. Смотри наверх. Сейчас мы в глубине второго туннеля, а над нашей головой середина третьего. Нам необходимо забраться наверх и вновь разгрести небольшой завал. Готов!
Нерон кивнул. Мальчишка, словно обезьяна подпрыгнул, оттолкнулся от стены, ухватился руками за деревянный брус, подтянулся, затем встал на брус обеими ногами, вновь оттолкнулся, и куда-то пропал. Через несколько секунд, он выполз, волоча веревку.
- Нашел.
Вергилий вновь встал на брус и стал дергать веревку, проверяя, надежно ли она закреплена.
- Это тебе. Ползи.
Нерон послушался. Обхватив веревку руками, и зафиксировав ноги на скале, он, отталкиваясь от щелей в камнях, быстро забрался наверх. Мальчишка игнорировал веревку. Тот словно паук, ползающий по паутине, карабкался по витым деревянным конструкциям.
Пока они ползли, мальчишка говорил.
- Когда-то это был храм. Волшебное место, украшенное деревянной резьбой, именно по ней я карабкаюсь, посмотри. Имелись и витражные стекла, но это всего лишь иллюзия. Тут нет света.
- Храм в скале?
- Ага. В самом центре скалы. Это место священно для любого каторжника. Присмотрись и ты заметишь самодельные иконы и кресты. Сейчас ты случайно ступил ногой на лицо Божьей матери! Аккуратней! - прикрикнул Вергилий. Нерон посмотрел под ноги и впрямь заметил нацарапанный осколком, лик блаженной девы.
- Я сам здесь молился, и я говорю тебе с улыбкой. Бог нас слышит! Столько раз мои мечты сбывались, когда я пел молитвы нашему богу. Однажды я посвятил ему стихотворение!
- За что ты тут?
- Посвятил стихотворение нашему правителю. Сам понимаешь, кто-то передал эти стихотворения куда не следует, и утром меня привели сюда. Через год я стал «сторожилой», через три встретил тебя…
Нерон не слушал его
- Почему мы бежим именно так. Я считаю, что можно просто обмануть охрану и уйти, не спускаясь во мрак. К тому же нас укроет ночь.
- Обмануть часового! Исключено. Я пытался сотни раз. Все силы распределены на поверхности, я кажется, уже говорил это. К тому же ночь плохой союзник в голой пустыне. Луна светит слишком ярко и, нет мест, где бы укрыться от недоброго взгляда часового. Нет, это единственный способ. Так нас укроют многометровые залежи камней, да и никто не охраняет центральную часть третьего туннеля, куда мы и идем.
Вергилий оттолкнулся ногами от балки и быстро вскарабкался на самый верх. Через несколько секунд его нагнал Нерон.
- Скорее, - поторопил товарища Вергилий. - В пять происходит смена часового. Именно в этот час разведывают туннель по всему периметру. У нас полчаса чтобы разобрать и заново собрать эту стену. Помогай.
Вергилий аккуратно положил камень под ноги, затем второй. Через десять минут завал был расчищен. Примерно столько же потребовалось им, чтобы вновь воздвигнуть камни на свои места.
- Смотри! Там часовой. Видишь его свет от факела? Не волнуйся, суда он не придет. Быстро иди за мной, но тихо, - Вергилий согнулся, и на цыпочках побежал к выходу. Нерон последовал за ним. Через несколько минут парень увидел свет звезд. Вергилий замахал руками.
- Нет. Дальше ты один. Скоро сменяться часовые и ты должен бежать. Беги как можно быстрее, ради меня. Осчастливь свою нимфу, убей Несса, ради меня. Я удаляюсь.
Нерон обернулся, но мальчишки не заметил. Тот скрылся в пещере.

Ради тебя.

Глупо стоять на одном месте. Нерон прикинул направление и бегом пустился по голой степи. Было еще темно, но уже сошли последние звезды и вот-вот появится первый солнечный луч. Когда солнце встало над головой юноши, Нерон заметил неизвестный ему город. Оглядев себя с головы до ног, Нерон презрительно сморщился. На нем были одни короткие штаны, с трудом покрывающие бедра. Его спину и обнаженные ноги покрывала сеть от ударов хлыста и жуткие ожоги.

- Так я похожу на бежавшего каторжника. Хм. А почему нет? Я то и есть сбежавший каторжник! Нельзя допустить, чтобы меня заметили часовые и рабовладельцы.

Бабушка сушила на сухом ветру длинную ткань. Нерон сорвал ее и прикрыл ею свои плечи и изуродованные ноги.

Парень углубился в толпу нищенок в отрепье. Так он не выделялся, и каждый прохожий принимал парня за обыкновенно нищего. Мальчишки кидали в него камни. Прекрасные девушки пробегали мимо него, бросая язвительные колкости. Нерон не обращал внимания. Он шел в толпе, неведомо куда и зачем. Словно лист кружится по течению. Так прошло несколько недель.
Нерон вместе с нищей девушкой, подростком и старушкой сидел на голой земле, заведомо не зная, что ему делать. Рядом ходили люди, но никто не обращал внимания на горстку нищенок в отрепье. Девушка вытягивала какую-то жалобную песню, прося кусок еды, бабушка просила хоть какой-нибудь жалкой крохи. Никто не обращал на них внимания.
Каждую ночь Нерон, вместе с новой семьей проводил в жутко холодном подвале. Желая хоть чуточку согреться, несчастные плотно прижимались друг к другу. Нерон долго не мог уснуть, слушая жалобные стоны и слезы друзей сквозь забытье. Его мучили кошмары каждую ночь. Именно сейчас парень осознал, что весь мир огромная выгребная яма.
Каждый день Нерон все больше слабел. Он не мылся, и надеялся лишь на то, что от него несет не меньше, чем от других братьев и сестер. Вонь убивала, казалось его плоть гниет, разлагается живьем. Его волосы и борода отросли и состарили парня лет на тридцать. Зубы почернели. Как Боги допустили все это?
«В чем я провинился?»
Жизнь остановилась. День сменялся днем. Ничто не могло бы согреть те озябшие, невинные души. Мир тесен как тюрьма, если некуда идти.

- Я не понимаю! Мне все равно! Город окружен, и им не вывести рабов. Бежал каторжник - опасный человек. Путь в Нововавилон отрезан, пока каторжника не найдут, и не повесят!
Нерон вздрогнул и повернул голову. Все это время он стоял в кампании бродяг и нищенок. Повернув голову, он заметил тучного мужчину, по-видимому, торговца. Взглянув на его собеседника, Нерон невольно улыбнулся. Это был голубятник Гестер. Как оказалось, Нерон был совсем недалеко от Прозерпины и Несса. Он находился в обители нищенок в рваных одеждах. Раньше Нерон никогда не выходил в народ, и он плохо знал места, в коих обитают только нищие и бродяги. Однако Гестер был из народа - Нерон сам это знал - и этих нищенок Гестер уважал. Он постоянно ходил на рынок, что бы вдоволь поболтать с крестьянами, торговцами и бродягами.
На этот раз Гестер оживленно переговаривался с неким торговцем, торговавшим юбками, кофтами и платками, кои собственноручно шил.
- Опасный каторжник! - воскликнул Гестер. - Как тяжело жить!
- Везде оцепили территорию, - проговорил торговец. - В каждом доме, в каждом углу сидит часовой. Народ бунтует и боится за свою жизнь. Пробовали даже жаловаться.
- И как им вывести рабов? Нужно оканчивать стройку.
- Я не знаю, что он предпримет. Однако это нас не касается.
- Ты прав, - проговорил Гестер. Тут голубятник обернулся и вздрогнул. Он заметил каторжника.
- Ах вот кто….,- проговорил Гестер и прикрыл ладонью рот.
- Что?
- Ничего. Я подумал о своем.
Торговец кивнул.
- Приходи еще! - Крикнул торговец в спину голубятника.
- Да, - ответил тот.
Проходя мимо Нерона, Гестер шикнул и кивнул в сторону. Нерон последовал за ним.
Королевский голубятник в старой одежде, оживленно шагающий в кампании с парнем в рваных штанах и истерзанной спиной, со стороны ни привлекали никакого внимания. Казалось, что строгий отец ведет своего сына. А шрамы на теле юноши, казалось, говорили о методах жестокого воспитания «кнута без пряника». Грубость и жестокость в отношении детей - норма жизни того времени. Мало кто осудит родителя за этот страшный поступок.
Гестер набросил на спину Нерона свой старый, вязаный платок и приказал ему приклонить голову. Разорвав свою одежду, Гестер подошел к часовому, ведя за руку Нерона. Весь город был оцеплен, но Гестер обязан был спасти своего неудачливого сына. Беглый каторжник смотрел в землю и ничего не замечал.
- Что вам нужно? - прохрипел часовой.
- Пропустите меня и сына домой. Мы были на базаре. Мы хотели что-нибудь прикупить к ужину, но нас обокрали. Почему вы не пускаете нас?
- Не положено.
- Вы кого-то ждете или ищите?
- Каторжник бежал. Приказ доставить его живым или мертвым.
-Ах, каторжник! Я не каторжник, уважаемый, и мой, слепой и немой сын тоже…
Нерон изумленно поднял глаза на старика, но тут же отвел глаза, рассматривая пустоту.
- И, в самом деле, слеп, – проговорил охранник.
- Но он слышит, и очень хорошо.
- Вы куда направляетесь?
- Домой. Мы замерзли и поэтому, спешим.
- Вы, будучи зеленоглазым и светлым, являетесь отцом смуглого и черноглазого сына?
- Пошел в мать.
- Ясно. Проходите.

Их пропустили. Гестер привел юношу в какой-то дом и постучался. Ему открыл старик лет семидесяти.
- Прошу, святой отец, - проговорил Гестер. - Оставьте нас. Мой сын вернулся. Я хочу поплакаться в его плечо.
Старик оказался священнослужителем. Священник кивнул, и вышел на улицу. Окинув взглядом люд, священник заметил двух бабушек преклонного возраста и быстро зашагал к ним.
Гестер привел Нерона в самую дальнюю комнату, затем оглянулся, словно боялся, что у стен выросли уши, лишь потом продолжил. Комната состояла лишь из серых стен, самодельного стола, стула и свечи и напоминала пустующую тюремную камеру.
- Так это ты - каторжник. Мой дорогой. - Старик обнял Нерона. - Я счастлив знать, что ты свободен! Беги, сын, беги как можно дальше, где тебя не смогут найти. Если тебя поймают - виселица! Беги, умоляю. Пощади старика!
- Нет, отец. - Нерон всегда считал Гестера своим отцом, и любил этого тучного старика. - И ты знаешь почему, едва ли не лучше меня. Ты мудрее меня и ты должен отпустить…
- Нет, - Гестер намертво прицепился к юноше. Парень хотел освободиться от заботливых объятий старика, но сдержался и мужественно перенес ласку старого голубятника.
- Что мы будем делать? - Спросил Гестер, едва сдерживая слезы.
- Все как всегда. Ты уходи, отец, а меня оставь. Мне нужно вернуться, к себе, но ты не должен ходить за мной. Не хочу что бы ты, отец, пострадал вместо меня.
- Боюсь, нет смысла идти обратно. Тебя там никто не ждет, кроме меня.
- А…,- открыл было рот парень.
- Замужем. И Несс избивает ее, поскольку она ненавидит его. Она ждет тебя, а если дождется, будут последствия. Беги как можно дальше. Забудь ее.
Нерон вырвался из объятий старика, и, оглушительно хлопнув дверью, выбежал из комнаты. Он уже решил. Так продолжаться не может! Старик бросился за сыном, но парня уже не было. Старик перекрестился, всплакнул, и прошептал вполголоса.
- Спаси его, Боже.
Нерон перебирал в голове прошлые разговоры с Прозерпиной, и вот что он решил.

- Единственный выход все же есть. Играть на острие кинжала. А дальше что будет, того не отвести никакой молитвой.

Нерон шел дальше, и через час заметил вдалеке арку Вестника. Его сердце учащенно забилось. Проходя мимо Вестника, он поприветствовал птичку. Вестник проводил его взглядом. Нерон спрятался в голубятне Гестера и оттуда вел наблюдения. Окидывал взглядом бескрайние просторы. Взглядом преданного Вестника, созерцающего бескрайние степные равнины в поисках Цирцеи. Заметив Несса, Нерон быстро спустился с башни и направился к врагу. Несс недовольно сморщился, и, на всякий случай, зажал рукоять меча.
- Ну, здравствуй, - холодно проговорил Нерон. - Ты добился своего подло, низко. Хм. Вполне в твоем стиле, я иного и не ожидал, - улыбнулся Нерон. Несс едва не порезался об эту улыбку.
- Ты чего хочешь? - Еще более ледяным тоном произнес Несс. Нерон облизал верхнюю губу, словно в предвкушении кровавой мести. Он чуял запах страха так же остро, как волк чует запах крови. Несс боялся мальчишки.
- Что будем решать, Несс? - вежливо проговорил Нерон. Он этой вежливости сквозило льдом.
Несс выдал бесстрашное выражение лица, однако он отошел от Нерона, словно желал бежать. Глаза Нерона, столь пугавшие всех, горели безумным огнем. Парень ничего не боялся. Он был словно околдован.
- Уходи, - проговорил Несс.
- Ты знаешь мой ответ, - Нерон пошел прямо на Несса. Несс отшатнулся и попятился, словно на него шел кровожадный зверь. Несс выхватил меч. Нерон не обратил никакого внимания. Он вытянул руки, желая схватить Несса. Несс, с ужасом, отбросил юношу и попятился.
- Оставь нас, дьявол!

Нерон осмотрел его и улыбнулся улыбкой дьявола, готовившегося зажарить грешника. Безумные глаза мальчишки, блестели. Он снова пошел на Несса. Рыцарь был так напуган, что Нерон, с удовольствием, обнаружил, что у того дрожат колени. Сейчас, в таком безумном обличии, Нерон как нельзя больше походил на дьявола.
- Она моя жена, - проговорил Несс.
Парень передернул головой, словно говоря - подумаешь беда!
Оглянувшись, враги заметили Прозерпину, спускавшуюся с лестницы. Несс остался недвижим, однако лицо Нерона засияло.
- Рад был с тобой повидаться, Несс. Я пошел.

Нерон пошел в сторону Прозерпины. Перепуганный Несс, не сразу понял, что его жену похищают. Нерон зашел в конюшню и забрал одну из лошадей, затем схватил за ручку суженую, и усадил ее рядом с собой. Девушка узнала Нерона и радостно вскрикнула. Нерон дернул поводья и ускакал. Несс так и не понял, что произошло. Лишь через несколько минут мысли рыцаря сложились в правильном порядке.
- Мою жену похитили…,- проговорил тот, скорее растерянно, чем злобно. - Я убью его…

Последствия.

- Ваше величество. Нерон похитил мою жену. Прошу вас помочь мне, о-о несчастному!
- Считайте, я вам помог, - холодно ответил царь.
- И что вы сделаете с ним? - спросил Несс, улыбаясь.
Царь ответил коротко, но предельно понятно.
- Эшафот.
Несс всплеснул руками, поднимаясь.
- Я верю в вас! Вы милосердны, словно сам Бог.
Несс, откланялся, и вышел из покоев короля.
- Ну, все, щенок, - холодно проговорил Несс. - Теперь все козыри пали в мои руки, и я решаю исход битвы!
Несс захохотал, как безумец и опрометью бросился с лестницы, причитая:
-Я сам введу тебя на вершину эшафота. Именно я надену петлю на твою шею! О-о бродяги! Я заплачу вам столько золота, сколько вы сумеете унести. Найдите его, ирода! Найдите! Ха-ха-ха! - Несс с диким, и истеричным хохотом скатился с лестницы, пихнув служанку.
Проходящая мимо Лиза, перекрестилась.
- В милого Несса вселились демоны!

Нерон привез Прозерпину в деревню, располагающуюся в двухстах милях от места, в коем он вырос. Спешившись, парень взял ручку Прозерпины, прильнул к ней губами, и мягко снял с лошади.
Девушка совладала со своими мыслями. Она осмотрелась. Бескрайние поля и леса простирались на многие мили. Совсем рядом бушевала капризная река, разбивающая волны о высокие валуны. На берегу реки одиноко стояла крохотная деревушка. Прозерпина насчитала всего четыре дома. Два из них были заселены. Из одной высокой избы выскочила собака и облаяла гостей. Во дворе этого же доме трепетало постиранное белье. Из трубы соседнего дома валил тяжелый дым. Два других дома были, похоже, заброшены.
- Где мы? - робко проговорила она.
- Я не знаю.
- Что будет дальше!? - тревожно вскрикнула она.
- Я не знаю, - горько ответил юноша, обреченно опуская голову на грудь. - Не знаю.
Прозерпина осматривала один из домов. Они вошли в заброшенный дом.
- Ты уверен, что тут никто не живет?
- Уверен, родная. Нас никогда не побеспокоят.
- Зато я очень беспокоюсь…
- Почему, родная?
Парень хотел обнять девушку, но та оттолкнула его.
- Безумец.

Парень понял упрек.

- Меня гадко продали. Все бы разрешилось не в нашу сторону, чтобы мы не предпринимали. С того момента, как я бежал из каторги все перевернулось, и нам остаётся медленно катиться по наклонной пропасти. Может, ты видишь иное решение? Если да, подскажи.
- Что будет, если нас найдут?
- Ты будешь женой доблестного рыцаря,- Произнося слово «доблестного», парень скривился так, словно вдохнул комара. - Я взойду на эшафот. Несс сам наденет петлю на мою шею.
- Я хочу уйти к нему. Оставь меня в покое! - крикнула Прозерпина.
Парень пошатнулся, будто сраженный громом. Он остро почувствовал, как несколько сотен наточенных кинжалов вонзилось в его сердце.
- Ты все знаешь и без меня. Чтобы ты не сказала, я исполню. Прикажешь мне убить себя? Я исполню. Прикажешь сдаться и взойти на эшафот? Я выполню и это. Только скажи мне, родная. Скажи! - Парень обхватил плечики девушки и легонько встряхнул. – Скажи мне.
Она приоткрыла губы собираясь отвечать.
- Скажи. - Он явно ожидал услышать хоть одно ласковое словцо, но она произнесла.
- Оставь меня. Я люблю мужа!
Нерон недовольно нахмурился. Его удивило выражения лица девушки. Девушка словно безропотно играла свою роль, и эта роль явно тяготила ее.
- Что тебе сказал этот изверг? Он шантажирует тебя! - Нерон в бешенстве схватил, и в порыве отчаяния и гнева вцепился в руку несчастной девушки. - Только скажи, и я изрублю его на куски!
Лицо девушки потухло, но оно обрело привычную кротость. Девушка подняла на парня свои большие, светло-зеленые глаза.
- Я хочу уберечь тебя. Уходи как можно дальше.
- А-а-а! Так вот в чем дело! Теперь добрался до моей девушки! Теперь же все решиться, Несс! - Нерон вскочил с места, словно его ужалил пол, и зашагал из края в край, размахивая в истерическом припадке руками, и вырывая пряди черных волос. - Мы встретимся, Несс. Непременно встретимся! В АДУ!!

Нерон выбежал из избы. Прозерпина бросилась следом. Выскочив во двор, девушка заметила Нерона, взбирающегося на породистого коня их соседа. Соседа, похоже, не было дома, и никто не предотвратил похищение.
- Нет! - Девушка бросилась прямиком под лошадь. Нерон был вынужден остановиться. Заглянув в эти черные глаза, Прозерпина, с ужасом, обнаружила привычные огни - огни безумия. Девушка обхватила руками лошадиную морду.
- Не пущу!
Нерон прикрыл глаза и вздохнул, словно хотел этим сказать:
- Я должен положить конец всему этому. Но ты даже представить не можешь, как я этого не хочу. Я желаю остаться здесь, с тобой. Я не имею выбора. Прости меня…
Парень рванул поводья и, круто развернув лошадь, поскакал в противоположном направлении. Парень не мог видеть, как через несколько минут другой всадник поскакал следом за ним, словно выслеживая его.

Белый ангел.

Через пару дней Нерон был в Нововавилоне, и первой его обязанностью было поприветствовать Вестника. Этого голубя парень почитал как Бога. Спешившись, он укрылся в кузнице. Выбрав себе оружие - кованый меч, Нерон стал ждать Несса.
- Сегодня же я убью его! - Думал он, осматривая окрестности странным, тупым и безумным взглядом.
Парень не мог слышать разговоры крестьян. Нерон не подозревал, что, буквально в миле от него скакал еще кто-то. Этот кто-то был одет в воздушные, белые одеяния. Несмотря на это ангельское одеяние, на его голове был черный платок. Ездок чувствовал себя неуверенно в седле. Он скакал медленно, то и дело, останавливая лошадь, и его сильно штормило в седле. По этим признакам можно было понять, что наездник – юная девушка.
Прозерпина спешилась у арки Вестника, отпустила коня на все четыре стороны, и, укрывшись за аркой, стала наблюдать.
Прошло несколько часов. За все это время девушка два раза видела Нерона. Он сидел в кузнице, иногда с тревогой, смотря в окошко. Затем он пару раз вышел, походил вокруг кузницы, собираясь с мыслями, но заслышав шаги, застывал на месте, направляя холодное оружие в сторону несчастного повара или конюха. Чего она ждала, неизвестно. Единственное, что она желала, так это бросится к Нессу и Нерону, затем отговорить их от поединка, но она опоздала.

Выглянув вновь, девушка увидела Нерона и Несса. Те стояли в боевой готовности и холодно говорили друг другу ядовитые колкости. Каждое слово пронзало воздух подобно ледяным снарядам. Ни прошло и минуты, как откуда-то появились еще несколько крупных мужчин. Видимо это были слесари, конюхи и сторожа. Один из них отобрал меч Нерона. Другой схватил его за горло; третий приставил к его спине нож. Четвертый мужчина угрожал Нерону, придерживая его за подбородок, чтобы несчастный парень мог видеть его глаза. Пятый мужчина переговаривался с Нессом. Шестой показывал куда идти.
Внезапно девушка расслышала шаги. Она обернулась. Прямо к ней шел Несс.
- Моя любимая жена! Родная моя, - сказал Несс. Девушка затрепетала.
- Куда его ведут? - Спросила она, задыхаясь.
Через несколько секунд она расслышала многочисленные шаги за спиной. Она обернулась. Несколько мужчин вели Нерона. Парень не хотел сдаваться. Девушка видела, как он, скрежеща зубами, пытался лягнуть или укусить кого-нибудь. Заметив Несса в нескольких шагах от себя, Нерон плюнул ему в лицо окровавленной слюной. Несс вытер кровь с лица, посмотрел на Нерона, явно размышляя, раздавить щенка сейчас или отложить на потом, затем он повернулся к девушке.
- У тебя есть выбор, дорогая, - Несс обнял плечи Прозерпины. Заметив это, Нерон прекратил брыкаться и вопить. Теперь он сконцентрировался на Нессе. Его глаза горели ненавистью.
- У тебя есть выбор: Первое, мы отпускаем его. Он уходит. Ты подаришь мне ребенка, и мы вместе забудем этого мальчишку, как дурной сон. Но есть и второй вариант: Ты отказываешься быть моей, и я заставлю тебя одеть петлю на его шею. Выбирай.
- Итак, все решено, дорогой, - сказала Прозерпина странным тоном, скривив в отвращении губы, словно говорила «иди к черту».
- Я люблю тебя, мой милый, а его я никогда не любила. Мне он нравился, не могу это отрицать, но тебя-то я люблю!
Несс усмехнулся. Нерон взвыл, словно раненый зверь и стал отчаянно дергаться, освобождаясь от пут.
- А теперь отпустите его на волю, - приказал Несс.
Мужчины отпустили Нерона, но тот остался на месте.
- Нет! Зачем мне жить? Завершайте начатое.
Парень взял веревку, коей был несколько секунд назад связан, быстро сделал и нее петлю и надел на свою шею. Конец веревки он отдал Прозерпине.
- Верши справедливость! - усмехнулся тот, сверкнув глазами. Этим дьявольским огнем он едва не испепелил Прозерпину.
Несс хотел завладеть веревкой, однако Прозерпина не отдала ему ее.
- Не надо, милый. Я очень страшусь таких сцен.
Она ушла, оставив Нерона и Несса наедине. Конюхи, слесари удалились по своим делам. Нерон опустил невидящие глаза, затем поднял их и спокойным, но ледяным тоном проговорил.
- Добился своего?! Ты сломал ей жизнь!
Несс холодно улыбнулся в ответ на эти слова.
- Завтра я удостою ей чести посмотреть как ты, мой любезный друг, отправишься на эшафот. Твоя виселица уже готова.

Случай у виселицы.

Окна одной из королевских спален выходили на обширную площадь, по коей вечно рыскали нищенки, бродяги и воры. Эта площадь была создана для того, что бы казнить преступников. В данный момент народ был особо оживлен. Вся площадь походила на грязное скопище рваных одежд и растрепанных волос. Казалось, все представители самой нижней ступени социальной лестницы, собрались тут, чтобы посмотреть, как будут вешать демона.
Прозерпина грустно разговаривала с Нессом. Они обговаривали свою свадьбу. Гордый, храбрый, но тупой Несс, не мог понять, что чувствовала девушка. Девушка увядала, как цветок, прибитый к земле, градом. Все люди на земле уже догадались бы - кроме Несса - что девушка думает, как вызволить суженого из беды. Однако ее ум не посещала ни одна здравая мысль. Девушка едва сдерживала слезы отчаяния и злости. Она презирала Несса, однако она ничего не могла сделать. Женщина не способна вытащить суженого из мрачной ямы эшафота.
Внезапно послышался скрип телеги и топот лошадей. Народ стал ликовать и приветствовать демона фразами, наподобие «умри, чудовище», или «Наконец то свершился суд. Будь ты проклят, дьявол!»
Едва заслышав это оживление, Несс повел Прозу в самое сердце вонючей, и колыхающейся толпы нищенок и бродяг.
Ровно по центру площади остановилась телега. В самой телеге, на коленях подле священника сидел полуодетый юноша. Его спина носила отпечатки грубой плети, а руки были связаны за спиной. Обреченно склонив голову на колени, юноша что-то говорил. Прозерпине показалось, что он молится, однако она заметила, что священник шевелит губами, отвечая. Очень скоро священник проворно спрыгнул с телеги и подал руку юноше, помогая сойти. Парень еле переставлял ноги, его коленки лихорадочно тряслись, и лишь стараниями священника, поддерживающего его за руку, парень не падал. Нерон не замечал града камней и целую лавину, состоящую из слов проклятий и брани. Он шел словно во сне.
Парня усадили на колени, подле самой виселицы. Скоро из толпы вышел палач, окинул парня своим невидящим взором и кивнул. Заметив жест палача, священник затянул свою песню. Песню о том, как прекрасен мир Божий, куда отправляется их друг; как милостив Господь, простирающий свои руки с неба, желая обнять жертву. Пел о том, что еще одна душа покидает нас и только раскаяние и молитва поможет дать Нерону Селло-де Ганц правильную и счастливую жизнь где-то там, далеко на небе.

В течение всей молитвы парень не шевелился, и многим показалось, что он умер, но когда окончилась песнь, и священник дал знак палачу, юноша вздрогнул и обреченно вздохнул.

Его подняли, но тот снова упал. В это же мгновение он услышал визг и поднял глаза. Только сейчас он заметил в рядах зрителей его Прозерпину. Парень поднял голову и улыбнулся. Заметив эту улыбку, в которой смешались смирение, отчаяние, боль и страх, девушка пошатнулась и едва не потеряла сознание. Когда она очнулась, она упала на колени, уткнулась лицом в колени, затем распрямилась, и в слезах, молитвенно простирая руки, на коленях поползла к обвиняемому. Нерон уже вновь опустил голову. Казалось, что он уже не надеется на чудо, а просто ждет приговора. Несс поднял Прозу, и схватил за руку.
Народ возликовал, громким свистом подгонял палача, совершить кровавое дело. Радостнее всех был Несс. Палач подошел к обвиняемому и что-то ему шепнул. Парень резко распрямился и оглядел толпу. Палач провозгласил громовым голосом:
- Тишина! Внимание, последнее желание подсудимого!

Толпа резко замолчала. Несколько сотен пар глаз разом уставились на обреченного.
Нерон опустил голову, затем вновь ее поднял и осмотрел толпу. Скоро он обнаружил Прозерпину и Несса. Посмотрев в глаза Прозы, он сказал:

- Я желаю только одного. Может кому-то это покажется чем-то малым, но для меня это вмещает все самое лучшее в моей жизни. Я прошу только одного. Что бы тот человек, он среди вас, помнил меня таким, каким был я в голубятне старого Гестера. Мне безразлично ваше мнение, уважаемые крестьяне, однако, его мнение для меня все. Я не скажу имя этого человека, однако пусть он знает, что я буду оберегать его, когда окажусь там. Смотри чаще в зеркала. Именно там ты будешь видеть меня, но только в облике ангела. Я буду ждать тебя, и одновременно отодвигать твою смерть. Я хочу, что бы ты знала, что я люблю тебя и эту смерть я принимаю с торжеством. Я вовсе не демон или колдун. Я просто Нерон. Сын разорившихся господ. Просто граф и ничего более. Мое последнее желание? Считайся со своим сердцем, гони его или принимай. Будь счастлива, больше мне нечего желать. - Парень намекал на присутствие Несса
Несс безразлично осмотрел Нерона. Парень был уже морально уничтожен. Морально, он убил характер, что бы было легче принять телесную смерть.
Толпа странно засуетилась. Из толпы постоянно слышалась одна и та же фраза
- Нерон – граф? Этого просто не может быть!
Нерон утих и посмотрел в глаза Прозы, коя стояла в нескольких шагах от него.
Толпа проследила за взглядом заключенного и громко вскрикнула. Он адресовал слова молоденькой женщине.

Прозерпина раскидала толпу и бросилась к Нерону, затем обняла его, уткнув лицо в его грудь. Нерон опустил лицо на ее плечи и стал ласково поглаживать ее по спине, кончиками пальцев. Толпа стала волноваться.
Несколько секунд, они стояли обнявшись. Наконец палач грубо схватил заключенного за руку и оттащил его от девушки. Девушку затянула толпа, парня повели к виселице. Обреченно склонив голову, он медленно взобрался наверх. Палач грубым движением надел петлю на его шею, и лишь затем вновь связал ему руки за спиной.
Громко разговаривавшую толпу внезапно прорезал вой Прозы. Две добрые женщины подхватили девушку. Проза грубо их откинула и громко закричала.
- Как ты посмел, Несс! Зачем ты продал его каторжникам!? Ты хотел убить его, но знай, следом за ним уйду и я!
Нерон поднял голову, его глаза заблестели. Он ничего не сказал, только замотал отрицательно головой. Он желал что-то сказать и приоткрыл губы, но его голос отказался повиноваться.
Он вновь поник.
Неожиданно толпа просто разбушевалась. Нерон не поднимая головы, осмотрел толпу, Прозерпину, палача.
Из толпы вышел мужчина. Это был Гестер.
- Так его продали! Да, он не ангел, Нерон Селло-де Ганц, но у него доброе сердце. Он умеет любить! А его попросту продали как раба! Повесить невиновного! Да не сбудется этого! Боги видят все!
- Правильно говорит. Казнить надо виновных! - Нерон узнал голос Марии и Елизаветы.
- Ах, сынок. Помогите ему. Я его мать. Да, он немного груб, но я-то знаю, как он добр!- Это была заплаканная Ая. Заметив мать, Нерон передернулся, словно его окатили холодной водой.
- Он помогает нам, не требуя ничего взамен. Он спас мою семью от голодной смерти! - крикнул Синон
- А мне он предоставил жилье. - Крикнул кто-то еще.
- А я по его милости служу у самого короля! Он дал мне немного денег!

Этого было достаточно. Один, второй, третий, двадцатый, сотый, семисотый крестьянин согласился с доводами. Палача грубо потеснили в сторону. Несколько бродяг, провозглашая какие-то лозунги, сняли петлю с шеи парня. Священник улыбнулся. Он был рад тому, что подсудимый будет жить. Всех растрогала последняя речь обвиняемого, и угроза Прозы убить себя в случае его смерти.

Палач был вынужден отпустить подсудимого. Парень не имел сил даже спуститься с невысокой табуретки. Едва сняли петлю, он просто рухнул в руки людей и те понесли его в сторону Прозерпины. Там они положили его на землю. Парень слегка пришел в себя. Он отер бледное лицо, изборождённой пытками, рукой и посмотрел по сторонам. Народ ликовал. Освободив Нерона, народ бросился к палачу, и скоро виселица все же дождалась свою жертву. Ликующая толпа, выкрикивая проклятия, повесила палача. В первых рядах стояли: Гестер, Ая, Лиза и Мария. Ая и Гестер желали броситься к юноше и помочь ему, но народ оттеснил их и загнал во вторые ряды зрителей. Юноша, с трудом, встал на ноги. Народ быстро расступился, и окружил парня. Едва Нерон встал, народ быстро умолк и стал присматриваться к графу, словно ждал, что же он скажет своей Прозе. Нерон подошел к Прозе и упал на колени, целуя кончик ее светлого платья. Из его глаз ручьями текли слезы: слезы радости или же слезы страха? На самом же деле израненная душа парня нашла выход через эти жгучие слезы. Заметив эти проявления нежности, Несс хотел наказать Нерона, но толпа едва не задушила его. Они смотрели на графа рода де Ганц и служанку Прозу, словно разыгрывалась на их глазах драма, заинтересовавшая народ. Нерон перестал рыдать. Он просто рухнул, как подкошенный и застыл, уткнув, израненное побоями и плетью, лицо в землю. Прозерпина склонилась над раненым. Его тело было обезображено плетью. Спина была исполосована и прожжена раскаленным металлом. Этого парня зверски пытали перед казнью. Нерон не шевелился. Прозерпина что-то ему шепнула, приподняла его за подбородок и грустно улыбнулась.
- Умер? - спросил кто-то в толпе.
Словно опровергая это, Нерон вдруг вскочил, схватился за голову, и бросился в толпу. Толпа долго провожала его взглядом. Парень бегом пустился в сторону, и скоро исчез. Толпа вновь обрела силы, и затараторила, перебивая друг друга.
- Что случилось?
- Почему бежал?
- Он странный, но на вид нормальный. Может он попал в тяжелую ситуацию?
- О, я думаю, вы правы, мой дорогой Тонкред, он просто не собрался с силами. Груз несчастий, пыток и виселицы сломил его.
- Да хранит его Мардук, уважаемая Оливия.
- Да хранит его Господин.

Притон «Соколиная охота».

Прорвавшись сквозь толпу, Нерон бросился, не зная куда. Он бежал. Куда, а главное, от кого? Распихивая прохожих, спешащих к месту казни, он петлял по, темным, лабиринтообразным улочкам казавшихся ему лабиринтами туманных миражей. Он не видел яркого солнца, слепившего его. Он ничего не мог понять: Жив ли он? Споткнувшись, он ударился о землю всем телом и остался лежать в этой позе, не принимая никаких попыток встать. Он думал, что сошел с ума, и это была правда. Сестры милосердия в белых халатах казались ему призраками. Казалось, что он видит свое, бьющееся в предсмертных судорогах, тело. Он останавливался, оглядывался, перепугавшись своего воображения, он пускался бежать вновь. Лишь ближе к вечеру, парень сел на ступени и стал обдумывать свой поступок. Он уже осознал, что жив. Падая, он повредил калено. Зачем же он бежал, и что свело его с ума? Над головой Нерона уже светились звезды. Все эти часы он бездумно бегал по кругу, словно цепной пес. Что ему сделать? Оставить Прозерпину? Она сама решит, что ей лучше. Этой ночью Нерон решил не вспоминать ее. Он стал уходить из города хранившего столько горьких воспоминаний: позор семьи, унижение, каторжные работы, пытки, виселица. Все это сломило его.

Уходя из города, на его окраине, он заметил дом, и здравый смысл подсказал юноше, что ему нужно где-то переждать ночь. Он зашел внутрь и оказался в дешевом притоне. Словно застывшие мумии, на полу лежали пьяные тела. Хозяин смачно плюнул в кружку, поскреб по ней пальцем, что-то оттирая, и лишь затем протер стакан тряпкой. Заметив это, к горлу Нерона подступила тошнота. Однако он сел рядом с хозяином.
- Вы к нам? - спросил хозяин
Парень кивнул.
- Ну и видок у вас. Выглядите, словно попали под лошадь, - усмехнулся хозяин. - Чего-нибудь крепкого? Да? А закусить желаете? Имеется свежий хлеб, сушеная рыба, птица, ну и много еще чего. Нет? У вас горе. Сочувствую.
Хозяин притона налил какую-то несъедобную отраву в ту самую кружку, кою до этого тер пальцем. Парень не обратил на это внимания, попросту забыв о неприятном инциденте. Его душу жгла невыносимая боль. Он залпом выпил отраву, и ощутил, как поплыло перед глазами. Хозяин несколько раз повторил порцию, и парень не понял, как отключился.
- Слабак, - проговорил хозяин. – После четвертой свалился. Эх!

Наступило утро. Парень открыл глаза, и заметил, что трактир уже пуст. Рядом с ним стоит хозяин и держит в руках холодную воду. Парень одним глотком осушил стакан, а холодную кружку прислонил ко лбу. Его голову жарило адское пламя. Услужливый хозяин принес новый стакан и попросил прислонить ко лбу. Через минуту спустилась жена трактирщика, полная, грузная женщина с густой растительностью на лице. Она несла кувшин с каким-то отваром.

- Выпейте. - Она ласково подала Нерону кувшин. - Сразу станет лучше.
У Нерона дрожали руки. С некоторым усилием ему удалось взять кувшин в руки и испить его до дна.
Через несколько минут боль и в самом деле ушла. Хозяйка указала на стул. Парень повиновался и сел.
- Весь день вы пролежали на полу. - Сказала хозяйка. - Однако что привело вас, сударь? Вы не похожи на попойку с улицы. У вас важное, аристократическое лицо. Как вас зовут?
- Нерон.
- А полное имя? - поинтересовалась хозяйка.
- Нерон Селло-де Ганц.
- Я всегда это знала. Аристократы иные. Мне вас искренне жаль, граф де Ганц. Жаль ваш род. Вашу мать Елену, отца Артура.
- Вы знали моих родителей? - Спросил Нерон, изменившись в лице.
- Я хорошо их знаю, знаю и вас. Вы не помните меня? Я была вашей соседкой, и я часто брала вас на руки и мы вместе играли.
- Не помню, - признался Нерон.
- Это не удивительно. Вам тогда было всего четыре года.
-Кем вы были? Если вы общались с моей семьей, вы тоже имели в прошлом аристократические корни.
Женщина вздохнула.
- Стойте! - вскрикнул Нерон, вспоминая. - Вы мать Агнессы Тереза! А этот мужчина Кредо - ваш муж?
Женщина грустно улыбнулась. Нерон продолжал свою мысль.
- Надеюсь, пятно на моей родословной не затронуло вашу семью? Где Агнесса? Поговаривали, я был на ней женат много лет назад. Правда брак был фиктивным.
Женщина кивнула. Неожиданно она громко крикнула.
- Агнесса. Гость очнулся!
- Ты не забыл Агнессу? Вижу, забыл. Однако она тебя помнит. Ты был прав. Нашу казну разворовали, а некогда, мы были высокой знатью, - продолжила она мысль.
- Нерон?
Парень поднял взгляд, и заметил хорошенькую девушку его лет. Она медленно спускалась с лестницы.
- Ты Агнесса?
Девушка едва не заплакала. Парень ее даже не узнал, однако она все эти годы его ждала и любила.
Агнесса оказалась невысокой брюнеткой, носившей, одновременно, черты роковой красавицы, и невинного ребенка. Одета девушка была бедно, но вела себя как королева. В каждом ее жесте угадывалась королевская кровь.
Девушка спустилась и села подле юноши. Агнесса робко коснулась плеча юноши. Парня передернуло, словно его окатили ледяной водой. Девушка убрала руку и горько вздохнула.
- Что будешь делать? - спросила девушка. Нерон повел плечами.
- Я не знаю, - отвечал он, мотая головой. - Не знаю.

Данный притон, расположенный далеко за пределами королевства имел громкое название «соколиная охота». Несмотря на то, что в этих местах никогда не водились соколы, притон пользовался большой славой у всех любителей охоты на крупного зверя. В углу трактира громоздились друг на друге десятки ножей и арбалетов.
Агнесса увела Нерона на второй, жилой этаж. Залечив многочисленные раны, она оставила его набираться сил. Она отвела его в гостевую комнату, где парень мог остаться, пока не придумает, куда отправляться дальше. Парень сидел на кровати сутками напролет. Он ничего не ел, смотрел в одну точку немигающим взглядом, с кем-то разговаривал в пустой комнате. Так он провел несколько дней. Наконец решение было принято. Прошла неделя. Ночью Агнесса расслышала неразборчивые слова Нерона. Она пошла в его комнату осведомиться о его самочувствии. Приоткрыв дверь, она обнаружила, что комната пуста, только ветер, что проник в комнату из открытого настежь окна, колыхал светлые шторы.

Неожиданный союзник Нерона.

Прозерпина стояла у окна, улавливая взглядом каждое движение с улицы. Она не могла понять, кого ждет. Однако она поймала себя на мысли, что отчаянно смотрит в сторону пустой кузницы. Внезапно кто-то вышел из кузницы, волоча по земле кусок металла. Это был кузнец. Девушка вскрикнула и бросилась к выходу, однако у дверей она столкнулась с Нессом и сразу все поняла. Кузнец нес меч, и не зря он встал у входа. Он ждал Несса, желая отомстить за прошлые муки.

По выражению лица девушки, Несс понял, что-то произошло. Он посмотрел в окно и заметил кузнеца, терпеливо ожидающего его у входа. Тогда он взял девушку за локоть и силой вытолкал из дворца.
Нерон стоял у выхода, склонив голову и опираясь всем телом о рукоять меча, вонзенного в землю. Проза едва не вскрикнула, заметив, в кого превратился ее суженый. Он отощал; потерял передние зубы. Его раны еще не успели зарубцеваться и кровоточили. Отстраненный, почти слепой и бессмысленный взгляд был устремлен куда-то мимо них. Казалось, он не осознает, что делает. Им руководила только месть.
- Зачем вернулся? - спросил Несс.

Парень промолчал, но последующий жест объяснил все без слов. Парень холодно усмехнулся, стукнул мечом о землю, издав пронзительный звон металла, затем вновь облокотился о меч, скаля зубы, как дикий зверь, готовившийся вцепиться в глотку.
- Не самый подходящий момент для убийства, - заметил Несс. - Встретимся на рассвете.
- Исключено, мой друг.- Нерон, улыбаясь ядовитой улыбкой, провел языком по верхней губе, отчего его обезображенное пытками лицо стало еще больше похожим на лицо демона. Внезапно он распрямился, расправил плечи, и закричал громовым голосом.
- Уже к вечеру меня тут не будет, и ты сам знаешь почему! На мой след уже напали, по твоей милости. Уже завтра, возможно, исчезнет последний представитель рода де Ганц!

Парень рассмеялся, и смех этот надрывал душу.

- Ты уже слышал новость. Перекрыли весь город, и рабы вынуждены остаться вне города. Так вот, завтра врата отпирают, и поток людей заявится именно сюда! Завтра меня убьют, поскольку, сам знаешь кто, придет за долгом, кой я не смогу оплатить! Узнав эту новость, они станут меня мучить, а лишь потом убьют! Я хочу сказать, мой друг. Я уже в капкане, из коего мне не выбраться. Так что, мне терять нечего!
Парень вскинул над головой меч, но едва не задел Прозу. Девушка загородила Несса своим телом. Парень отпрянул.
- Не стоит его жалеть. Именно он заварил эту кашу. Именно он сломал мне жизнь.

Девушка бросилась на грудь Нерона. Парень еще более побледнел и выронил меч. Тот со звоном упал на землю. Несс проворно поднял меч и выкинул его в сторону.

Прозерпина уткнулась лицом в его грудь и разрыдалась. Нерон не знал, что делать в данной ситуации и просто стоял. Наконец он справился с волнением настолько, что смог заговорить.
- Я пришел за иным. Я хотел спросить, что мне делать дальше. Тебе, как никому это известно.
Парень взглянул в глаза девушки, затем указал в сторону рыцаря. Девушка приоткрыла губы, собираясь отвечать, но рыцарь отбросил ее в сторону, отчего она упала. Нерон хотел помочь ей встать, но Несс его остановил.
- Я всегда тебя ненавидел! Никакой ты не граф! Ты обычный нищий, возомнивший себя королем!
Нерон засмеялся. Он знал, что, наоборот, всегда был королем, возомнивший себя нищим. Несс побагровел от злости, заметив веселье в глазах юноши. Несс желал приручить мальчишку, но это было так же легко, как заарканить лунное отражение. Именно сейчас Несс сумел по-настоящему осознать то, о чем некогда его предупреждал Гестер.

Он пойдет один против целой армии, и, несмотря на смехотворную ситуацию, может выйти победителем. Этот подросток больший воин, чем вы, и тем более я.

Только сейчас Несс сумел осознать, какого врага он себе нажил. И этот враг силен, быстр, умен, главное, не боится смерти и боли. Именно эти последние качества делали подростка почти неуязвимым в глазах Несса. Несс, сам того не подозревая, стал питать некоторую симпатию к этому подростку.

Несс потупил глаза. Прозерпина встала без посторонней помощи. Сейчас она просто стояла в нескольких шагах от них, в тревоге теребя, изящными пальчиками, накрахмаленный воротничок.
- Что предпримешь, Нерон? - Спросил Несс.
Нерон сверкнул глазами.
- Я уйду, только когда узнаю каков ответ. - Он повернулся в сторону Прозерпины.
Девушка осмотрела кузнеца и робко проговорила.
- Не покидай…
Не успел парень осознать, что произошло, его тут же схватил Несс.
- Как можно полюбить этого дьявола?! Скажи мне, что любишь меня, и я его отпущу, иначе…
- Не слушай его угроз, - перебил Несса Нерон. - Скажи правду.

Несс зарычал, и со всей силы ударил Нерона головой о стену кузницы. Однако парень не потерял сознание, как того ожидал Несс. Тогда Несс, зарычал, ударил Нерона по лицу, опрокинул на землю, и стал зверски пинать его ногами. Парень сгруппировался. Через несколько минут, озверевший рыцарь вытащил свой меч из ножен и устремил наточенное лезвие к спине юноши. Нерон развернулся, заметив, что побои прекратились. Обнаружив лезвие меча у своего горла, он откатился в сторону. Меч распорол плечо юноши. Отупевший от ярости Несс, вновь вонзил меч в сторону юноши, однако попал не в того, в кого целился. Прозерпина распласталась поверх кузнеца, и меч пронзил ее бедро. Девушка потеряла сознание. Нерон смертельно побледнел, его ноги подкосились, губы стали синеть.

- Чт-то ты натворил? - спросил он глухо, заикаясь от волнения.
Несс опустил глаза.
К Нерону вернулись силы, и он заорал, безостановочно пихая Несса.
- Мы с тобой давно прокляты! Она же единственная, кто недостоин гореть в аду! И страдает во всей этой истории именно она! Не ты, не я. Она! Если она умрет, я убью тебя! Сперва, замучаю до полусмерти, и лишь потом убью!
Несс ушел в сторону, спасаясь от разъяренного юноши. Нерон оставил Несса обдумывать свой поступок в одиночестве, затем бросился к девушке, и приподнял ее голову. Несс опомнился и побежал за лекарем, оставив их одних.
- Что случилось? Я умерла? - Неожиданно Прозерпина открыла глаза, и осмотрелась.
- Нет еще - проговорил Нерон, придерживая ее голову.
- Что случилось?
- Не волнуйся, все хорошо - улыбнулся юноша. - Рана не серь…, Несс, уже ведет сюда… - Парень разрыдался.
- Что-что? - переспросила Проза. Она подняла взгляд и заметила, искаженное лицо парня. Тот сжал зубы, сдерживая поток слез, однако те против его воли текли по щекам. В его голове постоянно вертелась фраза " За что мне это? Что я натворил?"
Тут же появился Несс. Он привел лекаря. Нерон передал раненую лекарю, а сам отошел. Лекарь осмотрел девушку и утвердительно покачал головой.
- Она будет жить, однако что произошло? Почему твой меч в крови, Несс? Что случилось? - Лекарь перестал осматривать девушку и сосредоточил свое внимание на Нессе, явно подозревая его в чем-то нечистом.
Нерон не мог слышать слов лекаря. Он стоял в сотнях шагов от них, и, прижавшись лбом об арку Вестника, безостановочно повторял:
- Я не готов принять твою судьбу; я не готов принять твою судьбу; я не готов принять твою судьбу…
Только Несс и Вестник стали свидетелями этой странной сцены. Несс не понимал смысла этих странных слов, адресованных, как предполагал, каменной арке. Несс стал понимать, что парень сходит с ума.
Заметив Несса, Нерон выпрямился.
- Что сказал лекарь?
- Она будет жить. Нерон, ты уверен, что тебе не требуется помощь?
- Я уверен, спасибо, Несс. - В минуты трагедии враги, неожиданно, стали союзниками.
- Я не хотел, Нерон. Все вышло случайно.
Нерон промолчал. Он вновь прижался лбом об арку, и замер в этой позе.
- Несс! - прокричал Нерон.
Несс развернулся, и подошел к кузнецу.
- Несс, нам давно пора разрешить спор. Ты сам понимаешь, о чем я. Так больше продолжаться не может.
- Ты прав, Нерон. И что предпримем? Кому она достанется?
- Ты ее любишь?
- Да - признался Несс.
- Но она не любит тебя. Я же люблю ее, она любит меня. Если она останется со мной, это обернется новым горем, поскольку на меня завели охоту. Я считаю, мы оба должны ее отпустить.
- Ты очень умен, Нерон. Как я этого не замечал? Если она будет со мной, она будет несчастна. С тобой она будет счастлива, но обречена на …- Несс резко замолчал.
- Не говори. Я сам все понимаю. Я ухожу. Я взимаю к твоей совести, Несс. Оставь ее.
- Обещаю, Нерон.
Нерон улыбнулся.
- Пообещай передать ей, что я ее люблю, и поэтому отпускаю. Не вводи ее в курс дела, не говори об истинных причинах побега. Умолчи обо всем, Несс. Скажи ей только, что я покидаю эти места. Пусть лучше я разобью ей сердце, чем сломаю жизнь.
- Я передам. Нерон, будь осторожен. Хочешь, я тебе помогу?
- Не стоит Несс. Прощай Несс, прощай Вестник.
Несс посмотрел наверх и понял, что парень обращается к голубю.
- Все будет хорошо. Я уверен, - крикнул Несс в спину уходящего Нерона.
Нерон улыбнулся, и стал удаляться, неторопливыми шагами. Несс долго смотрел ему вслед

За грехи отцов расплачиваются дети.

Уже стало темнеть. Нерон не понимал, как ему жить дальше. Солнце стало окрашивать небо золотистыми огнями, предрешающими темную, длинную ночь. Вдруг в его голове родилась мысль: сладкая и в то же время ужасная.
- Я последний из рода де Ганц, - говорил Нерон самому себе. - Если род оборвется, то все закончится. Ошибка отца приведет к трагической смерти целого рода.
Нерон горько засмеялся. Вдруг он нашел себя на краю обрыва. Ноги сами привели его туда. Нерон встал у самого края, и заглянул вниз. Внизу, на глубине шестидесяти футов, находилось спасение.
- Что скажет Проза? Она не должна узнать, что со мной приключилось. Иначе она погибнет, или от горя, или же от тяжелой раны на ее бедре.

При этом воспоминании, сладострастные и горькие желания захватили его. Он вспомнил руку, кою некогда целовал под аркой старика Вестника; губы, трепещущие от его поцелуев; шелест ее платья, простого, но изящного. Самое главное, что она его любила, а он любит ее. Парень закрыл глаза и собрался с мыслями. Он занес ногу над пропастью, открыл глаза и в ужасе, отскочил от бездны.
- Я не готов. Как мне быть, ведь я хочу жить!?
Нерон сел над пропастью, и стал размышлять.
- Куда мне идти? Что мне делать? Как оторваться от должников? Как заставить Прозу остаться со мной? Слишком много вопросов, а ответа нет. Уйти в деревню, начать новую жизнь под иным именем. Они меня найдут. Да, меня рано или поздно найдут и потребуют вернуть долг. Тогда я погиб, и чем больше пройдет времени, тем мучительнее окажется моя смерть. Выход один…
Парень вновь встал на край обрыва, и посмотрел наверх.
- Соберись, - приказал он себе. - Иного выхода нет.

Парень несколько секунд стоял на краю бездны, не смотря вниз. Балансируя над бездной, он ощущал странное волнение в груди. Неприятно ныло между лопатками. Парень закрыл глаза, желая побороть осознание действительности и забыть обо всем. По-прежнему задрав голову и закрыв глаза, он отважился шагнуть вниз. Он упал. Падая, он не заметил крестьянина, бежавшего к месту происшествия.
Не прошло и мгновения, как крестьянин был рядом с тем местом, на коем балансировал обреченный граф.
- Вот чудак-то! Господи, спаси его! Вот чудак-то, господи, сохрани его! - беспрерывно повторял крестьянин.
Ветер отнес Нерона в сторону и тот упал в кусты футов в двадцати пониже крестьянина.
- Спаси Господи чудака! Сохрани глупца! - Лепетал крестьянин, спускаясь.
Через несколько минут, он уже держал голову парня. Парень был жив. Ветер отнес его прямиком в колючие кусты. Упав на них, юноша сумел выжить, однако его тело было обезображено. Ссадины и шрамы стали кровоточить. Старик прикрыл раны графа какими-то растениями, и лишь потом привел парня в чувство.
- Я умер? - Спросил Нерон. - Вы Бог?
Старик улыбнулся и покачал головой.
- Я фермер, а вы живы.
Парень глухо застонал, поднимаясь с места и отползая в сторону.
- Я не должен жить. - Парень встал, устремляя усталый и измученный взгляд в сторону пропасти, но он был вынужден остаться на месте. Старик буквально запрыгнул на плечи юноши.
- Не пущу!
Нерон совсем поник. Он вновь рухнул на колени и стал смотреть себе под ноги пустыми, стеклянными глазами.
«Боже, он уже принял решение умереть…. Вот это воля!» подумал фермер.
- Идемте ко мне? - спросил фермер.
- Ни за что! Вы очень добры. Вы спасли меня, и я не хочу навлечь на вас беду. Я должен умереть так, или же я умру через несколько дней, недель или месяцев, но уже более мучительно. Отпустите меня.
Старик задумался.
- Я не буду препятствовать вашей воле. Воля ваша, распоряжаться судьбой.

Старик оставил парня. Несколько минут Нерон смотрел на его удаляющуюся фигуру.

Парень вновь забрался наверх, там он заметил старика, ожидавшего его.
- Мсье! Вас кто-то ищет, и они идут!
Нерон затрепетал.
- Уходите прочь! Боже, я должен, Боже!
Парень вновь бросился в сторону пропасти. Теперь медлить нельзя.
У самой бездны его перехватили сильные руки. Это был Седой.
- Решил уйти от проблем? - сказал Седой. - Не вернув при этом долга? Это не хорошо.
- Сколько я вам должен? - спросил Нерон глухо.
Мужчина назвал цифру, она была вдвое больше реальной суммы долга.
- Не может быть?! В прошлый раз было меньше! - закричал Нерон.
- Время стоит дорого,- проговорил Седой. - Плати сейчас или мы отдадим тебя в нехорошие руки рабовладельца Тома.
Четверо мужчин захватили упирающегося юношу и повалили его на землю. Первый же удар сразил измученного страдальца.
Нерон потерял сознание.

Раб рода де Ганц

Самая бесчисленная армия рабов принадлежала Томсону. В то время ходило немало слухов о чудовищных смертях происходивших там регулярно. Несчастных хоронили в обычных ямах, даже не удосужившись засыпать ямы землей.

Бесчувственное тело Нерона внесли в здание из темного кирпича. Окна здания были забиты досками
- Стой тут. Снимай рубаху. Эй! Ты где? Выходи. Я к тебе новенького привел, - крикнул Седой. Тут же возник молодой мужчина, сложением напоминавший богомола.
- Стань у стены.
Седой и незнакомец изучили парня с головы до пят.
- Хорош. Стоит немало. Хороший товар. Хозяин?
- Томсон.
- Не повезло парню, - ответил незнакомец и достал какую-то кривую железку, расширенную у конца. Нерон присмотрелся и из его губ сорвался непроизвольный крик ужаса. Он хотел сорвать цепи на руках. Пробежав к двери, тот ударил ее плечом и взвыл от боли. Железная дверь не поддавалась.
- Уже сотни таких как ты, мучеников, пытались сбежать. Ничего не выйдет, - проговорил незнакомец, затем стал греть свою короткую железку на огне, накаливая ее.
- Надо бы связать его. Он отнюдь не слаб и не лишен духа, - проговорил Седой.
- Ты прав. Будет брыкаться. Эй! - крикнул богомол.
- Что еще?! - пробормотал сонный голос.
- А ну иди сюда. Придержи парня.

С трудом переставляя ноги и позевывая, в комнату вошел бородатый мужик, сложением напоминавший медведя. Схватив парня, Богомол связал Нерону ноги и усадил на скамью. Седой и Медведь встали по левое и правое плечо парня.
Железка в руках парня накалилась добела.
- Держите его. Король бродяг, - обратился он к Седому. - Не отпускай его, да дай ему что-то закусить. Что бурчишь? Ладно. Держите его за руки. Я сам принесу.
Богомол вытащил какую-то рваную тряпку, и туго свернув ее, дал Нерону.
- Закуси ее. Будет больно, - посоветовал Медведь, дружески похлопывая по плечу.
Глаза Нерона округлились от панического ужаса.
- Не смотри на нас так! - пригрозил богомол.
- Он сломался. Смотри, какие глаза. Как он бледен. Он боится нас! - расхохотался Медведь.
- А ты что хотел, чтобы он песни пел? Ну, все готово. Держите крепко.
Медведь и Седой схватили Нерона на руки и прогнули их назад, затем закололи в стальные колоды. Парень безжизненно повис на цепях.
Богомол вытащил железку и стал водить ею по груди, обжигая, но, не касаясь кожи осужденного.
- Да здравствует раб э-э…
- Нерон Лурдской, - подсказал Седой.
- Да здравствует раб Лурдской. Советую настоятельно служить хозяину верой и правдой. Любить его и выполнять его приказы пока не потухнет свет солнца и Его великий Мардук - властитель наш не призовет к себе. Славься….- затянул богомол похоронным голосом.
- Кончай гудеть! - крикнул Медведь.
Богомол кивнул и через мгновение ошпарил парня раскаленным добела клеймом. Парень не пошевелился.
Богомол, Медведь и Седой осмотрели парня. Тот не шевелился.
- Повезло, - проговорил Седой. - Ничего не почувствовал.
- Похоже он не вытерпел твоих моральных пыток, да и пения тоже.

Когда парень пришел в себя, то первое, что он почувствовал, была страшная боль. Осмотрев себя, парень обнаружил на левой груди высеченный клеймом силуэт змеи. Парня привели в чувство и потащили в сторону дома Томсона.
Томсон уже ждал гостей, стоя у порога.
Нерон осмотрел Томсона: большое брюшко свисало до самых колен, тройной подбородок густо зарос щетиной, рост около пяти футов. В глазах Нерона, толстяк Томсон был откормленным, бородатым карликом.
Нерона привели вглубь богатого дворца, устеленного коврами и шкурами убитых зверей, затем усадили на голый пол прямо перед собой. Сами же работорговцы удобно расположились на небольших тронах.
- Хороший товар - проговорил Томсон - молод, силен, вынослив. Сколько серебра просите за него?
Седой назвал сумму долга.
- Ах! Я выплачу его долг в течение одного года. Я покупаю его. Чтобы отработать эту сумму парень будет тут работать еще пятьдесят лет.
У Нерона закружилась голова, и он едва не потерял сознание. Однако он совладал с собой.
- Он очень силен, как я уже говорил, поэтому я отправлю его разделывать поля, корчевать деревья, дробить камни. Это все, мой друг?
- Да. Только я предупреждаю вас. Это не просто раб, это последний представитель проклятого рода Нерон де Ганц. Вы сами знаете их нравы. Следите за ним. Этот парень сумеет выбраться живым даже из глубин ада!
- А! Это граф?! У меня никогда не было подобных рабов! - Томсон внимательно, и с улыбкой осмотрел юношу. - Я покупаю Нерона.
Томсон и Седой пожали друг другу руки и разошлись.

Парня завели в какой-то разрушенный сарай. Первое, что бросилось в глаза Нерону, километры цепей опоясывали сотни человечески фигур утерявших всякий возраст. На руки Нерона надели тяжелые цепи. Нерон повернул голову, и заметил молодого человека, со светлыми волосами и густо заросшего бородой, старившей мальчика лет на двадцать. Парню было лет двадцать пять, если судить по, не изборождённым морщинами, глазам. Нерона и данного молодого человека связали одной цепью. Заковав новичка, торговец живым товаром что-то вскрикнул, и направился в сторону мужчины средних лет, звавшего его по имени. Начался разговор. Нерон воспользовался отсутствием надзора.
- Ты кто?
Парень молчал.
- Если не желаешь говорить, то не нужно, - Нерон вздохнул и отвернулся.
- Я тебя не знаю, - неожиданно заговорил молодой человек.
- Я новенький. Я хотел тебя спросить, давно ты здесь?
- Пять лет.
Нерон вздохнул.
- Куда нас ведут?
- На работу. Мы работаем с шести утра, до десяти вечера, иногда даже больше. Я вижу, ты парень крепкий. Это скорее плохо, чем…,- парень замолк
- Что ты хочешь этим сказать? - перепугался Нерон.
- На твою еще не сорванную спину наложат всю тяжелую работу. Рано или поздно ты сломаешься.
- Отсюда возможно бежать?
Неожиданно парень испугался и закричал.
- Как ты смеешь так думать, Идите все сюда, он….
Нерон лягнул его ногой.
- Замолчи сейчас же!
- Не говори об этом никогда! Ты понял меня? Или я осведомлю стражу!
Парень не стал говорить осторожному молодому человеку о своем первом побеге.
- Как тебя зовут? - успокаиваясь, произнес парень.
- Нерон Селло-де Ганц.
- Ах! - Парень потерял сознание.

Тут же прибежала охрана.
- Что с ним?
- Я не знаю, - ответил Нерон, растерянно. - Я просто назвал свое имя…
- Что же это за имя?
- Я просто сказал, что мое имя Селло-де Ганц. Он услышал его, и потерял сознание.
По побледневшему лицу стражи, парень понял, что сразил и их своей известной родословной.
- Дай нам серебра, и мы сможем тебя отпустить, граф.
- Мою казну уже давно разворовали…
- Тогда сиди тихо.

Скоро парень пришел в себя.
- Как такое возможно?
Нерон рассказал о себе все.
- Мое имя Петр. Давай держаться вместе?
Нерон улыбнулся.
- Давай.

Едва забрезжил свет утреннего солнца, Нерона грубо столкнули с деревянной полки застеленной соломой. Это нехитрое сооружение заменяло постель. Парень грузно упал на жесткий деревянный пол, слабо взвыл от боли, затем осмотрел обидчика. Семифутовый великан схватил парня за волосы и приподнял над землей. Рост Нерона был около шести футов. Рост его обидчика приближался к семи футам. Здоровяк, ухватившись за длинную копну черных волос, рванул несчастного наверх. Парень почувствовал, как его ноги на мгновение потеряли точку опоры. Нерон слабо вскрикнул. В это же мгновение великан отпустил несчастного, и тот вновь упал на жесткий пол. Остальные узники с сожалением смотрели в их сторону, поговаривая между собой:
- Жаль парня. Совсем дитя, - говорил один.
- Он долго не протянет, - отвечал второй.
- Как бы я желал ему помочь! Его жизнь сломана, и спасения нет, - говорил третий, пуская слезу.
Нерона заставили подняться. Не успел парень встать, как великан пнул его сзади ногой, и загоготал. Парень опрокинулся на пол вновь. Когда он встал, великан закричал.
- За работу!

Не прошло и мгновения, как несколько сотен рабов выстроились вокруг великана. К Нерону тут же подбежал Петр. Только сейчас Нерон огляделся и понял, что каждый каторжник встал в пару со своим товарищем.
- Смирись, - сказал Петр самую страшную фразу на свете.
Петр взглянул в глаза Нерона, и слегка всплакнул. Глаза Нерона по-прежнему горели живым огнем. Петр осознал, что именно это и было самым страшным. Парень еще физически и морально готов бороться с судьбой. Он будет пререкаться со всеми, организовывать побеги, драться.
- Рано или поздно он сломается. Обязательно сломается.
Петр вновь посмотрел на Нерона. Какой-то человек одел на его руки цепь, и Нерон осмотрел его взглядом полным ненависти.
- С таким характером он много что успеет сделать. Возможно, это не просто раб, а ключ к свободе.
Первый год рабства Нерон вел себя тихо, и подчинялся правилам. Казалось, он сломался, и не надеется на чудо. Однако его взгляд нисколько не потух. Наоборот все более разгорался, словно подпитываемый внутренним пламенем. Он, храня глубокое молчание, крошил камни, копал землю, выкорчевывал леса. Петр постоянно был с ним и видел, что парня постоянно преследует одна мысль. Изредка, Петр ловил даже подобие коварной улыбки.
- Что же он замышляет? - думал Петр.

Тир

В начале четвертого утра рабов разбудил не рев надзирателей, а громкие ругательства за окном. Чуткие рабы, все до одного, проснулись и обратились в слух.
Мужчина в рваной, грязной одежде, ходил взад и вперед, заломив за спиною руки. Две женщины в черном платье тихо плакали, опустив глаза. Их лица были открыты на обозрение окружающим, что сразу давало знать об их блудной профессии. Четвертый был толстяк Томсон.
После короткого диалога мужчины вошли внутрь. Женщины остались ждать на улице.
- Отбор жесток? - спросил Томсон
- Нет. Главное, чтобы могли передвигаться, будь то на костылях или своих двоих. Возраст и пол не имеет значения - ответил мужчина.
- Я забираю их.
Мужчина в отрепье взмахнул руками, указывая на всех находящихся в комнате.
- Сколько человек?
- Пятьдесят четыре мужчины, плюс четырнадцать женщин. Имеем еще двух детей, это на всякий случай.
- Дети не нужны, женщины тоже, а вот мужчин готовьте. Забираю всех. Все уплачено, не волнуйтесь.
Человек в лохмотьях повел Томсона к выходу.
- Что они имели ввиду? - спросила пожилая женщина, лежавшая на соломе в самом углу комнаты.
- Ох, не нравиться мне все это, - проговорил мужчина по имени Истаф.
- Нерон де Ганц, ты человек знатный. Ты мудрее и образованнее нас. Объясни, - попросила пожилая женщина.
Нерон встал с постели и пожал плечами.
- Я не знаю, но могу кое-что сделать.
-Что? - хором спросили все.
- Смотри на тех женщин, Петр. Я сразу узнал в них блудниц, а такие легки на язык. Они нам все и скажут.
- С чего ты решил, что они что-то знают?
- Однозначно произошло горе, иначе им незачем так прилежно лить слезы, словно мир рушиться под их ногами. Они обязаны что-то знать.
Нерон подошел к окну.
- Заперто.
Затем подергал дверь.
- Проклятие, и тут заперто.
- И что делать?
- Есть идея!

Нерон взял тонкий, железный штырь и ударил им в окно, воткнув штырь сквозь прутья решеток.

Девушки взвизгнули, услышав грохот.
- Вы в своем уме, молодой человек? - спросила одна.
- Уважьте нас, что от нас хотят, девушки? Мы все напуганы.
- Ах, вот в чем дело. Вам нужна помощь? Как к вам обращаться?
- Я Нерон де Ганц, говорите, пока нас не приметила стража, иначе будет худо.
- Мы сестры Лера и Лора. Почему вы тут? Насколько я знаю, Ганцы истреблены, - сказала Лора
- Им это почти удалось. Я последний представитель той проклятой династии.
- Так вы не их однофамилец?- ахнула Лера
- Я прямой потомок, но, я прошу вас объясниться. Время поджимает.
- Как мне вас жаль. Как мы можем спасти вас? - спросили сестры в один голос.
Несчастный граф только уронил голову на грудь, вцепившись в прутья решеток.
- Война, - сказала Лора. - Она не затронет Нововавилон, она, насколько я знаю, затронет Сирию, Египет, и многие другие. Я запамятовала….
- Горожане не пострадают, но вас решили, как и солдат ввести в осажденный Тир. Вы будете… хм. Прислуживать воинам, - сказала Лера.
- Говорите точнее - «служить пушечным мясом»- проговорил Нерон. Пожилая женщина, стоявшая за спиной Нерона, вскрикнула и вцепилась в руку своего пятнадцатилетнего сына.
- Через полгода вас обещали вывести из Тира.
- Что я могу сделать, мсье де Ганц? Вы же не раб.
Нерон задумался.
- Боюсь, нет выхода, кроме как молиться.
- Ах! Идут. - Девушки закрыли лица ладошками и отскочили в сторону.
Через минуту дверь открыли.
- Выходите. - Томсон распахнул дверь их сарая, и вывел оттуда всех мужчин от тринадцати до шестидесяти лет от роду.
- Куда? - спросил Нерон.
- Туда! - закричал мужчина в лохмотьях и расхохотался. - Объясним все на месте. Быстро в экипаж!

Всех рабов рассадили по повозкам. Каждую ночь, а иногда и дни и ночи напролет возница и их надзиратели проводили во всех деревнях, оказавшихся на пути. Там они орали и пили спиртные напитки. Добрые местные жители, по ночам подкармливали несчастных каторжников, пока их хозяева пропадали в алкогольном угаре.
Через три недели несчастные добрались до места, в коем им суждено было умереть.
Несчастных высадили на землю города Тир, кой уже был осажен Нововавилонскими войнами.

Невольников построили и пересчитали, едва они вошли в Тир. После переклички все разошлись. Нерон внимательно осмотрел кольцо оцепления. Путь к бегству отрезан, поскольку несколько часовых контролировали ситуацию, косо поглядывая на измученных рабов. Их высадили в нескольких милях от осаждаемого Тира. Нерон сел на землю немного в стороне от остальных рабов, и стал потирать мозоль от кандалов, мучительно натиравшую его ногу. Петр подошел к другу и сел подле него. Все остальные рабы, как по команде, поднялись и сели вокруг обреченного графа и Петра.
- Что теперь будет? - простонал кто-то в толпе.
Все, как по команде, вздохнули и уронили головы на грудь.
Нерон словно погрузился в свое странное занятие с головой, и ничто не могло оторвать его от созерцания мозоли на ноге. Петр смотрел на него, не отрываясь, словно чего-то от него ожидал. Пристально смотря на друга, он заставил парня оторваться от занятия и осмотреться. Поймав на себе взгляд друга, Нерон произнес с невозмутимым спокойствием.
- Что?
- Ты не боишься? - удивился Петр. Нерон пожал плечами. Его лицо, на данный момент являлось живым олицетворением спокойствия, равнодушия, уверенности. Со стороны могло показаться, что парень приехал просто погостить у друзей.
Нерон осмотрел побелевшее и искаженное ужасом лицо Петра, и закрыл руками голову, глубоко вздохнув.
- Мне все равно. Я устал от такой жизни. О боги, возьмите меня на небо! Дайте мне крылья вспарить к вам в обитель! Дай мне или смерти или сил противостоять всему этому беспорядку... беспорядку…- криво ухмыльнулся граф, подбирая более точные слова. - Этому ужасу!
Петр обнял за плечи друга. Остальные невольники стали подбадривать парня, но тот их не мог слышать. Так он был погружен в свои мысли.
- Все образумиться, вот увидишь. Это всего лишь какая-то ошибка.

- Ты слышал, друг, греки могут мстить нам? - спросил часовой товарища.
- Что ты несешь? С чего бы это Греции вмешиваться? - удивился другой часовой.
- Эти вести я слышал от старого солдата, охраняющего земли Тира. Он принял меня за жителя Нововавилона и едва не пристрелил из арбалета. Заорал на весь город - Нововавилон наступает! Они пробили крепость! Меня тут же скрутили и заставили покаяться. Старик же, грозя пристрелить, плюнул мне в лицо. Славный старик.
Другой часовой расхохотался. Они не спеша, спустились с лестницы на землю и зашагали по пыльному двору. Серебряная пыль резала глаза и попадала в нос, заставляя задыхаться. Неожиданно один из часовых указал на толпу рабов.
- Ты смотри туда. Видишь, как думаешь…. Да куда ты смотришь?
Товарищ указал куда-то в сторону. Недалеко от них, в окне дома, девушка лет двадцати, аккуратно расшнуровывала корсаж платья, обнажая свое юное тело.
- О, сеньора! Какая красота, Истарх! Гляди, она приоткрыла свое личико!
Братья близнецы Истарх и Филип устремили взгляд в окно в ожидании чуда.
- Фу! - захохотал Филип - Какая уродливая.
- А по мне ничего,- сказал Истарх.
- Еще бы. Три недели не видел женщин. Ты как вышел с темницы сам не свой. Там тебе дали взбучку. Теперь тебе и горгулья – принцесса!
Истарх дал Филлу подзатыльник.
- Ничего не так!
- Ну ладно уж. Смотри туда. Интересно, зачем столько рабов? Их тут сотни три.
- Я слышал, их отправят воевать.
- Я слышал иное. Им не доверят оружие, но их прямая обязанность прикрывать тылы. Некоторых, я слышал, снабдят лопатой, косой или ножом и те отправятся на улицы. Их заставят уничтожать Тир изнутри.
- Не понял.
- Сжечь его, болван, вместе с продовольственными складами и припасами пороха. Они не вызовут подозрений. Обычная толпа оборванцев не привлечет внимания, пусть они и белые, как мел, эти иностранцы.
Один из рабов услышал их разговор и передал соседу, сосед передал своему соседу и скоро все три сотни рабов были осведомлены.
- От греков одни беды. Ты смотри – грек!- Филип указал в сторону Нерона. - Я чую этих грязных, вшивых многобоженцев. Тюрьма по нему плачет.
- Действительно грек, но он всего лишь раб. Не стоит волноваться, - проговорил Истарх
- Но я не спущу с него глаз! Именно они и сломали всю мою жизнь, - едва не плакал Филип.
- Вспомнил красавицу Марию, чей дом у лебединого пруда, Музу из Греции, или Лауру?
- Муза была фанатичной гречанкой, поскольку любила свой народ до фанатизма, любовь моя. Она вышла за грека. Не по душе гречанке наш пыльный Тир.
- Мария, Лаура?
- Лаура обещала море любви и ласк, но в итоге наградила лишь божественным пинком под зад. Мария же предпочла иного ухажера. Художника, будь он неладен.
Филип расхохотался.
- Готовсь! - закричал Филип, вскинув арбалет. – Начинается!
Истарх достал копье.
Два брата близнеца бросились к Нововавилонским воинам.

Через несколько часов послышался голос, и невольники подняли головы в сторону говорившего.
- Слушай мое задание! - проговорил человек в отрепье. Тот самый, кто вывел их из усадьбы Томсона. - Через десять часов, вас развяжут и вы должны пробираться к вратам Тира, невзирая ни на что. Вы просто идете вперед. Все вам ясно?
В ответ послышался гул голосов.
- Вот и хорошо. - Погладил ус человек в отрепье - Теперь я ваш капитан! - крикнул он и удалился.

- Что нам делать? - спросил, плача и заикаясь, мужчина своего соседа. - Ведь и дуракам понятно, что наши тела закроют солдат от вражеских атак. Но я не готов умирать! Что же нам делать?
Никто не ответил.
- Что же делать нам? - вновь спросил тот.
Молчание.
- Всевышние, спасите нас!

Египет. Тир.
609 г до нашей эры.
Осада Тира

Наступил день, который будет последним для большинства измученных мужчин. Среди ночи, когда до боя было несколько часов, никто не спал, а кто забывался сном, вскрикивал и начинал брыкаться, испугавшись кошмара. Тогда приятели ласково будили несчастного. Петр все время смотрел на звезды и звал свою возлюбленную, коя вознеслась на эти звезды два года назад. Он узнал это из письма. Его возлюбленная имела странное имя – Луна Святая, и несчастный был уверен, что она перед ним, в темном, пугающем чертоге освещает ему землю.

Нерон гнул в руках ветку, напевая слова печальной песни. Два мужчины подпевали парню, а третий, пустил слезы и отвернулся, устыдившись.

Едва солнце осветило землю, и бескрайняя чернота стала сереть, часовые проснулись и заменили полуспящих, вооруженных товарищей. Через час из палатки вышел капитан и осмотрелся. Он явно кого-то ждал. Через несколько минут прибежал мальчишка лет тринадцати. Распихивая мучеников, лежащих на холодной земле, он поспешил к единственной палатке, где и ждал его капитан. Через несколько минут мальчик бросился обратно. Заметив хмурое, искаженное недовольством лицо капитана, Нерон, схватил за ногу пробегавшего мальчика. Тот упал и хотел вскрикнуть, но Нерон зажал ему рот рукой, и уволок в кусты. Петр побежал следом за другом.

Нерон схватился за рубаху мальчишки и приподнял его над землей.
- Что в послании? - спросил Нерон, скаля зубы от ярости.
- Я не знаю. Я пришел сообщить, что эм…,- замялся мальчик, - что солдат выводить слишком рано. Так мне сказал генерал.
Мальчик врал настолько правдоподобно, что Нерон, невольно, восхитился его мужеством и хладнокровием.
Нерон повел головой и впечатал мальчика в ствол дерева. Тот вскрикнул, но Петр успел всунуть ему в рот свои вонючие портянки.
- Это касается нас?
Мальчик, отрицательно, замотал головой.
- Врет. Говори.
Мальчик стал мычать, и Петр, с неохотой, забрал свои портянки обратно. Мальчик перевел дух.
- Хорошо мсье, я скажу вам при условии, что вы не разболтаетесь. Я такая же крыса, как и вы, и меня убьют в случае неповиновения.
Нерон пообещал.
- Где то на северо-западе и начнутся бои, и вам не следует туда идти. Приказ был таков. Генерал приказал мне передать командиру: использовать тела заключенных как щиты. Если кто сумеет выжить, садите его в тюрьму.
Руки Нерона ослабли, и тот отпустил мальчика, но мальчик не стал убегать. Он встал подле Нерона.
- Я вас понимаю. Моя мать тоже рабыня, но она женщина и ее участь проста - шить одежду для инвалидов, сирот, нищих и многодетных. Но она также страдала, когда узнала, что меня отправили на фронт. Мне искренне жаль всех вас. Прошу вас, аккуратней! Бегите отсюда. Выбор невелик: тюрьма или смерть!
Мальчик поклонился Нерону, потом Петру и убежал.
- Есть идеи? - спросил Петр.
- Бежать отсюда. Выбор невелик: тюрьма или смерть, - повторил он слова мальчика.

Через час раздалась команда. Рабы встали и зашагали в направлении Тира. Нерон и Петр толкали какую-то телегу. Оттуда доносились звуки выстрелов, человеческие крики и запах пороха щекотал ноздри еще в нескольких милях от военных действий, развернувшихся у стен Тира. Несколько пушечных залпов пытались пробить стены Тира, но безрезультатно. Нововавилонские войны карабкались по стенам Тира, но стена была слишком поката, и те падали. Мученики прижались друг к другу, молча шагая под прицельным огнем, прикрывая собой солдат и толкая бочки с керосином и порохом. Каждую секунду вскрикивал и падал один человек, пораженный стрелой, летящей со стен Тира. Пушечные ядра поражали целые группы мучеников, но не все погибали. Нерон видел, что многие из них были живы, но их добивали часовые выстрелом из арбалета. Через час группа рабов сократилась с трех сотен до трех десятков. Через мгновение несколько солдат выскочили из-за спин рабов и устремились к стене Тира. Именно в это время залпы пушек поредели, а стрелы из арбалетов стали летать в другом направлении. За их спинами были солдаты Нововавилона. На рабов перестали обращать внимания и те вздохнули свободнее.

Бой Нововавилона и Египта продолжался несколько часов. Все это время рабы прятались по щелям, но могли следить за происходящим. Тир оттеснил Нововавилон. Дождь из пушечных ядер больше не падал на головы. Возможно, Египтяне экономили снаряды.

Нерон забился под низкую лестницу жилого дома, Петр спрятался за телегу в нескольких шагах от него. Внезапно один из солдат направился в сторону Петра. Нерон видел, как солдат вытащил его друга из-под телеги и бросил на землю. Петр поднял полные слез и ужаса глаза на солдата. Солдат зарядил арбалет и прицелился. Петр задрожал, и обреченно, прикрыл глаза. Солдат уже хотел выстрелить, как услышал страшный вой за своей спиной. Нерон выскочил из своего укрытия и пихнул солдата в сторону. Солдат забыл о существовании Петра и стал наводить оружие уже в грудь Нерона. Нерон понял, что погиб, он закрыл глаза, но Петр быстро пришел в себя и пихнул солдата. Стрела поцарапала плечо Нерона. Нерон взвыл от боли. Петр, воспользовавшись растерянностью солдата, отобрал у него арбалет. Нерон ударил солдата по лицу, отчего тот потерял сознание.
- Нужно уходить.
Внезапно один из рабов начал подавать признаки жизни. Он глухо застонал и стал выползать из развалин, но его ноги зажала перевернувшаяся телега с бочками из-под керосина.
- Истаф, - Петр бросился в сторону несчастного. Нерон поплелся за ним.
Не без труда они перевернули телегу и освободили заложника.
Петр приподнял Истафа и увел подальше от опасного участка.
- Сколько уцелело? - спросил Истаф
Нерон и Петр склонили головы, внезапно онемев. Выжило лишь пять-шесть человек из трех сотен рабов.
За спинами мучеников раздавались выстрелы, взрывы, проклятия и стоны. Одна стрела попала Нерону в ногу, и тот упал, уронив товарищей. Вокруг товарищей взрывалась земля, воздух пропитал каждую клетку тела запахом пороха, дыма. Теперь уже Нерон стал обузой. Он и Истаф не могли передвигаться, и несчастный Петр тащил на своих хрупких плечах сразу двоих. Внезапно одно из пушечных ядер угодило прямо в телегу. Именно в этой телеге перевозили порох и бочки с керосином. Раздался взрыв. Чудовищный взрыв оглушил всех находящихся неподалеку. Ближе всех к эпицентру взрыва был Петр, Истаф и Нерон.
Нерон приоткрыл глаза, но не мог пошевелиться. Не поднимая головы, он осмотрелся и обомлел. Во лбу Истафа была стрела. Петр был жив. Он лежал на спине, ломая в тревоге пальцы. Нерон посмотрел вдаль и вздрогнул. Несколько солдат пинали рабов по лицу. Тех кто, выжили после битвы, солдаты Нововавилона добивали выстрелом из арбалета. Нерон пополз к Петру, положил его голову к себе на колени и осмотрелся. Солдаты стояли спиной к нему и ощупывали какой-то труп. Было видно, что они грабили мертвых, и убивали оставшихся в живых. Нерон осмотрелся и потащил полуживого Петра под высокую телегу и спрятал его там. Затем залез под телегу и сам. Несколько солдат прошли мимо них. Нерон видел их разваливающиеся ботинки совсем рядом и задержал дыхание, боясь привлечь их внимание. Солдаты осмотрели труп Истафа, перебросились парочкой фраз и ушли.
Нерон подождал несколько минут, затем стал выползать из укрытия и тут же столкнулся с Истархом и Филипом.
Истарх и Филип не были Египтянами по крови. Их имена имели свое славянское начало. Как они оказались на Египетской границе – загадка.
- Знакомые лица,- улыбнулся Истарх. - Сам стоит перед нами на коленях этот греческий оборванец. Что будем делать, Филип?
- Что и всегда. Заряжай арбалет. Посмотри есть ли кто под телегой.
- Там никого нет! - с жаром крикнул Нерон. - Я клянусь. Там никого нет!
Под телегой, по-прежнему лежал Петр.
Филип присел и осмотрелся.
- Врет. Там еще один оборванец. Если судить по внешности – гость из Нововавилона.
- Тащи его сюда.
Филип исполнил приказ.
- И что будем делать с этими грязными, ничтожными рабами? - спросил Филип.
- Был приказ нести их в тюрьму. Надобно бы их оградить от мира.
- Может сразу конец, - Филип продемонстрировал оружие.
- Слишком милосердно. Я предпочитаю видеть боль долгую, мучительную, а нет ничего мучительнее, чем небо в клеточку. Как-никак вражеские подданные, а их надобно судить строго.
- Вяжи в кандалы этого буйного, - приказал Филип, указывая в сторону Нерона. - Я возьму другого.
Нерона заковали в кандалы, и повели в сторону города, словно вымершего из-за войны. В окнах не горел свет. Даже собаки не высовывали морд из своих убежищ. Птиц не было. Люди закрылись в своих домах, забив окна и двери.
Пленников грубо запихнули в повозку. Истарх ударил коня по боку и запел:

- Вези, возница, меня в край
Где ждет меня родная
Не бойся стрел и волчих стай…

Филип сел рядом с Петром и Нероном, прижав арбалет к спине Нерона, боясь вспышки ярости со стороны буйного, черноглазого незнакомца. Истарх повел лошадь, по-прежнему распевая.

- Мой путь и труден и тернист
Я не видать мне солнца
Вози, возница, меня в мир
Где, словно свет в оконце,
Моя судьба манит меня
Зовет, во мраке ночи…


Через несколько часов карета вдруг встала. Истарх обернулся, и ударил хлыстом Филипа.
- Хватит дрыхнуть. Хорошо, что я заблаговременно связал выродков, иначе бы искали их по всему городу, - взвыл Истарх.
Филип сладко потянулся, затем быстро спрыгнул с телеги на землю.
- Приехали, сеньоры.
Нерон осмотрелся и увидел мрачный замок в готическом стиле, увенчанный длинным шпилем. Через каждый квадратный метр виднелась фигура часового. По телу Нерона пробежал озноб.
- Сходите.
Филип помог невольникам спуститься. Истарх соскочил с телеги и бросился к вратам.
- Откройте. Приказ генерала. Рабов на мясо.
Петр вздрогнул, часовые засмеялись.
Едва они вошли в замок, Нерона тут же облепили часовые. Нерон только уронил голову на грудь. У него не было сил сражаться. Он примирился с судьбой.
Нерона втолкали в кабинет директора этой темницы. Нерон поднял взгляд. С момента входа в замок его глазам предстали только серые, неживые стены тюрьмы и истощенные фигуры узников. Кабинетом начальника тюрьмы оказалась светлая комната полная цветущей зелени. Два огромных окна с прочными решетками освещали кабинет. Напротив окна стоял плотный, потный мужчина лет сорока. Он важно всматривался вдаль, из-за близорукости, прищурив глаза. Именно эта привычка придавала начальнику тюрьмы угрожающий вид. Казалось, он изучает каждого, проникая в его сознание.
- Проходите, - важно проговорил начальник. - Оставьте нас.
- Вы уверены? - Филип и Истарх испуганно переглянулись.
- Уверен.
Братья покорно покинули кабинет. Начальник отошел от окна, и стал важно прогуливаться по кабинету, скрестив за спиною руки.
- Подойди, - приказал он Нерону.
Нерон подошел к начальнику. Начальник взял его за руку и привел к окну.
- Что ты видишь? - спросил начальник тюрьмы.
Нерон заколебался.
- Пристройки из камня и дерева, небо…
- Свободу, - уточнил начальник тюрьмы. - Одним словом – свободу. Запомни все это. Поскольку тебе больше этого не суждено увидеть.
Петр всплакнул за их спинами.
- Птицы свободны и они там. Море тоже свободно и оно тоже там, но ты не там, а здесь. Запомни все хорошенько. - Начальник тюрьмы пожал руку несчастному и странно улыбнулся. В этой улыбке смешалось презрение и счастье от того, что он наносит нестерпимую боль окружающим. Ему приносило удовольствие бередить и без того кровоточащие раны обреченного графа и Петра.
Несмотря на угрожающий вид, начальник тюрьмы был туп и труслив. Нерон, словно волк, почуял это и наградил начальника холодным взглядом. Нерон оказался прав. Начальник испугался натиска черных, бездонных глаз.
Начальник попятился, Нерон пошел на него, заставляя начальника тюрьмы отступать к стене все дальше. Нерон схватил скамью и замахнулся ею.
Он сам не понимал, что делает. Страх, боль, долгое мученичество свели его с ума и оголили скрытые инстинкты.
- Выпусти нас, - пригрозил Нерон - Выпусти или я сверну тебе шею! Никто не спасет тебя. Если ты дашь отказ, я уничтожу тебя! Я знаю, что мне отсюда не выбраться, и я готов принять судьбу вечно жить здесь, не видя солнца! - Буйный граф бросил скамью, и осмотрелся в поисках орудия. Ничего.
Нерон, не осознавая, что делает, сжал начальнику горло, желая осуществить угрозу.
- Он буйный! - заключил начальник тюрьмы затем оттолкнул Нерона и закричал. - В палату для буйных!
Тут же появились несколько часовых. Нерон не сразу понял, что обезоружен. Отупевший от ярости, он стал отчаянно вырываться, угрожать, проклинать всех, в том числе и Богов, проклявших его - Нерона де Ганц. Один из часовых ударил по лицу юноши с такой силой, что парень отключился
- Где вы его вообще нашли? - спросил багровый от напряжения, и одновременно бледный от страха начальник тюрьмы.
- Это один из Нововавилонских рабов. Его нашли у входа в Тир.
- Не похож он на раба. Рабы уже смирились с участью, что их судьбами распоряжаются другие. Этот сам по себе. Он сам себе хозяин.
- Тогда кто же он? - спросил Филип.
- Откройте на него дело. Недостающие звенья узнайте от его напарника. - Он указал на Петра.

Как птица в клетке

Нерон открыл глаза и осмотрелся. Его глазам предстала ужасная картина. Нерон лежал на полу, словно стража, особо не заморачиваясь, просто вышвырнула его тело в камеру, оставив лежать на полу подле двери. Нерон присел и осмотрелся. Камера где-то пятнадцати футов в ширину и примерно столько же в длину. Освещала камеру только единственная свеча, тускло мерцавшая на крохотном столе. Камера ничего не имела кроме кучи соломы, заменявшей постель, столика, крохотной скамьи. Только свеча весело играла на столике. Нерон встал и осмотрелся и все же заметил крохотное окно с толстой решеткой. Была ночь, и Нерон не сразу приметил его. Он, торопливо, вскочил на ноги и выглянул в окно. Заметил он только ночь. Все предметы утопли во тьме.
Только сейчас Нерон осознал, что происходит. Он в тюрьме.
Присев на скамью, он обхватил руками голову.
- Что будет дальше? Жизнь в могиле? За что мне, боги, такие муки? Что же я, презренный, в жизни сделал не так? Я был верен только долгу, иногда забывая о том, что я сам тоже имею чувства. Я сам рыл себе могилу все эти годы, не осознавая того, что будет впоследствии. И Петр…
Нерон вскочил со скамьи, словно та его ужалила.
- Начальника! Начальника! - Стал орать пленник, беспрерывно пиная ногами прочную дверь тюрьмы.
Вместо начальника подошел охранник. К удивлению Нерона тот говорил на греческом языке.
- Начальника нет и к тебе его не пустят, мерзкий оборванец. Ты едва его не покалечил.
- Где Петр, мой товарищ?
- В камере, как и ты, - ответил охранник.
- Что будет?
- Через два месяца, вышел приказ, вражеских подданных, дезертиров, врагов народа – на мясо.
Нерон пошатнулся, но руками впился в прутья решеток, и лишь поэтому, остался стоять на месте.
- Что вы имеете ввиду?
- Я и так с тобой разболтался, как старая клуша, - пробубнил охранник, уходя.
Нерон стал трясти дверь, схватившись руками за прутья решетки.
- Ответь мне! Ответь! Я должен знать!
Охранник, в ответ, только смачно зевнул.
Больше трех часов Нерон истерично орал, раскачивая дверь. Охранник, казалось, не замечал его. Тогда Нерон схватил скамью и стал сокрушать все, что попадалось под руку, вопя так, что, казалось, ходили ходуном стены. Охранник, казалось, обратил внимание к его персоне, но тут же потерял его
Через три часа Нерон устал и опустил скамью. Он крика он уже не мог говорить, мог только отчаянно хрипеть. Пленник сел в угол камеры и утих. Нерон заснул тяжелым сном.
Вот ему сниться, как он бежит по зеленой траве под палящим солнцем. Чем дальше он бежит, тем более угасает солнце и умирает трава. В самом конце пути Нерон бежит уже в полной мгле, его тело рвут на части хищные звери, а колючие растения больно сдирают кожу. Бежит он уже не по траве, а, по темным, раскаленным камням. Ему больно. Он не может больше. Он устал и желает света, мягкой травы. Но чем дольше он бежит, тем раскаленнее камни под его босыми ногами, и тем яростнее звери впиваются в его тело. Но он хочет большего. Он все равно упрямо бежит вперед.
Разбудил его шум шагов. Дверь камеры отворилась, и Нерон заметил трех человек. В одном из них он узнал охранника. Того самого, от коего он требовал внимания разнося камеру в щепки. Вторым был начальник. Третьим человеком, был незнакомец, лицом, походивший на лошадь.
- Это и есть он, - проговорил охранник. - Ошибок нет. Его династия правило совсем недолго.
- Я не могу поверить?! - проговорил начальник. - Не может же это и впрямь быть? Греческий граф - вражеский подданный – раб Нововавилонской империи!
- Я тоже удивлен, - проговорил незнакомец.
- И что прикажете делать? Пусть он и Ганц, но не забывайте, он же из иуд… тьфу, вражеский подданный и, граф-грек в одном, раб Нововавилонский империи. Мистика!

Нерон понял, что судьба не смилостивиться над его ничтожной персоной. Он не знал их языка, но по одной интонации, понял, о чем они говорят. Нерон решил принять иной образ действий. Египтяне испугались заметив как Нерон подходит к ним. Один из охранников достал нож, но Нерон, внезапно, упал на колени перед начальником темницы, а лицом уткнулся в пол.
- Не мучайте меня более! Скажите где Петр? Что будет с нами? Я устал. - Нерон вновь уткнулся лицом в пол и замер.
Троица переглянулась.
- Сломилась стальная династия раз не кто иной, как сам ГАНЦ, падает к нашим ногам.
Начальник проговорил, а охранник перевел его слова.
- Отсюда ты выйдешь и очень скоро.
Нерон почуял, что начальник тюрьмы что-то недоговаривает.
- С веревкой на шее? - ухмыльнулся Нерон, на свой прежний, ядовитый манер
- Нет.
- Гильотина?
Охранник кивнул.
Нерона пробрал озноб. Однако он собрался с силами, глубоко вздохнул, и проговорил странным, ледяным и безразличным голосом.
- Когда? Разве графам не положенная отсрочка? - попытался пошутить он. Охранник перевел его слова.
Троица замотала головой, отрицая.
- Два месяца.
- Петр?
- Тоже.
Троица покинула камеру, оставив графа наедине со своими мрачными мыслями. Как ни странно, Нерону не было страшно. Наоборот, он молил время бежать как можно быстрее. Он устал и желает покоя, пусть и достигнутого таким путем. Его слепила боль. Казалось, от напряжения болит все тело. Непролитые слезы сдавливали голову как тисками. Дни, ночи напролет Нерон только вспоминал маму, папу, Аю, Гестера, Прозу, и, как ни странно Несса.
Целыми сутками он пропадал в каком-то ином измерении, в коем он каждый день целовал ручки возлюбленной Прозерпине. Нерон желал обнять мать и Гестера и попросить прощения за то, что он всю жизнь причинял им боль, выставляя напоказ свою злобную маску. Этой самой маской он защищался от окружающих, превращаясь в призрака, поскольку знал всегда – конец близок. Любимые не заслуживают нести ЕГО проклятие на своих плечах.
«Папа. Мой родной отец! Как после всего этого можно сохранить веру в людей и творить добро?»
Нерон потерял счет дням. День сменялся ночью, ночь сменялась днем, но Нерон этого не замечал. Он спал иногда по тринадцать часов кряду, моля время бежать быстрее.
Однажды к камере подошел часовой. Нерон подумал, что пробил его час и покорно встал.
- Я готов.
Было видно, как часовому, на мгновение, стало дурно. Он побледнел, и отстранился от Нерона.
- Еще слишком рано. Не пробил ваш час, уважаемый Ганц.
Нерон вздохнул и забился в угол. Там он уткнулся лбом о стену, и застыл. Часовой вошел в камеру, закрыв дверь.
- Мы проверили досье на вас и вашего товарища.
Нерон поднял глаза. Охранник правильно прочел вопрос в его глазах.
- То, что ваш друг, как и вы, слеплены из высшего теста. За Петра заручились, и его хотели отпустить….
Нерон немного ожил. Он отстранился от стены, проявляя интерес к беседе.
- Я знаю, что он младший из сыновей некого, мне неизвестного графа. Его лучший друг - князь, а мать была, дай бог память, некая княгиня Изольда. Он всегда вращался в высоких кругах, но почему он здесь? Он никогда не говорил мне правды.
- Тогда вам скажу ее я. Петр и в самом деле младший из сыновей графа Ретта и княгини Изольды О’Стилл. Его история отлична от вашей. Я думаю, что Петр сам сотворил себе такую судьбу.
Началось все с того, что наш уважаемый О’Стилл стал соучастником небольшого мятежа. Он прикрывал своего товарища бунтовщика. Причины, которые заставили Петра и его друга восстать против нашего правительства, мне не известны. Но одно я понял. Петр был обязан своему товарищу. Как его звали? Кажется Тан де Лакруа. По происхождению – фермер. Приехал издали. Еще, будучи ребенком, пересек границы Нововавилона, где и поселился. Я отвлекся….
Петр O’Стилл был охвачен пламенем. Его одеяние загорелось. Причиной тому был крохотный мальчик, играющий с зажженным факелом. Пламя быстро перекинулось на одеяние Петра, а уже через мгновение Петр исчез под пламенем. Фермер Лакруа окатил несчастного водой, тем самым спасая его жизнь. Петр это запомнил и не бросил своего товарища даже когда его казнили. Рамонд стоял у виселицы с петлей на шее, а наш падший граф успокаивающе, держал его за руку, пока тело его друга не перестало биться в последних судорогах. Петра не стали казнить. Теперь он здесь. Прошло уже восемь лет…
- Зачем вы это сказали? - спросил Нерон.
- А потому, что история повторяется, уважаемый. Петра откупила родня, и теперь он свободен, но падший граф отказался от этой счастливой звезды. Он желает взойти на эшафот вместе с тобой.
Нерон побледнел, и замотал головой, словно он чего-то не может осознать.
- Почему все так? - прошептал он сухим голосом.
- Мне не ведомо. Должно быть долг... Вы столько раз помогали ему, и он желает разделить участь с вами.
- Зато я не желаю этого! - отчаянно полушепотом, прокричал Нерон, взмахнув кулаком, словно желая повергнуть Петра сквозь стены. - Он не достоин смерти!
- А кто ее достоин? Убийцы, насильники и воры? Это само собой, но, к несчастью, существуют те же преступники, но они прикрылись статусом, сутаной или золотым мундиром. Именно они отсылают на смерть достойнейших, а сами же пируют на их костях, наслаждаясь жизнью, в то время как их страдальцы мучаются. Следует принять этот закон нашего мира. Не добродетель ныне правит миром. Миром правит кровь, страх, а именно это и рождает подчинение со стороны слабейших.
- И что мне теперь делать? - спросил Нерон.
Охранник призадумался.
- А что если вам сбежать отсюда?
Нерон, от неожиданности, подскочил на месте.
- Что?!
- Сбежать, - повторил часовой.
- Как?!
- Я помогу вам. Ваш день, выразимся так, придет через четыре дня. Вам нужно уйти.
- Это невозможно.
- Но я помогу вам! Это будет так просто. Вот увидите! - шепотом прокричал охранник.
- Спаси Петра, только и всего. А меня, прошу, оставь.
Охранник, он неожиданности, соскользнул со скамьи, но тут же вскочил.
- Что с вами? Почему вы отказываетесь спасти себе жизнь?
- Ответ очень прост. Дайте мне отдохнуть.
Охранник открыл рот и стал издавать странные звуки, словно он - труба органа, в коей гуляет ветер.
- Вы сами хотите умереть?
Нерон кивнул. Охранник стал белее мела, он, пошатываясь, встал, хватаясь руками за стены тюрьмы. Казалось, он вот-вот лишиться чувств.
- Я устал жить
- В двадцать лет?
Нерон кивнул. Глаз охранника странно заблестел, и по его небритой щеке скатилась слеза, но он быстро совладал с собой.
- И… и что вы желаете предпринять?
- Я остаюсь ждать своего дня.
- Почему же так?
Нерон отвернулся в сторону. Охранник стал внимательно созерцать плечи и спину узника. Не сразу, но охранник заметил, как подрыгивают плечи узника. Тот плакал, уткнувшись лбом о стену тюрьмы и заломив над головой руки, скрывая лицо. Охранник шмыгнул носом.
- Может, все же, передумаете, граф де Ганц, - с надеждой спросил тот, вставая со скамьи.

Нерон, молча, помотал головой, не поворачиваясь в сторону охранника.
- Только Петр откажется от побега. Он предан вам и останется здесь. Он будет ждать, последнего часа вместе с вами и с вами же, разделит участь.
Охранник ушел, захлопнув дверь. Нерон перестал рыдать. Он, со вздохом, отстранился от стены и замер в этой позе. Охранник наблюдал за Нероном. Узник сел на пол, руки его безжизненно повисли, голова была склонена. Охранник видел, что узник уже не в своем уме. Не меняя позы и не шевельнувшись, он провел на полу более шести часов. Через шесть часов он встал, подошел к стене, и начал пихать ее, словно та провинилась перед ним. Несколько тысяч раз он прокричал только одну фразу.

-«Почему я!?»

Петр, как и предполагалось, не бросил товарища. Через четыре дня пришел день. Нерон взошел на ступени, ведущие к концу всего, странно улыбаясь, словно всходил не под топор палача, а на праздник. Парень улыбался, словно смеялся над человеком, грозившимся его убить, преждевременно осушив стакан с ядом. Петр смотрел на друга, словно тот святой великомученик Ганц, его проводник в Рай. Он тоже желал выдавить улыбку, но смертельный ужас сковал его.
Нерон осматривал людей, палача, священника. Пару раз он взглянул на небо, траву. Возможно, он верил, что его следующая жизнь в ином измерении, и он желает сохранить память о той грешной земле, с коей он так рано расстался.
После длинной, нудной проповеди священник дал знак палачу. Тот пригляделся к узникам, выбирая жертву.
- Позволь мне, - проговорил Петр и зашагал вперед. Положив голову, он закрыл глаза, ожидая удара. Нерон зажмурился в нескольких шагах от него. Палач взмахнул своим орудием, но удара так и не последовало. Нерон протаранил палача плечом, и тот, от неожиданности, выронил топор. Петр открыл глаза, и застонал.
Палач выругался. Он хотел было поднять топор и завершить начатое, как топор был уже в руках зрителей. Народ так и не отдал его палачу. Как выяснилось, народ узнал Петра, и желал его спасти.
- Не судьба, - сказал палач, уходя прочь. Священники перекрестились.
- Довершим начатое потом, когда бунт утихнет. Не хватает нам нового восстания, - проговорил один из священников.

Нерон и Петр вновь оказались в своих камерах. На следующий день Нерон узнал еще более страшную весть. Внезапную атаку Нерона приняли как знак свыше и смягчили наказание. Нерон будет жить, а именно этого и боялся граф. Теперь уже семнадцать лет он будет сидеть здесь, все более погружаясь в свои мрачные мысли.

Изабелла.

День сменялся днем и уже на пятые сутки Нерон потерял отсчет времени. Все больше погружаясь в свои мысли, Нерон уже не мог определить, где сон, а где реальность. Он думал обо всем. Он спрашивал себя, что же ждет его в дальнейшем? Эти же мысли? Эти же стены? Нерон не мог жить в темнице. Его душа как вольная птица, вынужденная бороться за жизнь, сидя в клетке. Прежние, так свойственные ему качества, как легкое буйство, сарказм, желание бороться за мечту и многие другие качества исчезли. Теперь Нерон превратился в кроткого, замкнутого человека, кой уже смирился с участью. Очень скоро Нерон уже не мог понять ничего. Его мозг заволокло сладким туманом. Он разговаривал с мамой, искренне веря, что она стоит перед ним. Пару раз он разговаривал и с Нессом и каждый час он молил Прозу простить его за свое долгое отсутствие. Знакомый охранник смотрел на все это сквозь прутья решеток и беззвучно рыдал. Парень сошел с ума.

Именно сейчас произошел значительный перелом в характере Нерона. Такое качество как сдержанность, теперь уже было выбито тисками страданий. Каждый раз, как кто-то входил в комнату Нерон бросался на того с кулаками. Он разговаривал с призраками родных, в полный голос, проклиная всех богов мира, заставляя священников, пришедших благословить иных узников в долгий путь на небо, в панике, убегать от палаты буйного. Между вспышками гнева, он просто сидел и смотрел в одну точку. Парень так сильно отощал, что врачи стали тревожиться за его жизнь. Парень отказывался есть, пить, спать. Уже через две недели двадцатилетний парень превратился в умирающего от истощения юного старика.
Именно в эти дни, когда рассудок парня помутился окончательно, произошло чудо. Нерон лежал на куче соломы, как его слух уловил странный шум. Парень поднял голову и крайне удивился. Белая голубка смотрела на него сквозь прутья решеток.
- Кыш! - прикрикнул Нерон.
Голубка не тронулась с места. Она сидела на месте минут двадцать, затем вдруг стала протискиваться сквозь прутья решеток. Протиснувшись, она влетела в камеру и села на стол, напротив Нерона.
- Ты кто?
Как и следовало ожидать, голубка не ответила на вопрос. Она смотрела на графа.
- Проголодалась?
Голубка капризно чертыхнулась, взъерошив перья.
- Что ты хочешь от меня?
Нерон с трудом встал и, взяв голубку, посадил ее на окно.
- Ты свободна. Лети.
Голубка только замотала головой, словно хотела сказать «нет».

Охранник видел эту странную голубку. С момента появления Изабелл – так Нерон назвал питомицу – Нерон стал приходить в себя. Казалось, сами Боги, коих Нерон так тщательно проклинал, ниспослали ему лекарство от явного безумия. Нерон заботился о питомице. Смотря, как Изабелл поглощает его еду, Нерон, рассмеявшись, сказал, что чужой хороший аппетит – заразен. Вскоре врачи вздохнули свободно. Здоровье Нерона не вызывало опасений. Молодая голубка Изабелла вернула его из мира мертвых на землю.
Голубка игнорировала просьбы Нерона – улететь. Иногда, с трудом протискиваясь сквозь прутья решеток, она улетала, но на пару часов. Один раз она даже принесла в клюве жука, угощая щедрого хозяина. Нерон расхохотался, но, вежливо, отказался вкушать дар.
Изабелл прожила в камере Нерона полтора года. Все это время Нерон не выпускал питомицу. Он знал, что Изабелла – ручная, поскольку она тут же стала карабкаться на ручки, прося у хозяина чуть ласки. Он сутками напролет разговаривал с Изабелл, веря, что птица его понимает.
Прошло полтора года с момента появления Изабеллы в его камере. Никто из стражников не собирался изгонять голубку, поскольку видели, как преобразила голубка узника. Нерон, практически, стал собой, однако все же он - вольная личность. Даже Изабелла не могла предотвратить приступы меланхолии и депрессии. Парень уже отрекся от внешнего мира. Годы тюрьмы окончательно его сломали и с каждым новым месяцем заключения, Нерон становился все беспомощнее и беспомощнее. Ярость растаяла, буйство сменилось кротостью, агрессия превратилась в меланхолию. Его бездонные, живые, словно состоящие из черного пламени глаза, потухли навек.

Через четыре года Изабелла не прилетела к хозяину. Нерон не на шутку разволновался за судьбу любимицы. Голубка была его единственной радостью. Не прилетела она и через день и через два. Нерон уже не отходил от окна. Он звал ее, но та так и не вернулась. Голубка все же покинула своего хозяина. Нерон обуздал сильное огорчение и еще более сильную зависть. Она свободна, и не вернется больше никогда.
Однако это было предвестием не конца, а начала нового. Нерон не мог знать, что творилось в другом конце здания, в коем находился он.
Толстяк Томсон бродил по зданию в сопровождении охранников и часовых. Часовые привели его в кабинет начальника тюрьмы.
Начальник сидел в кресле и громко шелестел бумагами, давая тем знать, что у него дела. Часовые и охранники покорно разошлись, но Томсон остался ждать.
- Да уходите же…,- закричал начальник.
- Я по делу. Мы договаривались о сделке, - проговорил толстяк.
Начальник поднял глаза и растянул губы в фальшивой, недоброй улыбке.
- Ах, вы…. Проходите.
Рабовладелец сел.
- Я приехал издали. Пусть и наш народ досаждает вам, но я не причем, уверяю.
- Осада меня не затронула. Я к вам всей душой, - холодно проговорил начальник.
- Это радует. У меня к вам сделка. Я уверен, что вы одобрите ее, и мы разойдемся товарищами, хоть и наши люди гибнут по нашей же, общей, вине.
- Я тоже надеюсь, - начальник потерял интерес и вновь уткнулся в свои таблицы. Томсон понял, что необходимо переходить к делу.
- У меня к вам дело, уважаемый. Я плачу вам за то, что бы вы передали одного вашего подчиненного мне. Ему здесь не место.
Начальник посмотрел на работорговца поверх бумаг.
- И кто же интересует вас?
- Ганц, уважаемый. Нерон де Ганц. Его передали мне возместить долг, теперь он в вашем, а не в нашем обществе. Он должен отработать свой долг, и ему здесь не место. Отдайте его мне.
Начальник покачал головой.
- Это невозможно. Его и так помиловал народ, следовательно, он и так поймал птицу счастья, поскольку ему оставили жизнь. Жизнь не преподает такой дар дважды.
- Дар?! - в дверь прошел знакомый Нерону охранник. Именно он умалял пленника бежать. - Дар?! Да он ждал этой смерти! Он ждал конца, жаждал покоя, а вы предпочли дать ему в дар все это! Вы либо отпустите его, либо казните. Не держите его в клетке, - прокричал охранник, врываясь в кабинет.
- Совсем страх потерял, а ну брысь! - Прокричал начальник, но тут же забыл об этом инциденте. - Я и не знал об этом. Какой резон мне отдавать такое сокровище!
- Сокровище? - проговорил охранник
- Высшая кровь. Я владелец чистокровной династии и решаю судьбу ничтожного графа! Какая прелесть! Я могу свернуть ему шею, и он в моей власти! Ха-ха! Цыплёнок, кой трепещет в когтях хищной птицы. Все и так завидуют мне. Спрашивают, как он поживает? А шут его знает, как. Он прикован моими цепями. Ест мою еду! Как же я могу его отдать? Такие заключенные попадаются далеко не в каждом веке.
Томсон потупился.
- Тогда я куплю его у вас.
- Тоже захотелось славы?
- Можно сказать и так. Он должен отрабатывать долг, а не отдыхать здесь. Я должен видеть, как выплаченный мною долг стекает по его спине вместе с кровью и потом! Лишь когда пролитая им кровь, слезы сумеют возместить долг, я его прощу. Но это будет, ой, как не скоро! Возможно и никогда.
Томсон и начальник расхохотались.
- Как мне нравиться ход ваших мыслей!
- Какой же вы жестокий! - проговорил рабовладелец.
- А вы сущий ангел! - расхохотался начальник тюрьмы. - Вы уверяете меня, что желаете купить известного вам, де Ганца, что бы поработить его? Заставить омыть долг кровью.
- Какая точная метафора! Да! - прокричал Томсон.
- Как же мне это нравиться! Я продам его, но за небольшую предоплату.
Начальник что-то написал на бумаге и протянул листок Томсону.
- Грабеж! - прокричал Томсон. - Да я бы на эту сумму купил бы себе сотни рабов!
- А сколько, по-вашему, стоит греческая, знатная кровь?
Томсон задумался.
- Вы правы, уважаемый. Он стоит того.
Они совсем забыли о несчастном охраннике. Он слышал каждое слово и теперь на всех парах летел в камеру де Ганца.
- Граф де Ганц!- прокричал охранник.
Нерон не слышал его. Он сидел на соломе, устремляя взгляд в окно. Он ждал свое единственное утешение – Изабеллу.
- Уважаемый граф, - прошептал охранник. Нерон очнулся ото сна.
- Вы?! - Нерон, нехотя, поднял голову и взглянул на охранника. Охранник задрожал. Куда девался буйный юноша? Сейчас де Ганц смотрел на охранника взглядом побитой собаки.
- Вас выкупили, уважаемый граф. Некий Томсон идет за вами, что бы переправить вас омывать долг кровью!
Охранник ждал бурного всплеска эмоций. Он ждал, что обреченный граф будет кричать «о, нет!» или «не может быть!», бегая по камере, но Нерон повел себя по-другому. Он просто закрыл глаза.
- Спасибо, - проговорил он.
- И все? - От напряжения, охранник побледнел и вспотел, словно это его продают, словно безродного щенка. - Томсон же может и убить вас! Я слышал, какие у него порядки…
- А Петр будет со мной? - перебил его Нерон.
- Не знаю, уважаемый граф.
- Спроси.
Охранник кивнул и скоро исчез. Через минуту он вернулся.
- Нет. Он остается здесь.
- Передайте, что либо пусть Томсон выкупает двоих, либо не получит никого из нас!
- Как это? Вы… вы ничего с собой не сделаете, граф де Ганц! Не посмеете! - Закричал охранник.
- Посмею и сделаю. Передай, пока я вью из этих штанов удавку.
Охранника как ветром сдуло. Уже через тридцать секунд он вновь явился. Нерон так и не завершил крутить свою удавку.
- Он согласен! Согласен! Не глупите, де Ганц. Не надо.
Нерон, победно, улыбнулся. Через минуту в камеру вошел Томсон.
- Захотели вытащить своего товарища, мсье де Ганц? Как мило с вашей стороны, но этого мало, мой друг.
- Никакой я вам не друг! - прошипел Нерон сквозь зубы.
Томсон захохотал.
- Вы дерзите мне?! Правду мне сказали, что род Ганцев сломить невозможно. Но я то, старый, верил, что это всего лишь миф.
Томсон не мог знать, какие мысли пронеслись в голове обреченного графа. Будучи рабом Томсона, Нерон прекрасно помнил все его уловки. Работая в горах, полях, Нерон вынашивал в своей голове план побега. Он уже вырыл и замаскировал подкоп, смастерил отмычки, научился снимать кандалы самостоятельно. Покупая Нерона для полевых работ, Томсон не мог знать, что дает Нерону шанс спастись. Именно это и вернуло узника к жизни. Он словно забыл о четырех годах заключения. Нерон воспрянул духом.
- Вы согласны работать на меня? - Проговорил Томсон, улыбаясь плотоядной улыбкой. По спине Нерона пронеслись мурашки, но тот мужественно стерпел эту страшную улыбку.
- Идите к черту!
Томсон покатился от хохота.
- Характер тверже скалы, язык острее кинжала…. Никогда не встречал людей, похожих на вас, граф де Ганц. Вы превзошли даже своего отца.
- Я не пойду! - Нерон не сдавал позиций. Он знал, что отказываясь, только возвышается в глазах Томсона, значит большая вероятность, что его выкупят. Томсон верил, что сумеет укротить щенка, но он не мог знать, что укротить дикого тигра – невозможно. А именно таким был Нерон. Сколько не пытай, мори голодом несчастного тигра, он найдет шанс вцепиться вам в глотку. Томсон не знал, что все это, часть коварного плана юноши, и что именно он, а не граф де Ганц, увязает в паутине, кою соткал Нерон.
- Пакуй свои вещи, граф. Завтра ты будешь уже в моей власти. - Томсон облизал нижнюю губу, словно в предвкушении чего-то ужасного. Нерон только наградил его ледяным взглядом.

Скоро Нерон и Петр уже были во владениях Томсона. Нерон каждой клеткой тела впитывал солнце и свежий воздух, соскучившись по всему за долгие четыре года заточения. Петр и не мог предположить, что предпринимает за его спиной де Ганц. С каждым днем его улыбка становилась жестче, взгляд пронзительнее, характер резче и беспощаднее. Нерон Селло-де Ганц стал собой. Его крутой нрав и неукротимый, бунтарский характер заставлял охранников, стражников и часовых держать оружие наготове, едва они приближались к нему. Остальные пленники смотрели на Нерона восторженно. Он был умнее, образованнее, смелее, ловчее их всех вместе взятых. Дикая, хищная птица нашла слабое место в тесной клетке, и прикладывает титанические усилия, прогрызая металл хрупким клювом, стирая его в кровь. Однако придет момент, и птица обретет свободу. Именно этой птицей и был де Ганц.

Прошло три года.

Ничего не изменилось в жизни узников. Рано утром их выводили в поле, поздно вечером загоняли в сарай. От непосильного труда, голода, побоев каждые две-три недели умирал один человек. Его бросали в яму сами же узники, а если несчастному везло, изредка успевали присыпать упокоенного землей, если стража забывала о них.
- Если бы не Нерон, я давно был бы на небесах. Он спасает меня, он делает мою работу, когда я не имею сил. Он дает свою еду мне, когда я умираю с голоду. Он говорит, что не голоден. А ведь он не ел два дня! Его однозначно, что-то подпитывает изнутри. Что? Что же он предпринимает за спинами стражи?
Однажды кровать, на коей спал Петр, обрушилась под тяжестью его тела. Стража увела Петра, и скоро послышался визг кнута в воздухе. Через несколько минут, израненного Петра бросили на пол.
- Спи тут!
Крикнула охрана и удалилась.
- Пш. Петр! Иди сюда!
Кто-то позвал его из соседней комнаты. Это был Нерон. Петр подошел к нему. Его бледный, измученный вид едва не заставил Нерона всхлипнуть.
- Спи тут.
Грохоча цепями, Нерон сполз со своей кровати и лег прямо на пол, заломив под головою руки. Петр сел на его кровать.
- Не стоит, Нерон. Это твоя постель.
- Спи. Я никуда отсюда не уйду, - проговорил Нерон.
- Хорошо - Петр, с неспокойным сердцем, лег на кровать друга.

Наступила безлунная, непроглядная ночь. Петра разбудил негромкий стук цепей. Петр посмотрел на пол и заметил Нерона. Нерон голой ногой водил по полу, словно что-то нащупывал. Через минуту, в темноте, раздалось удовлетворенный возглас: "Да!" Он зажал что-то пальцами ног. Нерон думал, что Петр спит, и поэтому, даже не смотрел в его сторону. Изогнувшись каким-то невероятным образом, он взял ключ в руки, затем стал что-то делать за своей спиной. Через минуту, парень снял с рук колоды, и встал на ноги.
- Нерон?
Нерон подпрыгнул на месте, издал еле слышный стон, затем схватился за сердце, смертельно побледнев.
- Петр, это ты?! - Нерон выдохнул. Словно скала спала с его измученных плеч.
- Что ты делаешь?
- Готовлю побег.
Едва заслышав это слово, Петр встрепенулся, и закричал.
- Возьми меня с ….
Петр непроизвольно дернул ногой, и грохот цепей прорезал ночную тишь.
- ПЕТР!!! - прошипел Нерон и осмотрелся в поисках стражи. Через мгновение зашел охранник, державший свечу. Нерон лег в кровать Петра, прислонившись к стене. Свои снятые цепи, он положил перед собой, а ноги старательно подмял под себя. Охранник, безразлично, осмотрел двух парней, лежащих в одной кровати. Все знали, что Нерон является другом Петра, и охранник подумал, что Нерон предложил другу помощь. Это показалось охраннику настолько естественным, что тот быстро удалился, не заметив, что один из заключенных не имеет кандалов. Охранник вышел, унося с собой свечу.

Нерон лежал с минуту, затем стал выползать из своей постели.

Петр умоляюще смотрел на юношу.
Нерон улыбнулся. Петр вздохнул, и лег в постель. Нерон скрылся. Петр лежал на кровати, с тревогой дожидаясь возвращения друга.

Ближе к трем часам после полуночи Петр услышал тихие шаги. Эти шаги не принадлежали Нерону. Петра охватил ужас. Он быстро собрал солому в одну большую кучу, накрыл ее и себя одеялом. Вошел охранник. Петр закрыл глаза и притворился спящим. Пламя свечи медленно освящало лицо каждого раба, скользило по стенам, и скоро осветило лицо Петра. Петр зевнул, как человек, только что проснувшийся.
- Где твой товарищ?
Петр стал страшно бледен, однако он справился с минутной слабостью и прошептал, указывая на кучу соломы подле себя.
- Он тут. Спит.
Охранник осветил холмик, укрытый одеялом, затем повел плечами, и скрылся. Через несколько минут после его ухода появился взволнованный Нерон.
- Мне сказали, что здесь только что была стража! Они обнаружили меня?
Петр успокоил Нерона.
- Как они могли тебя не обнаружить? Ты же находишься здесь! - Улыбнулся Петр и указал на кровать. На кровати, казалось, кто-то лежит, укрывшись с головы до пят, тонким одеялом. Нерон выдохнул, лег на пол, достал какой-то волшебный инструмент, вновь сковал себе ноги и руки, спрятал инструмент в щель в полу, затем вновь лег на пол. Петр, желая отдать Нерону его же кровать, легонько стукнул парня по голове ладошкой, однако парень не реагировал. Нерон так крепко спал на жестком полу, что не было никакой возможности его разбудить.

Свобода

Прошло пять с половиной лет, с того момента как Нерон оказался здесь. Несмотря ни на что, парень был по-прежнему силен и бодр, вопреки ожиданию каторжников. Своим оптимизмом он заражал Петра и даже стражу. Несмотря на непосильный труд, голод, жестокость и кровожадность охранников, Нерона не редко ловили в кампании с Петром смеющимся. Нерона любили все, без исключения, и иногда отстраняли его от работы. Парень жил уже не как раб, а как вольная личность, пришедшая погостить в столь необычном месте.
Что же поддерживало его в столь ужасных условиях? Разговорчивость и чувство юмора? Парень надел на свое лицо маску болтуна и шутника, и этими качествами покорил всех.
- Опять смеются… Интересно, пойдем, послушаем его. Нерон всегда рассказывает такие интересные истории! - говорила стража.
Никто не мог понять, что это часть коварного плана. Парень, практически, подчинил стражу. Он стал своим в кампании неприятеля.
Прошел еще один год. С рук и ног Нерона сняли кандалы. Прокравшись ночью в спальню Петра, Нерон шепнул, прислонив палец к губам.
- Готов бежать? Только тихо!
Петр улыбнулся и кивнул. Нерон достал из кармана отмычку, и быстро освободил Петра.
Когда Петр был на свободе, Нерон взбил кучу соломы, придавая ей форму человеческого тела, лишь затем прикрыл ее одеялом. То же он проделал со своей кроватью. Когда все было готово, Нерон положил руку на плечо Петра, и слегка подтолкнул.
- Сюда.
Нерон привел парня к выходу.
- Пригнись, - приказал он.
В двадцати футах от них ходил часовой. Он шагал по двору, держа арбалет в руках. Когда часовой повернулся спиной, Нерон дал знак бежать. Пробежав несколько футов, Нерон подтолкнул Петра за угол, затем высунул голову, желая узнать, не встревожена ли стража. Часовой, казалось, ничего не заметил, однако он развернулся, и пошел прямо на них. Петр смертельно побледнел и стал трясти друга за плечо:
- Нам конец! Они идут за нами!

Однако Нерон стоял спокойный, словно все идет по плану. Через несколько секунд часовой подошел к Нерону и пожал ему руку. Петр упал обессиленный. Часового подкупил Нерон, подарив ему свой золотой кулон с изображением волка воющего на луну. Не говоря ни слова, часовой сбросил с себя всю одежду, свою же форму он передал Нерону, затем откуда-то вытащил новую форму и быстро одел ее. Проделав этот трюк, часовой скрылся. Он спрятался. Нерон одел форму часового, взял арбалет, и шепнул Петру.
- Теперь действуй сам. Я мог бежать еще в первый год заключения. Однако я помнил о тебе, и я не желал тебя бросать. Иди за ним, он выведет тебя. - Нерон кивнул в сторону часового, а сам пошел к выходу.
Петр затрепетал, оставшись один на один с эшафотом, словно высматривающего его из каждого угла, и желающего заключить в свои ледяные объятия. Часовой кивком, приказал Петру следовать за ним. Через несколько минут, к своему удивлению, Петр обнаружил Нерона, робко озирающего по сторонам.
- Все эти годы я рыл подкоп…. Не волнуйся, он свой человек, - успокоил Нерон Петра, смотря в сторону часового. - Эта форма, чтобы не выделяться в общем фоне. Два каторжника, гуляющих ночью по двору привлекут внимание; Два же стражника гуляющих по ночам, и таскающих за собой одного из несчастных - другое дело. Может его ведут с целью наказания? Все эти годы я голыми руками рыл подкоп. Он тут. - Парень указал в сторону высоких кустов.
- Но какой смысл рыть подкоп не в сторону воли, а в сторону охраняемого участка, в коем полно часовых?
- Часового там нет, потому что он стоит перед тобой. - Парень указал в сторону часового, озирающегося по сторонам. Но там есть иные заключенные жаждущие свободы
- А! я понял! Этот подкоп ведет прямо под окна нашей спальни. Но там решетки! Ничего не понимаю.
Нерон подтолкнул Петра в сторону кустов. Именно там и находился подкоп, созданный Нероном. Закрывали подкоп несколько кирпичей, наложенных друг на друга и создававшие иллюзию целостности стены. Нерон легонько подтолкнул кирпичи, и они осыпались, обнажив дыру.
Подкоп представлял собой крохотную пещеру, футов двадцати в длину. Пока они ползли, Нерон излагал свой план:
- В данный момент мы проползаем под каменным забором, и скоро мы окажемся напротив окон нашей спальни, только нас будет преграждать стена. Но мы ее преодолеем. Вот увидишь.
Выползти из норы парням помог часовой.
Петр взглянул кверху и, с удовлетворением, заметил, что одна из решеток чужой спальни перепилена, и их ногам торжественно спускается веревка.
- Начинается самое сложное. Я больше года думал, планируя побег. Однако именно этот план пришел в мою голову, в самую последнюю очередь, поскольку он был самым простым. Слушай меня. Ты прячешься тут, хватив веревку. Ты просто сидишь тихо. Не единого звука! Я же поднимаюсь на крышу, и осматриваю окрестности в поисках стражи. Завидев мой сигнал, ты бежишь ко мне со всех ног. Сигнал будет таким. Я стану перетаптываться с ноги на ногу, словно озяб в ночном холоде. Все понятно?

Петр кивнул и спрятался в тень, забросив в угол самодельную веревку. Нерон поспешил в здание. В одном из окон второго этажа он остановился, затем вновь скрылся. Через десять минут Нерон оказался на крыше. Именно там, на крыше, Нерон стал пританцовывать на месте, как человек коему холодно. Петр ринулся в его сторону, осматриваясь и озираясь.
Едва Петр взобрался на крышу, и первое, что бросилось ему в глаза, веревка в руках Нерона. Тот сидел на крыше, проверяя на прочность узлы. Веревка Петра, как и веревка Нерона, состояли из носовых платков, одеял и даже штанов заключенных. Каждый дал все, что мог. Петр, с недоумением осмотрел веревку в своих руках, затем осмотрел веревку в руках друга.
- Почему две? - Спросил тот глухо. Нерон перебил его. Он неожиданно вскочил, со скоростью ветра схватил веревку в руках Петра, связал их в одно целое, привязал самодельную веревку к каменной трубе, из коей валил черный дым, подошел к краю крыши, и сбросил веревку вниз. Петр, перегнувшись над бездной, смотрел, что будет дальше. Он не понимал, зачем его друг свил веревку в четыре раза длиннее самой бездны. Конец веревки мирно извивался по земле, словно спящая змея. Вдруг кто-то высунул руку из здания, и, схватив веревку, затащил ее конец в комнату. Через несколько секунд веревку дернули два раза. Нерон вскочил.
- Идем.
Обхватив веревку руками и ногами, парень с легкостью дикой кошки, скользнул вниз. Скоро он исчез в комнате. Вслед за ним спустился и Петр.
Петр осмотрелся, и понял, что находиться в другой камере. Мужчина лет сорока, кивнул Нерону и припал всем телом к стене. Через минуту, один кирпич выпал из стены, и мужчина быстро разобрал стену. В стене зияла дыра.
Нерон приказал другу отвязать веревку, и вместе с ней лезть в дыру. Только сейчас Петр стал понимать мысль друга. Настолько длинная веревка была нужна, что бы была возможность не только спуститься в камеру, но и продолжить путь вместе с ней, оставив небольшой кусок веревки свисать с окошка. Первым, в дыру влез мужчина, затем Петр. Нерон влез последним.
Через несколько секунд Петр увидел свет. По ту сторону туннеля их ждал часовой.
- Стойте тут. - Приказал он, и скрылся за дверью. Петр осмотрелся. Нерон привел его в кладовку, в коем хранились запасы продуктов. Обессиленный Нерон, не жуя, глотал кусок хлеба, оказавшийся неподалеку. Мужчина нервно теребил пальцы рук. Через несколько минут часовой вернулся, и коротко произнес.
- Пора.
Нерон выкинул недоеденный кусок хлеба, и, потягивая Петра за рукав, вывел его из кладовой. Мужчина следовал за ними. Первым по тёмному, неосвещённому коридору, шел часовой. Именно он проверял каждый угол, прежде чем привести туда беглецов. Через минуту он привел их к какой-то двери. Нерон молнией скользнул туда. Петр последовал за ним, в страхе прижимаясь к спине незнакомого мужчины.
Едва он зашел, в его лицо ударил звездный свет. Нерон стоял у большого окна. Часовой стоял внизу и сигналил. Нерон и Петр подошли к окну. Вдруг часовой сложил руки крестом. Нерон отпрянул от окна, волоча и Петра.
- Ложись.

К продажному часовому подошел другой часовой.
- Что ты здесь делаешь? - Спросил он. Продажный часовой собрал в кулак все мужество и произнес холодно, и, якобы, чистосердечно.
- Исполняю приказ. А ты что здесь делаешь?
- Э-э-м, - проговорил часовой, растерянно. - Чей же это приказ? - спросил тот с подозрением.
Продажный часовой резко сменил тему.
- Знаю я твой приказ! Неоднократно тебя видела охрана уничтожающим продовольствия, предназначенного для обеда несчастных. Ты обираешь голодающих! Иди вон сейчас же, и я тебя, якобы, не видел.
Часовой вздохнул и ушел. Продажный часовой, огляделся, и скоро воздух прорезал громкий, притворный приступ кашля.
Нерон вскочил и вылез в окно. Петр выглянул, и увидел страшную сцену. Нерон балансировал на карнизе, вжавшись всем телом во влажные стены тюрьмы. Под парнем зияла пропасть в шестьдесят футов глубиной. Однако все разрешилось благополучно. Скоро парень исчез. Вслед за парнем, полез незнакомец. Скоро подошла очередь Петра. Через минуту его подхватили сильные руки. Нерон втащил Петра на крышу.
- Пригнись. Посмотрим, что он скажет, - проговорил Нерон, поглядывая на часового, гуляющего под ними. Продажный часовой обошел весь двор, выглянул за ограду, обошел здание изнутри, осмотрел все окна. Через несколько минут он громко закашлял. Это был условный сигнал действовать. Нерон связал веревку и кинул ее вниз. Мужчина крепко обмотал ее вокруг трубы, выпускающей в небо кольца дыма. Нерон в последний раз взглянул на часового. Тот стоял спокойно, значит можно идти.
Обхватив отощавшими, но сильными руками и ногами, веревку, парень проворно спустился, словно паук, спускающийся с паутины. Следом за ним полез незнакомец, лишь потом спустился Петр.
Оказавшись внизу, Петр не поверил своим глазам. Дымчатыми миражами вокруг него вздымались холмы, деревья, цветы, птицы: в общем, свободная жизнь. Оглядевшись, он улыбнулся со слезами на глазах. Его черноглазый друг припал лицом к земле, словно целующий почву моряк, после стольких лет скитаний ступивший на родную землю. Однако не прошло и мгновения, парень вскочил и тихо прокричал.
- Бежим.
- Куда? - Спросили Петр и незнакомец в один голос.
Нерон задумался.
- Я не знаю. Бежим туда. - Указал он наугад. Остальные согласились со своим поводырем и пустились бежать подальше от этого места.

Люсьен О’Дри

Через несколько дней, троица вошла в деревню. Несколько десятков жилых домов окружали друзей, словно маня их волшебным запахом еды. Нерон, Петр и незнакомый мужчина расстались. Нерон устремился в один дом, Петр в другой, мужчина обошел деревню, и пустился в путь один.
Нерон обострил все свое обоняние и вошел в дом, опоивший весь воздух дурманящим запахом. Он постучал в дверь. По ту сторону раздались шаги, и добрый, старушечий голос, спросил:
- Кто там?
- Откройте. Меня зовут…. Э-э. Люсьен; О’Дри Люсьен, - проговорил Нерон.
- Люсьен О’Дри? Я не знаю вас. Кто вы?
- Я сам хотел бы это знать. Я голоден, и я пришел к вам на запах свежей еды, как волк бежит на запах крови. Я очень хочу есть, мне негде жить и вот уже шесть лет я живу на улице. Вот и все, что я могу вам сказать, - соврал Нерон. В заключении он провел не шесть, а одиннадцать лет.
- Проходите, Люсьен. Господи, что с вами? - Женщина указала на многочисленные шрамы и гематомы на теле юноши.
- Не волнуйтесь. Королевская стража наказала меня, когда я попросил разрешения, переждать ночь в одной из многочисленных комнат дворца, - вновь соврал парень.
Нерон взглянул в большой таз, наполненный водой, и отпрянул. Он увидел чужое отражение в зеркальной поверхности воды. Из таза на него смотрел старик. Нерон осмотрел себя и обнаружил, что его грязные, перепутанные между собой, волосы опустились почти до нижней части спины. Длинная черная борода опускалась почти до груди. Завидев себя, Нерон вздрогнул.
- Сколько вам лет, Люсьен О’Дри.
- Я не знаю, - проговорил, Нерон смущаясь. - Девятнадцать, двадцать, двадцать четыре, двадцать девять. Мне тридцать три, просто за годы жизни на улице, я потерял отсчет времени. Позвольте мне, после обеда, привести себя в порядок?
- Конечно. Сперва, вы восстановите силы. На вас смотреть больно, вы так худы!
- Кого я должен благодарить за свое спасение?
- Рея. Меня зовет Рея. После обеда вы обязаны поспать, затем вы встанете, вновь пообедаете, потом вы расскажите кто вы такой, и что вы собирайтесь делать в будущем.

Рея любезно приготовила Нерону постель. Пастелью являлось нехитрое сооружение из одеяла и соломы.
Нерон встал очень поздно, и долго приводил себя в порядок. Когда он вышел к первому завтраку, был уже почти вечер.
Едва заметив Нерона, Рея вскрикнула от удивления. Она не узнала своего постояльца. Парень был еще влажный после мытья, свою бороду тот тщательно сбрил, волосы укоротил. Вместо тряпья на нем была пристойная одежда - одежду своего покойного мужа, Рея передала постояльцу.
- Садитесь, мсье О’Дри. Вас просто не узнать!
- Я сегодня же уйду от вас, госпожа Рея. Я должен идти.
- Куда? Вы просветите меня?
- Нововавилон далеко? Сколько до него идти?
- Если идти, то несколько недель. Лично я настоятельно советую взять мою лошадь. Вы хороший человек, господин О’Дри Люсьен, и я вам помогу. Я отдам вам мою лошадь с условием, что вы будете ухаживать за ней, как вы ухаживаете за возлюбленной…
- Проза…,- мечтательно проговорил парень.
- Я не понимаю, что вы хотите сказать.
- Вы даруете мне коня? Почему?
- Я не имею сил ухаживать за ней. Я желала бы ее продать, но не могу расстаться с ней. Она мне как родная.
- Как ее зовут?
- Гроза. Будьте осторожны, мсье Люсьен, Гроза имеет буйный темперамент, и так и норовит сбросить седока.
- Спасибо вам, - проговорил Нерон, вставая из-за стола.
- Как? Вы же почти ничего не съели, - возмутилась хозяйка.
- Я тороплюсь, госпожа, - проговорил Нерон, открывая дверь.
- Тогда, я провожу вас.
Нерон стоял у крыльца, Рея исчезла. Скоро она вышла из конюшни, ведя за поводья бурую лошадь.
- Вот, мсье Люсьен. - Рея передала поводья в руки Нерона.
- Спасибо, Рея. Я навсегда запомню вашу доброту.
- Счастливого пути, Люсьен О’Дри. - Всплакнула старушка и, украдкой, благословила юношу.

Несколько дней Нерон почти без отдыха гнал Грозу в сторону Нововавилона. Беспородная кляча сразу невзлюбила своего седока и так и норовила сбросить его. Нерон успокаивал молодую клячу ударами хлыста. Через несколько дней Нерон был уже в Нововавилоне. Спешившись, он взял за поводья Грозу и привязал ее у ворот кузницы, приказав своему юному помощнику по кузнечному ремеслу позаботиться о ней, а сам направился во дворец. Проходя по коридорам замка, Нерон прятался, прижимаясь спиной к неосвещенным углам. Он боялся встретиться взглядом с Прозерпиной. Скоро он встретил того, кого искал. Царь грозно осмотрел Нерона. Заметив кузнеца, царь улыбнулся.
- Сам пришел. - Заметил тот.
- Да, Ваше святейшество. Я к вам, - проговорил Нерон, падая на колени подле трона.
- Я приказал тебя искать…,- сказал царь.
- Я был там, где вы бы не нашли меня никогда. Это место скрыто от мира.
- Я бы нашел тебя где угодно. Была бы только такова моя воля!
- Да, Ваше святейшество.
- Зачем ты тут? - Царь нахмурился.
- Я пришел к вам просить совета. Я не знаю, как мне жить. Выслушайте меня, батюшка, и дайте мне мудрый совет. Только совет. Больше мне ничего не нужно.
- Может, ты желаешь золота, серебра или земли?
- Нет. Я прошу только совета. Я рассчитываю на вашу мудрость.
- Интересно. Не часто ко мне приходят только за советом. Спроси совета у друзей.
Нерон поднял глаза на своего правителя. В этом взгляде светилась насмешка и боль.
- Ах, да. Изгнанник общества. Кто же тебе поможет кроме меня!
Слова царя больно ранили душу парня.

Нерон рассказал всю свою историю, от начала до конца.

- Если вам будет угодно, отправьте меня на эшафот вновь, я буду только благодарен вам, ибо я устал жить, - этими словами Нерон окончил свой рассказ.
После этих слов любое, даже самое ледяное сердце, оттает. Царь, едва услышав о побеге, мысленно обдумывал смертную казнь, в кою он желал впутать несчастного парня, однако последняя фраза окончательно сбила его с толку. Царь нахмурился.
- Я всегда это знал…- сказал царь, задумавшись.
- Что знал? - спросил Нерон.
- Что ты граф. Я знаю тебя, пусть ты ничего не знаешь о себе сам. Я ничего тебе не скажу, поскольку ты сам все знаешь.
- Что я знаю?
- Все ты знаешь, и ты знаешь, что тебя ждет.
- Сжальтесь надо мной! Я ничего не знаю. Ничего не понимаю!
- Ты не пререкаешься к моим законам? Судьба сломала тебя, но к счастью, твою волю сломать сложно. Весь твой род обладал этим даром.
- Вы что посоветуете мне? Что мне делать, глупцу?
- Ты не глуп, сын мой. Пожалуй, я помогу тебе. Я оплачу весь твой долг. Этим я освобожу тебя от обязанностей.

Едва расслышав это, Нерон вскочил на ноги и закричал:
- Век не забуду вас! Что вы желаете? Я сделаю все, что в моих скромных силах.
- Совсем немного я прошу от вас. Вы скоро узнаете мое условие. К вам в комнату придет человек, и он все разъяснит вам. Я обещал помочь этому человеку, и теперь я знаю, как именно. Жди гостей.
Нерон щедро откланялся и вышел. В коридоре он столкнулся с Прозой. Девушка вскрикнула и выронила свечу, коей она освещала проход.
- Проза, почему вы не в комнате? Уже поздно.
Прозерпина подняла свечу с пола, затем вновь ее зажгла.
- Спросить. Нужно ли что нашему правителю? - Девушка словно не могла понять кто перед ней.
- Он готовиться ко сну, и вряд ли он ждет гостей на сон грядущий, - улыбнулся Нерон. Прозерпина сразу просияла, заметив эту улыбку. Проза выбросила свечу и прижалась лицом к груди кузнеца. Нерон стал нежно поглаживать ее волосы.
- Прошло почти одиннадцать лет! Где ты был? Ты бросил меня?
Нерон поднял голову к потолку и вздохнул.
- Забудем об этом. Я пришел за тобой. - Резко сменил он тему разговора
- Как это? - Улыбнулась девушка сквозь слезы.
- Так это. Я приобрел коня, и он увезет нас отсюда.
- Когда?
- Скоро. Очень скоро - Парень мягко отстранил от себя девушку и улыбнулся.

Нерон де Ганц и старый Вестник

Нерон проводил Прозу в ее спальню, ухватив ее за хрупкий локоть. Проза, нерешительно, открыла дверь своей спальни, но так и не вошла внутрь. Нерон удивился
- Что, родная, забыла что-то?
Прозерпина ничего не ответила. Она опустила глаза и захлопнула дверь прямо перед носом суженого. Нерон вздохнул и встал к окну.
«Что же ее так встревожило? Что-то произошло, пока я отсутствовал. Несс? Я не думаю, что он больше перейдет мне дорогу. Он сдержит слово. Так же сдержит слово, как сдержал его я? Хм…. Стоило моей проблеме исчезнуть, так я, плюю в лицо обещаниям? Я должен выйти из игры, но как? Я не знаю, что мне делать»
Простояв у двери Прозы до глубокой ночи, Нерон вдруг зашел, оглушительно хлопнув дверью. Затем он осмотрелся. Прозерпина проснулась и слабо вскрикнула, заметив черную тень с горящими глазами у своей кровати.
- Мария, Лиза? - крикнула она, прикрываясь одеялом.
Кровати напротив пустовали. Испугавшись, Проза забыла, что Мария и Лиза встали уже два часа назад, и украшали дворец, готовясь к пышному празднеству.
Нерон тоже это заметил, и его глаза странно блеснули.
- Не волнуйся. Это я.
Девушка застонала и упала на постель.
- Я не хотел тебя пугать. Извини.
- Зачем ты тут?
Взгляд Нерона потух.
- Я не знаю... Не знаю, - со вздохом ответил он.
Нерон сел на край кровати. Проза села на кровать, свесив ноги, и прикрывшись одеялом.
- Зачем ты пришел сюда?
Нерон развернулся и обнял ее за плечи.
- Я очень скучал.
- Ты где был?
Нерон резко развернулся, и стал смотреть в противоположную стену, словно созерцая то, что мог видеть только он.
- Я не скажу.
Прозерпину не удовлетворил ответ. Она резко развернула Нерона и заметила в его глазах слезы. Гнев Прозы сразу остыл.
- Давай забудем о прошлом. Есть только «здесь» и «сейчас». Отдадимся мгновению.
- Ты о чем?
Вместо ответа Нерон погасил единственную свечу в комнате. Комнату мгновенно накрыл мрак. Прозерпина уже не видела Нерона, только два блестящих глаза, словно бриллианты на дне колодца, мерцали в темноте. Прозерпина почувствовала, как кровать затрещала. Нерон встал с кровати и запер дверь на замок. Через мгновение парень вернулся.
- А как же Лиза…
- Нас тут нет, - проговорил Нерон, целуя ее плечи. - Отдадимся мгновению.
Проза почувствовала, как его рука медленно, скользит по ее руке. Девушка закрыла глаза, но не отстранилась. Парень сразу это осознал, и глаза его сверкнули, как две звезды на черном небосклоне.
- Вы любите меня, Проза? - спросил парень. Видя полное подчинение со стороны девушки, парень стянул рукав, и оголил плечо девушки. Проза зарделась как вишня и отстранилась от него.
- Он преследует меня.
- Кто? - заслышав это, сладострастные желания парня развеялись. Он отстранился от девушки и глаза его ревностно замерцали в темноте.
- Муж, - робко ответила она. Парень покачал головой, затем разразился гортанным ужасным хохотом, своим прежним сатанинским хохотом. При этих звуках несчастная оцепенела.
- Ну, царский крысеныш, ты сам подписал себе страшную участь. Завтра же… Ты меня слышишь? - парень взглянул в глаза перепуганной девушки - Завтра же я его убью. О, только завтра я решусь разрешить мой страшный сон, ибо я не ты, Несс! Я не способен на подлость, и я не сумею пронзить ножом беззащитного, спящего, пусть и негодяя! Завтра ты умрешь! Завтра! Завтра! Завтра ты дождешься своего, ибо я зол на тебя. Верь только мне, Проза! Гони Несса, и не верь иным слухам, если их не провозгласили мои уста. Он не мил тебе, так я….
Проза обняла юношу, успокаивая его. Парень быстро смолк, успокаиваясь.
- Прости, если напугал, - сказал тот.

Проза встала и зажгла свечу, но тут же пожалела об этом. При неясном свете свечи, она отчетливо увидела, как расширились зрачки юноши при свете. Это противоестественно законам природы, ибо при свете зрачок сужается. Парень отрывисто дышал, беспрестанно, то сжимая, то разжимая руки, нижнюю губу тот слегка прикусил зубами, огромные зрачки противоестественно расширялись при свете. Даже наивная девушка испытает тревогу за себя и свою девичью честь при виде такого пламенного желания со стороны юноши. Девушка не стала садиться на одну кровать с юношей. Она встала у кровати, не решаясь что-либо предпринять. Парень улыбнулся и протянул руку в ее сторону. Девушка не поняла, что же он желает, однако парень не убирал руку. Проза опустила глаза и протянула ему свою руку. Парень встал во весь рост.
- Уходи, - проговорила она. Парень аккуратно взял ее за подбородок и взглянул ей в глаза.
- Не вижу причин, - тихо проговорил тот.
- Уходи…- уже неуверенно проговорила девушка. Нерон улыбнулся. Неприступная крепость пала во власть победителя.
- Нет. - Девушка почувствовала, как ее талию обхватили сильные руки.
- Я же жената - проговорила Проза
-?
Парень, не разжимая объятий, на мгновение изменился в лице. Проза удивилась и испугалась. Лицо парня выражало не испуг или угрызение совести, оно выражало странное смешение боли, страсти, непримиримость с игрой судьбы. Казалось, он живет лишь этим мгновением, не думая о том, что будет завтра.
- Отдадимся мгновению.
Проза закрыла глаза и, вдруг, ощутила чужое дыхание на своей щеке. Девушка слегка запрокинула голову. Парень заметил покорность и осмелел. Он осыпал поцелуями лицо и плечи девушки, и лишь потом, мягко, уложил ее на постель.

Весь следующий день парень летал как на крыльях. Продираясь сквозь гудящую толпу крестьян, Нерон заметил Синона, старого знакомого из дома двести восемь. Старик с улыбкой пересказал Нерону, сколько собрал урожая, и сколько продал. Крестьянину удалось вывести семью из нищеты. Нерон громко смеялся, слушая забавные рассказы старого семьянина. Толпа крестилась и галдела «Демон-то, не демон вовсе!» «Он умеет смеяться, и смех этот словно смех невинного ребенка, не успевшего согрешить.» «Завтра выпадет снег! Точно говорю. Демон помог Синону! Ты, что, не слыхала как, Розалинда? Он дал старику еды, и кое-каких вещей, лишь потому, что старик доверился ему. Он ничего не потребовал взамен! Как мы ошибались, Розалинда! Такого светлого человека нарекли демоном! Позор всем нам!» Толпа долго обсуждала Нерона, и никто не заметил, что уже четверть часа царь ждет их в гордом одиночестве. Все старались подойти поближе к Нерону и задать ему свой вопрос.
- Граф де Ганц, извольте мне задать вопрос? Я мать восьмерых детей, муж мой попал под лошадь три года назад. Прошу, дайте нам еды и одежды! - кричала одна.
- Выгоните бродяг из моего дома, граф Селло-де Ганц. Я все сделаю для вашей светлости, - умолял второй.
- Мой дом сожгли! Дайте мне пристанище! - кричал третий.
Нерон лишь качал головой, грустно улыбаясь в ответ.
- Я растерял свою казну, однако я помогу вам.
- Враги все уничтожили! - в ужасе вскрикнула одна из женщин.
Нерон пообещал помочь им, и от своих слов не отказался. Женщине с восемью детьми лично в руки отнес еды, и должность на новую, высокооплачиваемую, но тяжелую работу. Женщина обязана была мыть дворец и растить шестерых детей одного из купцов. Однако женщина была благодарна и за это. Мужчине, вместо сгоревшего дома, уговорил царя выдать ветхий домик, но мужчина был и этому рад. Весь народ, некогда позоривший, теперь боготворил графа де Ганц и обращался к нему с просьбой. Все знали, что Нерон поможет им.
- Ишь, новый король выискался! - недовольно бормотал царь Навуходоносор. - Ты дождешься мучительного конца, выскочка!

Прошла неделя. Нерон уже ложился спать. Он укрылся одеялом и стиснул подушку, как дверь отворилась. Незнакомец медленно вошел в комнату, зажег свечу и закрыл дверь изнутри. По спине Нерона пробежал холодок.
- Кто вы?
Мужчина ничего не ответил. Он встал подле юноши, и стал что-то доставать из-за рубахи. Нерон подумал, что Несс узнал о его близости с Прозерпиной, и сейчас послал в его спальню наемного убийцу. Юноша схватил первое, что попало под руку – это была небольшая скамья - и замахнулся ею. Однако вместо ожидаемого ножа незнакомец достал кусок угля и какую-то бумагу. Незнакомец осмотрел скамью, в крепких руках юноши, и покачал головой.
- Я к вам, Нерон Лурдской или же Селло-де Ганц. Я составил полную опись вашего имущества. Оно состоит из дворца у озера, нескольких небольших дворцов в лесу и на поляне. Вам все это известно. Однако Артур кое-что скрыл. После замужества, он оставил завещание, но о нем не сразу вспомнили:
Будучи в ясном уме и твердой памяти, завещаю своему сыну Нерону Селло-де Ганц.

•В случае замужества Нерон Селло-де Ганц получает: годовой доход в три тысячи серебрянных в год лично; сто серебра на содержание прислуги;
• Три больших дворца и несколько дворцов небольшого размера даются Нерону Селло-де Ганц в личное использование, сад, и дворец де Ганц так же завещаю ему.
•«прииск рода де Ганц» так же будет отдан под его личный контроль. Двадцать процентов серебра он обязан отдать государству, пять процентов Агнессе - Дочери Кредо и Терезы.
• Брат расторгнуть в связи с тем, что он не был законным.
•Закрепить за Нероном Селло-де Ганц титул виконта.
•В случае смерти Нерона Селло-де Ганц наследство передать его детям или жене. В случае смерти или отсутствия вышеперечисленных - казне Его Величества.

- Ничего не понимаю, - сказал Нерон. - Это все, что вы хотели мне сообщить?
- Нет. Наш Светлейший выплатил долг, и вытащил из небытия завещание вашего отца. За это он требует расплаты. Вы обязаны жениться и тогда вы получите вышеперечисленное. Ваша жена уже ждет вас завтра.
- Вы уготовили мне жену? Кто она? А кто вы? - Нерон был испуган новостью.
- Дочь королевского прокурора Мэг, а мое имя вам не нужно знать.
- Она молода, красива, или же стара и…
- Не могу вам сказать. Не имею права. Я так сказал больше, чем следовало. После заключения брачного договора вы обязаны предоставить значительную часть вашего имущества семье невесты и королю в качестве платы. Вы подумайте, Лурдской. Я приду за ответом завтра.
- Что будет, если я скажу «нет»?
- Вы не получите вышеперечисленного. Король повесит вас, поскольку вы беглый каторжник. Если вы бежите, он пустит вам вслед бродяг и те потребуют выкуп. Сам выкуп он откажется выплачивать. Вас повесит палач, или же вас убьют бродяги. Взамен я предлагаю семейную, богатую жизнь.
- Она хоть молода? - с надеждой спросил Нерон.
- Не могу сказать. Простите, Лурдской. Я жду вашего решения. - Худосочный мужчина спрятал бумагу под рубаху, поклонился Нерону, и вышел за дверь, аккуратно ее прикрыв.

Нерон всю ночь не мог уснуть. Его душили мысли.
Если я приму предложение я стану сказочно богат, но неизвестно какую жабу мне придется греть на своей груди. Мне придется…. О Боже! У меня выбор между виселицей или предательством! Проза… Она простит меня, даже если я сообщу о своей свадьбе. Она будет ждать меня всегда! О, Вестник! За что мне твои муки! Я устал страдать, и будет ли у меня хоть крупица счастья. Я не могу предать Прозерпину, но я и не готов к могиле! - Парень накрыл голову подушкой, закрывая глаза. Он сдерживал слезы, но те все равно стекали по его щекам.
- Титул в комплекте с несчастьем, счастье принесет смерть - страшную смерть. Девушка будет присутствовать при моей смертной казни, а ведь я всегда говорил, что буду рядом. Я предам ее, чтобы я не решил. Я раню ее сердце в любом случае. О, Вестник! Ныне покойный старый Вестник! Что ты видишь из-за облаков? Я старался ради людей, и за что мне это наказание!

На следующий день Нерон нашел Прозерпину. Девушка охнула. Всего за ночь парень постарел на десять лет, а его глаза имели следы бессонной ночи.
- Что случилось? – проговорила Проза.
- Я ухожу. Я люблю другую девушку. Забудь меня, - проговорил Нерон сухо и безжизненно, затем развернулся и исчез в своей комнате. Он уже все решил.

Вечером этого же дня в спальню Нерона зашел мужчина. Нерон сразу узнал его худосочный силуэт.
- Вы что решили, Лурдской? - еще с порога спросил тот.
Нерон лишь кивнул в ответ.
- Отлично. - Незнакомец, в предвкушении, потер руки. – Завтра вы увидите свою жену, и завтра уже состоится свадьба. Вы уедете отсюда, мой друг, навсегда. Наконец-то вы будете жить в достатке!


Мэген

Весь следующий день Нерон не выходил из своей спальни. Не раз он слышал по ту сторону двери, взволнованный голос старого голубятника и своей матери. Даже матери Нерон не открыл. С раннего утра, под его дверью сидела Проза, умоляя его объясниться. Нерон не открыл ей, но девушка упорно сидела под дверью до самого вечера, не обращая внимания на протесты и брань с его стороны.
Ближе к вечеру в дверь постучались, и Нерон узнал тот голос, сломавший его судьбу. Тощий мужчина назвал фамилию Нерона и тот открыл дверь. Внезапно в открытую дверь, как стрела, влетела и Проза, потеснив незнакомца в сторону. Мужчина отпрянул.
- Она сидела под дверью…,- проговорил он.
- Я знаю, - ответил Нерон.
Проза хотела подойти к нему, но парень вытянул вперед руки, не подпуская ее к себе слишком близко.
- Вы тверды в воле, Лурдской. Мне вас жаль, но я всего лишь посредник в этой истории. Мое дело сказать и исчезнуть, будто меня и не было.
Девушка не обратила внимания на протест со стороны парня, она отстранила руку, и уткнулась в его плечо. Парень отскочил, словно она его ужалила.
- Выпроводите даму, - холодно ответил он. Проза хотела что-то спросить, но голос отказывался повиноваться. Она так и стояла, открыв рот. Мужчина кивнул и выпроводил упирающуюся даму за дверь, но от этого не стало легче. Громкий вой Прозерпины прервал тишину, и от него не могла защитить никакая дверь.
- Бедная девочка. Похоже, что вы предали ее.
Парень постарался улыбнуться. Именно эта улыбка и выдала его чувства. Улыбка парня напоминала отчаянное рычание, умирающего в муках, дикого зверя.
- Время вылечит. Собирайтесь, - приказал незнакомец. Нерон кивнул, и вытащил мешок из-под кровати.
- Я готов.
- Тем лучше. Садитесь в карету. Она ждет у входа.

Нерон и незнакомец прошли мимо Прозы. Та сидела у входа в его спальню, скрестив руки на ногах. Нерон прошел мимо нее, так и не удостоивши взглянуть на нее. Однако девушка провожала его, пока тот не скрылся. Едва парень исчез, она встала у окна. Там она заметила карету. Через пару минут Нерон забрался в карету, и скоро скрылся.

Парень поступил эгоистично, не сказав, что же произошло, оставив Прозе простор для фантазий. Чем больше девушка думала, тем более ужасные мысли приходили в ее светлую голову.
К удивлению Нерона, возница привез его домой. За эти годы парень забыл свой родной дом, и сейчас заново знакомился с родовым гнездом: на каждой стене висело изображение волка, воющего на луну - герб де Ганцов. Планировка дома была ему смутно знакомой, однако чужой, и родной одновременно. Бесконечное количество комнат, лестниц, дверей пугали его, и он дважды заблудился в отчем доме под скромное хихиканье прислуги. Незнакомец знакомил его с домом, говоря без устали:
- На содержание этого дома в год уходит одна тысяча серебра в год. Пусть вас не пугает такая большая сумма. Ваш годовой доход: включая серебро за передвижение, еду, одежду, содержание дворца и его перепланировку, если вы пожелаете – сто пятнадцать тысяч серебром и золотом в месяц. Вы испуганны. Не бойтесь, ваш секретарь поможет вам в подсчетах вашего состояния. Сейчас вы подпишите это. Это договор о том, что вы делите все свое состояние на две равные части. Проще говоря, половина вашего состояния уходит вашей жене. Она вас ждет в спальне.
Парня передернуло от этого заявления, но он не выдал внутреннего волнения. Мужчина переодел Нерона, и привел его в порядок. Парень выдержал это насилие над своей внешностью. Мужчина коротко отстриг волосы парня, одел в приличный костюм и ботинки, побрил его. Лохмотья Нерона он отдал прислуге и попросил сжечь их в камине. Нерон не узнал своего отражения в зеркале. Куда-то исчез строгий демонический юноша. В данный момент из зеркала на него смотрел совсем юный парень, но вместо удовольствия Нерон ощутил еще большее презрение к себе.

Из спальни вышла тучная женщина в безобразном зеленом платье и с густой растительностью на лице. Нерон издал тихий стон ужаса и смертельно побледнел.
- Не волнуйтесь. Это не ваша жена, - расхохотались незнакомец и незнакомка в один голос. - Это ее мать.
Нерон выдохнул, и его лицо стало приобретать живые краски.
- Она ждет вас в спальне, - проговорила женщина. – Проходи, красавчик.
Заслышав последнее слово, Нерон встал у открытой двери, приоткрыв рот. Женщина засмеялась и стукнула его бедром. Парень, буквально, влетел в спальню.

Едва парень пришел в себя, он осмотрелся. Заметив силуэт девушки, Нерон подошел к ней сзади. Девушка махала рукой в сторону окна, не замечая будущего супруга. Заслышав его, девушка вздрогнула.
- Мэген?
Девушка обернулась и кивнула. Мэген была еще прекрасней Прозы! Светло-каштановые, медные волосы на свету играли золотом, кожа мерцала золотисто-персиковым отливом, глаза Мэг были выразительные, светло-карие.
- Нерон Селло-де Ганц.
- Так это за вас я выхожу. - Нерон заметил сильное огорчение, и даже отчаяние в словах девушки. Девушка опустила взгляд.
В это же мгновение в спальню вломился незнакомец, тучная женщина и еще какой-то тучный мужчина с проседью на лысой голове.
- Познакомились? Сейчас виконт де Ганц, прошу выйти и ждать приказа в вашей спальне. Мэг должна приодеться к свадьбе.
- Я отец невесты. Рад знакомству, - проговорил тот. - По происхождению мы все равны. Я такой же виконт, как и вы, однако мое состояние в несколько раз меньше вашего. Но у меня есть и истинное сокровище! Моя дочь. Берегите ее.
Нерон лишь кивнул.
- Вы малоразговорчивы или немы?
- Я не немой, - холодно процедил Нерон сквозь зубы.
Мужчина откланялся и оставил парня одного в его спальне.

На следующий день произошло венчание, и Мэгги стала носить известную фамилию Селло-де Ганц. На следующий день после венчания Нерон проснулся богачом, но он не привык к богатству, и не мог понять, в чем проявлять свое всевластие. Парень сам приготовил завтрак, убрал мусор, и, под недовольное бурчание жены почистил одежду.
- Для чего мы держим прислугу? Не позорь меня. Ведешь себя как нищий. - Нерон, с улыбкой, вспомнил слова Несса.

Ты обычный нищий, возомнивший себя королем.

На деле получилось в точности да наоборот.

Нерону было скорее стыдно, чем больно вспоминать Прозу. Он думал, что любит свою жену. Как он ошибался!
Мэгги была послушна и кротка, но в глубине души ненавидела мужа. В семье никогда не было скандалов, и со стороны создавалось лживое впечатление, что все в порядке. По крайней мере, так считал сам, уже виконт рода де Ганц.

Люсия Сэлло-де Ганц

Все шло великолепно, но продолжалось это совсем не долго. Нерон не жалел серебра, кутая возлюбленную в самые дорогие меха, и увешивая ее драгоценностями, и пока он это делал, жена не показывала своего истинного характера.
Прошел один год и до Нерона дошел слух на кой он, поначалу, не обратил внимания. Конюхи, крестьяне, рабы, торговцы и бояре говорили наперебой – мол, скоро в династии Ганцев будет пополнение. Нерон только смеялся над этим. Его жена поставила бы его в известность.
Мэг сразу возненавидела мужа и восприняла известие о беременности так, как любой другой воспринял бы известие о раке или гангрене. Мэг не хотела ставить мужа в известность, словно надеялась, что беременность рассосется сама со временем. Однако она недооценивала мужа. Нерон очень скоро стал догадываться. Мэг призналась мужу, с такой миной на лице, словно раскаивалась в смертном грехе. Однако Нерон обрадовался пополнению. Уже через два дня он собственными руками собирал детскую комнату. Для детской он выбрал самую светлую и большую комнату во дворце - свою бывшую спальню. Именно в этой комнате спал Нерон де Ганц, будучи еще ребенком. Часто он играл в ней с отцом. Теперь пришла его очередь уступить спальню потомку.
Через пять месяцев родилась девочка Люсия – дочь Нерона и Мэгги. Воспитанием Люси занимался исключительно отец. Люси росла проказницей. Едва научившись ходить, девочка стала развлекаться тем, что дергала кошек за хвосты и кидала камни в мирно сидевших птиц. Нерон, мечтая вырастить девушку послушной, но сильной, просчитался. С каждым годом Люси все больше напоминала его мать – Елену. Ее невозможно было укротить или сломать. Стальной стержень династии де Ганц накрепко засел в ней, как и эгоистичное, холерическое поведении Елены Сэлло.

Девочка не любила мать. Каждый раз, как появлялась в ее спальне мама, Люси поднимала голову и спрашивала «Ты тут зачем? Пора обедать? Нет. Оставь меня одну». Зато заслышав, как отворялась калитка за отцом, девочка бежала со всех ног и бросалась на шею отца и обнимала его, едва тот появлялся в прихожей. Заслышав, как отец ушел, девочка затихала, запиралась в комнате и сидела там, пока вновь не раздадутся шаги отца за дверью. Для девочки мать вовсе не существовала. Отец будил, кормил, играл с ней и укладывал дочку спать. Чем занималась Мэг, не известно. В глазах соседей Нерон предстал украшенный сиянием ангельского нимба и с невидимыми крыльями. Нерона всегда видели рядом с дочерью. Каждый день он выходил с ней во двор и резвился там. Каждый день он катал ее на своих плечах и щедро одаривал игрушками.
Трудно представить более счастливого отца. Для Нерона больше никто не существовал. Ни люди, а плотские призраки, ходили рядом с ним, разговаривали с ним, давали определенные советы. Вся жизнь превратилась в сон, в очень сладкую грезу кою так не хочется терять. Нерон не воспринимал свою жену. Его дитя – олицетворение всей вселенной. Именно поэтому все казалось Нерону настолько прекрасным, как видят мир глаза самых счастливых или же безумных.

Когда Люси исполнилось два, она уже не могла без отца (от матери девочка почти отказалась). В ее глазах папа был самым добрым и самым любящим мужчиной на свете. Девочка боготворила отца и воспринимала его как человека и бог в одном лице, защитника и лучшего друга.
Счастье и идиллия длились недолго. Через два года после рождения Люси случилось первое несчастье, выпавшее на плечи Нерона. Седой нашел Нерона и решил обобрать его. Завещание нисколько не притупило его жажды. Наоборот, он решил обобрать семью, во что бы то ни стало.
Нерон исчез на два дня, вызвав немалый ужас в глазах Люси. Девочка извела мать вопросами «когда придет папа?» или «где мой папа?». Нерон отсутствовал два дня, и за эти дни он перенес все муки ада.
Уговоры и мольба не помогали, угрозы тоже, и Нерон уже сдался. Он не знал, как спасти себя. Его увезли далеко от дома и заперли в каком-то доме.
Два дня унижений, пыток не сломали юношу. Тот держался назло всем. Его пытали до полусмерти, избивая, ломая кости и прижигая огнем, но парень приходил в сознание и снова давал жесткий отпор врагам. Дважды он сбегал, но его отлавливали и вновь запирали.
Нерон физически не мог отработать или вернуть долг, поскольку он превышал его возможности в десятки раз. Это только забавляло Седого и Билла и те попросту игрались с жертвой, как кошка играет с полумертвой мышью. Они словно желали выявить порог выносливости юноши. Они ждали волшебного слова «помилуйте», но гордый Нерон молча терпел пытки. Невозможно сломить династию де Ганц.
Наконец Седому наскучила эта игра, и он освободил Нерона под крупный залог. Нерон сразу же направился к своей единственной дочери. Там его ждал страшный сюрприз. Дочери не было дома.
Крича и вырывая пряди своих черных волос, Нерон метался по дому, словно раненый зверь. Наконец явилась Мэг. Нерон бросился к ней, причитая словно сумасшедший: « Где она? Где она? Где она?». Мэг испуганно сжалась в ком и отшатнулась.

« Где она? Где она? » Нерон грубо тряханул ее за плечо.
Мэг уже собралась отвечать, как Нерон уловил шорох в одной из комнат. Нерон отпихнул жену и бросился туда. По комнате гулял один только сквозняк. Комната была пуста.
Нерон вернулся, но жены не обнаружил. Нерон бросился в спальню. Там была его жена. Она подозрительно собирала вещи с такой скоростью, словно от быстроты ее действий зависела ее жизнь. Нерону ничего не оставалось. Он грубо толкнул девушку и крикнул.
- Что ты с ней сделала?!!
Девушка бросилась бежать, но Нерон перехватил ее и швырнул на кровать.
- Где она?
Девушка вновь хотела бежать, но Нерон ясно дал знать, что в случае неповиновения он ударит или даже убьет ее. Девушка задрожала и куда-то указала в сторону. Нерон не сразу понял, что его просят посмотреть в окно. Нерон выглянул и едва не лишился чувств. Его взгляд упал на маленький, белый крест, одиноко возвышающийся над небольшим холмиком. Нерон взвыл, словно зверь и ударил жену с такой силой, что та упала на пол.
- Как ты?… Что ты? ...
Нерон оскалился, словно зверь, однако глаза его источали такую нечеловеческую боль, что даже Мэг пустила слезу утраты. Нерон за несколько мгновений преодолел расстояние, разделяющее его от дочери. Опустившись на колени перед могилой единственной дочери, Нерон замер. Несколько часов он не издавал не единого вздоха или стона. Он смотрел на крест, прося прощения за свое долгое отсутствие, и молил кого-то послать ему утешение. Через несколько часов он неожиданно вскочил и стал вскрывать могилу дочери. Взяв на руки труп, он пронес его в спальню, и уложил в постель, словно Люси устала. Затем, на цыпочках вышел из спальни, прикрыв дверь. Он сошел с ума. Тут же возникла Мэг. Она поднялась по лестнице неслышно, словно кралась.
- Верни ее.
- Тихо…. Не видишь, что она уснула.
- Она мертва.
- Нет. Она спит.
- Она мертва уже сутки. Не стоит ее мучить. Ей надо на небо. Ты сошел с ума.
- Я здоров. Не запирай дверь. Я буду здесь, пока она не проснется.
- Она никогда не проснется.
- Не говори ерунды. Уходи.
- Не стой тут. Зарой обратно ее тело. Ей нужен покой.
Нерон со всей силы ударил ее по лицу, разбив губы.
- Я не прощу тебя никогда! Ты не уберегла моего ребенка, и теперь он мертв!
Мэг расплакалась. Нерон отпихнул ее.
- Убирайся, ведьма!
Мэг осталась на месте.
- Ты сам исчез…
Нерон взорвался своим прежним сатанинским хохотом.
- Я рисковал жизнью, желая вас спасти и вот плата за услуги. Я ненавижу тебя. Что произошло? Как это произошло?
- Она гуляла во дворе. Неожиданно залаяла впереди собака. Собака соседа бросилась на девочку. Люси испугалась и бросилась бежать. Она, перепугавшись, не заметила препятствия. Она споткнулась о корень и ударилась головой о камень. Врач сказал, что она была жива, но через несколько часов она скончалась…
Нерон застонал.
- Убирайся к черту, ведьма!
Нерон выбежал из дома. Через секунды раздался испуганный собачий визг. Нерон размозжил камнем череп соседской собаки.

Боль потери не прошла с годами. Сразу после смерти дочери некогда приветливый папа превратился в угрюмого, юного старика. Нерон не видел ничего и никого. Некоторые прохожие останавливались, выражая соболезнования, но Нерон посылал их к черту, даже не обернувшись в их сторону. Прохожие нисколько не сердились, а наоборот, удваивали усилия. Они пытались отвлечь убитого горем отца сказами об их детях, но Нерон, взвыв, посылал их, а сам убегал. Он сторонился своей Мэг, словно та была прокаженной. Они не делили постель и даже одну крышу. Нерон сбегал из дома и ночевал где придется: в дешевых притонах, кабаках. Просыпался он у могилы своей дочери и, перебарывая муки похмелья, вновь устремлялся в забытье. Через неделю Нерон словно постарел на двадцать лет. От него дурно пахло, волосы спутались и отросли, зубы почернели. Он не бывал дома. Возвращаясь, он в пьяном угаре домогался до своей жены, избивал ее, затем вновь уходил.
Прошло полгода с момента смерти Люсии. Нерон набрался до такой степени, что не мог вспомнить где он живет, и что его побудило беспрерывно напиваться. Он просто ходил, покачиваясь в пьяном дурмане, не осознавая ничего вокруг. Проходя по какой-то дороге, Нерон услышал отклик. Это был какой-то незнакомый мужчина. Мужчина подошел к Нерону, но Нерон посторонился и ускорил шаг, словно мужчины рядом не было. Мужчина его нагнал. Нерон предупредительно зашипел, ясно говоря, что не намерен ничего слушать. Мужчина не отставал.
- Я провожу вас. Вы едва держитесь на ногах.
Нерон фыркнул.
- Конечно! Я же пьян!
- Вы не пьяны, вы больны, – констатировал мужчина. – Вам нужен друг.
- Вы?! - Нерон усмехнулся и стал уходить от преследователя.
- Вы отвергаете долг дружбы. Я не виню вас. Виновато общество, а не вы. Посмотрите в глаза окружающим. В них столько дружбы и любви к вам.
Нерон очень убедительно показал, что его сейчас стошнит.
- Любви?! Никто не протянет никому руку помощи. Человек человеку враг!
- Глупости. Ваша жена любит вас и мы…
Нерон взорвался пьяным, устрашающим смехом, походившим на голос голодной, рычащей гиены.
- Мэген?! Она то и убила дочь! Она не уследила за ней! Она во всем виновата!
Мужчина поник. Заметив, как мужчина отвел глаза, словно стыдясь беспомощности, Нерон растаял и даже попытался улыбнуться. Улыбка Нерона больше походила на немой крик отчаяния.
- У вас что-то есть ко мне? Не убеждайте меня, что все хорошо, все ужасно и будет еще хуже. Если вы выразите соболезнование я, ненароком, вас ударю. Клянусь. Вы хотите чем-то мне помочь?
- А что вы желаете? - спросил мужчина
Нерон задумался, но промолчал.
- Наверное тоже, что и все, - сказал мужчина.- Счастья и любви…
Нерон прыснул.
- Богатства?
Нерон посмотрел на мужчину, словно в чем-то обвинял его.
- Простить? - спросил Нерон.
- Кого? Меня?
- Жену.
- Она заслужила? Почему вы меня спросили?
- Кого мне еще спрашивать? Даже если она не заслужила прощения?
- Мама и папа...
- Они еще ничего не знают, да и что вы конкретно имеете ввиду?
- Не существует человека, коего бы не уважали или любили. Порой много скрыто от всех, в том числе и от него самого. Я думаю, вам нужно воссоединиться с теми, кто дорог вам и кому дороги вы. Каждый человек, часть своего мира. В этом мире есть враги, друзья и так далее. Невозможно стать одиноким, если ты сам этого не желаешь.
- Глупости. Порой, события решают за нас…
- Миром правит не судьба, а люди.
- Никто не спасет страждущего…
Тут Нерон оступился, споткнувшись о какой-то корень, торчащий в земле. Нерон упал, ударившись головой о большой камень. Именно этот камень и убил его дочь. Нерон потерял сознание, а по его шее потекла крохотная, алая струйка.

Нерон пришел в себя. Открыв глаза, он застонал. Толи похмелье, толи боль от травмы жгли все его тело раскаленными тисками. Возможно и то и другое. Придя в себя, Нерон осмотрелся. На него смотрела собака. Заметив, что гость пошевелился, собака тявкнула.
- Отвали, животное.
Собака даже не повела ухом. Она смотрела на гостя. Нерон что-то бросил в сторону собаки, но промахнулся. Собака подошла, понюхала предмет и вновь залаяла. Тут же возник хозяин дома.
- Очнулись. Вы напугали всех. Было столько крови, что моя младшая дочь потеряла сознание. Я думал, вы мертвы.
- Уж не знаю, что лучше.
- Ваша жена покаялась, и она желает воссоединиться с вами, что бы вновь быть с вами одним.
Нерон странно хмыкнул, словно насмехаясь.
Тут вошла жена мужчины, тонкая женщина лет тридцати. Она смочила чистую ткань, приподняла Нерона и стала обтирать грудь гостя. Нерон стыдливо осмотрел себя. Обнаружив, что раздет до основания, Нерон отпихнул женщину в сторону, раскрасневшись.
- Никто не спасет страждущего, - процитировал мужчина слова Нерона.- Однако, как видите, моя жена добровольно согласилась помочь вам.
Нерон только натянул одеяло на нос.
- Налаживайте свою судьбу. Настраивайте ее на свой лад. Живите так, как сами желаете. Дорогая, он вспотел, протри ему лицо.
- НЕТ! - Высунув, руку из-под одеяла, Нерон стал отчаянно отмахиваться, как ребенок отмахивается от назойливой пчелы.
- Вам что-то нужно? - спросил мужчина.
- Мне нужно идти.
- Простите, но куда вы направляетесь?
Нерон покачал головой.
- Не знаю. В этом мире нет места для меня.
-Вы несправедливы к судьбе, сударь. Она милостива, и она ценит вас. Вы должны вести правильную жизнь и вам все отплатится сполна.
- Неужели я не расплатился сполна?
Мужчина смолк.
Нерон шикнул в сторону женщины, и та скралась за дверью. Нерон встал рядом с мужчиной. Тот держал его одежду, очищенную от крови и грязи.
- Вам не стоит вставать. Вам станет плохо. Вам и так выпустили много крови.
-Мне делали кровопускание?
- Да.
- В то время как я умирал от потери крови…. Вы смерти моей хотите!
- Мы хотели помочь.
- Хороши помощники! Сторонись, я пошел.
- Вы же еле стоите на ногах. Лягте в постель!
Нерон только фыркнул в ответ. Мужчина был вынужден смириться с волей падшего графа.

- Проклятие. Неужто, нельзя просто оставить меня! – Едва зайдя в дом, Нерон с порога, стал кричать на жену.
- Прости меня.
Нерон не мог видеть, как изменилась его жена. Та была напугана и воспринимала мужа, словно тот сошел с глубин ада, чтобы покарать ее. Она покорялась его воле, уступала ему, соглашалась со всем бредом, что он говорил. Нерон был опьянен тупой яростью. Он не мог понять ничего, кроме того - что жизнь ужасна и все, что в ней есть это боль, слезы, смирение (именно этого слова больше всего боялся Нерон) и смерть.
Соседи, некогда боготворившие отца, теперь возненавидели его. Нерон яростно избивал жену, отчего та стала так безобразна и изуродована, словно по ней прошлась лошадь.
Однако жизнь не стоит на месте. Через два года соседи вздохнули свободно. Нерон словно возродился. Боль потери притупилась. Он стал почти прежним.
Он не воспринимал жену, как человека, но уже и не бил ее. Жители вздохнули свободно. Нерон почти перестал пить, и как следствие алкогольного угара, бить всех соседей без разбора. Яростное настроение сменилось меланхоличным. Он ходил словно во сне. Вяло отзывался на приветствия. Случилось то, что больше всего боялся юноша - он смирился с судьбой.

Прошло четыре года.

Однажды, ранним утром, девушка открыла глаза и осмотрелась. Обнаружив, что мужа рядом нет, она грубо выругалась.
- Живу как гнида болотная. Тьфу. Никакой жизни.
Едва зашел супруг, ее лицо озарила фальшивая улыбка.
- Дорогой, я устала тут сидеть одна, - девушка капризно надула губки.
- И в самом деле. Ты красивая девушка, и не должна долго находиться в лесной глуши. Прошло полгода с момента нашего переезда, и все это время мы сидела как затворники. Какие у тебя планы? - проговорил Нерон безразлично.
- Хочу к своим друзьям и маме. Я соскучилась по родным.
- Я отвезу тебя к твоим родным, затем я отвезу тебя к своей семье и вы, наконец, познакомитесь - улыбнулся парень.

Нерон отвез суженую в ее обитель, но так и не выполнил своего обещания. Девушка купила небольшой дворец, недалеко от дворца ее отца, и попросилась переехать туда. Нерон не видел ничего дурного. Дочь скучает по родным - это было так естественно, что он сразу дал согласие.

Там, на людях, Нерон приобрел новую привычку - гулять восхищаясь новыми, деревянными и редко, каменными постройками, парками усеянными цветами и фигурными деревьями. Это были дома, дворцы, сады влиятельных людей, но Нерону не было да них дела, и он проходил мимо. Внезапно к виконту подошел какой-то мужчина.
- Время есть? - старческим голосом прохрипел он. Нерон осмотрел мужчину и, с удивлением, узнал в нем совсем юного человека.
- Вы что желаете? - спросил тот. - Вот серебро, если…
- Засунь обратно свое серебро! Секундант нужен. Пойдешь?
- Если надо. Кто дерется? - согласился Нерон, пропуская вперед молодого человека с хрипящим голосом.
- Там, на кладбище, - невпопад ответил парень. - Нас ждут.
Скоро Нерон узрел еще троих молодых парней. Один из них очищал от земли кончик шпаги. Завидев приятеля, тот вскочил, и направился к Нерону.
- Почему так долго? - хмуро проговорил тот.
- Шесть утра. Все нормальные люди еще спят. Скажи спасибо, что вообще нашел, - пробубнил его товарищ.
- Как звать-то? - пробурчал безразлично один из парней. На нем был бледно-желтый, ушитый золотом, мундир. На ногах красовались ботинки для верховой езды.
- Я виконт Нерон де Ганц.
- Так вот, Нерон. Ты мой секундант, - ответил другой парень, одетый в бордовый мундир. Он носил, нелепую, светлую бороду. Совсем короткую, но нелепую. - Я Раймонд или же просто Рэй. Я буду драться с ним - он указал в сторону третьего парня одетого целиком в костюм для верховой езды.
- Я отец Серафим. Мой друг, - откланялся человек в костюме для верховой езды.
- Отец, вы деретесь на дуэли? - открыл рот Нерон, и лишь потом проговорил. - Как?
- Эх. Деревенщина! Ничего не понимает, - ответил парень в бордовом мундире. - За все нужно платить, и от некоторых ошибок не спасет даже сутана. Вот! - Тот ткнул пальцем в грудь отцу Серафиму.
- Рэй, ты совсем дурак! Простил бы его, и пошли бы с миром. Подумаешь, назвал «неблагодарным ослом». Если убивать каждого обидчика, людей не останется, - проговорил человек в золотом мундире.
- Заткнись. Знакомься в Филактетом или же просто Фил, - проговорил Рэй. - Он вечно не знает, о чем говорит. Как кумушка кукует да кукует, да и докукуется когда-нибудь и я пришлю ему уже своего секунданта. Лишь бы языком щелкать!
- Прекратите, - встрял в их оживленную беседу Нерон. - Вы как две уродливые бабушки, обсуждающие кто из них красивее. Оба хороши. Если деретесь, значит деритесь как мужчины.
- Он мне нравиться! - сказал Рэй, и всплеснул руками. – Наизготовку!
Дуэлянты встали друг напротив друга. Нерон видел волнение на лице священника.
- Вы уверены? Рэй, ты же можешь погубить священнослужителя. Ты готов? - спросил Нерон.
Раймонд почесал затылок.
- Нуу, да, наверное?
Через мгновение он опустил шпагу.
- Ты прав, черт его дери, - прокричал он, и ткнул пальцем в грудь священника. - Я доблестный офицер, поднимаю шпагу на святого отца! Но он оскорбил меня и…
- Я же попросил прощения, - перебил его Серафим. - Сказал по глупости.
- Прощаю только потому, что ты служишь Богу, черт тебя дери, а Бога я люблю.
Отец Серафим шумно вздохнул.
- Спасибо, Боженька. Спасибо Вам. - Он пожал руку Нерону - Ведь я же не умею фехтовать и драться. Вы спасли мне жизнь.
Неожиданно вся троица стала жать друг другу руки.
- Карета подана, друзья!
- Слушай, это мой слуга кричит. Я оставил его у входа. Пошлите по домам. Ты, Нерон, с нами? Выпьем за знакомство, - сказал громко Фил.

Вместо дома Нерона затащили в пивнушку. Непривычный к алкоголю, Нерон тут же захмелел.
- Мнэ пора, к же-е-не.
- У, брат, ну и развезло тебя. После второй уже язык заплетаешь, как невинная девочка. Пойду, провожу тебя, - сказал Раймонд. Серафим пошел с ними, придерживая пьяного за плечи.

Едва они подошли к дворцу Нерона, Раймонд открыл рот.
- Так ты муж…,- чуть не проговорился он. - Та королева живет с тобой. Я видел, как она, словно сон, выпархивала оттуда и скрывалась где-то там. - Он указал на небо. - Твоя жена - богиня!

Мэг выглянула в окно и зарделась как вишня. Раймонд, наоборот, побледнел как смерть. Они всего лишь пересеклись взглядом. Нерон был слишком пьян, что бы это заметить, но от глаза отца Серафима ничего не ускользнуло. Тот покачал головой.

Нерона уложили на кровать. Серафим наградил Рэя своим мудрым взглядом, но Рэй не понял намека. Они втроем вышли во двор. Неожиданно Рэй упал на колени и поцеловал руку Мэген. Серафим взглянул в сторону дворца, в коем беспробудным сном спал виконт.
- Так вот кто ваш муж! Все эти шесть лет я ждал вас. Лелеял надежду внутри себя. Обманывал себя самыми неразумными мечтами. Вы отдали ему свое тело, но кому принадлежит ваше сердце?
- Мое сердце принадлежит Вам! - гордо провозгласила она.
- Я так люблю вас, а вы отдали себя этому уродцу!
- Он всего лишь муж. Он мой драгоценный капитал, моя собственность, но не он - мой мужчина. Мой мужчина ВЫ.
Бедный мальчик. Шесть лет его любимая жена изменяла ему, а он, возможно, любит ее всем сердцем, – думал про себя священник.
- Я устал стоять. Пойду, присяду в доме. Можно? - проговорил Серафим
- Конечно.
Серафим бросился в спальню Нерона.
- Виконт де Ганц, виконт де Ганц, проснитесь.
- Где я? - Нерон осмотрелся, не понимая, что происходит. Почему его будят?
- Выгляните в окно.
Нерон покорно подошел к окну, и тихий стон вырвался из его израненной души. Его жена, особо не таясь, изменяла ему с его новым другом. Рэй целовал шею Мэгги. Девушка принимала его ласки, запрокинув голову назад.
Нерон, как таран, попер на Рэя.
- Объяснишь мне, что к чему?
Заслышав это, Раймонд отпрянул от Мэг. Нерон схватил Рэя за грудки, и приподнял его вверх. Рэй затрепетал и замахал тонкими ручками, словно пытаясь взлететь.
- Вы не правильно поняли меня, виконт де Ганц. Я… это… просто разговаривал с вашей женой. Не было и в мыслях! Помилуйте Бога, вы совершаете ошибку!
- Оставь Бога, - сказал священник. - За все греховное есть своя плата. Ты согрешил, и ты должен покаяться.
- Каюсь. Всем сердцем каюсь!
- Ох, нечисто твое сердце, - вздохнул священник.
- Отец, вы же не позволите мне умереть.
Нерон мигнул в сторону священника, и наградил его лукавой улыбкой. Они сговорились.
- Вы согрешили. Друг мой, можете заканчивать. Ох, видит Бог, я не хотел предавать друга в объятья палача, но ваш грех можно смыть только кровью!
- Помилуйте!
- Кончайте! - священник отвернулся, Нерон опрокинул Рэя и занес нож над его грудью.
- Пощадите. Я даже не буду смотреть в ее сторону!
- Мало сказано. Так ты не прильнешь к челу Бога. Тобой руководит демон! Помилуй Бог твою грешную душу!
Нерон напряг мускулы и поднял кинжал над своей головой.
-Вы совершаете ошибку!
Нерон вновь опрокинул товарища, затем оскалился, словно дикий зверь, напряг мускулы и взмахнул ножом. Рэй завизжал, и закрыл лицо руками.
- Убит! - Нерон вонзил нож в землю и расхохотался.
-?
- Трус!
- Вы не убьете меня?
- Иди отсюда, пока я не передумал. Еще раз увижу, точно убью.
Рэй убежал, словно трусливый пес.
Нерон расхохотался.
- Теперь займемся иным участником заговора против меня. Мэг!
- Да, дорогой.
- Дорогой!? - Нерон показал, что его сейчас стошнит. - Иди сюда.
Женщина подошла к нему.
- Отец Серафим, дайте девушке перо и бумагу. - Священник повиновался.
- Пишите, родная, под мою диктовку:
Я, Мэген Селло-де Ганц, ухожу из дома, бросив мужа Нерона Селло-де Ганц по той причине, что полюбила другого. Прошу снять все обвинения в его честь и дать ему свободу передвижения и выбора на его усмотрение. Четверть состояния принадлежит мне (Мэген), и я забираю его себе. Мой муж Нерон Селло-де Ганц дал на это свое разрешение.
Ниже подпись.
- Я думал, что владею лебедем, оказалось за все эти годы, я не смог разглядеть того, что приручил ощипанную утку. Однако я любил ее, - захохотал виконт, и смех этот надрывал душу. - Я вычеркну тебя из своей жизни, как вычеркивают ошибки. Прошу, вон из моего дома!
Теперь Нерон понял, кому девушка отсылала сигнал в окошке своей комнаты шесть лет назад. Нет сомнений, там был Рэй, и девушка уже тогда отдала ему все свое сердце, оставив мужу только свои темные черты.

Конец затишью. Начало бури.

За эти шесть лет Нерон почти не думал, что сталось с Прозерпиной. Ее и его клятвы хранить верность друг другу теперь только забавляли его. Какие же они были наивными! Верили в чудеса, в добро, в справедливость, проживая на этой несправедливой и лживой земле.
Нерон, как всегда, подошел к арке Вестника. Осмотрел пустую и безжизненную арку, и задумался.
«Все ведет к одному концу, будь ты добр или же зол. Он был предан одному существу, игнорируя всех. Я же, предал свою Цирцею шесть лет назад, и сейчас воркую с иной голубкой». Однако воспоминания о старом Вестнике еще более позабавили его. Заметив, что смеется, Нерон, в ужасе, затих.
- В кого я превращаюсь!? Я смеюсь тогда, когда нужно плакать. Я радуюсь чужому горю! Я точно демон, как меня не величай.
Нерон зашел в свою кузницу.
- Только бы не пришлось смотреть в глаза Прозе, - думал он.
Открыв дверь кузницы, Нерон вскрикнул, заметив старика, сидящего на скамье.
- Гестер!
Голубятник замотал головой, что-то не одобряя.
- Я верил в тебя, Нерон, - сказал он вместо привычного «здравствуй». - Я думал, что ты мудрец, но ты, оказывается, еще больший глупец, чем я. Ты натворил непоправимое!
Мужчина схватился за седеющую голову и поник на скамье, словно увядший цветок, притоптанный к земле.
Нерону стало не по себе.
- Что-то с Прозой или мамой?
- Они всё знают относительно тебя, однако мать простила тебя, и верит, что ты поступил правильно. Она каждую секунду сетует, что ты не навещаешь ее, но Проза…
Нерон одним прыжком оказался подле Гестера, упал на колени подле его скамьи, и сжал молитвенно руки
- Не молчите, отец.
- Прозерпина один год верила, что ты вернешься. Она помнила твои клятвы о вечной любви и искренне им верила. Она знала, что вы обручены на небесах, и думала, что ты вернешься к ней, бросив жену. Она знала, что ты любишь ее. Два долгих года несчастная только смеялась над попытками образумить ее. Она говорила, что ее обманывают, поскольку все злые, а ты добрый. Если ты пожелаешь, то сам сообщишь ей то, что нужно. Будь то больно ее сердцу или наоборот.
«Вы обманываете! Я вам не верю», - говорила она. Ее не пугало то, что все только и говорят, что о вашей свадьбе
«Мне все равно, что они говорят. Это слухи. Неправда. Я знаю, что он меня любит. Надо только подождать и он предложит мне руку и сердце!» - все твердила она.
Через два года после того, как ты исчез, кто-то выслал письмо. Я помню его наизусть.

- Через две недели я навещу вас с женой и дочкой. Я познакомлю вас
Нерон Селло-де Ганц и Мэген Селло-де Ганц.

Нерон вспомнил, что сам написал это роковое письмо.
Прозерпина, случайно, обнаружила это письмо. Она заперлась в спальне, и два месяца не показывалась. Даже Мария и Лиза были вынуждены спать не в своих кроватях, а в кузнице на этих скамьях. Проза не пускала их. Девушки слышали ее бред. Она твердила, что не переживет потерю.
Однако она осмелела, и вышла из комнаты. Она подбежала ко мне и сказала твердым и ледяным голосом.
- Я ухожу в монастырь! Схоронив себя там я буду просить Бога милости за его гнусное преступление!
Мы все, дружно, отговаривали ее от опрометчивого решения, однако ее волю не сломить. Уже четыре года прошло с того момента, как она покинула отчий дом и службу королю. Прежде чем похоронить себя заживо в монастыре, она произнесла:
- Я не желаю видеть его! Если он придет за мной, я наложу на себя руки.
Прошло четыре года, и она уже собирается принять постриг. Ты знаешь об этом обряде отречения от жизненных ценностей, и ты знаешь, что из этого следует? Ты сломал ей жизнь.
- Ведь не поздно все решить?- спросил Нерон, в волнении ломая пальцы рук.
- Это не ведомо. Однако никогда не поздно разрешить ситуацию. Будь осторожнее, поскольку ошибка стоит дорого. Очень дорого.
- Что мне делать? - виконт вопросительно и с надеждой осмотрел голубятника.
Вместо ответа, голубятник поднялся и зашагал к выходу, но прежде, обронил странную фразу:
- Тебе как никому будет известно решение. Спеши.
Нерон сразу все понял. Он вышел из кузницы, с намерением оставить все как есть. Это была первая ошибка.

Христианский собор святой девы Марии.

Прежде, Нерон все же решил сделать шаг к примирению. Он пришел в приют святой Марии, где и обитала его Проза.
Еще у входа, Нерон заметил молодую монашку-затворницу лет пятнадцати. Девушка словно ждала его, стоя у входа.
- Гуляю, - объяснила она. - Иногда позволяют выходить в свет.
Нерон кивнул в ответ, и равнодушно прошел мимо, пихнув ее к стенке. Монашка заверещала.
- Какой стыд! Вы мужчина обязаны попросить прощения.
Нерон даже не расслышал ее. Монашка не отставала и, смешно, вприпрыжку, бежала за виконтом.
- Каковы цели прихода, мужчина? В монастырь запрещено…
- Я хочу увидеть одну девушку. Она здесь. - Нерон грубо перебил монашку и, со злости, стукнул кулаком о стену. Девушка, испуганно, ойкнула.
- Мужчинам не место в женском монастыре, вот! - она гордо, выставила вперед отсутствующую грудь.
Нерон улыбнулся.
- Для чего вам нужна другая женщина? Меня, это…, Софьей зовут, - смущенно проговорила затворница
- Как ты здесь очутилась, милое дитя? Грех, смотреть на мужчин такими глазами, - расхохотался виконт.
- Какими глазами?! Я, это…, просто хотела вам помочь. Вы видный муж…, ой, я хотела сказать взрослый мужчина, - раскраснелась девушка и резко сменила тему. - Тетя отвела меня сюда, когда я была еще в колыбели. Я хочу выбраться из этой тюрьмы!
По щекам виконта едва не текли слезы умиления перед этим чистым созданием, желавшим выбраться из затворничества.
- Почему ты не говоришь об этом сестрам?
- Неправильно поймут меня. Они и так раз в неделю выпускают меня погулять за пределы собора, а это запрещено! Они и так, много делают для меня!
- Софья, ты знаешь некую затворницу Прозерпину? Она идолопоклонница, но приняла христианскую веру.
Заслышав вопрос, девочка погрустнела.
- Она печальная и грустная. День ото дня оно проводит в молитвах, слезах. Она постоянно просит Бога забрать ее на небо.
Хорошо, что девушка не заметила мертвенной бледности вспыхнувшей на щеках виконта.
- Мы с ней друзья. Она сказала мне, что мужчинам нельзя верить, что мужчины - зло! Демоны в человеческой плоти! Ой! - девочка перекрестилась, осмотрелась вокруг и продолжила.
- Мои сестры ругают меня, когда я упоминаю имя демона. Ой!- девочка опять перекрестилась.
Нерон подошел к девушке, не осмысливая, что делает, положил руку на ее бледное плечико. Девушка вспыхнула до кончиков ушей.
- Я хочу знать все об этой девушке. Скажи мне.
- Вы ее муж? Или именно вы заставили ее страдать? Вы и есть демон! Ой. – Девушка перекрестилась в третий раз.
- Я не демон. Я предатель. Но у меня не было иного выхода.
- Выбор есть всегда. Бог нам помогает!
- Именно Бог и послал меня на растерзание палачам.
- Такого не может быть!
- Позови Прозерпину.
- Нет. Она обещала порезать себя, если увидит вас. - Девушка, энергично, замотала головой.
- И что же мне делать?- подумал Нерон, не замечая, что высказал мысль вслух. Девушка подумала, что вопрос адресован ей.
- Просить прощения. Топить горе в слезах, предательство в крови! Искупать грех! Исправлять ошибки!
- Она же убьет себя! - Нерон уперся рукой о стену, и замер в этой позе. Юная затворница прислонила пальцы к губам, раздумывая.
- Я знаю, что делать, мой красивый, но неразумный друг. Вы хотите исправить ошибки, вы каетесь перед богом!?
- Да.
Девочка с одержимостью полководца продолжила.
- Вы признали ошибки, и это уже хорошо. Вы гарантируете, что желаете даровать ей свой Рай!
- Да.
- Тогда стойте тут.
Девушка, круто, повернулась, и вприпрыжку, поскакала в собор. Обратно она вернулась мрачнее тучи.
- Она сказала, чтобы вы убирались. Мне показалось, что она не поверила мне относительно вас. Вас ведь зовут Несс?
- Нет. Мое имя Нерон.
Нерон хотел идти. Девушка бросилась за ним, и вцепилась в него руками.
- Вы не дослушали меня! Она сказала, что она ненавидит вас, но ее глаза вспыхнули жизнью. Вы вернули ей потерянную жизнь. Едва я произнесла, как некий мужчина желает, свидится с ней, девушка сразу произнесла ваше имя. Она ждет мужчину по имени Нерон, но почему-то ожидает вас менее всего. Простите за парадокс.
- И что мне делать?
- Она ждет вас, и таит на вас обиду одновременно! Захватите мир ради нее. Докажите ей, что вы готовы принять смерть ради нее. Дышать ради нее. Умереть за нее. Ой, я повторилась.
- Что, прикажешь сделать?
- Я не знаю. Зовут то вас как?
- Виконт Нерон Селло-де Ганц.
- Ухты! Вы богатый, видный парень знатнейшего рода! Куда смотрит Проза? Ах, да. Она же боится принять вас. Ожидает новой беды. Так вот…
Девушка поманила Нерона пальцем. Тот слегка пригнулся. Девушка, заговорчески, шепнула ему на ухо.
- Я вам помогу. Я переброшу Прозу на вашу сторону, как бросают мяч. Извлеку ее из мрака. Ах! Это невероятно. Пусть нам запрещают читать книжки о любви, но я во всем исключение из правил. Ах! Вы внесли жизнь в повседневную скуку, и я благодарна вам! - Девушка, стала танцевать и резвиться. Через несколько секунд она вновь подошла к виконту.
- Что делать? - вновь спросил виконт.
- Не знаю, но придумаю со временем, - гордо ответила она.
- Я пройду внутрь.
- Нет! Вы же мужчина! Вам нельзя! Я же вам это ясно сказала.
Нерон хотел уходить, как девушка крикнула.
- Все будет хорошо! Ждите. Я не позволю совершить ошибку! Ни вам, ни ей.- Через мгновение девочка исчезла.
Нерон все решил. Пусть будет так, как есть.
-Я ухожу.

Леон О ‘Рок.

Каждый новый день в храме святой Марии полностью повторял предыдущий, и уже через полгода Проза утеряла счет дням.Начиналсядень с ранней обедни, постным завтраком, продолжался в поле, за тяжкой работой; заканчивался постным ужином, вечерней обедней, и потом уже тяжелым сном. Она уже не ждала чуда, и покорно жила, словно цеплявшееся за жизнь растение, вынужденное расти там, где нет солнца. Она мирно текла по течению времени: Утро, молитва, завтрак; работа, обед, молитва, работа. Вечером давался час личного времени, кой Проза проводила в мечтах о былом, и навсегда ушедшем из ее жизни; затем молитва, ужин, сон. Казалось, этот круг не прервать. Стараниями маленькой Сони, девушка не стала убивать себя, принимая обряд пострига. Каждая монашка, заключившая себя в «оковы пострига», совершали обряды, пугающие Прозу. В чем-то согрешив, монахи истерзали свое тело плетью, морили себя голодом и заточали себя на несколько недель в тюрьму (комнату без окон, скамьи, еды, воды, зато усеянной вдоволь голодными крысами и ужасными пауками). Эта тюрьма напоминала влажный, и пропахший плесенью, гроб с одним лишь «мертвецом». Все эти две недели затворницы проводили в молитве. Особо тяжелыми грехами считались - чревоугодие, (проявлялось в утолении голода сладким продуктом, алкоголем, курением сигар), сладострастие, развращенные мысли, лень, упавшая на пол библия или икона, упоминание имени демона всуе, сквернословие и многое другое.

Летом произошло по-настоящему странное, или вернее сказано, глупое событие, порвавший тот священный круг. Святая настоятельница, женщина преклонных лет, украшенная жемчужными прядями седых волос, в день своего рождения попросила Бога дать ей позволения побывать в одном из своих знаменитых храмов. Несмотря на строгие законы и еще более строгий график, сестры уступили женщине, и та, вместе с желающими монашками, не заковавшие себя в обряды пострига, отправилась в один из городских храмов. Двести шестьдесят миль прошли измученные, исхудавшие женщины, направляясь к заветной цели. Проза была среди них. Она нисколько не интересовалась храмом, ее привлекала природа, словно приковавшая ее взгляд своей красотой. Забыв обо всем, девушка слушала веселые птичьи трели, шум веселого ручейка, и жмурилась под мощью солнца. Этот месяц пути показалась Прозе такой коротким и ярким, что она не пожелала заходить в темный храм, распахнувший перед ней свои тяжелые, мрачные двери, словно маня ее погостить. Девушка отошла в сад. Там она заметила крохотный пруд, в коем плескались утки. Девушка побежала туда, и ее взгляд упал на неподвижную фигуру, задумчиво созерцающую водную гладь.
Это был мужчина лет тридцати пяти. Его черные, неряшливые волосы и черное одеяние придавали ему зловещий вид.
- Боже. Это он! Это точно он! Если он попросит прощения, я прощу его, и мы сбежим отсюда. Нерон!
Девушка сама не заметила, как произнесла мысль вслух.
Мужчина, осмотрелся, ища ее взглядом, лишь затем повернулся в ее сторону. Первое, что бросилось в глаза Прозы, это его большие синие глаза. Незнакомец не имел шрамов, изуродовавших лицо ее возлюбленного.
- Похоже, вы меня с кем то спутали. Что ж, бывает. Я вижу, вы священны, поскольку на вас несуразная сутана. Советую вам, красавица моя, все же бросить это бессмысленное занятие. Никогда не верил в бога, и я знаю, что вас по-настоящему украсит только платье. Как ваше имя? - Парень улыбнулся ей. Девушка явно понравилась этой синеглазой копии Нерона де Ганц.
Пока он говорил, девушка думала.
«Господи. Такого просто не может быть! Это же он. Это точно он, и я узнаю этот хмурый профиль, но глаза! Такого не бывает. Это он, и, одновременно, это не он вовсе!»
- Не бойтесь, - мужчина усадил ее подле пруда. - Как ваше имя?
- Проза.
Произнесла девушка почти потерянным от волнения голосом. Незнакомец больше прочитал по губам, чем расслышал ее слова.

- Я же, сын купца, Леон О’Рок. Я каждый день провожу тут. Смотрите на этих безмозглых, но очаровательных созданий. Я завидую им, поскольку они не имеют забот. Когда я был совсем мал, моя мать держала свой пруд с утками, и я любил кормить этих созданий. Порой я перекармливал их по десять раз на дню, так что эти ненасытные уже не могли таскать свои утробы. Они переваливались с бока на бок, словно маятник, но не сдвигались не на фут. Но я здесь не ради уток. Я просто хочу побыть один. Я живу в доме родителей и у меня шесть сестер, и каждая верещит и ноет, вытягивая отцовских капитал. Постоянная ругань, нытье, слезы. Жить под крышей с шестью истеричными особами! Врагу не пожелаешь такого наказания!
Мужчина улыбнулся и Проза вздрогнула. Это не может быть ОН. Улыбка Нерона напоминала улыбку невинного ребенка, кой еще не поведал жизни. Улыбка этого человека больше напоминала звериный оскал. Так могут улыбаться только скверные личности. Однако он очень напоминал ей Нерона. Стоит незнакомцу промолчать, и прикрыть глаза, он превращался в того, кого она ждала все эти годы. Проходя все муки истязаний и сожалений, Проза слепо верила своим мечтам и предрассудкам. Особенно остро она верила единому богу. Возможно, он услышал ее молитвы и желает уберечь ее от присутствия столь темного гения - Нерона. Девушка была напугана этим противоречием. Она видела ЕГО, но это был совсем чужой ей человек, и единственное что он ей внушал - отвращение.
Незнакомец помог девушке встать. Неторопливыми шагами, он довел ее до дверей храма. Там уже, в нетерпении, ждали ее сестры. Незнакомец попрощался с Прозерпиной, но лишь по его взгляду можно было прочесть, что тот не намерен отступать.
В течение нескольких месяцев Леон не давал прохода Прозе, поэтому девушка заперлась в стенах храма, где он не мог ее достать. Это не остановило пылкого юношу. Изредка, но Проза выходила из храма. Она была вынуждена отправляться в соседний храм на исповедь. Именно в эти дни незнакомец ее поджидал. Девушка ходила в церковь, тогда, когда ей заблагорассудиться, и каждый раз меняла время и число выхода, но она всегда встречалась с наглым ухажером. Казалось, незнакомец круглосуточно сторожил двери храма.

В одной из таких вылазок, девушка решила обмануть своего ухажера, и вышла на исповедь ближе к ночи, когда солнце уже скрылось. Красноватый закат пугал девушку. Ей казалось, что небо окрасилось кровью, и она бежала, не помня себя. Однако поздним вечером, она все же встретила ухажёра. Парень знал обо всех ее вылазках заранее, и каждый раз приходил за час до ее выхода. Проза не догадывалась, что доносчицей была маленькая Софья.

Едва завидев Леона, девушка бросилась бежать обратно к вратам собора, но парень быстро ее нагнал. Девушка почувствовала стальную хватку на своей руке и оглянулась. Леон схватил ее за локоть и остановил.
Девушка осмотрела его. Как необычно видеть знакомое лицо, спрятанное под маской, незнакомца. Парень был одет в белую рубашку и в штаны для верховой езды. Ничего в нем не напоминало некую «загробную прелесть» Нерона де Ганц.
- Вы спешите?
- Да, - отрезала девушка и стала уходить. Парень ее нагнал.
«Что он хочет от меня?» подумала Проза, пускаясь бежать.
Леон все же ее нагнал.
- Вы хотите знать причины, почему я охочусь на вас, мисс? - словно прочитав ее мысли, ответил Леон. - Отвечу. Ради вас я пешком прошел почти триста миль.
«Пешком? - подумала Проза, усмехнувшись, - а одел костюм для верховой езды, да и та кляча, что стоит у дерева, верно, его»
Леон не заметил презрительной усмешки девушки.
- Я желаю вытащить вас из тюрьмы обетов. Я желаю вам счастья, и лишь поэтому, желаю спасти вас. Вы любили когда-нибудь?
- Да ,- еле слышно пролепетала девушка.
- Сколько вам лет? Мне, лично, тридцать шесть.
- Удивительно. Нерону тоже тридцать шесть! - подумала Проза. Однако она ответила иное
- Тридцать два.
- Тридцать два?! Да вы уже не девушка, а взрослая дама! А выглядите как юное дитя! Кого вы любили?
- Точно не вас.
- Конечно не меня! Так кого же?- Расхохотался Леон
Девушка пустилась бежать.
- То же самое, чувствую я, по отношению к вам, принцесса, - прокричал Леон, догоняя беглянку, - я вытащу вас из плена, Проза!

Темный дух.

Девушка не могла понять, что все это время ее охранял темный дух. Нерон де Ганц жил неподалеку, в одной из старых хижин ныне покойного отшельника и, неотступно, следил за нею. Очень скоро на глаза Нерону показался мужчина в костюме для верховой езды. Он ждал Прозерпину у входа, и каждый день они разговаривали. Нерон прятался на одном и том же месте, за большим валуном, футах в двухстах от них, и он не мог разобрать их слов. Подойти ближе было невозможно. Проза не должна знать, что он здесь. Казалось, они мило общались, а их отношения, рисовавшиеся в разгоряченном, пылком и нетрезвом воображении юноши, издали казались ему нежными. Нерон скрежетал зубами, однако, не показывался из-за валуна. Скоро они разошлись, и поляна опустела. Нерон схватился за голову, и, покачиваясь, дошел до временного пристанища. Гроза, единственное живое существо, трепетно и радостно ожидала его.
Нерон присосался к бутылке, и вскрикнул испугавшись. Что-то уставилось на него большими карими глазами.
- Гроза! - вскрикнул Нерон и невесело рассмеялся. Гроза, стоя на улице, всунула морду в окошко, и смотрела в лицо хозяина. Скоро парень опустошил пять бутылок с алкогольным содержанием, и уже смутно представлял кто он на самом деле. Не осознавая, что делает, он отвязал Грозу, и поскакал без смысла и цели
Гроза, словно назло, привезла его к вратам собора святой Марии. Нерон осмотрелся. Никого нет. Он отъехал немного вбок, и тут заметил, что в данном месте забор не высок. Не соображая под действием алкоголя, что порочит святую мать, оскверняя ее своей ничтожной персоной, Нерон де Ганц встал на коня, слегка подпрыгнул, и подобно Вергилию, стал карабкаться по витым конструкциям.

Скоро он оказался во дворе. Похоже, было время работы или молитвы, поскольку во дворе никого не было. Нерон осмелел и шагнул в один из домов. Он был пуст. Нерон проник в одну из комнат, и стал соображать, где же он. Едва он успел прикрыть за собой дверь, как расслышал тихие голоса, приближающиеся к нему. Виконт, словно ребенок, осмотрел шкаф (слишком мал) пространство под кроватью (тоже мало). Тогда он вылетел в окно, затем прижался к стене стоя на карнизе. Дверь тут же отворилась. Нерон, истязаемый изнутри жгучим любопытством, посмотрел в комнату (вдруг там Проза?). Прозы там не было, зато была Софья. Нерон подумал, осмелел, и снова влез в комнату. Софья взвизгнула, но через мгновение обрадовалась его появлению.
- Вы как рыцарь вскарабкались по стене, что бы предложить мне вашу руку и сердце! - вскрикнула она, всплеснув руками.
Нерон расхохотался.
- Я поднялся по лестнице.
- Жаль, - ответила она скорбно, но, не переставая улыбаться, - зачем вы пришли в мой уголок, если не просить моей руки?
- Я не знаю, что я хочу.
- Понятно. Вам бы протрезветь…,- заключила она. - Зато я знаю! И я вам помогу, будьте уверены виконт де Ганц. Вы хотите увидеть ее? Если вы желаете передать ей весточку или встретиться с ней, я помогу, но возьму с вас плату.
- Вы пугаете меня.
- Никого я не пугаю. Да и к чему мне вас пугать, мой доблестный рыцарь?
Нерон искренно и вежливо улыбнулся.
- Теперь я знаю, что нашла в вас Проза. Ваши глаза не пугают нисколько. Они таят, какую то тайну, но не страшную.
Нерона передернуло. Она сказало в точности как Проза.
- Но ваша улыбка еще искреннее взгляда. Вы предложите мне руку и сердце! Вот мое условие!
Нерона словно окатили ледяной водой с головы до ног.
- Что??
- Не удивляйтесь. Так вы принимаете мое условие?
- Нет!
- Прекрасно, - всплеснула она руками, - тогда я вам помогу! Вы рассчитывайте на меня!
Нерон почувствовал, что отупел.
- Что?
Софья расхохоталась
- Проверочка! Вот! И вы ее выдержали, мой друг. Изложить мне свой план, или же вы изложите свой?
- Я хочу посоветоваться с тобой. Думаю, я за этим пришел. Да, я хочу ее увидеть, чтобы она не знала о моем присутствии.
- Логично. Так что вы хотите знать? Да что же вы стоите, мой друг, садитесь. Да не туда! - крикнула она. - Вас увидят из окна. Ой! Вы же мужчина и осквернили….
Девушка недоговорила. Нерон зажал ей рот рукой.
- Понятно. Так что вы желаете знать? - промычала Софья.
- Что она думает обо мне? - Нерон отстранил руку ото рта девушки.
- Она ничего не говорит. Она только плачет. О, нет, виконт де Ганц! Я не хотела! Прекратите плааакать! - девушка разрыдалась, заметив слезу, скатившуюся с безжизненных глаз юноши. Однако скоро она успокоилась, и, глотая слезы, начала повествовать.
- Украдите ее! - вскликнула Софья, повеселев.
- Она уже с ним, - холодно заметил Нерон.
- Так убейте его! - вскрикнула Софья.
- А что, если она его любит…
- Так разберитесь, что к чему. А вот и она. Не высовывайтесь, виконт. Она может увидеть.
Девушка махнула рукой в сторону окна. Нерон, послушно, встал у стены, всматриваясь вглубь двора.
- Вон там, - указала Софья. - Она идет, ой, идет сюда! Прячься!
- Куда?
- Как спрятались тогда от меня. На карниз.
- Но внизу люди…
- Горе мне. Стойте тут.
Скоро в дверь постучались.
- Софья, открой.
- Меня тут нет! - крикнула Софья в ответ.
Нерон, непроизвольно, прыснул в ладонь.
- Как это нет? С кем же я тогда говорю? И кто смеется у тебя в комнате? - весело прощебетала Проза.
- Это мой друг, ой, подружка. Это моя новая подружка!
- Я хочу посоветоваться с тобой насчет него.
- Кого? - наивно спросила Софи, смешливо посмотрев во вспыхнувшие гневом глаза Нерона.
- Леона.
- Говори.
- Ты меня пустишь?
- Да, но думаю, ты будешь удивлена, когда познакомишься с моей подружкой.
- Я всегда одобряю твой выбор. У тебя дар выбирать правильных людей.
- Хм. Это у тебя дар извлекать из клоаки золото, - Софья сладострастно осмотрела Нерона.
Софья справилась с замком, и приоткрыла дверь.
Едва Проза зашла в комнату, Софья закрыла ей глаза.
- Зачем это? - спросила она.
- Поиграем в угадайку. Кто перед тобой?
- Ты.
- Да нет же! Помимо меня.
Нерон кашлянул в кулак.
- Я кого то слышу. Сестра Ортенсия? Это вы?
- Мимо, - ответил Нерон.
- Тадаам! Знакомься с моей подружкой, - Софья спрятала руки за спину, и стала покачиваться.
Проза потеряла дар речи. Минуты три стояла гнетущая, гробовая тишина.
- Да говорите же!
Вскрик Софьи вернул Нерону жизнь. Тот странно засуетился.
- Пойдем со мной. Оставь его.
Софья выпучила глаза, как рыба, выброшенная на берег, зато Проза побледнела и осунулась. Именно в этот вечер Проза, якобы, невзначай, упомянула о своем ухажере. Нерон только нахмурился.
Проза ушла из монастыря на следующий день. Еще через два дня двое рыбаков выловили из Евфрата изувеченный труп Леона О’Рока. Некто с чудовищной жестокостью сломал ему шею.

Чернота таит тайну, порой ужасную тайну.

Нерон, никак не мог решить, как сложить их судьбу в дальнейшем. Он не работал и целыми неделями сидел дома. Нерон поселился в один из своих дворцов, оставшийся ему по наследству. Желая, помочь Прозе по хозяйству, он пригласил служанку, помогать ей. Служанкой была маленькая Софья.
Проза была счастлива. Начиная новую жизнь, она тихо подпевала птицам в саду. Скоро она привыкла к богатству, и весь день девушка проводила с мужем.
В один из счастливых дней, Проза все же решила вытащить ненаглядного подышать воздухом. Нерон дал согласие.
Дворец де Ганц находился в лесной плеши, недалеко от поселка. Дворец имел только один этаж, и восемь небольших комнат. Резная крыша и плавные изгибы дворца, создавали впечатление сказочности и нереальности строения.
Проза потащила возлюбленного на рынок. Там, у витрины переполненной свежими овощами, на пару смотрел мужчина. Ему было лет пятьдесят, и он был тучен и лыс.
- Вы продаете? - спросил Нерон.
- Нет. Вы не узнаете меня молодой человек.
- Томсон!? - Нерон отпрянул.
Толстяк зааплодировал.
- Браво! У вас великолепная память, граф де Ганц. Я пришел сюда только лишь, чтобы передать вам мое восхищение. Я преклоняюсь перед вами. - Толстяк низко поклонился.
- Я не заберу вас обратно, но Вас возьмут силой и заключат в тюрьму на всю жизнь другие…
Проза заплакала. Нерон крепче обнял ее, поглаживая по волосам одной рукой. Хорошо, девушка не заметила бледного лица юноши. Толстяк же говорил уверенно, насмехаясь.
- Иди домой, родная. Иди. - Нерон мягко подтолкнул Прозу. Девушка не желала уходить, однако заметив взгляд своего суженого, она поспешила скрыться.

Почти через сутки Проза встретила Нерона. Все эти часы она ожидала его на улице, подле дома.
- Все хорошо? - тревожно спросила она.
Нерон прошел мимо, не удостоившись взглянуть на нее. Однако он вымолвил очень холодно и яростно.
- Все кончено.
Лишь сейчас Проза обнаружила, что темный мундир Нерона буквально залит кровью.

Едва Проза покинула его, Томсон поманил Нерона пальцем. Нерон покорно пошел за ним. Томсон привел виконта за угол и сразу начал шептать:
- Видит бог, граф де Ганц, что я желаю вам только добра и ничего более. Вы бежали с каторги, так и бог с ней, с каторгой. Однако я давно желал сказать вам, мсье де Ганц. Это касается Прозы.
Нерон хмуро сдвинул брови, и те вновь слились в одну широкую, черную линию.
- Почти семь лет прошло, как вы вновь ее встретили, однако она хранила верность вам все эти годы. Вы же не могли знать, что именно по моему требованию с вас сняли кандалы и отстранили от работы.
- И что это значит?
- Я могу сейчас же забрать вас туда, в смысле, на плантацию.
- И что же вас держит?
- Я согласен дать вам волю. Взамен вы отдадите Прозу.
- Да как вы смеете! - Нерон круто взмахнул кулаком, словно повергнул невидимого врага.
- Я тогда оказывал ей всяческие знаки внимания. Она их отвергала. Но я нашел выход. Через несколько лет я лично пришел к ней и объяснил всю ситуацию. Так несчастная узнала где вы, и скоро она дала согласие провести со мной ночь, лишь бы облегчить вашу участь на каторге. Именно в этот момент, с вас, де Ганц, сняли кандалы. Она была моей почти каждую неделю в течение месяца, и я взамен ослабил бдительность стражников. Она спасла вас, можно так сказать. Дала шанс сбежать.
- И ты своими грязными пальцами прикасался к моей жене! - Нерон стал задыхаться от ярости.
- «Будущей», прошу заметить. Так, вот, мсье. Она не всегда была вам верна.
- Ах, ты, грязное животное, да я…,- Нерон слепо ухватился за горло Томсона. Толстяк побагровел от напряжения пытаясь сделать вдох. Нерон сдавил горло рабовладельца с такой силой, что тот сразу стал задыхаться. Томсон понял, что погиб, как вдруг раздался старушечий голос.
- Убивают!
Нерон отпустил Томсона. Старая монашка перекрестилась, и поспешила убежать с места происшествия. Скоро драчунов окружила толпа любопытных.
- Я найду тебя, - прошипел Нерон, отпуская Томсона. - Найду и убью.

Оседлав, послушную и кроткую Грозу Нерон поскакал к дому рабовладельца Томсона. Как он и думал, толстяк был дома. Однако он забаррикадировался в своем доме. Это не помешало Нерону проникнуть в дом. Выбив одно из окон на втором этаже, он без труда проник в дом.
- Выходи, - крикнул он. Осмотревшись, Нерон понял, что попал в спальню. Посреди комнаты, в самом центре стояла кровать. Нерон заглянул под нее. Никого не было. Комната была пуста.
- Выходи.
Нерон осмотрел каждый угол, запирая по пути, все пути отступления. Он запер все окна и двери в данном доме. Казалось, дом был пуст, однако что-то говорило виконту, что это не так. Наконец, он заглянул в шкаф, и заметил там, мертвенно бледного работорговца.
- П…помилуйте.
- Поздно. Выходи уже.
Мужчина только отодвинулся в самый дальний угол шкафа.
- Я отомщу за все годы унижений, превратившие мою юность, в никчемный прах. Я отомщу всем за то, что не дали мне жить, и отомщу за то ужасное, что я приобрел в ней, и еще большее потерял.
- Вы же не убьете меня, граф. Вы благородный человек!
Нерон прислушался к звукам. Прибыла охрана, и отчаянно ломала запертую Нероном дверь. Несмотря, на то, что дверь была железная и прочная, Нерон отчетливо слышал, как она скрипит и трещит по швам.
- У нас мало времени. Ты только подлил масло в огонь, Том. Я все эти годы, держал боль в себе. Хранил ее глубоко в сознании, желая забыть когда-нибудь, но это невозможно. - Нерон стал ходить по комнате, активно жестикулируя и иногда взрываясь тяжелым, гортанным смехом безумца.
- Но ты, возродил то скрытое пламя, - Нерон подскочил к Томсону, и стал трясти его, вцепившись в него обеими руками - О-о, ты не представляешь, что тебя ждет! Я демон, безумец, как меня не величай! Меня зверски изуродовала жизнь, и я искалечу судьбу всем, кто нанес даже самую незначительную царапину моему сердцу.
Нерон на мгновение вышел из комнаты, и вернулся вновь. В его руке был зажат нож. Мужчина подпрыгнул на месте и закричал, срывая голос в истерический вопль.
- Помилуйте. Я заплачу вам за все годы лишений.
- Есть один человек, и он мне сказал: нужно топить горе в слезах, а предательство в крови.
- Вы не можете просто так убить человека? - Очень неуверенно проговорил Томсон. Нерон ухмыльнулся и облизал языком кончик ножа. Томсон вскрикнул.
- Что вы хотите? - пропищал он, прижимаясь спиной к шкафу. Он так и не вылез из него.
- Видеть твой страх. Хочу, чтобы ты целовал мне ноги, выполнял все мои приказы.
- Так я выполню. Вы и так видите мой страх. Я наказан, и я прощен вами?
Нерон прислушался, и обнаружил, по-настоящему, невероятное. Охрана почти выломала железную дверь. В его распоряжении минута, полторы. Нерон схватил толстяка и вышвырнул его посреди комнаты. Мужчина встал на колени, прислонив к лицу руки.
- Пощадите! Я заплачу любую сумму!
- Золото и серебро - единственное, что есть у меня в достатке. Именно за монеты вы купили меня, и я бы, с огромным удовольствием сжег весь свой несметный капитал. - Нерон вновь исчез. Мужчина вскочил и стал выбегать из комнаты, но вернувшийся Нерон опрокинул его. В его руках была бутыль с керосином.
-Вы что хотите сделать со мной? - плача и заикаясь, проговорил Том.
- Вы любите свой капитал?
После вышесказанного, Томсон не мог сказать правды. Он любил. Капитал это власть, но ведь данные монеты и сломали судьбу парня, и теперь тот мстит за свою увядшую душу. Почему–то именно сейчас эта «власть» никак не могла спасти его. Это просто мусор, серебро - это просто булыжники, бриллианты - стекло, недвижимость - горсть камней.
- Я воплощу вашу мечту, любезнейший. - Нерон откуда-то вынул серебро, шелка и полил их керосином. Затем он достал иную поживу из всех тайников, вытащил драгоценные камни и бросил их под ноги Тому. Лишь сейчас Том понял, что с ним желают сделать. Нерон хотел сжечь его, вместе с богатством.
- Это все ваше. Забирайте все. Я буду вашим рабом!
Вместо ответа, Нерон облил керосином Томсона и отошел на значительное расстояние. Там он зажег крохотный огонек свечи и посмотрел на мерцающее пламя.
- Ваше последнее слово, - проговорил тот ледяным, решительным, безумным тоном. Глаза его мерцали огненно-желтым цветом, из-за яркого света свечи. Томсон сложил молитвенно руки, теряя самообладание. Тут он взглянул на Нерона, и закричал с нечеловеческим ужасом. Черная одежда, черные волосы были ему привычны, но свет мерцающей свечи отражался в его глазах, превращая их в огненно-красно-черные. К тому же свет свечи лишил парня зрачков. Вместо глаз, Томсон заметил два огненно-красных точки, не мигающих и следящих за каждым его движением.
- Помогите! Охрана!
Нерон прислушался вновь. Вот-вот дверь выломает охрана. Он заторопился.
- Это и есть ваше последнее слово. Да примет Плутон твою душу!
Нерон бросил свечу под ноги Тома и бросился вверх по лестнице. Через минуту ворвалась охрана, и обнаружила, что весь дом уже пылает красным заревом. Языки пламени уже лизали лестницу, ведущую на второй этаж. Никто не знал, что случилось с Томсоном. Его невозможно было обнаружить, поскольку тот уже давно превратился в кучку пепла.
Дом так и не спасли и тот, вместе с хозяином, превратился в пыль.

Через несколько часов после поджога дома Томсона, Нерон уже устремился далеко за горизонт. Через несколько часов он уже был у своего собственного золотого прииска. Его радостно встретили «сторожилы» и «верхи», как их называл маленький Вергилий (охранники и руководители). Это было не удивительно. Нерону едва ли не целовали ноги все присутствующие, однако Нерон еще ясно ощущал жгучую боль по всему телу и помнил свист плетей в воздухе. Беглого каторжника встречали, преклоняя колени перед его величественной персоной.
- Вы посетили нас, хозяин. Наконец-то! Мы вам безумно рады и будем счастливы быть полезными,- кланяясь, говорил один из «верхов». Нерон узнал того семифутового здоровяка, кой пробуждал его все эти шесть лет, пиная по лицу и вырывая волосы с корнем.
Едва вежливые приветствия коснулись ушей Нерона, его лицо исказил гнев. Если бы не численное превосходство присутствующих, он бы убил великана.
- Изволите посетить ваши владения, ваше Высочество? - приклонил калено один из сторожил.
- Пожалуй, да. Я решил проведать, как идут ваши дела.
- Великолепно! Ваше состояние увеличивается, и вы знаете это. Проходите в мой дом.- Семифутовый здоровяк проводил Нерона в свой дом, не подозревая, что ведет погостить саму неминуемую смерть.
Нерон не выдавал своих намерений. Он пил чай, разговаривал, шутил, и никто не мог даже представить, какой план вынашивает в голове юноша.
- У вас удивительный дом. Он такой большой. Мой, пожалуй, и то поменьше будет. Сколько в нем комнат.
Никто из присутствующих не понимал, что парень интересуется планом дома совсем не с добрыми намерениями.
- Два этажа; пятнадцать комнат; три спальни, кухня одна, две библиотеки, лазарет…
- Лазарет, - Нерон странно оживился. - Не слышал, что бы в доме был лазарет. Это очень оригинально!
- Да, уж. Это необходимость.
- И у вас есть медсестра, лекарства?
- Конечно. Лекарства даже прекрасная Афродита-медсестра.
- Вас лечит медсестра?
- Да.
- А почему не вы сами?
- Я не силен в медицине. Медсестра говорит, что если смешать не те лекарства или неправильно рассчитать дозу, лекарство превращается в смертельный яд.
- Да ну! - У Нерона заблестели глаза.
- Вот! Я всегда боялся браться за эти склянки. Медсестра же отлично справляется сама. И я ей доверяю.
- Я сейчас вас послушал, и тоже решил обзавестись личным лазаретом.
- Конечно. Вещь необходимая.
- Вам нужны средства?
- Средства нужны всегда. Если вам не жаль ваших кровных денег, можете выслать, мы купим новые кирки и иное.
"Кирки, только и всего. Остальное растащите между собой" - подумал Нерон.
- Покажите дом, - попросил Нерон.
- Конечно, виконт де Ганц. Проходите.
Мужчина ознакомил Нерона с планом своего дома. Нерон подметил, что дом имеет три выхода. Это вход, и два пожарных выхода.
- Я не имею здесь дома, но я твердо решил проследить за работой. Извольте мне переночевать у вас.
- Нуу, - верзила чувствовал себя неловко. Перед его внутренним взором постоянно стояла одна и та же картина. Как он зверски истерзает своего хозяина. Он даже представить не мог, что каторжник сумеет так подняться по социальной лестнице. Он был хозяином некого простого, ничтожного раба по имени Неро. Теперь ничтожный каторжник имеет титул, и сам руководит им, как марионеткой.
Вдруг он будем мстить? - переживал здоровяк. Здоровяка звали Эрл.
Нерон заметил тень беспокойства на лице у Эрла, и его душа возликовала. Они поменялись ролями.
- Я понимаю. У вас жена. Я заметил платья на одной кровати.
- Это вещи моей жены. Она ушла от меня недавно.
- Ох. Простите.
«Однако все складывается просто отлично!» ликовал Нерон.
- Я заплачу вам 100 серебрянных.
- Нуу…
- Если вы желаете, я съеду прямо сейчас. Договоримся на 200 серебра.
- Двести?! - на эти деньги Эрл мог жить целый год, ни в чем не нуждаясь.
"Возможно, он стал иным. Зачем ему мстить мне, когда он так сказочно богат" - думал Эрл.
- Договорились, двести серебром.
Нерон вежливо кивнул, и подал мешочек с серебряными монетами в руки Эрлу. Эти монеты принадлежали покойному Томсону.
- Почему ваши монеты пахнут керосином? - поинтересовался Эрл.
- Заляпал руки в керосине, затем стал расплачиваться, и уже грязными руками схватился за монеты.
Это прозвучало очень убедительно.
«Вряд ли он имеет отношения к сгоревшему дому Томсона» думал Эрл.
Нерона поместили в одну из спален хозяина.
- Мне нравиться. Я остаюсь здесь, - провозгласил Нерон.
- Хороший выбор, мсье де Ганц. Располагайтесь. Ваш конь в конюшне, а ужин вас ждет через два часа, - сказал тихо Эрл.
- Спасибо.
Нерон около часа ходил по комнате. Сев за большой, дубовый стол, Нерон стал нарочно играть ножом для разрезания бумаги. Через минуту он осмотрелся, и легонько резанул себя по руке. Медсестра отошла ненадолго, а когда она вернется, Нерон не знал. Он решил брать удачу за хвост. Он прибежал к Эрлу, показал ему раненую руку, и Эрл открыл ему лазарет.
Уже в лазарете, Нерон взял какую-то банку, и незаметно запихнул ее в рукав. На этой банке имелась страшная надпись. « Не более двух! Передозировка убьет вас». Эрл следил за каждым его движением, стоя за спиной. Нерон перевязал себе руку, обеззаразил рану и облегченно вздохнул.
- Жить буду, Эрл. В следующий раз буду аккуратнее. Я пойду в спальню, отдохну.
- Конечно, хозяин. Через полтора часа приходите ужинать.

Прошло полтора часа, и по дому замелькали горничные с подносами.
- Мсье де Ганц, вас просят спуститься на первый этаж, и отужинать, - в комнату Нерона робко заглянула горничная.
- Спасибо. Я уже иду.
Нерон вместе с горничной вышел из комнаты. Горничная проводила Нерона к столу, но тот попросил служанку познакомить его с кухней.
- Кухня тут, мсье де Ганц. Вот наш повар. Что вы желаете узнать?
- Что сегодня к ужину?
- Ах, ну что ж, проходите, осматривайтесь.
- Что это?
- Специи.
- Никогда не видел так много специй за раз. На них ушло, верно, немало средств.
- Ох, уж. Вы даже не представляете, сколько всего хозяин отдал за эту остро пахнущую пыль...
Нерон подошел к какому-то сосуду.
- Что это?
- Свежевыжатый яблочный сок, уважаемый. Наш хозяин потребляет его на ужин.
- А там что?
Нерон встал спиной к сосуду и незаметно бросил в сосуд убойное количество странного лекарства.
Горничная ни о чем не подозревала, и рассказывала обо всем.
- Это, мсье де Ганц, крабы.
- Крабы. Хм. Не пробовал.
- Отведайте. - Улыбнулась горничная.
Горничная была молодой женщиной под тридцать. Нерону было безумно жаль подставлять эту наивную, добрую девушку. Лицо Нерона, до этого искаженное от тупой ярости, немного оттаяло.
- Помочь донести до стола? - Он сжалился над женщиной, заранее зная, что ей придется пережить в совсем недалеком будущем.
- Не стоит, мсье. Садитесь за стол и ждите нас там.
- Хорошо, уважаемая.
Нерон вошел в столовую. Через несколько минут в столовую вошел Эрл.
- Вы уже ждете?
Нерон утвердительно покачал головой.
Через несколько секунд подали трапезу.

- За деньги, мсье де Ганц. Они властители мира, - Эрл откусил куриную ножку, политую каким-то соусом.
- За власть, - ответил Нерон, тоже отломил куриную ножку и проглотил.
- Вас, верно, уже не удивить, мсье. Вы знатны и вам принадлежат такие богатства, что мне и не снились. Чем вы занимаетесь, и женаты ли вы?
- Я был женат, но жена мне изменила, и я ее прогнал.- Эрл не замечал, что Нерона словно сковал ступор. Тот говорил, почти не дыша и не двигаясь. Однако его черные глаза неотрывно следили за стаканом яблочного сока.
- Так нужно обращаться со всеми женщинами! Если она видная, то будет изменять, если уродина, то, как назло, вопьется как пиявка и все силы высосет. А взамен - ничего! Всю жизнь будешь слушать ее вопли.- Эрл прикоснулся к стакану с соком.
Нерона передернуло.
- Что с вами? - спросил Эрл. - Вы побледнели.
- Я не знаю, что-то голова кружиться, да и знобит немного.
- Так вы больны! Отведайте яблочного сока. Все тут же, как рукой снимет. Проверенное средство.
Нерон отпрянул от стакана, как от ядовитой змеи.
- Я бы с удовольствием, да вот у меня аллергия на яблоки. Налейте мне лучше другого сока.
- Принесите апельсинового сока! Надеюсь, аллергии на цитрусовые у вас нет.
- Спасибо. Я люблю апельсины. Несите скорей.
Через секунды принесли апельсиновый сок.
Эрл поднял стакан с соком, Нерон тоже поднял свой стакан над столом.
- За процветание! - сказал Эрл.
- За процветание! - ответил Нерон.
Оба залпом опорожнили стаканы.
- Кушайте, мсье. Я нанял лучшего повара.
- Да, ну. Дайте мне отведать его блюдо! Я знаю толк в еде.
- Будете критиковать его стряпню? Странный сок, какой-то горький.
- Может, испортился? - предположил Нерон.
- Может. Отведайте это блюдо. Наш повар готовит его волшебно.
- Гусь?!
- Гусь.
- Выглядит очень аппетитно. Да и на вкус тоже. Мм, вкуснятина! - Нерон выразил поддельный восторг.
- Отведайте его салаты. Расскажите о себе, мсье. Что-то мне нехорошо. - Эрл побледнел и оперся о стол, как человек, коего покидают силы.
- Вам плохо? - тревожно спросил Нерон. - Я позову медсестру.
- Она давно ушла и вернется только через два часа. Не волнуйтесь, мсье. Мне лучше. О чем мы говорили?
- Вы попросили рассказать о моей жизни, - напомнил Нерон.
- Расскажите.
Нерон задумался, ведь Эрлу известно многое из его жизни. Как соврать не вызвав подозрений?
- Я всегда лелеял в душе мечту разбогатеть. Я до двенадцати лет рос счастливо, в богатой семье. Затем случай ввел меня в кузницу, где я прожил несколько лет. Но я родился не кузнецом! В моих жилах царская кровь. Наконец-то я вновь обрел свое место!
- За мечты, - Эрл хотел поднять бокал, но у него не хватило сил. Он рухнул на стол.
- Это за годы страданий, Эрл. Теперь тебе гореть в аду! - Злорадно произнес Нерон.
- Ты что подсыпал мне в сок, сукин сын!
- Не стоит кричать! Ты тратишь драгоценные секунды жизни на пустые слова и угрозы. Лучше покайся и тебе, возможно Плутон да смилостивиться над тобой и дарует Рай. Хм. Этого не будет. Когда-нибудь мы встретимся, Эрл. В Аду!
Эрл схватил нож, и резко подскочил с места. Нерон не предвидел такой прыти, но успел задержать руку Эрла. Нож слегка поцарапал его плечо. Эрл хотел нанести еще один удар, но упал.
- Спи спокойно, мой мальчик. Теперь тебе не суждено проснуться.
В комнату зашла горничная.
- Боже, что случилось?! - закричала она и расплакалась.
- Возмездье.
Нерон круто развернулся и исчез. Даже выйдя во двор, он отчетливо слышал крики и стоны горничных, проклинающих его - Нерона де Ганц.

Скоро ночь накроет землю своим плотным покрывалом. Закат уже давно угас, и солнце едва освещало землю своими единичными, бестолковыми лучами. Не давая отдохнуть истощенной и обессиленной Грозе, виконт гнал не щадя молодую клячу. Скоро появилась первая звезда, и в этот момент Нерон услышал окрик.
- Эй, всадник! Подбрось до города. Устал. Не могу идти.
Нерон притормозил и его лицо просияло.
- Здравствуй, Седой.
Нерон сразу узнал того бродягу, отправившего его омывать отцовский долг своей юной кровью. Нерон припомнил, как мужчина, стоявший перед ним, и его заикающийся союзник - Билл, на глазах у Прозы изувечили его за попытку обрести свободу путем бегства с телеги. Именно Несс зародил цепь ужасных событий, и рано или поздно Нерон доберется до него, но сейчас нужно рассчитаться со вторым звеном этой коварной цепочки - Седым.
- Нерон де Ганц. Рад вас видеть. Вы сильно изменились в лучшую сторону, - старик низко поклонился. - Я слышал, вы разбогатели?
- Разбогател. Вы желаете, что бы я подбросил вас до города?
- О, нет, виконт. Я как-нибудь сам дойду.
- Слишком далеко идти. Не бойтесь меня, я отвезу вас. Я не держу на вас обид. Я забыл о прошлом, - соврал Нерон.
Старик просиял.
- Забыли? - старик явно был встревожен, обнаружив де Ганца живым. Старик явно ожидал мести со стоны виконта.
- Не волнуйтесь, - Нерон постарался выдавить из себя безобидную улыбку.
Старик залез на Грозу, и Нерон тронулся в путь.
- Скачите туда, - сказал старик. - В противоположное направление от заката. Там недалеко лес. Подберем и Билла. Он ждет нас.
Нерон не стал спрашивать, куда они засунут третьего всадника. Он заранее знал, что Седой не увидит Билла. Никогда.
Через час звезды уже изрешетили темно-синий небосклон. Подумав, Нерон встал.
- Почему встали, мсье де Ганц?
- Даю отдохнуть лошади.
- Я хочу спросить у вас, почему имея королевский капитал вы предпочитаете беспородную клячу, в то время как имеете возможность купить конюшню элитных жеребцов. Возможно, эта кляча имеет для вас большую ценность, чем любая другая лошадь,- спросил старик. Нерон, молча, кивнул.
- Она принадлежит одной хорошей женщине, и я обязался оберегать и любить Грозу.
Нерон осмотрелся. Уже наступила ночь. Где-то далеко послышалось дребезжание пробегавшей лошади с тяжелой повозкой. Нерон слез с лошади, старик спрыгнул следом.
- Подождите минут десять, пока Гроза окрепнет, - попросил виконт.
- Да, мсье. А куда вы спешили посреди ночи? - поинтересовался старик.
-Возвращался домой. Засиделся в гостях, и забыл о времени. Пришлось возвращаться впотьмах, - безразлично соврал Нерон.
Всадник приближался, и Нерон отогнал Грозу с дороги.
Минуты две стояло напряженное молчание.
- Я никогда не забывал обиды. Я не прощаю людей, - заметил Нерон, и подмигнул Седому с мстительной и ужасной маской на лице.
Старик вздрогнул.
- Вы пугаете меня, виконт. - Старик испугался не на шутку и стал отступать к дороге. Сам того не замечая, тот встал посреди протоптанной тропы. Всадник приближался.
- Я не пугаю. Я предупреждаю.
Перепуганный старик не расслышал топота приближающихся копыт. Всадник не мог видеть старика, поскольку солнце уже село, а звезды почти не освещали землю. К тому же жидкая грязь не даст лошади остановиться сразу, и та наверняка, собьет старика. Нерон видел опасность, но даже не подумал предупредить старика.
Старик не замечал опасности, единственным источником опасности для него в тот момент, был виконт де Ганц. Тот спокойно стоял, словно черный призрак на обочине, не отрывая глаз от старика. Старик встал ровно по центру тропы.
- Прощай, Седой. - Нерон упал на колени, молитвенно сложил ладони, и зашептал. Он молился.
Через секунду до слуха Седого дошло испуганное ржание лошади и крик всадника. Лошадь резко затормозила, но грязь понесла ее прямо на старика. Старик вскрикнул и закрыл лицо руками. Лошадь подмяла под себя старика, а телега раздробила все его кости. Лошадь упала на бок, схоронив под телегой несчастного старика. Лошадь отчаянно задергалась, пытаясь встать. Всадник спрыгнул с телеги в момент столкновения, и поэтому остался цел. Доковыляв до своей клячи, он заметил поверх лошади фигуру человека, взбирающегося на коня. Всадник не мог понять, кто это, но он уже не сомневался в том, что этот человек виноват в случившимся.

Скоро парень был у леса. Через час блужданий он заметил фигуру молодого человека. Это был Билл.
- Живой, - вместо приветствия заметил тот.
Нерон кивнул.
- З-зачем т-ты тут?
Нерон спрыгнул с лошади.
- Я друг, Билл, - мягко произнес виконт, как доказательство, поднимая руки над головой. - Я пришел к тебе.
- Зачем?
- Я думаю, ты уже сам понял, что к чему. - Нерон стал подходить к Биллу. Билл попятился
- Г-где Седой?
Нерон поднял глаза кверху.
- Там, - указал он на черное небо.
Билл побледнел.
- Именно благодаря ему я нашел тебя, и поскольку вы так неразлучны, я смилостивлюсь над тобой и отправлю тебя к нему.
- Ос-ставь меня, дьявол!
Заслышав оскорбление, Нерон расхохотался.
«Нерон сошел с ума» подумал Билл.
Упав на колени, и запрокинув голову, парень хохотал, и смех этот заставлял Билла едва ли не терять сознание от ужаса и предчувствия неминуемой беды.
Нерон затих и поднялся на ноги.
- Что т-ты со мной с-сделаешь?! - крикнул Билл
Нерон прислонил палец к губам.
- Умоляю, тише.
Билл все больше углублялся в лес. Нерон его преследовал.
- Ты должен понимать, что за все нужно держать ответ, Билл. Полгода ты пытал меня, оскорблял, унижал и я не мог противиться тебе. Теперь все иначе. Теперь я палач, а ты приговоренный и исход этой игры решаю я!
Нерон пошел прямо на Билла. Тот пустился в бега, но дерево отрезало путь к отступлению. Молодой мужчина, испугавшись, не заметил препятствия и сходу влетел в дерево. Не успел тот повернуться, Нерон уже подпер его одной рукой, опираясь локтем в грудь мужчины. Другой рукой он опирался о ствол дерева.
Билл был крошечного роста и с трудом доставал пяти футов и, как следствие он был в несколько раз слабее виконта. Пять лет работы в кузнице наградили виконта крепкими, мускулистыми руками, и как следствие, силой и яростью. Билл в руках Нерона был в такой же ситуации, что и мелкая пташка, бьющаяся в когтистых лапах голодного ястреба.
Билл закрыл глаза, а когда открыл их вновь, заметил в руках Нерона веревку. Это был кожаный пояс.
- Есть последнее желание?
- Да. П-пощадите!
Нерон покачал головой и аккуратно, словно боясь причинить Биллу неудобства, обвил ремень вокруг его шеи, улыбаясь. Эта улыбка выражала какое-то странное смешение чувств: от ярости, до наслаждения. Билл расплакался.
- Пока у тебя есть время, - сказал Нерон, несильно затянув петлю на шее Билла.
Билл неожиданно оживился, и вытащил что-то из карманов. Нерон этого не заметил. Он умиленно смотрел в глаза перепуганной жертве. Билл нахмурился, и неожиданно, ударил Нерона ножом в живот, и тут же вынул нож уже окровавленным.
Нерон вскрикнул и отшатнулся. Билл хотел удрать, но виконт перехватил его и отнял нож. Осмотрев кровавое лезвие, он выкинул его. Билл вновь оказался в руках своего палача. Нерон не раздумывая, затянул ремень на шее Билла. Минуту Билл бился в его руках, и скоро затих. В эти секунды Нерон уже потерял себя. Он сошел с ума, и это был факт.
Бросив тело Билла, Нерон вскочил на Грозу, и поспешил домой.
Была глубокая ночь. Проза ждала его на пороге дома. Заметив суженого, она в ужасе, вскрикнула. Одежда молодого человека была пропитана кровью, и сам мужчина был едва жив. Он долго не мог спуститься с лошади. Спустившись, он прижал ладонь к животу, сделал несколько шагов и потерял сознание.

Безумие Нерона.

Горничная помогла Прозерпине перетащить полуживое тело виконта в их спальню. Проза всеми силами пыталась помочь Нерону. Она каждые несколько минут промывала рану, очищая ее от крови, но кровь не останавливалась. Софья вызвала лекаря. Быстро приехал лекарь и осмотрел молодого человека.
- Рана серьезна. Парень потерял слишком много крови, и знает только Бог, да и он сам, сможет ли он вырваться из когтей смерти.
Прошло три дня. Нерон даже не поменял положения тела. С каждым днем его щеки все больше покрывались пугающий бледностью, губы стали синеть. О том, что он жив, говорило только дыхание, и едва заметная, пульсирующая жилка на руке. Однако сердечный ритм тоже вызывал опасения. Он замедлялся. Все это время Проза проплакала у его кровати моля Бога спасти его. Однако Бог ее не слышал. Молодой мужчина слабел, и все больше погружался в вечный сон.
Однако через неделю, мужчина вдруг дернулся, и стал бредить. Три дня он корчился, скатывался с кровати, безостановочно кричал. Доктор долго уговаривал Прозу, и та дала согласие связать виконта. Что кричал юноша, никто не понимал. Однако он повторял одни и те же слова
- Настал… очередь…, Прости! - мужчина дополнял слова проклятиями, слезами и громким воем раненого зверя.
Никто не понимал значения этих слов. Через девять дней мужчина открыл глаза. Проза была с ним. Она спала на стуле, подле его кровати, уткнувшись лицом в кровать. Нерон погладил ее голову связанной рукой.
- Проза. Прошу, проснись.
Проза подняла на него заплаканные глаза.
- Как ты себя чувствуешь? - тревожно спросила она, отвязывая виконта.
Нерон сомнительно покачал головой.
- Я в порядке.
Девушка развязала парня. Нерон сделал попытку сесть, но Проза вновь толкнула его на кровать.
- Ты еще не оправился. Полежи немного.
Нерон вздохнул, и натянул одеяло до самого подбородка.
Весь день Проза не отходила от него. Она все больше изумлялась переменам, происходящим в ослабевшем мужчине. Мужчина за считанные часы окреп, хотя всего полдня назад Прозерпина не была уверена, выживет ли он.
«Как он хочет жить. Вот это воля!» думала она. Проза не могла прочесть, что твориться в мозгу молодого мужчины. Какие безумные планы он вынашивал. Несмотря на внешнее спокойное, в его голове происходили жуткие события, и все эти события были связанны с ним и Нессом.
Наступила ночь. Нерон, с трудом уговорил Прозу оставить его одного. Ближе к часу ночи, Прозу разбудил странный звук, напоминающий, сдавленный стон. Прозерпина быстро встала с кровати, и, будучи в одной ночной рубашке, заглянула в спальню виконта. Ее тут же обдал жуткий, ледяной сквозняк, просочившийся в комнату. Девушка вошла, и обнаружила открытое окно. Спальня виконта была пуста. Прозерпина, будучи полунагой, бросилась на улицу искать его, но парня нигде не было. Через десять минут она настолько продрогла, что была вынуждена вернуться обратно в комнату. Там она закрыла окно и стала ждать Нерона де Ганц.

Несс спал очень чутко, и каждый раз вставал, едва мимо него пролетала муха. Ближе к двум часам ночи его разбудил странный звук, напоминающий слабый вздох. Несс открыл глаза и осмотрелся. В комнате никого не было. Несс натянул одеяло почти до глаз и вновь прислушался. Через десять минут послышался другой звук. Несс ясно расслышал шум шагов.
- Кто там? - крикнул он.
Едва он это крикнул, шаги затихли.
- Наверное, горничная ходит мимо моей двери, а вздоха не было вовсе. Это просто ветер.
Несс успокоился и вновь сомкнул глаза. Через час его вновь разбудил звук открывающейся двери его спальни. Несс вновь открыл глаза. На этот раз он взял свечу и быстро зажег ее. Комната была пуста.
- Приснилось, - подумал Несс, но на всякий случай, припрятал под подушкой кинжал. Теперь Несс не мог уснуть. Он прикрыл глаза и стал вслушиваться. Через полчаса очень тихо зашуршали, словно кто-то идет, коснувшись плечом или спиной стены напротив него. Тут Несс заметил кого-то. Два глаза смотрели на него из темноты, мерцая, словно две ночных звезды.
Несс вытащил нож и вновь зажег свечу. Никого.
Несс встал с кровати, выставил перед собой нож и крикнул:
- Кто здесь?
Молчание.
Несс заглянул в шкаф, под кровать. Никого. Тогда рыцарь вышел из комнаты и осмотрел коридор. Вернувшись, он вновь обыскал комнату. Никого.
- Что за дьявольщина?
Несс вновь лег на постель. До самого утра никто не показывался в комнате.
- Приснилось, - подумал он и мирно заснул.

Ближе к часу ночи, Нерон открыл окно и хотел вылезти во двор, но высокий подоконник не поддался ему. Мужчина слабо вскрикнул, удерживая ладонь у живота. Именно этот странный крик и разбудил девушку. Осмотревшись, Нерон вылез во двор. В руках парня был зажат обычный, кухонный нож. Оказавшись подле двери врага, Нерон посмотрел на нож, и слабо вздохнул, прося Бога помиловать его, пусть такой грех, как убийство невозможно простить. Он хотел открыть дверь, как замер. Нерон ясно расслышал как шумит скрипучая кровать. Несс не спал. Прошло около десяти минут, и Нерон сделал несколько робких шагов по направлению комнаты. Едва он подошел, Несс крикнул:
- Кто там?
Нерон замер.
Прошло больше часа, и Нерон решился-таки приоткрыть дверь. Он быстро протиснулся в щель и встал за занавеску.
Через секунду Нерона осветил свет свечи.
-Приснилось, - расслышал он. Нерон следил за каждым движением врага, находясь от него на расстоянии вытянутой руки. Несс исчез из поля зрения и через мгновение вернулся с кинжалом. Его Несс положил под подушку.
Прошло около получаса, и Нерон вышел из укрытия, прижавшись спиной к стене, и тем самым оставаясь в тени. Минуту он стоял, не вытаскивая своего холодного оружия. Его выдала луна, появившаяся в небе. Отразившись от глаз, лунный свет преломился, осветив черные зрачки, и эти глаза заметил Несс. Нерон спрятался за занавеску, и лишь когда Несс вышел в коридор, протиснулся в крошечное окно и спрыгнул. Был второй этаж. Несс не мог слышать сдержанных стонов юноши. От удара, еще не зажившая рана вновь открылась. Нерон, пошатываясь, дошел до Прозы и, будучи окровавленным, рухнул в ее руки и потерял сознание.
После этого случая Проза не оставляла юношу ни днем, ни ночью, да и Нерон на время отказался от покушения. Он сам ощущал, насколько слаб и это раздражало его нервы, словно получив такую тяжкую рану, он совершил что-то позорное и неприемлемое. На следующий день в их спальню влетел Несс и набросился на Нерона.
- Ты был в моей комнате?! - Несс хотел приподнять юношу, но Проза его отстранила.
- Вы ошибаетесь. Он очень слаб, и он не может даже подняться с постели. К тому же он постоянно под моим контролем.
Нерон, заговорчески кивнул в ответ на ее слова.
Несс не поверил ей, однако ушел.
«Этот тип сам дьявол. Днем лежит в постели, глотает микстурки и жалуется на немощность, а ночью охотиться за свежей кровью» думал Несс.
Лечение Нерона продолжалось в течение двух недель. Через две недели парню разрешили встать, и даже выйти во двор. Несмотря на то, что Нерон каждую минуту говорил Прозе, что чувствует себя хорошо, Проза все время ходила рядом с ним, а парня это тяготило.
Однако любой опеке рано или поздно придет конец. Лишь через два месяца Проза оставила его одного, и лицо Нерона странно осветилось, словно тот обрел смысл жизни.

Настал вечер. Несс привел в свою спальню девушку, и те мирно разговаривали между собой. Они уже хотели уединиться, а мужчина стал давать рукам вольности, как дверь распахнулась с ужасным грохотом. Девушка завизжала и потеряла сознание. Нерон с пинка открыл дверь, и сейчас стоял в дверном проеме, опустив голову, но поднимая на мужчину безумные глаза. Несс удивился и испугался одновременно, затем, не отрывая бешеных глаз от виконта, стал приводить девушку в чувство.
Нерон простоял в двери около трех секунд, затем он вошел в комнату и встал подле своей цели, словно черный, немой призрак с горящими глазами.
Сердце рыцаря ёкнуло, и по его телу пробежала дрожь.
- Чего забыл? Видишь, я занят!
Нерон, ядовито, ухмыльнулся.
- Чего удумал? Говори или я тебя прогоню!
Нерон, наконец, поднял глаза на мужчину.
- Я зашел просто напомнить тебе, что зло просто так не сходит с рук. За все есть плата.
- Ты убьешь меня?
- Пусть рассудит Бог, - Нерон бросил в лицо Несса свою черную перчатку. - Секунданты не нужны. Только ты и я.
Несс стал мять в руках перчатку Нерона.
- Это дело чести, мой друг. Я принимаю вызов. - Несс кинул перчатку в лицо ее владельца. Женщина, наконец, пришла в чувство.
- Милый, кто это? - спросила она, смотря на виконта.
- Друг, - ответил Нерон и скрылся.

Дуэль.

На следующее утро Нерон зашел к Прозерпине. Та сидела на кровати между Марией и Лизой. Вся троица мирно вязала. Нерон молча подошел к Прозе, шикнул в сторону Марии и Лизы, отчего те в ужасе отскочили, и лишь затем заговорил:
- Ты слышала?
- Я хочу сказать тебе нечто важное…
Мария, навострила слух. Нерон, похоже, вообще забыл об ее присутствии и не гнал за дверь.
-Я хочу сказать, что этот день, решающий для тебя и меня. Думаю, нам пора стать мужем и женой, и я готов сделать тебе предложение, но все же предупрежу тебя. Я не могу это сказать. Ты готова рискнуть?
- Чтобы не произошло, я готова рискнуть.
- Однако ты не знаешь самого важного…
- Так объясни.
- Это слишком сложно.
Нерон не желал говорить, что бьется на дуэли именно в этот день. Он желал взять в жены Прозу, но чувствовал, что не выживет на дуэли и боялся сделать ее вдовой в день свадьбы. Его грызла изнутри странная боль, и он пришел попрощаться. На всякий случай.
Наконец он придумал, как объяснится.
- Помнишь Вестника? Я рассказывал о нем. И помнишь мои слова на краю эшафота? Забудь обо всем. Не жди мертвого. Живи для себя.
Нерон сам не осознал, как назвал себя «мертвым»

Проза это заметила. Мария и Лиза, приоткрыв рот, слушали виконта, стоя в тени.
- Что это значит? - крикнула Прозерпина.
- Я сделаю все, что в моих силах, но все же я скажу - Прозерпина, Мария и Лиза ужаснулись. Храбрый, несокрушимый воин упал на колени перед Прозой и разрыдался. Скала сокрушилась, под действием времени и бурных волн, всю жизнь лизавших ее наточенные камни.
Мужчина молча уперся лбом об ее колени. Девушка стала поглаживать его по голове. Мария преподнесла платок к глазам зареванной Лизы, но, не выдержав, всхлипнула в него сама. Одна только Прозерпина была тверда и не плакала.
- Я ничего не скажу. Ты поймешь сама со временем. Ты готова рискнуть? Знай, я думаю только о тебе, и все это время любил тебя. О, ты не знаешь какой я на самом деле! Я не человек, поскольку у людей есть сердце. Пожалей меня и не превращай меня вновь в кровожадное животное. Не отвергай меня, отвергни своего мужа. Он источник всех наших страданий. Он сломал мою судьбу, сломает и твою тоже. Заклинаю тебя на коленях, не спрашивай ничего, просто скажи, что не любишь меня, забудешь, если узнаешь, что я мертв, скорее пропал,… - поправился он - Я сказал все, что хотел.
- Я не буду твоей, пока ты не объяснишься - твердо сказала она. Она надеялась сломить волю виконта. Она желала стать его, и одновременно узнать его тайну, но Нерон поступил не так, как она ожидала.
- В таком случае, прощай.
Нерон вышел, осторожно захлопнув за собой дверь.

Дуэль должна была начаться в момент захода солнца. Нерон зашел к своей матери, и крепко обнял старушку. Ая ничего не могла понять. Почему ее сын так изменился? Некогда неукротимый, пламенный, уверенный в себе юноша, ходивший по земле, гордо развернув плечи, ушел в себя. Ая и не пыталась приучить сына к таким словам как «пожалуйста», «прости» и «люблю». Зато сейчас эти самые слова сыпались из него как из рога изобилия. Казалось, он желает компенсировать добро, утраченное им за эти годы. Теперь мужчина поник, отощал, сильно постарел и ссутулился. Теперь он не обращал внимания на колкости со стороны девиц и мальчишек, кидавшихся в него камнями.
Нерон, как всегда, встал у подножья каменной арки. Там, внизу он нашел небольшой холмик и маленький деревянный крест. Нерон поднял глаза и прочел надпись, сделанную рукой Прозы.

- Любую ночь, рано или поздно победит свет. Но есть нечто несломимое, вечное. Как тот голубь. Вернее то, что живет в его душе. Его преданность и любовь. Покойся с миром Вестник.

Нерон узнал свои собственные слова. За эти годы, девушка так и не сумела их забыть.
- Не сердись, но наши пути могут пересечься. Помолись за меня, Вестник и, поскольку ты сейчас ближе к Богам, попроси их разрешить все мои невзгоды и ничтожные проблемы. Не отвергай меня. Если суждено мне уйти, не дай девушке совершить твоей ошибки. Я хочу видеть ее счастливой, будь я на земле, или же в небе. Не одинокой и забытой, а счастливой.
Именно этого боялся мужчина больше собственной смерти.
Прошел день. Нерон взял увесистый клинок и встал у арки Вестника. Именно здесь должна была разрешиться его судьба.
Стоит ли идти на такие мучения ради кого-то? Независимо как погибать. Как Вестник отдать жизнь бесконечным ожиданиям чуда или же самому себе укоротить свой век? Молодой мужчина ходил по кругу, словно умаляя Бога помиловать ничтожного мученика – Нерона де Ганц. Он пережил столько бед, унижений, обид. Почему же Богу не угодно видеть его счастливым?
Скоро солнце стало заходить, и сердце мужчины замерло в ожидании врага. Он сидел на скамье, словно не видя жизни. Там он несколько раз, по привычке, бросал взгляд в сторону голубка, но никого не мог обнаружить. Каменная арка словно утеряла свою прелесть после смерти столь преданного крылатого принца. Сейчас он в одном мире со своей Цирцеей. Они вместе летают над голубым морем, что течет в далекой, райской стране. Его королева дождалась его, и они вместе радуются новой жизни. Через секунду раздались шаги, и сердце молодого человека заколотилось с пугающей скоростью. Через мгновение мимо мужчины прошел повар, даже не окинув взгляд в его сторону. Нерон постарался расслабиться, но страх только нарастал. Вот солнце почти село. Остались его самые живучие лучи, что накрывали землю. Вот они плавно исчезли. Растворились в небе, и землю стала накрывать тьма. Тут послышался шум шагов. Нерон вскинул голову и заметил Несса.
- Ты уже тут. Я думал, ты сбежишь. Готов?
Нерон кивнул и приподнялся, скрывая всеми силами, что у него дрожат ноги.
Раздался пугающий звук выхода меча из ножен.
- Я уже давно на месте. Я думал ты либо не придешь, либо придешь далеко за полночь.
- Бой будет не долгим.
Нерон промолчал, рассматривая свое отражение в лезвие меча.
Солнце уже вовсе покрылось алой краской. Постепенно стали появляться звезды. Несс заволновался. Еще чуть-чуть и схватка будет, происходит вслепую. Тот молча оголил клинок и посмотрел на юнца звериным и бесчеловечным взглядом. Нерон был младше Несса на двадцать лет.
-Ты знаешь, за что будешь убит. Я человек и я должен предупредить жертву. Ты подонок, де Ганц! И ты отнял у меня семейное счастье с Прозой!
-Она тебе в дочки годится, - ответил мужчина. - Доверь ее тому, кто сможет обеспечить ей счастливое будущее. Она ненавидит тебя.
-Она это тебе лично сказала, щенок?
Мужчина опустил голову. Если что и произойдет и его следующая жизнь будет в сырой земле, не хотелось подставлять ее, Прозерпину, под удар. Это животное может осерчать, узнав, что она была близка с ним, и сама призналась в этом.
Несс сделал шаг в сторону молодого человека. Тот поневоле отошел назад. Его черные глаза стали кричать от страха и безумной ненависти.
-Ты понял, щенок, причину,- Несс рубанул мечом в сторону парня, но срубил лишь куст. Молодой мужчина уже стоял у него за спиной.
Нерон сделал бесплодную попытку поразить противника, но удар не увенчался успехом. Опытный мужчина, словно играючи, отразил нападение.
-Она всегда была распущенной девчонкой, - сказал Несс, явно стараясь ущемить сердце врага. - Всегда была грязной и неблагодарной!
- Не стоит вешать на других свои грехи.

Несс понял, что оскорбить парня не получится. Языком тот владеет лучше, чем он мечом.
Нерон непроизвольно прошелся по могилке Вестника и в мыслях извинился перед его чистой душой.
Первые блики теней, уже стали покрывать мир черным покрывалом. Словно из огромной, опрокинутой бочки бешеным потоком льется черная вода, тем самым накрывая всю землю тенью.
Несс с тревогой осмотрел небо и затем осмотрел парня. Юноша не подпускал того в своем направлении. Время на исходе и нужно быстрее заканчивать дуэль. В темноте их шансы уравняются. Нерон не владел мечом так же искусно, как своим орлиным зрением. В темноте его шансы резко возрастут и Несс заволновался.
- Пора заканчивать, друг мой.

Парень ехидно ухмыльнулся. Он смотрел в глаза Несса. В его глазах страх пропал, и безумные зрачки стали выстреливать ядовитыми стрелами ярости в сторону обидчика. Они стояли за пределами дворца. У самой арки Вестника. Нерон, неожиданно почувствовал тоже, что и Вестник. Он видел перед собой образ своей богини, что никак не прилетала. Несс предпринял очередную попытку атаки, и свет в глазах парня померк. Он что-то почувствовал. Нерон, не понимая, что произошло, поднял на Несса глаза. Тот ухмылялся, но в его глазах была и искра скорби. Так же скорбят по покойнику. Только сейчас Нерон посмотрел на себя и замер. Меч Несса был в его теле по самую рукоятку, но тот не чувствовал боли. Нерон озабоченно потрогал рукоять меча, и Несс прочел в его глазах изумление, затем растерянность, потом страх. Теперь уже заволновался Несс.
- Сочувствую.

Несс, не отрываясь, смотрел в болезненно расширенные, черные глаза юноши, быстро затухающие, словно две черные звезды в ожидании утра. Прошло три секунды с момента убийства, и лишь сейчас Несс заметил, что молодой человек смотрит в никуда. Он был почти мертв.
Нерон поднял голову в сторону уже уходящего солнца и стал что-то бормотать. Несс, поначалу принял это за предсмертный бред.
- Не забывай, но и не жди.
В ту же секунду свет от солнца погас и поглотил пару во тьму. Несс выдернул меч из молодого человека и тот молча рухнул. Еще до соприкосновения с землей молодой мужчина был мертв.

Старый Вестник и Цирцея двадцать лет спустя…

Оглядев ночное небо, Проза вздохнула, поглаживая руками белый, каменный монолит. Яркие звезды рисовали в ее воображении очертания покойного Вестника. Влюбленный голубь разыскивает свою возлюбленную, летая сквозь созвездия. Внезапно голубь обрел мужские черты и превращается в коленопреклоненного Нерона. Молодой мужчина стоит на коленях, смотря куда-то вверх. Через секунду он встает на ноги и устремляется в небеса.
Проза стряхнула с себя остатки сна. По просьбе Гестера, Нерона похоронили прямо под аркой Вестника и теперь уже две безвинно проклятые души обязаны вечно обитать под одним небом. Началась песчаная буря, но девушка так не покинула могилы Нерона. Спрятавшись за каменный монолит, девушка отважно пережидала каприз разгневанной природы. Что бы ни произошло, девушка отказывалась покидать Нерона. Несмотря на доводы рассудка не ждать усопшего, сердце девушки отказывалось верить в трагедию. Живые не могут исчезнуть навеки. Он точно где-то здесь. Закован в цепи под каменным монолитом и молит о спасении своей души. Но она не в состоянии спасти его из вечного плена. Четыре дня девушка провела у могилы, ожидая чуда и милости со стороны небес. Но чуда не произошло. Гестер увел девушку подальше от могилы, желая спасти ее от умопомешательства.
Схватившись руками за голову, Несс проклинал себя за глупое ребячество. Только сейчас он осознал, что натворил. Его безрассудный поступок погубил Прозу и родителей покойного. Ая едва не лишилась рассудка, но Гестер всячески поддерживал старушку и та чуть оправилась.
Полгода спустя Проза покинула собственный дом. Натянув на голову черный платок, девушка выскользнула в открытое окно и бежала в неизвестном направлении, сопровождаемая только сиянием звезд. Пропажу обнаружили только на следующее утро и обезумевший от горя Несс бросился искать беглянку. Ни Несса, Ни Прозу больше никто не видел.

До слуха короля часто доходят различные сплетни крестьян. Простой люд любит потолковать без смысла и цели. Несколько недель растерянные крестьяне обсуждали страшную новость. В тот же день, когда Несс покинул родных и отправился на поиски беглянки, недалеко от Нововавилона нашли тело немолодого всадника удивительно похожего на Несса. Несчастный гнал своего коня, словно был одержим бесами. Конь потерял равновесие на неровной дороге и пал наземь. Несчастный всадник сломал себе шею при падении.
Даже в самой уродливой оболочке может биться чистое и безгрешное сердце. Не стоит отрекаться от людей не столь прекрасных как Вы телом. Ведь даже чистое и безгрешное сердце, долго истекая кровью, может перестать чувствовать боль, и яростное пламя возмездья может заполнить некогда безгрешную душу. Но будет слишком поздно что-либо исправлять. Отравленное сердце никак не вылечишь. Смертельный яд настигнет любого, кто причинил несчастному боль и возмездье придет незамедлительно. Поэтому не стоит издеваться над теми, кто не похож на Вас. Их робкая и ранимая душа уже познала немало боли и страданий.



Эта реклама видна только НЕЗАРЕГИСТРИРОВАННЫМ пользователям. Зарегистрироваться!

Рейтинг работы: 0
Количество отзывов: 0
Количество просмотров: 45
© 24.11.2016 alena strigenova

Метки: неволя, долг, любовь, безумие,
Рубрика произведения: Проза -> Роман
Оценки: отлично 0, интересно 0, не заинтересовало 0
Сказали спасибо: 2 автора




1 2 3 4 5 6 7 > >>












© 2007-2016 Chitalnya.ru / Читальня.ру / Толковый словарь / Энциклопедия литератора
«Изба-Читальня» - литературный портал для современных русскоязычных литераторов.
В "Избе-читальне" вы сможете найти или опубликовать стихи, прозу и другие литературные разные жанры (публицистика, литературная критика и др.)

Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются действующим законодательством. Литпортал Читальня.ру предоставляет каждому автору бесплатный сервис по публикации произведений на основании пользовательского договора. Ответственность за содержание произведений закреплена за их авторами.