Литературно-художественный портал
chitalnya
       
Забыли пароль?

Почувствуй моё притяжение

[Человек Дождя]   Версия для печати    
Почувствуй моё притяжение

Валера пристально смотрел на меня: черты его лица скрывала тень, и глаза в темноте казались практически чёрными. Он отвернулся, сосредоточив внимание на своей руке, и слегка надавил.

- Да!

Он сделал несколько вращательных движений кистью.

- О, Боже!

Он хмыкнул от напряжения, когда потянулся так, что его и без того впечатляющие рельефы стали ещё более заметны.

- Именно так! Прямо там, да, вот так!

Свет в комнате неуверенно моргал, пока он заканчивал вкручивать экологически-безопасную лампочку в патрон, расположенный высоко на стене в моей гостиной. Опустив руки и одновременно встав на полную стопу, он произнёс:

- Тебе повезло, что я высокий; эти светильники так высоко, что тебе ни за что не достать до них без стремянки. Я едва смог...

- Это так потрясающе! Ты так потрясающ!..

Я прочистил горло.

- Да, когда я увидел это место несколько недель назад, то просто влюбился в эти высокие потолки, которые дарят такое ощущение простора. Я не думал, что...

- Не останавливайся!

- Что ж, тебе следует поговорить со своим арендодателем насчёт этой лампы – ты только что переехал и, вероятно, не должен платить за неё, – сказал Валерка, плюхнувшись на диван.

- Да, хотя она вроде как достаточно раздражительна. Но мне всё равно нужно поговорить с ней ещё и о...

- Да!

- О...

- Да!

- О....

- ДА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!

- Проклятье, Дэн, не могли бы мы пойти в какую-нибудь другую комнату? – спросил Валера, съёживаясь по мере того, как вопли превращались в бессвязный поток стонов.

Я покачал головой.

- Не поможет. Это одинаково громко, независимо от того, в какой ты комнате. Здесь действительно тонкие стены.

Я обессилено плюхнулся на диван рядом с Валеркой, отчего оказался прижатым к нему, и... это было не совсем случайно. Я отодвинулся, совсем на чуть-чуть; несколько секунд мы сидели, молча слушая, как женщина – она же моя домовладелица, Виктория – бьётся в экстазе, будто ничего лучшего в её жизни ещё не было.

Вот только так она кричала каждый раз, когда занималась сексом, что, могу сказать, случалось часто за те две недели, которые я жил в этом доме.

- Как ты там говорил? «Я не могу поверить, что смог заполучить это место! Мне так повезло», – передразнивал Валерка писклявым голоском, что, на самом деле, было совершенно не похоже на меня.

- Заткнись! – я нахмурился и слегка ударил его по руке, стараясь игнорировать то, как приятно было касаться его кожи.

- Нет, серьёзно, – сказал он, усмехнувшись. Он небрежно закинул руку на спинку дивана, и я не мог понять, было это ли случайно или нет, но его предплечье слегка коснулось моей шеи. – Тебе катастрофически не везёт, когда дело касается выбора жилья.

- Я знаю, – простонал я.

- Взять, к примеру, ту трансуху-соседку по комнате, у которой жутко воняли ноги, – он скорчил очаровательную рожицу, сморщив нос так, будто всё ещё мог помнить то зловоние.

- Которая заставляла всё вокруг себя, включая меня, вонять, как её ноги, – я слегка вздрогнул. – А ещё был дом вампира...

- Это какой же?

- О, я жил там примерно лет шесть назад, думаю, прямо перед тем, как познакомиться с тобой. Он был со всех сторон окружён зданиями, и туда вообще не проникал солнечный свет.

- Ну, ты ведь должен сохранять свою бледность, – пошутил он, слегка ущипнув моё бедро. Я шлёпнул его по руке, и он схватил мой указательный палец, машинально потянув на себя, и добавил: – А то место, перед тем, как ты переехал сюда? Со странным звуком падающих капель...

- ...которому просто неоткуда было взяться! – выпалил я. – Клянусь, в том доме были привидения.

- Ты говорил мне об этом, – сказал он, улыбаясь.

- Я говорил?

- Да, как-то вечером я встретил тебя и твоего приятеля в одном из баров. Я работал допоздна, а вы к тому времени уже были пьяными в стельку. Я проводил тебя до дома, и ты заставил меня остаться на ночь, потому что утверждал, что боишься «призраков».

Это меня совсем не обрадовало:

- Ты никогда не говорил мне об этом!..

Я помнил ту ночь, несмотря на уровень алкоголя в моей крови... хорошо, возможно, только частично, и я, конечно же, не мог вспомнить, говорил ли об этом. Зато я помню, что в том состоянии опьянения любые ограничения благополучно стирались под влиянием моего заклятого друга «Джек Дэниэлса». Я был довольно близок к тому, чтобы пересечь границу своей платонической привязанности к Валере, потому как пребывал в той стадии – стадии без поцелуев, секса и прочих забав – столько же, сколько я знал самого Валеру... Той ночью ничего не произошло, но надеюсь, только потому, что моя речь была настолько нечленораздельной, что он просто не мог понять, что я на него запал; он лишь укрыл меня одеялом, аккуратно подоткнув со всех сторон.

Мои пьяные желания в действительности были отражением того, что происходило между нами, и это было очень запутанно. Мы были друзьями на протяжении долгого времени, но могу поклясться, что в последние несколько месяцев ловил Валерку на том, что он украдкой смотрел на меня... ну, так, как я смотрел на него. Как на того, с кем хотелось не только обняться и поболтать. Мне казалось, он смотрел на губы и ноги, и возможно, в его взгляде было даже немного страсти...

Но после разговора о «призраках» стало очевидно, что я был не совсем в здравом уме, так что вполне могло оказаться, что и это я просто себе навыдумывал.

- И теперь я в этом месте, где слишком высокие потолки.

- И слишком тонкие стены.

- И слишком громкая, слишком много занимающаяся сексом соседка.

- Ты действительно знаешь, как выбрать лучшее, Дениска.

- Перестань, это не смешно, – он усмехнулся, и я слегка ударил его в живот, потому что хотел узнать, был ли он таким же твёрдым, как его бицепс.

Был.

- Хорошо-хорошо, я больше не смеюсь, – он уронил голову обратно на спинку дивана, его телефон тут же пискнул, и он стал проверять сообщение. Но все его движения оставались для меня где-то на периферии сознания, потому как я не мог сосредоточиться ни на чём другом, кроме того, что Валера играл с моими пальцами, неторопливо переплетая их со своими. Это было странно – при том, что от его прикосновения моё сердце пустилось вскачь, я всё ещё чувствовал себя совершенно непринуждённо. О, я ощущал жар, и нервозность, и даже слабость, как и в первый раз, когда меня за руку держал симпатичный мальчик, но ещё, сидя вот так рядом с ним, держась за руки, я чувствовал, что я дома.

С ним я чувствовал, что я дома. Там, где я мог быть расслабленным, иногда плаксивым, совершенно открытым – с ним я мог позволить себе быть таким... и только не мог сказать ему об этом... Он всё время прикасался ко мне, так или иначе, но я никогда не мог определить, было ли это случайно или преднамеренно. Он обращался ко мне по кличке, что, казалось, автоматически относит меня к категории друзей, но в то же время делал такие вещи – например, держал меня за руку, – которые заставляли мой желудок пуститься в пляс на пару с сердцем.

И ещё были моменты, когда его взгляд задерживался на мне так долго, что заставлял чувствовать себя застенчивым и в то же время самым красивым парнем в комнате. Или когда он вздыхал и посылал мне небольшую улыбку, будто предназначенную только мне. Или когда он клал свою ладонь мне на поясницу, так низко, как только мог, чтобы не пересечь границ приличия... В такие моменты я начинал думать, что он так же, как и я, готов был переступить через ту линию, которую мы сами провели в наших отношениях.

Все эти бесконечные «он действительно это сделал, или нет?..», «будем ли мы... или не будем?..», «это то, что я думаю, или только то, чего мне хочется?..» только запутывали и сводили с ума. Я всегда считал, что выше всех этих клише, но, возможно, каждый парень-гей считает также, ровно до того момента, когда встречает парня-натурала, который находит способ сделать каждое такое клише слишком реальным...

- Ты слышишь? – спросил он, сжав мою ладонь, что, в свою очередь заставило сладко сжаться моё сердце.

Я ничего не услышал, и до меня, наконец, дошло:

- Да! Аллилуйя!.. Возможно, она даже закончила на сегодня...

Больше мы не проронили ни слова. Возможно, он просто наслаждался тишиной, я же не мог оторвать взгляда от наших сцепленных рук, которые теперь покоились на его колене. Он медленно провёл по моей ладони большим пальцем, и я не смог сдержать охватившую меня при этом дрожь. Когда я посмотрел ему в лицо, он разглядывал наши руки так же сосредоточенно, как и я, и от этого в моём животе возникло странное ощущение.

- Валера... – его имя слетело с моих губ до того, как я осознал это, и он тут же посмотрел в мои глаза. Когда, спустя мгновение, его взгляд метнулся к моим губам, отчего они сами собой приоткрылись, моё сердце стало бешено биться в груди. Я знал – знал! – то, что есть между нами, много больше, чем просто дружба.

И прямо сейчас тот самый момент, когда всё должно измениться...

- Будь готов через десять минут! Я хочу оседлать тебя, большой мальчик...

Момент был чудовищно разрушен, и Валера быстро отпрянул. Я даже не успел осознать, что он был так близко... Проклятье!

Он начал тихонько посмеиваться, и его тело сотрясало от усилий, которые он прикладывал, чтобы не рассмеяться в голос, до тех пор, пока, в конце концов, не взорвался гоготом. И я не мог не присоединиться к нему, отчасти потому что, как и любой парень-гей-пассив, просто хотел посмеяться со своим парнем-натуралом-активом, но в большей степени из-за того, что эта ситуация оказалась настолько нелепой.

- Дэн, каков срок твоего договора аренды? – спросил он перед очередным приступом хохота.

Мой смех тут же оборвался, и ответил я уже хмуро:

- Год, – мой ответ заставил его только громче рассмеяться, и он выпустил мою ладонь, согнувшись пополам.

Тем же писклявым голосом, которым передразнивал меня раньше, он завизжал:

- Оседлай меня!

- Перестань! Это ужасно... И что мне с этим делать?

Валера перестал смеяться, повернулся ко мне и серьёзно произнёс:

- Ты должен поговорить с ней.

- Я знаю. Я поговорю. Когда-нибудь.

- Нет, прямо сейчас! Просто спустись к ней и вежливо скажи – ты ведь умеешь быть очень вежливым – что будешь крайне признателен, если она постарается себя немного сдерживать, – напутствовал меня он.

- Валерка... – проскулил я. Я ненавидел конфликты.

- Соберись, Дениска. Я знаю, как ты ненавидишь конфликты, – сказал он, и я не мог не улыбнуться тому, как хорошо он меня знал, – но это не может быть хуже, чем сейчас.

Я вздохнул.

- Ты прав, – ответил я, но не сдвинулся с места. Я не хотел двигаться, не тогда, когда он был так близко, начиная с наших соприкасающихся плеч и заканчивая по-прежнему соединёнными руками.

- Давай же, – настаивал он, слегка подталкивая меня.

- Я не хочу, – проворчал я.

Он добавил со смехом:

- Иди сейчас. Она собирается оседлать большого мальчика меньше чем через десять минут.

Я вздрогнул.

- Боже...

Он поднялся и потянул меня с дивана, прежде чем, встав у меня за спиной, положить руки мне на плечи и начать подталкивать к входной двери.

- Давай, Дэн, – произнёс он, наклонив голову так, чтобы говорить мне на ухо. Не было ни единого шанса, что то, как я задрожал при этом, могло остаться незамеченным. – Было бы просто замечательно провести с тобой немного времени в тишине...

Я не мог не думать о том моменте, несколькими минутами ранее, когда наступила тишина, и мы... Да, я тоже хотел остаться с ним в тишине.

Я спустился к Виктории, думая о том, что до переезда этот дом на две квартиры – с отдельной лестницей на улицу, с его прекрасными деревянными полами и витиевато украшенными старинными светильниками – казался мне идеальным. Он всё ещё мог быть таким, если я смогу убедить Викторию заткнуться.

Я постучал в её дверь, и она открыла несколькими мгновениями позже, завёрнутая лишь в одно полотенце, а её волосы при этом были дико взлохмачены. Вежливо, но сбивчиво я попросил её быть немного тише, потому как стены в этом доме были слишком тонкими.

Она выгнула бровь и перебросила свои рыжие волосы через плечо.

- Что, прости? Да кем ты себя возомнил? – мои глаза округлились от того, насколько злобным был её тон. – Ты смеешь приходить сюда и говорить мне, что я должна быть тише в моём собственном доме? Мне, кто была настолько любезна, что сдала тебе квартиру!? – с каждым новым предложением она повышала голос, пока в итоге не начала орать на меня во всю мощь своих лёгких: – Знала ведь, что ты будешь ужасным арендатором, эдаким мелким занудой со всеми твоими вопросами, насколько тут тихо вокруг, и прочим дерьмом, – она прошлась по мне взглядом сверху вниз и презрительно усмехнулась. Не думаю, что надо мной так насмехались за всю мою жизнь. – Мне жаль, что ты завидуешь, потому что слишком скучен, чтобы предпринять хоть что-то, но некоторые из нас живут полной жизнью. Некоторые из нас регулярно занимаются сексом. А тебе стоит вернуться к себе и уткнуться в какую-нибудь хорошую книжку в обнимку со своим котом и ведёрком «Бен-энд-Джерри». Тогда ты сможешь тешить себя мыслью, что в твоей жизни есть хоть какой-то мужчина! – она почти закрыла дверь, но потом передумала и добавила: – И твой чек за ренту должен быть у меня на следующей неделе!

С этими словами она захлопнула дверь у меня перед лицом. Какое-то время я так и стоял, ошеломлённый, прежде чем начал медленно, словно зомби, подниматься по лестнице.

Валера по-прежнему ждал меня в дверях.

- Она сказала... – начал я сдавленно.

- Я слышал, – он провёл меня внутрь, но я был настолько ошарашен тирадой Виктории, что даже не заметил, что он положил руку мне на поясницу, где, как я сам считал, было ей самое место.

Я чувствовал, что ещё немного, и я расплачусь. Именно поэтому я никогда и никому не пытался противостоять. Я ненавидел ругаться. И я ненавидел грубость, но был слишком слаб, чтобы осмелиться когда-нибудь сказать об этом.

Я повернулся к Валере.

- Ты сказал, что я должен пойти и поговорить с ней. А я говорил тебе, что мне не нравятся конфликты, и...

- Тшш, – прервал он, притянув меня к себе. На самом деле я не собирался плакать, но мне нравилось, что это даёт мне повод прижаться к нему, пока он гладил меня по спине, и мне нравилось ощущать его дыхание на своей шее. – Я знаю. Она была настоящей стервой. Ты не заслужил такого, ты был очень тактичен.

- Я действительно тактичен!

- Так и есть, – повторил он.

Он усадил нас на диван, всё ещё не выпуская меня из своих объятий, поэтому мне не осталось ничего другого, как положить голову ему на плечо. Он тут же склонил свою голову так, что касался подбородком моей макушки, и от этой его близости – хотя, возможно, дело было в расстоянии, отделявшем меня от Виктории – я вновь почувствовал в себе смелость:

- Она такая стерва!

- Да, та ещё стерва, – он делал лучшее из того, что мог сделать прямо сейчас: соглашался с каждым моим словом.

- Крикливая, озабоченная, подлая стерва! – не унимался я. – Держу пари, она симулирует!

Валерка фыркнул:

- Уверен, что так и есть. И её мужик – идиот, раз не может этого понять.

- Да! Уродливый, волосатый идиот, – согласился я. Я тут же вспомнил всё то, что она мне говорила и понял, что Валера слышал каждое её слово. – И я не настолько скучный, чтобы ничего не предпринять!

- Нет, ты не скучный, – сказал он, посмеиваясь.

- И у меня даже нет кота!

- О чём она обязана знать, будучи твоим арендодателем.

- Не смейся надо мной, Валерка! Это только ещё больше меня раздражает.

- Ты такой милый, когда злишься, Дениска, – возразил он. – Так что, я действительно не хочу прекращать смеяться над тобой.

Я приподнял голову, нахмурившись, и вдруг с удивлением обнаружил, насколько близко он был.

- Ты ещё милее, когда дуешься, – прошептал он, потому что не было необходимости говорить громче.

Его взгляд снова стал метаться по моему лицу, когда он не смог решить, хочет ли он смотреть в мои глаза или на мои губы, и это заставило меня трепетать так, будто миллион колибри пронёсся у меня внутри. В эту секунду я так сильно хотел его поцеловать...

Как по команде, будто какая-то неведомая сила подсказала ей, когда для этого будет самый неподходящий момент, Виктория снова начала громко стонать. Я уронил голову обратно на плечо Валеры и сделал вид, что разрыдался, на что он только рассмеялся.

- Что же мне делать, Валера? Я не могу позволить себе лишиться этой квартиры... а даже если бы и мог, я не хочу снова переезжать!

- Что ж...

Я посмотрел на него. Коварная ухмылка на его лице была очень опасной, не только потому, что заставляла меня желать быть немного – ладно, намного – ближе, но и потому, что я практически мог разглядеть в его ярко-зелёных глазах вспышку злорадства.

- Есть кое-что, что мы можем сделать.

- Валерка, я не знаю, что ты задумал, но...

- Ты ведь слышал о том, что с огнём бороться нужно огнём, верно?

- Конечно. Но что бы ты там ни думал, борясь с огнём с помощью огня, получишь только пепелище.

Он покачал головой, улыбнувшись.

- Ты слишком привержен логике. Я просто пытаюсь сказать, что ты должен заставить её испытать это на себе.

- Так ты хочешь, чтобы я... занялся сексом и громко кричал при этом?

Его глаза блеснули.

- Именно.

- С кем?

Его щёки окрасились очаровательным румянцем, словно маленькие яблочки, которые я с удовольствием бы укусил.

- Эмм... Я не имел в виду, что... Я пытался сказать... Тебе не нужно на самом деле заниматься сексом. Тебе просто нужно изобразить соответствующие звуки.

- Оу...

- Ну, знаешь... чтобы она узнала, как это раздражает.

- И что я не скучный! И я могу действовать! – воскликнул я, воодушевившись этой идеей.

Валерка рассмеялся:

- Да, конечно.

Вот только я не действовал, на самом деле. Я мог бы, наверное, если бы только набрался мужества пойти до конца. Но, очевидно, умение противостоять не было моей сильной стороной. Вся моя бравада улетучилась, как только я вспомнил дикую свирепость Виктории, и я как раз собрался сказать Валере, что всё это было ужасной идеей, когда услышал:

- Возьми меня так, как ты хочешь, малыш! Я исполню все твои самые грязные фантазии!

У меня не было выбора. Я должен был это сделать.

- Ладно, так как я должен это сделать?

- Хорошо, толкай сильнее.

- Вот так?

- Давай, Дэн, приложи немного усилий. Нужно наделать побольше шума.

- Так? – спросил я со своей стороны кровати, стукнув изголовьем о стену немного сильнее.

Валерка почесал бровь.

- Так хорошо. И ты должен кричать. В этом весь смысл.

Я почувствовал, как краснею.

- Кричать?

Чем больше я думал об этом плане, тем абсурднее он мне казался. Но за последние несколько минут я снова был близок к тому, чтобы оказаться на грани, потому как Виктория очень своевременно начала стонать, чем раздражала меня всё больше и больше.

- Хм, да, Дэн. Как я и сказал, дай ей возможность испытать это на себе, – он проследил за мной взглядом, когда я опустился на кровать. – Что случилось?

- Я вроде как не слишком криклив, – пробормотал я. Когда я вновь посмотрел на Валеру, он был таким же красным, как и я.

- О, ты никогда...

- ...не имел настолько хорошего секса, чтобы кричать во весь голос? Нет.

Видя, как он смутился, я почувствовал себя немного смелее, ведь, хотя мы оба испытывали неловкость, прямо сейчас ему было гораздо сложнее.

- Ох...

- Да.

- Ну, я имел в виду, ты ведь можешь притвориться. Верно?

Я усмехнулся:

- Валерка, каждый гей знает, как притворяться.

- Что ж, тогда вперёд!.. – сказал он и снова почесал бровь. Спустя несколько секунд молчания, он, казалось, покончил с этим и продолжил: – Хорошо, давай, Дениска. Я буду отсчитывать ритм. Ударяй на два и четыре, и просто... начинай кричать, ладно?

Я должен был смеяться до колик от всей абсурдности этой ситуации. Но вместо этого я согласился:

- Хорошо.

- Три, два, один, поехали! Один...

Бум

- Три...

Бум

Я всё ещё молчал.

- Один...

Бум

- Дэн, – прошипел он, – три! – Бум. – Один! – Бум. – Кричи!

Собрав всё своё мужество, я дождался, когда Валера сосчитает до четырёх и выдохнул:

- Ох! – это едва ли было достаточно громко, чтобы он мог услышать что-то среди всех этих ударов о стену.

Мы вошли в устойчивый ритм, поэтому Валера перестал считать.

- Да ладно, Дэн! Ты можешь лучше.

Бум-бум.

- Валерка, – прошептал я в ответ, – не думаю, что я смогу сделать это...

Бум.

- Давай, Дэн! Просто... сделай это для меня, ладно? – попросил он. – Кричи для меня.

- О-ох! – воскликнул я, на этот раз гораздо громче.

- Вот это мой мальчик! – похвалил он. – Чуть громче в следующий раз, хорошо? – было просто невозможно не сделать того, о чём он просил, когда он так сладко улыбался и смотрел на меня с такой теплотой.

- О, да! – крикнул я, и это был почти что стон.

Валера улыбнулся несколько натянуто.

- Хорошо, а теперь попробуй делать это убедительнее, – должно быть, мои глаза были размером с блюдца, потому что он поспешил добавить: – Я имею в виду... Ты ведь хочешь, чтобы это казалось реалистичным, так ведь? – я кивнул. – Тогда ты должен сделать так, будто это самый потрясающий секс в твоей жизни.

- Я понятия не имею, как это сделать, – признался я.

- Хммм... – протянул Валерка. Он молчал на протяжении пары ударов спинки кровати о стену, снова почёсывая бровь, прежде чем произнёс: – Что ж, просто подумай о лучшем сексе, который у тебя когда-либо был, и... вспомни, что ты тогда чувствовал.

И как я должен был признаться, что такого сексуального опыта в моей жизни... ещё не было никогда? Нет, у меня, конечно, был хороший секс, но ничего такого, что могло бы вдохновить меня на крики, подобные стенаниям Виктории, или то, чего ждал от меня Валера. Ох, у меня была парочка фантазий о нём, но думать о таком, когда он находился рядом, казалось мне слишком странным и несколько извращённым. Кроме того, даже при том, что пристальный взгляд потемневших глаз Валеры оказался действенным, этого было явно недостаточно, чтобы я отпустил себя настолько, как он того хотел.

- Возможно... возможно, нам стоит добавить немного хриплых криков, – предложил Валера.

- И как же мы сделаем это?

- Продолжай стучать, ладно? Я подойду к тебе с другой стороны, – он обошёл кровать и встал позади меня. – Чтобы я ни делал, не прекращай стучать, ладно?

- А что ты собрался делать?

- Не останавливайся!

- Я не останавливаюсь! Просто скажи мне, что... Валера! – вскрикнул я, когда он стал щекотать меня. Это было громко, и да, это было хрипло.

- Отлично, теперь мы знаем, что ты можешь быть громким, – сказал он, посмеиваясь. Я нахмурился и посмотрел на него через плечо. По-прежнему оставаясь у меня за спиной, он вытянул руки вперёд и, приложив ладони к спинке кровати, начал толкать её вместе со мной. От этого движения он придвинулся ещё ближе, хотя не думаю, что при этом он должен был быть настолько близко, практически вплотную прижимаясь ко мне сзади. Думаю, это было его собственной инициативой. – Кричи, или я буду тебя щекотать, – прошептал он низко. Даже если меня не щекотали его пальцы, его дыхание щекотало кожу возле уха.

- Это можно истолковать, как пытку, ты знаешь? – спросил я. Он пробежался пальцами по моим рёбрам, и я снова вскрикнул.

- Я знаю, – ответил он.

Было сложно ошибиться относительно его намерения, когда он обвил меня свободной рукой. Единственным посторонним шумом, кроме нашего дыхания, был устойчивый ритм ударяющегося о стену изголовья, которое мы толкали идеально синхронно, но при этом казалось, что будто что-то потрескивало в воздухе. Валерка довольно хмыкнул и провёл носом вдоль моей шеи. Это было впервые, когда он прикасался ко мне так интимно, и было совершенно очевидно, что друзья не могут так касаться друг друга. Это ощущение было невозможно прекрасным, будто я сдался на милость победителю, но при этом забрал главный приз.

- Валера... – выдохнул я. Мой голос был низким и тихим, едва слышным на фоне звуков ударяющейся о стену кровати. – Что ты делаешь? – прошептал я. Я не был уверен, почему вообще спросил об этом, ведь я точно знал, что он делает. Возможно, я просто хотел убедиться, что и ему это известно.

Он не ответил, а только провёл губами по местечку за моим ухом.

- Мне остановиться? – он начал теребить губами мочку уха, и я ощутил, как на меня накатывает тёплая волна восхитительного желания.

- Нет, – ответил я. Обжигающие прикосновения его губ к моей коже помогли мне почувствовать себя смелым, таким Дэном, которым, как он думал, я могу быть, даже если на самом деле был счастлив с тем, которого сейчас сжимал в объятиях. – Не останавливайся.

- Хорошо...

- Да! Валерка, да! – воскликнул я, и это было громко, хрипло, возбуждённо и просто правильно. Валера был настолько удивлён этим, что оторвался от меня и стал смеяться.

- И откуда это только взялось? – спросил он, нежно потеревшись носом о мою шею.

Я не ответил, вместо этого продолжая выкрикивать во весь голос, глядя куда-то в пол:

- Не останавливайся, Валерка! Не останавливайся!

- Хорошо, хорошо, – сказал он, хихикнув, – сообщение принято.

Он снова прильнул губами к моему плечу и потянул вниз лямку моей майки. Он осыпал мою кожу поцелуями, рисуя узоры горячими приоткрытыми губами, пока я продолжал производить все эти страстные звуки, что было гораздо громче, чем могло бы быть на самом деле, но в то же время полностью соответствовало тому непередаваемому наслаждению, которое дарили его нежные ласки.

Стало очевидно, что Валеру больше не волнует наше маленькое шоу, когда он отпустил спинку кровати, оставив меня раскачивать её в одиночку, и скользнул руками под мою майку, проведя пальцами по животу. Я тоже перестал толкать кровать, запустив руки в его волосы, пока он целовал мои плечи и шею. Я не мог сдержать тихого стона, услышав который, Валера развернул меня к себе лицом, чтобы затем подхватить и прижать к стене.

Мы просто смотрели друг на друга, и я обвил руками его шею, смахнув прядь, упавшую на его лицо.

Он снова посмотрел на мои губы, и когда я опустил взгляд на его, то увидел, как он провёл языком по нижней губе.

- Дэн... – выдохнул он тихо, прежде чем поцеловать меня.

Это было настолько чудесно, настолько ново, совершенно, прекрасно и абсолютно неописуемо, что оставалось только восторженно вздыхать и улыбаться, мурлыча от удовольствия.

Его губы были мягкими, но настойчивыми – идеальными, но будто бы этого было мало, он стал выводить большим пальцем широкие круги на моей коже под майкой, и это заставило меня пылать от желания. В какой-то момент, немного отстранившись, он прошептал:

- Ты даже не представляешь, как долго...

- Представляю, – заверил я его, быстро прижавшись губами к его губам, – так же долго, как и я.

Услышав моё признание, он обрушился на меня с поцелуем, раздвинув языком мои губы, прежде чем скользнуть в рот. Одной рукой он провёл вниз по моей спине, к его особенно любимому месту, а другой поддерживал меня между лопаток, прижимая ещё ближе. Это было абсолютное блаженство – чувствовать, как его рот скользит по моему, как он слегка всасывает мою нижнюю губу перед тем, как перейти к верхней.

Мы целовались ещё какое-то время, но когда Валера начал покусывать мою шею и слегка прикусил меня за подбородок – он ещё не знал, что это было моё особо любимое место, – я уже не был уверен, сможет ли меня удержать стена. Мои ноги были словно ватные, и я не мог перестать думать о том, что прямо здесь находится кровать.

Я призывал всё своё мужество, чтобы предложить переместиться на неё, когда услышал:

- О, большой папочка, ты отлично поработал! О, Вова! Вова! Во-о-о-о-ова-а-а-а-а!

Нет ничего, что может испортить такой чувственный момент больше, чем услышать, как кто-то ещё занимается сексом. Должно быть, Валера почувствовал то же самое, потому что у него вырвался стон, когда он, усмехнувшись, отстранился.

И это стало для меня последней каплей. Во мне что-то щёлкнуло. Не раз, и не два, а теперь уже трижды эта женщина, эта ужасная, грубая, злобная женщина, с которой мне придётся иметь дело весь следующий год, обламывает мне всё удовольствие, пока сама занимается прямо противоположным.

Я вскочил на кровать и начал прыгать, как сумасшедший, морщась от того, как скрипели пружины матраца, хотя на самом деле я был даже рад, потому что это усиливало эффект. В то же время я начал колотить по стене, разойдясь не на шутку. А затем я стал выкрикивать такие вещи, о которых даже не подозревал, что могу думать, не то, чтобы произносить вслух.

- О, Боже! – прыжок, удар, удар, прыжок, – О, мой Бог, Валерка! Это так хорошо! – стонал я громче. – О, да! Да! Быстрее, Боже, сильнее, пожалуйста, Валерка, это так хорошо! – я едва осознавал, что использовал его имя... чёрт, да я вообще едва помнил, что Валера находился в этой комнате, настолько я был поглощён своим безумием. – О, Валерка, да, именно так, не останавливайся, не останавливайся!

И, чёрт возьми, это звучало очень даже неплохо, особенно, когда глухие удары кулаками по стене смешивались со скрипом кровати, раскачивающейся под моим весом. Это было настолько реалистично, как если бы Валера на самом деле подарил мне лучший оргазм в моей жизни.

Это было так, как если бы вся моя сексуальная неудовлетворённость последних месяцев от невозможности прикоснуться к нему, когда он был рядом, и то напряжение, которое возникло сейчас, когда я, наконец-то, мог это сделать, но был жестоко прерван, а также вся моя неподдельная ярость к этой женщине – соединились, чтобы я вдруг смог почувствовать себя гей-порно-звездой.

- Не останавливайся! Я так близко! Ох! О, да! – чёрт возьми, думаю, я переплюнул самого себя. – Ещё чуть-чуть, я уже близко! Близко, Валерка! Ва-а-а-а-а-але-е-е-е-е-еррра-а-а-а-а-Ад!

Тишина.

Это было чудо, но, думаю, я действительно смог заткнуть Викторию. Всё ещё стоя на кровати, я развернулся к Валере и победно воскликнул:

- Думаю, это сработало! Она наконец-то... ах! – я завизжал, когда Валера схватил меня за лодыжку и дёрнул на себя так, что я упал спиной на кровать. Менее чем через секунду он был сверху, прижимая меня своим восхитительно мускулистым телом, таким тёплым и сильным и... ох! Твёрдым...

Его поцелуи были такими страстными, такими отчаянными, будто он не мог решить, к какой части хочет прикоснуться, и если бы он не целовал меня всюду, я бы просто исчез. Я сам чувствовал ту же потребность коснуться каждой клеточки его кожи, везде и прямо сейчас. В одну секунду он целовал мои губы, а уже в следующую – скулы, шею, грудь, и его руки сжимали мою талию, медленно скользя вверх, сдвигая майку.

- Проклятье, Дэн, – выдохнул он, – как, чёрт побери, твой поддельный оргазм может быть настолько горячее, чем то, что иные мужчины реально испытывают?

У меня не было на это ответа, но не думаю, что он так уж был нужен Валере, поскольку он вернулся к моим губам, поглощая любые мои мысли и дыхание поцелуями, что казалось, будто таким образом он хотел слиться со мной воедино. В ответ я целовал его также страстно, желая того же самого.

- Так нормально? – спросил он, скользнув губами по моей щеке и прикусив мочку уха.

Я даже не мог вспомнить, каким словом обозначается ответ, противоположный слову «да», так что всё определённо было нормально.

- Ммммммммммм, – только и простонал я.

Казалось, что мы оба пытались восполнить всё время, которое потратили на ненужные сомнения, вместо того, чтобы давно уже сделать это. Валера быстро стащил с меня майку и начал целовать ниже и ниже... Он скользил по моей коже приоткрытым ртом, иногда прикусывая зубами, иногда оставляя влажные дорожки языком, но всё, что он делал, заставляло моё тело оживать.

Я ухватился за его спину, чувствуя под ладонями каждый мускул, который он напрягал, пока смещался вдоль моего тела вниз. Вцепившись в его футболку, я тянул её вверх до тех пор, пока он не приподнялся настолько, чтобы я смог снять её. Он поцеловал меня в живот, а затем скользнул языком в пупок. Я не смог сдержать смешок, что, в свою очередь, заставило рассмеяться и его, и следующие несколько секунд мы просто смеялись вместе, остановившись, но не останавливаясь, понимая, что мы можем вот так запросто смеяться друг с другом. Понимая, что это всё ещё мы.

Валера медленно стянул с меня шорты вместе с нижним бельём и отбросил в сторону. Он проложил обратный путь поцелуями, задержавшись на несколько восхитительных минут на моей груди, а затем снова завладел губами. Я потянулся, чтобы расстегнуть его джинсы, и стащил их вместе с боксёрами вниз, насколько смог, прежде чем он стряхнул их совсем.

Раздвинув мои ноги, он расположился между ними, нависнув надо мной. Я чувствовал его там, где он и должен был быть, и это меня одновременно успокаивало и распаляло. Он оторвался от моих губ и приподнялся, опираясь на локтях. Он держал в ладонях моё лицо, выводя большими пальцами нежные круги на моей коже, а его глаза при этом что-то пытались отыскать в моих.

- Вот оно, Дэн. Мы сделаем это, и всё изменится. После этого я уже не смогу отпустить тебя, – сказал он.

Я улыбнулся:

- Обещаешь?

Он наклонился, чтобы поцеловать меня, но у него едва это получилось, так широко он улыбался.

Когда он вошёл в меня, я понял – он был прав. Всё изменилось. Теперь, наконец, всё было так, как и должно было быть.

- Пообещай мне одну вещь, – произнёс он, медленно двигая бёдрами. Я дотронулся пальцем до его губы, до сих пор пребывая в блаженном восторге от того, что он был так близко, что я мог целовать и трогать его таким образом.

- Что?

- Меня не волнует, если ты больше не издашь ни звука, но... не притворяйся, хорошо? – попросил он, застенчиво улыбнувшись.

Я не знал, как он мог смущаться, находясь в таком положении, в котором мы были, но я почувствовал, как внутри меня всё затрепетало ещё больше. Я обхватил его лицо ладонями и подарил глубокий поцелуй вместо ответа.

Я не притворялся, ни секунды. На самом деле, я вполне могу отплатить Виктории её же монетой. Как оказалось, когда я занимаюсь лучшим сексом в своей жизни, я очень даже криклив.

Этот город-мертвец обезумел, оглох и ослеп.
Пустота из глазниц его в душу вливается мерно.
Не успеешь опомниться – вот уж незримая цепь,
Обвивая змеёй, тебя тащит на дно непременно.

Не пытайся сорваться с крюка, не пытайся бежать –
Его цепкие когти найдут свою жертву повсюду.
В безысходном отчаяньи бледные губы дрожат.
Принимай свою участь без тайной надежды на чудо.

Кислотой изнутри он съедает тебя до костей.
Слышишь, сердце в груди перестало неистово биться?
Он тебя подчинил, и в зрачках неподвижных теперь
Отражается только лишь город – бесстрастный убийца...



Рейтинг работы: 0
Количество отзывов: 0
Количество просмотров: 81
© 22.11.2016 Человек Дождя

Рубрика произведения: Проза -> Эротика
Оценки: отлично 0, интересно 0, не заинтересовало 0











© 2007-2016 Chitalnya.ru / Читальня.ру / Толковый словарь / Энциклопедия литератора
«Изба-Читальня» - литературный портал для современных русскоязычных литераторов.
В "Избе-читальне" вы сможете найти или опубликовать стихи, прозу и другие литературные разные жанры (публицистика, литературная критика и др.)

Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются действующим законодательством. Литпортал Читальня.ру предоставляет каждому автору бесплатный сервис по публикации произведений на основании пользовательского договора. Ответственность за содержание произведений закреплена за их авторами.